Судья Пантюхов О.А. Дело №22-570

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Кострома 16 июля 2019 года

Судебная коллегия по уголовным делам Костромского областного суда в составе:

председательствующего судьи Курохтина С.В.,

при секретарях Семеновой Г.В., Быстрове Р.В.,

с участием прокуроров Силановой К.С., Саковой И.В.,

осужденного ФИО1, защитника Ивановой Л.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и защитника Забродиной О.Л. на приговор Шарьинского районного суда Костромской области от 19 апреля 2019 года, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 285 УК РФ к наказанию в виде лишения права занимать должности, связанные с выполнением функций представителя власти, организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в государственных органах и органах местного самоуправления сроком на два года.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 сохранена до вступления приговора в законную силу.

Решена судьба судебных издержек и вещественных доказательств.

Заслушав осужденного ФИО1 и защитника Иванову Л.В., поддержавших доводы жалоб, мнение прокурора Саковой И.В., полагавшей, что оснований для отмены, изменения приговора не имеется, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО1 признан виновным в том, что, являясь судебным приставом-исполнителем межрайонного отдела судебных приставов по особо важным исполнительным производствам управления Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации по Костромской области, то есть должностным лицом, постоянно осуществляющим функции представителя власти в период с 13 по 22 февраля 2017 года в г. Шарья Костромской области при обстоятельствах подробно изложенных в приговоре, злоупотребляя своими должностными полномочиями из иной личной заинтересованности, выраженной в извлечении выгоды неимущественного характера, вопреки целям и задачам деятельности ФССП России принял процессуальные решения о незаконном окончании 73 исполнительных производств, что повлекло за собой существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 высказывает несогласие с приговором по следующим основаниям. Указанные в приговоре 73 исполнительных производства не находились в его производстве. В материалах дела отсутствуют данные, свидетельствующие о передаче ему в установленном порядке данных производств. Следовательно, он лишь выполнял техническую работу, а ответственность должен нести руководитель ОСП по Шарьинскому и Поназыревскому районам, в чьём производстве фактически находились эти производства, и который утвердил вынесенные им акты. Вывод суда о совершении им оконченного состава преступления противоречит нормам Федерального закона от 02.10.2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», устанавливающего, в частности, порядок возвращения исполнительного документа взыскателю. Ошибочным является вывод суда о том, какой из документов Акт или Постановление является первичным. Исполнительные производства, за прекращение которых он осужден, им не возбуждались. Следовательно, ему не обосновано вменено в вину не извещение должников о возбуждении в отношении них исполнительных производств. Суд не обоснованно признал в качестве доказательства и в качестве явки с повинной его показания данные им в качестве свидетеля по другому уголовному делу, чем нарушил его право на защиту. Просит об отмене обвинительного и вынесении в отношении него оправдательного приговора.

Защитник Забродина О.Л. в апелляционной жалобе в интересах ФИО1 несогласие с приговором мотивирует следующим. В действиях ФИО1 не содержится состава инкриминированного преступления. В г. Шарью ФИО1 был командирован, не смотря на то, что у него больная мать, требующая ухода. Был в подчинении руководства, выполнял техническую работу по их указанию, актов и постановлений не подписывал. «Рутокен» ФИО1 на хранение не сдавался. Руководство в лице ФИО10, ФИО11 и ФИО12 достоверно было осведомлено о происходящем. ФИО13, чтобы снять с себя ответственность за бездействие в предыдущие годы, непосредственно незаконно отменяла постановления об окончании ИП, затем снова утверждала их прекращение. Непонятно в чём состоит вина ФИО1, пояснившего, что исполнительные производства фактически не были сформированы, в папках отсутствовали необходимые документы, отсутствовали даже постановления о возбуждении самого исполнительного производства. Таким образом, ФИО1 выполнял техническую работу, подчинялся руководству, работал в базе исполнительных производств, формировал документы, и передавал их руководителю для проверки и утверждения. Постановления об окончании исполнительных производств не подписывал, их не утверждал, без подписи руководства такие постановления не имеют юридической силы. Следовательно, вина ФИО1 не доказана, в его действиях не содержится состава преступления. Просит обвинительный приговор в отношении ФИО1 отменить и вынести по делу оправдательный приговор.

Проверив материалы дела, доводы апелляционных жалоб, доводы возражений государственного обвинителя на жалобу защитника, судебная коллегия находит приговор законным и обоснованным.

Вина осужденного ФИО1 установлена совокупностью, исследованных в ходе судебного следствия и подробно изложенных в приговоре доказательств, которым, в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ, дана оценка с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности. В своей совокупности эти доказательства являются достаточными для постановления обвинительного приговора, получены в установленном законом порядке.

Предметом доказывания по настоящему делу является установления факта использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, совершенное из иной личной заинтересованности и повлекшее существенное нарушение охраняемых законом интересов общества или государства.

В ходе судебного разбирательства по делу достоверно установлено, что ФИО1, являясь должностным лицом, совершил действия, явно противоречащие интересам службы, и эти действия ФИО1 повлекли за собой существенное нарушение охраняемых законом интересов, что фактически и вменено судом в вину осужденному.

ФИО1 не оспаривает, что являлся должностным лицом и в ходе служебной командировки в г. Шарью в феврале 2017 года (с 13 по 22 февраля) подготовил документы, направленные на окончание 1819 исполнительных производств, включая 73 исполнительных производства, прекращение которых вменено ему в вину.

Однако сторона защиты настаивает, что действия ФИО1 носили исключительно технический характер, исполнительные производства не находились в его производстве, решение о прекращении указанных 73 дел принималось руководством.

Между тем в ходе разбирательства по делу указанные доводы являлись предметом всесторонней и полной проверки, надлежащим образом оценены и обоснованно отвергнуты как не состоятельные.

Так в судебном заседании достоверно установлено, что вмененные ФИО1 как незаконно оконченные 73 исполнительных производства были приняты им к своему производству и прекращены именно ФИО1, что подтверждено соответствующими отметками в АИС ФССП (автоматизированной системе ФССП).

Доводы стороны защиты о несоблюдении установленного порядка передачи исполнительных производств на квалификацию содеянного не влияют - ФИО1, совершая по ним процессуальные действия, тем самым фактически принял их к своему производству, принял на себя обязанность совершить по данным делам установленные законом действия и принять законные и обоснованные решения. Сам факт возможности совершения ФИО1 процессуальных действий в единой электронной системе Федеральной службы судебных приставов (АИС ФССП) свидетельствует о соблюдении процедуры допуска ФИО1 к работе с переданными ему исполнительными производствами.

Доводы о выполнении ФИО1 лишь технической работы также были проверены. Из представленных материалов следует, что в автоматизированной системе ФССП вмененные ФИО1 73 исполнительных производства числятся как прекращенные именно ФИО1, что невозможно без использования электронной подписи (РУТОКЕН), использование которой в командировке в г. Шарью ФИО1 не оспаривается. Довод жалобы защитника о вероятности использования РУТОКЕН ФИО1 третьими лицами не имеет какого-либо подтверждения, опровергается фактическими обстоятельствами дела, из которых следует, что ФИО1 был командирован в г. Шарью именно для исполнения обязанностей судебного пристава-исполнителя которые он в действительности и исполнял.

С учётом изложенного отсутствие на приложенных к делу документах оттиска электронной подписи ФИО1 так же каким-либо образом его не оправдывает и может свидетельствовать лишь о том, что электронная подпись проставлялась ФИО1 после распечатывания бумажного носителя.

При проведении почерковедческой экспертизы (т. 5 л.д. 218- 234) действительно не представилось возможным решить вопрос: - кем, ФИО1 или другим лицом выполнены подписи на исследованных документах по причине малого объёма графической информации, обусловленного краткостью подписи и простотой строения штрихов. Однако сам ФИО1 в ходе предварительного следствия и в судебном заседании не отрицал, что подписывал бумажные носители по исполнительным производствам. При указанных обстоятельствах доводы стороны защиты, указывающие на не установление факта подписания ФИО1 бумажных носителей именно по 73 вмененным ему исполнительным производствам не опровергают достоверно установленного факта вхождения данных исполнительных производств в общее число принятых к производству и прекращенных ФИО1 1819 исполнительных производств, что прямо следует из Реестра исполнительных производств, по которому рассматриваемые дела проходят не как проекты, а как оконченные ФИО1 и за его электронной подписью, дела (т. 4 л.д. 10-49).

Между тем процессуальные документы, подписанные исполнителем электронной подписью в автоматизированной системе ФССП, имеют юридическую силу, система признает оконченым исполнительное производство, по которому подписано постановление о прекращении производства, электронная подпись пресекает возможность совершать какие-либо действия связанные с исполнением по данному производству. Изготовление и подписание бумажных носителей фактического правового значения для дальнейшего исполнительного производства по делу не имеет. Отсутствие на бумажных носителях приложенных к делу оттисков электронной подписи не является обстоятельством, выявленным в суде апелляционной инстанции, поскольку из приговора следует, что суду первой инстанции об этом было достоверно известно. При этом суд исходил из того, что материалы для формирования дел по исполнительным производствам распечатывались без электронной подписи и поэтому подписывались физически.

Ссылка защиты на соотношение общего количества прекращенных ФИО1 производств и производств, прекращенных незаконно, не свидетельствует о малозначительности содеянного - прекращая исполнительные производства без проведения каких-либо исполнительных действий, ФИО1 не мог не осознавать, что принимаемые им решения являются незаконными.

Органами предварительного расследования ФИО1 вменялось использование своих служебных полномочий вопреки интересам службы, выразившееся в прекращении исполнительных производств без проведения установленных законом в установленном порядке исполнительных действий.

Именно в указанном объёме обвинения приговором суда и была установлена вина осужденного. Вопреки доводам жалоб суд не вышел за рамки предъявленного обвинения. Суждения суда о том, что до прекращения исполнительных производств ФИО1 не принял мер к извещению должников, таковым признано быть не может, поскольку направление извещений должникам является составной частью исполнительного производства. По принятым к производству делам ФИО1 обязан был выполнить весь комплекс мероприятий направленных на надлежащее их исполнение, в том числе и известить должников. В судебном заседании ФИО1 не отрицал, что по ряду дел выносил пакет документов, в том числе и постановления о возбуждении исполнительных производств, следовательно, о факте их вынесении он обязан был уведомить заинтересованных лиц. Однако как достоверно установлено выносимый пакет документов, фактически носил фиктивный характер, поскольку не повлек за собой совершения исполнительных действий и не был основан на результатах их проведения. Именно действия (бездействие) ФИО1 и привело к принятию им 73 незаконных решений.

В соответствии с ч. 1 ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Следовательно, доводы стороны защиты о причастности либо виновности в инкриминированном ФИО1 деянию третьих лиц предметом настоящего судебного разбирательства являться не могут в силу закона.

При этом судом первой инстанции достоверно установлено, что действия ФИО1 не были вынужденными, действовал он добровольно, не под принуждением, командирован был в установленном порядке, выехать в г. Шарью согласился, в г. Шарье исполнял обязанности соответствующие занимаемой должности пристава исполнителя. Противоправные задачи перед ФИО1 не ставились, незаконные приказы, и распоряжения ему также не отдавались.

Таким образом, учитывая, что ФИО1 не находился в состоянии крайней необходимости, не был лишен возможности отказаться от принятия по исполнительным производствам незаконных решений и действовать в установленном законом порядке, судебная коллегия приходит к выводу о том, что действовал ФИО1 умышленно, целенаправленно, по собственной воли.

Вопреки доводам стороны защиты в приговоре суда раскрыты мотивы действий ФИО1, стремившегося получить выгоды неимущественного характера, приведен перечень указанных выгод, раскрыты негативные последствия противоправных действий виновного, повлекшие существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства. Сделанные выводы судом мотивированы и с данной мотивацией судебная коллегия согласна.

Действиям ФИО1 дана правильная юридическая оценка.

Наказание ФИО1 назначено с учётом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности виновного, фактических обстоятельств дела, обстоятельств смягчающих его наказание, иных значимых обстоятельств, с соблюдением установленного ст. 6 УК РФ принципа справедливости. Вывод о возможности достижения целей и задач наказания назначением наказания в виде лишения права занимать определенные должности судом мотивирован. При этом размер назначенного наказания определен с учётом требований ч. 1 ст. 62 УК РФ, не в максимальном пределе санкции статьи, назначенное наказание не может быть признано чрезмерно суровым. С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется.

Признавая в качестве явки с повинной показания ФИО1, данные им в качестве свидетеля, суд не нарушил требований закона и прав виновного, поскольку сведения сообщенные ФИО1 при допросе в качестве свидетеля в дальнейшем неоднократно были им подтверждены в присутствии защитника в ходе допросов в качестве подозреваемого и обвиняемого.

Таким образом, уголовное дело рассмотрено, и приговор постановлен в строгом соответствии с процедурой судебного разбирательства, нарушений требований УПК РФ влекущих отмену судебного решения по делу не допущено, права сторон соблюдены в полной мере. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

П О С Т А Н О В И Л А:

Приговор Шарьинского районного суда Костромской области от 19 апреля 2019 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, принесенные на приговор апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Председательствующий _________________________ (Судья Курохтин С.В.)