2-400/2017 

... 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

01 февраля 2017 года Октябрьский районный суд города Томска в составе:

председательствующего Черных О.Г.

при секретаре Погребковой Л.С.

с участием:

пом. прокурора Октябрьского района г. Томска Кастамаровой Н.С.,

истца ФИО1, ее представителя ФИО2, действующей по ордеру №1 от 20.01.2017,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Томске гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о признании недействительным договора дарения от 19.09.2016, признании недействительным свидетельства о праве собственности от 29.09.2016, восстановлении права собственности на квартиру, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась с иском в суд к ФИО3 о признании недействительным договора дарения от 19.09.2016, признании недействительным свидетельства о праве собственности от 29.09.2016, восстановлении права собственности на квартиру.

В обоснование иска указано, что квартира по адресу г. Томск, ..., принадлежала истцу на праве собственности на основании договора дарения квартиры от 30.03.2004. 19.09.2016 истец подарила квартиру ответчику. С момента заключения договора дарения и перехода права собственности ФИО3 отказывается от возложенных на неё обязанностей собственника по содержанию жилого помещения. Бремя содержания несет ФИО1 На момент подписания договора ФИО1 была введена ответчиком в заблуждение. В силу возраста нуждается в посторонней помощи, была убеждена, что договор дарения содержит пункт, в котором гарантируется право проживания в спорной квартире до смерти, но при прочтении такого пункта не нашла, пыталась прекратить сделку, но внучка настояла, чтобы документы были поданы на государственную регистрацию. В силу неграмотности поверила ФИО3 на слово и не имела представление, что право собственности перейдет к ответчику после регистрации договора. Истец рассчитывала на материальную и физическую помощь со стороны ответчика. 

Со ссылкой на положения ст. 178 ГК РФ просит признать договор дарения от 19.09.2016, заключенный между истцом и ответчиком, недействительным, признать недействительным свидетельство о праве собственности от 29.09.2016 №70-70/001-70/001/083/2016-1894/2, восстановить право собственности истца на спорную квартиру.

Истец в процессе иск и свои письменные пояснения поддержала. В письменных пояснениях указывает на то, специалист, составивший договор, пояснила, что пункт о проживании в квартире в договоре не предусмотрен. Хотела прекратить сделку, но растерявшись, подписала. Вернувшись домой и обсудив с П., поняла, что на таких условиях не желает дарить квартиру. Заблуждалась о последствиях сделки, не предполагала, что лишается права проживания в квартире. Не имела намерения лишать себя права собственности до момента смерти. Если бы ей были разъяснены последствия сделки, не согласилась бы на неё. В других письменных пояснениях указала на то, что у ответчика спросила при подписании договора, есть ли строка, что дар входит в силу после смерти, т.к. в советское время так и было. Внучка пояснила ей, что есть, а администратор сказал, что нет такой строки, истец сказала, что отказывается от дарения. Дооформлять дарение не ходила. 06.12.2016 внучка угрожала по телефону. Дополнительно в процессе пояснила, что ответчика она вырастила. Добровольно подписала договор дарения, принуждения к дарению не было. Знала, какой договор подписывала. Не обсуждался вопрос заключения ренты или завещания. Спорную квартиру ей подарил брат в 2004 году. Считала, что квартира перейдет к ответчику только после смерти истца. Что так было раньше в СССР, ей пояснил нотариус, к которому она ходила уже после заключения сделки дарения. Понимает, что дарение безвозмездно, но считает, что внучка должна ей помогать. Документы на регистрацию перехода права собственности не подписывала, документы в Управлении Росреестра потом не получала. При подписании договора говорила, что передумала заключать договор дарения, раз нет условия о переходе к внучке квартиры после смерти, но подписала договор. Сейчас считает, что внучка ее выгонит из квартиры, сейчас та истцу угрожает. Истец имеет в собственности иное жилое помещение по адресу г. Томск, ..., которое купила в 2002 году и сейчас сдает в найм.

Представитель истца позицию истца поддержала. 

Ответчик, третье лицо в процесс не явились, были извещены о дате и времени процесса. 

Суд в силу положений ст. 167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц. 

Выслушав участников процесса, свидетеля, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего иск не подлежащим удовлетворению, суд оснований для удовлетворении исковых требований не находит исходя из следующего. 

В соответствии со ст. 209 ГК РФ следует, что права владения, пользования и распоряжения своим имуществом принадлежат собственнику. Лишь собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Как следует из статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу пункта 1 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом.

В силу ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии со ст. 223 ГК РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Из содержания указанной нормы следует, что сделки - это действия, направленные на достижение правового результата.

В силу п. 3 ст. 154 ГК РФ, для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка).

В соответствии с пунктом 1 статьи 572 ГК Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно ст. 2 Федерального закона "О государственном регулировании прав на недвижимое имущество и сделок с ним" государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним - юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации.

В судебном заседании установлено, что между ФИО1 и ФИО3 был заключен 19.09.2016 договор дарения однокомнатной квартиры, общей площадью 35,80 м.кв., расположенной по адресу: ...

Согласно п. 1 договора от 19.09.2016, ФИО1 (даритель) обязуется безвозмездно передать в собственность своей внучке ФИО3 (одаряемый), а одаряемый принять в дар в соответствии с условиями настоящего договора следующее недвижимое имущество: однокомнатную квартиру, назначение жилое, общая площадь 35,80 м.кв., первый этаж, расположенная по адресу: г.Томск, ..., кадастровый (или условный) номер: 70-70-01/033/2004-1258. Указанная квартира принадлежит дарителю на праве собственности на основании договора дарения квартиры от 30.03.2004, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права серии 70АА 020863, запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним от 13.04.2005 №70-01/5пс-33/2004-1260.

В пункте 2 договора от 19.09.2016 указано, что одаряемый приобретает право собственности на указанное в п. 1 недвижимое имущество, после государственной регистрации перехода прав собственности. 

Из п. 7 договора от 19.09.2016 следует, что настоящий договор считается заключенным с момента его подписания. 

Договор соответствует требованиям ст. 574 ГК РФ о форме договора дарения.

Актом приема-передачи от 19.09.2016 подтверждается, что ФИО3 приняла от ФИО1 в дар квартиру, расположенную по адресу: г. Томск, ... в соответствии с договором дарения от 19.09.2016.

Переход права собственности на указанную квартиру в соответствии с договором дарения от 19.09.2016 был зарегистрирован в Управлении Росреестра по Томской области 29.09.2016 №70-70/001-70/001/083/2016-1894/2

Как следует из выписки из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним от 08.12.2016 №70/000/057/2016-4794, собственником жилого помещения – квартиры, расположенной по адресу: г. Томск, ..., является ФИО3 (л.д. 8).

Истцом в качестве правового основания недействительности сделки указаны положения ст. 178 ГК РФ с указанием на заключение сделки под влиянием заблуждения, в то же время, исходя из содержания иска и пояснений истца в процессе, речь идет о заключении сделки под влиянием обмана со стороны ответчика. Поэтому суд рассматривает два основания недействительности сделки – ст. 178 ГК РФ и ст. 179 ГК РФ (обман). Также истец ссылалась на поступившие угрозы от ответчика после заключения сделки. 

В силу положений ст. 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным указанным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

В силу положений ст. 166 ГК РФ данная сделка является оспоримой.

В силу п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

По смыслу указанной нормы права, сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны сформировалась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду.

Согласно ст. 178 ГК РФ необходимо доказать, что заблуждение имело место, носило существенный характер.

Чтобы сделка могла быть признана недействительной, заблуждение должно существовать уже в момент совершения сделки и иметь существенное значение для ее совершения. Заблуждение налицо тогда, когда оно касается условия, без которого сделка не была бы совершена. 

Под заблуждением понимается следующее:

1) сторона допустила очевидные оговорки, описки, опечатки и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Данные пороки воли являются ненамеренными и возникают не в силу внешнего воздействия, а вызываются внутренними причинами заблуждающегося субъекта сделки. 

В данной статье названы случаи заблуждения, имеющие существенное значение, и этот перечень следует считать исчерпывающим, ибо широкая трактовка существенного заблуждения ставит под угрозу устойчивость имущественного оборота и надежность заключаемых сделок. Заблуждение должно иметь место на момент совершения сделки и быть существенным. 

Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

Равным образом не может признаваться существенным заблуждением неправильное представление о правах и обязанностях по сделке. Законы должны быть известны каждому, и ссылка на их незнание не может служить основанием для оспаривания заключенных сделок. 

В соответствии с п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при добросовестности, которая от него требовалась по условиям делового оборота.

Исходя из смысла указанной нормы, под обманом понимается намеренное введение в заблуждение участника сделки его контрагентом или иным лицом, непосредственно заинтересованным в данной сделке. При этом обман может касаться не только элементов самой сделки, но и затрагивать обстоятельства, находящиеся за ее пределами, в частности относится к мотиву сделки.

При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли стороны сделки (потерпевшего) происходит не свободно, а вынуждено, под влиянием недобросовестных действий другого лица (контрагента), заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного (искаженного) представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки.

Как разъяснено в п. 99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

К доводам истца о том, что в СССР право собственности на объект дарения переходило к одаряемому после смерти дарителя, суд относится критически. Данная позиция противоречит положениям ст. ст. 256, 257 ГК РСФСР, согласно которым по договору дарения одна сторона передает безвозмездно другой стороне имущество в собственность. Договор дарения считается заключенным в момент передачи имущества. 

Истец ссылается на консультацию нотариуса о нормах СССР, которую она, якобы, получила уже после заключения договора. Соответственно, на дату его заключения подобной информацией она не располагала, как и доказательств ее получения, истцом не представлено. 

Говоря о своем жизненном опыте по дарению квартиры, истец основывает данную позицию на дарении ей данной же квартиры братом в 2004 году. В тоже время в 2004 году действовал ГК РФ, который действует и в настоящее время. Исходя из редакции ГК РФ на 2004 год, договор дарения квартира заключен с момента государственной регистрации договора, поэтому довод представителя истца о том, что договор прошел государственную регистрацию после смерти дарителя, надуман. 

В процессе истец ФИО1 пояснила, что понимает, что сделка дарения – безвозмездная, считает, что ответчик по-человечески должна была ей помогать. 

Поскольку сделка дарения по своей правовой природе является безвозмездной, у одаряемого не возникает обязанности по взаимному предоставлению дарителю помощи. 

Исполнение обязанности собственника квартиры ФИО3 по уплате коммунальных и иных платежей, содержанию жилого помещения, не входит в предмет исследования по настоящему делу. 

Как следует из материалов регистрационного дела, истец лично подписала заявление в Управление Росреестра по Томской области о регистрации перехода права собственности. Затем после оказания государственной услуги 17.10.2016 получила документы согласно перечню. Это подтверждает и представленный в материалы настоящего дела оспариваемый договор. К доводам истца об обратном суд относится критически. 

Как следует из п.п. 2,7 оспариваемого договора, одаряемый приобретает право собственности на недвижимое имущество после государственной регистрации перехода права собственности, настоящий договор считается заключенным с момента его подписания. 

Имеется также акт приема от 19.09.2016, в котором указано, что в соответствии с договором от 19.09.2016 даритель безвозмездно передал в собственность своей внуке, а одаряемый принял в дар следующее имущество: однокомнатную квартиру, назначение жилое, общая площадь 35,80 м.кв., первый этаж, расположенная по адресу: г.Томск, ул. ..., кадастровый (или условный) номер: 70-70-01/033/2004-1258.

При подписании договора истец имела возможность с ним ознакомится, указала, что задавала вопросы по его содержанию. Узнав об отсутствие пункта о её проживании, тем не менее, договор подписала. 

Содержание конкретно, не содержит неоднозначного толкования.

То обстоятельство, что истец, якобы, не читала договор, его подписывая, не имеет правового значения при рассмотрении данного спора. В процессе никто не отрицал, что истец умеет читать. 

Истец непосредственно совершала все юридически значимые действия, результатом которых явилось заключение договора дарения и переход права собственности на квартиру.

Таким образом, из материалов дела следует, что договор дарения подписан лично истцом, при этом с учетом установленных обстоятельств дела, стороны понимали характер сделки, её предмет и другие, имеющие значение для формирования воли лица обстоятельств, о чем указывают представленное истцом в правоустанавливающее дело регистрирующего органа заявление о государственной регистрации перехода права собственности.

Факт подписания Договора дарения сторона истца признала.

ФИО1 в процессе признала, что принуждения к дарению не было со стороны ответчика, добровольно подписала договор дарения, знала и понимала, какой договор подписывает.

Никогда вопрос о заключении договора ренты или написании завещания не обсуждался. 

Истцом ни в иске, ни в процессе, так и не указано, в чем конкретно было заблуждение истца.

Суд приходит к выводу, что истец не доказала основание заявленных им требований – заключение договора под влиянием заблуждения. Действительность договора определяется на момент его заключения. 

Также не указано, в чем был возможный обман со стороны ответчика по сделке. Как признала истец, по сделке дарения ФИО3 ее не обманывала, просто постоянно просила деньги, не нуждаясь в них. 

В подтверждение позиции истца был допрошен свидетель ФИО4, проживающей в спорной квартире и присутствующий при заключении сделки. 

Свидетель П показал, что между истцом и ответчиком до дарения обсуждался вопрос дарения квартиры. Свидетель с истцом тоже неоднократно обсуждал этот вопрос. Про завещание не говорили. Свидетель присутствовал при заключении договора дарения и слышал только то, как говорили «здесь подпишите, там подпишите». Ничего другого ФИО1 не говорила. Когда поехали заключать договор дарения, сначала заехали к нотариусу, который сказал, что нотариусы договоры такие не составляют и надо проехать на Дербышеского, туда и поехали. Нотариус про дарение в СССР ничего не говорил и позже с истцом он к нотариусу не ходил. Они с ФИО1 увидели где-то в октябре 2016 телепередачу, где говорили про дарения квартиры и то, что дарителя выселили. ФИО1 испугалась, перечитала договор, решила, что её могут тоже выгнать, передумала дарить и стала звонить ФИО3 с просьбой отменить дарение, та отказалась. До подписания договора от внучки не было угроз, начались только тогда, когда истец захотела вернуть квартиру. ФИО1 ходила в Управление Росреестра получать документы, но там ей ничего не дали. 

Таким образом, свидетель не подтвердил позицию истца о том, что при подписании договора она передумала его подписывать, о чем, якобы, говорила, о консультации нотариуса про нормы о договоре дарения в Советском Союзе, о наличии заблуждения с ее стороны или обмена со стороны ответчика.

Каких либо доказательств наличия заблуждения со стороны истца и обмана со стороны ответчика не представлено. 

Доказательств того, что ФИО3 преднамеренно создала у ФИО1 не соответствующее действительности представление о характере сделки, ее условиях, других обстоятельствах, повлиявших на решение ФИО1 заключить договор, стороной истца не представлено, в связи с чем оснований полагать, что договор был заключен под влиянием обмана, у суда не имеется.

Фактически истец после заключения договора дарения передумала его заключать и желает возвратить себе в собственность квартиру, но это не имеет отношения к вопросу о действительности сделки. 

Как указано стороной истца в процессе, в иске ошибочная ссылка на ст. 451 ГК РФ, расторгнуть договор не просят. 

Возможные угрозы, конфликты между истцом и ответчиком после заключения сделки не имеют отношения к рассматриваемому спору. 

Таким образом, в удовлетворении иска ФИО1 к ФИО3 о признании недействительным договора дарения квартиры по адресу г. Томск, ..., заключенного 19.09.2016 между ФИО1 (даритель) и ФИО3 (одаряемый) (регистрация перехода права собственности №70-70/001-70/001/083/2016-1894/2 от 29.09.2016), как заключенной под влиянием заблуждения и обмана, надлежит отказать. 

С 15 июля 2016 года прекращена выдача (а также замена) свидетельств о государственной регистрации прав. С этого момента регистрация возникновения и перехода прав на недвижимость удостоверяется только выпиской из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним (Федеральный закон N 360-ФЗ). Таким образом, документ, который истец просит признать недействительным - свидетельство о праве собственности от 29.09.2016 №70-70/001-70/001/083/2016-1894/2, не существует. Это дата и номер регистрационной записи о переходе права собственности. 

С учетом изложенного, а также, поскольку в удовлетворении требований истца о признании сделки недействительной отказано, то и в удовлетворении производных требований о признании недействительным свидетельства о праве собственности от 29.09.2016 №70-70/001-70/001/083/2016-1894/2, восстановлении права собственности ФИО1 на квартиру, надлежит отказать. 

В соответствии со ст.144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле, либо по инициативе судьи или суда. При удовлетворении иска принятые меры по его обеспечению сохраняют свое действие до исполнения решения суда.

По настоящему исковому заявлению были применены обеспечительные меры. Учитывая, что в удовлетворении исковых требований отказано, суд считает необходимым отменить по вступлении в законную силу решения суда обеспечительные меры, наложенные определением Октябрьского районного суда г. Томска от 13.01.2017, в виде запрета Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Томской области (634003, 

<

...>) осуществлять регистрацию перехода права собственности в отношении квартиры, расположенной по адресу: г. Томск, ..., принадлежащей ФИО3.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о признании недействительным договора дарения квартиры по адресу г. Томск, ..., заключенного 19.09.2016 между ФИО1 (даритель) и ФИО3 (одаряемый) (регистрация перехода права собственности №70-70/001-70/001/083/2016-1894/2от 29.09.2016), признании недействительным свидетельства о праве собственности от 29.09.2016 №70-70/001-70/001/083/2016-1894/2, восстановлении права собственности ФИО1 на квартиру, ОТКАЗАТЬ,

Обеспечительные меры, наложенные определением Октябрьского районного суда г. Томска от 13.01.2017 в виде запрета Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Томской области (634003, 

<

...>) осуществлять регистрацию перехода права собственности в отношении квартиры, расположенной по адресу: г. Томск, ... принадлежащей ФИО3, отменить по вступлении решения суда в законную силу.

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд через Октябрьский районный суд г. Томска в течение месяца путем подачи апелляционной жалобы. 

...

...

Судья: О.Г. Черных

...

...