Судья Дайнеко К.Б. Дело № 7-12-672/2025

РЕШЕНИЕ

22 декабря 2025 года г. Владивосток

Судья Приморского краевого суда Фаленчи А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу защитника ФИО1 – ФИО3 на постановление судьи Фрунзенского районного суда г. Владивостока Приморского края от 20 октября 2025 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО1,

у с т а н о в и л:

Постановлением судьи Фрунзенского районного суда г. Владивостока Приморского края от 20 октября 2025 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере 717 914 рублей 60 копеек с конфискацией орудий совершения административного правонарушения.

В жалобе с дополнениями, поданной в Приморский краевой суд, защитник ФИО1 – ФИО3 просит об отмене вынесенного по делу постановления и прекращении производства по делу в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых вынесено постановление; ссылается на процессуальные нарушения, допущенные в ходе производства по делу, а также на необоснованность конфискации лодочного мотора, принадлежащего ФИО4

ФИО1, извещенный о времени и месте рассмотрения жалобы, в судебное заседание не явился, жалоба рассмотрена в его отсутствие.

Изучив доводы жалобы и исследовав материалы дела, заслушав пояснения защитника ФИО1 – ФИО3, поддержавшей доводы жалобы; мнение представителя Пограничного управления ФСБ России по Приморскому краю ФИО5, полагавшего жалобу необоснованной, прихожу к следующим выводам.

Часть 2 статьи 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусматривает ответственность за нарушение правил и требований, регламентирующих рыболовство во внутренних морских водах, в территориальном море, на континентальном шельфе, в исключительной экономической зоне Российской Федерации или открытом море, что влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от одной второй до одного размера стоимости водных биологических ресурсов, явившихся предметом административного правонарушения, с конфискацией судна и иных орудий совершения административного правонарушения или без таковой.

На основании пункта 9 части 1 статьи 1 Федерального закона от 20 декабря 2004 года № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» (далее – Федеральный закон о рыболовстве) рыболовство – деятельность по добыче (вылову) водных биоресурсов и в предусмотренных настоящим Федеральным законом случаях по приемке, обработке, перегрузке, транспортировке, хранению и выгрузке уловов водных биоресурсов, производству рыбной продукции.

В соответствии с правовой позицией, выраженной в пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 ноября 2010 года № 27 «О практике рассмотрения дел об административных правонарушениях, связанных с нарушением правил и требований, регламентирующих рыболовство», статья 1 Федерального закона от 20 декабря 2004 года № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» определяет понятие рыболовства не только как деятельность по добыче (вылову) водных биоресурсов, но и в предусмотренных данным Законом случаях, как деятельность по приемке, обработке, перегрузке, транспортировке, хранению и выгрузке уловов водных биоресурсов, производству на судах рыбопромыслового флота рыбной и иной продукции из этих ресурсов.

Из положений пункта 1 статьи 10, статьи 11, статьи 15 вышеназванного закона следует, что водные биоресурсы находятся в федеральной собственности, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 настоящей статьи. Право на добычу (вылов) водных биоресурсов возникает по основаниям, предусмотренным настоящим Федеральным законом. Рыболовство осуществляется в отношении видов водных биоресурсов, добыча (вылов) которых не запрещена.

Согласно статье 43.1 Федерального закона № 166-ФЗ основой осуществления рыболовства и сохранения водных биоресурсов являются правила рыболовства, которые утверждаются федеральным органом исполнительной власти в области рыболовства для каждого рыбохозяйственного бассейна и являются обязательными для исполнения юридическими лицами и гражданами, осуществляющими рыболовство и иную связанную с использованием водных биоресурсов деятельность.

Правила рыболовства для Дальневосточного рыбохозяйственного бассейна (далее – Правила рыболовства) утверждены Приказом Минсельхоза России от 6 мая 2022 года № 285.

В соответствии с пунктом 4 Правил рыболовства указанными правилами, среди прочего, устанавливаются виды разрешенного рыболовства; запрет рыболовства в определенных районах и в отношении отдельных видов водных биоресурсов; суточная норма добычи (вылова) водных биоресурсов (количество, вес), разрешенная гражданину для добычи (вылова) при осуществлении любительского рыболовства.

Пунктом 70 Правил рыболовства предусмотрено, что суточная норма добычи (вылова) водных биоресурсов (за исключением случая, если для таких видов водных биоресурсов установлен постоянный или временный запрет добычи (вылова) при осуществлении любительского рыболовства) для одного гражданина при осуществлении любительского рыболовства в границах Приморского края, а также в прилегающих к его территории во внутренних морских водах Российской Федерации и территориальном море Российской Федерации составляет: краба камчатского – 1 штука, краба-стригуна – 3 штуки.

На основании пункта 52.7 Правил рыболовства пользователям рыболовными участками, а также гражданам запрещается превышать разрешенное для добычи (вылова) количество водных биоресурсов, на которые Правилами рыболовства установлена суточная норма добычи (вылова).

Как следует из материалов дела, 22 мая 2025 года около 22 часов 05 минут в ходе выполнения мероприятий по охране водных (морских) биологических ресурсов (далее - ВБР) должностными лицами 2 ООРКМ Пограничного управления ФСБ России по Приморскому краю (далее – ПУ) с применением штатных плавсредств (катеров и моторных лодок) в акватории Уссурийского залива (внутренние морские воды Российской Федерации) обнаружено маломерное плавсредство (далее – катер), пришедшее из глубины залива в район бухты Сухопутной. Навстречу данному катеру от одного из гаражных строений, расположенных на берегу по адресу: 

<

адрес>, вышла надувная лодка. Данная лодка и вышеуказанный катер сошлись неподалеку от побережья и с борта катера на лодку были перегружены предметы, предположительно водные биоресурсы и продукция из них в различной таре. После перегрузки лодка вернулась к гаражному строению, а катер отошел мористее в Уссурийский залив. После начала движения указанный катер сопровождался штатными плавсредствами ПУ, после ошвартовки его в бухте Новик (о. Русский) на катерной стоянке в районе пос. Мелководный, был осмотрен сотрудниками ПУ. Установлено, что указанный катер является маломерным моторным судном Yamaha FR-23 без нанесенных бортовых номеров, находился под управлением ФИО1; на борту катера обнаружен фрагмент ВБР.

Также сотрудники ПУ прибыли в гаражное строение, указанное выше по адресу: 

<

адрес>, где обнаружили на берегу резиновую лодку, а также возле нее и в гаражном строении секции конечностей краба камчатского в свежеразделаном виде в количестве 653 шт., общим весом 457,040 кг нетто в полипропиленовых мешках зеленого цвета; 41 особь краба камчатского в живом виде, общим весом 72,10 кг.

Каких либо документов, подтверждающих право на добычу (вылов) водных биоресурсов, право собственности на них, либо других документов, подтверждающих законность происхождения водных биоресурсов, а также на право владения, пользования и распоряжения ими, ФИО1 не предъявил.

Таким образом, ФИО1 посредством находящегося в его владении катера Yamaha FR-23 без нанесенных бортовых номеров, а затем перегрузив водные биоресурсы на резиновую лодку, на которой они были перемещены к гаражному строению (лодочному гаражу) по адресу: 

<

адрес>, осуществил рыболовство в части хранения, транспортировки и перегрузки водных биоресурсов и продукции из них, – секций конечностей краба камчатского в свежеразделаном виде – 653 шт., общим весом 457,040 кг нетто и 41 особи краба камчатского в живом виде, общим весом 72,10 кг нетто; не имея при этом документов, подтверждающих законность происхождения водных биоресурсов, чем нарушил правила рыболовства, установленные приведенными выше нормативными актами.

Оснований не согласиться с выводами судьи районного суда о наличии в действиях ФИО1 состава указанного административного правонарушения не имеется.

Фактические обстоятельства совершенного ФИО1 административного правонарушения подтверждены собранными по делу доказательствами: протоколом об административном правонарушении от 18 июля 2025 года; протоколом досмотра транспортного средства по делу об административном правонарушении от 23 мая 2025 года, согласно которого на катере, принадлежащем ФИО1, был обнаружен коготь ходильной ноги краба камчатского; протоколом изъятия вещей и документов от 23 мая 2025 года; протоколом изъятия вещей и документов от 23 мая 2025 года, которым в лодочном гараже по адресу: 

<

адрес>, были изъяты секций конечностей краба камчатского в свежеразделаном виде, особи краба камчатского в живом виде, резиновая лодка, ведро и емкости, использовавшиеся для хранения краба и продукции из водных биоресурсов; протоколами опроса свидетелей ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 и ФИО12, а также другими имеющимися в материалах дела доказательствами.

С учетом требований статьи 24.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях при рассмотрении дела об административном правонарушении на основании полного и всестороннего анализа собранных доказательств установлены все юридически значимые обстоятельства совершения административного правонарушения, предусмотренные статьей 26.1 указанного Кодекса.

Имеющимися в материалах дела доказательствами подтверждается, что ФИО1 осуществлял хранение, транспортировку и перегрузку водных биологических ресурсов, не имея при этом разрешительных документов, подтверждающих законность происхождения водных биоресурсов, либо иных правоустанавливающих документов на осуществление рыболовства, а также на право владения, пользования и распоряжения водными биоресурсами, что образует объективную сторону административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

В связи с этим доводы об отсутствии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения по причине недоказанности его причастности к вышеназванному административному правонарушению, основаны на неправильном толковании правовых актов, регламентирующих осуществление рыболовной деятельности.

Неустранимых сомнений в виновности лица, привлеченного к административной ответственности, не имеется.

Согласно доводам жалобы событие вмененного ФИО17 административного правонарушения отсутствует, поскольку в указанное время он осуществлял ремонт лодочного мотора на своем катере, в связи с чем не мог хранить, транспортировать и перегружать водные биологические ресурсы, обнаруженные в лодочном гараже по адресу: 

<

адрес>.

Указанные доводы защитника были предметом оценки при рассмотрении дела и обоснованно отклонены судьей районного суда.

Из показаний сотрудников Пограничного управления ФСБ России по Приморскому краю ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 и ФИО12 следует, что наблюдение за маломерным плавательным средством, которым осуществлял управление ФИО1, осуществлялось рейдовой инспекторской группой, участники которой были рассредоточены по побережью, а также находились на штатных плавсредствах, преследовавших данный катер, с применением приборов дальнего видения и технических средств, в связи с чем указанный катер из под визуального наблюдения участников инспекторской группы не выходил.

Данный вывод подтверждается и приобщенными к материалам дела видеозаписями, выполненными разными участниками рейдовой инспекторской группы, в том числе и с применением дрона.

Таким образом, оснований сомневаться в том, что водные биологические ресурсы, обнаруженные возле гаражных строений, расположенных по адресу: 

<

адрес>, были перегружены в акватории Уссурийского залива на резиновую лодку с катера, который в дальнейшем проследовал на катерную стоянку в районе пос. Мелководный, где был осмотрен сотрудниками ПУ, не имеется.

Показания допрошенного в качестве свидетеля ФИО13 о том, что до 22 мая 2025 года он совместно с ФИО1 выходил на катере последнего на рыбалку и выловил одного краба камчатского, коготь ходильной ноги которого остался на катере, приведенные выше выводы не опровергают, учитывая, что они не исключают возможности последующего осуществления ФИО1 хранения, транспортировки и перегрузки незаконно добытых водных биологических ресурсов.

Что касается письменных пояснений ФИО14 и ФИО15, приобщенных судьей районного суда к материалам дела по ходатайству защитника, указанные пояснения не соответствуют требованиям, предусмотренным статьей 25.6 КоАП РФ, поскольку лицами, осуществляющими производство по делу об административном правонарушении, ФИО14 и ФИО15 не опрашивались.

При этом содержащиеся в этих пояснениях показания о том, что ФИО1 в период с 19 до 22 часов 22 мая 2025 года осуществлял ремонт лодочного мотора, пришвартовавшись к танкеру «Орион», опровергаются приведенными выше показаниями участников рейдовой инспекторской группы.

Более того, в объяснениях, отобранных у него непосредственно после осмотра транспортного средства, ФИО1 утверждал, что он осуществлял ремонт лодочного мотора непосредственно в акватории Уссурийского залива, тогда как версия о том, что для осуществления ремонта он пришвартовался к танкеру «Орион», на котором находился на вахте его знакомый ФИО14, была высказана им уже в период рассмотрения дела судом, являясь, фактически, избранным им способом защиты.

Доводы защитника о том, что судьей районного суда не было рассмотрено ходатайство о прекращении производства по делу в связи с отсутствием состава административного правонарушения о незаконности рассмотрения дела об административном правонарушении не свидетельствуют, поскольку выводы о наличии (отсутствии) состава правонарушения могли быть сделаны только при разрешении дела по существу в вынесенном по результатам рассмотрения дела постановлении, в связи с чем вынесение отдельного определения об отказе в удовлетворении ходатайства о прекращении производства по делу в связи с отсутствием состава административного правонарушения не требовалось.

Постановление о назначении административного наказания вынесено с соблюдением срока давности привлечения к административной ответственности, установленного частью 1 статьи 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях для данной категории дел.

Административное наказание назначено ФИО1 в соответствии с санкцией части 2 статьи 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, с учетом положений статей 3.1, 4.1 того же Кодекса, характера и обстоятельств совершенного административного правонарушения, а также наличия обстоятельства, отягчающего административную ответственность, а именно повторное совершение однородного административного правонарушения, учитывая, что ФИО1 привлечен к административной ответственности по части 2 статьи 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях постановлением государственного инспектора Российской Федерации по государственному контролю в сфере охраны морских биологических ресурсов 2 отделения отдела режимно-контрольных мероприятий ПУ ФСБ России по Приморскому краю от 11 апреля 2025 года (л.д. 89-99). Вопреки доводам защитника копия указанного выше постановления от 11 апреля 2025 года нечитаемой не является.

Санкция части 2 статьи 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусматривает наложение административного штрафа на граждан в размере от одной второй до одного размера стоимости водных биологических ресурсов, явившихся предметом административного правонарушения, с конфискацией судна и иных орудий совершения административного правонарушения или без таковой.

Оснований сомневаться в правильности приведенных расчетов в части количества секций конечностей краба камчатского в свежеразделаном виде и особей краба камчатского в живом виде, а также их стоимости, не усматриваю. Размер стоимости водных биологических ресурсов, а соответственно и размер подлежащего назначению административного штрафа произведен с учетом имеющихся в материалах дела сведений и сомнений не вызывает.

Мнение защитника о том, что вес секций конечностей краба камчатского, примененный в расчете административного штрафа, был необоснованно увеличен, основано на неправильном толковании норм права.

В соответствии с правовым подходом, сформулированным в пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 ноября 2010 года № 27 «О практике рассмотрения дел об административных правонарушениях, связанных с нарушением правил и требований, регламентирующих рыболовство» если правонарушитель произвел продукцию из водных биоресурсов, явившихся предметом административного правонарушения, размер штрафа следует исчислять исходя из стоимости биоресурсов, как это предусмотрено санкцией части 2 статьи 8.17 КоАП РФ, а не из стоимости произведенной продукции.

В соответствии с ответом Тихоокеанского филиала ФГБНУ «ВНИРО» («ТИНРО») от 20 июня 2025 года № 01-19/2398 (л.д. 57-58) для изготовления сырых комплектов конечностей в панцире краба камчатского массой 457,040 кг потребовалось 726,694 кг краба сырца, что и было учтено при расчете размера административного штрафа.

Обстоятельств для признания назначенного административного наказания несправедливым, в том числе с учетом изложенных в жалобе доводов, не имеется.

Доводы, изложенные в дополнениях к апелляционной жалобе, о том, что изъятый подвесной двигатель, обнаруженный в ходе досмотра транспортного средства на маломерном судне Yamaha FR-23, принадлежит супруге ФИО1 – ФИО4, оснований для изменения постановления о назначении административного наказания не содержат.

Как следует из документов, представленных ГУ МЧС России по Приморскому краю с ответом от 4 июня 2025 года № ИВ-252-9046 (л.д. 39-50), на моторном судне Yamaha FR-23HTDX, зарегистрированном на ФИО1, был установлен двигатель SUZUKI 175.

В ходе досмотра и изъятия вышеназванного транспортного средства на нем был установлен подвесной двигатель Yamaha F250DET №6CGX1020300).

Согласно представленным защитником документам данным подвесной двигатель был ввезен в Российскую Федерацию ООО «Мото дилер» и 11 февраля 2023 года продан ФИО4 за 3000 рублей.

Также из пояснений защитника следует, что соответствующий договор купли-продажи заключен ФИО4 в период её брака с ФИО1

В соответствии со статьей 34 Семейного Кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. Общим имуществом супругов являются приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

В силу статьи 35 Семейного Кодекса Российской Федерации владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов.

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 7 декабря 2006 года №544-О, реализация права собственности в отношении транспортных средств при их использовании по назначению имеет свои особенности, которые определены спецификой их правового режима, связанной с их техническими параметрами как предметов, представляющих повышенную опасность для жизни, здоровья, имущества третьих лиц, и подлежит поэтому регламентации нормами не только гражданского, но и административного законодательства.

Как следует из обстоятельств дела, подвесной двигатель, приобретенный на имя ФИО4, является их совместным имуществом с ФИО1 при этом именно последний фактически распоряжался данным имуществом, используя совместно с принадлежащим ему моторным судном с согласия супруги, в связи с чем конфискация данного имущества является обоснованной и соответствует положениям статьи 3.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Нарушений норм процессуального закона, влекущих отмену вынесенных постановления, в ходе производства по делу об административном правонарушении не допущено.

Вместе с тем, имеются основания для изменения вынесенного по делу постановления.

По смыслу статей 28.2, 29.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, рассмотрение дела об административном правонарушении производится в пределах события административного правонарушения, изложенного в протоколе об административном правонарушении.

Вопреки указанной норме, судья районного суда в постановлении о назначении административного наказания сделал вывод о доказанности вины ФИО1 в осуществлении добычи (вылов) водных биологических ресурсов без разрешительных или иных правоустанавливающих документов (л. 8 постановления).

Соответствующий вывод подлежит исключению из постановления, поскольку осуществление добычи (вылов) водных биологических ресурсов ФИО1 не вменялось.

При таких обстоятельствах постановление судьи Фрунзенского районного суда г. Владивостока Приморского края от 20 октября 2025 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, подлежит изменению с исключением из постановления выводов о совершении ФИО1 нарушений, не отраженных в протоколе об административном правонарушении.

В остальной части вынесенное по делу постановление изменению не подлежит, в том числе и в части назначенного административного наказания.

На основании изложенного, руководствуясь статьей 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья

р е ш и л :

Постановление судьи Фрунзенского районного суда г. Владивостока Приморского края от 20 октября 2025 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО1 изменить, исключив из описательно-мотивировочной части постановления выводы о том, что ФИО1 осуществил добычу (вылов) водных биологических ресурсов, превышающих суточную норму, а именно 41 особи камчатского краба в живом виде, общим весом 72,10 кг. нетто и 653 секций конечностей краба камчатского в свежеразделанном виде, общим весом 457,040 кг нетто.

В остальной части постановление оставить без изменения, жалобу защитника ФИО1 – ФИО3 без удовлетворения.

Настоящее решение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано (опротестовано) в Девятый кассационный суд общей юрисдикции.

Судья А.В. Фаленчи