Судья Широбокова Н.С. Дело № 22-2765/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Красноярск 16 апреля 2024 года 

Красноярский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Левченко Л.В., 

при помощнике судьи Меньшиковой С.А., 

с участием прокурора Уголовно-судебного управления прокуратуры Красноярского края Черенкова А.Н., адвоката Жданова В.В., осужденного ФИО1, 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе с дополнениями адвоката Жданова В.В. в интересах осужденного ФИО3 на приговор Советского районного суда г.Красноярска от 5 декабря 2023 года, которым 

ФИО3, 

<

данные изъяты>, не судимый,

осужден по п. «б» ч. 2 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде 4 лет лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении.

Взыскано с ФИО3 в пользу ФИО2 в счёт компенсации морального вреда, причиненного преступлением, 1 000 000 рублей.

Заслушав доклад судьи Красноярского краевого суда Левченко Л.В., выступления осужденного ФИО3, в его интересах адвоката Жданова В.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы с дополнениями, мнение прокурора Черенкова А.Н., полагавшего приговор подлежащим оставлению без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 осужден за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, если оно сопряжено с оставлением места его совершения, имевшее место 01 декабря 2021 года в Советском районе г.Красноярска при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО4 вину признал в том, что от контакта с его автомобилем причинен тяжкий вред здоровью потерпевшего. Не признал факт умышленного оставления места дорожно-транспортного происшествия, пояснил, что при движении он вообще не видел потерпевшего, не понял, что сбил человека, думал, что ветка дерева разбила стекло. На месте он не увидел, что повреждена стойка, а заметил когда приехал в автосервис. С момента наезда на препятствие он проехал примерно 10-15 м. и остановился, вышел из автомобиля, не заглушая двигатель, обошел автомобиль, чтобы посмотреть, есть ли еще повреждения, сел в машину, переехал на противоположную сторону, на место остановки, на расстоянии 50 м. от удара. Затем он добежал до места, где случился удар. Мимо проезжали машины, 3-5 секунд смотрел, пока машины освещали дорогу. При этом не использовал фонарик на сотовом телефоне, поскольку от света фар машин все хорошо было видно. Ничего там не увидев, он побежал обратно к машине, так как торопился на репетицию концерта, которая должна была состояться в 18-00 на ул. Аэровокзальная. В стрессовом, взволнованном состоянии он поехал и не включил фары, потом уже заметил это и включил их. После репетиции он поехал домой. Утром 02.12.2021 он поехал в автосервис, чтобы заменить стекло. С вечера он звонил в разные сервисы, но этот был единственный сервис, который работал круглосуточно, другие не работали в это время и везде была очередь. Ему срочно нужно было заменить стекло, так как невозможно ездить было с такими повреждениями, он еле доехал до дома. Записался на замену стекла с утра, поскольку ему нужна была срочно машина, чтобы отвезти ФИО11 в Академгородок, забрать внука из садика. Факт того, что он сбил человека, он узнал, когда его задержали.

В апелляционной жалобе адвокат Жданов В.В. в интересах осужденного ФИО3 выражает несогласие с приговором. 

Полагает, что в ходе судебного следствия не представлено достаточных доказательств умышленного оставления ФИО3 места, ввиду чего основания полагать, что ФИО3 был осведомлен о факте дорожно-транспортного происшествия и о наличии в нем пострадавших, однако умышленно скрылся с места дорожно-транспортного происшествия, с учётом положений ст. 14 УПК РФ, у суда не имеется, стороной обвинения не предоставлено.

При указанных обстоятельствах у ФИО3 отсутствует вина в форме прямого умысла, поскольку он не осознавал общественную опасность своих действий, не предвидел и не мог предвидеть возможности наступления общественно опасных последствий и по обстоятельствам дела не мог их предвидеть.

Ссылаясь на п. 10.1 ПДД, указывает, что при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Как установлено, ФИО3 двигался со скоростью, не превышающей установленного ограничения (ограничение 60 км/ч, ФИО3 двигался 30-40 км/ч), учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства, дорожные и метеорологические условия, в частности, видимость в направлении движения.

Факторами, не позволяющими обнаружить опасность в виде движущегося пешехода по краю проезжей части в попутном направлении стали темное время суток, отсутствие искусственного освещения проезжей части, отсутствие тротуарной дорожки, наличие насаждений на обочине, камуфляжная одежда, в результате чего потерпевший сливался с дорожной обстановкой, отсутствие светоотражающих элементов на одежде потерпевшего.

Обязанность, предусмотренная п. 2.5 и п. 2.6 ПДД возникает у водителя только при наступлении дорожно-транспортного происшествия. Из предъявленного обвинения и материалов уголовного дела не следует, что ФИО3 допустил нарушения п. 2.5 и п. 2.6 ПДД, которое состоит в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями. Данная обязанность возникает у водителя только после ДТП, важно, чтобы водитель осознавал и понимал, что произошло именно дорожно-транспортное происшествие. 

Как указывал ФИО3, он не расценивал данное событие как дорожно-транспортное происшествие по вышеуказанным причинам. Стороной обвинения доказательств обратного не предоставлено. Стороной обвинения не предоставлено доказательств того, что ФИО3 осознавал и понимал, что произошло ДТП, более того, данные пункты правил возлагают на водителя обязанность совершать действия непосредственно после ДТП, а не направлены на предотвращение ДТП, о чем стороной защиты было заявлено еще на предварительном слушании.

Ссылаясь на п. 2.6 ПДД РФ, указывает, что если бы ФИО3 осознавал и понимал, что был контакт между транспортным средством и человеком, принял бы все имеющиеся меры к оказанию первой медицинской помощи, вызову сотрудников скорой помощи и полиции.

Сторона обвинения указывает, что у ФИО3 было болезненное состояние, выражающееся в необходимости использования медицинских изделий для коррекции зрения. 

Данный довод опровергается тем, что ФИО3 ранее не был участником ДТП, как он пояснил суду, что отсутствие очков не влияет на его возможность управления транспортным средством, очками он пользуется только для того, чтобы рассмотреть объекты вблизи, а не на расстоянии. У ФИО3 имеется дальнозоркость, а это дефект зрения, при котором лучше видно расположенные вдали объекты, а вблизи расположенные объекты видно плохо. В связи с чем очки используются для чтения мелкого шрифта. Стороной обвинения не предоставлено доказательств того, что использование либо неиспользование очков повлияло на развитие дорожно-транспортной ситуации.

В соответствии с положением п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.12.2008 года №25 (ред. от 24.05.2016) "О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения", при рассмотрении дел о преступлениях, предусмотренных ст.264 УК РФ, судам следует указывать в приговоре, нарушение каких конкретно пунктов Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства повлекло наступление последствий, указанных в ст.264 УК РФ, и в чем конкретно выразилось это нарушение.

В предъявленном обвинении отсутствует указание, в чем конкретно выразилось нарушение п.п. 2.5, 2.6, 2.7, 10.1 КоАП РФ, а также в чем заключается причинно- следственная связь между нарушениями и наступившими последствиями. Также в предъявленном обвинение отсутствует указание о нарушении п.п. 4.1, 4.3, 4.6 ПДД со стороны самого потерпевшего.

Адвокат считает, что исходя из положений п.п.5, 6, 7 постановления Пленума №25, при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. Уголовная ответственность по ст.264 УК РФ наступает, если у водителя имелась техническая возможность избежать дорожно-транспортного происшествия и между его действиями и наступившими последствиями установлена причинная связь. В ходе предварительного расследования, с учетом нарушений при производстве следственного эксперимента и последующей экспертизе, достоверно не установлено наличие или отсутствие технической возможности избежать ДТП. В ходе предварительного расследования достоверно не установлен момент возникновения опасности для водителя с учетом (камуфляжной формы одежды с отсутствием световозвращающих элементов). ФИО3 объективно не имел возможность обнаружить пешехода.

В ходе судебного следствия стороной обвинения не предоставлено доказательств механизма получения телесных повреждений. Также стороной обвинения не предоставлено доказательств того, какие повреждения транспортного средства относятся к исследуемым событиям и механизм их образования.

Таким образом, выводы суда противоречат фактически установленным обстоятельствам дела.

Адвокат не согласен с отказом в удовлетворении ходатайств о проведении следственного эксперимента судом, признании недопустимым доказательством протокола следственного эксперимента, отказом в удовлетворении ходатайства о проведении автотехнической экспертизы, с учетом пояснений экспертов.

Просит приговор отменить в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона, несправедливостью принятого решения.

В дополнениях адвокат указывает, что стороной защиты заявлялось ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору, поскольку текст предъявленного обвинения был отредактирован следователем после предъявления обвинения, что судом оставлено без внимания.

Вновь адвокат указывает, что заявлялось ходатайство об исключении из числа доказательств протокола следственного эксперимента, которое поддерживает, так как следственный эксперимент проведен с нарушениями.

Обращает внимание, что судом не исследовалось письмо ФИО4 из СИЗО, на которое ссылается суд, а также адвокат не согласен с оценкой судом показаний свидетеля ФИО12.

Считает, что судом приведено дословное копирование показаний из обвинительного заключения следующих лиц: ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18. Не дана оценка их показаниям в суде.

Показания свидетелей ФИО19 и ФИО20 искажены, а показания эксперта ФИО21 трактуются произвольно.

Суд отказал в проведении повторной автотехнической экспертизы, о чем вновь ходатайствует адвокат, так как на разрешение эксперта не ставились вопросы о необходимости установления повреждений, относящихся к событиям.

Указывает, что суд без проверки доказательств принимает видеозаписи, как синхронизированные.

Полагает, что не доказан квалифицирующий признак – оставление места совершения, приводя те же доводы, что в первоначальной жалобе, как и доводы о том, что в предъявленном обвинении отсутствует указание, в чем конкретно выразилось нарушение п.п.2.5, 2.6, 2.7, 10.1 ПДД, в чем заключается причинно-следственная связь между нарушениями и наступившими последствиями. Считает, что достоверно не установлено наличие или отсутствие технической возможности избежать ДТП.

Делает вывод, что выводы суда противоречат фактически установленным обстоятельствам дела. Суд не привел мотивы, по которым он исключил из обвинения нарушения п.2.7 ПДД, уменьшив объем обвинения.

Просит приговор отменить.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, дополнений, выслушав объяснения сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции о виновности ФИО4 в совершении инкриминируемого ему преступления, вопреки доводам жалобы адвоката, соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным судом первой инстанции, и подтверждаются совокупностью исследованных судом доказательств, обоснованно признанных судом допустимыми, оцененными в соответствии со ст. 88 УПК РФ, анализ которых приведен в приговоре и им дана надлежащая оценка.

Так, судом установлено, что ФИО4, двигаясь по проезжей части транспортного проезда со стороны ул. Малиновского в направлении к ул. Молокова на территории Советского района г. Красноярска, 01.12.2021 в период времени с 17 ч. 38 мин. до 17 ч. 49 мин., нарушил п.п. 2,5, 2.6, 10.1 ПДД РФ, при этом, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий в виде совершения дорожно-транспортного происшествия и причинения тяжкого вреда здоровью несовершеннолетнего ФИО2, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, то есть, действуя небрежно, управляя личным технически исправным автомобилем марки «RENAULT SR», государственный регистрационный знак 

<

***>, в нарушение п. 10.1 ПДД РФ, не учитывая дорожные и метеорологические условия, несмотря на то, что видимость пешехода справа позволяла принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки автомобиля, ФИО4 при возникновении опасности в виде несовершеннолетнего пешехода ФИО2, 

<

дата> г.р., движущегося в попутном направлении вдоль правого края проезжей части, не принял своевременных мер к снижению скорости вплоть до полной остановки своего транспортного средства, хотя имел такую возможность при должной внимательности и осмотрительности, вследствие чего допустил наезд на пешехода ФИО2, причинив последнему телесные повреждения в виде сочетанной травмы тела, которая отнесена к критериям, характеризующим квалифицирующий признак вреда, опасного для жизни человека, и квалифицируется как тяжкий вред здоровью. 

Нарушение водителем ФИО4 п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации состоит в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде причинения по неосторожности ФИО2 телесных повреждений, повлекших тяжкий вред его здоровью. 

После совершения дорожно-транспортного происшествия ФИО4, являясь лицом, на котором, согласно требований п.п. 2.5, 2.6 ПДД РФ, лежала обязанность немедленно остановить (не трогать с места) транспортное средство, включить аварийную сигнализацию и выставить знак аварийной остановки, не перемещать предметы, имеющие отношение к происшествию, принять меры для оказания первой помощи пострадавшему, вызвать скорую медицинскую помощь и полицию, достоверно зная о произошедшем, с места совершения дорожно-транспортного происшествия скрылся, уехав по личным делам, в дальнейшем приняв меры к сокрытию следов преступления, в том числе путем замены ветрового стекла, тем самым оставил место дорожно-транспортного происшествия. 

Вопреки доводам жалобы, виновность ФИО4 подтверждается материалами дела, в том числе судом рассмотрены и обоснованно отвергнуты доводы защиты, аналогичные указанным в апелляционной жалобе, о том, что ФИО4 не видел пешехода ФИО2 и не покидал место совершения ДТП, поскольку полагал, что ДТП не было, а стекло разбито веткой дерева.

Так, судом обоснованно сделан вывод, что показания подсудимого являются недостоверными, противоречащими установленным в ходе следствия обстоятельствам, поскольку они не нашли своего подтверждения ни в ходе предварительного, ни в ходе судебного следствия и опровергаются доказательствами, исследованными судом и признанными допустимыми и достоверными, не доверять которым оснований не имеется.

Преступление совершено ФИО4 в отсутствие прямых очевидцев дорожно-транспортного происшествия. При этом, вопреки доводам жалобы адвоката, судом дана оценка всем представленным доказательствам, в том числе показаниям свидетелей, письменным материалам дела. 

Доводы защиты о том, что показания свидетелей ФИО22 и ФИО23 в приговоре искажены, а имеющие значение обстоятельства не отражены, что привело, по мнению адвоката, к принятию неправомерного решения, являются надуманными, материалами дела не подтверждаются. Доводы о том, что в приговоре приведено дословное копирование показаний из обвинительного заключения ряда свидетелей, не свидетельствуют о незаконности приговора, поскольку судом приведены оглашенные показания данных свидетелей в ходе предварительного следствия, которые не оспорены.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований не доверять показаниям свидетелей, поскольку они давали подробные, последовательные показания об известных им обстоятельствах дела. Их показания полностью согласуются и дополняют друг друга, подтверждаются другими собранными доказательствами. Каких-либо оснований для оговора подсудимого свидетелями в судебном заседании, а также свидетелями, показания которых оглашены в судебном заседании, установлено не было, как не было выявлено существенных противоречий в их показаниях, которые ставили бы под сомнение выводы суда о виновности подсудимого в инкриминируемом ему деянии. 

Так, судом обоснованно отвергнуты доводы ФИО4 о том, что он не видел факта столкновения с пешеходом, думал, что ветка дерева разбила стекло.

Как правильно расценил суд, при четком соблюдении ПДД РФ и должном внимании водитель ФИО4, как участник дорожного движения, не мог не заметить наезд на пешехода, который находился перед передней частью транспортного средства. Характер и обстоятельства инцидента свидетельствуют о том, что контакт с пешеходом был очевиден для ФИО4. Наезд произошел передней правой частью автомобиля, что исключало возможность водителя не заметить факта дорожно-транспортного происшествия. Кроме того, в судебном заседании эксперт ФИО24 показала, что объем повреждений, характер локализации на автомобиле ФИО4 характерен для наезда именно на пешехода и исключает получение их от ветки дерева. Данный факт очевиден для человека. Остановка ФИО4 в 50 метрах от места ДТП и наблюдение за обстановкой после аварии не может расцениваться как выполнение требований ПДД. К тому же, если бы ФИО4 действительно останавливался, то не увидеть лежащую на дороге форменную шапку, он не мог, тем более как утверждает ФИО4, у него имеется дефект зрения в виде дальнозоркости, что позволяло ему видеть предметы, лежащие на расстоянии, тем более 50 м. при наличии света фар проезжающих автомобилей. 

Кроме того, судом принято во внимание, что на цветных фотоснимках к протоколу осмотра места происшествия видно, что на обочине указанного выше проезда действительно растут деревья, однако ни одна ветка не является помехой движению автомобиля и не выступает на проезжую часть. Свидетели ФИО25 и ФИО26, которые обнаружили потерпевшего, в суде показали, что когда они шли по обочине указанного проезда, ветки деревьев им не мешали, они свободно передвигались. 

В связи с чем являются несостоятельными доводы адвоката в суде апелляционной инстанции о том, что имеются заросли, как и доводы о том, что проезд не освещен, что скорость автомобиля под управлением ФИО4 не превышала допустимой, поскольку в соответствии с п.10.1 ПДД именно водитель должен учитывать видимость в направлении движения, а скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований ПДД РФ.

В данном случае судом установлено, что ФИО4, не учитывая дорожные и метеорологические условия, в частности, темное время суток, зимний период и наличие снежного наката на дорожном покрытии, ухудшающие видимость в направлении движения, вел свой автомобиль со скоростью 30-40 км/ч, при которой не мог обеспечивать постоянный контроль за движением автомобиля для выполнения требований ПДД РФ.

То обстоятельство, что именно автомобилем под управлением Искендерова совершен наезд на пешехода ФИО2, подтверждается материалами дела.

Согласно заключению дополнительной экспертизы материалов, веществ и изделий №1306 от 14 декабря 2021 года, частицы лакокрасочного покрытия синего цвета с эффектом «металлик», обнаруженные в следе – притертости на куртке и брюках ФИО2, однородны со слоем эмали синего цвета с эффектом «металлик» частиц лакокрасочного покрытия, изъятых с автомобиля «RENAULT SR», государственный регистрационный знак 

<

***>, по цвету, выявленным морфологическим признакам и молекулярному составу основных компонентов.

Заключением экспертизы материалов, веществ и изделий №1307 от 21 декабря 2021 года установлено, что среди волокон-наложений микрочастиц, изъятых с капота с правой стороны а/м «RENAULT SR» г/н №..», обнаружено одно полиэфирное волокно зеленого цвета, однородное по совокупности основных родовых признаков и специфической реакции на органические красители с концентрированной серной кислотой с полиэфирными волокнами зеленого цвета, входящими в волокнистый состав материала верха куртки, в волокнистый состав материала рубашки, в волокнистый состав материала брюк ФИО2.

Допрошенная в судебном заседании эксперт ФИО27, проводившая экспертизу, пояснила, что выводы о том, что повреждения на автомобиле ФИО4 характерны для образования в результате динамического контактного взаимодействия с пешеходом (при наезде ТС на пешехода), она сделала на основании объема повреждений, характера локализации и направления деформирующего воздействия. Повреждения на автомобиле Искендерова совершенно не могли быть получены от воздействия ветки дерева или камня, для такого повреждения необходимо дерево и то, это было бы локальное повреждение. В данном случае повреждения на стекле, на рамке передней правой двери, на крыле и на зеркале. Обширный объем повреждений характерен для наезда на пешехода. Любой человек в здравом уме мог понять, что совершил наезд на человека.

Допрошенный в судебном заседании по ходатайству стороны защиты свидетель ФИО28 пояснил, что 01 декабря 2021 года он управлял автомобилем, принадлежащим ФИО29. По проезду от ул. Малиновского до ул. Молокова он часто ездил и хорошо знает дорогу, а также проезжал там 01.12.2021 года в промежутке времени с 17-45 до 18-20, ничего подозрительного не видел, никаких транспортных средств на обочине не было. Данный промежуток дороги не был освещен фонарями, но по обочине постоянно ходили пешеходы из-за отсутствия тротуаров, которых хорошо было видно при свете фар. Обочину было хорошо видно, несмотря на темное время суток. Данный проезд в зимнее время можно проехать за 2-3 минуты. 

В ходе осмотра видеозаписей установлено, что 1 декабря 2021 года в 17:45:49 в объектив камеры попадает пешеход, как установлено ФИО2, который движется вдоль края проезжей части с левой стороны по ходу движения в направлении ул. Молокова г. Красноярска. В районе КПП (въезд на территорию РЭС «Красноярский») ФИО2 меняет направление и по ходу движения смещается вправо, далее в обзор камеры пешеход не попадает. На временном промежутке 17:48:27 по транспортному проезду со стороны ул. Малиновского в сторону ул. Молокова г. Красноярска проехал легковой автомобиль синего цвета, тип кузова седан (как в дальнейшем установлено RENAULT SR, государственный регистрационный знак №). На временном промежутке – 17:48:34 (то есть через 7 секунд после автомобиля RENAULT SR) по транспортному проезду со стороны ул. Малиновского в сторону ул. Молокова г. Красноярска проехал легковой автомобиль серого цвета, тип кузова седан. На всех автомобилях, въезжающих в транспортный проезд включен свет фар. На временном промежутке 17:49:12 с транспортного проезда по направлению в сторону ул. Молокова г. Красноярска выезжает легковой автомобиль серого цвета, тип кузова седан (ранее въезжающий в транспортный проезд вторым). На временном промежутке 17:49:14 (то есть через 2 секунды) с транспортного проезда по направлению в сторону ул. Молокова г. Красноярска выезжает автомобиль RENAULT SR, государственный регистрационный знак № с выключенным светом фар (ранее въезжающий в транспортный проезд первым). 

Наличие повреждения транспортного средства ФИО4 в виде повреждения стекла в правой части в виде радиальных и концентрических трещин, повреждения рамки правой передней двери, характер и месторасположение повреждений, как правильно расценил суд, позволяет сделать вывод о том, что взаимодействие транспортного средства с пешеходом было значительным, и при соблюдении Правил дорожного движения и должном внимании ФИО4, как участник дорожного движения, не мог не заметить и не почувствовать наезд на пешехода с выполнением им ряда требований предусмотренных ПДД РФ.

Таким образом, вопреки доводам адвоката, событие, имевшее место 01 декабря 2021 года в период времени с 17-38 до 17-49 на проезжей части транспортного проезда со стороны ул. Малиновского в направлении к ул. Молокова, наезд на пешехода ФИО2, совершенный водителем ФИО4, управлявшим транспортным средством, отвечает признакам дорожно-транспортного происшествия, что обязывало ФИО4 к выполнению обязанностей, предусмотренных п.п. 2.5, 2.6 Правил дорожного движения.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда о том, что ФИО4 достоверно знал о произошедшем событии, однако умышленно, с целью избежания последствий, связанных с ним, вопреки требованиям пунктов 2.5, 2.6 Правил дорожного движения РФ, оставил место ДТП, не принял меры для оказания первой помощи пострадавшему, не вызвал скорую медицинскую помощь, каких-либо иных документов не оформил, своими действиями фактически воспрепятствовал установлению и фиксации обстоятельств дорожно-транспортного происшествия.

Таким образом, доводы ФИО4 о том, что он не видел факта столкновения с пешеходом, думал, что ветка дерева разбила стекло, как верно указал суд, не могут являться основанием для освобождения его от ответственности, поскольку водитель ФИО4, как участник дорожного движения, не мог не заметить наезд на пешехода, который находился перед передней частью транспортного средства. 

Проанализированы судом и имеющиеся в деле видеозаписи, сделаны следующие выводы, с которыми у суда апелляционной инстанции нет оснований не согласиться.

Так, судом принято во внимание, что согласно осмотренным в судебном заседании видеозаписям, время в пути от видеокамеры, расположенной по адресу: 

<

...>, до видеокамеры, расположенной на фасаде дома по адресу: 

<

...> «г», в промежутке между которыми был совершен наезд на пешехода ФИО2, у Искендерова составило 47 секунд. За 47 секунд ФИО4 физически не обладал возможностью остановиться, потом отъехать на 50 метров, выбежать из автомобиля до места предполагаемого удара, вернуться обратно. Тот факт, что автомобиль седан серого цвета обогнал ФИО4, позволяет сделать вывод о том, что последний в момент наезда на пешехода остановился, однако, не выходя из машины, выключил фары и поехал сразу за обогнавшим его автомобилем. Данные обстоятельства в полном объеме исключают версию ФИО4 об остановке в транспортном проезде именно с целью установления причины повреждения переднего ветрового стекла автомобиля и свидетельствует об умышленном оставлении ФИО4 места совершения дорожно-транспортного происшествия. 

При этом, вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, судом не принималось решение о том, что видеозаписи синхронизированы, а дана оценка данным доводам защиты, которые суд обоснованно посчитал несостоятельными, поскольку согласно видеозаписям автомобили типа кузова универсал и седан, въезжающие за легковым автомобилем серого цвета, тип кузова седан и ФИО4, выезжают в таком же порядке за ними, местами поменялись лишь автомобили ФИО4 и автомобиль серого цвета, тип кузова седан. 

Из оглашенных показаний свидетеля ФИО30 следует, что ФИО4 ей в письме писал, что сожалеет о том, что не подошел к месту наезда на препятствие и по этой причине не оказал помощь потерпевшему. При этом доводы адвоката в жалобе о том, что судом не исследовано само письмо, не могут быть приняты во внимание, поскольку судом давалась оценка показаниям свидетеля.

Обоснованно судом приняты во внимание показания свидетеля ФИО31, из которых следует, что 01 декабря 2021 года в это же время он проезжал по указанному проезду, не видел, что на обочине находятся какие-либо остановившиеся транспортные средства, а также с уверенностью пояснил, что на данном участке дороги он ездит постоянно и по обочине ходят пешеходы из-за отсутствия тротуаров, которых хорошо видно при свете фар. Обочина также хорошо просматривается, несмотря на темное время суток. 

В связи с чем, судом сделан обоснованный вывод, что ФИО4 не мог не заметить, что совершил наезд на потерпевшего и умышленно скрылся с места ДТП.

Выводы суда о том, что ФИО4 понимал, что сбил человека, однако умышленно пытался скрыть следы путем замены поврежденного ветрового стекла, как правильно указал суд, подтверждаются также показаниями свидетеля ФИО32 о том, что ФИО4 долгое время управлял автомобилем с трещиной на стекле, поскольку у него не было денежных средств на замену. Сам ФИО4 подтвердил в суде, что у него имелся полис ОСАГО на автомобиль. Вместе с тем, несмотря на возможность замены стекла, обратившись в страховую фирму, если он полагал, что вред автомобилю причинен веткой дерева, ФИО4 в срочном порядке изыскал денежные средства на замену стекла.

Кроме того, на видеозаписи, которая велась в помещении автосервиса, запечатлен ремонт автомобиля RENAULT SR, государственный регистрационный знак №, а именно, замена переднего ветрового стекла автомобиля, в том числе с правкой правой стойки.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы адвоката о том, что в ходе судебного следствия не представлено доказательств того, что ФИО4 осознавал и понимал, что произошло ДТП, а также умышленно оставил место происшествия, являются несостоятельными.

Доводы адвоката в жалобе о том, что достоверно не установлен момент возникновения опасности для водителя с учетом камуфляжной формы одежды с отсутствием световозвращающих элементов, в связи с чем ФИО4 объективно не имел возможность обнаружить пешехода, также были предметом оценки суда первой инстанции и обоснованно отвергнуты.

Как правильно принял во внимание суд, исходя из показаний свидетелей-понятых ФИО33 и ФИО34, которые участвовали в следственном эксперименте, они не ориентировались на светоотражающие полосы на куртке статиста, а видели его силуэт, а именно ноги и туловище, в свете фар встречных автомобилей. Светоотражающих элементов они вообще не видели у статиста на куртке во время эксперимента, что опровергает доводы адвоката о том, что из-за отсутствия светоотражающих элементов на одежде потерпевшего он сливался с дорожной обстановкой.

Опровергаются материалами дела и доводы адвоката о допущенных при производстве следственного эксперимента нарушениях, в связи с чем, по его мнению, достоверно не установлено наличие или отсутствие технической возможности избежать ДТП.

Доводы адвоката о признании недопустимым доказательством протокола следственного эксперимента также были оценены судом и обоснованно отвергнуты, поскольку протокол следственного эксперимента соответствует требованиям ст.166 УПК РФ. Так, из материалов дела следует, что до проведения следственного эксперимента ФИО4 были разъяснены права, в том числе, право на участие адвоката, которым ФИО4 не пожелал воспользоваться, следственное действие произведено без участия адвоката. Замечаний у ФИО4 в части проведения следственного эксперимента без защитника не поступило. Кроме того, как правильно расценил суд, следственный эксперимент заключается лишь в воспроизведении обстоятельств события, без допроса подозреваемого, что никак не нарушило право ФИО4 на защиту.

Согласно заключению комплексной трасолого-автотехнической экспертизы № 339/4-1-22, 340/4-1-22, 341/4-1-22 от 15.04.2022 года, в условиях данного происшествия, при условии, когда статист выставлен на правый край проезжей части лицом в направлении к ул. Молокова, во всех вариантах водитель автомобиля «RENAULT SR» располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода экстренным торможением с остановкой автомобиля до места его обнаружения, что опровергает доводы адвоката о том, что достоверно не установлено наличие или отсутствие технической возможности избежать ДТП.

Как верно установил суд, данная экспертиза соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, объективных данных, позволяющих подвергнуть сомнению достоверность и научную обоснованность данного заключения, по делу не установлено. Допрошенный в суде эксперт ФИО35, проводивший указанную судебную экспертизу, пояснил, что никаких противоречий, указанных в постановлении следователя при назначении экспертизы, с материалами уголовного дела, представленных эксперту, им не установлено. Несмотря на то, что коэффициент сцепления не устанавливался, экспертом выбран коэффициент из заданной дорожной обстановки. Коэффициент сцепления асфальтированного покрытия и дорогой, имеющей песчано-гравийную обработку, снежный накат на асфальтированном покрытии одинаковый. Гравийная дорога или асфальтированная, с технической точки зрения никак не повлияла на расчеты. Загрузка транспортного средства имеет значение только при сухом асфальта-бетонном покрытии, если мокрый асфальт, гололед, снежный накат, это не имеет значения.

Поскольку в водительском удостоверении не имеется указания о том, что ФИО4 обязан использовать при вождении средства для коррекции зрения, несмотря на то, что согласно медицинскому заключению от 28.06.2021 года ФИО4 установлено медицинское показание к управлению транспортными средствами с использованием медицинских изделий для коррекции зрения, суд обоснованно исключил из обвинения ФИО4 излишне вмененный признак - нарушение п. 2.7 ПДД, как недоказанный в судебном заседании. Доводы жалобы адвоката, что судом не приведены мотивы, по которым исключено из обвинения нарушение п.2.7 ПДД и уменьшен объем обвинения, являются необоснованными.

Никаких новых доводов и обстоятельств, которые бы не были предметом оценки суда первой инстанции, адвокат в апелляционной жалобе не приводит, фактически не соглашаясь с выводами суда. Вместе с тем, оснований для переоценки выводов суда, суд апелляционной инстанции не усматривает. Всем доводам стороны защиты судом дана оценка, не согласиться с которой оснований не имеется.

Субъективная оценка доказательств, изложенная в апелляционной жалобе адвоката, не может быть принята во внимание, поскольку в соответствии с требованиями ст. 87, 88 УПК РФ все доказательства должным образом судом были проверены, сопоставлены и оценены с точки зрения их достоверности, относимости, допустимости, а в совокупности - достаточности для разрешения дела. Тот факт, что данная оценка доказательств не совпадает с позицией защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене или изменению приговора.

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, по делу отсутствуют. 

Приведенная судом совокупность доказательств не содержит взаимоисключающих сведений относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу.

Каких-либо противоречий в выводах суда, которые могли бы поставить под сомнение выводы суда о виновности ФИО4, квалификации его действий и назначении наказания, в приговоре не содержится. Обстоятельства, подлежащие в силу положений ст. 73 УПК РФ доказыванию, судом установлены полно и правильно.

Судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями ст. 15, 17, 240, 243, 252 УПК РФ, с соблюдением принципов состязательности сторон и презумпции невиновности, сторонам обвинения и защиты предоставлены равные возможности для реализации своих прав и созданы необходимые условия для исполнения процессуальных обязанностей. Все заявленные сторонами ходатайства, в том числе о признании недопустимым доказательством протокола следственного эксперимента, о проведении повторного следственного эксперимента, повторной автотехнической экспертизы, разрешены судом в установленном законом порядке после выяснения мнений участников судебного разбирательства и исследования фактических обстоятельств дела, по этим ходатайствам приняты законные и обоснованные решения. 

Отклонение ходатайств стороны защиты не свидетельствует о нарушении права стороны защиты на представление доказательств, а также принципов состязательности и равноправия сторон. Необоснованных отказов сторонам в удовлетворении ходатайств, в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, не допущено. Само по себе несогласие адвоката с принятыми судом решениями по заявленным ходатайствам не является основанием для признания их незаконными.

Суд апелляционной инстанции не усматривает, что отклонение какого-либо ходатайства, повлекло незаконность или необоснованность постановленного по делу приговора. 

Суд апелляционной инстанции полагает, что тщательно исследовав все обстоятельства дела и правильно оценив все доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности виновности ФИО4 в содеянном и верно квалифицировал его действия по п. «б» ч.2 ст. 264 УК РФ.

Психическое состояние ФИО4 в судебном заседании проверено надлежащим образом, в том числе с учетом заключения амбулаторной психиатрической судебной экспертизы от 28 марта 2022 года, в отношении инкриминируемого деяния он обоснованно признан вменяемым.

При назначении ФИО4 наказания суд, руководствуясь положениями ст. 6, 43, 60 УК РФ, учел характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, относящегося к категории средней тяжести, личность ФИО4, характеризующегося участковым уполномоченным полиции по месту жительства удовлетворительно, Краснояркой краевой федерацией альпинизма положительно, имеющего многочисленные грамоты, не состоящего на учете у врача-нарколога и врача-психиатра, его возраст, плохое состояние здоровья, вызванное наличием заболеваний.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО4, судом признаны в соответствии п.п. «и,к» ч.1 ст.61 УК РФ активное способствование раскрытию и расследованию совершенного преступления, выразившееся в участии в проверке показаний на месте, в ходе которого ФИО4 указал место, где произошел удар, в результате которого разбилось ветровое стекло, участок местности, где остановил автомобиль, иные действия направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему, выразившееся в перечислении денежных средств на счет законного представителя потерпевшего.

В соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ обстоятельствами, смягчающими наказание, судом признаны частичное признание вины, выразившееся в признании ФИО4 факта того, что тяжкий вред здоровью потерпевшего наступил в результате контакта с его автомобилем, положительные характеристики, состояние здоровья, возраст, нарушение потерпевшим правил дорожного движения.

Вопреки доводам адвоката в суде апелляционной инстанции какого-либо противоправного поведения потерпевшего, явившегося поводом для совершения преступления, из материалов дела не усматривается. Нарушение потерпевшим правил дорожного движения учтено судом в качестве смягчающего обстоятельства.

Отягчающих обстоятельств судом не установлено, в связи с чем наказание обоснованно назначено с учетом положений ч.1 ст.62 УК РФ.

Каких-либо отдельных смягчающих обстоятельств или совокупности таких обстоятельств, которые могли бы быть признаны исключительными и позволяли бы применить к осужденному положения ст. 64 УК РФ судом обоснованно не установлено, как и оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в порядке ч. 6 ст. 15 УК РФ. Не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции.

Является мотивированным и решение суда о необходимости исправления осужденного лишь в условиях изоляции от общества, без применения в отношении него положений ст. 73 УК РФ, с чем соглашается суд апелляционной инстанции.

Суд апелляционной инстанции полагает, что судом при назначении наказания были приняты во внимание все значимые для решения этого вопроса обстоятельства, и каких-либо иных обстоятельств, которые могли бы оказать влияние на назначение осужденному наказания, но не были установлены или надлежащим образом учтены судом, не выявлено. Наказание назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 60, 43 УК РФ.

При таких обстоятельствах апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит, приговор суда отвечает требования статьи 297 УПК РФ, является законным, обоснованным и справедливым.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, которые могли бы повлечь отмену приговора, по делу не установлено. Оснований для возвращения уголовного дела прокурору, вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, не имеется. Изменение обвинения в ходе предварительного следствия не противоречит нормам уголовно-процессуального законодательства. Окончательно предъявленное обвинение соответствует тексту обвинительного заключения.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Советского районного суда г.Красноярска от 5 декабря 2023 года в отношении ФИО3 оставить без изменения, апелляционную жалобу с дополнениями адвоката Жданова В.В. в интересах осужденного ФИО3 - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции по правилам главы 47.1 УПК РФ в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу. Осужденный имеет право ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья Красноярского краевого суда Л.В. Левченко