Дело № 2-4/2025 

УИД 64RS0048-01-2024-002490-27

Решение

Именем Российской Федерации

27 января 2025 года г. Саратов

Фрунзенский районный суд г.Саратова в составе:

председательствующего судьи Кривовой А.С.,

при помощнике судьи Тукашовой М.М.,

с участием старшего помощника прокурора Фрунзенского района г.Саратова Капитана С.С.,

истца ФИО1,

представителя ответчика Государственного учреждения здравоохранения «Областной кардиологический диспансер» ФИО2,

представителя ответчика Государственного учреждения здравоохранения «Саратовская областная станция скорой медицинской помощи» ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4, ФИО1, действующей в своих интересах и в интересах ФИО15, ФИО5 к Государственному учреждению здравоохранения «Саратовская областная станция скорой медицинской помощи», Государственному учреждению здравоохранения «Областной кардиологический диспансер» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

Истцы обратились в суд с вышеуказанным иском к ответчикам, указав, что 17 февраля 2024 года в 17 час. 57 мин. ФИО1 был осуществлен вызов скорой медицинской помощи ее отцу – ФИО6 При измерении артериального давления дома танометр показал 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>. В 18 час. 37 мин. 17 февраля 2024 года машина скорой помощи еще не была назначена, ввиду чего был осуществлен повторный звонок. По приезду скорой помощи дежурной бригадой ФИО6 диагностировали 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> Врачом медицинской помощи была предложена госпитализация, на которую истцы согласились. Врач сказал, что нужно кардиологическое отделение, поскольку диагностирована 

<

данные изъяты> и терапевтическое отделение 9 городской больницы г.Саратова по месту регистрации им не подходит, поскольку ФИО6 нуждается в более специализированной помощи врача кардиолога-хирурга, предполагая удаление тромба из артерии. Врачом было принято решение о госпитализации ФИО6 в ГУЗ «Областной кардиологический диспансер». После укола ФИО6 находился в сознании, ему стало проще дышать, но глубокий вздох сделать он не мог. В приемном отделении ГУЗ «Областной кардиологический диспансер» ФИО6 измерили артериальное давление и сказали выйти из смотрового кабинета, ожидать в холле. После вызова врача-кардиолога ФИО6 снова вызвали для осмотра врачом. После осмотра его дежурным врачом-кардиологом было сказано, что ФИО6 нужно лечить в терапевтическом отделении. Затем была сделана электрокардиография, гипертонический кризис был подтвержден, но речи о госпитализации не было. Через значительный промежуток времени ФИО6 отвезли на КТ органов грудной клетки. Согласно протоколу исследования отделения лучевой диагностики № 16 от 17 февраля 2024 года на КТ выявлено – 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> После получения результатов КТ, сотрудниками приемного отделения снова был вызван врач-кардиолог, поскольку первоначальный диагноз врача скорой помощи, из-за которого ФИО6 доставили в ГУЗ «Областной кардиологический диспансер» - ТЭЛА был подтвержден показаниями КТ органов грудной клетки. Врач-кардиолог сказал, что с давлением лечат другие врачи и нужно вызвать скорую медицинскую помощь в ГУЗ «Областной кардиологический диспансер», поскольку в отделении кардиологии с гипертоническим кризисом не госпитализируют, после чего ушел. Сотрудники приемного отделения не могли начать госпитализацию, поскольку ФИО6 зарегистрирован в Волжском районе г.Саратова. После происходящего истец начала осуществлять вызов скорой помощи непосредственного в ГУЗ «Областной кардиологический диспансер», на протяжении всего времени нахождения в приемном отделении ФИО6 повторной укол гепарина, контроль за артериальным давлением сделаны не были. В 21 час. 13 мин. был осуществлен вызов скорой помощи, однако, при разговоре с дежурным врачом, последняя не дослушав положила трубку. После повторного звонка и соединения со старшим по смене, было отказано в вызове скорой помощи, поскольку ФИО6 уже находился в медицинском учреждении. После звонка в скорую помощь, сотрудники приемного отделения госпитализировали ФИО6 в терапевтическое отделение больницы только в 21 час. 45 мин. Утром ФИО6 был обнаружен без сознания. В 06 час. 45 мин. ФИО6 был осмотрен неврологом и ему диагностировали 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты>. По мнению истцов, врачами ни только было пропущено время оказания медицинской помощи при поступлении в медицинское учреждение, но и в медицинском учреждении не оказана надлежащая медицинская помощь, что привело к смерти ФИО6 Истцы, испытывая нравственные страдания от потери родного человека, просят взыскать с каждого из ответчиков в пользу каждого из истцов компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб., а также в пользу истца ФИО1 расходы на погребение в размере 56 000 руб., почтовые расходы.

Истцы ФИО4, ФИО5 в судебное заседание не явились, о дне и времени судебного заседания извещены надлежащим образом.

Истец ФИО1, действующая в своих интересах и в интересах ФИО17. в судебном заседании заявленные требования поддержала, просила их удовлетворить. Дополнила, что умерший 

<

данные изъяты>. От потери своего близкого человека семья испытала сильнейшие нравственные страдания. Они 

<

данные изъяты> Смерть родного человека ФИО6 явилась для них невосполнимой потерей.

Представитель ответчика Государственного учреждения здравоохранения «Областной кардиологический диспансер» (далее — ГУЗ «ОККД») ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях на иск. Дополнила, что причинно-следственной связи между действиями диспансера и смертью ФИО6 не имеется.

Представитель ответчика Государственного учреждения здравоохранения «Саратовская областная станция скорой медицинской помощи» (далее — ГУЗ «СОССМП») ФИО3 исковые требования также не признала, поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях на иск. Дополнила, что каких-либо нарушений со стороны скорой помощи не имелось.

Иные лица участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о дне и времени судебного заседания извещены надлежащим образом, причины неявки неизвестны.

Учитывая, что не явившиеся в судебное заседание лица надлежащим образом извещены о дне, времени и месте судебного заседания, кроме того, информация о движении по делу своевременно размещена на официальном сайте Фрунзенского районного суда г.Саратова в соответствии со ст.113 ГПК РФ, суд на основании ст.167 ГПК РФ, посчитал возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Выслушав стороны, а также мнение прокурора, полагавшего необходимым исковые требования удовлетворить с учетом принципов разумности и справедливости, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 41 Конституции РФ каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Закон «Об основах охраны здоровья граждан»).

В силу п. 1 ст.2 указанного закона здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи.

Качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Статьей 4 Закона «Об основах охраны здоровья граждан» установлено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (п.п.3 и 9 ст.2 Закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

В п. 21 ст. 2 Закона «Об основах охраны здоровья граждан» определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст.64 Закона «Об основах охраны здоровья граждан» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Пунктом 9 ч. 5 ст. 19 Закона «Об основах охраны здоровья граждан» предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч.2 и 3 ст. 98 Закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Пунктом 2 ст. 2 ГК РФ установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 ст.150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

Согласно ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст.1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст. 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.

В соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Пунктом 12 постановления Пленума ВС РФ от 15 ноября 2022 года № 33 предусмотрено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (ст. 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

В соответствии с п. 14 постановления Пленума ВС РФ от 15 ноября 2022 года № 33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В п. 20 указанного постановления закреплено, что моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абз. 1 п.1 ст. 1068 ГК РФ).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (п. 25 постановления Пленума ВС РФ от 15 ноября 2022 года № 33).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 постановления).

Согласно п. 27 постановления Пленума ВС РФ от 15 ноября 2022 года № 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Согласно п. 30 постановления Пленума ВС РФ от 15 ноября 2022 года № 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст.1101 ГК РФ).

В пункте 48 постановления Пленума ВС РФ от 15 ноября 2022 года № 33 даны разъяснения о том, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (ст. 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Согласно п. 49 постановления Пленума ВС РФ от 15 ноября 2022 года № 33 требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 СК РФ).

Из нормативных положений СК РФ, статей 150, 151 ГК РФ следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданину требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками такого гражданина, другими близкими ему людьми.

Как установлено судом, следует из материалов дела, и не оспаривалось сторонами, 17 февраля 2024 года ФИО6 оказывалась скорая медицинская помощь 17 февраля 2024 года: в 18.00 часов вызов скорой помощи, был квалифицирован как вызов в неотложной форме без явных признаков угрозы жизни пациента; в 18.34, 18.37 часов поступали повторные звонки с целью ускорения прибытия скорой помощи, вызов был переквалифицирован как вызов в экстренной форме; в 18.44 часов направлена ближайшая освободившаяся бригада скорой медицинской помощи; в 19.04 часов прибытие скорой медицинской помощи, оказание медицинской помощи; в 20.40 часов (по данным карты вызова скорой медицинской помощи) пациент доставлен в ГУЗ «ОККД»; в 21.13 зафиксировано три звонка с требованием принять вызов к ГУЗ «ОККД» к пациенту ФИО6, который не был принят, так как последний находился в медицинском учреждении.

Исходя из представленной суду медицинской карты пациента ФИО6, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях № 2236 ГУЗ «Областной клинический кардиологический диспансер» следует: 

<

данные изъяты>

Свидетельством о смерти, выданным 

<

данные изъяты> года установлено, что ФИО6, 

<

данные изъяты>, умер 

<

данные изъяты>.

Согласно справки о смерти № причина смерти — 

<

данные изъяты>

Умерший ФИО6 являлся 

<

данные изъяты> что подтверждается свидетельствами о рождении, свидетельством о заключении брака.

Из заключения страховой медицинской организации АСП ООО «Капитал МС» - филиал в Саратовской области, составленного по результатам экспертизы качества медицинской помощи следует, что в рассматриваемом случае был неверно определен период инфаркта головного мозга -в данном случае, на 5-й день — не острейший, а острый период; невыполнение (ненадлежащее выполнение) лечебных мероприятий, не повлиявшие на здоровье. Рекомендации: усилить контроль за проведением медицинских мероприятий и ведением документации.

Определением суда от 25 сентября 2024 года по делу была назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено экспертам 

<

данные изъяты>

Как следует из заключения эксперта от 13 декабря 2024 года № 213-к экспертная комиссия пришла к выводу, что ФИО6 оказана скорая медицинская помощь, пациент подлежал медицинской эвакуации в лечебное учреждение, что и было выполнено в отношении него, во время транспортировки проводился мониторинг состояния пациента и оксигенотерапия. С учетом представленных данных, а именно 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Таким образом, с учетом повода для вызова скорой медицинской помощи к пациенту 17.02.2024 г. в 18.00 «трудно дышать, возможно, высокое артериальное давление», данный повод правомерно мог быть расценен как повод для оказания скорой медицинской помощи в неотложной форме; угрожающих жизни состояний у пациента на момент осмотра, как специалистами скорой медицинской помощи, так и специалистами ГУЗ «Областной клинический кардиологический диспансер» не имелось.

Ретроспективно у ФИО6 подтверждается наличие 

<

данные изъяты> высказаться о цифрах артериального давления на момент вызова СМП в 18.00 не представляется возможным. 

При оказании скорой медицинской помощи ФИО6 нарушений требований приказа МЗ РФ от 20 июня 2013 года № 388 н «Об утверждений Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи», не усматривается; квалификация вызова 17 февраля 2024 года в 18.00 в неотложной форме допустима и не противоречит требования указанного приказа № 388 н, переквалификация вызова скорой медицинской помощи в экстренную форму 17 февраля 2024 года в 18.44 обоснована, состав бригады скорой медицинской помощи: врач, фельдшер, водитель соответствует требованиям приказа № 388 н; медицинская эвакуация пациента в профильный стационар обоснована и правомочна. ФИО6 требовалась медицинская эвакуация в профильный стационар (100%), согласно разработанной маршрутизации больных с подобными заболеваниями (состояниями) на территории Саратовской области и г. Саратова, пациенту была показана (требовалась) госпитализация в профильный стационар.

При оказании скорой медицинской помощи выявлен недостаток ведения медицинской документации (

<

данные изъяты>

Согласно данным из медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях № 2236 ГУЗ «Областной клинический кардиологический диспансер» следует: ФИО6 поступил на стационарное лечение 17 февраля 2024 года в 21:45 с диагнозом: 

<

данные изъяты>

По мнению экспертной комиссия, в условиях ГУЗ «ОККД» диагноз основного заболевания и его осложнений выставлен правильно, установленный развернутый клинический диагноз содержал, указания 

<

данные изъяты>

При оказании медицинской помощи в условиях ГУЗ «ОККД» г. Саратова экспертной комиссией выявлены следующие данные и установлены допущенные недостатки оказания медицинской помощи:

- 17 февраля 2024 года 20.50 при поступлении не выполнено исследование уровня продуктов паракоагуляции в крови (D

<

данные изъяты>

- 

<

данные изъяты> не рассмотрен вопрос о лечении пациента 

<

данные изъяты> в отделении неотложной кардиологии или палате интенсивной терапии;

- 

<

данные изъяты> недооценка факторов и категории сердечнососудистого риска, связанных с неконтролируемым течением артериальной гипертензии; 

-

<

данные изъяты> отсутствие при осуществление перевода пациента в другое профильное отделение (отделение анестезиоогии и реанимации) внутри медицинской организации с принятием решения о переводе заведующими соответствующими структурными подразделениями (из которого переводится пациент и в которое переводится пациент) с внесением соответствующей записи в стационарную карту (нарушение Приказа Минздрава РФ от 10 мая 2017 года № 203 н - Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи) - недостаток ведения медкарты, не оказавший влияние на исход заболевания;

- 

<

данные изъяты> неверно определен период 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> недостаток ведения медкарты, не оказавший влияние на исход заболевания; тем не менее, наблюдение и лечение инфаркта головного мозга были адекватные.

Согласно представленным данным, в том числе результатам патолого-анатомического вскрытия № 89 от 23 февраля 2024 года смерть ФИО6 наступила 

<

данные изъяты> в результате 

<

данные изъяты> явившегося непосредственной причиной смерти, у пациента 

<

данные изъяты> (

<

данные изъяты>

В данном случае экспертная комиссия не усматривает, какую-либо причинно- следственную связь между действиями/бездействиями медицинских сотрудников ГУЗ «Саратовская областная станция скорой медицинской помощи» при оказании скорой медицинской помощи и наступившим неблагоприятным исходом (смертью) ФИО6

Оснований для установления прямой причинно-следственной связи между выявленными недостатками оказания медицинской помощи и наступившим неблагоприятным исходом (смерть пациента в результате инфаркта головного мозга в бассейне правой мозговой артерии) не усматривается.

Поскольку, высказаться о благоприятном прогнозе для жизни пациента при имеющейся 

<

данные изъяты>, не представляется возможным; кроме того, изучив анамнез заболевания пациента, можно высказаться о том, что пациент имел 

<

данные изъяты>

Стороной ответчиков приводились доводы о несогласии с результатами проведенной судебной экспертизы, а также доводы о том, что надлежащее оказание медицинской помощи ФИО6 подтверждено заключением медицинской организации АСП ООО «Капитал МС» - филиал в Саратовской области, однако, данные доводы судом отклоняются.

Суд оценивая, указанное заключение, а также заключение комплексной судебно-медицинской экспертизы приходит к следующему.

Как следует из указанного заключения, составленного по результатам экспертизы качества медицинской помощи, в рассматриваемом случае был неверно определен период инфаркта головного мозга - в данном случае, на 5-й день — не острейший, а острый период; невыполнение (ненадлежащее выполнение) лечебных мероприятий, не повлиявшие на здоровье. Рекомендации: усилить контроль за проведением медицинских мероприятий и ведением документации.

Пунктами 3-7 Приказа Минздрава России от 19 марта 2021 года № 231н «Об утверждении Порядка проведения контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию застрахованным лицам, а также ее финансового обеспечения» установлено, что к контролю объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию застрахованным лицам, а также ее финансового обеспечения относятся мероприятия по проверке соответствия предоставленной застрахованному лицу медицинской помощи объему и условиям, которые установлены программами обязательного медицинского страхования, договором по обязательному медицинскому страхованию и договором в рамках базовой программы. Объектом контроля является организация и оказание медицинской помощи застрахованному лицу в рамках программ обязательного медицинского страхования. 

Субъектами контроля являются Федеральный фонд, территориальные фонды, страховые медицинские организации и медицинские организации. 

Целями контроля является: 1) обеспечение бесплатного оказания застрахованному лицу медицинской помощи в объеме и на условиях, которые установлены программами обязательного медицинского страхования, договором по обязательному медицинскому страхованию и договором в рамках базовой программы; 2) защита прав застрахованного лица на бесплатное оказание медицинской помощи при наступлении страхового случая в рамках программ обязательного медицинского страхования в медицинских организациях; 3) предупреждение нарушений при оказании медицинской помощи, являющихся результатом: несоответствия оказанной медицинской помощи по видам, формам, объемам, срокам, качеству и условиям состоянию здоровья застрахованного лица при наступлении страхового случая с учетом степени поражения органов и (или) систем организма либо нарушений их функций, обусловленные заболеванием или состоянием либо их осложнением; невыполнения, несвоевременного или ненадлежащего выполнения необходимых застрахованному лицу профилактических, диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи (за исключением стандартов оснащения и штатных нормативов медицинской организации, ее структурных подразделений), на основе клинических рекомендаций; несоблюдения сроков ожидания медицинской помощи, включая сроки ожидания оказания медицинской помощи в стационарных условиях, проведения отдельных диагностических обследований и консультаций врачей-специалистов, в том числе в медицинских организациях, оказывающих медицинскую помощь в амбулаторных условиях; проверка исполнения медицинскими организациями обязательств по оказанию необходимой медицинской помощи застрахованному лицу в рамках программ обязательного медицинского страхования; 5) проверка соответствия стоимости оказанной медицинской организацией медицинской помощи за отчетный период размеру финансового обеспечения объемов медицинской помощи, распределенных медицинской организации комиссией по разработке территориальной программы обязательного медицинского страхования, созданной в субъекте Российской Федерации в соответствии с частью 9 статьи 36 Федерального закона "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации" на указанный период (далее - комиссия по разработке территориальной программы обязательного медицинского страхования), установленных договором в рамках базовой программы, способам оплаты медицинской помощи и тарифам на оплату медицинской помощи. 

Контроль осуществляется путем проведения медико-экономического контроля, медико-экономической экспертизы, экспертизы качества медицинской помощи.

Суд не находит оснований не доверять заключению комплексной судебно-медицинской экспертизы, проведенной Государственным бюджетным учреждением здравоохранения Пензенской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы», которое содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате него выводы и ответы на поставленные судом вопросы не противоречат обстоятельствам дела, эксперты предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 УК РФ, имеют достаточный опыт и обладают необходимой квалификацией для установления указанных в экспертном заключении обстоятельств, лично не заинтересованы в исходе дела. Заключение экспертов сторонами по делу не оспорено, ходатайств о назначении по делу повторной либо дополнительной судебной экспертизы, в соответствии с положениями статьи 87 ГПК РФ заявлено не было.

При этом, в заключении АСП ООО «Капитал МС» - филиал в Саратовской области также имеется вывод о выявлении дефектов оказания медицинской помощи упомянутыми организациями.

Таким образом, суд полагает, что в целом, заключение страховой медицинской организации не противоречит заключению комплексной судебно-медицинской экспертизы.

При указанных обстоятельствах, суд полагает установленным в судебном заседании факт допущения ответчиками нарушений при оказании медицинской помощи и оформлении медицинской документации, которые не состоят в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде смерти ФИО6

Вместе с тем, то обстоятельство, что заключением судебной экспертизы не установлена прямая причинно-следственная связь между дефектами оказания медицинской помощи и наступившими неблагоприятными последствиями, в силу положений ст. 1064 ГК РФ, не является основанием для освобождения ответчиков от обязанности по возмещению вреда.

Ответчиками в нарушение положений ст.56 ГПК РФ не представлены относимые, допустимые и достоверные доказательства отсутствия их вины в наличии дефектов оказания медицинской помощи, находящихся в непрямой (косвенной) причинно-следственной связи с наступлением последствия в виде смерти ФИО6

На основании изложенного, учитывая, что факт нарушения личных неимущественных прав истцов, близких родственников умершего, нашел свое подтверждение в ходе судебного заседания, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого родственника.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

Согласно разъяснениям п.14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

Из разъяснений, изложенных в п.22 Постановления Пленума ВС РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»следует, что моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (ст.1101 ГК РФ).

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Стандарт медицинской помощи предполагает обязательное использование методик, необходимых для диагностики заболеваний, характера и объема лекарственных средств, манипуляций процедур, адекватных уровню развития современной науки. Надлежащая медицинская услуга, исходя из анализа правовых норм, регламентирующих оказание медицинских услуг, характеризуется совокупностью признаков: может оказываться лишь надлежащим медицинским работником; должна быть своевременной. Даже запоздалое обращение пациента за медицинской услугой не освобождает медицинских работников от обязанности проведения показанных пациенту диагностических и лечебных мероприятий. Несвоевременное или некачественное оказание медицинской услуги, не проведение медицинскими работниками показанных пациентам всех объемов диагностических или лечебных мероприятий; методологически и технически неправильное выполнение диагностических и лечебных вмешательств, в том числе, не проведение необходимых исследований (отступление от медицинских стандартов), ненадлежащее оформление медицинской документации (не соответствие действий (бездействия) медицинского работника протоколам ведения больных (медицинским стандартам), является противоправным действием (бездействием), нарушением профессиональных обязанностей медицинскими работниками.

Несмотря на отсутствие прямой причинно-следственной связи между установленными экспертами дефектами оказания медицинской помощи и наступлением смерти ФИО6, данное обстоятельство не может свидетельствовать об отсутствии оснований для взыскания с ответчиков в пользу истцов компенсации морального вреда, поскольку выявленные дефекты оказания медицинской помощи являлись фактором, которые могли бы помочь справиться с возникшими у ФИО6 осложнениями, и эти нарушения, безусловно, причиняли нравственные страдания истцам, которые вправе были рассчитывать на квалифицированную и своевременную медицинскую помощь для их близкого родственника.

Судом отмечается, что смерть близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи.

С учетом установленных конкретных обстоятельств по делу, исходя из требований закона о разумности и справедливости возмещения морального вреда, индивидуальных особенностей, возраста истца ФИО7, того обстоятельства, что истцы потеряли близкого человека, связь с которым характеризовалась постоянным общением и заботой, испытанное ими чувство несправедливости, вследствие некачественного оказания медицинской помощи, индивидуальные особенности умершего, степень вины причинителя вреда, характер и существо дефектов оказания медицинской помощи, допущенных ответчиками, выводы комиссии экспертов относительно отсутствия прямой причинно-следственной связи между оказанной медицинской помощью и наступлением смерти пациента, практическую невозможность благоприятного течения патологического процесса в силу наступивших тяжелых последствий, суд считает требования истцов подлежащими удовлетворению частично, и определяет компенсацию морального вреда с ответчика ГУЗ «ОККД» в размере 200 000 руб. в пользу истцов ФИО4, ФИО1, ФИО5, каждому, 150 000 руб. в пользу истца ФИО7, с ответчика ГУЗ «СОССМП» в размере 20 000 руб. в пользу истцов ФИО4, ФИО1, ФИО5, каждому, 15 000 руб. в пользу истца ФИО7

Снижение суммы компенсации морального вреда вызвано отсутствием умысла ответчиков на причинение вреда, и тем, что заявленные ко взысканию суммы, по мнению суда, являются необоснованно завышенными.

Доводы стороны ответчиков об отсутствии дефектов медицинской помощи и недостатков ведения медицинской документации суд находит несостоятельными, поскольку экспертами установлен как дефект оказания медицинской помощи так и дефект оформления медицинской документации.

В силу приведенных выше положений п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

Согласно п. 2 указанной статьи лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы. Пособие на погребение, полученное гражданами, понесшими эти расходы, в счет возмещения вреда не засчитывается (ст. 1094 ГК РФ).

Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, приведен в Федеральном законе от 12 января 1996 года № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле».

В соответствии со ст.3 указанного Федерального закона погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

В силу ст. 9 Закона о погребении и похоронном деле к необходимым расходам на погребение относятся:

- оформление документов, необходимых для погребения;

- предоставление и доставка гроба и других предметов, необходимых для погребения;

- перевозка тела (останков) умершего на кладбище (в крематорий);

- погребение (кремация с последующей выдачей урны с прахом).

Указанный перечень не является исчерпывающим.

По сложившимся обычаям и традициям тело умершего предают земле одетым (одежда и нижнее белье), в обуви, в гробу (с соответствующими атрибутами), к могиле возлагаются венки и цветы; могила оформляется оградой, устанавливается крест (памятник); в день похорон организуется поминальный обед. Обычаи могут быть несколько иными в зависимости от места проживания и национальности умершего.

Согласно п. 6.1 Рекомендаций о порядке похорон и содержании кладбищ в Российской Федерации МДК 11-01.2002, рекомендованных протоколом НТС Госстроя России от 25.12.2001 N 01-НС-22/1 (далее - Рекомендации), в церемонию похорон входят, как правило, обряды: омовения и подготовки к похоронам; траурного кортежа (похоронного поезда); прощания и панихиды (траурного митинга); переноса останков к месту погребения; захоронения останков (праха после кремации); поминовения. Подготовка к погребению включает в себя: получение медицинского свидетельства о смерти; получение государственного свидетельства о смерти в органах ЗАГС; перевозку умершего в патологоанатомическое отделение (если для этого есть основания); приобретение и доставку похоронных принадлежностей; оформление счета-заказа на проведение погребения; омовение, пастижерные операции и облачение с последующим уложением умершего в гроб; приобретение продуктов для поминальной трапезы или заказ на нее. При необходимости в этот перечень включается перевозка умершего с места смерти к месту погребения в другой населенный пункт (п. 6.49 Рекомендаций).

Как было отмечено судом, наличие прямой причинно-следственной связи между действиями ответчиков и наступлением смерти ФИО6 не установлено.

Вместе с тем, само по себе данное обстоятельство не может являться достаточным основанием для отказа в возмещении истцам понесенных в связи со смертью ФИО6 расходов на погребение.

В данном случае именно на ответчиках лежала обязанность по доказыванию того обстоятельство, что установленные дефекты медицинской помощи не повлекли ухудшения состояния его здоровья.

Между тем, таких доказательств никем из ответчиков не представлено.

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, а также приведенные положения закона, суд приходит к выводу о том, что с учетом доказанности наличия дефектов оказания медицинской помощи и ведения документации, суд признает наличие оснований для возложения на ответчиков обязанности по возмещению истцу ФИО1 понесенных на погребение расходов.

Счетом-заказом на ритуальные услуги от 23 февраля 2024 года подтверждается, что ФИО1 оплачены услуги ритуальной службы по погребению тела ФИО6 в общей сумме 56 000 руб.

Ответчиками несение ФИО1 таких расходов, а также из размер, не опровергнуты, доказательств чрезмерности соответствующих расходов не представлено.

Данные обрядовые мероприятия соответствуют сложившимся традициям, свидетельствуют о достойном погребении тела усопшего.

С учетом размера взысканной с ГУЗ «ОККД», ГУЗ «СОССМП» в пользу истцов компенсации морального вреда, а также степени вины каждого из ответчиков, суд полагает возможным взыскать с ГУЗ «ОККД» (90 % от общей суммы компенсации морального вреда в размере 825 000 руб.) расходы на погребение в размере 50 400 руб., с ГУЗ «СОССМП» (10% от общей суммы компенсации морального вреда в размере 75 000 руб.) расходы на погребение в размере 5 600 руб.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае если иск удовлетворен частично, судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. К издержкам, связанным с рассмотрением дела относятся другие признанные судом необходимыми расходы (ст. 94 ГПК РФ).

В соответствии с разъяснениями п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (ст. 98, 102, 103 ГПК РФ, ст. 111 КАС РФ, ст.110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

В ходе рассмотрения дела определением суда была назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза, стоимость которой составила 45 000 руб.

Также истцами были понесены расходы по отправке почтовых отправлений.

При указанных обстоятельствах, поскольку судом частично удовлетворены исковые требования, однако положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении судебных издержек не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе от суммы компенсации морального вреда, взысканной с них, поскольку в противном случае также имело бы место быть пропорциональное распределение данных расходов, то судебные расходы по оплате судебной экспертизы, почтовые расходы, подлежат распределению между ответчиками в равных долях.

В соответствии с ч.1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Согласно п.3 ч.1 ст.33.19 НК РФ размер государственной пошлины при подаче искового заявления неимущественного характера для физических лиц составляет 300 руб. (в редакции, действующей на момент обращения с исковым заявлением).

Соответственно, с ответчиков, не освобожденных от уплаты судебных издержек, подлежит взысканию государственная пошлина в общем размере 300 руб. в местный бюджет.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Областной кардиологический диспансер» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО4 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 200 000 (двести тысяч) руб.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Областной кардиологический диспансер» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 200 000 (двести тысяч) руб.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Областной кардиологический диспансер» (ИНН 

<

***>) в пользу 

<

данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в лице ее законного представителя ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) руб.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Областной кардиологический диспансер» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО5 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 200 000 (двести тысяч) руб.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Саратовская областная станция скорой медицинской помощи» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО4 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 20 000 (двадцать тысяч) руб.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Саратовская областная станция скорой медицинской помощи» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 20 000 (двадцать тысяч) руб.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Саратовская областная станция скорой медицинской помощи» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО24, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в лице ее законного представителя ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 15 000 (пятнадцать тысяч) руб. 

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Саратовская областная станция скорой медицинской помощи» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО5 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 20 000 (двадцать тысяч) руб.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Областной кардиологический диспансер» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 (паспорт №) расходы на погребение в размере 50 400 (пятьдесят тысяч четыреста) руб.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Саратовская областная станция скорой медицинской помощи» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 (паспорт № расходы на погребение в размере 5 600 (пять тысяч шестьсот) руб.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Областной кардиологический диспансер» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО4 (паспорт №) почтовые расходы в размере 58 руб. 10 коп. 

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Областной кардиологический диспансер» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 (паспорт №) почтовые расходы в размере 58 руб. 10 коп. 

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Областной кардиологический диспансер» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО31, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в лице ее законного представителя ФИО1 (паспорт №) почтовые расходы в размере 58 руб. 10 коп. 

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Областной кардиологический диспансер» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО5 (паспорт №) почтовые расходы в размере 58 руб. 10 коп. 

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Саратовская областная станция скорой медицинской помощи» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО4 (паспорт №) почтовые расходы в размере 58 руб. 10 коп. 

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Саратовская областная станция скорой медицинской помощи» (ИНН 

<

***>) ФИО1 (паспорт №) почтовые расходы в размере 58 руб. 10 коп. 

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Саратовская областная станция скорой медицинской помощи» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО36, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в лице ее законного представителя ФИО1 (паспорт №) почтовые расходы в размере 58 руб. 10 коп. 

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Саратовская областная станция скорой медицинской помощи» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО5 (паспорт №) почтовые расходы в размере 58 руб. 10 коп. 

В удовлетворении остальной части исковых требований – отказать.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Областной кардиологический диспансер» (ИНН 

<

***>) в пользу Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Пензенской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» стоимость производства судебной экспертизы в размере 22 500 (пятьсот тысяч) рублей.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Саратовская областная станция скорой медицинской помощи» (ИНН 

<

***>) в пользу Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Пензенской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» стоимость производства судебной экспертизы в размере 22 500 (пятьсот тысяч) рублей.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Областной кардиологический диспансер» (ИНН 

<

***>) в доход муниципального бюджета государственную пошлину в размере 300 руб.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Саратовская областная станция скорой медицинской помощи» (ИНН 

<

***>) в доход муниципального бюджета государственную пошлину в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд, через Фрунзенский районный суд г.Саратова в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме.

Мотивированный текст решения изготовлен 10 февраля 2025 года.

Судья А.С.Кривова