Дело № 1-28(11802320008111149)/2019;

УИД: 42RS0010-01-2018-002293-14

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

город Киселёвск 19 июня 2019 г.

Киселёвский городской суд Кемеровской области

в составе: председательствующего – судьи Василевичевой М.В.,

при секретаре – Деушевой А.Е.,

с участием: государственного обвинителя – старшего помощника прокурора города Киселёвска Кемеровской области Пономаренко Н.В.,

подсудимого – ФИО1,

защитника подсудимого – адвоката Некоммерческой организации № 29 «Киселёвская городская коллегия адвокатов № 1 Кемеровской области» ФИО2, представившей удостоверение и ордер,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты>, зарегистрированного и проживающего по адресу: 

<

адрес> ранее судимого: 16 января 2009 г. по приговору Киселёвского городского суда Кемеровской области за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, к лишению свободы на срок 2 года 10 месяцев (с учётом постановления Тагилстроевского районного суда г. Нижнего Тагила Свердловской области от 12 мая 2011 г., постановления Президиума Свердловского областного суда от 01 августа 2012 г.). Освобождён 28 марта 2013 г. по отбытии наказания,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 умышлено причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекший по неосторожности смерть потерпевшего Е.В.Н. при следующих обстоятельствах: 

так, он 25 августа 2018 г. около 23 часов 00 минут, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес> где так же находился Е.В.Н. в ходе ссоры из-за того, что Е.В.Н. находясь в нетрезвом виде, испражнился в квартире ФИО1, а также уронил мебельный гарнитур, на почве личных неприязненных отношений, действуя умышленно, с целью причинения тяжкого вреда здоровью Е.В.Н. опасного для жизни человека, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, и желая их наступления, нанёс Е.В.Н. руками, а также деревянными фрагментами от мебельного гарнитура, применяя которые как предметы, используемые в качестве оружия, не менее 23 ударов в область головы, тела, конечностей, причинив своими умышленными действиями Е.В.Н.

<

данные изъяты> квалифицирующийся как вред здоровью средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья продолжительностью более 21 суток;

<

данные изъяты>, расценивающиеся как повреждения, не причинившие вред здоровью человека;

<

данные изъяты> которая квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти, осложнилась 

<

данные изъяты> что и явилось непосредственной причиной смерти.

Умышленно причиняя телесные повреждения потерпевшему, ФИО1, не предвидел наступления общественно опасных последствий своих действий в виде наступления смерти Е.В.Н. хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия. Умышленное причинение Е.В.Н. тяжкого вреда здоровью, опасного для его жизни, повлекло по неосторожности для ФИО1 смерть потерпевшего, который скончался в ночь на 26 августа 2018 г. в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес>

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании виновным себя не признал, пояснив, что не отрицает факта причинения телесных повреждений Е.В.Н. 25 августа 2018 г. в вечернее время в принадлежащей ему квартире по адресу: 

<

адрес> в связи с тем, что разозлился на него, поскольку после совместного распития спиртного с Е.В.Н. которому дал свою одежду, последний заснул и испражнился в надетые на нём шорты, а по пути следования в ванную комнату задел плечом мебель, отчего она упала, разбившись на фрагменты, однако не согласен с количеством инкриминируемых ударов, указав, что в общей сложности нанёс потерпевшему Е.В.Н. 4 удара кулаком по лицу и не более 7 ударов фрагментом мебельной стенки по спине, рукам и ногам, от которых не могли образоваться телесные повреждения, которые причинили бы тяжкий вред здоровью, опасный для жизни или здоровью, в том числе, как причинение тяжкого вреда здоровью, так и наступление смерти потерпевшему, не желал. Пояснил, что когда потерпевший Е.В.Н. ушёл спать в спальню, то из комнаты почувствовал неприятный запах. Подойдя к Е.В.Н. пытался его разбудить, но тот не просыпался. Тогда он нанёс потерпевшему удар кулаком в область лица, попав по зубам либо по носу, отчего повредил свою руку. Затем он нанёс еще один удар в левую скуловую область лица Е.В.Н. В последующем потерпевший сел на кровать, а затем пошёл из спальни в ванную комнату для личной гигиены. Проходя в зале мимо мебельного гарнитура, облокотился на него, отчего шкаф от мебельного гарнитура стал падать. Е.В.Н. упал на пол. Подойдя к потерпевшему, он толкнул его два раза, на что последний отмахнулся. Тогда он нанёс лежащему на полу Е.В.Н. два удара кулаком в область лица, попав в область челюсти или носа. Поскольку разозлился на потерпевшего, то взял фрагмент от мебельного шкафа, которым нанёс лежащему на левом боку потерпевшему Е.В.Н. 2 удара по спине. От нанесённых им ударов фрагмент разломился. Он взял часть от сломанного фрагмента мебели, которым он также нанёс 3-4 удара по рукам и ногами Е.В.Н. в тот момент, когда потерпевший закрывал лицо руками. Затем Е.В.Н. сел на полу ближе к выходу из зала. В последующем заметил Е.В.Н.. сидящим на полу около дальней спальни, но как он туда переместился, не видел. Сказав Е.В.Н. привести всё в порядок, ушёл из квартиры, прикрыв входные двери, на ключ замок не закрывал. Из квартиры ушёл к родственникам сожительницы, находился во дворе их дома, поскольку в дом до утра его не впускали. В утреннее время он вернулся в свою квартиру, где обнаружил Е.В.Н. без признаков жизни на том же месте в зале. Он пришёл к сожительнице, сообщил о случившемся, попросил пойти вместе с ним в полицию, но она отказалась. Тогда он сам пришёл в отдел полиции, сообщил о том, что в его квартире находится труп потерпевшего. При этом также в судебном заседании высказал версию о том, что тяжкие телесные повреждения могло причинить иное лицо, пока он отсутствовал в квартире, двери которой были не заперты, а признательные показания в ходе предварительного следствия дал в связи с недозволенными методами ведения следствия со стороны сотрудников органа следствия и полиции, испытывающим к нему неприязнь, в связи с чем, дело, по его мнению, органом следствия полностью сфабриковано.

Суд, проведя судебное следствие, выслушав судебные прения и последнее слово подсудимого, считает, что виновность ФИО1 в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных выше в приговоре, в судебном заседании установлена и подтверждается следующими доказательствами.

В соответствии с положениями п. 3 ч. 1 ст. 276 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в судебном заседании были оглашены показания подсудимого ФИО1, данные им в ходе расследования дела.

Подсудимый ФИО1 26 августа 2018 г. был допрошен в качестве подозреваемого с участием защитника (л.д. 119-126 том 1), не отрицал своей причастности к преступлению, дав изобличающие себя в преступлении показания. Также 26 августа 2018 г. (л.д. 131-138 том 1) подсудимый ФИО1 был допрошен в качестве обвиняемого с участием защитника, где собственноручно указал о том, что вину в совершении инкриминируемого преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, признаёт полностью, дал при этом изобличающие себя в преступлении показания.

Так, ФИО1, будучи допрошенным на предварительном следствии, с соблюдением требований уголовно-процессуального закона (в том числе п. 3 ч. 4 ст. 47 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и п. 1 ч. 2 ст. 75 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации), пояснял, что с потерпевшим Е.В.Н. был знаком, поскольку работали вместе, знал, что Е.В.Н. проживал один недалеко от него в доме по адресу: 

<

адрес> который у кого-то арендовал. 25 августа 2018 г. по просьбе позвонившего ему бригадира пошёл к Е.В.Н.., чтобы сообщить о необходимости выхода на работу. Он обнаружил Е.В.Н.. спящим на веранде дома. Е.В.Н. пояснил ему, что собственник дома забрал у него ключи и ему негде проживать, в связи с чем, попросил разрешения некоторое время пожить вместе с ним, на что он согласился. При этом Е.В.Н. пояснил, что не поедет на работу. Около 15 часов 00 минут они с Е.В.Н.. пошли к нему домой, по пути зашли в магазин, где приобрели продукты питания и спиртное. Находясь в его квартире, распивали спиртное вдвоём в кухне. Затем Е.В.Н. пошёл в спальню, чтобы развешать свои вещи после стирки, пояснив, что сразу же ляжет спать. Он в тот момент оставался в кухне, а когда через некоторое время зашел в зал, то почувствовал резкий характерный запах человеческого кала. Он зашел в расположенную ближе к балкону спальню, где обнаружил спящего на животе на диване Е.В.Н. Он понял, что во сне Е.В.Н. испражнился. Данное обстоятельство его разозлило, к тому же на Е.В.Н.. были одеты его шорты, которые он дал Е.В.Н. на время. Он стал будить Е.В.Н. толкал его своими руками, кричал на него, но Е.В.Н. не реагировал и перевернулся на левый бок. Времени на тот момент было около 20 часа 30 минут, точнее он сказать не может, так как на часы не смотрел, ориентируется по сумеркам на улице. Разозлившись на Е.В.Н.., он своей правой рукой, сжатой в кулак, нанёс один удар в область переносицы Е.В.Н.., после чего он нанёс еще один удар своей правой рукой, сжатой в кулак, ФИО3 в область его челюсти, попав ему в зубы. Он увидел, что с губ Е.В.Н. потекла кровь на подушку. При этом он рассек об зуб Е.В.Н. свой казанок на правой руке, там образовалась рана. В этот момент Е.В.Н. начал приходить в себя, приподнялся и сел на диван. Он сказал Е.В.Н., чтобы тот встал и шёл ванную комнату. Е.В.Н. некоторое время посидел на диване, затем поднялся и пошёл в сторону ванной комнаты через зал. На лице Е.В.Н. была кровь от ударов, которые он ему нанёс. Е.В.Н. шел и шатался. Проходя около мебельного гарнитура в зале около левой стены, Е.В.Н. зацепился за верхнюю его часть и опрокинул её на пол, упал на пол вместе с данной верхней частью стенки, которая представляет собой витрину с полками, выполненной из деревянного материала (ДСП). Данная витрина упала на пол и развалилась на части, Е.В.Н. упал около неё на ковер. При этом Е.В.Н. упал именно рядом с данной витриной, на неё не падал, она на него так же не падала. Упал Е.В.Н. лицом вниз на ковёр, при этом не с большой силой, а как бы прилёг. После чего потерпевший перевернулся на бок и снова уснул. Головой Е.В.Н. был обращён к балкону, его ноги были перед креслами. От падения Е.В.Н., как ему показалось, никаких телесных повреждений не получил, поскольку никаких посторонних твердых или выступающих предметов на месте, куда прилег Е.В.Н. не было. Он пришёл в ярость от того, что Е.В.Н. не только испражнился в его квартире в его шорты, но при этом ещё и испортил его мебельный гарнитур. Тогда он взял одну из полок от данной витрины, подошёл к Е.В.Н. со стороны спальни, которая располагается дальше от балкона, встал справа от него на расстоянии около 30 см и стал наносить удары Е.В.Н. данной полкой от витрины по разным частям тела. Данная полка была около полутора метров длиной и около 30 см шириной. Он нанёс несколько ударов Е.В.Н. в область его торса, а именно не менее трёх ударов, сколько точно не помнит, наносил удары в область боков. Удары наносил удерживая данную полку перед собой, при этом замахивался таким образом, что полка была перед ним, поднимал её вверх выше своей головы, после чего размахнувшись, наносил удары, полку держал обеими руками. После нанесения данных ударов, полка переломилась на несколько частей. Взяв одну из частей данной полки, продолжил наносить данным фрагментом удары по телу Е.В.Н., а именно наносил удары снова по торсу Е.В.Н., в область его боков, при этом Е.В.Н. пытался закрываться руками, поэтому он так же наносил удары ещё и по его рукам. Удерживая фрагмент полки обоими руками перед собой, поднимал его выше своей головы, размахивался, таким образом наносил фрагментом со всей силы удары по телу Е.В.Н., не исключая, что мог попасть по подбородку и голове Е.В.Н. Он нанёс Е.В.Н. в общей сложности данным фрагментом полки не менее 10 ударов в область левого и правого бока, в область живота, возможно в область головы, в область верхних конечностей, но, сколько точно было ударов, не помнит, так как он находился в состоянии алкогольного опьянения. Он видел, что в процессе нанесения данных ударов с мест нанесения ударов сочилась кровь, он видел что полка, которой он наносил удары, была так же в крови. С лица Е.В.Н. текла кровь на ковер, так же видел что кровь брызгала в разные стороны, а именно на ковер и в область стены. Лицо Е.В.Н. было все в крови, также как и его торс и руки. После этого он прекратил наносить удары по телу Е.В.Н., заметил, что Е.В.Н. себя очень плохо чувствовал, кряхтел, но находился в сознании. Он бросил фрагмент полки на пол. В этот момент Е.В.Н. приподнялся, немного присел, был в сознании, начал плеваться кровью в сторону дверного проёма его спальни, которая располагается дальше от балкона. Так же рядом с Е.В.Н. он обнаружил его каловые массы, которые возможно вывалились из шорт, когда он наносил ему удары. Он сказал Е.В.Н., что уходит, когда он вернется, чтобы Е.В.Н. всё прибрал в квартире и помылся. Е.В.Н. ему ответил, что все уберёт. Затем он пошёл в ванную комнату, чтобы умыться, так как его руки были в крови, когда искал выключатель в ванной комнате, то он кровью измазал стену. В квартире, кроме него и Е.В.Н., никого не было, они все время находились вдвоем. После этого он покинул квартиру. Когда он уходил, Е.В.Н. находился на полу в зале в полусидящем состоянии. Времени на тот момент было около 21 часа 15 минут, точно он сказать не может, ориентируется по тому, что когда он уходил было почти темно. Он вышел из квартиры, прикрыл дверь, дверь закрывать на ключ не стал, так как думал, что Е.В.Н. возможно решит уйти. Он решил пойти ночевать к своему дяде К.Н.В., но тот не впустил его домой. Тогда он сел на крыльцо дома К.Н.В. Проснулся он около 04 часов 20 минут 26 августа 2018 г., когда на улице уже начало светать. Тогда К.Н.В. открыл ему дверь, он зашёл к нему домой, где пробыл до 07 часов 25 минут. Когда он пришел домой, то времени было около 07 часов 50 минут. Подойдя к подъезду, он постучал в окно квартиры соседа К.С.А., чтобы тот ему открыл ему дверь подъезда. Подойдя к двери своей квартиры, обнаружил, что дверь также была не заперта изнутри, была в том же положении как он её и оставил. Он открыл дверь, дернув за ручку, снял у порога обувь, прошёл в зал, где обнаружил Е.В.Н., который лежал на том же месте где и находился когда он уходил из квартиры. Е.В.Н. лежал на спине, не подавал признаков жизни. Ничего в квартире не изменилось с того момента как он из неё уходил, все лежало на тех же местах, ничего ценного из квартиры не пропало. Тогда он испугался, что Е.В.Н. скончался из-за телесных повреждений, которые он ему причинил, ведь убивать он его не хотел, хотел только причинить ему телесные повреждения, чтобы проучить его за то, что Е.В.Н. испражнился в его шорты, испортил нормальный запах в квартире, а так же испортил его мебельный гарнитур. После этого вышел из квартиры, предварительно закрыв входную дверь на ключ. Он пришёл к своей сожительнице М.О.Н., которой рассказал о случившемся, пояснив, что избил Е.В.Н. и тот умер. Он попросил М.О.Н. сходить в полицию вместе с ним, но она отказалась. Тогда он пришёл в отдел полиции «Афонино» и написал явку с повинной.

При проверке показаний на месте ФИО1 с участием защитника описал события, происходившие 25 августа 2018 г. в его квартире по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, подтвердив, что он причинил телесные повреждения Е.В.Н., нанеся четыре удара кулаком своей правой руки в область лица последнего, после чего он взял полку от мебельного гарнитура и нанёс ей не менее 5-ти ударов в область спины Е.В.Н., а после того, как полка сломалась, то нанес ещё три удара фрагментом данной полки. ФИО1 с помощью манекена показал, как располагался Е.В.Н. в момент нанесения удара и каким образом он наносил удары. Производилась видеозапись, диск с файлами которого с участниками процесса просмотрен в судебном заседании (л.д. 117-123 том 1).

Потерпевшая П.Е.В. в судебном заседании пояснила, что Е.Е.В. приходился ей родным отцом, с которым она поддерживала хорошие отношения, о его смерти она узнала 26 августа 2018 г. от следователя. Со слов следователя, труп её отца Е.В.Н. с признаками насильственной смерти был обнаружен в квартире ранее не знакомого ей подсудимого ФИО1 по адресу: 

<

адрес>. В квартире подсудимого после случившегося она не была, но от своего бывшего мужа А.М.Е., который опознавал труп её отца и был в квартире по просьбе сотрудников полиции, ей стало известно, что в квартире был беспорядок, было много крови, тело её отца было в крови, сказал, что удары отцу наносились предметами мебели.

Свидетель К.Н.В. в судебном заседании пояснил, также подтвердив правильность своих показаний, данных им в ходе предварительного расследования по уголовному делу (л.д. 69-72 том 1), что проживает вместе с сыном К.А.Н. и сожительницей сына Д.И.А. С подсудимым ФИО1 он знаком, поскольку тот состоит в фактических брачных отношениях с его племянницей М.О.Н. 26 августа 2018 г. около 01 часа 30 минут он находился дома, его сын К.А.Н. вместе со своей сожительницей Д.И.А. спали в летней кухне. В это время в двери постучались, в окно увидел ФИО1, которого он впускать в дом в ночное время не стал. Впустил ФИО1 в свой дом около 05 часов 30 минут, заметил, что у того был похмельный синдром. Когда ФИО1 находился у него дома, то сказал, что он, наверное, убил человека. Он не поверил словам ФИО1, поэтому подробности спрашивать не стал. Поскольку спиртного у него дома не было, ФИО1 ушёл. Около 10 часов к нему пришёл его сын К.А.Н. со слов которого он узнал, что около 6 часов в тот же день к нему с Д.И.А. в летнюю кухню также приходил ФИО1, ноги у него были в крови, на их вопросы он ответил, что 25 августа 2018 г. в вечернее время он причинил телесные повреждения мужчине, подверг его избиению, при этом не знает, жив ли тот мужчина. После чего ФИО1 ушёл от них.

Свидетель К.А.Н. также пояснил суду, что с подсудимым ФИО1 знаком, поскольку тот состоит в фактических брачных отношениях с его родственницей М.О.Н. 26 августа 2018 г. он вместе с сожительницей Д.И.А. находились в летней кухне домовладения его отца К.Н.В., поскольку в летнее время оставались там переночевать. 26 августа 2018 г. в двери летней кухни постучали, он посмотрел на часы, обратил внимание, что было 06 часов 07 минут. Открыв двери, увидел, что пришёл ФИО1, прошёл в летнюю кухню, зачем пришёл не пояснял. ФИО1 присел в летней кухне, сказал, что у него в квартире возможно находится труп мужчины, что необходимо сходить и проверить, подробностей не рассказывал. Он заметил, что одежда у ФИО1 была загрязнена. ФИО1 пробыл у них около 20-25 минут, затем ушёл, сказал им, что пошёл домой. Также со слов отца К.Н.В. ему стало известно, что ФИО1 также приходил к нему домой в ночное время, но он его не впустил в дом.

Из пояснений в судебном заседании свидетеля Д.И.А. следует, что проживает с сожителем К.А.Н. и его отцом К.Н.В. С подсудимым ФИО1 она также знакома, поскольку тот состоит в фактических брачных отношениях с родственницей К.А.Н. – М.О.Н. 26 августа 2018 г. около 7 часов она вместе с сожителем К.А.Н. находились в летней кухне домовладения К.Н.В., где оставались переночевать. Когда в это время в двери постучались, то К.А.Н. открыл двери. Она увидела, что пришёл подсудимый ФИО1, чему они были удивлены. Она заметила, что у ФИО1 были грязные ноги, поэтому она сказала, чтобы он прошёл и помыл их. Однако её сожитель К.А.Н. сказал, что ноги у ФИО1 не грязные, а в крови. Затем подсудимый сказал, что у него в квартире труп или он кого-то убил, дословно его слова не помнит. Она усомнилась в его словах, поскольку знала его около 4-х лет и не могла поверить, что ФИО1 способен совершить что-то подобное. ФИО1 посидел у них в летней кухне и ушёл. Около 09 часов на телефон кто-то позвонил, но они не ответили на звонок. Позднее она увидела, что звонил подсудимый. Она перезвонила ФИО1, но тот не ответил на звонок. Затем в обеденное время ей позвонила родственница М.О.Н. – А.А.В., сообщила, что в квартире подсудимого ФИО1 обнаружен труп и ФИО1 пошел в полицию с повинной. Не поверив данному обстоятельству, она позвонила М.О.Н., которая подтвердила данные обстоятельства, а также пояснила, что ФИО1 работал вместе с погибшим, которого подверг избиению.

Свидетель М.О.Н. также пояснила в судебном заседании, что с подсудимым ФИО1 состоит в фактических брачных отношениях, 

<

данные изъяты>, совместно проживали до марта 2018 года, затем в квартире по адресу: 

<

адрес>, подсудимый стал проживать один. 26 августа 2018 г. около 8 часов к ней домой пришёл ФИО1, попросил поехать с ним в полицию, пояснив, что в его квартире находится труп мужчины. Со слов ФИО1 ей стало известно, что накануне к нему пришёл друг, с которым они повздорили, поэтому он избил друга, после чего оставил его в квартире, сказал ему навести порядок, а когда вернулся в квартиру, то обнаружил его мёртвым. От подсудимого она также узнала, что вечером он из своей квартиры пошёл к её дяде К.Н.В. Он был расстроен, очень переживал, не хотел идти в полицию один. Затем она поняла, что ФИО1 от неё пошёл в полицию, поскольку он ей звонил уже из отдела полиции, попросил съездить в квартиру за одеждой, так как одежду, в которой он находился, забрали на экспертизу. Также ФИО1 сказал, что его, скорее всего, возьмут под стражу. После его звонка она пошла в квартиру ФИО1, где уже находились сотрудники полиции, следователь. В квартире был беспорядок, на полу в зале лежали фрагменты шкафа, предметы быта и предметы, которые ранее находились в мебельной стенке, они были разбросаны по полу. Также в зале на полу она видела труп мужчины, который лежал на спине, в зале на полу следы крови в форме пятен, палас впитал кровь, на паласе были пятна крови. В ходе разговора по телефону с К.Н.В. узнала, что ФИО1 приходил к нему домой в ночное время, но он его не впустил. ФИО1 также говорил ей, что в ночное время сидел на крыльце дома К.Н.В.

Свидетель К.С.А. пояснил суду, что с подсудимым ФИО1 знаком, поскольку проживают по соседству. 26 августа 2018 г. около 8 часов он находился в своей квартире, которая расположена на первом этаже. В это время в окно его квартиры постучал подсудимый ФИО1, попросил открыть дверь подъезда. Он вышел в подъезд, чтобы открыть дверь в подъезд ФИО1, поскольку у того нет ключа от домофона подъездной двери, но тот уже вошёл в подъезд, пояснив, что двери оказались открытыми. ФИО1 поднялся вверх по лестнице. Позже приехали сотрудники полиции, от которых он узнал, что в квартире ФИО1 был обнаружен труп мужчины.

Свидетель К.С.В. в судебном заседании пояснил, также подтвердив правильность своих показаний, данных им в ходе предварительного расследования по уголовному делу (л.д. 87-89 том 1), что проживает с подсудимым ФИО1 по соседству. 26 августа 2018 г. от сотрудников полиции он узнал, что в квартире ФИО1 был обнаружен труп мужчины. Накануне в квартире ФИО1, а именно 25 августа 2018 г. в период с 23 часов до 00 часов, был слышен шум, похожий на то, что в стену кидали кастрюли, ложки, то есть были звуки, похожие на удары об стену металлической посудой, шум также был похож на то, как будто ломали мебель. Но он не обращал на это внимания, поскольку шум из квартиры ФИО1 был периодически. Также дополнительно суду пояснил, что шум из квартиры ФИО1 доносился весь вечер, в течение длительного периода времени, а со слов супруги знает, что и после того, как он лег спать, то есть после 23 часов грохот в квартире ФИО1 продолжался. Он слышал также и доносившийся из квартиры голос подсудимого.

Из пояснений суду свидетеля П.С.Е. следует, что знакома с подсудимым ФИО1, поскольку тот проживает по соседству, её квартира по отношению к квартире подсудимого расположена этажом ниже по диагонали. В конце августа 2018 года слышала шум из квартиры ФИО1, который начался в период примерно с 23 часов 30 минут до 00 часов. Она слышала крики, нецензурную брань, мужские голоса, грохот, как будто что-то роняли, кидали об пол, что-то падало, ломалось что-то деревянное. В 1-ом часу ночного времени также слышала громкий звук открывающейся металлической двери в квартире ФИО1, в последующем в ночное время аналогичных звуков не слышала. Ранним утром ушла на работу. Затем, со слов следователя, узнала, что в квартире ФИО1 был обнаружен труп мужчины. Накануне случившегося, в дневное время она видела, как в подъезд заходили ФИО1 с ранее незнакомым ей мужчиной.

Свидетель К.Т.В. также пояснила в судебном заседании, что подсудимый ФИО1 является её соседом, квартира подсудимого расположена под её квартирой через этаж. 25 августа 2018 г. она слышала шум, который начался около 19 часов и периодически продолжался до 23 часов. Шум был похож на грохот при падении шкафа. Позже от мужа узнала, что приходили сотрудники полиции, спрашивали про подсудимого, поскольку в его квартире был обнаружен труп мужчины с признаками насильственной смерти.

Из пояснений суду свидетелем Г.Н.А. следует, что подсудимый ФИО1 является соседом, с которым проживают в одном подъезде. 26 августа 2018 г. в дневное время находилась дома вместе с сыном Г.В.С., когда пришёл сотрудник полиции, сообщил, что в квартире подсудимого обнаружен труп мужчины с признаками насильственной смерти. В тот же момент со слов своего сына Г.В.С. узнала, что из квартиры ФИО1 накануне вечером ближе к полуночи доносился шум, похожий на удары.

Виновность подсудимого объективно также подтверждают и письменные материалы дела, исследованные в ходе судебного следствия:

так, показания подсудимого, потерпевшей, свидетелей о месте совершения преступления подтверждается данными, содержащимися в протоколе осмотра места происшествия, произведённого с применением фотосъёмки 26 августа 2018 г. в период времени с 13 часов 05 минут до 15 часов 03 минут, с участием понятых А.М.М., Г.Ф.Р., судебно-медицинского эксперта ФИО4, специалиста-криминалиста ФИО5, старшего следователя-криминалиста ФИО6, из которого следует, что была осмотрена квартира по адресу: 

<

адрес>, где зафиксирована обстановка расположения комнат и мебели, общего порядка в квартире, а также в комнате обнаружен труп Е.В.Н. в положении лёжа на спине лицом вверх (в 61 см от правой стены голова и в 63 см от правой стены – ноги) с телесными повреждениями: 

<

данные изъяты> На трупе надеты шорты. Внутренняя поверхность шор, задняя поверхность левой голени обильно испачкана каловыми массами. Кисти обеих рук трупа, лицо трупа и повздошные поверхности обеих стоп обильно покрыты веществом красно-бурого цвета, похожего на кровь. На внутренней стороне двери в туалет и её ручке, а также в коридоре на стене, в кухне напротив входа в туалет, обнаружены мазки вещества красно-бурого цвета, похожего на кровь. В кухне нарушен общий порядок: на полу разбросана посуда, остатки пищи, окурки от сигарет. В комнате в месте обнаружения трупа обнаружены следы борьбы, на полу в зале обнаружена доска разделочная деревянная, а также фрагмент от данной деревянной доски, на поверхности которых имеются следы вещества красно-бурого цвета, похожего на кровь. Около правой стены зала обнаружен кал человека. Под головой трупа обнаружено одеяло, обильно пропитанное кровью, далее справа от трупа ковёр, обильно пропитанный кровью на площади 65 см?80 см, слева от трупа перед проходом в спальню в районе колен на полу обнаружены множественные фрагменты мебельных полок, края которых с характерными следами разломов поперёк относительно полок, края обломаны, а также два аналогичных фрагмента у головы трупа, в районе грудной клетки также обнаружены аналогичные фрагменты мебельных полок. Верхняя часть мебельной стенки лежит напротив тумбы у левой стены. Перед входом в спальню ближе к балкону обнаружен фрагмент мебельной стенки со следами пятен бурого цвета, похожего на кровь, далее на полу на ковре обнаружен металлический черпак, обильно окрашенный веществом, бурого цвета, похожего на кровь. В спальне на диване обнаружена подушка с каплями бурого цвета, похожего на кровь на площади 10?15 см. В другой спальне также обнаружены следы вещества бурого цвета, похожего на кровь. В ходе осмотра были изъяты следы и предметы, в том числе фрагменты полок деревянных. Был составлен протокол, схема и фототаблица (л.д. 7-20 том 1).

Заключением эксперта от 26 сентября 2018 г. №, зафиксировано количество, локализация обнаруженных у Е.В.Н. телесных повреждений, определена тяжесть вреда здоровью, причина и давность смерти.

Установлено наличие у Е.В.Н. 

<

данные изъяты>

Судя по характеру, локализации и анатомическому взаиморасположению повреждений 

<

данные изъяты>

Имевшаяся 

<

данные изъяты> травма состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти, 

<

данные изъяты> что и явилось непосредственной причиной смерти, о чём свидетельствуют характерные морфологические признаки на вскрытии 

<

данные изъяты> а также характерные микроскопические признаки, квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Кроме того, при исследовании трупа обнаружены повреждения, не состоящие в причинной связи с наступлением смерти:

- 

<

данные изъяты>

- 

<

данные изъяты>

- 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> Кровоподтеки и ссадины расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека.

Судя по морфологическим особенностям повреждений, все указанные выше телесные повреждения возникли в срок, около 1-4 часов до наступления смерти.

Каких-либо других телесных повреждений при исследовании трупа не обнаружено.

Согласно выраженности трупных явлений зафиксированных в карте осмотра трупа 

<

данные изъяты> давность наступления смерти в пределах 12-18 часов до момента осмотра трупа на месте его обнаружения 26 августа 2018 г. в 13 часов 40 минут.

В момент причинения телесных повреждений потерпевший мог находиться в любом положении (стоя, сидя, либо лежа). Локализация повреждений на разных поверхностях тела, свидетельствует о том, что положение потерпевшего относительно травмирующего предмета (предметов) менялось.

Судя по характеру имевшейся 

<

данные изъяты> травмы после её причинения потерпевший мог оставаться в сознании и совершать активные целенаправленные действия в течение так называемого «светлого промежутка», до достаточно выраженного 

<

данные изъяты>. Длительность данного промежутка времени крайне вариабельна, от нескольких минут до нескольких часов.

Причинение ран в области лица сопровождалось наружным кровотечением, которое могло носить умеренный, равномерно-поступательный (без фонтанирования) характер.

При судебно-химическом исследовании этиловый спирт обнаружен в крови 1,9 промилле, что у живых лиц согласно табличным данным обычно соответствует алкогольному опьянению средней степени. Суррогаты алкоголя не обнаружены.

Учитывая характер всех имевшихся повреждений (в том числе и входящих в состав 

<

данные изъяты> травмы), не исключается их образование при нанесении ударов кистью руки сжатой в кулак, а также фрагментом полки в указанные вые области головы, грудной клетки и конечностей (л.д. 168-170 том 1).

Показания подсудимого об обстоятельствах причинения потерпевшему Е.В.Н. телесных повреждений, в частичности ударов кистью, сжатой в кулак, в область лица потерпевшего, подтверждаются и заключением эксперта от 31 августа 2018 г. №, из которого следует, что у ФИО1 зафиксировано наличие двух ссадин на тыле правой кисти 

<

данные изъяты> которые могли образоваться как от одного, так и от нескольких ударных воздействий твердого тупого предмета (предметов), либо при ушибе о таковой, в срок в пределах 3-7 суток до момента проведения судебно-медицинского обследования, о чем свидетельствует характер ссадин, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека (л.д. 181 том 1).

Оценивая доказательства по делу, суд приходит к следующим выводам.

Показания потерпевшей и свидетелей, данные ими как в ходе расследования, так и в судебном заседании, последовательны, подробны, детальны, не содержат между собой существенных противоречий, касающихся значимых для дела фактических обстоятельств, а напротив, согласуются как между собой, так и с иными доказательствами по делу, в том числе и с протоколами осмотра места происшествия, протоколом проверки показаний на месте, заключениями экспертов и другими доказательствами, получены с соблюдением требований закона, и потому суд признаёт их допустимыми и достоверными доказательствами.

В судебном заседании не установлены причины, по которым указанные потерпевшая и свидетели могли бы оговорить подсудимого, в связи с чем, у суда не имеется оснований не доверять их показаниям.

Оценивая доказательства по делу, суд приходит к выводу и о том, что показания ФИО1, данные им в ходе предварительного следствия, достоверны, поскольку они последовательны, подробны, соотносятся со всей совокупностью иных исследованных в судебном заседании доказательств по данному преступлению, даны в присутствии адвоката, после разъяснения ему процессуальных прав, а также положений ст. 51 Конституции Российской Федерации, о чём имеется его подпись в протоколах допросов в качестве подозреваемого от 26 августа 2018 г. (л.д. 131-138 том 1) и обвиняемого от 26 августа 2018 г. (л.д. 119-126 том 1), из которых видно, что в ходе допросов и по их окончании от ФИО1 и его защитника каких-либо замечаний или заявлений не поступило, протоколы прочитаны лично, правильность их содержания удостоверена подписью самого ФИО1 и его защитника. В связи с чем, суд расценивает приведённые показания ФИО1, данные им в ходе допросов в качестве подозреваемого и обвиняемого, как относимые, допустимые и достоверные в указанной судом выше в приговоре, полагая возможным положить их в основу обвинительного приговора в отношении ФИО1, так как они даны подсудимым добровольно и получены в соответствии требованиями уголовно-процессуального законодательства, они согласуются с показаниями потерпевшей, свидетелей, выводов экспертиз и иными фактическими обстоятельствами дела.

Протокол проверки показаний ФИО1 также соответствует предъявляемым законом требованиям, в связи с этим он признаётся судом допустимым доказательством. Протокол указанного следственного действия оформлен в соответствии с требованиями норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и подписан участвующими в его проведении лицами. Положения статей 51, 52 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации органом предварительного следствия не нарушены. Из показаний допрошенных в ходе судебного заседания свидетелей П.С.С., К.А.Я., участвовавших в качестве понятых при производстве проверки показаний ФИО1 на месте, видно, что подсудимый в свободной не следственной обстановке рассказывал о совершённом преступлении. Перед началом проверки показаний на месте ФИО1, были разъяснены его права, что отражено в протоколе, а также следует из видеозаписи, приобщенной к протоколу проверки показаний на месте. Принимая во внимание эти данные, а также просмотренную судом видеозапись проверки показаний на месте, из которой видно, что ФИО1 добровольно дает показания, отвечает на вопросы и демонстрирует свои действия, ведёт себя спокойно, уверенно, хорошо ориентируется в обстановке, при этом каких-либо повреждений на открытых участках тела (на лице и шее) у него не имеется, какого-либо давления на него со стороны участвующих в следственном действии лиц не оказывается, содержание составленного следователем протокола соответствует видеозаписи, суд приходит к выводу о том, что следственное действие проведено с участием ФИО1 с соблюдением закона.

С учётом изложенного у суда нет оснований сомневаться в достоверности признаний подсудимого в причастности к указанному преступлению в отношении Е.В.Н.

Данных, свидетельствующих о самооговоре со стороны ФИО1 в период предварительного следствия, судом не установлено.

Судом установлено, что при проведении всех следственных действий с участием ФИО1, он надлежащим образом был обеспечен защитой. Достоверность сведений, содержащихся в протоколах, удостоверена подписями ФИО1 и его адвоката.

Совокупность данных, установленных в судебном заседании, свидетельствует, что ФИО1 надлежащим образом и своевременно были разъяснены его права в качестве подозреваемого и обвиняемого, ст. 51 Конституции Российской Федерации, а также созданы условия для реализации этих прав; все эти показания были получены с соблюдением установленной процедуры, которая сама по себе уже является гарантией недопущения незаконного воздействия на обвиняемого, поскольку в его допросах в обязательном порядке участвовал защитник, в иных следственных действиях, в частности при его проверке показаний на месте – также понятые, его ход фиксировался с использованием видеосъемки, что исключало возможность получения от него показаний вопреки его воле, или не отвечающих его отношению к предъявленному обвинению; заявлений от него о невозможности участия в допросах и проверке показаний на месте по какой-либо причине не поступало; само содержание полученных от ФИО1 показаний, их изменение в последующем относительно обстоятельств дела, дает основание считать, что он имел реальную возможность выбора любой желаемой позиции по делу, что в условиях оказания на него незаконного воздействия фактически исключено.

В судебном заседании ФИО1 не отрицал, что свои показания читал, но отметил, что читал поверхностно. При этом он делал замечания следователю, и следователь Л.С.С. вносил исправления в протоколы его допроса. Не отрицал и ФИО1, что у него была возможность проконсультироваться с защитником.

Не содержат также протоколы допросов ФИО1 недостатков технического характера, которые позволяли бы усомниться в производстве этих допросов. Довод о том, что его подписи в протоколе его допроса, учинены не им, не основаны на материалах дела. После окончания допроса он не сделал каких-либо замечаний ни по этому, ни по какому-либо другому поводу.

Доводы подсудимого об оказании на него психологического и физического воздействия со стороны сотрудников органа предварительного следствия и сотрудников полиции также не нашли своего подтверждения в судебном заседании, поскольку допрошенные в судебном заседании следователи ФИО7, ФИО8, сотрудники полиции – ФИО9, ФИО10, ФИО11 пояснили, что давление на ФИО1 не оказывалось, недопустимых методов воздействия на участников уголовного судопроизводства при расследования данного уголовного дела с чьей-либо стороны допущено не было, заинтересованности в исходе дела не имеют, родственником по отношению к кому-либо из участвующих в деле лиц не являются, выполнение следственных действий производилось после сообщения ФИО1 в утреннее время 26 августа 2018 г. о том, что в его квартире находится труп мужчины, при этом в отделение полиции ФИО1 никто не доставлял, он явился в полицию добровольно. Не доверять показаниям свидетелей Л.С.С., И.М.С., П.М.С., Д.Э.О., Т.А.Н. у суда оснований не имеется. Показания указанных свидетелей соответствуют заключению судебно-медицинского эксперта по результатам освидетельствования ФИО1, согласно которому на момент его осмотра каких-либо повреждений, помимо двух ссадины на тыле правой кисти, которые с его слов он получил в момент нанесения ударов кистью руки, сжатой в кулак по лицу потерпевшему, обнаружено не было.

То обстоятельство, что при проведении судебно-медицинского исследования у подсудимого ФИО1 были обнаружены две ссадины на тыле правой кисти (заключение эксперта от 31 августа 2018 г. №), не служит основанием признания того, что к нему были применены неправомерные действий следователями и сотрудниками полиции. Как следует из заключения эксперта, и как пояснил в судебном заседании судебно-медицинский эксперт К.А.П., образование данных ссадин возможно при ударе о предмет, в частности о зубы человека при избиении. Это соответствует и показаниям ФИО1 в ходе предварительного следствия, согласно которым удары Е.В.С. он наносил в том числе кулаками по лицу, а именно: в челюсть, попав при этом по зубам. От этих ударов, по показаниям ФИО1, из губ потекла кровь. Иных телесных повреждений у ФИО1 судебно-медицинским экспертом не зафиксировано. Указанное свидетельствует о факте получения подсудимым телесных повреждений при обстоятельствах, связанных с применением к потерпевшему Е.В.Н. с его стороны насильственных действий в момент совершения им преступления.

Таким образом утверждение подсудимого ФИО1 о даче им показаний вследствие неправомерных действий следователей и сотрудников полиции, в результате чего он оговорил себя, было проверено судом и не нашло своего подтверждения. Судом установлено, что при проведении всех следственных действий с участием ФИО1, он надлежащим образом был обеспечен защитой. Достоверность сведений, содержащихся в протоколах, удостоверена подписями ФИО1 и его адвоката. При таких обстоятельствах доводы подсудимого о применении к нему недозволенных методов производства предварительного следствия, в том числе, что сотрудники полиции применяли в отношении него физическое насилие, спецсредства, от которых у него имелись телесные повреждения на лице и шее, объективного подтверждения не нашли. 

А утверждения ФИО1 в судебном заседании о необходимости привлечения к уголовной ответственности сотрудников полиции, следователей за применение недозволенных методов ведения уголовного дела, угрозы или применения физической силы в отношении участников процесса, свидетелей не могут быть приняты во внимание, поскольку согласно действующему уголовно-процессуальному законодательству, суд не является органом уголовного преследования и проводит судебное разбирательство только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

Исследованные судом сведения, представленные из ФКУ СИЗО-1 ГУ ФСИН России по Кемеровской области, а также содержащиеся в журнале вывода задержанных из камер и медицинского осмотра подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, содержащихся в ИВС Отдела МВД России по г. Киселёвску Кемеровской области, не противоречат указанным доказательствам об участии ФИО1 в следственных действиях и не свидетельствуют о применении к нему недозволенных методов ведения уголовного дела.

Суд также полагает, что законных оснований для возвращения уголовного дела в отношении ФИО1 прокурору в порядке ст. 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не имеется, поскольку в предъявленном ему обвинении все обстоятельства содеянного приведены в соответствие с нормами Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и полностью соответствуют описанию и квалификации преступного деяния, изложенным в обвинительном заключении. Постановление о привлечении в качестве обвиняемого является ясным и непротиворечивым, соответствуют требованиям ст. 171 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Препятствий для рассмотрения дела по существу у суда не имеется, нарушений прав подсудимого на защиту от предъявленного обвинения не допущено.

Предварительное следствие ведётся следователем по его внутреннему убеждению. Проведение или не проведение тех или иных процессуальных действий, в том числе производство допроса, количество вызовов свидетелей, потерпевших, переквалификация деяний обвиняемого и перепредъявление обвинения – прерогатива следователя. При этом, никаких заявлений, жалоб ни свидетелями, ни ФИО1, ни его защитником во время предварительного следствия об оказании давления, применении недозволенных методов при расследовании дела заявлено не было. Все приведённые протоколы допросов произведены в соответствии с требованиями процессуального закона, с разъяснением прав и обязанностей. Производство по настоящему уголовному делу не приостанавливалось и не прекращалось, оснований для возобновления предварительного следствия, у следователя не имелось. При этом, также следует отметить, что соответствии с требованиями ст. 162 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в срок предварительного расследования включается время со дня возбуждения уголовного дела и до дня направления дела прокурору с обвинительным заключением. Производство следственных действий во время выполнения требований ст. 217 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации прямо предусмотрено ст. 219 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, поэтому их выполнение по инициативе руководителя следственного органа до истечения срока следствия также не может быть признано нарушением закона

Заключения экспертиз составлены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, даны компетентными и квалифицированными экспертами, являются полными, ясными и обоснованными, выводы их мотивированы, в связи с чем сомнений у суда они не вызывают, и они также признаются судом допустимыми и достоверными доказательствами.

Вопреки доводам подсудимого ФИО1 и стороны защиты, основания и порядок производства осмотра места происшествия – квартиры по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, с целью выяснения имеющих значение для уголовного дела обстоятельств, соблюдены, требования статей 176, 177 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не нарушены, протокол данного следственного действия составлен надлежащими должностным лицом, в нём отражён ход и содержание процессуальных действий, при данное следственное действие было проверено судом, в удовлетворении заявленного стороной защиты и подсудимого о признании указанного протокола осмотра места происшествия недопустимым доказательством по делу было отказано, о чём судом было вынесено соответствующее постановление. Суд принимает во внимание, что данный протокол был составлен следователем после получения сообщения от дежурного отдела полиции о совершении особо тяжкого преступления по указанному адресу – обнаружении трупа мужчины с признаками насильственной смерти. Осмотр места происшествия производился до возбуждения уголовного дела, так как обстоятельства дела свидетельствовали о его неотложности. При этом закон не предусматривает получения судебного разрешения на осмотр места происшествия, а также согласия проживающих в квартире лиц, если местом происшествия является жилище. В то же время каких-либо сведений о том, что в указанной квартире проживали лица, возражавшие против её осмотра, в деле также не содержится и суду представлены не были. Обнаружение трупа потерпевшего Е.В.Н. в квартире с признаками насильственной смерти свидетельствовало о необходимости безотлагательного производства осмотра места происшествия.

Доводы стороны защиты и подсудимого о том, что результаты протокола осмотра места происшествия, не могут служить доказательствами виновности ФИО1, поскольку свидетели Г.Ф.Р. и А.М.М. фактически не видели вещественных доказательств, которые были изъяты на месте происшествия, не присутствовали при их упаковывании, в связи с чем, данные доказательства являются недопустимыми, суд признает несостоятельными.

Факт производства осмотра места происшествия, в том числе обнаружения и изъятия вещественных доказательств, подтвержден в судебном заседании показаниями следователя Л.С.С., с участием понятых Г.Ф.Р. и А.М.М., эксперта-криминалиста Ш.Д.А., судебного медицинского эксперта С.С.Ю., следователя-криминалиста С.П.Е., и участвующих в осмотре лиц, а всё изъятое отражено в протоколе. 

Свидетели Г.Ф.Р. и А.М.М. также подтвердили наличие их подписей в протоколе осмотра места происшествия, замечания на проводимое следственное действие ими не подавались, противоречия в показаниях свидетелей устранены в ходе судебного следствия. Суд полагает, что протокол осмотра места происшествия, вещественные доказательства и проведенные по ним экспертизы являются допустимыми доказательствами.

Вышеперечисленные письменные доказательства соответствуют требованиям, установленным уголовно-процессуальным законом, согласуются с другими доказательствами по делу, признанными судом достоверными, сомнений у суда не вызывают, и потому суд признаёт их допустимыми и достоверными доказательствами.

Совокупность принятых и оценённых, как допустимые и достоверные доказательства, изложенные в описательно-мотивировочной части приговора, суд считает достаточным для постановления приговора, не ставит под сомнение выводы суда о виновности ФИО1 в содеянном.

Таким образом, оценив каждое из приведённых выше доказательств с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а все эти доказательства в совокупности – с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела, суд считает, что они в совокупности позволяют сделать вывод о доказанности виновности подсудимого в совершении вышеописанного преступного деяния, полагая возможным положить их в основу обвинительного приговора в отношении ФИО1

Суд считает, что в судебном заседании установлено, что подсудимый ФИО1, действуя умышленно, в ходе ссоры, с целью причинения потерпевшему Е.В.Н. тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, нанёс Е.В.Н. руками, а также деревянными фрагментами от мебельного гарнитура, применяя которые как предметы, используемые в качестве оружия, не менее 23 ударов в область головы, тела, конечностей. В результате данных действий подсудимым ФИО1 был причинен тяжкий вред здоровью Е.В.Н., опасный для жизни человека.

Об умышленных действиях подсудимого ФИО1 свидетельствуют обстоятельства причинения телесных повреждений Е.В.Н., их способ причинения, локализации. Удары подсудимым были нанесены именно в тот момент, когда Е.В.Н. не представлял какой – либо реальной опасности для его жизни и здоровья. Кроме того, локализация причиненных телесных повреждений потерпевшего свидетельствуют о том, что удары наносились с достаточной механической силой в жизненно важный орган – голову и грудную клетку, что свидетельствует об умысле подсудимого на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшему. При этом смерть потерпевшего Е.В.Н., хотя и наступила в результате тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, причиненного ему вышеуказанными действиями подсудимого, действия подсудимого ФИО1 по отношению к наступлению смерти Е.В.Н., являются неосторожными.

Намеренно нанося удары кулаком и деревянными фрагментами от мебельного гарнитура в область головы и по телу, ФИО1, даже на бытовом интуитивном уровне должен был, а по обстоятельствам дела (с учётом наличия времени и возможности оценки ситуации с его стороны, возможности выбора поведения и осознанности такого выбора, обстановки места происшествия) мог предвидеть возможность наступления инкриминированных ему тяжких последствий.

Суд установил, что прямой преступный умысел подсудимого ФИО1, был направлен на умышленное причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего Е.В.Н., об этом свидетельствует характер его агрессивных действий, целенаправленность в достижении преступного результата. Так, в отсутствие какой-либо реальной опасности для его жизни, 25 августа 2018 г., около 23 часов в квартире по адресу: 

<

адрес>, из-за того, что Е.В.Н., находясь в нетрезвом виде, испражнился в квартире ФИО1, а также уронил мебельный гарнитур, на почве личных неприязненных отношений, ФИО1 нанёс потерпевшему Е.В.Н. не менее 23-ти ударов руками, а также деревянными фрагментами от мебельного гарнитура, применяя которые как предметы, используемые в качестве оружия, по голове, телу, верхним и нижним конечностям, чем причинил Е.В.Н. телесные повреждения, которые, по своему характеру, непосредственно создали угрозу для жизни человека, поэтому оцениваются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта, телесные повреждения у Е.В.Н. образовались от не менее 23 травматических воздействий твердыми тупыми предметами. 

<

данные изъяты> При этом характер имевшейся 

<

данные изъяты> травмы не исключает возможности её причинения при нанесении ударов кистью руки сжатой в кулак, а также фрагментом полки в указанные области головы, грудной клетки и конечностей, то есть, при обстоятельствах, указанных ФИО1 в ходе допроса в качестве подозреваемого и обвиняемого. А также обнаруженные на трупе Е.В.Н., не состоящие в причинно-следственной связи с наступлением смерти, образовались не менее чем от 14 ударных воздействий твердого тупого предмета (предметов), квалифицируются как повреждения средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровью и не причинившие вред здоровью человека. Указанное свидетельствует, что все имевшиеся телесные повреждения, включая 

<

данные изъяты> травму, образовались не менее чем от 23-х травматических воздействий твердыми тупыми предметами в короткий промежуток времени, друг за другом, незадолго до наступления смерти.

Доводы ФИО1, что ограничился лишь 4-мя ударами кулаком по лицу и не более 7 ударов фрагментом мебельной стенки спине, верхним и нижним конечностям, представляются несостоятельными, опровергаются последовательными показаниями самого ФИО1, в которых говориться о большем количестве ударов, и выводами экспертизы об обнаруженных у потерпевшего повреждениях.

Доводы подсудимого ФИО1 о том, что им не мог быть причинён тяжкий вред здоровью Е.В.Н. также полностью опровергнуты в ходе судебного следствия, в том числе показаниями свидетелей и заключением судебно-медицинского эксперта. Допрошенная в судебном заседании судебно-медицинский эксперт С.С.В. выводы, изложенные в заключении, подтвердила и пояснила, что все имевшиеся у потерпевшего повреждения образовались в короткий промежуток времени, одно за другим.

Согласно показаниям как самого ФИО1, так и допрошенных по делу свидетелей, никто иной, кроме ФИО1, в этот день Е.В.С. не избивал, из показаний ФИО1 в ходе предварительного следствия также следует, что он обнаружил Е.В.Н. утром 26 августа 2018 г. в том же положении, в котором он находился, обстановка в квартире не изменилась с того момента, когда ФИО1 уходил из квартиры.

В совокупности указанные доказательства подтверждают факт причинения всех телесных повреждений Е.В.Н. именно ФИО1

Позицию подсудимого ФИО1 в части признания им факта нанесения ударов потерпевшему Е.В.Н. 4 ударов кулаком по лицу и не более 7 ударов фрагментом мебельной стенки по спине, рукам и ногам, суд признает достоверной, а его отрицание количества указанных в обвинении ударов и возможности причинения им тяжкого вреда здоровью – недостоверной, обусловленной стремлением уклониться от уголовного наказания за объективно совершенное тяжкое преступление.

При таких обстоятельствах доводы подсудимого и его защитника о необходимости переквалификации действий ФИО1 и в том числе о необходимости его оправдании опровергаются вышеизложенными доказательствами.

Совокупность обстоятельств совершения преступления, характер и последовательность действий ФИО1 свидетельствуют об умысле подсудимого на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего и неосторожностью к смертельному исходу.

В соответствии со статьей 27 Уголовного кодекса Российской Федерации, если в результате совершения умышленного преступления причиняются тяжкие последствия, которые по закону влекут более строгое наказание и которые не охватывались умыслом лица, уголовная ответственность за такие последствия наступает в случае, если лицо не предвидело, но должно было и могло предвидеть возможность наступления этих последствий. Указанное имеет место в рассматриваемом случае.

При этом установленные судом обстоятельства полностью опровергают возможность причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшему Е.В.Н., опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего, не в результате действий ФИО1, а в результате действий иных лиц, что прямо следует из вышеприведённых показаний свидетелей и заключений экспертов, указанная версия была проверена судом, объективного подтверждения не нашла, в том числе путём проверки местонахождения Д.А.И., который содержался в момент события преступления в ИВС Отдела МВД России по г. Киселёвску Кемеровской области с 10 часов 30 минут 18 августа 2018 г. до 09 часов 30 минут 27 августа 2018 г., что объективно исключает его нахождение в месте совершения преступления.

Исходя из установленных по делу обстоятельств совершённого преступления, суд также не усматривает в действиях подсудимого ФИО1 признаков необходимой обороны или превышения пределов необходимой обороны, поскольку как следует из показаний самого подсудимого и не оспаривается иными доказательствами по делу, смертельные повреждение потерпевшему подсудимый нанёс в тот период времени, когда Е.В.Н. не совершал действий, угрожающих жизни и здоровью кого-либо, поэтому совершение таких действий, как нанесение ударов, повлекших смерть, не вызывалось необходимостью.

Квалифицирующий признак с применением предмета, используемого в качестве оружия, также нашёл своё подтверждение в судебном заседании, поскольку для причинения телесных повреждений потерпевшему Е.В.Н. подсудимый ФИО1 использовал фрагменты мебели, которыми возможно причинение телесных повреждений, опасных для жизни или здоровья.

Как следует из заключения судебно-психиатрической комиссии экспертов от 04 сентября 2018 г. №, подсудимый ФИО1 в период инкриминируемого ему деяния каким-либо психическим расстройством не страдал и не страдает им в настоящее время. В период инкриминируемого ему деяния он также не обнаруживал признаков какого-либо временного болезненного расстройства психической деятельности, а находился в состоянии простого (не патологического) алкогольного опьянения (л.д. 200-203 том 1).

Учитывая изложенное, а также материалы дела, касающиеся личности подсудимого и обстоятельства совершения им преступления, его поведение в судебном заседании, суд признаёт ФИО1 вменяемым в отношении инкриминируемого ему деяния.

Действия подсудимого суд квалифицирует по ч. 4 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего.

Обсуждая вопрос о назначении вида и меры наказания подсудимому, суд, в соответствии с положениями ст. 6, ч. 3 ст. 60 Уголовного кодекса Российской Федерации, учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, обстоятельства совершения преступления, данные о личности подсудимого, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи. Суд учитывает, что наказание должно быть соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности преступления, закреплённым в уголовном законодательстве Российской Федерации принципам гуманизма и справедливости, полностью отвечающим задачам исправления осуждённого и предупреждения совершения им новых преступлений.

Подсудимый ФИО1 

<

данные изъяты>, имеет регистрацию и постоянное место жительства в г. Киселёвске Кемеровской области, где проживает один, 

<

данные изъяты>, допрошенные в судебном заседании в качестве свидетелей соседи по месту жительства подсудимого характеризовали его с положительной стороны, основного места работы не имеет, имеет случайные заработки от трудовой деятельности без официального оформления трудовых отношений, является ветераном боевых действий, 

<

данные изъяты> имеет государственную награду (л.д. 6-7 том 2), 

<

данные изъяты>

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд признает и учитывает полное признание подсудимым своей вины в совершённом преступлении и раскаяние в содеянном в ходе предварительного следствия, явку с повинной, а также частичное признание подсудимым своей вины в совершённом преступлении в судебном заседании, 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> то обстоятельство, что ФИО1 является ветераном боевых действий и имеет государственную награду.

Кроме того, суд учитывает, что ФИО1, изобличив себя в совершённом преступлении, подробно рассказал на предварительном следствии обстоятельства его совершения, будучи допрошенным в качестве подозреваемого и обвиняемого в ходе предварительного следствия, давал последовательные показания о своей причастности к инкриминированному ему деянию, в дальнейшем детально продемонстрировал свои действия на месте совершения преступления, о чём был составлен протокол проверки его показаний на месте, то есть представил органу предварительного следствия информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления, чем облегчил органу предварительного расследования реализацию процедуры уголовного преследования. В вязи с чем, такое поведение ФИО1 суд признаёт как его активное способствование раскрытию и расследованию преступления, то есть смягчающее наказание обстоятельство.

С учётом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности подсудимого, суд не признает совершение ФИО1 преступления в состоянии алкогольного опьянения отягчающим обстоятельством, в соответствии с частью 1.1 статьи 63 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В соответствии с ч. 2 ст. 18 Уголовного кодекса Российской Федерации, исходя из разъяснений, содержащихся в абз. 2 п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 г. № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», суд признаёт в действиях ФИО1 при совершении им указанного преступления, отнесённого уголовным законом к категории особо тяжких преступлений, имеющего судимость за ранее совершённое умышленное преступление, отнесённое к категории тяжких преступлений, по приговору Киселёвского городского суда Кемеровской области от 16 января 2009 г. рецидив преступлений опасным.

На основании п. «а» ч. 1 ст. 63 Уголовного кодекса Российской Федерации суд признает наличие рецидива преступлений отягчающим наказание обстоятельством и назначает подсудимому ФИО1 наказание за совершение указанного преступления с учётом требований ч. 2 ст. 68 Уголовного кодекса Российской Федерации, не усматривая оснований для применения ч. 3 ст. 68 Уголовного кодекса Российской Федерации.

С учётом наличия в действиях ФИО1 обстоятельства, отягчающего наказание, суд также лишён возможности обсудить вопрос об изменении категории совершённого им преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В силу наличия отягчающего обстоятельства в виде рецидива преступлений оснований для применения при назначении наказания за совершённое преступление положений, установленных частью 1 статьи 62 Уголовного кодекса Российской Федерации, не имеется.

Судом также не установлено исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершённого ФИО1 преступления, которые позволили бы применить к нему правила, предусмотренные ст. 64 Уголовного кодекса Российской Федерации, в связи с чем, суд не усматривает оснований для применения при назначении подсудимому наказания положений ст. 64 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Обсуждая вопрос о виде и размере наказания ФИО1 суд принимает во внимание конкретные обстоятельства дела, характер и общественную опасность совершённого преступления, а также данные о личности виновного, учитывает, что в соответствии с ч. 2 ст. 43 Уголовного кодекса Российской Федерации наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осуждённого и предупреждения совершения новых преступлений. Суд полагает, что с учётом характера и степени общественной опасности совершённого преступления, достижение целей наказания и исправление подсудимого может быть достигнуто только в условиях изоляции его от общества, и считает необходимым назначить ФИО1 наказание в виде реального лишения свободы на определённый срок, оснований для применения ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации судом не усматривается. Помимо этого, суд приходит к выводу о невозможности применения к назначенному ФИО1 наказанию положений ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации об условном осуждении, также и из того, что в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации условное осуждение при опасном рецидиве преступлений назначено быть не может.

Учитывая данные о личности подсудимого, суд считает возможным не назначать в отношении него дополнительное наказание в виде ограничения свободы, предусмотренного санкцией части 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 Уголовного кодекса Российской Федерации назначенное наказание в виде лишения свободы на определённый срок подлежит отбытию ФИО1 в колонии строгого режима.

Поскольку суд приходит к выводу о назначении подсудимому ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы, то оснований для изменения или отмены избранной в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу не имеется. В связи с чем, в срок отбывания наказания время содержания ФИО1 под стражей по настоящему уголовному делу по день вступления приговора в законную силу подлежит зачёту в срок лишения свободы из расчёта один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима на основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Время содержания ФИО1 под стражей в качестве меры пресечения по данному уголовному делу в период с 26 августа 2018 г. по 18 июня 2019 г. включительно также подлежит зачёту в срок лишения свободы из расчёта один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима на основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Разрешая вопрос о гражданском иске, в соответствии с п. 10 ч. 1 ст. 299 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд при постановлении приговора приходит к следующему.

В ходе предварительного следствия потерпевшей П.Е.В. были заявлены исковые требования о взыскании в её пользу с подсудимого ФИО1 причиненного ей преступлением материального ущерба в размере 

<

данные изъяты> (затраты, связанные с погребением) и компенсации морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Разрешая гражданский иск потерпевшей П.Е.В. к подсудимому ФИО1 о компенсации морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей, суд исходит из следующего. Суд, руководствуясь требований статей 1099, 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая требования разумности и справедливости, исходя из степени, объёма и характера причинённых потерпевшей П.Е.В. нравственных страданий, связанных с её индивидуальными особенностями, оценивая при этом как фактические обстоятельства совершённого преступления и причинения вреда, так и наступившие последствия, выразившиеся в потере близкого человека – родного отца, фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, степень вины причинителя вреда, данные о его личности, материальном и семейном положении подсудимого, является совершеннолетним, трудоспособным, имеющим иждивенцев, заявленные П.Е.В. исковые требования о компенсации причиненного ей морального вреда, подлежат удовлетворению в полном объёме, то есть в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Разрешая исковые требования П.Е.В. о взыскании в её пользу с подсудимого ФИО1, причиненного ей преступлением материального ущерба в размере 

<

данные изъяты> рублей, суд признает за гражданским истцом П.Е.В. право на удовлетворение гражданского иска, однако в связи с необходимостью производства дополнительных расчётов и предоставлением дополнительных доказательств, связанных с гражданским иском, и требующих отложения судебного разбирательства, вопрос о размере возмещения гражданского иска подлежит передаче для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства, на основании ч. 2 ст. 309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

При решении вопроса о вещественных доказательствах суд руководствуется требованиями статьи 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Вопрос о распределении процессуальных издержек суд разрешает вынесением отдельного процессуального документа.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 307-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание за совершение указанного преступления в виде лишения свободы на срок 10 (десять) лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания ФИО1 исчислять с 19 июня 2019 г.

Зачесть в срок лишения свободы время содержания ФИО1 под стражей в качестве меры пресечения по данному уголовному делу в период с 26 августа 2018 г. по 18 июня 2019 г. включительно из расчёта один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима на основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить прежнюю в виде заключения под стражу, по вступлении приговора в законную силу – отменить. На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации время содержания ФИО1 под стражей по настоящему уголовному делу с 19 июня 2019 г. по день вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчёта один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима на основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Взыскать с ФИО1 в пользу П.Е.В. компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Признать за гражданским истцом П.Е.В. право на удовлетворение гражданского иска в части взыскания с ФИО1 материального ущерба в виде расходов на погребение, вопрос о размера возмещения гражданского иска передать для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства:

хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств следственного отдела по г. Киселёвск следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Кемеровской области: толстовку, джинсы, трусы, ремень, фрагменты полок и разделочной доски, половник – уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, осуждённым, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, путём принесения апелляционных жалобы, представления, отвечающих требованиям ст. 389.6 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации через Киселёвский городской суд Кемеровской области. 

В случае подачи апелляционной жалобы в течение десяти суток со дня вручения ему копии приговора, осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чём он должен указать в апелляционной жалобе, и в тот же срок – со дня вручения ему апелляционного представления или апелляционной жалобы, затрагивающих его интересы.

Председательствующий М.В. Василевичева