Дело № 2-10/2025 (2-887/2024) -КОПИЯ-

УИД 03RS0007-01-2024-006413-39

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

18 марта 2025 года с. Кушнаренково РБ 

Кушнаренковский районный суд Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Шахмуратова Р.И.,

при секретаре судебного заседания Гизатуллиной А.А., 

с участием истца ФИО1 и ее представителя ФИО2,

ответчика ФИО3 и её представителя – ФИО4,

представителя ответчика ФИО5 – ФИО6, 

представителя третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, ФИО7 и ФИО8 – ФИО9,

представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, ПАО Сбербанк – ФИО10,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО11, ФИО5, ФИО3 о признании договоров купли-продажи недействительными, применении последствий недействительности сделок и возврате имущества из чужого незаконного владения, 

встречному исковому заявлению ФИО3 к ФИО1, ФИО11, ФИО7, ФИО5, Обществу с ограниченной ответственностью «Купер Групп» о признании истца добросовестным приобретателем транспортного средства, 

встречному исковому заявлению ФИО5 к ФИО1, ФИО11 о признании истца добросовестным приобретателем транспортного средства,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с вышеуказанным исковым заявлением, мотивируя следующим. 

ФИО1 является собственником транспортного средства – автомобиля 

<

данные изъяты> года выпуска, паспорт ТС- № от 10 октября 2022 г. 18 июля 2024 г. в результате регистрации в органах ГИБДД договора купли-продажи от 15 июля 2024 г. данный автомобиль выбыл из владения ФИО1 и перешел во владение ФИО11 Однако ФИО1 согласия на продажу вышеуказанного транспортного средства не давала, договор купли-продажи с распиской о получении денег не подписывала, денег не получала. В последствие ей стало известно, что 20 июля 2024 г. ФИО11 заключил с ФИО7 договор купли-продажи вышеуказанного автомобиля, 01 августа 2024 г. ФИО11 заключил с ФИО5 еще один договор купли-продажи вышеуказанного транспортного средства, что свидетельствует о намерении скрыть имущество истца. В последующем автомобиль был продан ФИО3 В настоящее время автомобиль находится в незаконном владении ответчика ФИО3 и подлежит возврату законному владельцу.

Просит признать договоры купли-продажи транспортного средства от 15 июля 2024 г., 20 июля 2024 г., 01 августа 2024 г. и последующие недействительными, аннулировать запись о регистрации в УГИБДД МВД по РБ от 18 июля 2024 г., применить последствия недействительности сделки, вернув транспортное средство автомобиля 

<

данные изъяты> года выпуска, паспорт ТС- № от 10 октября 2022 г., СТС № от 18 октября 2022 г., законному владельцу – ФИО1

Определением судьи от 05 сентября 2024 г. к участию в деле по данному исковому заявлению в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, привлечено ООО «Купер Групп».

ФИО3 возражая против заявленных требований, обратилась в суд со встречным исковое заявление, в котором указала, что 12 августа 2024 г. она по возмездной сделке, путем купли-продажи, приобрела у ФИО5 через автомобильную площадку ООО «Купер Групп» спорный автомобиль по цене 2 100 000 руб. До приобретения автомобиля ФИО3 убедилась, что автомобиль зарегистрирован в ГИБДД, не угнан, не обременен правами третьих лиц. Сведения о выбытии автомобиля из владения предыдущего собственника помимо его воли, о подделке, скрытии, изменении, уничтожении маркировки, нанесенной на автомобиль организацией-изготовителем, подделке документов, регистрационных знаков отсутствуют. ФИО3 полностью рассчиталась с собственником автомобиля за его покупку. В конце августа истцу стало известно, что имеется исковое заявление о признании договора купли-продажи её автомобиля недействительным. Об обстоятельствах, указанных ФИО1 в её иске, ей не было ничего известно, и она не могла о них знать, так как ни с продавцом, ни с третьим лицом она не была знакома. В связи, с чем просит признать её добросовестным приобретателем транспортного средства 

<

данные изъяты> года выпуска.

Определением суда от 29 ноября 2024 г. к производству принято встречное исковое заявление ФИО3 к ФИО1, ФИО11, ФИО7, ФИО5, ООО «Купер Групп» о признании истца добросовестным приобретателем транспортного средства. 

Определением суда от 29 ноября 2024 г. ФИО7 исключена из числа ответчиков по исковому заявлению ФИО1 к ФИО11, ФИО5, ФИО3 о признании договоров купли-продажи недействительными, применении последствий недействительности сделок и возврате имущества из чужого незаконного владения, и привлечена к участию в деле как третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования. Также определением суда от 29 ноября 2024 г. по вышеуказанному исковому заявлению к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, привлечена ФИО8 

ФИО5, возражая в удовлетворении исковых требований ФИО1, также обратился в суд со встречным исковым заявлением, указав следующее.

01 августа 2024 г. ФИО5 по возмездной сделке купли-продажи приобрел у ФИО11 автомобиль 

<

данные изъяты> года выпуска, за 1 500 000 руб. До приобретения автомобиля истец убедился, что автомобиль зарегистрирован в ГИБДД на продавца, не угнан, не обременен правами третьих лиц. Сведения о выбытии автомобиля из владения предыдущего собственника помимо его воли, о подделке, скрытии, изменении, уничтожении маркировки, нанесенной на автомобиль, подделке документов, регистрационных знаков, отсутствовали. ФИО5 полностью рассчитался за купленный автомобиль, что подтверждается распиской от 01 августа 2024 г. В дальнейшем ФИО5 принял решен о продаже данного автомобиля и продал его по договору купли-продажи от 12 августа 2024 г. ФИО3 С исковым заявлением ФИО1 обратилась в суд лишь 02 августа 2024 г., то есть после приобретения им автомобиля, в связи с чем ФИО5 не знал и и не мог знать, что получает вещь от неуправомоченного лица. Из представленного суду протокола исследования письменных доказательств также следует, что спорный автомобиль выбыл из собственности ФИО1 по её воле. В связи с чем просит признать ФИО5 добросовестным приобретателем транспортного средства 

<

данные изъяты>, белого цвета, № года выпуска.

Определением суда от 19 декабря 2024 г. к производству принято встречное исковое заявление ФИО5 к ФИО1, ФИО11 о признании истца добросовестным приобретателем транспортного средства.

Определением суда от 03 марта 2025 г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, привлечено ПАО Сбербанк.

В ходе судебного заседания истец ФИО1 и её представитель ФИО2 заявленное исковое заявление поддержали и просили удовлетворить их требования в полном объеме. В удовлетворении встречных исковых требований ФИО3 и ФИО5 отказать.

Ответчиков ФИО3 и её представитель – ФИО4, представитель ответчика ФИО5 – ФИО6, представитель третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, ФИО7 и ФИО8, – ФИО9, представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, ПАО Сбербанк – ФИО10, с исковыми требованиями истца ФИО1 не согласились, в удовлетворении заявленных ею требований просили отказать, а встречные исковые заявления ФИО3 и ФИО5 удовлетворить. 

Остальные участники судебного разбирательства, надлежаще извещенные о времени и месте судебного заседания, в суд не явились. 

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся сторон по делу.

Суд, выслушав участвующих в деле лиц, исследовав и изучив материалы дела, оценив доказательства в их совокупности, приходит к следующему выводу.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (статья 153 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

На основании пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Пунктами 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии со статьей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно абзаца первого части 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Как разъяснено в пунктах 7, 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 78 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пункт 1 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В силу статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Статья 454 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Из материалов дела следует и судом установлено, что ФИО1 на основании договора купли-продажи от 18 октября 2022 г., заключенного с ООО «Калина-авто» приобрела в собственность автомобиль 

<

данные изъяты> года выпуска. Стоимость автотранспорта составила 2 314 000 руб.

ООО «Калина-авто» автомобиль передан ФИО1 на основании акта приема-передачи транспортного средства от 8 октября 2022 г.

Спорный автомобиль 18 октября 2022 г. поставлен ФИО1 на регистрационный учет в МРЭО ГИБДД МВД по Республике Башкортостан.

18 июля 2024 г. ОТН и РАМТС ГИБДД УМВД России по г. Уфа на основании договора купли-продажи от 15 июля 2024 г. автомобиль поставлен на регистрационный учет ФИО11 

Согласно представленному договору купли-продажи от 15 июля 2024 г., заключенному между ФИО1 (продавец) и ФИО11 (покупатель), продавец продал, а покупатель купил транспортное средство 

<

данные изъяты> года выпуска, стоимостью 2 000 000 руб.

В подтверждении передачи денежных средств суду представлена расписка от 15 июля 2024 г. 

01 августа 2024 г. между ФИО11 (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства, по условиям которого продавец продает принадлежащее ему на праве собственности транспортное средство марки 

<

данные изъяты> года выпуска, а покупатель производит оплату в сумме 1 500 000 руб. 

В соответствии с распиской от 01 августа 2024 г. денежные средства от продажи вышеуказанного транспортного средства были получены ФИО8 на основании доверенности от 20 июля 2024 г., выданной ФИО11

На основании договора купли-продажи № 3327259 от 12 августа 2024 г. и дополнительному соглашению от 12 августа 2024 г., заключенным между ООО «Купер Групп», выступающего в интересах ФИО5, (продавец) и ФИО3 (покупатель), последней было приобретено транспортное средство 

<

данные изъяты> года выпуска, стоимостью (с учетом скидки) 2 100 000 руб. Факт оплаты и получения денежных средств за проданный автомобиль участниками сделки не оспаривался.

Транспортное средство было поставлено на учёт в МРЭО ГИБДД МВД по РБ ФИО3 27 августа 2024 г.С первоначальным исковым заявлением истец ФИО1 обратилась в суд 05 августа 2024 г.

Данный иск, с учетом оставления его без движения, был принят к производству суда 19 августа 2024 г.

В обосновании своих доводов истец ФИО1, обращаясь в суд, указывает, что согласия на продажу спорного транспортного средства не давала, договор купли-продажи с распиской о получении денег не подписывала, денег не получала.

Согласно выводам заключения экспертов ФБУ Башкирская ЛСЭ Минюста России от 30 января 2025 г. № 125/2-2-1.1 подписи от имени ФИО1, изображения которых расположены в графе «Продавец» под текстом копии договора купли-продажи транспортного средства от 15 июля 2024 г., заключенного между ФИО1 и ФИО11; в строке «ФИО1» под текстом копии расписки от имени ФИО1 в получении денежных средств за автомобиль от 15 июля 2024 г. выполнены одним лицом, вероятно, не самой ФИО1, в другим лицом с подражанием какой-то подлинной подписи (подписями) ФИО1 Решить вопрос в категорической форме не представилось возможным по причинам, указанным в исследовательской части заключения. 

В ходе судебного разбирательства истец ФИО1 поясняла, что автомобиль был приобретен ею и передан сразу же в пользовании ФИО8 (матери её мужа ФИО12). В последующем ей было известно о продаже автомобиля, но конкретно его продажу ФИО11 она согласия не давала. 

Из представленной суду нотариально удостоверенной переписки в мобильном приложении WhatsApp между ФИО1 и ФИО8 следует, что 13 июля 2024 г. на номер телефона ФИО1 13 июля 2024 г. отправлены договор и расписка. После чего ФИО1 указывает, что ФИО13 её подпись знает. На аудиозаписи ФИО1 просит подписать за неё, так как там нужны оригиналы подписи. В последующем она просит скинуть ей скан, так как ей надо сдать декларацию по имуществу, а также чтобы вернуть ФИО8 часть страховки. В переписке от 17 июля 2024 г. ФИО1 указывает, что ПТС на машину в электронном виде, а также что договор находится у ФИО8 18 июля 2024 г. ФИО1 просит у ФИО8 согласия на расторжение страховки. Также ей сообщено ФИО8, что машина переоформлена. 

15 августа 2024 г. ФИО1 обращается с заявлением в ОП № 6 МВД России по г. Уфе, в котором просит провести проверку по факту оформления, переоформления договора купли-продажи автомобиля 

<

данные изъяты> года выпуска, вверенного ею ФИО8 18 октября 2022 г. В своих объяснениях ФИО1, указывает, что у неё в собственности находился вышеуказанный автомобиль, который она передала ФИО8, со дня приобретения данным автомобилем она не пользовалась. В 2022 г. у неё была устная договоренность с ФИО8 о переоформлении транспортного средства на её дочь – ФИО8 Сафину, но сделка не состоялась. После ей стало известно, что автомобиль переоформлен на ФИО11, который является зятем ФИО8 О данном переоформлении её в известность не ставили, своего согласия она не давала и каких-либо договором она не подписывала.

Постановлением УУП ОП № 6 Управления МВД России по г. Уфе от 24 августа 2024 г. в возбуждении уголовного дела отказано на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием события преступления.

В ходе судебного разбирательства ФИО8 суду пояснила, что автомобиль 

<

данные изъяты> года выпуска, был приобретен на её денежные средства и оформлен на супругу её сына, так как полностью ей доверяла, и они совместно занимались бизнесом. О продаже автомобиля ФИО1 знала, что подтверждается её перепиской в мобильном приложении WhatsApp, спор по данному транспортному средству пошел после её ссоры с сыном.

Допрошенный в судебном заседании сын ФИО8 и супруг ФИО1 – ФИО12 подтвердил факт пользования спорным автомобилем ФИО8 с момента его приобретения, а также, что автомобиль в последующем должен был быть переоформлен на его младшую сестренку для последующей перепродажи. 

С учетом установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу, что как у ФИО1, так и в последующем у ФИО11 и ФИО5 имелась воля на отчуждение транспортного средства. Сведений о том, что утрата имущества произошла помимо воли лица, которому собственник передал владение этим имуществом, не установлено. ФИО1 однозначно выразила волю на продажу принадлежащего ей транспортного средства. Автомобиль, свидетельство о регистрации транспортного средства, два комплекта ключей, были переданы сначала ФИО11, а в последующем ФИО5 и ФИО3 Автомобиль приобретен как ФИО11, так и ФИО5, а также ФИО3 по возмездным договорам.

Судом не установлено в действиях ответчиков по первоначальному иску недобросовестного поведения, при этом суд исходит из того, что у ФИО8 изначально с момента приобретения находился в пользовании автомобиль 

<

данные изъяты> года выпуска, который в последующем, с согласия ФИО1, вместе со всеми документами и ключами на основании заключенных договоров был передан ФИО11, а затем ФИО5 и ФИО3 

Согласно пункту 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Из приведенных положений закона следует, что истребование вещи у добросовестного приобретателя возможно, если вещь была похищена у собственника или лица, которому он ее передал, утеряна ими, либо выбыла иным путем из владения того или другого помимо воли.

Соответственно, при возмездном приобретении имущества добросовестный приобретатель имеет право на защиту от истребования этого имущества бывшим собственником и в том случае, если имущество было отчуждено по воле лица, которому данное имущество было передано собственником.

Судом установлено, что спорное транспортное средство выбыло по воле истца и лица, которому истец передал его во владение.

В соответствии с пунктом 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительности сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем.

Согласно абзацу второму пункта 39 названного постановления, ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем.

Собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.

В абзаце втором пункта 3.1 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2003 г. № 6-П указано, что приобретатель не может быть признан добросовестным, если к моменту совершения возмездной сделки в отношении спорного имущества имелись притязания третьих лиц, о которых ему было известно, и если такие притязания впоследствии признаны в установленном порядке правомерными.

Из приведенных положений закона и актов его толкования следует, что приобретатель признается добросовестным, если не знал и не должен был знать о неправомерности отчуждения имущества продавцом, и принял все разумные меры для выяснения его правомочий.

Приобретатель имущества не может быть признан добросовестным, если на момент приобретения ему было известно о притязаниях третьих лиц, которые впоследствии признаны обоснованными, если он не проявил должной осмотрительности, либо обстоятельства сделки позволяли ему усомниться в правомочиях продавца по распоряжению вещью. 

На дату заключения договоров купли-продажи от 01 августа 2024 г. и от 12 августа 2024 г. автомобиль находился сначала в собственности ФИО11, а затем ФИО5, был свободен от прав третьих лиц, никому не продан, не подарен, не заложен, в споре и под арестом (запрещением) не состоял, ограничения в пользовании транспортного средства отсутствовали. Доказательств того, что покупатели не проявили должной осмотрительности, материалы дела также не содержат.

Оценив представленные сторонами доказательства в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что ФИО1 не могла не знать о продаже автомобиля 

<

данные изъяты> года выпуска, а следовательно, спорное транспортное средство выбыло из владения истицы в соответствии с ее волей. Поскольку доказательств недобросовестности ФИО11, ФИО5 и ФИО3 на момент совершения оспариваемых сделок не представлено, оснований для удовлетворения иска ФИО1 не имеется. 

Поскольку ФИО5 и ФИО3 проявили разумную степень осмотрительности и заботливости, которая требовалась от них при совершении подобного рода сделок, заключенные ими сделки имеют все признаки добросовестности приобретения, их встречные исковые требования подлежат удовлетворению. 

Доводы ФИО1 об отсутствии у неё воли на отчуждение транспортного средства, с указанием на то, что экспертным заключением подтвержден факт того, что истец договор купли-продажи транспортного средства от 15 июля 2024 г. не подписывала, намерений на отчуждение транспортного средства не имела, суд находит не состоятельными, так как факт отсутствия подписи продавца в договоре купли-продажи сам по себе не подтверждает отсутствие воли продавца на сделку и не влечет признание ее недействительной, учитывая, что наличие волеизъявления может устанавливаться совокупностью иных доказательств.

Доводы ФИО1 о том, что денежные средства от продажи автомобиля она не получала также подлежат отклонению, поскольку не влияют на выводы об отсутствии оснований для признания сделки недействительной и истребования имущества из владения добросовестного приобретателя. 

В соответствии со статьей 144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации меры по обеспечению иска могут быть отменены тем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле, либо по инициативе судьи или суда.

Согласно пункту 3 статьи 144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда. Однако судья или суд одновременно с принятием решения суда или после его принятия может вынести определение суда об отмене мер по обеспечению иска. При удовлетворении иска принятые меры по его обеспечению сохраняют свое действие до исполнения решения суда. 

Из разъяснений, данных в пункте 36 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 01 июня 2023 г. № 15 «О некоторых вопросах принятия судами мер по обеспечению иска, обеспечительных мер или мер предварительной защиты» следует, что если до передачи дела из одного суда в другой суд, перехода из одного вида судопроизводства в другой обеспечительные меры не отменены судом, принявшим соответствующее определение, либо судом вышестоящей инстанции не отменено определение о принятии обеспечительных мер, то по общему правилу в случае удовлетворения иска данные меры сохраняют свое действие до фактического исполнения судебного акта, которым закончено рассмотрение дела по существу; в случае отказа в удовлетворении иска, оставления искового заявления без рассмотрения, прекращения производства по делу указанные меры сохраняют свое действие до вступления в законную силу соответствующего судебного акта (часть 3 статьи 144 ГПК РФ, части 4 и 5 статьи 96 АПК РФ, часть 3 статьи 89 КАС РФ).

По смыслу указанных норм закона и разъяснения Верховного Суда российской Федерации суд обязан отменить меры обеспечения иска, когда отпадает необходимость в таковой мере или обеспечении иска вообще. Это обусловлено целью ее применения и возможным изменением в процессе производства по делу обстоятельств, явившихся основанием к применению меры обеспечения иска. Из содержания указанных норм следует, что как при принятии мер обеспечения, так и при их отмене должна учитываться необходимость их применения либо продления их действия, обусловленная возможностью возникновения неблагоприятных последствий их непринятия либо отмены в виде затруднения исполнения решения суда.

Исходя из того, что исковые требования ФИО1, в рамках которых были приняты обеспечительные меры, не подлежат удовлетворению, суд приходит к выводу об отмене обеспечительных мер, ранее наложенных определением судьи от 19 августа 2024 г. 

Определением суда от 13 января 2025 г. по делу была назначена судебная почерковедческая экспертиза, расходы по которой были возложены на истца ФИО1

Частью 3 статьи 97 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что денежные суммы, причитающиеся экспертам, выплачиваются по окончании судебного заседания, в котором исследовалось заключение эксперта, за счет средств, внесенных на счет, указанный в части первой статьи 96 настоящего Кодекса.

Согласно ходатайства экспертного учреждения ФБУ Башкирская ЛСЭ Минюста России стоимость проведенной судебной экспертизы составила 23 616 руб. Указанная сумма внесена ФИО1 на депозит Управления Судебного Департамента в Республике Башкортостан, что подтверждается платежными квитанциями.

В связи с чем суд полагает необходимым возложить на Управление Судебного Департамента в Республике Башкортостан обязанность по перечислению денежных средств, внесенных ФИО1 на депозит Управления Судебного Департамента в Республике Башкортостан (чек по операции от 27 декабря 2024 г.) в размере 23 616 руб. 00 коп. в пользу Федерального бюджетного учреждения Башкирская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации по реквизитам, указанным в ходатайстве. 

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО11, ФИО5, ФИО3 о признании договоров купли-продажи недействительными, применении последствий недействительности сделок и возврате имущества из чужого незаконного владения отказать.

Исковые требования ФИО5 к ФИО1, ФИО11 о признании истца добросовестным приобретателем транспортного средства удовлетворить.

Признать ФИО5 ИМЯ40 добросовестным приобретателем транспортного средства – автомобиль 

<

данные изъяты>, идентификационный номер № года выпуска. 

Исковые требования ФИО3 к ФИО1, ФИО11, ФИО7, ФИО5, Обществу с ограниченной ответственностью «Купер Групп» о признании истца добросовестным приобретателем транспортного средства удовлетворить. 

Признать ФИО3 добросовестным приобретателем транспортного средства – автомобиля № идентификационный номер (№ года выпуска. 

Отменить меры по обеспечению иска в виде наложения ареста на транспортное средство – автомобиля 

<

данные изъяты>, идентификационный номер № года выпуска, принятые определением судьи Советского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 19 августа 2024 г.

Возложить на Управление Судебного Департамента в Республике Башкортостан обязанность по перечислению денежных средств, внесенных ФИО1 на депозит Управления Судебного Департамента в Республике Башкортостан (чек по операции от 27 декабря 2024 г.) в размере 23 616 (двадцать три тысячи шестьсот шестнадцать) руб. 00 коп. в пользу Федерального бюджетного учреждения Башкирская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации по следующим реквизитам: получатель платежа – УФК по Республике Башкортостан (ФБУ Башкирская ЛСЭ Минюста России) л/с 20016Х60520, ИНН 

<

***>, КПП 027601001, код ОКТМО 80701000, р/с 

<

***> в Отделение – НБ Республика Башкортостан г. Уфа, БИК 018073401, к/сч 40102810045370000067, КБК 00000000000000000 130, наименование платежа – экспертиза № 125/2-2-1.1 от 30 января 2025 г., эксперт ФИО14

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Башкортостан через Кушнаренковский районный суд РБ в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 01 апреля 2025 г.

Председательствующий Р.И. Шахмуратов

Копия верна.

Судья Р.И. Шахмуратов