.

Дело № 2-347/17

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 марта 2017 года г. Ставрополь

Промышленный районный суд г. Ставрополя Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Степановой Е.В.,

с участием:

представителя истца ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва – ФИО1 по доверенности,

представителя ответчика ФИО2 – ФИО3 по доверенности,

представителя ответчика ФИО2 – ФИО4 по ордеру,

при секретаре Приходько Л.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного преступлением, 

УСТАНОВИЛ:

ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва обратилось в Промышленный районный суд г. Ставрополя с исковым заявлением, впоследствии уточненным, к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного преступлением.

В обоснование заявленных исковых требований указано, что в соответствии с Федеральным законом РФ «О государственном материальном резерве» от 29.12.1994 г. № 79-ФЗ, часть 3 статьи 4 «Единая федеральная система государственного резерва Российской Федерации», запасы государственного резерва независимо от места их размещения, предприятия, учреждения, организации и другие объекты, входящие в систему государственного резерва, а также земельные участки, на которых они расположены, являются федеральной собственностью.

Федеральное государственное учреждение комбинат «Кубань» Управления Федерального агентства по государственным резервам по Южному федеральному округу учреждено Приказом Российского агентства по государственным резервам от 13.09.1999 г. № 132 «О структуре системы государственного резерва», как государственное учреждение комбинат «Кубань» Северо-Кавказского территориального управления Российского агентства по государственным резервам.

Комбинат находится в ведении Федерального агентства по государственным резервам и входит в единую федеральную систему государственного материального резерва.

В соответствии с Уставом федерального государственного казенного учреждения комбината «Кубань» Управления Федерального агентства по государственным резервам по Южному федеральному округу (новая редакция), утвержденного приказом Федерального агентства по государственным резервам от 26.12.2006 г. № 166, с последующими изменениями, утвержденными приказом Федерального агентства по государственным резервам от 29.04.2011 г. № 101:

1) п. 1.3. Комбинат является юридическим лицом, обладает правом оперативного управления в отношении закрепленного за ним имущества…, 

2) п. 2.4. В соответствии с основными задачами комбинат осуществляет следующие функции:

- проводит приемку, складирование, хранение и выпуск материальных ценностей государственного материального резерва в соответствии с Федеральным законом «О государственном материальном резерве, приказами и инструкциями Росрезерва, а также распоряжениями Территориального управления;

3) п. 3.2. Комбинат имеет в оперативном управлении здания, сооружения, оборудование, инвентарь, денежные средства в рублях и иное имущество, находящееся на балансе комбината.

4) п. 5.1. Руководство комбината осуществляет директор, назначаемый на должность и освобождаемый от должности руководителем Росрезерва.

5) п. 5.2. Директор комбината:

- руководит всей деятельностью комбината. Несет персональную ответственность за выполнение возложенных на него задач, 

- действует без доверенности от имени комбината, представляет его интересы в государственных органах и организациях, распоряжается в пределах своей компетенции имуществом и средствами комбината, выдает доверенности.

Приказом Северо-Кавказского территориального управления Государственного комитета СССР по материальным резервам № от дата ФИО2 был назначен директором комбината «Кубань», где работал в данной должности до момента увольнения.

Приказом Руководителя Федерального агентства по государственным резервам (Росрезерв) № от дата «Об увольнении ФИО2» трудовой договор с ФИО2 был прекращен, и он был уволен с работы по п. 2 ст. 278 ТК РФ: «Уволен в связи с принятием уполномоченным органом юридического лица решения о прекращении трудового договора, пункт 2 ст. 278 Трудового кодекса Российской Федерации с выплатой денежной компенсации в размере трехкратного среднего месячного заработка в соответствии с требованиями статьи 279 Трудового кодекса Российской Федерации».

На балансе комбината, помимо другого имущества, с дата числится основное средство – стеллаж металлический 3-4-х ярусный в количестве 1 (одной) единицы, инвентарный №, балансовой стоимостью 

<

данные изъяты> рублей.

В соответствии с п. 1.2. «Регламента проведения инвентаризации материальных ценностей государственного резерва в федеральных государственных учреждениях системы государственного резерва», утвержденного Приказом Росрезерва №37 от 02.04.2008 г., проведение инвентаризации материальных ценностей государственного резерва обязательно: 

- при смене материально-ответственных лиц (начальников участков хранения и их заместителей), на день приемки-передачи дел.

дата, в связи с увольнением материально-ответственных лиц: начальника участка хранения ФИО5, заместителя начальника участка хранения ФИО6, товароведа ФИО7, была проведения инвентаризации материальных ценностей государственного резерва, а также основных средств, нематериальных активов.

В ходе инвентаризации, комиссией ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва выявлена недостача уголка металлического, являющегося составной частью стеллажа металлического 3-4 х ярусного, в количестве 

<

данные изъяты> тонн, на сумму 

<

данные изъяты> рублей (по балансовой стоимости).

дата в отдел МВД по Петровскому району было направлено заявление по факту выявленной недостачи.

дата в отношении ФИО2 было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ.

В нарушение инструкций и своих прямых служебных обязанностей, как директора комбината «Кубань», ФИО2 совершил преступление при следующих обстоятельствах.

В соответствии с пунктом 5.2 статьи 5 Устава – директор комбината руководит всей деятельностью комбината, несет персональную ответственность за выполнение возложенных на него задач, действует без доверенности от имени комбината, представляет его интересы в государственных органах, учреждениях и организациях, распоряжается в пределах своей компетенции имуществом и средствами комбината, издает в пределах своей компетенции приказы, распоряжения, обязательные для всех работников комбината, а также в соответствии с пунктами 2.1.1., 2.1.2., 2.1.3., 2.1.4., статьи 2 Трудового договора № от дата, имеет право действовать от имени комбината без доверенности, представлять интересы комбината во взаимоотношениях с органами государственной власти, юридическими лицами, гражданами, распоряжаться в пределах своей компетенции имуществом и средствами комбината, издавать в пределах своей компетенции приказы, распоряжения, обязательные для всех работников комбината, а в соответствии с пунктами 2.2.1., 2.2.9., 2.2.22. статьи 2 того же трудового договора, директор комбината обязан осуществлять руководство в соответствии с действующим законодательством, нормативными актами Российского агентства по государственным резервам и Южного территориального управления Росрезерва всей деятельностью комбината и решать вопросы хозяйственно-финансовой деятельности комбината в пределах, предоставленных ему Законодательством, Уставом и настоящим Трудовым договором прав, в соответствии с нормативными документами организовывать бухгалтерский учет, обеспечивать достоверность и своевременность представления статистической, бухгалтерской и иной отчетности, обеспечивать соблюдение законности в деятельности комбината, использовать правовые средства для управления комбинатом, регулирования социально-трудовых отношений в коллективе, укрепления финансовой, договорной, трудовой и исполнительской дисциплины, в соответствии с пунктом 1.4. статьи 1, с пунктами 2.1., 2.9., статьи 2 Должностной инструкции Директора Федерального государственного казенного учреждения комбинат «Кубань», утвержденной Руководителем Управления от дата, Директор комбината несет персональную ответственность за выполнение возложенных на комбинат задач, за последствия принимаемых им решений по всем вопросам финансово-хозяйственной деятельности, осуществляет руководство в соответствии с действующим Законодательством, нормативными актами и распорядительными документами Росрезерва и Управления, всей деятельностью комбината и решает вопросы финансово-хозяйственной деятельности комбината, в пределах предоставленных ему Законодательством прав, в соответствии с нормативными документами организует бухгалтерский учет, обеспечивает достоверность и своевременность предоставления статистической, бухгалтерской и иной отчетности, а в соответствии с пунктами З.1., 3.2., 3.3., 3.4., статьи 3 той же Должностной инструкции, Директор имеет право действовать от имени комбината без доверенности, представлять интересы комбината во взаимоотношениях с органами государственной власти, юридическими лицами, гражданами, распоряжаться в пределах своей компетенции имуществом и средствами комбината, выдавать доверенности, издавать в пределах своей компетенции приказы, распоряжения, обязательные для всех работников комбината.

ФИО2, как руководитель предприятия, знал, что на территории комбината «Кубань» находится стеллаж металлический 3-4-х ярусный, состоящий на балансе комбината с дата в количестве 1 (одной) единицы, который полностью амортизирован по состоянию на дата год, в связи с истечением срока его полезного использования и не имеет остаточной стоимости, и что по данному стеллажу на предприятии до его назначения и в период его трудовой деятельности в качестве директора комбината никогда и никем не принимались меры по определению его веса (или объема) путем взвешивания, обмера и применения технических расчетов, и что при проведении в различный период времени плановых инвентаризаций материальных ценностей и основных средств комбината, куда входил стеллаж металлический 3-4-х ярусный, недостачи по стеллажу по этим основаниям не выявлялись, так же не выявлялась недостача и у материально ответственных лиц, за которыми был закреплен стеллаж металлический 3-4-х ярусный, так как данное «Основное средство» по бухгалтерскому учету предприятия числилось как 1 (одна) единица, без фактического установления его веса, и то, что стеллаж металлический 3-4-х ярусный частично был демонтирован и складирован на территории комбината в виде уголка металлического без организации надлежащего бухгалтерского учета демонтированного стеллажа и части оставшегося стеллажа металлического 3-4-х ярусного в сборе.

В связи с этим, у ФИО2 из корыстных побуждений возник преступный умысел, направленный на хищение путем растраты уголка металлического, то есть хищение имущества, принадлежащего ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва.

ФИО2, с целью хищения имущества принадлежащего ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва, вверенного ему согласно занимаемой им должности, действуя в нарушение п.1 ст. 6 Федерального Закона от 21.11.1996 №129-ФЗ (редакция от 28.11.2011) «О бухгалтерском учете»: «Ответственность за организацию бухгалтерского учета в организациях несут руководитель организации», в нарушение п. 1 ст. 7 Федерального Закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (с изменениями и дополнениями): «Ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта», в нарушении пункта 8 Приказа Министерства Финансов РФ от 1 декабря 2010 г. N 157н «Об утверждении Единого плана счетов бухгалтерского учета для органов государственной власти (государственных органов), органов местного самоуправления, органов управления государственными внебюджетными фондами, государственных академий наук, государственных / муниципальных) учреждений и Инструкции по его применению», руководитель организации (директор комбината) несет ответственность за достоверность отражения финансового положения, финансового результата, движения денежных средств и другой информации, в том числе и за учет основных средств, в нарушении п. 45 того же Приказа в инвентарную карточку основного средства вносятся сведения о нем на основании данных из сопроводительных документов поставщика (например, паспорта завода-изготовителя, технической документации и др.) или сведения об изготовлении его хоз. способом. 

В дальнейшем в карточку вносятся сведения обо всех изменениях, которые влияют на учет и характеристики основного средства: переоценка, ремонт, модернизация внутреннее перемещение, передача в аренду, управление, безвозмездное пользование, выбытие и др., в нарушении п. 51 того же Приказа основные средства подлежат ликвидации и списанию с учета только в строго определенных случаях, а именно, если объекты физически изнашиваются и морально устаревают, а также если восстановить объект невозможно или дальнейшее его использование экономически нецелесообразно, в нарушение Постановления Правительства РФ от 14 октября 2010 г. № 834 «Об особенностях списания федерального имущества» директор комбината не имеет права самостоятельно принимать решение о частичной или полной ликвидации основного средства, а обязан согласовывать необходимость ликвидации и списания основных средств с Управлением Росрезерва по Южному федеральному округу и Федеральным агентством по государственным резервам, в нарушение Приказа Министерства Финансов РФ от 13 июня 1995 г. № 49 «Об утверждении методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств», в ходе инвентаризации в обязательном порядке производится сверка фактического наличия Основного средства с данными бухгалтерского учета, а также его характеристики с данными инвентарной карточки и результаты инвентаризации утверждаются директором комбината. Должных мер по наведению порядка по учету основных средств не принял, тем самым, обособил данное имущество от бухгалтерского учета, которым распорядился как своим собственным.

Так, ФИО2, испытывая потребность в уголке металлическом для использования его в домовладении своей супруги ФИО8, домовладениях своих детей: ФИО3 и ФИО6, а также в домовладении своих родственников: ФИО9, ФИО5, ФИО7 для их личных нужд, и не желая нести самому личные расходы на приобретение уголка металлического, а также чтобы личные расходы несли его вышеуказанные родственники, учитывая созданные им на комбинате как Директором условия по отсутствию надлежащего бухгалтерского учета Основного средства – стеллажа металлического 3-4-х ярусного как в собранном, так и в разобранном виде, а также учитывая тот факт, что стеллаж числится основным средством как 1 (одна) единица без учета его фактического веса, что позволило ему скрыть факт недостачи стеллажа металлического 3-4-х ярусного в виде уголка металлического, образовавшегося при частичном демонтаже данного стеллажа, и далее при проведении последующих плановых инвентаризаций данного основного средства, с целью сокрытия факта хищения уголка металлического, образовавшегося в результате демонтажа стеллажа металлического 3-4-х ярусного, ФИО2 использовал частично демонтированный и складированный на территории комбината уголок металлический без надлежащего бухгалтерского учета, используя его также и для нужд комбината при благоустройстве территории, и при выполнении ремонтных забот, создавал, таким образом, для работников комбината видимость законности использования данного уголка металлического, образовавшегося в результате частичного демонтажа стеллажа металлического 3-4-х ярусного.

Используя свое служебное положение и административный ресурс занимаемой им должности, имея возможность распоряжаться вверенным в пределах своей компетенции имуществом, принадлежащим ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва, ФИО2 систематически привлекал к своим противоправным действиям работников комбината, не осведомленных о его преступных намерениях, с использованием автотранспорта комбината, давал обязательные для исполнения распоряжения о погрузке-разгрузке уголка металлического, о перевозке его с территории комбината, о доставке уголка к месту жительства его и его родственников. 

Также использовал металлический уголок для строительства беседки за пределами режимного объекта ФГКУ комбинат «Кубань», которую не использовал для нужд комбината. 

С целью сокрытия хищения уголка металлического, образовавшегося в результате демонтажа стеллажа металлического 3-4-х ярусного и придания видимости законности этим своим действиям, ФИО2 раздавал как сам лично, так и через своих родственников, похищенный им уголок металлический, образовавшийся в результате демонтажа стеллажа металлического 3-4-х ярусного, работникам ФГКУ комбинат «Кубань», которые к нему неоднократно обращались за уголком.

Согласно заключению товароведческой судебной экспертизы № от дата, стоимость 1 погонного метра уголка металлического определялась путем сопоставления рыночных цен на аналогичное имущество, предлагаемое к продаже на региональном рынке на дату назначения экспертизы. В качестве аналогов взяты данные о стоимости металлического уголка с таким же типоразмером предлагаемого к продаже.

На момент исследования, т.е. в 2015 году:

- стоимость одного погонного метра уголка 50х50х5 мм. составляет - 

<

данные изъяты> руб.;

- стоимость одного погонного метра уголка 63х63х5 мм. составляет - 

<

данные изъяты> руб.;

Экспертом произведена корректировка стоимости с учетом физического износа.

Общее физическое состояние уголка металлического признано удовлетворительным, соответствующего характеристике – «Требующий ремонта объект со средними сроками эксплуатации».

Так как, срок эксплуатации достаточно длительный, с 1970 года, то взято большее значение износа – 60 %.

Таким образом, стоимость 1 погонного метра уголка металлического с учетом физического износа 60 %, по состоянию на дата, т.е. на дату увольнения ФИО2 составляет:

- стоимость одного погонного метра уголка 50х50х5 мм. по состоянию на дата - 

<

данные изъяты> руб.;

- стоимость одного погонного метра уголка 63х63х5 мм. по состоянию на дата - 

<

данные изъяты> руб.

Согласно расчету, стоимость обнаруженного уголка в следующих домовладениях составила:

- уголок металлический размером 50x50x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров стоимостью 

<

данные изъяты>, уголок металлический размером 63x63x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров стоимостью 

<

данные изъяты>, обнаруженный по месту жительства ФИО10 по адресу: 

<

адрес>;

- уголок металлический размером 50x50x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров стоимостью 

<

данные изъяты>, уголок металлический размером 63x63x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров стоимостью 

<

данные изъяты>, обнаруженный по месту жительства ФИО11 по адресу: 

<

адрес>;

- уголок металлический размером 50x50x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров стоимостью 

<

данные изъяты>, обнаруженный по месту жительства ФИО12 по адресу: 

<

адрес>;

- уголок металлический размером 50x50x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров стоимостью 

<

данные изъяты>, обнаруженный по месту жительства ФИО13 по адресу: 

<

адрес>;

- уголок металлический размером 50x50x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров стоимостью 

<

данные изъяты>, уголок металлический размером 63x63x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров стоимостью 

<

данные изъяты>, обнаруженный по месту жительства ФИО14 по адресу: 

<

адрес>;

- уголок металлический размером 50x50x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров стоимостью 

<

данные изъяты>, уголок металлический размером 63x63x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров стоимостью 

<

данные изъяты>, обнаруженный по месту жительства ФИО3 по адресу: 

<

адрес>;

- уголок металлический размером 50x50x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров стоимостью 

<

данные изъяты>, уголок металлический размером 63х63х5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров стоимостью 

<

данные изъяты>, обнаруженный по месту жительства ФИО9, ФИО5, ФИО7, по адресу: 

<

адрес>;

- уголок металлический размером 50x50x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров стоимостью 

<

данные изъяты>, уголок металлический размером 63x63x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров стоимостью 

<

данные изъяты>, обнаруженный по месту жительства ФИО8 по адресу: 

<

адрес> «а»;

- уголок металлический размером 50x50x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров стоимостью 

<

данные изъяты>, уголок металлический размером 63x63x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров стоимостью 

<

данные изъяты>, обнаруженный по месту жительства ФИО6 по адресу: 

<

адрес>;

- уголок металлический размером 63x63x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров стоимостью 

<

данные изъяты>, обнаруженный в гаражном помещении, принадлежащем ФИО15 расположенном в 30 метрах от 

<

адрес>;

- уголок металлический размером 50x50x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров стоимостью 

<

данные изъяты>, уголок металлический размером 63x63x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров стоимостью 

<

данные изъяты>, обнаруженный по месту жительства ФИО16 по адресу: 

<

адрес>;

- уголок металлический размером 50x50x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров стоимостью 

<

данные изъяты>, уголок металлический размером 63х63х5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров стоимостью 

<

данные изъяты> обнаруженный возле водоема на расстоянии 250 метров от асфальтированной дороги 

<

адрес> по направлению к 

<

адрес> и на расстоянии 4.4. км. до перекрестка трассы Ставрополь-Астрахань.

<

данные изъяты>

Таким образом, в результате преступных действий ответчика ФИО2, собственнику имущества ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва был причинен имущественный ущерб в размере 

<

данные изъяты> рублей.

В судебном заседании государственный обвинитель заявил ходатайство о прекращении в отношении ФИО2 уголовного дела по основаниям п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ – в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Согласно п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 N 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», освобождение от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, осуществляется в форме прекращения уголовного дела и (или) уголовного преследования на основании п.3 ч.1 ст. 24 УПК РФ, а в соответствии с частью 2 статьи 27 УПК РФ обязательным условием принятия такого решения является согласие на это лица, совершившего преступление. 

Прекращение уголовного дела на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования, относится к не реабилитирующим основаниям.

Прекращение уголовного преследования по нереабилитирующему основанию хотя и предполагает освобождение лица от уголовной ответственности и наказания, но расценивается правоприменительной практикой как основанная на материалах расследования констатация того, что лицо совершило преступление и фактически признало себя виновным. Поэтому прекращение уголовного преследования по данным основаниям имеет такие последствия, как возмещение причиненного ущерба в порядке гражданского судопроизводства.

Подсудимый ФИО2 дал своё согласие на прекращение уголовного дела на основании п.3 ч.1 ст. 24 УПК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования, тем самым, фактически признав себя виновным.

Постановлением судьи Петровского районного суда Ставропольского края от 26.04.2016 года, уголовное дело по обвинению бывшего директора ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160, ч. 3 ст. 160 УК РФ, было прекращено по основаниям п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Согласно ч. 2 ст. 306 УПК РФ при постановлении оправдательного приговора, вынесении постановления или определения о прекращении уголовного дела по основаниям, предусмотренным п. 1 ч. 1 ст. 24 и п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, суд отказывает в удовлетворении гражданского иска. В остальных случаях суд оставляет гражданский иск без рассмотрения. Оставление судом гражданского иска без рассмотрения не препятствует последующему его предъявлению и рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства.

Гражданский иск ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва к ФИО2 суд оставил без рассмотрения, разъяснив, что это не препятствует последующему его предъявлению и рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса РФ (ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Просит суд взыскать с ФИО2 в пользу ФГКУ комбината «Кубань» Росрезерва материальный ущерб в качестве возмещения вреда, причиненного преступлением, в размере 

<

данные изъяты> рублей 96 копеек.

В судебном заседании представитель истца ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва – ФИО1 по доверенности заявленные исковые требования поддержал в полном объеме, дал пояснения, аналогичные изложенным в иске, и просил суд их удовлетворить.

В судебное заседание ответчик ФИО2, извещенный о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, не явился, представлено заявление о рассмотрении дела в его отсутствие, в связи с чем на основании ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело по существу в его отсутствие.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 – ФИО3 по доверенности заявленные исковые требования не признала, возражала против их удовлетворения, поддержала письменные возражения на иск, согласно которым указано следующее.

Исходя из требований ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Для наступления деликтной ответственности, по основаниям, предусмотренным ст. 1064 ГК РФ, необходимо наличие состава правонарушения, включающего: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, а также наличие вины причинителя вреда, при этом, отсутствие доказательств хотя бы одного из указанных фактов влечет за собой отказ в удовлетворении требований о возмещении вреда.

Наличие постановления о возбуждении уголовного дела № 125140200364 по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ, и о прекращении уголовного дела не может являться безусловным основанием для возмещения имущественного вреда, так как сами по себе не являются бесспорными доказательствами, дающим основание для возложения на ФИО2 ответственности по возмещению вреда, так как не имеет преюдициального значения с учетом положений ч. 4 ст. 61 ГПК РФ, поскольку в соответствии с ч. 1 ст. 14 УПК РФ, обвиняемый считается невиновным, пока его виновность в совершении преступления не будет доказана и установлена вступившим в законную силу приговором суда.

Постановление о прекращении уголовного дела и приговор согласно п.п. 25 и 28 ст. 5 УПК РФ являются разными судебными актами.

В приговоре, в отличие от постановления о прекращении уголовного дела в связи с истечением сроков давности, решается вопрос о виновности или невиновности лица.

Кроме этого Конституционный суд РФ в своем Постановлении от 14.07.2011 г. N 16-П установил, что решение о прекращении уголовного дела не подменяет собой приговор суда и, следовательно, не является актом, которым устанавливается виновность обвиняемого в том смысле, как это предусмотрено статьей 49 Конституции Российской Федерации

При прекращении же уголовного дела и уголовного преследования по п. 3 ч. 1 ст. 24, п. 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ суд не вправе делать вывод о виновности лица, а должен лишь установить обстоятельства истечения срока давности привлечения лица к уголовной ответственности, предусмотренные ст. 78 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Таким образом, прекращение уголовного дела и уголовного преследования по указанному основанию не означает установление виновности ФИО2 в совершении вменяемого преступления.

Из правовой позиции, изложенной в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 года №23 «О судебном решении» следует, что суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения.

Постановлением о прекращении уголовного дела от дата, установлены лишь обстоятельства истечения срока давности привлечения лица к уголовной ответственности, при этом в ходе судебного слушания вопрос о размере и стоимости причиненного вреда судом не исследовался, в связи с чем, гражданский иск, заявленный в рамках уголовного дела, был оставлен без рассмотрения.

Полагает, что законные основания для возложения на ФИО2 в силу положений ч. 4 ст. 61 ГПК РФ обязанности по возмещению ущерба, причиненного указанными действиями, отсутствуют.

Кроме этого в рамках рассмотрения уголовного дела ФИО2 свою вину не признавал, напротив, оспаривал, что послужило, в том числе, основанием для заявления ходатайства о прекращении уголовного дела государственным обвинителем в судебном заседании.

Таким образом, постановление о возбуждении уголовного дела либо о прекращении уголовного дела не имеет для суда, рассматривающего гражданский иск, заранее установленной силы и изложенные в них обстоятельства не подпадают под действие ст. 61 ГПК РФ (Аналогичное мнение изложено в Апелляционном определении Судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 16.12.2015 по делу № 33-8848/15).

В обоснование заявленных требований истец указал, что ФИО2 причинил ущерб комбинату в период работы в должности директора комбината «Кубань» и представил в качестве доказательства копии приказов о его назначении на должность директора и его увольнении.

В связи с чем, полагает, что поскольку иск по обязательствам, вытекающим в связи с причинением ущерба, предъявлен работодателем после увольнения ФИО2, то спор между организацией и ее бывшим работником должен рассматриваться с учетом требований Трудового кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данным в постановлении от 16 ноября 2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причинённый работодателю», в силу части первой статьи 232 ТК РФ обязанность работника возместить причинённый работодателю ущерб возникает в связи с трудовыми отношениями между ними, поэтому дела по спорам о материальной ответственности работника за ущерб, причиненный работодателю, в том числе в случае, когда ущерб причинён работником не при исполнении им трудовых обязанностей (пункт 8 части первой статьи 243 ТК РФ), в соответствии со статьёй 24 ГПК РФ рассматриваются районным судом в качестве суда первой инстанции. Такие дела подлежат разрешению в соответствии с положениями раздела XI «Материальная ответственность сторон трудового договора» ТК РФ.

По этим же правилам рассматриваются дела по искам работодателей, предъявленным после прекращения действия трудового договора, о возмещении ущерба, причиненного работником во время его действия, которые, как следует из части второй статьи 381 ТК РФ, являются индивидуальными трудовыми спорами.

К обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

В соответствие со ст. 243 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного вреда возлагается на работника, в случае причинения ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда.

Согласно п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52 учитывая, что наличие обвинительного приговора суда является обязательным условием для возможного привлечения работника к полной материальной ответственности по пункту 5 части первой статьи 243 ТК РФ, прекращение уголовного дела на стадии предварительного расследования или в суде, в том числе и по нереабилитирующим основаниям (в частности, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, вследствие акта об амнистии), либо вынесение судом оправдательного приговора не может служить основанием для привлечения лица к полной материальной ответственности.

В соответствии со ст. 392 ТК РФ работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба.

Считает, что истцом пропущен срок, установленный ст. 392 ТК РФ, что подтверждается нижеследующим.

Согласно действующему законодательству при рассмотрении дела о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, в суде не подлежат доказыванию лишь два факта: имело ли место определенное действие (преступление) и совершено ли оно конкретным лицом. Вопрос же о размере возмещения ущерба подлежит выяснению при принятии решения по иску. В связи с чем, истец, заявляющий гражданский иск, вытекающий из уголовного дела, должен обосновать и доказать размер заявленного им ущерба.

Согласно общей норме, закрепленной в п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ потерпевший имеет право на возмещение вреда в полном объеме причинителем вреда. Но это возможно лишь при наличии определенных условий и оснований. Одним из условий возмещения вреда, является сам факт причинения вреда, а также его размер.

Истцом, в качестве доказательства обнаружения причиненного ущерба, представлена копия акта о результатах инвентаризации № от дата, и копия Постановления о возбуждении уголовного дела № от дата.

При этом поводом к возбуждению уголовного дела № послужило заявление директора ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва ФИО17 по факту недостачи и акт о результатах инвентаризации № от дата.

Однако решением Петровского районного суда Ставропольского края от 01.04.2015 года по делу № 2-71/15 результаты инвентаризации, в том числе акт о результатах инвентаризации № от дата признаны недействительными. Определением Ставропольского краевого суда от 03.07.2015 года решение Петровского районного суда Ставропольского края № 2-71/15 от 01.04.2015 года оставлено без изменения и вступило в законную силу.

Таким образом, представленный истцом в качестве доказательства акт о результатах инвентаризации № от дата является недействительным.

Само же по себе возбуждение уголовного дела по заявлению потерпевшего, выступающего в рамках уголовного дела в качестве гражданского истца, не препятствует возможной защите потерпевших своих имущественных прав в порядке гражданского судопроизводства путем подачи иска в Арбитражный суд или суд общей юрисдикции. Потерпевший, предъявляя гражданский иск в уголовном процессе на стадии предварительного следствия, должен предвидеть юридические последствия своих действий, в том числе защиты своих прав в порядке гражданского судопроизводства (Определение Конституционного Суда РФ № 589-0).

Гражданско-правовая ответственность ответчика не зависит от административной или уголовной ответственности и является основанием для рассмотрения дела в суде. Производство по уголовному делу не является препятствием для подачи в суд искового заявления о компенсации ущерба в общегражданском порядке.

При таких обстоятельствах, считает, что истец узнал о причиненном материальном ущербе, т.е. нарушенном праве в день возбуждения уголовного дела, т.к. следователь уведомил комбинат «Кубань» о возбуждении уголовного дела дата, что подтверждается постановлением о возбуждении уголовного дела от дата, из которого следует, что о принятом решении сообщено заявителю ФИО17

Самостоятельно в порядке гражданского судопроизводства иск о возмещении работником ущерба был заявлен ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва дата, за пределами срока, установленного ст. 392 ТК РФ, то есть по истечении одного года со дня обнаружения причиненного ущерба.

Кроме того, истцом пропущен максимальный десятилетний срок исковой давности, предусмотренный ч. 2 ст. 196 ГК РФ, что подтверждается нижеследующим.

В обоснование своих требований, истец указал, что 26.04.2016 года Постановлением судьи Петровского районного суда Ставропольского края, уголовное дело прекращено по основаниям, предусмотренным п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования. При этом суд посчитал, что права комбината были нарушены, когда ФИО2 не дал указания поставить на бухгалтерский учет демонтированные части стеллажа – металлические уголки, то есть в 2000 году.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данным в п. 8 Постановления от 29.09.2015 года № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" согласно пункту 2 статьи 196 ГК РФ срок исковой давности не может превышать десяти лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен, за исключением случаев, предусмотренных Федеральным законом от 6 марта 2006 года N 35-ФЗ "О противодействии терроризму".

Началом течения такого десятилетнего срока, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 1 статьи 181 и абзацем вторым пункта 2 статьи 200 ГК РФ, является день нарушения права.

Если иное прямо не предусмотрено законом, для целей исчисления этого срока не принимается во внимание день, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, и указанный срок не может быть восстановлен.

Названный срок применяется судом по заявлению стороны в споре.

По общему правилу, применительно к настоящему делу, десятилетний срок исчисляется с момента нарушения права, то есть с момента, когда ответчик, являясь директором комбината, не дал указания поставить на бухгалтерский учет демонтированные части стеллажа, то есть дата, соответственно десятилетний срок истек дата.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ).

Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43).

Таким образом, истцом пропущен установленный законом срок исковой давности, он не подлежит восстановлению и это является достаточным основанием для отказа в иске.

Кроме этого, ФИО2 не согласен с заявленной истцом суммой ущерба в размере 

<

данные изъяты> рублей, считает ее необоснованной в связи со следующим.

Размер имущественного вреда может быть определен как разность между материальным положением потерпевшего, в отношении конкретного имущества, до и после преступления, подтвержденная бухгалтерскими документами.

Из содержания искового заявления следует, что на территории комбината «Кубань» находится:

- основное средство – стеллаж металлический 3-4-хярусный в сборе, состоящий на балансе комбината с дата в количестве 1 единицы, который полностью амортизирован по состоянию на дата в связи с истечением срока его полезного использования и не имеет остаточной стоимости (в качестве подтверждения представлена инвентарная карточка учета нефинансовых активов №, составленная по состоянию на дата)

- стеллаж металлический 3-4-хярусный, который был частично демонтирован и складирован на территории комбината в виде уголка металлического (документов, подтверждающих оприходование металлического уголка, его количество и стоимость не представлено).

Истец просит взыскать в качестве возмещения вреда, причиненного преступлением, материальный ущерб в размере 

<

данные изъяты> рублей. Указанная сумма, согласно исковому заявлению, включает в себя стоимость уголка металлического, в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров, из которых уголок металлический 50x50x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров на сумму 

<

данные изъяты> рублей и уголок металлический 63x63x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метра на сумму 

<

данные изъяты> рублей.

Однако в соответствии с пунктом 25 Постановления Пленума ВС РФ от 27.12.2007 г. № 51 "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате", определяя стоимость имущества, похищенного в результате мошенничества, присвоения или растраты, следует исходить из его фактической стоимости на момент совершения преступления.

ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва постановление о прекращении уголовного дела не обжаловало, а, следовательно, согласилось с тем, что преступление считается оконченным в 2000 году, соответственно, и расчет размера ущерба, должен быть произведен на указанную дату, а не на дата.

Поскольку, согласно постановлению о прекращении уголовного дела, момент совершения преступления определен судом – дата, т.е. когда ФИО2, являясь директором комбината, не дал указания поставить на бухгалтерский учет демонтированные части стеллажа - металлические уголки, при расчете размера ущерба, следует исходить из фактической стоимости уголка металлического по состоянию на дата.

Таким образом, размер ущерба не может превышать фактической стоимости уголка металлического на момент совершения преступления.

Учитывая, что стеллаж металлический 3-4-хярусный, с 1991 года не имеет остаточной стоимости (т.е. его фактическая стоимость равна нулю), о чем истец указал в своем исковом заявлении, то и фактическая стоимость демонтированных частей стеллажа – металлических уголков, с 1991 и по состоянию на дата тоже равна нулю.

Соответственно, основания для возложения на ФИО2 обязанности по возмещению ущерба в размере 

<

данные изъяты> рублей отсутствуют.

Согласно ч. 3 ст. 86 ГПК заключение эксперта для суда необязательно и оценивается им по правилам, установленным в ст. 67 ГПК РФ (в соответствии с общими правилами оценки доказательств по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств).

ФИО2 не согласен с расчетом, составленным на основании заключения эксперта № от дата, в связи со следующим.

Из содержания Заключения эксперта следует, что «При проведении экспертизы эксперт исходит из того, что предоставленная Заказчиком информация является достаточной и достоверной и дополнительной проверки отчетности, а также подлинности, предоставленных Заказчиком документов не проводит. В связи с чем, необходимо считаться с риском того, что итоговые выводы о стоимости могут испытывать влияние дефектов исходной информации, если токовые имелись» (л.2).

Полагает, что при проведении экспертизы была использована некорректная исходная информация об объекте исследования.

Так, в своем заключении эксперт указывает, что стоимость объекта исследования определена путем сопоставления рыночных цен на аналогичное имущество, предлагаемое на региональном рынке.

Однако из распечатки, приведенной в приложении к заключению эксперта, следует, что стоимость уголка рассчитана на основании данных Московской Торговой Строительной Компании – Металл-СК (ссылка http://www.metallsk.ru/ugol stal.html), а не на основании цен на аналогичное имущество, предлагаемое на региональном рынке Ставропольского края. Кроме этого не указано, включает ли стоимость, используемая для расчёта, НДС и транспортные расходы.

В связи с чем, полагает, что взятая экспертом за основу стоимость 1 м. уголка 50x50x5мм - 

<

данные изъяты> рублей, и 1 м уголка 63х63х5мм - 

<

данные изъяты> рублей, является необоснованной.

Далее экспертом произведена корректировка стоимости на физический износ.

Эксперт указал, что срок эксплуатации достаточно длительный с 1970 года, но при этом взял значение износа 60%.

Считает, что итоговые выводы о стоимости, рассчитанной по 60% износу являются некорректными, что подтверждается следующим.

Исходя из содержания постановления о Прекращении уголовного дела оцениваемый металлический уголок, образовался в результате частичного демонтажа стеллажа металлического 3-4-хярусного. Из содержания инвентарной карточки учета нефинансовых активов №, предоставленной истцом, следует, что срок полезного использования стеллажа составляет 240 месяцев, или 20 лет. Введены в эксплуатацию стеллажи в 1970 году, срок полезного использования стеллажа из уголка истек в 1990 году. Амортизация составила 100 % и остаточная стоимость стала равна 0 рублей, что подтверждается справкой, подписанной главным бухгалтеров комбината ФИО18

Кроме этого, нулевая стоимость и 100% амортизация стеллажей подтверждается судебно-бухгалтерской и финансово-экономической экспертизой № от дата.

Также, считает необходимым отметить, что в 2009 году на основании приказа и.о. директора комбината ФИО19 № от дата было произведено списание металлического уголка со стеллажа металлического 3-4-хярусного в количестве 1 тонны, при этом от списания был оприходован металлолом в количестве 1 тонны по стоимости 

<

данные изъяты> рублей, что подтверждается актом о списании № от дата. Указанные документы, подтверждают, что уголок, образовавшийся от демонтажа стеллажа металлического, имеет 100 % износ, не имеет остаточной стоимости и по физическим качествам, является металлоломом.

О том, что уголок, образовавшийся от демонтажа стеллажа металлического 3-4-х ярусного, является металлоломом, указал и директор комбината ФИО17 в своем ответе от дата № (п. 8) на запрос следователя.

Таким образом, с учетом вышеуказанных обстоятельств, исходя из принципов справедливости и соразмерности стоимости оцениваемого имущества, расчет стоимости уголка, может быть произведен с применением процента физического износа от 80 до 100% - по шкале экспертных оценок для определения коэффициента износа, как объекта, с продолжительными сроками эксплуатации (45 лет – на момент проведения экспертизы), с возможностью вторичного использования материалов по утилизационной стоимости (как металлолом).

Учитывая, что суд посчитал преступление по факту растраты металлического уголка оконченным в 2000 году, а также тот факт, что фактическая стоимость демонтированных частей стеллажа – металлических уголков по состоянию на дата равна нулю, и уголок по данным ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва является металлоломом, полагает, что основания для возложения на ФИО2 обязанности по возмещению ущерба в размере 

<

данные изъяты> рублей, рассчитанном исходя из рыночной стоимости уголка металлического по состоянию на дата, отсутствуют, поскольку расчет размера ущерба должен быть произведен исходя из стоимости металлолома в 2000 году.

Просит суд применить последствия пропуска срока исковой давности, в связи с чем в удовлетворении требований истца по делу отказать. В случае удовлетворения исковых требований – просит суд принять за основу расчет ущерба, представленный ответчиком.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 – ФИО4 по ордеру заявленные исковые требования не признала, возражала против их удовлетворения, поддержала письменные возражения на иск и пояснения представителя ответчика ФИО2 – ФИО3 по доверенности, в связи с чем просила суд в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

Суд, выслушав пояснения сторон, исследовав письменные материалы дела, оценив собранные по делу доказательства по отдельности и в их совокупности, полагает необходимым исковые требования удовлетворить частично по следующим основаниям.

Согласно ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным. Суд обосновывает решение лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

В соответствие со ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

В силу ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по внутреннему убеждению, основанному на беспристрастном, всестороннем и полном рассмотрении имеющихся доказательств в их совокупности.

В соответствии с Федеральным законом РФ «О государственном материальном резерве» от 29.12.1994 г. № 79-ФЗ, часть 3 статьи 4 «Единая федеральная система государственного резерва Российской Федерации», запасы государственного резерва независимо от места их размещения, предприятия, учреждения, организации и другие объекты, входящие в систему государственного резерва, а также земельные участки, на которых они расположены, являются федеральной собственностью.

Федеральное государственное учреждение комбинат «Кубань» Управления Федерального агентства по государственным резервам по Южному федеральному округу учреждено Приказом Российского агентства по государственным резервам от 13.09.1999 г. № 132 «О структуре системы государственного резерва», как государственное учреждение комбинат «Кубань» Северо-Кавказского территориального управления Российского агентства по государственным резервам.

Комбинат находится в ведении Федерального агентства по государственным резервам и входит в единую федеральную систему государственного материального резерва.

В соответствии с Уставом федерального государственного казенного учреждения комбината «Кубань» Управления Федерального агентства по государственным резервам по Южному федеральному округу (новая редакция), утвержденного приказом Федерального агентства по государственным резервам от 26.12.2006 г. № 166, с последующими изменениями, утвержденными приказом Федерального агентства по государственным резервам от 29.04.2011 г. № 101:

1) п. 1.3. Комбинат является юридическим лицом, обладает правом оперативного управления в отношении закрепленного за ним имущества…, 

2) п. 2.4. В соответствии с основными задачами комбинат осуществляет следующие функции:

- проводит приемку, складирование, хранение и выпуск материальных ценностей государственного материального резерва в соответствии с Федеральным законом «О государственном материальном резерве, приказами и инструкциями Росрезерва, а также распоряжениями Территориального управления;

3) п. 3.2. Комбинат имеет в оперативном управлении здания, сооружения, оборудование, инвентарь, денежные средства в рублях и иное имущество, находящееся на балансе комбината.

4) п. 5.1. Руководство комбината осуществляет директор, назначаемый на должность и освобождаемый от должности руководителем Росрезерва.

5) п. 5.2. Директор комбината:

- руководит всей деятельностью комбината. Несет персональную ответственность за выполнение возложенных на него задач, 

- действует без доверенности от имени комбината, представляет его интересы в государственных органах и организациях, распоряжается в пределах своей компетенции имуществом и средствами комбината, выдает доверенности.

Приказом Северо-Кавказского территориального управления Государственного комитета СССР по материальным резервам № от дата ответчик ФИО2 был назначен директором комбината «Кубань».

В дальнейшем приказом Руководителя Федерального агентства по государственным резервам (Росрезерв) № от дата «Об увольнении ФИО2» трудовой договор с ответчиком ФИО2 был прекращен, и он был уволен с работы по п. 2 ст. 278 ТК РФ: «Уволен в связи с принятием уполномоченным органом юридического лица решения о прекращении трудового договора, пункт 2 ст. 278 Трудового кодекса Российской Федерации с выплатой денежной компенсации в размере трехкратного среднего месячного заработка в соответствии с требованиями статьи 279 Трудового кодекса Российской Федерации».

На балансе ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва, помимо другого имущества, с дата числится основное средство – стеллаж металлический 3-4-х ярусный в количестве 1 (одной) единицы, инвентарный №, балансовой стоимостью 

<

данные изъяты> рублей.

В соответствии с п. 1.2. «Регламента проведения инвентаризации материальных ценностей государственного резерва в федеральных государственных учреждениях системы государственного резерва», утвержденного Приказом Росрезерва №37 от 02.04.2008 г., проведение инвентаризации материальных ценностей государственного резерва обязательно при смене материально-ответственных лиц (начальников участков хранения и их заместителей), на день приемки-передачи дел.

Так, дата, в связи с увольнением материально-ответственных лиц: начальника участка хранения ФИО5, заместителя начальника участка хранения ФИО6, товароведа ФИО7, была проведена инвентаризации материальных ценностей государственного резерва, а также основных средств, нематериальных активов.

В ходе инвентаризации, комиссией ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва была выявлена недостача уголка металлического, являющегося составной частью стеллажа металлического 3-4-х ярусного, в количестве 143,5 тонн, на сумму 

<

данные изъяты> рублей (по балансовой стоимости).

Судом установлено, что дата в отдел МВД по Петровскому району было направлено заявление по факту выявленной недостачи, в результате чего дата в отношении ответчика ФИО2 было возбуждено уголовное дело № по признакам преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 160, ч. 3 ст. 160 УК РФ.

Материалами уголовного дела в отношении ФИО2 было установлено, что он, как руководитель ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва, знал, что на территории комбината «Кубань» находится стеллаж металлический 3-4-х ярусный, состоящий на балансе комбината с дата в количестве 1 (одной) единицы, который полностью амортизирован по состоянию на дата год, в связи с истечением срока его полезного использования и не имеет остаточной стоимости, и что по данному стеллажу на предприятии до его назначения и в период его трудовой деятельности в качестве директора комбината никогда и никем не принимались меры по определению его веса (или объема) путем взвешивания, обмера и применения технических расчетов, и что при проведении в различный период времени плановых инвентаризаций материальных ценностей и основных средств комбината, куда входил стеллаж металлический 3-4-х ярусный, недостачи по стеллажу по этим основаниям не выявлялись, также не выявлялась недостача и у материально ответственных лиц, за которыми был закреплен стеллаж металлический 3-4-х ярусный, так как данное «Основное средство» по бухгалтерскому учету предприятия числилось как 1 (одна) единица, без фактического установления его веса, и то, что стеллаж металлический 3-4-х ярусный частично был демонтирован и складирован на территории комбината в виде уголка металлического без организации надлежащего бухгалтерского учета демонтированного стеллажа и части оставшегося стеллажа металлического 3-4-хярусного в сборе.

Так, ФИО2, используя свое служебное положение и административный ресурс занимаемой им должности, имея возможность распоряжаться вверенным в пределах своей компетенции имуществом, принадлежащим ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва, систематически привлекал к своим противоправным действиям работников комбината, не осведомленных о его преступных намерениях, с использованием автотранспорта комбината, давал обязательные для исполнения распоряжения о погрузке-разгрузке уголка металлического, о перевозке его с территории комбината, о доставке уголка к месту жительства его и его родственников. 

Также ФИО2 использовал металлический уголок для строительства беседки за пределами режимного объекта ФГКУ комбинат «Кубань», которую не использовал для нужд комбината. 

В связи с вышеизложенным, у ответчика ФИО2 из корыстных побуждений возник преступный умысел, направленный на хищение путем растраты уголка металлического, то есть хищение имущества, принадлежащего истцу ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва, причинив последнему материальный ущерб.

Однако, в ходе уголовного разбирательства государственный обвинитель заявил ходатайство о прекращении в отношении ФИО2 уголовного дела по основаниям п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ – в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Согласно п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 N 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», освобождение от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, осуществляется в форме прекращения уголовного дела и (или) уголовного преследования на основании п.3 ч.1 ст. 24 УПК РФ, а в соответствии с частью 2 статьи 27 УПК РФ обязательным условием принятия такого решения является согласие на это лица, совершившего преступление. 

Прекращение уголовного дела на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования, относится к не реабилитирующим основаниям.

Согласно ч. 2 ст. 27 УПК РФ прекращение уголовного преследования по основанию, указанному в п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, не допускается, если подозреваемый или обвиняемый против этого возражает. В таком случае производство по уголовному делу продолжается в обычном порядке.

Материалами дела подтверждается, что, так как подсудимый ФИО2 дал своё согласие на прекращение уголовного дела в отношении него на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ (в связи с истечением срока давности уголовного преследования), то есть не настаивал на своей невиновности и не просил продолжить производство по уголовному делу, то постановлением Петровского районного суда Ставропольского края от 26.04.2016 года уголовное дело № 1-3/2016 по обвинению бывшего директора ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва ФИО2 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 160, ч. 3 ст. 160 УК РФ, было прекращено по основаниям п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Из вышеуказанного постановления следует, что суд пришел к выводу, что вменяемое преступление по эпизоду растраты металлического уголка были совершены именно ответчиком ФИО2 из корыстных побуждений.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в определении от 17 июля 2012 года N 1470-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Б. на нарушение его конституционных прав статьей 78 Уголовного кодекса Российской Федерации и пунктом 3 части первой статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" прекращение уголовного дела и освобождение от уголовной ответственности в связи с истечением срока давности не освобождает виновного от обязательств по возмещению нанесенного ущерба и компенсации причиненного вреда и исключает защиту потерпевшим своих прав в порядке гражданского судопроизводства (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 июня 2007 года N 591-О-О, от 16 июля 2009 года N 996-О-О, от 21 апреля 2011 года N 591-О-О, от 20 октября 2011 года N 1449-О-О и от 25 января 2012 года N 23-О-О).

Из постановления Петровского районного суда Ставропольского края от 26.04.2016 года по уголовному делу № 1-3/2016 следует, что в ходе предварительного и судебного следствия был установлен факт совершения ответчиком ФИО2 противоправного деяния, заключающегося в том, что он не дал указания поставить на бухгалтерский учет демонтированные части стеллажа – металлические уголки, хотя на дата знал, что на территории комбината «Кубань» находится стеллаж металлический 3-4-х ярусный, состоящий на балансе комбината с дата в количестве 1 (одной) единицы, который полностью амортизирован по состоянию на дата в связи с истечением срока его полезного использования и не имеет остаточной стоимости.

Так, рассматривая заявленные исковые требования, суд считает, что прекращение уголовного преследования по нереабилитирующему основанию (п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ), хотя и предполагает освобождение лица от уголовной ответственности и наказания, но расценивается судом как установление на основании материалов расследования факта совершения подсудимым преступления и фактическое признание им себя виновным, поскольку он не продолжил доказывать свою невиновность и не настаивал на продолжении рассмотрения уголовного дела. 

Согласно ч. 2 ст. 306 УПК РФ при вынесении постановления о прекращении уголовного дела по основаниям, предусмотренным п. 1 ч. 1 ст. 24 и п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, суд отказывает в удовлетворении гражданского иска. В остальных случаях суд оставляет гражданский иск без рассмотрения. Оставление судом гражданского иска без рассмотрения не препятствует последующему его предъявлению и рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства.

Из представленных материалов следует, что гражданский иск ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва к ФИО2, заявленный в рамках уголовного дела, был оставлен судом без рассмотрения, с разъяснением того, что это не препятствует последующему его предъявлению и рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства.

Так, с учетом позиции Верховного Суда РФ, отраженной в Определении от 22.11.2016 N 58-КГПР16-22, суд полагает, что хоть вина ФИО2 в причинении ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва ущерба приговором суда не установлена, но это не может являться основанием к отказу в удовлетворении исковых требований о взыскании ущерба, причиненного преступлением. Постановление о прекращении уголовного дела является одним из доказательств по делу и подлежит оценке наряду с другими доказательствами в их совокупности.

В силу ст. 123 Конституции РФ и ст. 56 ГПК РФ гражданское судопроизводство осуществляется на основе равенства и состязательности сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Анализируя вышеизложенное, суд полагает, что прекращение уголовного преследования в отношении ФИО2 по основанию истечения срока давности уголовного преследования, имеет такие последствия, как возмещение причиненного ущерба в порядке гражданского судопроизводства, поскольку в ходе судебного разбирательства судом установлена вина ФИО2 и причинно-следственную связь между его противоправными действиями и причиненным истцу ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва ущербом, что подтверждается нижеследующим.

Согласно ст. 52 Конституции РФ права потерпевших от преступлений охраняются законом. Государством обеспечивается для потерпевших доступ к правосудию и компенсация причиненного вреда. 

Уголовно-процессуальное законодательство указывает, что лицо, потерпевшее от преступных действий, наделено правом на возмещение ущерба, причиненного преступлением. 

В силу ст. 54 УПК РФ в качестве гражданского ответчика может быть привлечено физическое или юридическое лицо, которое в соответствии с Гражданским кодексом РФ несет ответственность за вред, причиненный преступлением.

По определению ч. 1 ст. 42, ч. 1 ст. 44 УПК РФ истец ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва является юридическим лицом, которому преступлением причинён материальный вред и по праву, оговоренному ч. 3 ст. 42 УК РФ, он предъявляет настоящий гражданский иск к подсудимому ФИО2, факт совершения преступления которым был установлен судом, но уголовное дело в отношении которого было прекращено по нереабилитирующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу требований ст. 1064 ГК РФ возмещение обязано быть полным, то есть оно должно обеспечить потерпевшему восстановление имущественного положения, имеющегося у него до совершения в отношении него преступления. 

Основанием гражданско-правовой ответственности, установленной статьей 1064 Гражданского кодекса РФ, является правонарушение – противоправное, виновное действие (бездействие), нарушающее субъективные права других участников гражданских правоотношений.

При этом необходима совокупность следующих условий: наличие ущерба, виновное и противоправное поведение причинителя вреда и причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и ущербом.

По смыслу данной нормы вред рассматривается как всякое умаление охраняемого законом материального или нематериального блага, любые неблагоприятные изменения в охраняемом законом благе, которое может быть как имущественным, так и неимущественным (нематериальным).

Причинение имущественного вреда порождает обязательство между причинителем вреда и потерпевшим, вследствие которого на основании статьи 15 Гражданского кодекса РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

На основании ч. 3 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Согласно ч. 4 ст. 69 ГПК РФ результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Согласно п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 23.03.1979 N 1 "О практике применения судами законодательства о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением" при рассмотрении в порядке гражданского судопроизводства иска, вытекающего из уголовного дела, суд определяет суммы, подлежащие взысканию в возмещении ущерба, с учетом доказательств, имеющихся в уголовном деле, а также дополнительно представленных сторонами и собранных по инициативе суда.

На основании абз. 2 п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Определяя размер материального ущерба, причиненного ответчиком ФИО2 истцу ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва, суд полагает необходимым отвергнуть расчет, представленный истцом, и принять за основу расчет, представленный ответчиком, по следующим основаниям.

Размер имущественного вреда может быть определен как разность между материальным положением потерпевшего, в отношении конкретного имущества, до и после преступления, подтвержденная бухгалтерскими документами.

Из искового заявления следует, что истец ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва просит суд взыскать с ответчика ФИО2 в качестве возмещения вреда, причиненного преступлением, материальный ущерб в размере 

<

данные изъяты> рублей. Указанная сумма, согласно исковому заявлению, включает в себя стоимость уголка металлического, в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров, из которых уголок металлический 50x50x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров на сумму 

<

данные изъяты> рублей и уголок металлический 63x63x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метра на сумму 

<

данные изъяты> рублей.

Однако в соответствии с пунктом 25 Постановления Пленума ВС РФ от 27.12.2007 г. № 51 "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате", определяя стоимость имущества, похищенного в результате мошенничества, присвоения или растраты, следует исходить из его фактической стоимости на момент совершения преступления.

Так, поскольку, согласно постановлению о прекращении уголовного дела от дата, момент совершения ответчиком ФИО2 преступления определен судом – дата, т.е. когда он, являясь директором комбината, не дал указания поставить на бухгалтерский учет демонтированные части стеллажа – металлические уголки, при расчете размера ущерба, следует исходить из фактической стоимости уголка металлического по состоянию на дата.

Следовательно, размер ущерба не может превышать фактической стоимости уголка металлического на момент совершения преступления.

В соответствии с п.1 ст. 6 Федерального Закона от 21.11.1996 №129-ФЗ (редакция от 28.11.2011) «О бухгалтерском учете»: «Ответственность за организацию бухгалтерского учета в организациях несут руководитель организации», согласно 1 ст. 7 Федерального Закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (с изменениями и дополнениями): «Ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта», согласно пункта 8 Приказа Министерства Финансов РФ от 1 декабря 2010 г. N 157н «Об утверждении Единого плана счетов бухгалтерского учета для органов государственной власти (государственных органов), органов местного самоуправления, органов управления государственными внебюджетными фондами, государственных академий наук, государственных / муниципальных) учреждений и Инструкции по его применению», руководитель организации (директор комбината) несет ответственность за достоверность отражения финансового положения, финансового результата, движения денежных средств и другой информации, в том числе и за учет основных средств, в нарушении п. 45 того же Приказа в инвентарную карточку основного средства вносятся сведения о нем на основании данных из сопроводительных документов поставщика (например, паспорта завода-изготовителя, технической документации и др.) или сведения об изготовлении его хоз. способом. 

В дальнейшем в карточку вносятся сведения обо всех изменениях, которые влияют на учет и характеристики основного средства: переоценка, ремонт, модернизация внутреннее перемещение, передача в аренду, управление, безвозмездное пользование, выбытие и др., 

Согласно п. 51 того же Приказа основные средства полежат ликвидации и списанию с учета только в строго определенных случаях, а именно, если объекты физически изнашиваются и морально устаревают, а также если восстановить объект невозможно или дальнейшее его использование экономически нецелесообразно,

На основании Постановления Правительства РФ от 14 октября 2010 г. № 834 «Об особенностях списания федерального имущества» директор комбината не имеет права самостоятельно принимать решение о частичной или полной ликвидации основного средства, а обязан согласовывать необходимость ликвидации и списания основных средств с Управлением Росрезерва по Южному федеральному округу и Федеральным агентством по государственным резервам, в нарушение Приказа Министерства Финансов РФ от 13 июня 1995 г. № 49 «Об утверждении методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств», в ходе инвентаризации в обязательном порядке производится сверка фактического наличия Основного средства с данными бухгалтерского учета, а также его характеристики с данными инвентарной карточки и результаты инвентаризации утверждаются директором комбината.

Из искового заявления следует, что в качестве доказательства обнаружения причиненного ущерба истцом была проведена инвентаризация материальных ценностей государственного резерва ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва проведенная в апреле 2014 г.что подтверждается представленной копией акта о результатах инвентаризации № от дата.

Однако решением Петровского районного суда Ставропольского края от 01.04.2015 года по делу № 2-71/15 результаты инвентаризации, в том числе акт о результатах инвентаризации № от дата признаны недействительными. Определением Ставропольского краевого суда от 03.07.2015 года решение Петровского районного суда Ставропольского края № 2-71/15 от 01.04.2015 года оставлено без изменения и вступило в законную силу.

Таким образом, представленный истцом в качестве доказательства акт о результатах инвентаризации № от дата является недействительным.

Кроме того судом установлено, что в представленном истцом заключении эксперта № от дата стоимость объекта исследования определена путем сопоставления рыночных цен на аналогичное имущество, предлагаемое на региональном рынке.

Однако из распечатки, приведенной в приложении к заключению эксперта, следует, что стоимость уголка рассчитана на основании данных Московской Торговой Строительной Компании – Металл-СК (ссылка http://www.metallsk.ru/ugolstal.html), а не на основании цен на аналогичное имущество, предлагаемое на региональном рынке Ставропольского края. Кроме этого не указано, включает ли стоимость, используемая для расчёта, НДС и транспортные расходы.

В связи с чем, суд полагает, что взятая экспертом за основу стоимость 1 м. исследуемых уголков является необоснованной.

Согласно ч. 3 ст. 86 ГПК заключение эксперта для суда необязательно и оценивается им по правилам, установленным в ст. 67 ГПК РФ (в соответствии с общими правилами оценки доказательств по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств).

Исходя из содержания постановления о прекращении уголовного дела оцениваемый металлический уголок образовался в результате частичного демонтажа стеллажа металлического 3-4-хярусного. Из содержания инвентарной карточки учета нефинансовых активов №, предоставленной истцом, следует, что срок полезного использования стеллажа составляет 240 месяцев (20 лет). Введены в эксплуатацию стеллажи в 1970 году, а срок полезного использования стеллажа из уголка истек в 1990 году. Амортизация составила 100 %, в связи с чем остаточная стоимость стала равна 0 рублей, что подтверждается справкой, подписанной главным бухгалтеров комбината ФИО18

Кроме этого, нулевая стоимость и 100% амортизация стеллажей подтверждается судебно-бухгалтерской и финансово-экономической экспертизой № от дата.

Также, в 2009 году на основании приказа и.о. директора комбината ФИО19 № от дата было произведено списание металлического уголка со стеллажа металлического 3-4-хярусного в количестве 1 тонны (

<

данные изъяты> тонн – первоначально), при этом от списания был оприходован металлолом в количестве 1 тонны по стоимости 0 рублей, что подтверждается актом о списании № от дата. Указанные документы, подтверждают, что уголок, образовавшийся от демонтажа стеллажа металлического, имеет 100 % износ, не имеет остаточной стоимости и по физическим качествам, является металлоломом.

О том, что уголок, образовавшийся от демонтажа стеллажа металлического 3-4-хярусного, является металлоломом, указал и директор комбината ФИО17 в своем ответе от дата № (п. 8) на запрос следователя.

Анализируя вышеизложенное, суд приходит к выводу, что по состоянию на момент совершения ответчиком ФИО2 преступления, то есть на дата, спорного объекта – стеллажа металлического 3-4-хярусного – как такового уже не существовало, поскольку на указанный момент амортизация одного стеллажа составила 100%, а второй стеллаж был демонтирован, в связи с чем в настоящее время является металлоломом. 

Следовательно, определять размер причиненного истцу ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва материального ущерба следует исходя из признания демонтированного стеллажа металлоломом.

Так, суд считает необходимым при вынесении решения принять за основу следующий расчет стоимости уголка, образовавшийся в результате частичного демонтажа стеллажа:

1) - уголок металлический размером 50x50x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров, уголок металлический размером 63x63x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров, обнаруженный по месту жительства ФИО10 по адресу: 

<

адрес>;

- уголок металлический размером 50x50x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров, уголок металлический размером 63x63x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров, обнаруженный по месту жительства ФИО11 по адресу: 

<

адрес>;

- уголок металлический размером 50x50x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров, обнаруженный по месту жительства ФИО12. по адресу: 

<

адрес>;

- уголок металлический размером 50x50x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров, обнаруженный по месту жительства ФИО13 по адресу: 

<

адрес>;

- уголок металлический размером 50x50x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров, уголок металлический размером 63x63x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров, обнаруженный по месту жительства ФИО14 по адресу: 

<

адрес>;

- уголок металлический размером 50x50x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров, уголок металлический размером 63x63x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров, обнаруженный по месту жительства ФИО3 по адресу: 

<

адрес>;

- уголок металлический размером 50x50x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров, уголок металлический размером 63x63x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров, обнаруженный по месту жительства ФИО9, ФИО5, ФИО7, по адресу: 

<

адрес>;

- уголок металлический размером 50x50x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров, уголок металлический размером 63x63x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров, обнаруженный по месту жительства ФИО8 по адресу: 

<

адрес>;

- уголок металлический размером 50x50x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров, уголок металлический размером 63x63x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров, обнаруженный по месту жительства ФИО6 по адресу: 

<

адрес>;

- уголок металлический размером 63x63x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров, обнаруженный в гаражном помещении, принадлежащем ФИО15 расположенном в 30 метрах от 

<

адрес>;

- уголок металлический размером 50x50x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров, уголок металлический размером 63x63x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров, обнаруженный по месту жительства ФИО16 по адресу: 

<

адрес>;

- уголок металлический размером 50x50x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров, уголок металлический размером 63x63x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров, обнаруженный возле водоема на расстоянии 250 метров от асфальтированной дороги 

<

адрес> по направлению к 

<

адрес> и на расстоянии 4.4. км. до перекрестка трассы Ставрополь-Астрахань.

Итак, уголок металлический в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров, из которых:

- уголок металлический 50x50x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров

- уголок металлический 63x63x5 в количестве 

<

данные изъяты> погонных метров.

2) При переводе погонных метров уголка в тонны:

- Вес 1 погонного метра уголка металлического 50x50x5 - 3,77 кг (ГОСТ 8509-72)

- Вес 

<

данные изъяты> погонных метров уголка металлического 50x50x5 равен:

<

данные изъяты>*3,77=

<

данные изъяты> кг

- Вес 1 погонного метра уголка металлического 63x63x5 - 4,81 кг (ГОСТ8509-72)

- Вес 

<

данные изъяты> погонных метров уголка металлического 63x63x5 равен:

<

данные изъяты>*4,81=

<

данные изъяты> кг

Вес итого: 

<

данные изъяты> кг +

<

данные изъяты> кг = 

<

данные изъяты> кг

3) 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Стоимость 1 тонны металлолома в 2000 году составила 700 рублей (данные из периодического издания // Вечерний Ставрополь.-2000- №16, от 28 января 2000 года, // Вечерний Ставрополь.-2000- №18, от 1 февраля 2000 года).

Следовательно, стоимость 

<

данные изъяты> тонн металлолома равна 

<

данные изъяты> рублей = 

<

данные изъяты> тонн * 700 рублей/тонна.

Таким образом, суд считает необходимым удовлетворить заявленное исковое требование частично и взыскать с ФИО2 в пользу ФГКУ комбината «Кубань» Росрезерва материальный ущерб в качестве возмещения вреда, причиненного преступлением, в размере 

<

данные изъяты> рублей 10 копеек, а в удовлетворении оставшейся части требования отказать.

Рассматривая заявление представителя ответчика ФИО2 – ФИО3 по доверенности об отказе в удовлетворении исковых требований по причине срока исковой давности, суд приходит к следующему.

На основании ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В ч. 1 ст. 196 ГК РФ указано, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Согласно ч. 2 ст. 196 ГК РФ срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен, за исключением случаев, установленных Федеральным законом от 6 марта 2006 года N 35-ФЗ "О противодействии терроризму".

В соответствии с ч. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Также согласно п.3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком.

В силу ст. 204 ГК РФ:

1. Срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права.

2. При оставлении судом иска без рассмотрения течение срока исковой давности, начавшееся до предъявления иска, продолжается в общем порядке, если иное не вытекает из оснований, по которым осуществление судебной защиты права прекращено.

Если судом оставлен без рассмотрения иск, предъявленный в уголовном деле, начавшееся до предъявления иска течение срока исковой давности приостанавливается до вступления в законную силу приговора, которым иск оставлен без рассмотрения.

3. Если после оставления иска без рассмотрения неистекшая часть срока исковой давности составляет менее шести месяцев, она удлиняется до шести месяцев, за исключением случаев, если основанием оставления иска без рассмотрения послужили действия (бездействие) истца.

УПК РФ гарантирует потерпевшему возмещение имущественного и морального вреда, причиненного преступлением, при рассмотрении уголовного дела или в порядке гражданского судопроизводства (ч. 3 и ч. 4 ст. 42 УПК РФ).

Гражданский иск может быть предъявлен после возбуждения уголовного дела и до окончания судебного следствия при разбирательстве данного уголовного дела в суде первой инстанции (ч. 2 ст. 44 УПК РФ).

Часть 3 ст. 31 ГПК РФ предусматривает, что гражданский иск, вытекающий из уголовного дела, если он не был разрешен при производстве уголовного дела, предъявляется для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства по правилам подсудности, установленным ГПК РФ.

Так, срок исковой давности перестает течь с момента предъявления иска в уголовном деле; весь период его рассмотрения первоначально в уголовном, а потом в гражданском судопроизводстве осуществляется судебная защита, и течение срока не возобновляется.

Если же гражданский иск оставлен в уголовном деле без рассмотрения по основаниям, установленным в ч. 3 ст. 250 и ч. 2 ст. 306 УПК РФ, то потерпевший вправе обратиться в суд в порядке гражданского судопроизводства после завершения уголовного процесса. В период между моментом вступления в законную силу приговора суда, которым иск оставлен без рассмотрения, и моментом обращения в суд продолжается течение срока исковой давности.

В судебном заседании установлено, что истец ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва о нарушении своего права узнал только в 2014 году в ходе расследования уголовного дела в отношении бывшего директора комбината ФИО2 по факту растраты металлического уголка.

В ходе предварительного следствия по уголовному делу истцом ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва был заявлен гражданский иск, который постановлением Петровского районного суда СК от 26.04.2016 года был оставлен без рассмотрения по причине прекращения уголовного дела в отношении ФИО2 по основаниям п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Так, суд полагает, что течение срока исковой давности продолжается с момента прекращения уголовного дела, т.е. с 26.04.2016 г.

Судом установлено, что с учетом положений ч. 3 ст. 204 ГК РФ истец ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва обратился в Промышленный районный суд г. Ставрополя с настоящим исковым заявлением 14.06.2016 года, что подтверждается штампом входящей корреспонденции. В связи с этим оснований полагать, что исковое заявление подано в суд с пропуском срока исковой давности у суда не имеется.

Таким образом, суд считает заявленные исковые требования законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению частично.

На основании п. 4 ч. 1 ст. 333.36 НК РФ истец ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва был освобожден от уплаты государственной пошлины при обращении в суд с иском о возмещении имущественного вреда, причиненного преступлением.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Таким образом, с ответчика ФИО2 подлежит взысканию в федеральный бюджет государственная пошлина в размере 

<

данные изъяты> рублей.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФГКУ комбинат «Кубань» Росрезерва к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного преступлением, – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФГКУ комбината «Кубань» Росрезерва материальный ущерб в качестве возмещения вреда, причиненного преступлением, в размере 

<

данные изъяты> рублей 10 копеек.

В удовлетворении оставшейся части искового требования о взыскании материального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей истцу ФГКУ комбинат «Кубань» – отказать.

Взыскать с ФИО2 в федеральный бюджет государственную пошлину в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд через Промышленный районный суд г. Ставрополя путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца с момента его оглашения.

Судья Е.В. Степанова

.

Подлинный документ подшит в материалах дела № 

Судья: ________________ / Е.В. Степанова