А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

16 февраля 2026 года г. Уфа

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Башкортостан в составе

председательствующего судьи Ракипова Х.Г.,

судей Ахмадиева С.Б., Галимзяновой З.Т,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Альмухаметовой Н.У.,

с участием прокурора Валиуллина Т.И.,

осужденных ФИО1, ФИО2,

их защитников в лице адвокатов Салихова Э.Н., Кокшаровой Е.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО1, ФИО2 по апелляционному представлению с дополнением государственного обвинителя Араптян Ч.Э. на приговор Орджоникидзевского районного суда г. Уфы от 9 декабря 2025 года.

Заслушав доклад судьи Ахмадиева С.Б. об обстоятельствах дела и содержании апелляционного представления с дополнением, выслушав выступления прокурора Валиуллина Т.И., поддержавшего доводы апелляционного представления с дополнением, мнение осужденных ФИО1, ФИО2 и их защитников Салихова Э.Н., Кокшаровой Е.А. о законности приговора, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А :

по приговору Орджоникидзевского районного суда г. Уфы от 9 декабря 2025 года

ФИО1, дата рождения, уроженка ..., гражданка РФ, ранее не судимая,

осуждена по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к 6 годам лишения свободы; по ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к 7 годам лишения свободы.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ, путём частичного сложения наказаний, окончательное наказание определено ФИО1 в виде 8 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

На основании ч. 1 ст. 82 УК РФ постановлено отсрочить ФИО1 реальное отбывание наказания в виде лишения свободы до достижения ее ребенком Д, дата рождения, четырнадцатилетнего возраста, т.е. до 24 февраля 2032 года.

Контроль за поведением осужденной ФИО1 возложен на УИИ УФСИН РФ по Республике Башкортостан по месту ее жительства.

Мера пресечения в виде заключения под стражу осужденной ФИО1 отменена, освобождена из-под стражи в зале суда.

Постановлено избрать в отношении ФИО1 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу.

ФИО2, дата рождения, уроженка ..., гражданка РФ, ранее не судимая,

осуждена по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к 5 годам лишения свободы; по ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к 6 годам лишения свободы.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ, путём частичного сложения наказаний, окончательное наказание определено ФИО2 в виде 7 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

На основании ч. 1 ст. 82 УК РФ постановлено отсрочить ФИО2 реальное отбывание наказания в виде лишения свободы до достижения ее ребенком К, дата рождения, четырнадцатилетнего возраста, т.е. до 24 февраля 2030 года.

Контроль за поведением осужденной ФИО2 возложен на УИИ УФСИН РФ по Республики Башкортостан по месту ее жительства.

Мера пресечения в виде заключения под стражу осужденной ФИО2 отменена, постановлено освободить из-под стражи в зале суда.

Постановлено избрать в отношении ФИО2 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Преступления совершены в г. Уфе при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

В апелляционном представлении и в дополнении к нему государственный обвинитель выражает несогласие с приговором суда, считает его необоснованным, несправедливым вследствие чрезмерной мягкости, поскольку ФИО1 и ФИО2 совершены два особо тяжких преступления, посягающих на здоровье населения, в связи с чем представляющих повышенную общественную опасность. Полагает, что суд не полной мере обосновал назначение чрезмерно мягкого наказания за каждое преступление и применение положений ст. 82 УК РФ. Обращает внимание, что ФИО1 ранее отбывала наказание в виде длительного лишения свободы за совершение аналогичного преступления, однако спустя непродолжительное время вновь совершила преступление в сфере незаконного сбыта наркотиков, что свидетельствует о том, что она должных выводов для себя не сделала на путь исправления не встала. Полагает, что размер обнаруженных и изъятых наркотических средств, способ расфасовки и оборудования тайников закладок, а также совершение преступления организованной группой свидетельствует о том, что для осужденных оборудование тайников с наркотиками являлось способом заработка. Официально ФИО1 и ФИО2 не трудоустроены, в связи с чем считает, что они могут вновь совершить преступление. Также указывает, что в срок отбытия наказания следует зачесть время содержания под стражей с 23 апреля 2025 года, поскольку преступные действия ФИО1 и ФИО2 были пресечены сотрудниками правоохранительных органов 23 апреля 2025 года в результате осуществления оперативно-розыскных мероприятий «Наблюдение», в этот же день ФИО1, ФИО2 фактически были задержаны. Просит приговор суда изменить, исключить применение ст. 82 УК РФ и назначить наказание в виде реального лишения свободы, зачесть в срок отбытия наказания время содержания под стражей с момента фактического задержания, то есть 23 апреля 2025 года.

Выслушав стороны, изучив материалы уголовного дела и исследовав доводы апелляционного представления с дополнением, судебная коллегия приходит к следующему.

Тщательный анализ исследованных в судебном заседании доказательств позволил суду правильно установить фактические обстоятельства дела, которые сторонами не оспариваются, и сделать обоснованный вывод о виновности осужденных.

Обстоятельства преступления судом установлены, в том числе из показаний свидетелей ККО, ХАА, МНС – сотрудников полиции об обстоятельствах оперативно-розыскного мероприятия, понятых МПВ, МСЮ, МАВ, СНФ, принимавших участие в следственных действиях, свидетеля НЭМ, проводившей личный досмотр задержанных при ОРМ и других доказательств, содержание которых подробно изложено в приговоре.

Показания вышеуказанных лиц судом обоснованно признаны достоверными и положены в основу приговора, поскольку получены в соответствии с законом, согласуются между собой в деталях, дополняют друг друга и подтверждаются другими исследованными судом доказательствами, в частности: материалами оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение», в ходе которого ФИО1 и ФИО2, передвигающиеся на автомобиле, были задержаны в гаражном массиве при оборудовании тайника-закладки наркотических средств, актами личного досмотра задержанных, протоколами осмотра автомобиля, квартиры в ходе которых были обнаружены наркотические средства, выводами физико-химических экспертиз, из которых следует, что обнаруженные и изъятые у осужденных вещества являются наркотическим средством.

Выводы предупрежденных об уголовной ответственности экспертов соответствуют фактическим обстоятельствам преступлений, заключения являются объективными, обоснованными и причин сомневаться в их достоверности не имеется.

Всего изъято наркотическое средство мефедрон (4-метилметкатинон), общей массой не менее 241,457 г, вещество, содержащее в своем составе наркотическое средство кокаин, общей массой не менее 55,412 г, а также наркотическое средство гашиш, общей массой не менее 47,45 г.

Размер наркотических средств в качестве крупного определен с учетом п. 2 примечания к ст. 228 УК РФ и в соответствии с постановлением Правительства РФ от 1 октября 2012 года № 1002.

Оперативно-розыскные мероприятия проведены в соответствии с требованиями Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности в Российской Федерации» и являются допустимыми доказательствами.

Из материалов дела видно, что сотрудники полиции действовали законно, объем и характер их действий определялся задачами, которые были сформулированы перед ними постановлениями о проведении оперативно-розыскных мероприятий, направлены на проверку имеющихся сведений о незаконном обороте наркотических средств, выявление причастных к этому лиц, пресечение и раскрытие данных преступлений.

Судебное разбирательство по уголовному делу проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с соблюдением всех принципов судопроизводства, в том числе, состязательности и равноправия сторон.

Оснований для изменения или отмены приговора в части неверного установления фактических обстоятельств, нарушений правил оценки доказательств, судебная коллегия не установила.

Вместе с тем приговор подлежит изменению в связи с неправильным применением уголовного закона.

Действия ФИО1 и ФИО2 квалифицированы судом по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ и ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

Вместе с тем, не имеется оснований согласиться с квалификацией действий осужденных как совокупности преступлений.

По смыслу закона, продолжаемыми являются преступления, складывающиеся из ряда тождественных преступных деяний, совершаемых, как правило, через незначительный промежуток времени, в одной и той же обстановке, направленных к общей цели и составляющих в своей совокупности единое преступление. В продолжаемом посягательстве отдельные акты преступного деяния связаны между собой объективными обстоятельствами, местом, временем, способом совершения преступления, а также предметом посягательства.

Таким образом, если виновный имеет умысел на сбыт всего имеющегося у него наркотического средства, и в целях последующего их сбыта он совершает такие действия в несколько приемов или хранит в разных местах, содеянное им не образует совокупности преступлений.

Приведенное в приговоре описание преступных действий осужденных свидетельствует о том, что, храня с целью сбыта наркотические средства при себе, в автомобиле и в жилище, ФИО1 и ФИО2 преследовали единую цель сбыта всей массы наркотических средств, в связи с чем, их действия не могут свидетельствовать о совершении ими ряда преступлений, образующих совокупность.

При таких обстоятельствах, установленные судом обстоятельства свидетельствуют о наличии у осужденных единого умысла на сбыт наркотических средств.

Кроме того, как следует из приговора, ФИО1, ФИО2 и неустановленные лица свой преступный умысел, направленный на незаконный сбыт наркотических средств, не смогли довести до конца по не зависящим от них обстоятельствам, так как 23 апреля 2025 года ФИО1 и ФИО2 были задержаны сотрудниками полиции.

С учетом изложенного, действия ФИО1 и ФИО2 относительно покушения на незаконный сбыт наркотического средства мефедрон (4-метилметкатинон), общей массой не менее 241,457 г, вещества, содержащего в своем составе наркотическое средство кокаин, общей массой не менее 55,412 г, а также наркотического средства гашиш, общей массой не менее 47,45 г, то есть в крупном размере, совершенных с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, подлежат переквалификации с ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ и ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ на ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием информационно-коммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере), с назначением более мягкого наказания, исключив указание о применении к обеим осужденным положений ч. 2 ст. 69 УК РФ.

При назначении ФИО1 и ФИО2 наказания судебная коллегия учитывает характер и степень общественной опасности совершенного ими преступления, данные о личности, влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей, наличия смягчающих и отсутствие отягчающих обстоятельств.

Совокупность смягчающих наказание каждой осужденной обстоятельств установлена судом верно.

Активное способствование раскрытию и расследованию преступления обоснованно признано таковым в силу того, что обе осужденные сообщили органам следствия коды от своих сотовых телефонов, что позволило исследовать их содержимое, из которого во многом и были установлены фактические обстоятельства дела.

Вопреки доводам апелляционного представления, по мнению судебной коллегии, суд верно применил положения ст. 82 УК РФ. Решение суда в данной части надлежащим образом мотивировано.

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 82 УК РФ беременной женщине, женщине, имеющей ребенка в возрасте до четырнадцати лет, мужчине, имеющему ребенка в возрасте до четырнадцати лет и являющемуся единственным родителем, кроме лиц, которым назначено наказание в виде лишения свободы за преступления против половой неприкосновенности несовершеннолетних, не достигших четырнадцатилетнего возраста, лишения свободы на срок свыше пяти лет за тяжкие и особо тяжкие преступления против личности, лишения свободы за преступления, предусмотренные статьями 205, 205.1, 205.2, 205.3, 205.4 и 205.5, частями третьей и четвертой статьи 206, частью четвертой статьи 211, статьей 361 настоящего Кодекса, и сопряженные с осуществлением террористической деятельности преступления, предусмотренные статьями 277, 278, 279 и 360 настоящего Кодекса, суд может отсрочить реальное отбывание наказания до достижения ребенком четырнадцатилетнего возраста.

Как следует из материалов уголовного дела, ФИО1 и ФИО2 не лишены родительских прав в отношении своих малолетних детей, воспитывают их одни, без участия отцов, они положительно характеризуется по месту жительства, дети посещают образовательные учреждения, где хорошо отзываются об их матерях, отмечая, что они проявляют заботу о детях, обе осужденные зарегистрированы в налоговом органе в качестве самозанятых, имеют жилье, отвечающее необходимым требованиям.

Соглашаясь с решением суда первой инстанции о применении положений ст. 82 УК РФ, судебная коллегия руководствуется не только целями уголовного наказания, но и, в первую очередь, интересами малолетних детей осужденных, а также принципами справедливости и гуманизма.

Каких-либо данных, свидетельствующих о том, что осужденные ненадлежащим образом исполняли свои обязанности как родителя по воспитанию своих детей, не заботилась об их здоровье, физическом, психическом развитии, в материалах уголовного дела не имеется.

Судебная коллегия, учитывая все установленные по делу обстоятельства, в том числе отношение осужденных к содеянному, их положительные характеристики по месту жительства, отношение к воспитанию и содержанию малолетних детей, приходит к выводу о возможности исправления осужденной без реального отбывания наказания в виде лишения свободы с применением на основании ч. 1 ст. 82 УК РФ отсрочки отбывания наказания до достижения детьми четырнадцатилетнего возраста.

Как усматривается из приговора, разрешая вопрос о зачете в срок отбывания наказания времени содержания осужденных под стражей, суд исходил из того, что они, согласно протоколу задержания в порядке ст. 91 УПК РФ, были задержаны 24 апреля 2025 года.

Между тем, согласно материалам дела действия ФИО1 и ФИО2 были пресечены сотрудниками полиции 23 апреля 2025 года, и в этот же день они были фактически задержаны, каких-либо данных об их освобождении до 24 апреля 2025 года не имеется.

Согласно п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2023 года № 47 «О практике применения судами законодательства об отсрочке отбывания наказания», при назначении окончательного наказания по правилам статьи 70 УК РФ в связи с совершением осужденным в период отсрочки отбывания наказания, предоставленной на основании статьи 82 или 82.1 УК РФ, нового преступления неотбытым наказанием следует считать весь период назначенного наказания, отбывание которого было отсрочено. В случае назначения по совокупности приговоров реального наказания время содержания осужденного под стражей засчитывается в срок отбывания окончательного наказания.

При таких обстоятельствах в резолютивной части приговора следует указать, что в случае отмены отсрочки реального отбывания наказания в виде лишения свободы в срок отбывания наказания ФИО1 и ФИО2 подлежит зачету период содержания их под стражей с 23 апреля 2025 года по 9 декабря 2025 года из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А :

приговор Орджоникидзевского районного суда г. Уфы от 9 декабря 2025 года в отношении ФИО1 и ФИО2 изменить:

- их действия, квалифицированные по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ и ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, квалифицировать как единое продолжаемое преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (наркотические средства мефедрон (4-метилметкатинон), общей массой 241,457 г, кокаин, общей массой 55,412 г, гашиш общей массой 47,45 г); за которое назначить ФИО1 – 7 лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима, ФИО2 – 6 лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима;

- исключить указание о применении к обеим осужденным положений ч. 2 ст. 69 УК РФ;

- в резолютивной части указать, что в случае отмены отсрочки реального отбывания наказания в виде лишения свободы в срок отбывания наказания ФИО1 и ФИО2 подлежит зачету период содержания их под стражей с 23 апреля 2025 года по 9 декабря 2025 года из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

В остальной части приговор оставить без изменения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (г. Самара) в течение 6 месяцев со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного определения через суд, постановивший приговор, и рассматриваться в порядке, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, а по истечении указанного срока может быть обжаловано непосредственно в тот же кассационный суд общей юрисдикции и рассматриваться в порядке, предусмотренном статьями 401.10 - 401.12 УПК РФ. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи

...

...