Дело № 1-10/2021 

УИД 66RS0012-01-2020-002288-34

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

город Каменск-Уральский

Свердловской области 09 марта 2021 года

Синарский районный суд города Каменска-Уральского Свердловской области в составе председательствующего судьи Москалевой А.В. при ведении протокола судебного заседания секретарями Нечаевой И.Г., Протасенко Е.В. и помощником судьи Дерябиной О.В., 

с участием государственного обвинителя прокуратуры г. Каменска-Уральского ФИО1,

представителя потерпевшего ООО «АСП» К.Ю.В., 

представителя потерпевших ООО «СС»» и «ДСС» П.А.В.,

подсудимой ФИО2 и ее защитника адвоката Загайнова И.Д., 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении 

ФИО2, 

<

*****>, несудимой, 

мера пресечения в отношении которой избрана в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, 

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного п.п. «в, г» ч. 3 ст. 146 Уголовного кодекса Российской Федерации, 

У С Т А Н О В И Л :

Подсудимая ФИО2 незаконно использовала объекты авторского права в особо крупном размере с использованием своего служебного положения.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах.

21 октября 2019 года сотрудниками ОЭБ и ПК МО МВД России «Каменск-Уральский» на основании п. 3 ч. 1 ст. 2, п. 12 ч. 1 ст. 13 ФЗ «О полиции» от 07.02.2011 № 3-ФЗ в целях профилактики и предупреждения правонарушений, связанных с незаконным использованием объектов интеллектуальной собственности, в том числе программ для ЭВМ, защищенных авторским правом, директору Общества с ограниченной ответственностью «НМ» (

<

*****>) ФИО2, занимающей указанную должность с 23 июня 2016 года, а с 05 июля 2016 года являющейся и учредителем указанной организации, было внесено обязательное представление, в котором доведены положения законодательства, запрещающие незаконное использование объектов авторского права, а также изложено требование принять меры по выявлению и устранению возможного незаконного использования программ для ЭВМ в деятельности Общества.

Получив вышеуказанное обязательное представление, у ФИО2, занимающей должность директора ООО «НМ», являющейся единоличным исполнительным органом Общества, выполняющей управленческие функции в указанной коммерческой организации, осознающей, что для обеспечения успешной экономической деятельности Общества необходимо использование специальных компьютерных программ, выпускаемых ООО «АСП», ООО «СС», «ДСС», с целью избежать материальных затрат на приобретение лицензионного программного обеспечения, необходимого для обеспечения деятельности ООО «НМ», возник преступный умысел, направленный на незаконное использование на рабочих ЭВМ ООО «НМ» вопреки воле правообладателей, без заключения с ними договоров на использование объектов авторского права, к которым в соответствии с п. 1 ст. 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации относятся программы для ЭВМ, принадлежащих ООО «АСС», ООО «СС», «ДСС», охраняемые, как литературные произведения, согласно ч. 1 ст. 44 Конституции Российской Федерации, п. 1 ст. 1229, п. 1 ст. 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Реализуя преступный умысел, в период времени с 21 октября 2019 года по 20 ноября 2019 года ФИО2, являясь директором ООО «НМ», расположенного по адресу: 

<

адрес>, действуя от имени Общества, осуществляя руководство деятельностью предприятия, будучи ответственной за хозяйственную деятельность предприятия, осознавая незаконный, противоправный характер своих действий, и то, что у ООО «НМ» отсутствуют лицензионные соглашения с ООО «АСС», ООО «СС», «ДСС» на право использования программ для ЭВМ в своей деятельности, игнорируя требования врученного обязательного представления, с целью избежать материальных затрат на приобретение лицензионных программных продуктов, продолжила умышленно незаконно использовать на шести персональных ЭВМ, принадлежащих ООО «НМ», используемых при осуществлении коммерческой деятельности ООО «НМ», объекты авторского права, а именно программы, исключительным правом на которые обладает ООО «СС»:

- «

<

*****>» в количестве четырех экземпляров стоимостью 13 000 рублей за один экземпляр, общей стоимостью 52 000 рублей,

- «

<

*****>» в количестве четырех экземпляров стоимостью 41 400 рублей за один экземпляр, общей стоимостью 165 600 рублей;

программы, исключительным правом на которые обладает ООО «АСП»:

- «

<

*****>» в количестве одного экземпляра стоимостью 146 000 рублей,

- «

<

*****>» в количестве одного экземпляра стоимостью 146 000 рублей,

- «

<

*****>» в количестве двух экземпляров стоимостью 127 000 рублей за один экземпляр, общей стоимостью 254 000 рублей, 

- «

<

*****>» в количестве одного экземпляра стоимостью 127 000 рублей,

- «

<

*****>» в количестве одного экземпляра стоимостью 127 000 рублей,

- «

<

*****>» в количестве одного экземпляра стоимостью 127 000 рублей,

- «

<

*****>» в количестве трех экземпляров стоимостью 110 000 рублей за один экземпляр общей стоимостью 330 000 рублей,

- «

<

*****>» в количестве трех экземпляров стоимостью 110 000 рублей за один экземпляр, общей стоимостью 330 000 рублей,

- «

<

*****>» в количестве трех экземпляров стоимостью 110 000 рублей за один экземпляр, общей стоимостью 330 000 рублей,

- «

<

*****>» в количестве двух экземпляров стоимостью 110 000 рублей за один экземпляр, общей стоимостью 220 000 рублей,

- «

<

*****>» в количестве одного экземпляра стоимостью 96 000 рублей,

- «

<

*****>» в количестве одного экземпляра стоимостью 73 000 рублей;

а также программы, исключительным правом на которые обладает «ДСС»: 

- «

<

*****>» в количестве одного экземпляра стоимостью 620 000 рублей,

- «

<

*****>» в количестве трех экземпляров стоимостью 620 000 рублей за один экземпляр, общей стоимостью 1 860 000 рублей. 

20 ноября 2019 года в период с 16:15 до 18:43 в ходе осмотра места происшествия сотрудниками ОЭБ и ПК МО МВД России «Каменск-Уральский» в офисном помещении ООО «НМ» по адресу: 

<

адрес>, были обнаружены и изъяты шесть системных блоков ПЭВМ, используемых в коммерческой деятельности ООО «НМ», на которых обнаружены вышеуказанные программные продукты, исключительным правом на которые обладают ООО «СС», ООО «АСП», «ДСС». 

В результате умышленных преступных действий ФИО2 указанные программы незаконно хранились в памяти ЭВМ и использовались в коммерческой деятельности ООО «НМ», о чем ФИО2 было достоверно известно. Таким образом, ФИО2 совершено незаконное использование программ для ЭВМ, исключительные права на которые принадлежат ООО «СС» общей стоимостью 217 600 рублей, ООО «АСП» общей стоимостью 2 306 000 рублей, «ДСС» общей стоимостью 2 480 000 рублей. Общая стоимость незаконно использованных ФИО2 программ для ЭВМ составила 5 003 600 рублей, что в соответствии с примечанием к ст.146 Уголовного кодекса Российской Федерации образует особо крупный размер.

В судебном заседании, выражая отношение к предъявленному обвинению, подсудимая ФИО2 виновной себя в совершении преступления не признала, высказав несогласие с предъявленным обвинением. 

По существу предъявленного обвинения ФИО2 пояснила в судебном заседании, что в ООО «НМ» она работает с 2016 года, с июня 2016 года она занимает должность директора. Назначить руководителем фирмы планировалось А.М.В., но налоговая инспекция дала запрет на такое назначение, поэтому директором сделали ее. Фактически она ведет кадры, бухгалтерию, экономическую часть, составляет калькуляцию. А.М.В. занимается всей финансовой деятельностью, договорами, лицензированием, сертификацией, на 90% ведет всю финансово-хозяйственную деятельность предприятия, имея доверенность на совершение всех действий от имени ООО «НМ». В октябре 2019 года сотрудник полиции под роспись вручил ей как директору Общества обязательное представление. Изучив данный документ, она поняла, что речь в нем шла о нелицензионном программном обеспечении, что нужно проверить компьютеры и не работать на них в случае обнаружение таких программ. Проведя совместное совещания с С.Н.Г., исполняющей обязанности секретаря и кадровика, и А.М.В., А.М.В. дал распоряжение о проверке всех компьютеров, в том числе, по вопросу приобретения нового программного обеспечения, в котором нуждается Общество. Проверку должен был удаленно проводить Я.С.Г.- системный администратор, работающий по договору. 20 или 21 октября был издан приказ, что А.М.В. является ответственным за проверку компьютеров, подписав который она (ФИО2) через некоторое время уехала в отпуск. Больше совещаний на эту тему не проводилось. За 2-3 дня до ее отпуска С.Н.Г. сообщила ей, что все компьютеры проверили, все оказалось нормально со слов системного администратора, но есть «кривые» системы (Windows, Word и Excel). Договорились, что системный администратор составит список программ, которых не хватает. Когда вернулась через две недели из отпуска, А.М.В. ей сообщил, что список составлен, все компьютеры на 100% проверены с целью изучения программного обеспечения, затем А.М.В. сам уехал в отпуск. Сама она (ФИО2) с Я.С.Г. не общалась. 20 ноября 2019 года с проверкой пришли сотрудники полиции. Это было около 17 часов, она на работе уже отсутствовала. Со слов работников, сотрудники полиции пришли в офис, представились, показали документы и начали проверять компьютеры на наличие нелицензионных программ. Работников попросили отойти от компьютеров, за компьютеры садился эксперт и проверял, затем звал сотрудника полиции и говорил, что нашел. Все это фиксировалось на бумаге, но никому не показывали. Она (ФИО2) позвонила А.М.В. и сообщила о происходящем, тот заверил ее, что все было проверено, сказал, что были договоры на приобретение программ, что он покупал программы, но мог не сдать договоры в бухгалтерию. А.М.В. нашел документы, но уже возбудили уголовное дело. Со слов А.М.В. он на свои деньги программы покупал и до настоящего времени эти покупки не проведены по бухгалтерии. Купил он программы, с его слов, в фирме «

<

*****>» в г. Омске, договаривался с ними и оплачивал все удаленно. Документы на программы А.М.В. передал ей в распечатанном на бумаге виде, с печатями и подписями, но в оригинале с синими печатями документов не было. До изъятия компьютеров А.М.В. ничего о приобретении программ не говорил. После получения обязательного представления у нее не было четкого перечня того, какое программное обеспечение установлено на компьютерах предприятия. Почему она не дала указаний подчиненным сотрудникам доложить ей, какое программное обеспечение установлено на каждом компьютере, она объяснить не может. 

Основываясь на исследованных в судебном заседании доказательствах, суд находит установленным, что подсудимая ФИО2 с использованием своего служебного положения незаконно использовала объекты авторского права в особо крупном размере.

Представитель потерпевшего ООО «АСП» К.Ю.В. пояснил в судебном заседании, что в ноябре 2019 года от сотрудников полиции ему стало известно, что в ООО «НМ» проведены проверочные мероприятия и в ходе осмотра ЭВМ обнаружены программы серии «

<

*****>» с признаками контрафактности. Он (К.Ю.В.) на основании доверенности является юридическим представителем ООО «АСП», которым принадлежат авторские права на программы для ЭВМ серии «

<

*****>». Затем поступил запрос с точными данными организации и наименованиями программных продуктов, их количестве. В запросе значилось, что на изъятых в «НМ» системных блоках установлено программное обеспечение для ЭВМ: «

<

*****>» в количестве 1 экземпляра, «

<

*****>» в количестве 1 экземпляра, «

<

*****>» в количестве 2 экземпляров, «

<

*****>» в количестве 1 экземпляра, «

<

*****>» в количестве 1 экземпляра, «

<

*****>» в количестве 1 экземпляра, «

<

*****>» в количестве 3 экземпляров, «

<

*****>» в количестве 3 экземпляров, «

<

*****>» в количестве 3 экземпляров, «

<

*****>» в количестве 2 экземпляров, «

<

*****>» в количестве 1 экземпляра, «

<

*****>» в количестве 1 экземпляра, авторские права, на которые принадлежат ООО «АСП». После тщательной проверки по нескольким параметрам было установлено, что между ООО «АСП» и ООО «НМ» не было заключено ни одного лицензионного договора, предоставляющего право на использование вышеуказанных программных продуктов, о чем было сообщено сотрудникам полиции. Кроме того, органу следствия были предоставлены сведения о стоимости прав на использование каждого экземпляра программного продукта, которая устанавливается правообладателем. Стоимость одного экземпляра «

<

*****>», «

<

*****>» составляет 146 000 рублей, «

<

*****>», «

<

*****>», «

<

*****>», «

<

*****>» - 127 000 рублей, «

<

*****>», «

<

*****>», «

<

*****>», «

<

*****>» - 110 000 рублей, «

<

*****>» - 96 000 рублей, «

<

*****>» - 73 000 рублей. Общая стоимость прав на использование программ, исходя из общего количества обнаруженных экземпляров программ, образует особо крупный размер, как превышающая 1000 000 рублей.

Согласно представленным в материалы дела свидетельствам о государственной регистрации программ для ЭВМ № «

<

*****>), № «

<

*****>), правообладателем указанных программ является ООО «АСП» (том 2 л.д. 163, 164).

Согласно справке о стоимости прав на использование программ, авторские права на которые принадлежат ООО «АСП», стоимость одного экземпляра «

<

*****>», «

<

*****>» составляет по 146 000 рублей, «

<

*****>», «

<

*****>», «

<

*****>», «

<

*****>» составляет по 127 000 рублей, «

<

*****>», «

<

*****>», «

<

*****>», «

<

*****>» составляет по 110 000 рублей, «

<

*****>» составляет 96 000 рублей, «

<

*****>» составляет 73 000 рублей. Общая стоимость прав на использование указанных программ, исходя из количества экземпляров, составляет 2 306 000 рублей. НДС в стоимость не входит (том 2 л.д. 170).

Представитель потерпевших ООО «СС» и «ДСС» П.А.В. пояснил в судебном заседании, что на основании доверенностей является юридическим представителем ООО «СС» и «ДСС». В ноябре 2019 года у него появилась информация, что в ООО «НМ» используются программные продукты, права на которые принадлежат «СС», без лицензионного соглашения. Поэтому им было подготовлено и направлено в полицию заявление. Затем от сотрудников ОЭБ и ПК МО МВД России «Каменск-Уральский» ему стало известно, что в ходе осмотра места происшествия 20 ноября 2019 года в офисе ООО «НМ» были изъяты системные блоки. По ним была проведена экспертиза и установлено, что на изъятых системных блоках установлено программное обеспечение для ЭВМ, исключительные права на которое принадлежит ООО «СС»: 

<

*****>» в количестве четырех экземпляров и «

<

*****>» в количестве четырех экземпляров, их общая стоимость составила 217 600 рублей. Также были обнаружены программные продукты, исключительные авторские права на которые принадлежат «ДСС» - «

<

*****>» в количестве одного экземпляра, «

<

*****>» в количестве трех экземпляров, общей стоимость за все экземпляры 2 480 000 рублей. Правообладателями ООО «СС» и «ДСС» с ООО «НМ» лицензионных соглашений на использование указанных программных продуктов не заключалось. Им для сотрудников полиции была подготовлена справка о стоимости прав на использование программ.

Согласно предоставленному представителем потерпевшего суду договору об отчуждении исключительного права на программы для ЭВМ и базы данных от 12 января 2015 года, заключенному между ООО «С» и ООО «СС», ООО «СС» переданы исключительные права на Программы, в том числе, 

<

*****>.

Согласно справке о стоимости прав на использование программ, авторские права на которые принадлежат «ДСС», стоимость одного экземпляра 

<

*****> и 

<

*****> составляет по 620 000 рублей за один экземпляр. Общая стоимость прав на использование указанных программ, исходя из количества обнаруженных экземпляров, составляет 2 480 000 рублей. НДС в стоимость не входит (том 1 л.д. 185).

Согласно справке о стоимости прав на использование программ, авторские права на которые принадлежат ООО «СС», стоимость одного экземпляра «

<

*****>» составляет 13 000 рублей, «

<

*****>» составляет 41 400 рублей за один экземпляр. Общая стоимость прав на использование указанных программ, исходя из количества обнаруженных экземпляров, составляет 217 600 рублей без НДС (том 1 л.д. 184).

Свидетель Т.А.А., занимающий должность старшего оперуполномоченного в отделе экономической безопасности МО МВД России «Каменск-Уральский», пояснил суду, что им в 2019 году в ООО «НМ» проводился осмотр места происшествия, поскольку поступило заявление от правообладателей, вроде бы программы «

<

*****>», об использовании в коммерческой деятельности данной организации нелицензионного программного обеспечения. До этого руководителю данной организации его коллегами вручалось представление об исключении фактов использования в коммерческой деятельности ООО «НМ» нелицензионного программного обеспечения. В присутствии специалиста в области компьютерных технологий Б.Т.Г. были осмотрены компьютеры, на 5 или 6 компьютерах, со слов специалиста, имелись программы 

<

*****>» и «

<

*****>» с признаками контрафактности, поскольку программы запускались без ключа программной защиты. Помимо специалиста присутствовали двое понятых – мужчина и женщина, их участие обеспечил кто-то из коллег. Лично он (Т.А.А,) никакого вознаграждения понятым за их участие не предлагал и давал. Понятым было разъяснено, что они приглашены для проведения проверочных мероприятий, им разъяснили их права, о чем они расписались. Эксперт оглашал вслух, что им было обнаружено, что программа такая, признаки контрафакта такие-то. Им (Т.А.А,) заполнялся протокол осмотра места происшествия. Затем протокол был зачитан вслух, в нем все расписались, в том числе, представитель организации и понятие тоже, замечаний к протоколу осмотра не было. Компьютеры изымались из двух рабочих кабинетов. У изъятых системных блоков опечатывались все входы и выходы, в том числе дисководы, USB-порты, разъемы для зарядки, наклеивались пояснительные записки с подписями участвующих лиц, все клеилось липкой лентой. Сами системные блоки, скорее всего, помещались в черные пакеты, сейчас он точно этого не помнит. К протоколу осмотра места происшествия сразу же на месте были распечатаны скриншоты, почему на них не расписались понятые, сейчас пояснить не может. 

Свидетель А.Д.С., занимающий должность оперуполномоченного ОЭБ и ПК МО МВД «Каменск-Уральский», пояснил в судебном заседании, что в 2019 году принимал участие в проведении осмотра места происшествия в ООО «НМ». Осматривались системные блоки на рабочих местах работников организации, было обнаружено установленное на них компьютерное программное обеспечение с признаками контрафактности. Основанием к проверке послужило сообщение от правообладателя. В осмотре принимало участие несколько сотрудников ОЭБ и ПК, кто из них и как обеспечивал участие специалиста и понятых, ему не известно. Ранее им (А.Д.С.) руководителю фирмы ФИО2 под роспись вручалось обязательное представление. В ходе осмотра были обнаружены программы «

<

*****>» и «

<

*****>», которые запускались, не требуя ключей и паролей. Системные блоки были изъяты. Никаких замечаний от участвующих в осмотре лиц, в том числе, от понятых не поступало. 

Обязательное представление об устранении возможного незаконного использования программ для ЭВМ приобщено в уголовное дело как иной документ (том 1 л.д. 37-38), на нем имеется рукописная запись подсудимой ФИО2 о получении данного представления 21 октября 2019 года и о разъяснении ей сути данного представления.

При этом вопреки доводам стороны защиты в указанном представлении идет речь о недопустимости незаконного использования всех программ для ЭВМ и лишь у некоторых, наиболее распространенных, указаны наименования. 

Свидетель К.П.С. пояснил в суде, что в ООО «НМ» работает начальником производства. Его рабочее место, расположенное в одном кабинете с отделом снабжения, оборудовано компьютером. Всего в кабинете 4 компьютера. Какие программы установлены на его компьютере, ему достоверно не известно, есть какая-то программа для просмотра чертежей, которой пользовались, когда клиент присылал техническое здание на возможность изготовления. Когда он пришел на работу, то компьютер уже был и программы в нем были установлены, дополнительных программ он не просил, сам ничего не устанавливал. В ноябре 2019 года на фирму пришли сотрудники полиции. Мужчина, представившийся компьютерным экспертом, начал проверять его (К.П.С.) компьютер, затем объявил и показал сотруднику полиции, что в компьютере есть чертежная программа. Понятые стояли в коридоре в проходе. Затем сотрудники посмотрели в кабинете другие компьютеры. Из их кабинета изъяли один компьютер, его перенесли в другое помещение. Всего изъяли 5 или 6 компьютеров в организации. Уносили их из помещения организации не упакованными, наклеек на них он не видел. О том, что на предприятие поступало из полиции обязательное представление о необходимости проверки и удаления нелицензионных программ, он ничего не знал. 

Свидетель З.А.В. пояснил суду, что в ООО «НМ» работает инженером. Его рабочее место в одном из кабинетов здания, называемом Отделом конструкторской документации. Всего в кабинете 5 человек, у каждого на рабочем месте свой персональный компьютер. В своей профессиональной работе он использует программу «

<

*****>» для просмотра чертежей от заказчиков. 20 ноября 2019 года пришли сотрудники полиции с уведомлением о проверке компьютеров на лицензии. Они осматривали компьютеры, искали нелицензионные программы, обнаруженную программу оставляли на мониторе, на компьютере больше не разрешали работать, затем специалист что-то распечатывал. Понятые в этот момент стояли в коридоре. В их кабинете нелицензионные программы обнаружили на трех компьютерах, в том числе, на его (З.А.В.) компьютере «

<

*****>», их изъяли. После окончания осмотра системные блоки как бы опломбировали, замотали скотчем кнопку включения, разъемы шнура питания, разъемы USB, клеили какие-то бумажки. Понятые были мужчина и женщина, им сотрудники полиции зачитывали протокол осмотра и изъятия. Зачитывали, что было обнаружено в компьютерах, озвучивали названия программ - «

<

*****>», «

<

*****>», «

<

*****>». После этого он (З.А.В.) ушел домой и до конца протокол не дослушал. 

Свидетель М.Т.И. пояснила в судебном заседании, что работает в ООО «НМ» инженером-технологом. Ее рабочее место расположено на 3 этаже в кабинете конструкторско-технического бюро, оборудовано персональным компьютером. В ноябре 2019 года в конце рабочего дня пришли сотрудники полиции, начали проверять компьютеры. В ее компьютере ничего не обнаружили, ее отпустили домой. На следующий день она узнала, что из их кабинета изъяли три компьютера – у З.А.В., Л.О.С. и С.Н.Г.. О том, что из полиции приходило письмо с требованием проверить программы на наличие лицензии, она ничего не слышала. До прихода сотрудников полиции при ней ее компьютер на предмет нелицензионных программ никто не проверял.

Свидетель Б.Т.В. также сообщила суду, что работает в ООО «НМ» инженером-конструктором, ее рабочее место в одном кабинете с З.А.В., Л.О.С., М.Т.И. и С.Н.Г.. В ноябре 2019 года в организацию пришли сотрудники полиции с целью проверки наличия нелицензионного программного обеспечения на компьютерах. Один из сотрудников садился за компьютер и что-то проверял, второй – записывал. Ее (Б.Т.В.) компьютер не изымали, а в других компьютерах в их кабинете что-то нашли, вроде бы программу «

<

*****>». До конца осмотра она не присутствовала, ушла домой. От коллег она слышала, что примерно за месяц до изъятия компьютеров приходил сотрудник полиции и приносил постановление. С.Н.Г. потом говорила, что должно быть установлено только лицензионное программное обеспечение на компьютерах. До визита сотрудников полиции компьютеры не проверяли и никакого специалиста для их осмотра не приглашали. 

Свидетель З.А.А. пояснила в судебном заседании, что работает в ООО «НМ» главным бухгалтером. Ее рабочее место в кабинете бухгалтерии, там работает три человека. Все три бухгалтера обеспечены персональными компьютерами. В своей работе она (З.А.А.) пользуется программой «

<

*****> кто и когда установил эту программу на ее компьютер, ей не известно, в момент ее трудоустройства программа уже стояла. Осенью 2019 года на предприятие пришли сотрудники полиции, попросили всех работников отойти от своих компьютеров и начали проверять компьютеры на лицензионное использование программного обеспечения. Они предоставили сотрудникам папки на «

<

*****>», документы на «

<

*****>», те сказали, что в бухгалтерии все нормально и компьютеры не изымали. В других кабинетах изъяли шесть компьютеров. Она (З.А.А,) при этом присутствовала. Сотрудники полиции показали 6 компьютеров, сказали, что их изымают, попросили ее расписаться в протоколе как представителя организации, так как никого из руководства не было. На системные блоки клеили бумажки, но на какие части, она не помнит. Упаковывали ли системные блоки в коробки или мешки она также не помнит, возможно, в мешки. В начале 2020 года руководством фирмы ей были переданы документы на приобретение каких-то программ, среди которых точно была «

<

*****>», и сказали, что их нужно провести по бухгалтерии по бухучету. Там были какие-то лицензионные договоры. Документы были не текущей даты, не 2020 года, поэтому она не могла их оприходовать. Почему эти документы не были переданы в бухгалтерию раньше, руководство ей не объяснило. 

Свидетель М.М.Е. пояснила суду, что работает бухгалтером в ООО «НМ». 20 ноября 2019 года на предприятие пришли сотрудники полиции, у них у бухгалтерии проверили компьютеры, сказали, что все нормально и отпустили домой. На следующий день узнала, что изъяли шесть системных блоков, поскольку на них не лицензионные программы.

Свидетель Б.А.С. пояснила суду, что до июля 2020 года работала в ООО «НМ» экономистом. У нее был отдельный кабинет и персональный компьютер. Когда она устроилась на работу, компьютер уже стоял, при ней на него ничего не устанавливали и не обновляли. 20 ноября 2019 года в организацию пришли сотрудники полиции, они осматривали компьютеры, проверяли программы, лицензионные они или нет. Один мужчина садился за каждый компьютер и проверял, что-то распечатывал. Ее компьютер изъяли, так как что-то в нем обнаружили. О том, что сотрудники полиции вручали руководителю представление, что нужно проверить программы, она (Б.А.С.) не знала, никто об этом не говорил. Как упаковали изъятый у нее компьютер, она не знает, так как ушла с работы. 

Свидетель Т.А.П. пояснил в судебном заседании, что возглавляет компанию, занимающуюся поиском и размещением заказов оборудования связи компании ООО «НМ». По рабочим вопросам 20 ноября 2019 года он находился в офисе ООО «НМ». В его присутствии пришли сотрудники полиции, начали осмотр из кабинета бухгалтерии, они осматривали компьютеры, проверяли наличие нелицензионных программ. Сотрудники полиции составили итоговый документ, в котором было перечислено, что изъято шесть персональных компьютеров, шесть системных блоков. Его (Т.А.П.) попросили расписаться в протоколе, так как из работников организации почти все уже ушли. Сотрудники объяснили, что на этих компьютерах обнаружено нелицензионное программное обеспечение. Протокол прочитали вслух, в нем расписались понятые. О том, что это понятые, он понял только, когда они начали расписываться, в момент осмотра эти люди преимущественно находились в коридоре. Изъятые системные блоки обматывали скотчем и на них клеили какие-то бумажки, на которых сотрудники полиции свои подписи ставили. 

Свидетель С.Н.Г. пояснила суду, что в ООО «НМ» работает начальником отдела кадров. Ее рабочее место, оборудовано персональным компьютером, который ей установили примерно в 2017 году, на нем с этого времени была установлена программа «

<

*****>». Когда приходили с проверкой сотрудники полиции, ее не было на рабочем месте, а в понедельник коллеги ей сказали, что ее системный блок изъяли сотрудники полиции. Также ей рассказали, что изъяли еще несколько системных блоков, так как в них нашли нелицензионные программы, в основном речь шла про «

<

*****>». Примерно за месяц до изъятия системных блоков к ним уже приходили сотрудники полиции. ФИО2 даже провела мини-совещание, по указанию ФИО2 она (С.Н.Г,) изготовила какой-то приказ, в котором речь шла о программном обеспечении, но точно содержание документа она не помнит. Ее попросили посчитать, сколько компьютеров в организации, что она и сделала. Потом было совещание с ней, ФИО2 и А.М.В., на котором решали, сколько денег нужно, чтобы на все компьютеры купить Word и Excel, долго решали, нужен ли «

<

*****>». Потом разбирали цены на программные продукты. Пока сотрудники полиции не изъяли системные блоки, они думали, что у них в организации все идеально. 

Свидетель Л.О.С. пояснила суду, что работает в ООО НМ» инженером по охране труда. Ее рабочее место, оборудованное персональным компьютером, расположено в одном кабинете с З.А.В., Б.Т.В. и С.Н.Г.. Какие программы были установлены на ее компьютере, ей достоверно не известно, она в работе использовала только Word. В ноябре 2019 года в организацию пришли сотрудники полиции, которые проверяли все компьютеры, в том числе ее. На ее (Л.О.С.) компьютере был обнаружен «

<

*****>» и «

<

*****>», до этого она видела ярлыки этих программ на рабочем столе, системный блок сотрудники полиции изъяли. До визита сотрудников полиции проверка того, лицензионные ли установлены программы, не проводилась. Про то, что руководителю вручалось обязательное представление, ей ничего не известно.

Свидетель А.М.В. пояснил в суде, что в ООО «НМ» он с 2016 года занимает должность коммерческого директора. Рабочие места сотрудников сбыта, бухгалтеров, конструкторов оборудованы компьютерной техникой. Штатной единицы системного администратора в организации нет, при необходимости они обращаются к ИП Я.С.Г., который удаленно занимается ремонтом компьютера. В 2019 года сотрудниками полиции директору ООО НМ» ФИО2 было вручено обязательное представление о проверке компьютеров. Текст его он (А.М.В.) точно не помнит. В связи с этим они с ФИО2 собрали совещание, на котором присутствовала С.Н.Г., решили, что надо проверить и упорядочить программное обеспечение. Он (А.М.В.) должен был найти подрядчика для этой работы, эти услуги стоили недешево, денег на расчетном счете организации было мало, решили это сделать в текущем режиме. А потом он (А.М.В.) уехал в отпуск, организацию для проверки программного обеспечения не нашел и пришли с проверкой сотрудники полиции, времени для проверки не хватило. Он (А.М.В.) не думал, что в организации есть нелицензионные программы, был уверен, что все хорошо. От ФИО2 он узнал, что изъяли несколько системных блоков, так как на них нашли программы с признаками контрафактности – «

<

*****>» и «

<

*****>». В 2016-2019 году он лично приобретал в ООО «Э» программы, в том числе, «

<

*****>» и «

<

*****>». С «Э» он связывался по Интернету, они представлялись крупным дистрибьютором по Уральскому региону, цены у них были приемлемыми. За программы он рассчитался из личных средств, так как денег на предприятии не хватало. Все общение с «Э» проходило удалённо, он перевел им деньги через банкомат, ему прислали в приложении «Телеграмм» копии документов – счетов, договоров купли-продажи. Он неоднократно просил прислать оригиналы документов на программы, но их так и не было. Программы также устанавливались удаленно. Он потратил на приобретение около 300 000 рублей. Не проявив должной осмотрительности, он забыл сдать документы в бухгалтерию, от ООО «НМ» он денежных средств не получил, по бухгалтерии покупка программ не проведена. Когда началась проверка сотрудниками полиции, он распечатал и передал ФИО2 документы о приобретении программ. Программы «

<

*****>» и «

<

*****>» используются в работе организации для просмотра чертежей. 

Из показаний свидетеля Б.С.А., оглашенных судом с согласия участников процесса, следует, что с 2017 по 2019 год он являлся директором ООО «Э», занимающего, в том числе, установкой программного обеспечения. Лицензионные договоры на использование программного обеспечения с ООО «НМ» в марте 2019 года он не заключал, так как прекратил заниматься указанной деятельностью. Об ООО «НМ» он никогда не слышал (том 3 л.д. 35 – 37).

Свидетель Я.С.Г. пояснил в судебном заседании, что является индивидуальным предпринимателем, ООО «НПФ «НМ» один из его клиентов. Работники Общества обращаются к нему, если возникают какие-нибудь вопросы по работе компьютеров. В самой организации он появляется редко, большинство вопросов решает, удаленно подключаясь к компьютеру через специальную программу. Ему известно, что в конце 2019 года сотрудники полиции в ООО «НМ» изъяли ряд компьютеров. До этого было совещание с ФИО2 и А.М.В., на котором они попросили его (Я.С.Г.) проверить, есть лицензия на программы или нет. Ему (Я.С.Г.) нужен был удаленный доступ к компьютерам, по каким предоставили, по тем он «пробежался». Удаленно он не может определить, лицензионная программа или нет. Он сказал А.М.В., что надо поднимать документы. Потом ему больше никто не звонил, а потом сообщили, что изъяли системные блоки. 

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 20 ноября 2019 года из служебных кабинетов ООО «НМ», расположенного по адресу: 

<

адрес>, сотрудниками ОЭП и ПК МО МВД России «Каменск-Уральский» в присутствии главного бухгалтера ООО «НМ» З.А.А. изъято шесть системных блоков (том 1 л.д. 39-85). 

Допрошенная в судебном заседании Я.Н.В. пояснила, что совместно со своим сожителем К.В.П. они по просьбе сотрудников полиции участвовали в ноябре 2019 года в качестве понятых при осмотре в ООО «НМ». Им разъяснили их права, сказали, что они должны стоять и смотреть за тем, что происходит. Эксперт осматривал компьютеры и говорил, что программы нелегальные пиратские, он подзывал их с К.В.П., но они с К.В.П. в этом ничего не понимают. Потом компьютеры стали изымать, сколько системных блоков было изъято, она не помнит, но больше двух. Системные блоки отсоединили и упаковали в черные мешки. Когда составили протокол, они его подписали и ушли. Никаких замечаний к протоколу осмотра не было. 

Свидетель К.В.П. пояснил суду, что совместно с Я.Н.В. они были понятыми при осмотре в ООО «НМ». В тот день они поехали с Я.Н.В. на 

<

адрес> к их подруге, там их и встретили сотрудники полиции, пригласив поучаствовать понятыми. В тот день с сотрудниками ОБЭП они участвовали в двух осмотрах. Им разъяснили их права, что они должны наблюдать за сотрудниками полиции, но и за работниками организации тоже. Специалист и сотрудники ОБЭП осматривали компьютеры и что-то говорили, что нашли нарушение, может быть, они и название программы говорили, но они с Я.Н.В. ничего в компьютерах не понимают. Потом компьютеры изымали, чтобы увезти в отдел полиции. В конце они расписались в протоколе и ушли. Все действия сотрудников были запротоколированы, нарушений не было. Сотрудники полиции деньги за участие в следственном действии ему не предлагали, он сам в конце попросил у них 200 рублей, чтобы купить поесть, так как они с Я.Н.В. несколько часов потратили на участие в осмотре, сотрудники не отказали, кто-то из них дал ему 200 рублей. Лично ни с кем из оперативных сотрудников он не знаком.

Согласно заключению программно-технической экспертизы № от 12.12.2019 (том 1 л.д. 210-245), проведенной экспертом АНО «

<

*****>» Б.Т.Г., все представленные на экспертизу системные блоки исправны. На представленных для проведения экспертизы шести носителях информации, изъятых в ООО «НМ», имеются следующие программные продукты: системный блок № 1 - «

<

*****>», «

<

*****>», «

<

*****>», «

<

*****>», 

<

*****>» (дата установки данных программных продуктов 05.04.2019; системный блок № 2 - 

<

*****>, «

<

*****>» (дата установки данных программных продуктов 25.03.2019), «

<

*****>», «

<

*****>», «

<

*****>» (дата установки данных программных продуктов 20.06.2016),«

<

*****>» (дата установки 30.03.2016); системный блок № 3 – «

<

*****>», «

<

*****>» (дата установки данных программных продуктов 03.04.2019); системный блок № 4 - 

<

*****>, «

<

*****>» (дата установки данных программных продуктов 25.03.2019), 

<

*****> (дата установки 18.10.2019); системный блок № 5 - 

<

*****>, «

<

*****>» (дата установки данных программных продуктов 01.04.2019), 

<

*****>», «

<

*****>», «

<

*****>», «

<

*****>», «

<

*****>» (дата установки данных программных продуктов 29.03.2019),«

<

*****>» (дата установки 29.03.2019); системный блок № 6 -

<

*****>, «

<

*****>», «

<

*****>», «

<

*****>», «

<

*****>», «

<

*****>» (дата установки данных программных продуктов 26 марта 2019 года). Обнаруженные программные продукты признаки ознакомительных или демонстративных версий не имеют. На рабочем столе ПЭВМ № 1 обнаружены файлы, созданные либо редактированные при помощи программы «

<

*****>», на логическом диске «D» ПЭВМ № 3 обнаружены файлы, созданные или редактированные при помощи программы «

<

*****>». Программные продукты семейства «

<

*****>», «

<

*****>», «

<

*****>», 

<

*****> успешно запускаются при отсутствии ключа аппаратной защиты. 

В судебном заседании Б.Т.Г. пояснил суду, что в 2019 году сотрудниками ОЭБ и ПК он был привлечен в качестве специалиста при осмотре места происшествия в ООО «НМ». В ходе осмотра было изъято несколько системных блоков, точное количество не помнит, 4 или 5, в которых были установлены программные продукты «

<

*****>» и «

<

*****>». Осмотр проводился в присутствии понятых, кто был понятым, он не помнит. Он не контролировал действия понятых, но они находились рядом и он озвучивал им свои действия. Изъятые системные блоки опечатывались так, чтобы исключить проникновение в них, опечатывали разъем питания, опечатывали скотчем и фрагментами бумаги. Сейчас он всегда просит еще и упаковать в мешки, была ли дополнительная упаковка в мешки тогда, сейчас не помнит. В последующем на экспертизу системные блоки пришли в том же виде, что и в момент изъятия. На месте происшествия он распечатывал скриншоты диалоговых окон, на которых видно, какие программы открыты. Они как приложение приобщены к протоколу осмотра места происшествия. Если не было возможности распечатать с конкретного системного блока, он пользовался технологической флешкой, чтобы сохранить на нее скриншоты, которые нужно распечатать. Флешка была пустой, на нее ничего не было сохранено до подключения к системному блоку. Почему использование им флешкарты не отражено в протоколе осмотра места происшествия, ему не известно. Впоследствии им проводилась экспертиза по изъятым системным блокам, целью которой было определить, какие программные продукты установлены на данных носителях информации и когда они установлены. Он это определил и отразил в выводах экспертизы. Хотя он не отразил этого в экспертизе, но при проведении экспертизы он сверял системное время на всех системных блоках с реальным временем, оно соответствовало. Права и ответственность эксперта ему были разъяснены перед проведением экспертизы оперативниками. В одном из ответов он некорректно указал, что правообладателем является ЗАО С, правильнее – СС. Для тех версий программы «

<

*****>», серии 16 и 17, которые были установлены на изъятых системных блоках, необходимо наличие ключа аппаратной защиты, но программы запускались без него.

Согласно заключению эксперта № от 30 апреля 2020, выполненного экспертом АНО «

<

*****>» Щ.Д.С., изъятые шесть системных блоков и их комплектующие исправны и работоспособны, что подтверждено корректным запуском оборудования, отсутствием ошибок при его самотестировании и работе. На машинных носителях информации представленных на экспертизу системных блоков установлены следующие программные продукты, принадлежащие правообладателям ООО «АСП», ООО «СС», «ДСС»:

1) системный блок IN WIN» с серийным номером №:

- правообладатель СС - 

<

*****> (период использования с 15.03.2017 по 20.11.2019), 

<

*****> (период пользования с 25.03.2019 по 20.11.2019);

- правообладатель АСП - «

<

*****> (период использования с 20.06.2016 по 20.11.2019);

- правообладатель ДСС - 

<

*****>» (период использования с 30.03.2016 по 20.11.2019); 

2) системный блок «IN WIN» с инвентарным номером №: 

- правообладатель СС: Предприятие версия 8.3.13.1690 (период использования с 25.03.2019 по 20.11.2019);

- правообладатель АСП - «

<

*****> (период использования с 18.10.2019 по 20.11.2019);

3) системный блок «Aero Cool» без серийного и инвентарного номеров: 

- правообладатель СС: 

<

*****> (период использования с 26.03.2019 по 20.11.2019); 

- правообладатель ДСС - 

<

*****> (период использования с 26.03.2016 по 20.11.2019); 

- правообладатель АСП - 

<

*****> (период использования с 26.03.2019 по 20.11.2019);

4) системный блок «IN WIN» с серийным номером №:

- правообладатель АСКОН-Системы проектирования - «

<

*****> (период использования с 03.04.2019 по 20.11.2019);

5) системный блок «Zalman» c серийным номером №:

- правообладатель АСП - 

<

*****> (период использования с 05.04.2019 по 20.11.2019);

- правообладатель ДСС - 

<

*****> (период использования с 05.04.2019 по 20.11.2019); 

6) системный блок «DNS» без серийного номера:

- правообладатель СС - 

<

*****> (период использования с 01.04.2019 по 20.11.2019); 

- правообладатель ДСС - 

<

*****> (период использования с 29.03.2019 по 20.11.2019); 

- правообладатель АСП - 

<

*****> (период использования с 29.03.2019 по 20.11.2019).

Все указанные программы имеют технические признаки контрафактности, а также имеют признаки фактического использования (том 2 л.д.6-83). 

В протоколе своего допроса, оглашенного судом с согласия участников процесса, эксперт Щ.Д.С. полностью подтвердил свои выводы, изложенные в заключении № от 30 апреля 2020, и повторно продублировал их в протоколе допроса. Пояснил, что перед проведением экспертизы по шести системным блокам, изъятым в «НМ», руководителем экспертного учреждение ему были разъяснены права, предусмотренные ст.57 УПК РФ, он был предупрежден по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. Уточнил, что экспертиза проводилась им на основании постановления следователя от 03 марта 2020 года, а в заключении он допустил техническую ошибку и указал, что постановление было от 14 февраля 2020. Системные блоки поступили на экспертизу в опечатанном виде, разъемы корпуса были опечатаны так, что исключался несанкционированный доступ к оборудованию. В ходе проведения экспертизы им устанавливалась дата первоначальной установки программного обеспечения. Дата и время, установленные на внутренних часах всех шести системных блоков, совпадали с реальной датой и временем на момент проведения экспертизы. В ходе экспертизы им исследовалось программное обеспечение на оригинальных носителях без посекторного копирования, при этом полного или частичного уничтожения объектов или изменения их внешнего вида и основных свойств не происходило (том 4 л.д. 144-147). 

Также виновность подсудимой ФИО2 подтверждается и письменными доказательствами, содержащимися в материалах дела:

- рапортом об обнаружении признаков преступления, из которого следует, что в ОЭБ и ПК МО МВД России «Каменск-Уральский» обратился П.А.В., сообщивший, что в ООО «НМ» используется программное обеспечение с признаками нелицензионного продукта (том 1 л.д. 18);

- заявлением представителя ООО «СС» с просьбой проверить информацию о том, что в ООО «НМ» используются программные продукты для ЭВМ, исключительные права на которые принадлежат ООО «СС», без заключения лицензионных соглашений (том 1 л.д. 19);

- протоколом осмотра шести системных блоков, изъятых 20 ноября 2019 года в ходе осмотра места происшествия в ООО «НМ» (том 2 л.д. 102-128);

- протоколом осмотра документов, представленных ФИО2, о приобретении программных продуктов в ООО «Э» (том 3 л.д. 60-78); 

- уставом ООО «НМ», утвержденным решением № от 03.02.2013, согласно которому единоличным исполнительным органом Общества является директор (том 1 л.д. 94-117, 155-177); 

- приказом № от 23.06.2016 о возложении на ФИО2 обязанностей директора Общества, приказом от 23 июня 2016 года о переводе ФИО2 на должность директора ООО «НМ» (том 1 л.д.118, том 189);

- ответом директора ООО «Р» С.А.В. о том, что ООО «Р» не обладает статусом дистрибьютора, уполномоченного на предоставление права на распространение программных продуктов другим юридическим лицам для перепродажи и не может заключать лицензионные договоры. ООО «Р» имеет полномочия продавать программные продукты и заключать лицензионные договоры только с конечными пользователями. ООО «АА «Э» в период с 2016 по 2020 года не являлось контрагентом ООО «Р», каких либо договоров с указанным юридическим лицом не заключалось (том 2 л.д. 190).

Стороной защиты суду было представлено заключение специалистов (рецензия) №, выполненное специалистами НП «

<

*****>» Е.Д.О. и Б.В.В., согласно которому заключение № от 30 апреля 2020 года, выполненное экспертом АНО «

<

*****>» Щ.Д.С., оформлено и выполнено специалистом, не имеющим права на проведение данного вида экспертиз, не является полным, всесторонним и объективным, что противоречит ст. 8 ФЗ от 31 мая 2001 г № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», произведено с нарушениями действующего законодательства, поэтому выводы эксперта не могут использоваться при принятии юридически значимых решений. 

Согласно заключению специалистов (рецензия) №, выполненному специалистами НП «

<

*****>» Е.Д.О. и Б.В.В., заключение № от 12 декабря 2019 года, выполненное экспертом АНО «

<

*****>» Б.Т.Г., также оформлено и выполнено специалистом, не имеющим права на проведение данного вида экспертиз, не является полным, всесторонним и объективным, что противоречит ст. 8 ФЗ от 31 мая 2001 г № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», произведено с нарушениями действующего законодательства, поэтому выводы эксперта не могут использоваться при принятии юридически значимых решений. 

Допрошенный в судебном заседании в качестве специалиста Е.Д.О. подтвердил свои выводы, изложенные в указанных выше заключениях. 

Таким образом, исследовав представленные суду доказательства, являющиеся допустимыми и достоверными, суд приходит к выводу, что их совокупности достаточно для выводов о виновности подсудимой ФИО2, действия которой суд квалифицирует по п.п. «в, г» ч. 3 ст. 146 Уголовного кодекса Российской Федерации как незаконное использование объектов авторского права в особо крупном размере с использованием своего служебного положения.

Виновность ФИО2 в совершении преступления подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

На основании Устава ООО «НМ», приказа № от 23.06.2016 о возложении на ФИО2 обязанностей директора Общества, приказа от 23 июня 2016 года о переводе ФИО2 на должность директора ООО «НМ» судом установлено, что с 23 июня 2016 года подсудимая выполняла функции единоличного исполнительного органа ООО «НМ». 

Из показаний допрошенного в судебном заседании в качестве свидетеля оперуполномоченного ОЭБ и ПК МО МВД России г. Каменск-Уральский А.Д.С. следует, что он вручил руководителю ООО «НМ» ФИО2 обязательное представление о запрете использования при осуществлении хозяйственной деятельности организации нелицензионных программных продуктов. С полученным представлением ФИО2 ознакомилась и подписала его. 

Показания свидетеля А.Д.С. подтверждаются исследованным судом обязательным представлением, содержащимся в материалах уголовного дела (том 1 л.д. 37). В обязательном представлении имеется запись директора ООО «НМ» ФИО2 о том, что данное представление ей разъяснено 21 октября 2019 года. Представлением предписывается руководителю организации устранить нарушения, связанные с незаконным использованием объектов интеллектуальной собственности, в течение 5 суток. А также в представлении содержится разъяснение того, какая ответственность предусмотрена за незаконное использование объектов интеллектуальной собственности.

Подсудимой ФИО2 не оспаривается вручение ей представления под подпись в связи с чем она обязана была в силу закона выполнить указанные в нем предписания.

Согласно протоколу осмотра места происшествия 20 ноября 2019 года оперуполномоченным ОЭБ и ПК МО МВД России «Каменск-Уральский» проведен осмотр помещения ООО НМ». В ходе осмотра были обнаружены и изъяты шесть системных блоков. 

Доводы стороны защиты о том, что протокол осмотра места происшествия является недопустимым доказательством, судом отклоняются как необоснованные.

Установленный уголовно-процессуальным законом порядок оформления протокола следственного действия по делу не нарушен. В соответствии с положениями ч. ч. 7 и 8 ст. 166 УПК РФ протокол следственного действия подписывается следователем и лицами, участвовавшими в следственном действии. Протоколом осмотра места происшествия от 20 ноября 2019 года зафиксирован ход следственного действия, протокол подписан всеми лицами, участвовавшими в следственном действии, в том числе понятыми и З.А.А. - представителем ООО «НМ». При этом никаких замечаний, в том числе, от З.А.А. в протоколе не зафиксировано. Отсутствие подписей понятых и специалиста на распечатках скриншотов диалоговых окон, являющихся приложением к протоколу, нарушением требований ст. 166 УПК РФ не является и не влечет признание полученного доказательства недопустимым. Приложения к протоколу заверено соответствующим должностным лицом, выполнившим их изготовление.

Факт участия понятых в осмотре места происшествия подтвержден как показаниями должностных лиц, участвующих в указанном следственном действии – оперуполномоченных Т.А.А. и А.Д.С., специалиста Б.Т.Г., сообщившего суду, что он все свои действия демонстрировал и озвучивал понятым, так и самих понятых Я.Н.В. и К.В.П., допрошенных в судебном заседании. При этом, согласно протоколу осмотра места происшествия, понятым разъяснялись их процессуальные права и обязанности, о чем свидетельствуют их подписи, это же понятые подтвердили и в судебном заседании. Каких-либо заявлений о нарушении порядка производства следственного действия, в частности о том, что понятые отсутствовали в служебном кабинете в момент осмотра компьютеров, со стороны участвовавших лиц, в том числе, со стороны представителя «НМ» главного бухгалтера З.А.А., не поступало. 

В этой связи суд критически относится к показаниям свидетелей – сотрудников ООО «НМ» о том, что понятые не заходили в кабинеты и все время находились в коридоре, поскольку указанные свидетели находятся в подчинении подсудимой, в силу чего заинтересованы дать показания, позволяющие ФИО2 избежать уголовной ответственности.

Доводы стороны защиты о том, что понятые знакомы с сотрудниками полиции, участвовали и в других процессуальных действиях, являются несостоятельными, поскольку данное обстоятельство при отсутствии заинтересованности понятых в исходе дела не может расцениваться как нарушение УПК РФ, так как уголовно-процессуальный закон подобного запрета не содержит.

Каких-либо сведений, препятствующих участию Я.Н.В. и К.В.П. в качестве понятых в соответствии со ст. 60 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, материалы уголовного дела не содержат.

Каких-либо данных о заинтересованности понятых в конкретном исходе дела, о заинтересованности их в привлечении ФИО2 к уголовной ответственности судом не установлено. 

Сообщенная К.В.П. информация о том, что после проведения осмотра места происшествия один из сотрудников полиции по его (К.В.В.) просьбе дал ему 200 рублей на еду, также не свидетельствует о заинтересованности понятых в исходе дела и недопустимости протокола осмотра места происшествия как доказательства. Поскольку указанные деньги были даны не по инициативе сотрудников полиции, не за то, чтобы понятые закрыли глаза на какие-либо незаконные действия в ходе осмотра, а по просьбе самого К.В.П. уже после оформления и подписания протокола осмотра места происшествия на покупку еды, так как они с Я.Н.В. несколько часов участвовали в следственном действии. 

Доводы стороны защиты о том, что специалист при осмотре места происшествия не был предупрежден об ответственности, предусмотренной ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, вследствие чего, составленный протокол осмотра места происшествия и все последующие процессуальные действия и документы являются недопустимыми доказательствами, несостоятельны. 

Статья 307 Уголовного кодекса Российской Федерации предусматривает ответственность за заведомо ложные показания специалиста. Вместе с тем, протокол осмотра места происшествия не содержит пояснений специалиста, в связи с чем, правовых последствий данное обстоятельство не влечет, а соответственно не является основанием для признания этого доказательства недопустимым.

Допрошенные судом свидетели – работники ООО «НМ» К.П.С., З.А.В., М.Т.И., Б.Т.В., З.А.А., Б.А.С., Л.О.С. подтвердили факт изъятия сотрудниками полиции 20 ноября 2019 года из служебных кабинетов ООО «НМ» шести ПЭВМ.

Согласно выводам заключений программно-технических судебных экспертиз № от 12.12.2019 и № от 30 апреля 2020, на машинных носителях информации представленных на экспертизу системных блоков, изъятых в ООО «НМ», установлены программные продукты, принадлежащие правообладателям ООО «СС», ООО «АСП», «ДСС», а именно - «

<

*****>» в количестве четырех экземпляров, «

<

*****>» в количестве четырех экземпляров, «

<

*****>» и «

<

*****>» в количестве одного экземпляра, «

<

*****>» в количестве двух экземпляров, «

<

*****>», «

<

*****>» и 

<

*****>» по одному экземпляру, «

<

*****>», «

<

*****>», «

<

*****>» по три экземпляра, «

<

*****>» в количестве по два экземпляров, «

<

*****>» и «

<

*****>» в количестве по одному экземпляру, «

<

*****>» в количестве одного экземпляра, «

<

*****>» в количестве трех экземпляров.

Нарушений уголовно-процессуального закона при назначении и проведении экспертиз допущено не было.

Экспертизы проведены экспертами, обладающими специальными знаниями в области проведения исследований и экспертиз по делам, связанным с нарушением авторского права на программы для ЭВМ, что подтверждается соответствующими документами. Перед проведением исследования эксперты были предупреждены об уголовной ответственности, им разъяснены права. Заключения экспертов соответствуют требованиям ст. 204 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Более того, оба эксперта были дополнительно допрошены следователем и после разъяснения прав и ответственности, предусмотренной ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, подтвердили и продублировали свои выводы, изложенные в заключениях. 

Заключения специалистов НП «

<

*****>», на которые ссылается сторона защиты, судом не принимаются в качестве доказательств по делу, как не отвечающие требованиям уголовно-процессуального закона. Поскольку при их производстве специалистами не исследовались системные блоки, а кроме того, их выводы содержат фактически оценку проведенных по делу экспертиз, что не входит в компетенцию специалиста.

Рецензии на экспертные заключения не могут являться доказательством, опровергающим выводы данных экспертиз, поскольку процессуальное законодательство и законодательство об экспертной деятельности не предусматривает рецензирование экспертных заключений. Рецензия является субъективным мнением специалиста, составление одним экспертом критической рецензии на заключение другого эксперта одинаковой с ним специализации без наличия на то каких-либо процессуальных оснований не может расцениваться как доказательство, опровергающее выводы эксперта. Оценка доказательств на предмет его относимости, допустимости, достоверности предоставлена только суду.

Заключениями экспертов Б.Т.Г. и Щ.Д.С. подтвержден факт незаконного использования в ООО «НМ» нелицензионных программных продуктов, кроме того, договоры с правообладателями ООО "СС", ООО «АСП», «ДСС» на использование программных продуктов, обнаруженных в изъятых у общества ПЭВМ, не заключались. Из показаний представителей потерпевших К.Ю.В. и П.А.В. в судебном заседании следует, что среди приобретателей программных продуктов, исключительные права на которые принадлежат ООО "СС", ООО «АСП», «ДСС», ООО «НМ» не значится.

Согласно справке о стоимости прав на использование программ, авторские права на которые принадлежат «ДСС», стоимость одного экземпляра 

<

*****> и 

<

*****> составляет по 620 000 рублей за один экземпляр. Общая стоимость прав на использование указанных программ, исходя из количества обнаруженных экземпляров, составляет 2 480 000 рублей без НДС (том 1 л.д. 185).

Согласно справке о стоимости прав на использование программ, авторские права на которые принадлежат ООО «СС», стоимость одного экземпляра «

<

*****>» составляет 13 000 рублей, «

<

*****>» составляет 41 400 рублей за один экземпляр. Общая стоимость прав на использование указанных программ, исходя из количества обнаруженных экземпляров, составляет 217 600 рублей без НДС (том 1 л.д. 184).

Согласно справке о стоимости прав на использование программ, авторские права на которые принадлежат ООО «АСП», стоимость одного экземпляра «

<

*****>», «

<

*****>» составляет по 146 000 рублей, «

<

*****>», «

<

*****>», «

<

*****>», «КОМПАС-3D V 17. Строительная конфигурация» составляет по 127 000 рублей, «

<

*****>», «

<

*****>», «

<

*****>», «

<

*****>» составляет по 110 000 рублей, «

<

*****>» составляет 96 000 рублей, «

<

*****>» составляет 73 000 рублей. Общая стоимость прав на использование указанных программ, исходя из количества экземпляров, составляет 2 306 000 рублей без НДС.

Расчет стоимости прав на использование объектов авторского права, произведен представителями потерпевших и представлен в материалы дела по запросу органа предварительного расследования на основании данных, содержащихся в справочниках цен на лицензионное программное обеспечение. Представленные расчеты суд находит арифметически и методологически верными, стороной защиты они не оспариваются, подтверждены представителями потерпевших К.Ю.В. и П.А.В. в судебном заседании.

Таким образом, такой признак преступления как совершение деяния в особо крупном размере, нашел свое подтверждение, поскольку общая стоимость незаконно использованных ФИО2 программ для ЭВМ составила 5 003 600 рублей, что, в соответствии с примечанием к ст.146 Уголовного кодекса Российской Федерации образует особо крупный размер.

В силу п. 1 ст. 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации к объектам авторских прав относятся программы для ЭВМ, которые охраняются как литературные произведения.

В соответствии с подп. 1 п. 2 ст. 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации использованием произведения независимо от того, совершаются ли соответствующие действия в целях извлечения прибыли или без такой цели, считается, в частности воспроизведение произведения. При этом запись произведения на электронном носителе, в том числе запись в память ЭВМ, также считается воспроизведением.

Таким образом, факт хранения программы в памяти ЭВМ, явившийся результатом записи (сохранения) программы в память ЭВМ без согласия правообладателя, свидетельствует о ее незаконном использовании владельцем материального носителя, является нарушением, носящим длящийся характер. 

Именно данные обстоятельства установлены судом при рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО2 

Кроме того, заключениями программно-технических судебных экспертиз подтверждено использование всех обнаруженных программных продуктов. Свидетелей А.В.М. и З.А.В. также подтвердили в суде, что используются в деятельности общества программы «

<

*****>» и «

<

*****>» для просмотра чертежей.

Таким образом, суд находит доказанным, что ФИО2, являясь директором ООО «НМ», используя свое служебное положение, в период с 21 октября 2019 года по 20 ноября 2019 года умышленно, незаконно в текущей деятельности ООО «НМ» использовала программы для ЭВМ, исключительные права на которые принадлежат ООО «СС» общей стоимостью 217 600 рублей, ООО «АСП» общей стоимостью 2 306 000 рублей, «ДСС» общей стоимостью 2 480 000 рублей, а всего на сумму 5 003 600 рублей, что образует особо крупный размер. Именно в указанный период времени ФИО2, будучи осведомленной об ответственности за незаконное использование нелицензионных программ для ПЭВМ, умышленно использовала объекты авторского права.

Обязательное представление было вручено ФИО2 именно как директору ООО «НМ». Согласно Уставу Общества именно директор является единоличным исполнительным органом общества, осуществляет руководство текущей деятельностью Общества. Как директор ООО «НМ», имея в подчинении штат сотрудников, являлась единоличным исполнительным органом Общества, подсудимая осуществляла свои полномочия без доверенности, то есть обладала всеми признаками должностного лица. Как руководитель ООО ФИО2 обязана в силу своих должностных полномочий знать об использовании в деятельности предприятия компьютеров, оснащенных определенным программным обеспечением, а после получения обязательного предписания по устранению имеющихся правонарушений, провести проверки данного обстоятельства и устранить имеющиеся нарушения.

Лично получив обязательное представление, ФИО2 должных мер по его исполнению не приняла, не провела полную инвентаризацию имущества Общества - проверку программного обеспечения, установленного на персональных компьютерах работников ООО «НМ», не осуществила контроль за его использованием в деятельности ООО «НМ», не удалила программное обеспечение, использующееся без лицензионного соглашение, допустила дальнейшее незаконное использование контрафактного программного обеспечения для ПЭВМ, продолжая, таким образом, в период, установленный судом, умышленно незаконно использовать объекты авторского права.

Анализ исследованных доказательств, привел суд к выводу о том, что ФИО2, будучи наделенной организационными и властно-распорядительными функциями, используя служебное положение, в отсутствие документов, подтверждающих приобретение у официальных представителей программ, используемых в деятельности предприятия, сознательно допустила их дальнейшее незаконное использование, нарушая авторские права правообладателей.

При таких обстоятельствах квалифицирующий признак, предусмотренный п. «г» ч. 3 ст. 146 Уголовного кодекса Российской Федерации, - совершение преступления лицом с использованием своего служебного положения, нашел свое подтверждение.

Издание ФИО2 приказа о проверке А.М.В. программного обеспечения носило формальный характер. Приказ не содержал указаний на конкретные действия, которые нужно провести, не предусматривал сроков исполнения и ответственности лица, какой-либо контроль со стороны подсудимой за исполнением данного приказа отсутствовал. 

Умысел на незаконное использование объектов авторского права подтверждается фактом получения ФИО2 обязательного для исполнения представления, в котором было разъяснено действующее законодательство в сфере авторских прав, в том числе ответственность за использование нелицензионных программных продуктов, установлен срок для устранения нарушений. Однако мер, направленных на устранение нарушений, ФИО2 принято не было.

Поскольку использование лицом программных продуктов без заключения возмездных договоров с правообладателями влечет получение таким лицом необоснованной выгоды суд приходит к выводу о том, что подсудимая действовала с корыстным мотивом.

Доводы защиты о том, что сама ФИО2 нелицензионные программы на компьютеры не устанавливала и не давала указаний на их установку, на квалификацию ее действий не влияют и не исключают ее виновности в совершении преступления. Поскольку программные продукты были установлены на системные блоки компьютеров возглавляемой ею организации, использовались в непосредственной рабочей деятельности предприятия, в том числе хранились в памяти ЭВМ, поэтому обязанность соблюдения прав и законных интересов третьих лиц при использовании данного оборудования возложена на подсудимую, являющуюся единоличным исполнительным органом.

К показаниям свидетеля А.М.В. о том, что обществом закупались лицензионные программные продукты у ООО «Э» суд относится критически, поскольку они противоречат исследованным судом доказательствам, а именно показаниям свидетеля Б.С.А. о том, что в период с 2017 по 2019 год возглавляемое им ООО «Э» никаких взаимоотношений с ООО «НМ» не имело, показаниям представителей потерпевших о том, что у правообладателей ООО «АСП», «СС»» и «ДСС» никаких лицензионных соглашений с ООО «НМ» не было. Более того, документы на приобретение программного обеспечения были переданы А.М.В. подсудимой только после возбуждения уголовного дела, они содержатся в незаверенных копиях, не проведены по бухгалтерии предприятия. Из показаний свидетеля З.А.А. следует, что документы на приобретение программного обеспечения были переданы ей руководством только в начале ноября 2020 года с указанием провести по бухгалтерскому учету. Она не смогла это сделать, так как документы было не текущей даты, не 2020 года. Все изложенное в совокупности вызывает у суда сомнения в подлинности представленных свидетелем А.М.В. документов, их предоставление органу следствия расценивается судом как попытка помочь ФИО2 избежать привлечения к уголовной ответственности. 

Таким образом, все исследованные в судебном заседании и приведенные в приговоре доказательства виновности подсудимой (показания представителей потерпевших, свидетелей Т.А.А., А.Д.С., К.П.С., З.А.В., М.Т.И., Б.Т.В., З.А.А., М.М.Е., Б.А.С., Т.А.П., С.Н.Г., Л.О.С., А.М.В., Б.С.А., письменные доказательства, в том числе, заключения экспертиз и показания экспертов) согласуются между собой, взаимно дополняют друг друга, добыты органом предварительного следствия с соблюдением уголовно-процессуального законодательства. Ставить под сомнение допустимость, достоверность и достаточность указанных доказательств у суда оснований не имеется. 

При назначении подсудимой наказания, суд в соответствии с требованиями ст. 60 Уголовного кодекса Российской Федерации, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновной, в том числе обстоятельства смягчающие ее наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденной. 

По характеру общественной опасности подсудимой совершено преступление, отнесенное уголовным законом к категории тяжких преступлений, оно посягает на авторские права. 

При оценке степени общественной опасности суд учитывает оконченный характер преступления, его совершение подсудимой умышленно. 

При оценке данных о личности подсудимой ФИО2 суд учитывает, что в быту она характеризуется исключительно с положительной стороны. Согласно рапорту участкового уполномоченного полиции жалоб и заявлений на подсудимую в отдел полиции никогда не поступало. Подсудимая трудоустроена, длительный период времени она возглавляет ООО «НМ», где коллегами характеризуется также исключительно с положительной стороны как грамотный и ответственный руководитель, пользующийся в коллективе заслуженным авторитетом. ФИО2 ранее не судима, на учете психиатра и нарколога она не состоит, какие-либо отрицательные характеристики подсудимой суду не представлены. 

<

*****>. 

Все приведенные выше положительные характеристики, а также беременность подсудимой суд при назначении ФИО2 наказания, руководствуясь ч. 2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, учитывает в качестве смягчающих наказание обстоятельств. 

Обстоятельством, смягчающим наказание, в силу положений п. «г» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации суд признает 

<

*****>).

Кроме того, при назначении наказания суд учитывает в качестве смягчающего наказание ФИО2 обстоятельства, предусмотренного п. «к» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, принятие ею мер к добровольному частичному возмещению вреда, причиненного потерпевшим нарушением их авторских прав, путем приобретения программных продуктов «

<

*****>» и 

<

*****> 

При назначении наказания суд учитывает, что отягчающие наказание ФИО2 обстоятельства, предусмотренные ст. 63 Уголовного кодекса Российской Федерации, отсутствуют. 

Учитывая данные о личности подсудимой, все смягчающие ее наказание обстоятельства, отсутствие отягчающих наказание ФИО2 обстоятельств, принимая во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступления, отнесенного к категории тяжких преступлений, посягающего на авторские права, конкретные обстоятельства дела, руководствуясь принципами справедливости и разумности, балансом интересов защиты общества от преступных посягательств, суд приходит к выводу, что справедливым и соразмерным совершенному ФИО2 преступлению будет предусмотренное санкцией статьи наказание в виде лишения свободы на определенный срок. 

При этом, учитывая данные о личности подсудимой ФИО2, которая ранее не судима, исключительно положительно характеризуется в быту, впервые совершила одно преступление, принимая во внимание принятие подсудимой мер к заглаживанию причиненного вреда, суд полагает, что исправление ФИО2 возможно без реального отбывания наказания и считает возможным назначенное наказание в виде лишения свободы постановить условным в соответствии со ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации, возложив на ФИО2 обязанности в период испытательного срока не менять постоянное место жительства и работы без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением осужденного, и один раз в месяц являться на регистрацию в данный орган в установленные им дни. 

По мнению суда, условное наказание с возложением на подсудимую указанных выше обязанностей будет достаточным для восстановления социальной справедливости, исправления ФИО2, предупреждения совершения ею новых преступлений и восстановления нарушенных прав потерпевших. 

Оснований для применения при назначении наказания положений ст. 64 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также оснований для применения ст. 82 Уголовного кодекса Российской Федерации не имеется. 

Поскольку судом при отсутствии отягчающих наказание подсудимой обстоятельств, установлено смягчающее наказание обстоятельство, предусмотренное п. «к» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, при определении размера наказания подсудимой суд руководствуется частью 1 ст. 62 Уголовного кодекса Российской Федерации. 

В соответствии с ч. 6 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации с учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности суд вправе при наличии смягчающих наказание обстоятельств и при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств изменить категорию преступления на менее тяжкую, но не более чем на одно категорию преступления при условии, что лицу, осужденному за тяжкое преступление, назначено наказание, не превышающее пяти лет лишения свободы, или другое более мягкое наказание.

Перечисленные условия для изменения категории совершенного ФИО2 преступления по настоящему делу установлены.

ФИО2 признана виновной в совершении тяжкого преступления, ей назначено наказание в виде лишения свободы на срок полтора года условно с испытательным сроком один год, обстоятельств отягчающих наказание, по делу не установлено.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд признал положительные характеристики подсудимой, 

<

*****>., принятие ею действий, направленных на заглаживание причиненного потерпевшим вреда.

Учитывая изложенное, данные о личности подсудимой, которая исключительно положительно характеризуется, впервые привлекается к уголовной ответственности, социальной опасности не представляет, степень общественной опасности совершенного преступления в силу устранения большинства его последствий не является значительной, суд полагает возможным применить положения ч. 6 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации и изменить категорию совершенного ФИО2 преступления, предусмотренного п.п. «в, г» ч. 3 ст. 146 Уголовного кодекса Российской Федерации, на менее тяжкую, но не более чем на одну категорию, с тяжкого на преступление средней тяжести.

Кроме того, в результате предпринятых ФИО2 до постановления приговора мер, направленных на заглаживание причиненного потерпевшим вреда, изменилась обстановка. Согласно материалам дела ООО «НМ» легализовало себя как законный пользователь программных продуктов 

<

*****> и «

<

*****>), заключив лицензионные договоры, что является принятием мер по восстановлению прав потерпевших. Системные блоки с установленным на них нелицензионном программным обеспечением в ООО «НМ» изъяты сотрудниками полиции, поэтому объекты авторского права ФИО2 незаконно больше не используются. Кроме того, ФИО2 

<

*****> фактически она не будет исполнять обязанности директора ООО «НМ».

Учитывая фактические обстоятельства дела и степень общественной опасности содеянного, которая минимизирована в результате принятия подсудимой мер по устранению негативных последствий от совершенного преступления, совокупность смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, данные о личности ФИО2, с учетом того, что категория преступления изменяется судом с тяжкого на преступление средней тяжести, суд считает возможным применить положения ст. 80.1 Уголовного кодекса Российской Федерации и освободить ФИО2 от отбывания назначенного наказания.

На основании ч. 3 ст. 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, вещественные доказательства по уголовному делу – шесть системных блоков, хранящихся в камере хранения отдела полиции, подлежат возврату ООО «НМ» как законному владельцу после уничтожения на жестких дисках нелицензионного программного обеспечения, копии документов, хранящиеся при уголовном деле, как письменные документы следует хранить при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 302, 303-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО2 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного п.п. «в, г» ч. 3 ст. 146 Уголовного кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой назначить наказание в виде лишения свободы на срок 01 (ОДИН) год 06 (ШЕСТЬ) месяцев.

На основании ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации назначенное наказание в виде лишения свободы считать условным с испытательным сроком 01 (ОДИН) год.

Обязать ФИО2 в период испытательного срока не менять постоянное место жительства и работы без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, а также один раз месяц в установленные инспекцией дни являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденных.

На основании ч. 6 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации изменить категорию совершенного ФИО2 преступления, предусмотренного п.п. «в, г» ч. 3 ст. 146 Уголовного кодекса Российской Федерации, на менее тяжкую, но не более чем на одну категорию преступления, с категории тяжкого преступления на преступление средней тяжести. 

На основании п. 2 ч. 5 ст. 302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации ФИО2 освободить от отбывания назначенного наказания в связи с изменением обстановки на основании ст. 80.1 Уголовного кодекса Российской Федерации. 

До вступления приговора в законную силу меру пресечения ФИО2 – подписку о невыезде оставить без изменения, после чего отменить. 

Разъяснить ФИО2, что лицо, освобожденное от наказания, считается несудимым.

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства по уголовному делу – шесть системных блоков возвратить в ООО «НМ» после уничтожения на жестких дисках нелицензионного программного обеспечения, копии документов оставить хранить при уголовном деле в течение всего срока его хранения. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Свердловский областной суд путем подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления через Синарский районный суд г. Каменска-Уральского в течение 10 дней со дня его провозглашения.

При подаче апелляционной жалобы осужденный вправе отказаться от защитника, пригласить защитника для участия в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, ходатайствовать перед судом о назначении защитника, в том числе бесплатно в случаях, предусмотренных УПК РФ.

Приговор изготовлен в машинописном варианте в совещательной комнате и является подлинником. 

Судья: А.В. Москалева