Дело №2-2/2019 

24RS0040-02-2018-000359-67

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

г.Норильск 12 марта 2019 г.

Норильский городской суд в районе Талнах Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Григорица С.Н.,

при секретаре Боровковой И.О.,

с участием прокурора Кузнецовой Е.Н.,

истца ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-2/2019 по искуФИО2 к ФКУ Лечебное профилактическое учреждение Краевая туберкулезная больница №1 ГУФСИН России по Красноярскому краю, ГУФСИН России по Красноярскому краю, ФКУЗ МСЧ-№ ФСИН России по Красноярскому краю о признании незаконными действий (бездействия) врачей, взыскании компенсации морального вреда, утраченного заработка и средств на лечение,

у с т а н о в и л:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФКУ Лечебное профилактическое учреждение Краевая туберкулезная больница № о признании незаконными действий (бездействия) врачей, мотивируя свои требования следующим. Приговором суда ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 назначено наказание в виде лишения свободы, которое исчисляется с 11 ноября 2014 г., и в настоящее время он отбывает наказании в ФКУ ОИК-36 ИК-

<

адрес>. В период отбывания наказания ему установлен диагноз 

<

данные изъяты> в связи с чем были проведены две хирургические операции, которые не принесли улучшений. В настоящее время оперированный сустав практически не двигается, правое колено не двигается, невозможно наступать на правую ногу, поскольку сразу же возникает невыносимая боль. Все это привело к тому, что истец не может самостоятельно передвигаться, а именно: без вспомогательных средств (технических костылей). Кроме того, он вынужден принимать обезболивающие лекарственные препараты, систематическое употребление которых наносит вред внутренним органам, а также проживать в инвалидном отряде среди немощных стариков – пенсионеров и калек и не может трудоустроиться по специальности. Полагает, что указанные последствия возникли в результате двух операций, проведенных врачами ФКУ ЛПУ КТБ-1 

<

адрес> и свидетельствуют о причинении ему вреда здоровью, поскольку до осуждения он был полностью здоров, работал в 

<

данные изъяты> с 11 октября 2012 г. по 22 июля 2013 г. При приеме на работу проходил медицинское освидетельствование, в ходе которого каких-либо заболеваний и патологий не было выявлено, жалоб на боли в правом коленном суставе не было. Также не было жалоб при медицинских осмотрах 17 декабря 2013 г. при заключении его под стражу и поступлении в СИЗО-4 

<

адрес>, 14 ноября 2014 г. по прибытии в ИК-5 

<

адрес> для отбывания наказания. В период отбывания наказания в ФКУ ОИК-36 ИК-5 с 1 по 30 марта 2015 г. работал крановщиком, был уволен в связи с нарушением установленного порядка отбывания наказания, не связанного с работой. 04 декабря 2014 г. был осмотрен хирургом автопоезда выездной медицинской комиссии, установлен предварительный диагноз 

<

данные изъяты> после чего был направлен на осмотр врачами ФКУ ЛПУ КТБ-1 

<

адрес>, где ему установлен диагноз 

<

данные изъяты> Отмечена необходимость хирургического вмешательства и первая операция была проведена врачами КТБ-1 05 июня 2015 г. 17 августа 2015 г. осмотрен МЧ-13, диагноз 

<

данные изъяты> Передвижение при помощи трости. 18 сентября 2015 г. в КТБ-1 врачи подтвердили диагноз, отметив о наличии рецидива заболевания. 25 мая 2016 г. и 12 сентября 2016 г. осмотрен МЧ-13, жалобы на боли в правом коленном суставе и нестабильность к передвижении. 07 октября 2016 г. проведена вторая операция. 15 декабря 2016 г. осмотрен врачами КТБ-1, диагноз 

<

данные изъяты> 21 апреля 2017 г. в КТБ-1 установлен диагноз 

<

данные изъяты> передвижение только на костылях. Врачи диагностируют проведение третьей операции. При изложенных обстоятельствах, истец ФИО2 полагает, что в результате двух неудачных операций, проведенных врачами КТБ-1 г.Красноярска был причинен вред его здоровью, поскольку им утрачена способность к самообслуживанию и самостоятельному передвижению, а также утратил общую трудоспособность. 

Определениями Норильского городского суда (в районе Талнах) в качестве соответчиков по делу привлечены ГУФСИН России по Красноярскому краю 16 марта 2018 г. (л.д.15) и ФКУЗ МСЧ-24 ФСИН России по 

<

адрес> 04 апреля 2018 г. (л.д. 54-56).

В порядке ст.39 ГПК РФ истец ФИО2 дополнил исковые требования (л.д.92-93) и окончательно просит взыскать с ответчиков компенсацию морального вреда в размере 1500000 рублей, так как полагает, что после двух проведенных операций врачами ФКУ ЛПУ КТБ-1 г.Красноярска наступили тяжкие последствия, поскольку передвигаться истец может только исключительно на костылях, а каждая попытка наступить на прооперированную ногу доставляет ему боль и страдания, в связи с чем вынужден принимать обезболивающие таблетки. Также он испытывает постоянные унижения, так как приходится просить о помощи окружающих. В отряде, в котором он проживает, более 90 человек, которые все наблюдают и видят, как он мучается и передвигается, от чего испытывает себя неполноценным. Последствиями двух операций явилась утрата способности заниматься спортом, ходить на прогулки, гулять, обслуживаться без посторонней помощи, а также то, что он находится в жалком беспомощном состоянии, ощущает на себе пренебрежительное отношение со стороны здоровых и полноценных людей. Все это унижает его личное достоинство и противоречит ст.21 Конституции РФ. Также врачи ФКУ ЛПУ КТБ-1 г.Красноярска препятствуют в получении группы инвалидности, специально занижая диагноз, в связи с чем он не имеет прав на реабилитацию и льготы установленные для инвалидов. В целях восстановления состояния его здоровья и трудоспособности, а также устранения последствий, наступивших после проведенных неудачных операций, истцу необходимо проведение третьей операции, с чем он не согласен, поэтому после окончания срока наказания он намерен обратиться в центр трансплантологии для проведения операции по замене всех поврежденных связок на искусственные. Стоимость таких операций в «Гарант-клиник» 

<

адрес> с учетом курса реабилитации (по предварительным оценкам) составляет около 170000 рублей, а также необходимы расходы на приобретение билетов туда и обратно около 30000 рублей, поэтому истец просит взыскать с ответчика 200000 рублей для лечения. Также просит взыскать утраченный заработок в размере 893000 рублей за 95 месяцев за период с июня 2015 г. по май 2023 г., исходя из расчета 95мес.х9400руб.(1 МРОТ)=893000руб.), поскольку если бы он не утратил трудоспособность, то мог бы работать в ИУ в течение всего срока отбывания наказания и получить заработную плату согласно действующему законодательству не менее чем 1 МРОТ (л.д.92-93).

В судебном заседании истец ФИО2 на заявленных дополненных исковых требованиях настаивал по изложенным в заявлениях доводам, и суду пояснил, что ему неизвестно, откуда образовалось застарелое растяжение связок. До ареста и заключения под стражу истец полноценно осуществлял трудовую деятельность, не травмировался и операций ему не проводили, что отражено в экспертном заключении. Полагает, что он утратил трудоспособность в результате неправомерных действий врачей ФКУ ЛПУ КТБ-1 

<

адрес>, которые неудачно провели операцию. Действительно, во время трудовой деятельности он стал немного прихрамывать, его осматривали хирурги. По какой причине он хромал, не знает, операция была проведена, поскольку нога «шаталась». Также истец указал на то, что при проведении судебной экспертизы были исследованы истории болезни № и №, которые принадлежат ФИО12, а не ему. 

Представитель ответчика ФКУ Лечебное профилактическое учреждение Краевая туберкулезная больница № ГУФСИН России по 

<

адрес> ФИО3, действующая на основании доверенности от 16 декабря 2016 г. (л.д.28), в судебное заседание не явилась, о дне, времени и месте рассмотрения дела была уведомлена судом надлежащим образом. В письменном отзыве от 03 апреля 2018 г. (л.д.27) просит дело рассмотреть без участия представителя ФКЛПУ КТБ-1 ГУФСИН России по Красноярскому краю, в удовлетворении исковых требований ФИО2 отказать, мотивируя следующим. Осужденный ФИО2 прибыл в ФКЛПУ КТБ-1 ГУФСИН России по 

<

адрес> из ФКУ ОИК-36 ИК-5 ГУФСИН России по 

<

адрес> для прохождения лечения в филиале «Туберкулезная больница №» ФКУЗ МСЧ-24 ФСИН России в связи с имеющимся заболеванием и пребывал в учреждении с 25 мая 2015 г. по 13 августа 2015 г. и с 28 сентября 2016 г. по 26 октября 2016 г. Согласно Уставу в полномочия КТБ-1 не входит оказание медицинской помощи осужденным, а также ведение медицинских документов и ознакомление с ними осужденных. КТБ-1 организовывает на территории КТБ-1 оказание медицинской помощи в филиале «Туберкулезная больница №» ФКУЗ МСЧ-24 ФСИН России. Врачи не являются сотрудниками или работниками КТБ-1, в штатное расписание КТБ-1 должность «врач» не входит. Медико-санитарным обеспечением осужденных, подозреваемых, обвиняемых в совершении преступлений, а также лекарственным обеспечением занимается ФКУЗ МСЧ-24 ФСИН России по Красноярскому краю, в связи с чем считает, что КТБ-1 не является надлежащим ответчиком. 

Представитель ответчика ФКУЗ МСЧ-24 ФСИН России по Красноярскому краю ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебное заседание не явилась, о дне, времени и месте рассмотрения дела была уведомлена судом надлежащим образом. В письменном отзыве от 07 июня 2018 г. (л.д.112-115) просит дело рассмотреть без участия представителя ФКУЗ МСЧ-24 ФСИН России по Красноярскому краю, в удовлетворении исковых требований ФИО2 отказать, мотивируя следующим. Медицинскую помощь ФИО2 получил согласно приказу МЗиСР РФ и МЮ РФ от 17 октября 2005 г. №640/190 «Об утверждении порядка организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказания в местах лишения свободы и заключенным под стражу». 25 мая 2015 г. истец поступил в ТБ-1. Из анамнеза: болен с 2012 г., свое заболевание связывает с тем, что была травма коленного сустава, обстоятельства травмы не уточнял. С 2012 по 2015 год за медицинской помощью не обращался, по поводу травмы не лечился. В МЛС с 2013 года. Также имеет сопутствующие заболевания: гепатит 

<

данные изъяты>. При поступлении больной осмотрен коллегиально лечащим врачом с начальником отделения, проведены диагностический пробы, был выставлен диагноз: 

<

данные изъяты> Больной в условиях Отделения травматологии и Сочетанной травмы (далее ОТиСТ) обследован клинически, инструментально и лабораторно. Наличие боковой нестабильности правого коленного сустава II степени, является показанием к плановому оперативному лечению, которое было предложено больному, разъяснены ход, объем оперативного вмешательства, возможные осложнения, получено письменное согласие на операцию. 05 июня 2015 г. проведена плановая операция 

<

данные изъяты> послеоперационный период протекал без осложнений. После заживления послеоперационных ран больной прошел курс реабилитации. 13 августа 2015 г. выписан в удовлетворительном состоянии по месту отбывания наказания с рекомендациями. На момент выписки аутотрансплантат прижился, функционировал, наружная боковая нестабильность устранена. В декабре 2015 г. повторная бытовая травма правого коленного сустава, вновь появилась нестабильность коленного сустава за счет внутренней боковой связки правого коленного сустава. 28 сентября 2016 г. ФИО2 повторно госпитализирован в ТБ-1 с жалобами на периодические боли в правом коленном суставе, усиливаются при нагрузки; нестабильность в правом коленном суставе с внутренней стороны. Был осмотрен коллегиально начальником ОТиСТ и хирургом был выставлен диагноз: 

<

данные изъяты> Больной в условиях ОТиСТ обследован клинически, инструментально и лабораторно. Учитывая имеющуюся патологию, наличие боковой нестабильности правого коленного сустава II степени, что является показанием к плановому оперативному лечения, больному предложено оперативное лечение, разъяснены ход, объем оперативного вмешательства, возможные осложнения, получено письменное согласие на операцию. 07 октября 2016 г. проведена плановая операция: «

<

данные изъяты> После заживления послеоперационных ран больной 19 октября 2016 г. выписан в удовлетворительном состоянии по месту отбывания наказания с рекомендациями. Больному была выполнена гипсовая иммобилизация с уточнением дальнейшей тактики ведения амбулаторно, с рекомендациями после снятия гипсовой иммобилизации направить для повторного осмотра врача травматолога-ортопеда ТБ-1 в день амбулаторного приема. 16 декабря 2016 г. истец обратился к врачу травматологу-ортопеду в день амбулаторного приема ТБ-1 с вопросов об установлении группы инвалидности. Показаний для МСЭ не выявлено. Клинический и реабилитационный прогноз благоприятный. Рекомендовано оперативное лечение в плановом порядке при согласии больного. В послеоперационном периоде больной нарушал режим реабилитации, занимался спортом, получал повторные травмы нижних конечностей. На момент осмотра отмечается нестабильность обоих коленных суставов с внутренней стороны. Даны рекомендации о повторном оперативном лечении при согласии больного. Больной представлен на конфликтную МСЭ 01 июня 2017 г., инвалидом не признан. Больному проведены две высокотехнологические реконструктивные операции, после которых нестабильность коленного сустава устранена, но больной повторно травмировал нижние конечности, вызвав рецидив нестабильности справа, первичное поражение внутренней боковой связки правого коленного сустава. В настоящее время имеется возможность амбулаторного лечения методами ортезирования (наружной фиксации) коленных суставов. Это компенсирует нарушение функции связочного аппарата коленных суставов при нежелании больного на повторные оперативные вмешательства. Больной повторно осмотрен травматологом 21 февраля 2018 г. Цель обращения больного - получение группы инвалидности по собственному желанию. Показаний для представления на МСЭ нет. Даны рекомендации на оперативное лечение, либо амбулаторное ношение ортезов. При таких обстоятельствах, представитель ответчика полагает, что медицинская помощь была предоставлена в полном объеме согласно приказу МЗиСР РФ и МЮ РФ от 17 октября 2005 г. №640/190 «Об утверждении порядка организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказания в местах лишения свободы и заключенным под стражу».

Представитель ответчика ГУФСИН России по Красноярскому краю в судебное заседание не явился, о дне, времени и месте рассмотрения дела был уведомлен судом надлежащим образом. 

В силу ст.167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

Заслушав истца ФИО2, прокурора Кузнецову Е.Н., полагавшую исковые требования необоснованными и не подлежащими удовлетворению, исследовав и оценив по правилам ст.67 ГПК РФ собранные по делу доказательства в их совокупности, руководствуясь ст.ст. 55 - 56, 59 - 60 ГПК РФ, суд приходит к следующему. 

В соответствии со ст.41 Конституции РФ каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

В соответствии с п.6 ст.12 УИК РФ осужденные имеют право на охрану здоровья, включая получение первичной медико-санитарной и специализированной медицинской помощи в амбулаторно-поликлинических или стационарных условиях в зависимости от медицинского заключения.

В соответствии со ст.18 ФЗ РФ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», каждый имеет право на охрану здоровья. Право на охрану здоровья обеспечивается, в том числе, оказанием доступной и качественной медицинской помощи. Согласно положениям п.п. 3, 4, 5, 21 ст. 2 ФЗ РФ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" под медицинской помощью понимается комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг.

В силу п.9 ч.5 ст.19, ст.98 ФЗ РФ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи. Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В силу ст.26 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» лица, задержанные, заключенные под стражу, отбывающие наказание в виде ограничения свободы, ареста, лишения свободы либо административного ареста, имеют право на оказание медицинской помощи, в том числе в необходимых случаях в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Порядок организации оказания медицинской помощи, в том числе в медицинских организациях государственной и муниципальной систем здравоохранения, лицам, указанным в ч.1 настоящей статьи, устанавливается законодательством Российской Федерации, в том числе нормативными правовыми актами уполномоченного федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, по согласованию с уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Совместным Приказом Минздравсоцразвития РФ №640, Минюста РФ №190 от 17 октября 2005 г. утвержден Порядок организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу.

Для оказания медицинской помощи подозреваемым, обвиняемым и осужденным в Учреждении организуется медицинская часть, которая является структурным подразделением Учреждения: следственного изолятора (далее - СИЗО), исправительного учреждения (далее - ИУ), в том числе исправительной колонии (далее - ИК), лечебного исправительного учреждения (далее - ЛИУ), воспитательной колонии (далее - ВК), тюрьмы) либо филиалом лечебно-профилактического учреждения.

Учреждение, в котором медицинская часть является его структурным подразделением, исполняет функции лечебно-профилактического учреждения в отношении содержащихся подозреваемых, обвиняемых и осужденных, по видам медицинской помощи (работам и услугам) согласно полученной лицензии на медицинскую деятельность (п. 13).

Основная цель деятельности медицинской части - гарантированное обеспечение оказания первичной медицинской помощи лицам, содержащимся в Учреждении. В зависимости от местных условий, вида Учреждения, экономической целесообразности и иных обстоятельств медицинская часть может обеспечивать оказание некоторых видов специализированной медицинской помощи (п. 14).

В силу п.15 Порядка основными задачами медицинской части являются: оказание неотложной медицинской помощи; оказание амбулаторной и стационарной медицинской помощи; организация и проведение медицинских осмотров, диспансеризации; организация и проведение комплекса санитарно-гигиенических и противоэпидемических мероприятий; гигиеническое обучение и пропаганда здорового образа жизни.

В соответствии со ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, под которыми в частности понимается утрата или повреждение его имущества и расходы, которые лицо понесло или должно будет понести для восстановления нарушенного права (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с действующим законодательством, гражданско-правовая ответственность причинителя вреда наступает в том случае, если имеется причинно-следственная связь между его виновным поведением и наступившим вредом. Недоказанность одного из названных элементов состава правонарушения влечет за собой отказ суда в удовлетворении исковых требований.

Согласно ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу ст.1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно ч.2 ст.1099 ГК РФ моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

В судебном заседании установлено, что ФИО2 был осужден 

<

данные изъяты>

Истец ФИО2 отбывал наказание в ОИК-36 ИК-5 ГУФСИН России по 

<

адрес>. До осуждения истец, согласно справке от 08 декабря 2016 г. (л.д. 8, 9), в период с 01 декабря 2012 г. по 22 июля 2013 г. работал 

<

данные изъяты>.

ФКУЗ «Медико-санитарная часть № ФСИН» является медицинской некоммерческой организацией, действует на основании Устава, утвержденного приказом ФСИН России от 12 ноября 2013 г. № (л.д.29-49), согласно п.1.1 которого ФКУЗ «Медико-санитарная часть № ФСИН» является учреждением, входящим в уголовно-исполнительную систему, осуществляющим медико-санитарное обеспечение сотрудников, пенсионеров УИС и членов их семей, осужденных, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, и иных граждан, прикрепленных на медицинское обслуживание в установленном порядке, федеральный государственный санитарно-эпидемиологической надзор. 

Осужденный ФИО2 прибыл в ФКЛПУ КТБ-1 ГУФСИН России по 

<

адрес> из ФКУ ОИК-36 ИК-5 ГУФСИН России по 

<

адрес> для прохождения лечения в филиале «Туберкулезная больница №» ФКУЗ МСЧ-24 ФСИН России в связи с имеющимся заболеванием с 25 мая 2015 г. по 13 августа 2015 г. и с 28 сентября 2016 г. по 26 октября 2016 г.

Из Выписки из медицинской карты ФИО2, предоставленной МЧ-13 МСЧ-24 от 03 апреля 2018 г. следует, что ФИО2 13 ноября 2014 г. обследован, состоит на Д-учете врача-терапевта. Диагноз «

<

данные изъяты> Сопутствующий: 

<

данные изъяты> Находился на обследовании в ТБ-1 с 28 сентября 2016 г. по 19 октября 2016 г. 04 октября 2016 г. обращался с заявлением о предоставлении его на МСЭК. Был направлен на осмотр травматолога в дополнительный амбулаторный прием (ДАП) 16 декабря 2016 г. для решения вопроса о предоставлении его на МСЭК. Заключение: показаний для МСЭ не выявлено. Клинический и реабилитационный прогноз благоприятные. От предложенного оперативного лечения осужденный отказывается. 27 марта 2017 г. осмотрен врачом- инфекционистом ТБ-1, назначено лечение АРВТ. 20 марта 2017 г. вновь обратился с заявлением о предоставлении его на МСЭК. Осмотрен узкими специалистами ТБ-1 в ДАП 21 апреля 2017 г. По результатам осмотра представлен на МСЭК 01 июня 2017 г., инвалидом не признан. 08 июля 2017 г. консультирован врачом-инфекционистом ТБ-1 в ДАП по замене АРВТ. 23 октября 2017 г. осмотрен специалистами медицинского автопоезда. 24 ноября 2017 г. обращение к врачу- терапевту с жалобами на боли в правом коленном суставе, назначен курс НПВП. 30 марта 2018 г. осмотр начальника филиала с жалобами на боли в суставах, неустойчивость при ходьбе. Назначен курс НПВП, оформлен запрос на обследование в ТБ-1 для решения вопроса об освобождении от отбывания наказания (ст.81 УИК) в связи с болезнью по ППРФ № от 2004 г. (л.д.69-70,116).

Из истории болезни № от 25 мая 2015 г. следует, что ФИО2 поступил в отделение травматологии ФКЛПУ КТБ-1 ГУФСИН России по 

<

адрес> с диагнозом 

<

данные изъяты> Жалобы на периодически боли в правом коленном суставе, усиливаются при ней нестабильность в правом коленном суставе. Свое заболевание связывает с тем, что была травма коленного сустава в 2012 г., обстоятельства не уточняет. За медицинской помощью не обращался, самостоятельно не обследовался, лечение не получал. Направлен для стационарного обследования и определения тактики дальнейшего лечения. В детском возрасте оперирован по поводу травмы коленного сустава (объем операции и обстоятельства травмы не указывает). Передвигается самостоятельно, без средств дополнительной ходьбы, легкая хромота на правую ногу. Правый коленный сустав – болезненность по наружной поверхности. Движение в полном объеме. Диагноз 

<

данные изъяты> 05 июня 2015 г. предложено оперативное лечение, разъяснены ход, объем оперативного вмешательства, возможные осложнения, получено письменное согласие на операцию. 05 июня 2015 г. операция 

<

данные изъяты> После операции общее состояние удовлетворительное, жалобы активно не предъявляет. Прошел курс консервативной терапии, занимался ЛФК. 10 августа 2015 г. выписан с диагнозом «

<

данные изъяты> Сопутствующий: 

<

данные изъяты> Выписывается в удовлетворительном состоянии. Реабилитационный прогноз благоприятный. Реабилитационный потенциал высокий. Рекомендовано ношение ортеза коленного сустава. Может этапироваться без сопровождения медработника. Разрешить пользовать тростью. Продолжить ЛФК. Самомассаж правого коленного сустава (л.д.60-68).

Из истории болезни № от 28 сентября 2016 г. следует, что ФИО1 поступил в отделение травматологии ФКЛПУ КТБ-1 ГУФСИН России по 

<

адрес> с диагнозом «

<

данные изъяты> Жалобы на периодические боли в правом коленном суставе, усиливаются при нагрузке, нестабильность в правом коленном суставе, наличие металлоконструкции правого бедра и голени. В декабре 2015 г. бытовая травма правого коленного сустава, обстоятельства не уточняет. Направлен для стационарного обследования и определения с дальнейшей тактикой ведения больного. В детском возрасте оперирован по поводу травмы коленного сустава (объем операции и обстоятельства травмы не указывает). В 2015 г. оперирован: 

<

данные изъяты>. Передвигается самостоятельно, без средств дополнительной опоры. При ходьбе легкая хромота на правую ногу. Послеоперационные рубцы области правого коленного сустава самостоятельны, без признаков воспаления. Правый коленный сустав – болезненность по внутренней поверхности. Движение в полном объеме. Имеется нестабильность за счет внутренней боковой связки II ст. Наружная боковая связка правого коленного сустава – аутотрансплант – состоятелен, функционирует. Диагноз 

<

данные изъяты> Диагноз подтвержден клинически и рентгенологически - проведена рентгенография № 03 октября 2016 г., № 12 октября 2016 г. 30 сентября 2016 г. – передвигается на костылях. В области правого коленного сустава отмечается умеренный отек. Имеется нестабильность правого коленного сустава. 03 октября 2016 г. предложено оперативное лечение, разъяснены ход, объем оперативного вмешательства, возможные осложнения, получено письменное согласие на операцию. 07 октября 2016 г. операция – 

<

данные изъяты> После операции общее состояние удовлетворительное, жалобы активно не предъявляет. Заживление первичным натяжением. Гипсовая иммобилизация. Выписывается в удовлетворительном состоянии под наблюдение в медсанчасть по месту отбывания наказания с улучшением. Может этапироваться без сопровождения медработника. Клинический и реабилитационной прогноз благоприятный. Рекомендовано: 1) временно нетрудоспособен, ходить на костылях без опоры на больную ногу, продолжить ношение гипса до 19 ноября 2016 г., затем 10 дней на выполнение ЛФК, в последующем трудоспособность с учетом имеющейся патологии; 2) ЛФК и самомассаж ежедневно после снятия гипса; 3) при болях НПВП, анальгетики; 4) наблюдение врача колонии; 5) направить в день амбулаторного приема с целью консультации врача травматолога-ортопеда после снятия гипса; 6) инфекционист (07.10.2016) диспансерное наблюдение, питание согласно приказу 48 (л.д.71-78).

Из рецензии к истории болезни № от 25 мая 2015 г., № от 28 сентября 2016 г., амбулаторной карте ФИО2, данной начальником ОТиСТ ИБ-1 ФКУЗ МСЧ-24 ФСИН России 19 апреля 2018 г., следует, что первая травма правого коленного сустава - от 2012 г., больной за медицинской помощью не обращался до 2015 г., затем проведена операция, функция сустава восстановлена, в декабре 2015 г. повторная травма оперированного коленного сустава, проведено повторное оперативное лечение на правый коленный сустав, больной повторно травмировал оперированную нижнюю конечность, присоединилась травма уже левого коленного сустава, таким образом больному ФИО2 проведены высокотехнологические реконструктивные операции после которых нестабильность коленного сустава устранена. Из рекомендуемых охранительных мероприятий по выписке из стационара была соблюдена одна - ношение гипсовой лангеты до указанного срока. Остальные были нарушены. При повторных травмах оперированного коленного сустава нестабильность коленного сустава возвращается на уровень нарушений до оперативных вмешательств. Больному неоднократно рекомендовано оперативное лечение от которых он отказывается, но продолжает настаивать на установлении группы инвалидности (л.д. 117-119, 141-143).

Из материалов дела медицинского освидетельствования № от 01 июня 2017 г. на имя ФИО2 из ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по 

<

адрес>» Министерства туда и социальной защиты РФ, Бюро №, следует: Акт № жалобы на затруднение передвижения, нестабильность в правом коленном суставе. Анамнез: считает себя больным с 2007 г., когда перенес внутрисуставной перелом костей правого коленного сустава. В июне месяце 2016 г. операция 

<

данные изъяты> В октябре 2016 г. 

<

данные изъяты> Положительного результата операции не дали, рекомендовано повторная операция от которой воздерживается. Рентген-дегенеративно дистрофические изменения правового коленного сустава. Направлен на МСЭ. В результате обследования установлен диагноз 

<

данные изъяты> Состояние после пластики внутренней боковой связки правого коленного сустава от 2016г, Стойкие незначительные нарушения с тат о динамических функций. Соп.: 

<

данные изъяты> Нарушение нейромышечных, скелетных и связанных с движением (статодинамических) функций незначительные нарушения 30%. Заключение о суммарной оценке степени нарушения функции организма человека (в процентах): незначительные нарушения 30%. Обоснование экспертного решения: На основании личного осмотра гражданина, анализа представленных медицинских, медико-экспертных документов выявлено нарушение здоровья человека с 1 степенью выраженности стойких нарушений статодинамических функций, обусловленное заболеванием, не приводящее к ограничению категорий жизнедеятельности человек, не нуждающегося в социальной защите, поэтому группа инвалидности не установлена. Приказ от 17 декабря 2015 г. №1024н «О классификациях и критериях, используемых при осуществлении медико-социальной экспертизы граждан федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы» р. 11, п4/1.

Не согласившись в решением Бюро № от 01 июня 2016 г. истец ФИО2 обратился в Центральный районный суд 

<

адрес> с заявлением к ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

адрес>» Минтруда России, в котором просил отменить решение об отказе в установлении ему группы инвалидности, обязать ответчика созвать комиссию из специалистов высокого уровня, специализирующихся по хирургии, травматологии, неврологии, инфекциониста, терапевта, врача ортопеда, для повторного исследования обстоятельств, определения ему группы инвалидности, провести повторную медико-социальную экспертизу с направлением на полное медицинское обследование, определить утрату трудоспособности в процентах.

Решением Центрального районного суда 

<

адрес> от 05 марта 2018 г. ФИО2 отказано в удовлетворении исковых требований к ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

адрес>» Минтруда России о признании решений об отказе в установлении группы инвалидности незаконным, возложении обязанности (л.д.222-225). Апелляционным определением 

<

адрес>вого суда от 25 июля 2018 г. решение Центрального районного суда 

<

адрес> от 05 марта 2018 г. оставлено без изменения (л.д.226-228).

Из решения Центрального районного суда 

<

адрес> от 05 марта 2018 г., вступившего в законную силу 25 июля 2018 г. (л.д.222-225,226-229), установлено, что 22 мая 2017 г. ФКУЗ ФСИН МСЧ 24 было выдано истцу направление на МСЭ с диагнозом: 

<

данные изъяты> 01 июня 2017 г. на основании письменного заявления истца, специалистами бюро № была проведена МСЭ с целью установления группы инвалидности и разработки ИПРА. По результатам МСЭ был составлен акт № от 01 июня 2017 г. – отказано в установлении инвалидности. 17 июля 2017 г. специалистами экспертного состава № главного бюро была заочно проведена медико-социальная экспертиза истца в порядке обжалования, в результате которой решением Бюро № от 17 июля 2017 г. было подтверждено, что у истца выявлены стойкие, незначительные нарушения статодинамических функций 1 степени, которые не привели к ограничению жизнедеятельности и не требуют мер социальной защиты – группа инвалидности не установлена. При этом процедура проведения МСЭ Экспертным составом № была соблюдена. Истцу была выдана справка о результатах медико-социальной экспертизы № от 17 июля 2017 г. Заключением заочной судебной медико-социальной экспертизы, проведенной ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

адрес>» Минтруда России в период с 09 января 2018 г. по 09 января 2018 г. сделан вывод, что на момент освидетельствования ФИО2 специалистами экспертного состава № ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

адрес>» Минтруда России 17 июля 2017 г. считается доказанным наличие у него стойких незначительных нарушений нейромышечных, скелетных и связанных с движением (статодинамических) функций, функций пищеварительной системы и функций системы крови и иммунной системы (в диапазоне от 10 до 30%), не приводящих к экспертно значимому ограничению основных категорий жизнедеятельности, не дает правовых оснований для установления ему группы инвалидности. Таким образом, заключением судебной медико-социальной экспертизы подтверждена обоснованность выводов специалистов Бюро №, а также Экспертного состава № ФКУ «ГБ МСЭ по Красноярскому краю» Минтруда России об отсутствии оснований для установления ФИО2 группы инвалидности. При таком положении, суд пришел к выводу о том, что правовых оснований для признания незаконными решений медико-социальной экспертизы бюро № от 01 июня 2017 г. и экспертного состава № ФКУ «ГБ МСЭ по Красноярскому краю» Минтруда России от 17 июля 2017 г. не имеется (л.д.222-225,226-229).

В соответствии со ст.61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Определением Норильского городского суда (в районе Талнах) от 25 апреля 2018 г. по делу назначена судебно-медицинская экспертиза по установлению причинно-следственной связи между действиями (бездействием) врачей при проведенной операции 07 октября 2016 г. (л.д.82-85). 

Из комиссионного заключения экспертизы КГБУЗ «

<

адрес>вое Бюро судебно-медицинской экспертизы» № от 25 января 2019 г. (л.д.184-211) следует, что экспертная комиссия не находит осложнений и негативных последствий для состояния здоровья ФИО2, непосредственно связанных с проведенной 07 октября 2016 г. операцией по 

<

данные изъяты> в условиях ФКУЗ МСЧ-24 ФСИН России по 

<

адрес>. Данный вывод следует из наличия исходной патологии в коленном суставе (

<

данные изъяты> неосложненного течения раннего послеоперационного периода, возникновения рецидива в отдаленном послеоперационном периоде, рентгенологических признаков развившегося правостороннего гонартроза I ст. (внутрисуставные изменения). Описанные истцом жалобы, а именно необходимость использования костыля и трости для ходьбы, не являются прямым следствием самой операции, проведенной 07 октября 2016 г. Возникший рецидив нестабильности правого коленного сустава и развитие посттравматического остеоартрита правого коленного сустава 1ст. (по представленным рентген-снимкам рентген-картина начальных дегенеративно-дистрофических изменений в обоих коленных суставах) связаны с ранней и чрезмерной физической нагрузкой на изначально измененный коленный сустав и не связаны с оперативным вмешательством, выполненным в тканях вне полости коленного сустава.

Со стороны врачей, при проведении ФИО2 операции 07 октября 2016 г. не были допущены нарушения в технике проведения операции и тактике ведения послеоперационного периода. Причинно-следственной связи между физическим состоянием ФИО2, вынужденным использовать костыль и трость при ходьбе, и перенесенными хирургическими операциями нет. Возникающие в течении достаточно продолжительного времени и в позднем послеоперационном периоде анатомно-функциональные изменения со стороны коленного сустава, определяющие его несостоятельность (морфологические изменения связочных структур и суставы поверхностей) отражают несоответствие анатомических структур сустава многократному, чрезмерному по силе, травматическому воздействию. 

В силу ч.3 ст.86 ГПК РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст.67 ГПК РФ.

Суд оценивает заключение эксперта с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Оценив данное комиссионное заключение экспертизы КГБУЗ «

<

адрес>вое Бюро судебно-медицинской экспертизы» № от 25 января 2019 г. в порядке ст.67 ГПК РФ, суд признает его допустимым доказательством по делу, поскольку заключение выполнено в соответствии с требованиями закона, по результатам соответствующих исследований, проведенных комиссией в составе председателя ФИО7 - зам.начальника по экспертной работе КГБУЗ ККБСМЭ, врача-судмедэксперта высшей квалификационной категории, стаж работы 37 лет; членов: ФИО8 врача - рентгенолога ООО «ЛДЦ МИБС Красноярск», высшей квалификационной категории, стаж работы 10 лет; ФИО9 - травматолога-ортопеда отделения травматологии и ортопедии МБУЗ ГКБ №, врача второй квалификационной категории, стаж работы 16 лет, ФИО10 - доцента кафедры инфекционных болезней и эпидемиологии с курсом ПО ГОУ ВПО КрасГМУ, к.м.н., врача высшей квалификационной категории, стаж работы 22 года; ФИО11 - судебно-медицинского эксперта отдела сложных экспертиз КГБУЗ ККБСМЭ, к.м.н., врача первой квалификационной категории, стаж работы 15 лет. Выводы экспертов должным образом мотивированы, основываются на исходных объективных данных. Перед началом проведения экспертизы экспертам разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст.85 ГПК РФ, эксперты в установленном порядке предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Выводы экспертов не содержат разночтений. 

Указанная экспертиза в полном объеме отвечает требованиям ст.86 ГПК РФ, в целом соотносится с иными доказательствами по данному делу.

Ходатайств о назначении дополнительной экспертизы от сторон в судебном заседании не поступило. 

Согласно ч.1 ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст.60 ГК РФ, обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Учитывая комиссионное заключение экспертизы КГБУЗ «

<

адрес>вое Бюро судебно-медицинской экспертизы» № от 25 января 2019 г. в совокупности с исследованными судом медицинскими документами ФИО2, материалами дела, суд приходит к выводу о том, что связи между физическим состоянием истца ФИО2, вынужденным пользоваться при ходьбе костылями и тростью и проведенными ему 05 июня 2015 г. и 07 октября 2016 г. операциями в ФКЛПУ КТБ-1 ГУФСИН России по 

<

адрес> не имеется, поскольку каких-либо осложнений и негативных последствий для состояния здоровья ФИО2 после проведения указанных операций, не наступили. Из медицинских документов усматривается, что в детском возрасте ФИО2 оперирован по поводу травмы коленного сустава. В 2012 г. была травма коленного сустава и до 2015 г. истец не обращался за медицинской помощью. 05 июня 2015 г. была проведена плановая операция «

<

данные изъяты> и на момент выписки аутотранспантат прижился, наружная боковая нестабильность устранена, функция сустава восстановлена. В декабре 2015 г. - повторная бытовая травма правого коленного сустава, вновь появилась нестабильность коленного сустава за счет внутренней боковой связки правого коленного сустава, в связи с чем 07 октября 2016 г. истцу проведена плановая операция «

<

данные изъяты> Возникший рецидив нестабильности правого коленного сустава связан с ранее и чрезмерной физической нагрузкой на изначально измененный коленный сустав и не связан с проведенными операциями, выполненными в тканях вне полости коленного сустава. Кроме того, после проведенных операций истец ФИО2 не выполнял рекомендуемые мероприятия, нарушал режим реабилитации.

При таких установленных обстоятельствах, а также учитывая решение Центрального районного суда 

<

адрес> от 05 марта 2018 г., имеющее преюдициальное значение для настоящего дела, суд приходит к выводу о том, что истцу была оказана необходимая медицинская помощь в объемах, предусмотренных программой государственных гарантий оказания гражданам РФ бесплатной медицинской помощи в соответствии с Приказом Минздравсоцразвития России, Минюста России от 17 октября 2005 г. №640/190 «О порядке организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу», так как проведение плановых операций 05 июня 2015 г. и 07 октября 2016 г. было обоснованно рекомендовано и совершено после медицинских осмотров, на основании поступивших жалоб от истца, данных рентгенографии при наличии установленного 

клинически и рентгенологически диагноза 

<

данные изъяты> Перед операциями истцу были разъяснены ход и объем оперативного лечения, возможные осложнения, возможные отдаленные осложнения, получено согласие на оперативное вмешательство. После проведенных операций общее состояние удовлетворительное, жалобы истец активно не предъявлял. Клинический и реабилитационной прогноз благоприятный.

Таким образом, оснований для признания действий (бездействий) врачей ФКУ Лечебное профилактическое учреждение Краевая туберкулезная больница №1 - неправомерными, оказанные медицинские услуги некачественными, повлекшими причинение вреда здоровью ФИО2 не имеется. Поскольку истец не доказал факт нарушения его личных неимущественных прав, нематериальных благ вследствие нарушения порядка оказания ему ответчиком медицинской помощи (проведение операций), оснований для взыскания в его пользу компенсации морального вреда, а также утраченного заработка и средств на лечение также не имеется.

В силу ст.56 ГПК РФ бремя доказывания причинения вреда, наличие причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и наступившим вредом, лежит на истце. По настоящему делу истцом не представлено доказательств вины ответчика. 

При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения исковых требований ФИО2 не имеется. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФКУ Лечебное профилактическое учреждение Краевая туберкулезная больница №1, ГУФСИН России по Красноярскому краю, ФКУЗ МСЧ-24 ФСИН России по Красноярскому краю о признании незаконными действий (бездействия) врачей, взыскании компенсации морального вреда, утраченного заработка и средств на лечение отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда в апелляционном порядке через Норильский городской суд в течение месяца со дня составления мотивированного решения.

Председательствующий С.Н.Григорица

Мотивированное решение составлено 17 марта 2019 г.