Дело № 2-240/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

6 февраля 2017 года г. Саратов

Октябрьский районный суд г. Саратова в составе председательствующего по делу судьи Замотринской П.А.,

при секретаре Кашпорове А.А.,

при участии истца ФИО1,

представителя ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице УФК по Саратовской области ФИО9, действующей на основании доверенности от 

<

дата>, 

представителя ответчика Следственного отдела по г. Саратову следственного управления Следственного комитета России по Саратовской области и третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, СУ СК России по Саратовской области – ФИО10, действующей на основании доверенности от 

<

дата>,

представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, прокуратуры Саратовской области – ФИО11, действующей на основании доверенности от 

<

дата>,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице УФК по Саратовской области, Следственный отдел по г. Саратову следственного управления Следственного комитета России по Саратовской области, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, Прокуратура Саратовской области, СУ СК России по Саратовской области, следователь по особо важным делам СО по г. Саратову СУ СК РФ по Саратовской области ФИО12 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием,

установил:

ФИО1 обратился в суд с исковыми требованиями к Министерству финансов Российской Федерации в лице УФК по 

<

адрес>, в обоснование которых указал, что в октябре 2014 года в ОРЧ СБ ГУ МВД России по Саратовской областиобратился гр. ФИО2 с заявлением о том, что он совместно с оперуполномоченным УЭБиПК ГУ МВД РФ по Саратовской области ФИО3 вымогаю у ФИО2 деньги в качестве взятки за изменение меры пресечения в отношении его дочери ФИО4, находящейся в 

<

данные изъяты>, подозреваемой по ч. 4 ст. 159 УК РФ. По данному обращению сотрудниками ОРЧ СБ ГУ МВД России по Саратовской области была назначена и проведена служебная проверка, по результатам которой было вынесено решение о привлечении меня к дисциплинарной ответственности в виде увольнения (приказ ГУ МВД России по Саратовской области № от 

<

дата>). Приказом ГУ МВД России по Саратовской области № л/с от 

<

дата> он уволен по п. 6 ч. 2 ст. 82 ФЗ № от 30.1 1.2011 года «О службе в органах внутренних дел РФ и внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ». По результатам служебной проверки материал проверки по вышеуказанномуфакту был направлен в СО СУ СК России по Саратовской области для проведенияпроверки в порядке ст. 144 УПК РФ и принятия решения в порядке ст. 145 УГЖРФ, в связи с тем, что в его действиях и действиях ФИО5 могутсодержаться признаки преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30- ч. 5 ст. 290, ч. 3ст. 30- ч. 4 ст. 159 УК РФ. 

<

дата> следователем СО по г. Саратову СУ СК РФ по Саратовской области ФИО12 в отношении него было возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ, потерпевшим признан ФИО2 уголовное преследование в отношении него продолжалось в течение 8 месяцев, т.е. до 

<

дата>. В ходе расследования уголовного дела в отношении меня неоднократно проводились следственные действия, допросы, очные ставки, экспертизы. В ходе расследования уголовного дела в отношении меня мера пресечения не избиралась. 

<

дата> следователем СО по г. Саратову СУ СК РФ по Саратовской области ФИО12 было вынесено постановление о прекращении уголовного преследования в отношении него по уголовному делу № по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, в связи с непричастностью к совершенному преступлению. Ему было разъяснено, что он имею право на реабилитацию в порядке, предусмотренном главой 18 УПК РФ. До настоящего времени уведомленными лицами в порядке гл. 16 УПК РФ указанное постановление не обжаловалось. Степень его нравственных страданий увеличивали следующие обстоятельств: 1. неоднократное незаконное и необоснованное продление сроков предварительного следствия. Он не давал поводов следствию по несколько раз допрашивать его, проводить очные ставки, показания не менял и на себя, как на лицо, совершившее преступление не указывал. В постановлениях о продлении сроков следствия ничего нового не указывалось, ни о каких дополнительных версиях которые необходимо проверить ничего не говорилось. Неоднократные следственные действия, которые проводились с ним. 2. После того, как в отношении него было возбуждено уголовное дело и он был уволен с работы его семья и родственники сильно переживали, поскольку у них практически не оставалось средств к существованию, супруга не работала находилась в декретном отпуске с грудным ребенком, не чем было гасить кредиты в банках, покупать необходимые лекарства ребенку. На протяжении длительного времени он не мог трудоустроиться, поскольку информация о привлечении его к уголовной ответственности «пугала» его потенциальных работодателей, и тот факт, что уголовное преследование прекращено, уже некого не интересовал. 3. Во время проведения в отношении него доследственной проверки и расследования уголовного дела, в прессе и в сети интернет он подвергался незаконным обвинениям в том, чего не совершал. Более того, информация о привлечении его к уголовной ответственности и по сей день находится в свободном доступе в сети интернет, и для ее прочтения достаточно ввести мою фамилию в любом поисковике Интернет-ресурса. СМИ не «стеснялись» в выражениях, порочащих мою честь и достоинство и наносящих неизгладимый вред по его репутации, и что самое главное, по сей день нет ни одной «обеляющей» статьи, опровергшей все предыдущие. Следует понимать, что пресса печатала данные статьи, опираясь на те сведения, которые получала от органа предварительного следствия, поэтому вина последних здесь очевидна. Все эти интернет издания читали мои родители, родственники, друзья, близкие, что не могло не принести сильнейшие душевные переживания и страдания не только ему, но и близким. Более того, по федеральному каналу № в телепередаче «Момент истины» был показан видеосюжет, в котором рассказывалось о якобы его мошеннических действиях, в то время когда дело еще расследовалось, и не было обвинительного заключения (выпуск от 

<

дата> «Коррупция- Момент истины»). В этом видеосюжете, транслируемом на всю Россию, называлась его фамилия и имя. Данный видеосюжет еще в большей степени нанес мощнейший удар по его репутации и привел к нравственным страданиям его и семьи. Следует отметить, что почвой для данного сюжета стало указанное уголовное дело №, поэтому очевидна вина органов предварительного следствия. Для него, как для человека, успешно получившего два высших образования, стремящегося сделать хорошую карьеру, имеющего высокие достижения по службе, неоднократные поощрения от руководства, лучшего сотрудника УЭБиПК ГУ МВД России по Саратовской области 

<

дата> года, все произошедшее, связанное с уголовным делом навсегда уничтожило все то, к чему он стремился и к чему шел. Поэтому невозможно даже передать словами степень физических и нравственных страданий причиненных ему в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности. Отсутствие справедливого разбирательства. После возбуждения уголовного дела он обжаловал данное решение в порядке, предусмотренном ст. 125 УПК РФ, однако 

<

дата> Октябрьским районным судом г. Саратова было вынесено постановление об оставлении жалобы без удовлетворения. В жалобе ставился вопрос о признании незаконным постановления следователя СО по г. Саратову СУ СК России по Саратовской области ФИО12 от 

<

дата> о возбуждении в отношении меня уголовного дела. Однако жалоба была оставлено без удовлетворения. В связи с отсутствием справедливого и беспристрастного судебного разбирательства я испытывал чувство безысходности. Таким образом, уголовное дело повлекло за собой административный прессинг и дискриминацию. Считает, что следствие по делу велось ненадлежащим образом, допускалась сплошная волокита и необъективность в расследовании, что в конечном итоге привело к прекращению уголовного дела лишь спустя 8 месяцев. Все это время он испытывал неудобства и позор за те действия, которые не совершал. В ходе предварительного следствия в отношении него были допущены нарушения прав и свобод человека, предусмотренные Конвенцией «О защите прав человека и основных свобод от 

<

дата>», а именно ст. ст. 1, 3, 5, 6, 13 Конвенции. С учетом вышеизложенного полагает справедливой и разумной денежной компенсацией морального вреда за незаконное уголовное преследование, которое длилось почти восемь месяцев, в размере 350 000 рублей. Для сбора документов, юридической консультации и написания настоящего искового заявления им 

<

дата> был заключен договор-соглашение с Саратовской специализированной коллегией адвокатов- филиал «Юринформ- Сервис», в лице адвоката Свидетель 1 его услуги были оплачены в сумме 17 500 рублей. На основании изложенного просит взыскать с Министерства финансов РФ за счет средств казны РФ в его пользу в счет компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, денежные средства в размере 350 000 рублей; расходы по оплате услуг представителя в размере 17 500 рублей. 

В ходе подготовки дела к судебному заседанию представитель ответчика Следственного отдела по г. Саратову следственного управления Следственного комитета России по Саратовской области и третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, СУ СК России по Саратовской области – ФИО10 представила возражения на исковое заявление, согласно которым 

<

дата> следователем по особо важным делам следственного отдела по городу Саратов СУ СК России по Саратовской области ФИО12 по результатам доследственной проверки в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст.30-159 ч.4 УК РФ. В ходе предварительного расследования 

<

дата> следователем по особо важным делам следственного отдела по городу Саратов СУ СК России по Саратовской области ФИО12 в отношении ФИО1 вынесено постановление о прекращении уголовного преследования в связи с непричастностью к совершению преступления ( п.1 ч.1 ст.27 УПК РФ) и за ним признано право на реабилитацию. В отношении второго фигуранта по делу ФИО5, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.З ст.30-159 ч.4 УК РФ уголовное дело № направлено в суд и рассмотрено по существу с вынесением обвинительного приговора. В процессе расследования уголовного дела ФИО1 был допрошен в качестве подозреваемого, обвинение ему не предъявлялось. В порядке ст.91 УПК РФ ФИО1 не задерживался, мера пресечения в отношении него не избиралась, меры процессуального принуждения не применялись. Уголовное преследование в отношении него осуществлялось менее 8 месяцев. В соответствии с Постановлением Пленума Верховного суда РФ от 29. ноября 2011 года № «О практике применения судами норм главы 18 УПК РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является вынесенный в отношении него оправдательный приговор или вынесенное постановление о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям указанным в ч.2 ст. 133 УПК РФ, либо об отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера. Согласно ч.1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом. В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен Уголовнопроцессуальным кодексом (ст.ст. 133-139, 397 и 399 УПК РФ). Согласно ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Из содержания ст. 1099 ГК РФ следует, что основания и размер компенсации морального вреда определяются правилами, предусмотренными ст.ст. 1100, 1101 и 151 ГК РФ. В соответствии ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ. По смыслу п.2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а так же степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. Согласно ст.151 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства (в том числе тяжесть предъявленного истцу обвинения и объем наступивших для него последствий). В процессе расследования уголовного дела ФИО1 был допрошен в качестве подозреваемого, обвинение ему не предъявлялось. В порядке ст.91 УПК РФ ФИО1 не задерживался, мера пресечения в отношении него не избиралась, меры процессуального принуждения не применялись. Уголовное преследование в отношении него осуществлялось менее 8 месяцев. Истцом не представлено доказательств того, что привлечение к уголовной ответственности с последующим прекращением уголовного преследования по реабилитирующим основаниям, привело к наступлению для него каких-либо тяжких последствий. С учетом изложенного, полагает, что истцом заявлена несоразмерная сумма компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, ее размер не отвечает требованиям разумности и справедливости. Кроме того, истец просит взыскать с ответчика расходы понесенные им в связи с оплатой услуг представителя в размере 17 500 рублей. Согласно ч.1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось судебное решение, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы по оплате услуг представителя в разумных пределах. При определении разумных пределов расходов на оплату услуг представителя принимая во внимание: относимость расходов по делу, объем и сложность выполненной работы на написание искового заявления, время, затраченное на участие в одном судебном заседании. В связи с чем, полагает, что размер заявленной суммы на оплату услуг представителя является несоразмерным проделанной работе по делу, не отвечает принципам разумности и справедливости.

В ходе судебного заседания истец ФИО1 возражал против представленных представителем ответчика Следственного отдела по г. Саратову следственного управления Следственного комитета России по Саратовской области и третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, СУ СК России по Саратовской области – ФИО10 возражений, пояснил, что доводы, указанные в возражениях противоречат сами себе. Так, в начале ФИО10 указывает, что его исковые требования являются необоснованными и не подлежат удовлетворению, и в тоже время ФИО10 приводит доводы о том, что им заявлена несоразмерная сумма, не отвечающая требованиям разумности и справедливости. Из смысла данных возражений следует, что исковые требования все таки подлежат удовлетворению, но, по мнению ФИО10, просто являются несоразмерными и не справедливыми. Им в иске подробно указаны причины и обстоятельства, свидетельствующие о причинении ему морального вреда. Само по себе возбуждение и расследование уголовного дела уже является для него сильным моральным потрясением, с учетом того, что его пытались привлечь к уголовной ответственности по тем обстоятельствам, к которым он вообще не имел никакого отношения. На протяжении всего срока предварительного следствия, он и его адвокат пытались донести до следователя, что он не причастен к совершенному преступлению, но их будто бы не слышали. Он чувствовал свое бессилие и бесправие перед следственными органами. Он понимал, что его могут в любой момент заключить под стражу и впоследствии осудить. К сожалению, в судебной практике имеются случаи судебных и следственных ошибок, когда были наказаны невиновные лица. И он очень боялся стать одним из них. Боялся в первую очередь за будущее свей семьи, ребенка, с учетом того что его жена и ребенок находились и находятся у него на иждивении. Он боялся за своих пожилых родителей, для которых было большим ударом узнать о возбуждении в отношении него уголовного дела и тем более трудно представить, что было бы с ними, если бы его осудили. Ему было жутко не удобно перед своими родственниками и друзьями, потому что не всем он мог объяснить, что он ни в чем не виновен, но зато все смотрели телевизор, читали газеты и интернет издания и все знали о возбужденном в отношении него уголовном дела. Многие его друзья и родственники отвернулись от него, перестали сним общаться и стараются избегать его, и это при том, что он ни в чем не виновен. Фактически во всей этой истории виноват следственный комитет и конкретные сотрудники этого ведомства, а страдать приходиться мне. Это не справедливо и считаю, что как минимум материальной компенсации он заслужил. На сегодняшний день, когда дело прекращено гораздо проще вспоминать о событиях того времени, но на тот период он переживал тяжелейшие испытания для себя. Никто заранее ему не говорил, что дело будет прекращено и все будет хорошо, а наоборот со стороны следствия на него осуществлялось давление, следователь говорил ему что уголовное дело в отношении него и ФИО5 согласовано во всех инстанциях и дойдет до суда. За всю свою жизнь он не совершил ни одного преступного правонарушения, в службе он всегда старался быть первым, побеждал во всевозможных конкурсах, у него был хороший карьерный рост, он был на хорошем счету у своего руководства и в будущем планировалось его назначение на должность заместителя начальника отдела УЭБиПК ГУ МВД России по Саратовской области. Он получал неоднократно приглашения продолжить службу в ГУЭБиПК МВД России. Имел многочисленные поощрения со стороны руководства, его фото размещалось на доске почета как лучшего сотрудника области. Он пользовался авторитетом и уважением среди коллег по службе, а также у своих друзей и родственников. И все это благодаря тому, что с момента поступления в институт МВД стремился сделать карьеру и стремился стать лучшим. Но все это рассыпалось, после того как в отношении него было возбуждено уголовное дело. И даже после прекращения уголовного преследования по реабилитирующим обстоятельствам он не может вернуть все то, чего он добился за всю свою жизнь. Это уголовное дело навсегда останется черным пятном в его жизни. Это еще раз подчеркивает степень моральных страданий, которое ему принесло возбужденное уголовное дело. Таким образом, считает, что ему были причинены существенные нравственные страдания и вред, и сам факт уголовного преследования уже должен расцениваться как тяжкие последствия. Стоит напомнить, что в отношении него было возбуждено уголовное дело по ч. 3 ст. 30 ч. 4 ст. 159 УК РФ. Данное преступление относится к категории тяжких преступлений и данный факт также должен быть учтен судом. Считает, что расходы, понесенные им в связи с оплатой услуг представителя подлежат возмещению в полном объеме, так как у него не было возможности воспользоваться услугами бесплатного адвоката и он не мог сам устанавливать стоимость оказанных ему услуг, а вынужден был оплатить ту сумму, которую затребовал за свою работу адвокат Свидетель 1 

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице УФК по Саратовской области – ФИО13. в судебном заседании против удовлетворения заявленных требований возражала по основаниям, изложенным в письменных возражениях на исковое заявление, в соответствии с которыми истцом не указано, какие именно документы изучал адвокат, настоящее исковое заявление подписано самим ФИО1; во-вторых, в объем стоимости услуг по оказанию юридической помощи входит оказание услуг по иному делу, а именно по возмещению имущественного вреда, рассмотрение которого подлежит в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, также в объем услуг входит восстановление в трудовых правах, что аналогично, является предметом иного процессуального спора. Кроме того, согласно ст. 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги. В силу ст. 783 ГК РФ общие положения о подряде (статьи 702 - 729) и положения о бытовом подряде (статьи 730 - 739) применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит статьям 779 - 782 ГК РФ, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг. Исходя из смысла ч. 2 ст. 720 ГК РФ приемка работ удостоверяется актом, либо иным документом, удостоверяющим приемку. В соответствии с ч. 1 ст. 25 Федерального закона от 31 мая 2002 года N 63-Ф3 "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" адвокатская деятельность осуществляется на основе соглашения между адвокатом и доверителем, существенными условиями которого, в силу ч. 4 вышеназванного закона, являются: указание на адвоката, принявшего исполнение поручения в качестве поверенного, а также на его принадлежность к адвокатскому образованию и адвокатской палате; предмет поручения; условия выплаты доверителем вознаграждения за оказываемую юридическую помощь; порядок и размер компенсации расходов адвоката, связанных с исполнением поручения; размер и характер ответственности адвоката, принявшего исполнение поручения. Кроме того, в соответствии с ч. 6 ст. 25 данного Федерального закона вознаграждение, выплачиваемое адвокату доверителем, и компенсация адвокату расходов, связанных с исполнением поручения, подлежат обязательному внесению в кассу соответствующего адвокатского образования либо перечислению на расчетный счет адвокатского образования в порядке и сроки, которые предусмотрены соглашением. Постановлением Государственного комитета Российской Федерации по статистике от 18.08.1998 N 88 «Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету кассовых операций, по учету результатов инвентаризации» (далее - Постановление) для юридических лиц всех форм собственности, кроме кредитных организаций, утверждены унифицированные формы первичной документации по учету кассовых операций, к которым относятся приходный кассовый ордер, расходный кассовый ордер, журнал регистрации приходных и расходных кассовых документов, кассовая книга, книга учета принятых и выданных кассиром денежных средств. Пунктом 2 данного Постановления предусмотрено, что указанную документацию обязаны вести юридические лица всех форм собственности, кроме кредитных организаций, осуществляющих кассовое обслуживание физических и юридических лиц. Постановлением Правительства Российской Федерации от 6 мая 2008 г. N 359 "О порядке осуществления наличных денежных расчетов и (или) расчетов с использованием платежных карт без применения контрольно-кассовой техники" утверждено Положение, согласно которому устанавливается порядок осуществления организациями и индивидуальными предпринимателями наличных денежных расчетов и (или) расчетов с использованием платежных карт без применения контрольно-кассовой техники в случае оказания услуг населению при условии выдачи документа, оформленного на бланке строгой отчетности, приравненного к кассовому чеку, а также порядок утверждения, учета, хранения и уничтожения таких бланков. Согласно пунктам 2, 4 данного Положения на бланках строгой отчетности оформляются предназначенные для осуществления наличных денежных расчетов и (или) расчетов с использованием платежных карт без применения контрольнокассовой техники в случае оказания услуг населению квитанции, билеты, проездные документы, талоны, путевки, абонементы и другие документы, приравненные к кассовым чекам. Бланк документа изготавливается типографским способом или формируется с использованием автоматизированных систем. Изготовленный типографским способом бланк документа должен содержать сведения об изготовителе бланка документа (сокращенное наименование, идентификационный номер налогоплательщика, место нахождения, номер заказа и год его выполнения, тираж), если иное не предусмотрено нормативными правовыми актами об утверждении форм бланков таких документов. С учетом того, что истцом не представлено доказательств оказания юридической помощи по настоящему гражданскому делу, не обоснован объем якобы оказанных юридических услуг, не представлено доказательств якобы оплаченных юридических услуг, требования о взыскании расходов об оплате услуг удовлетворению не подлежат. Таким образом, принимая во внимание тот факт, что наличие самого права нареабилитацию не является основополагающим обстоятельством для взысканияморального вреда, истцом не представлено каких-либо доказательств причиненияему физических или нравственных страданий в связи с уголовным преследованиемпо ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ, не представлено каких-либо доказательствпричинения морального вреда в заявленном размере, учитывая фактическиеобстоятельства уголовного дела, а также то, что истцом, не представленодоказательств якобы оказанной юридической помощи, доказательств оплаты понастоящему гражданскому делу. На основании изложенного просит прекратить производство по гражданскому делу по иску ФИО1 кМинистерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда,причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности.

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержал доводы искового заявления в полном объеме, пояснил, что считает, что возбужденное уголовное дело нанесло ему моральные страдания, потому что в отношении него осуществлялся административный прессинг со стороны органов следственного комитет, грозились избрать меру пресечения в виде заключения под стражу, обыска в доме. В процессе расследования уголовного дела он был уволен со службы и не мог долго устроиться на работу. Он успешно проходил собеседования, но ему отказывали, так как в отношении него расследовалось уголовное дело, и даже после его прекращения его не принимали из-за того, что оно возбуждалось. Само постановление о прекращении уголовного дела не имело для них значения, что является пятном на его карьере. Устроиться он пытался в компанию 

<

данные изъяты> и еще в трех компаниях в службу экономической безопасности, но везде ему было отказано из-за возбужденного уголовного дела. Долгий период до того, как он стал адвокатом, он не имел источника доходов, не мог устроиться на работу. Его семья также переживала за него, на них это тоже повлияло, так как его жена не работает, а находится в отпуске по уходу за ребенком. Все родственники переживали, звонили ему. Некоторые друзья и родственники отвернулись от него и до сих пор не общаются с ним, потому что считают его преступником. Фактически из-за вины следственных органов он до сих пор страдает. Обвиняли в покушение на мошенничество в особо крупном размере. По сути, что он вместе с ФИО5 вымогал с гражданина денежные средства в размере 20 000 тысяч евро. Уголовное дело было возбуждено в отношении него и ФИО5. С 

<

дата> года работал в ОВД, с момента окончания школы МВД, уволен в мае 

<

дата> года, в связи с тем, что, зная о том, что в отношении ФИО5 совершаются коррупционные действия, подстрекательского характера, он не сообщил руководству о данном факте. Он был уволен по результатам проверки. Результаты проверки легли в основу уголовного дела. На сегодняшний день, он обжалует факт увольнения и пытается восстановиться на службе. 

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице УФК по Саратовской области ФИО14 в судебном заседании поддержал доводы, указанные в возражениях на исковое заявление. Полагал. Что производство по делу подлежит прекращению, поскольку имеется определение Волжского районного суда г. Саратова о прекращении уголовного дела по этому же предмету и по этим же основаниям. Помимо этого ссылался на то, что в отношении ФИО1 были проведены минимальные следственные действия. Также он был уволен из ОВД не в связи с возбужденным уголовным делом, а официально в связи с грубым нарушением служебной дисциплины. Также отсутствуют доказательства судебных расходов. Доказательствами, представленными истцом является рукописный текст и квитанция, в которой указано, за реабилитацию, но не конкретно. И дата указано в 

<

дата>, в день вынесения определения Волжским районным судом г. Саратова. Соответственно нет доказательств, подтверждающих расходы по данному гражданскому делу. Также квитанции нельзя признать надлежащим доказательством, так как они не на бланках строгой отчетности. На основании изложенного, просил суд отказать в удовлетворении требований, в прекратить производство, так как дело уже рассматривалось.

Представитель ответчика Следственного отдела по г. Саратову следственного управления Следственного комитета России по Саратовской области и третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, СУ СК России по Саратовской области ФИО10 в судебном заседании пояснила, что считает, что сумма заявленная истцом не соразмерна. Действительно, 

<

дата>, следователем следственного комитета ФИО12, было возбуждено уголовное дело, которое в последствии было прекращено 

<

дата>, тем же следователем, в связи с непричастностью ФИО1 к совершению преступления. Таким образом, уголовное преследование в отношении истца осуществлялось около 8 месяцев, в отношении него был выполнен минимальный объем следственных действий. Считаем, что сумма заявлена не соразмерная. Кроме того, истец просит взыскать судебные расходы, за помощь адвоката в составлении искового заявления. Истец сам говорил, что данное исковое заявление он писал сам, а 17 500 рублей оплатил за исковое заявление в Волжский районный суд г. Саратова. Поэтому, считает, что данные денежные средства не подлежат взысканию.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, прокуратуры Саратовской области ФИО11 в судебном заседании пояснила, что прекращение уголовного преследования в отношении лица является безусловным основанием для взыскания компенсации морального вреда, однако сумма является завышенной, истцом не представлено доказательств о том, что факт уголовного преследования, привел к наступлению каких-либо тяжких последствий. Как истец пояснил, что обвинения ему не предъявлялось, из материалов уголовного дела следует, что он допрашивался один раз в качестве подозреваемого, мера пресечения ему не избиралась, меры процессуального принуждения также не избирались, поэтому я считаю, что сумма завышена, и в случае взыскания, прошу суд учитывать требования разумности и справедливости, а в части взыскания судебных расходов, прошу суд отказать в удовлетворении требований. Поскольку истцом не представлено доказательств того, что данные денежные были оплачены за составление искового заявления в Октябрьский районный суд г. Саратова, учитывая то, что истец сам является адвокатом.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, следователь по особо важным делам СО по г. Саратову СУ СК РФ по Саратовской области ФИО12, в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, причина неявки суду не известна. 

Изучив доводы искового заявления, возражений на исковое заявление, выслушав объяснения участников процесса, показания свидетелей, исследовав материалы гражданского дела, материалы уголовного дела, суд приходит к следующему. 

При таких обстоятельствах с учетом положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определил рассмотреть дело в отсутствие не явившегося лица. 

Изучив доводы искового заявления, возражений на исковое заявление, выслушав объяснения участников процесса, показания свидетеля, исследовав материалы гражданского дела и материалы уголовного дела, суд приходит к следующему. 

Согласно ст.ст. 52 и 53 Конституции РФ к числу гарантированных конституционных прав граждан относится право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. 

Как следует из ч. 2, 2.1 и 3 указанной выше статьи, а также из разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют:

подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор,

подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения, 

подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса; в том числе и лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по указанным основаниям по части предъявленного ему самостоятельного обвинения (например, при прекращении уголовного дела за отсутствием состава преступления, предусмотренного статьей 105 УК РФ, при обвинении в убийстве и краже). 

осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего Кодекса непричастность подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления: 

непричастность подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления, 

прекращение уголовного дела в связи с отсутствием события преступления; 

прекращение уголовного дела в связи с отсутствием в деянии состава преступления, 

прекращение уголовного дела в связи истечением сроков давности уголовного преследования; 

прекращение уголовного дела в связи со смертью подозреваемого или обвиняемого,

прекращение уголовного дела в связи с отсутствием заключения суда о наличии признаков преступления в действиях одного из лиц, указанных в пунктах 2 и 2.1 части первой статьи 448 настоящего Кодекса, либо отсутствие согласия соответственно Совета Федерации, Государственной Думы, Конституционного Суда Российской Федерации, квалификационной коллегии судей на возбуждение уголовного дела или привлечение в качестве обвиняемого одного из лиц, указанных в пунктах 1 и 3 - 5 части первой статьи 448 настоящего Кодекса. 

лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры. 

право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, в порядке, установленном настоящей главой, по уголовным делам частного обвинения имеют лица, указанные в пунктах 1 - 4 части второй настоящей статьи, если уголовное дело было возбуждено в соответствии с частью четвертой статьи 20 настоящего Кодекса, а также осужденные по уголовным делам частного обвинения, возбужденным судом в соответствии со статьей 318 настоящего Кодекса, в случаях полной или частичной отмены обвинительного приговора суда и оправдания осужденного либо прекращения уголовного дела или уголовного преследования по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 и 5 части первой статьи 24 и пунктами 1, 4 и 5 части первой статьи 27 настоящего Кодекса. 

любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении его оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, либо об отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера.

Право на реабилитацию признается за лицом дознавателем, следователем, прокурором, судом, признавшими незаконным или необоснованным его уголовное преследование (принявшими решение о его оправдании либо прекращении в отношении его уголовного дела полностью или частично) по основаниям, перечисленным в части 2 статьи 133 УПК РФ. 

В соответствии с ч. 1 ст. 134 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

После вступления в законную силу указанных решений суда, а также вынесения (утверждения) постановлений дознавателем, следователем, прокурором реабилитированному лицу должно быть направлено извещение с разъяснением установленного статьями 133, 135, 136, 138, 139 УПК РФ порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием, в котором, в частности, должно быть указано, какой вред возмещается при реабилитации, а также порядок и сроки обращения за его возмещением.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 11 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации исковое заявление о возмещении вреда, причиненного в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования (в части требований, оставленных без рассмотрения в порядке уголовного судопроизводства), в соответствии с частью 6 статьи 29 ГПК РФ может быть подано реабилитированным по его выбору в суд по месту своего жительства или в суд по месту нахождения ответчика. При этом реабилитированный освобождается от уплаты государственной пошлины (подпункт 10 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации).

При разрешении требований реабилитированного суд не вправе возлагать на него обязанность доказать наличие вины конкретных должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в причинении ему вреда в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием, поскольку в силу положений пункта 1 статьи 1070 ГК РФ, а также части 1 статьи 133 УПК РФ такой вред подлежит возмещению независимо от вины указанных лиц.

Таким образом, право на реабилитацию должно быть признано за лицом в порядке, предусмотренном ст. 134 УПК РФ, дознавателем, следователем, прокурором, судом в приговоре, определении, постановлении. 

Исковое заявление о возмещении морального вреда в порядке гражданского судопроизводства может быть подано реабилитированным лицом, то есть лицом, за которым признано право на реабилитацию. 

В материалах гражданского дела и в материалах исследованного уголовного дела имеется постановление следователя по особо важным делам следственного отдела по г. Саратову Следственного управления Следственного комитета России по Саратовской области старшего лейтенанта юстиции ФИО12 о прекращении уголовного преследования по уголовному делу № в отношении ФИО1, 

<

дата> года рождения, по п. 1 ч. 1 ст. 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с непричастностью его к совершению преступления. За ФИО1 признано право на реабилитацию в порядке, предусмотренном главой 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, указанные выше требования закона истцом при подаче в суд заявления о компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, соблюдены. 

При таких обстоятельствах, учитывая прекращение уголовного преследования по уголовному делу в отношении истца по реабилитирующему основанию, наличие указания в постановлении следователя о признании за ним права на реабилитацию по этим основаниям, а также положения ст. 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд полагает требования истца о взыскании в его пользу компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием, законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению с учетом требований о разумности и справедливости взыскиваемой компенсации. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает следующее. 

Согласно ч. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии со ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, среди прочего в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Из ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда также должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» установлено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Моральный вред причинен истцу действиями органа предварительного следствия, то есть государственного органа, и подлежит возмещению независимо от вины должностных лиц.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда», размер компенсации морального вреда зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае и иных заслуживающих внимания обстоятельств.

Как следует из материалов уголовного дела, уголовное дело в отношении ФИО6 и в отношении ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного с. 30 ч. 3, 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации было возбуждено 

<

дата> (л.д. 1-2 тома 1 уголовного дела). 

Уголовное дело было возбуждено на основании заключения служебной проверки в отношении сотрудников ГУ МВД России по Саратовской области по обращению гр. ФИО7, по результатам которой ФИО1, наряду с другими сотрудниками органов внутренних дел, уволенных или привлеченных в иным видам дисциплинарной ответственности, уволен из органов внутренних дел Российской Федерации по п. 6 ч. 2 ст. 82 Федерального закона № 342-ФЗ от 30 ноября 2011 года «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (в связи с грубым нарушением служебной дисциплины) (л.д. 58-115 тома 1 уголовного дела). 

<

дата>, 

<

дата>, 

<

дата>, 

<

дата> от ФИО1 до возбуждения дела отбирались объяснения (л.д. 136-137, 138-139, 140-141, 184-189 тома 1 уголовного дела). 

В ходе производства по уголовному делу ФИО1 сместе со своим защитником знакомились с постановлениями о назначении экспертиз и с результатами проведенных по делу экспертиз (л.д. 115-116 тома 3 уголовного дела, л.д. 238-239 тома 3 уголовного дела, л.д. 242-245 тома 3 уголовного дела). 

<

дата>, 

<

дата>, 

<

дата>, 

<

дата> ФИО1 был допрошен в качестве подозреваемого по делу (л.д. 138-147, л.д. 148-152, 153-157, л.д. 158-171тома 4 уголовного дела). 

<

дата> была проведена очная ставка между ФИО8 и ФИО7 (л.д. 172-177 тома 4 уголовного дела). 

В материалах дела имеется детализация телефонных переговоров ФИО1 (л.д. 48-193 тома 6 уголовного дела), что свидетельствует об отслеживании телефонных переговоров ФИО1 

Мера пресечения в отношении ФИО1 не избиралась, иные меры процессуального принуждения не применялись. 

О возбуждении уголовного дела в отношении сотрудника полиции ФИО1 имелись публикации в СМИ, показан сюжет по телевидению (л.д. 9, 10-11, 12, 13-15, 16-17). 

Допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель 2, оперуполномоченный ЭБ и ПК ГУ МВД России по Саратовской области пояснил суду, что когда в 

<

дата> году он поступил на службу в экономическую безопасность, ФИО1 там уже работал, квалифицировал себя как хороший сотрудник, на которого стоит равняться. Очень долгое время его фотография весела на доске почета ГУВД, как лучшего сотрудника ГУВД. Работали они в одном отделе. Через некоторое время ГСУ было возбуждено уголовное дело по статье 210 УК РФ, которое они сопровождали всем отделом. Где-то в 

<

дата> году было возбуждено уголовное дело в отношении их сотрудников, в том числе и ФИО1 Их вызывали и допрашивали в качестве свидетелей в следственный комитет по городу. ФИО1 переживал в связи с этим, они тоже были в недоумении. Свидетелю известно, что ФИО1 не мог долгое время устроиться на работу в связи с тем, что привлекался к уголовной ответственности. Переживать ФИО1 начал, когда началась вся эта история с ФИО7. 

Свидетель Свидетель 3, брат истца, показал суду, что в 2015 году в отношении его брата было возбуждено уголовное дело, в результате чего он потерял работу. Он сильно переживал, вся семья переживала, все звонили и спрашивали о том, что случилось. В результате этого он до сих пор нигде не работает, кроме как адвокатом, он несколько раз пытался устроиться на работу, но не получалось. Свидетель лично возил его в 

<

данные изъяты> на собеседование, и когда он вышел, сказал, что все хорошо прошло, а потом ему отказали. Затем было еще около 5 мест. Также он за эти два года сильно постарел, у него не было раньше седых волос. Во время уголовного дела ФИО1, просил свидетеля, как своего брата, присмотреть за семьей в случае чего, также спрашивал у свидетеля, как человека, ранее работавшего в конвое, что можно, а что нельзя брать с собой в СИЗО. 

Свидетель Свидетель 4, тесть истца, показал суду, что после возбуждения уголовного дела С-вы сразу продали машину, ФИО1 переживал сильно, а свидетель ему говорил, что если он виноват, то должен отвечать за свой поступок, но тот утверждал, что не виноват. ФИО1 переживал, семья стала жить плохо, дочь тоже волновалась, одно время собирали ему вещи, потому что думали, что ему могут избрать меру пресечения. Он не может устроиться на работу, также его показали по телевидению, все его, свидетеля, хорошие друзья начали звонить, спрашивать, переживать. ФИО1 не чаял души от своей работы, и днем и ночью там был, поэтому свидетелю не понятно, почему его уволили с работы, и почему не принимают обратно. 

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ч. 2 ст. 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, то есть представлены сторонами. Разрешая гражданско-правовой спор в условиях конституционных принципов состязательности и равноправия сторон и связанного с ними принципа диспозитивности, осуществляя правосудие как свою исключительную функцию (ч. 1 ст. 118 Конституции Российской Федерации), суд не может принимать на себя выполнение процессуальных функций сторон.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается, в первую очередь, поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

Статьями 59, 60, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а решение суда основывается на совокупности всех представленных сторонами доказательств.

Оценка относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности является исключительной прерогативой суда.

Таким образом, исследовав представленные сторонами доказательства с учетом указанных положений закона, исходя из требований разумности и справедливости, из обстоятельств конкретного уголовного дела и настоящего гражданского дела, принимая во внимания обстоятельства, по которым было возбуждено уголовное дело, учитывая личностные и профессиональные характеристики истца, его семейное и социальное положение, учитывая тяжесть преступления, в совершении которого обвинялся истец, длительность уголовного преследования, а также то, что в отношении истца не избиралась никакая мера пресечения и не применялись иные меры процессуального принуждения, учитывая то, что моральные страдания истца связаны не только с фактом возбуждения уголовного дела, но с фактом привлечения к дисциплинарной ответственности и увольнением из органов внутренних дел, которое не признано незаконным, суд приходит к выводу о необходимости взыскания с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу истца компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, в размере 30 000 рублей 00 копеек. 

Основания для прекращения производства по делу в связи с тем, что имеется вступившее в законную силу определение Волжского районного суда г. Саратова от 

<

дата> по гражданскому делу №, поскольку ответчиком по этому делу являлось Министерство финансов Саратовской области, что указано о подготовке дела к судебному разбирательству, подтверждается доверенностью представителя ответчика, выданной от Министерства финансов Российской Федерации. По настоящему же гражданскому делу ответчиком является Министерство финансов Российской Федерации, то есть другое лицо. 

Оснований для взыскании с ответчика в пользу истца расходов на оплату услуг представителя по настоящему делу, поскольку эти расходы подтверждены договором-соглашением от 

<

дата> и двумя квитанциями. 

Допрошенный в судебном заседании адвокат Свидетель 1 в судебном заседании пояснил, что исковое заявление по настоящему гражданскому делу для истца не составлял, юридическую помощь по этому делу истцу не оказывал, в связи с чем оснований для удовлетворения заявленных требований о взыскании судебных расходов у суда не имеется. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 193-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице УФК по Саратовской области, Следственный отдел по г. Саратову следственного управления Следственного комитета России по Саратовской области, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, Прокуратура Саратовской области, СУ СК России по Саратовской области, следователь по особо важным делам СО по г. Саратову СУ СК РФ по Саратовской области ФИО12 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием удовлетворить частично. 

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, в размере 30 000 рублей 00 копеек. 

В удовлетворении остальной части заявленных требований о компенсации морального вреда отказать. 

В удовлетворении требований о взыскании судебных расходов отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Саратовского областного суда через Октябрьский районный суд г. Саратова в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья подпись П.А. Замотринская