Судья Мочалкина А.П. Дело № 22-121/2025 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Магадан 2 апреля 2025 года

Магаданский областной суд в составе: 

судьи Лапшина П.В., 

при секретаре: Чекотиной М.Ю., 

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Магаданской области Ермак В.В., 

осужденной ФИО1, и ее защитника - адвоката Непомнящего А.В., представившего удостоверение №... от 

<

дата> и ордер №... от 

<

дата>, - в режиме видеоконференцсвязи,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу защитника осужденной ФИО1 - адвоката Непомнящего А.В. на приговор Ягоднинского районного суда Магаданской области от 28 декабря 2024 года, которым

ФИО1, 

<

.......>, ранее не судимая, 

осуждена по п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ к лишению свободы на срок 3 (три) года 6 (шесть) месяцев, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 (два) года.

В соответствии с ч. 1 ст. 73 УК РФ назначенное ФИО1 наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 3 (три) года.

В соответствии с ч. 5 ст. 73 УК РФ на ФИО1 возложены обязанности: 

- один раз в месяц являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий исправление осужденных, в дни, установленные данным органом; 

- в течение установленного судом испытательного срока не менять места постоянного жительства (пребывания) и работы без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного по месту жительства (пребывания). 

Дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 (два) года, постановлено исполнять самостоятельно с момента вступления приговора в законную силу.

Избранная в отношении ФИО1 мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу, после чего постановлено отменить. 

Гражданский иск потерпевшего С. о компенсации морального вреда, причиненного преступлением, удовлетворен частично. С ФИО1 в пользу потерпевшего С. взысканы 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

Приговором разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств и процессуальных издержек.

Заслушав доклад судьи Лапшина П.В., доложившего обстоятельства дела, доводы жалобы и возражений на нее, выступления осужденной ФИО1 и адвоката Непомнящего А.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Ермак В.В., полагавшей, что приговор подлежит оставлению без изменения, суд апелляционной инстанции

установил

приговором суда ФИО1 признана виновной в том, что, управляя автомобилем в состоянии опьянения, допустила нарушение правил дорожного движения, что повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего С.

Преступление совершено 9 мая 2023 года в п. 

 Ягоднинского района Магаданской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда.

В апелляционной жалобе защитник осужденной - адвокат Непомнящий А.В. просит уголовное преследование в отношении ФИО1 прекратить в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления.

По его мнению, действия ФИО1 по п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ квалифицированы неверно, выводы приговора о виновности его подзащитной основаны на предположениях, при этом доказательства, оправдывающие ФИО1, в приговоре не приведены и не оценены.

Обращает внимание, что, излагая в приговоре показания свидетелей Ф., Г., Е., Т., З., К., А и специалиста М., суд не указал, какие из показаний данных лиц признаются им достоверными: данные на предварительном следствии или в судебном заседании. При этом утверждает, что приведенные в приговоре показания К., М. и А не соответствуют их фактическим пояснениям в судебном заседании. 

В частности, суд неверно привел показания К., касающиеся обстоятельств опечатывания им стеклянной емкости с контрольным образцом, а также о наличии у него полномочий на проведение освидетельствования, неполно приведены показания М. и А в части изложения сведений, оправдывающих ФИО1

Не согласен с оценкой, данной судом показаниям свидетелей Л., Б., У. и специалиста М., которые исключили возможность подмены биологических образцов ФИО1, поскольку данные лица на этапе отбора образцов не присутствовали.

Показания подсудимой ФИО1 и свидетеля Г. в приговоре приведены не в полном объеме, данная им критическая оценка со стороны суда является надуманной и противоречит гарантированному праву защищаться всеми не запрещенными законом способами.

По его мнению, значительная часть приговора дословно повторяет содержание обвинительного заключения, многие выводы приговора основаны на предположениях. Так, предположительным является суждение о возможности получения потерпевшим С. телесных повреждений в результате дорожно-транспортного происшествия. 

Суд необоснованно отклонил ходатайство стороны защиты о возвращении дела прокурору для устранения недостатков обвинительного заключения.

Полагает, что обстоятельства преступления и показания основных свидетелей переписаны в приговоре из обвинительного заключения без учета результатов судебного следствия. Показания дважды допрошенной Л. в приговоре не приведены вовсе. 

Ссылаясь на содержание п.п. 1.3, 1.5, 10.1 Правил дорожного движения, указывает, что вопреки положениям п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 9 декабря 2008 года № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением ПДД и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения» в приговоре отсутствует вывод о том, в чем конкретно выразилось их нарушение со стороны ФИО1

Обращает внимание, что ФИО1 вменено нарушение только первого абзаца п. 10.1 ПДД данной нормы, в связи с чем выводы суда об обязанности его подзащитной при возникновении опасности для движения принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства не соответствуют предъявленному обвинению. В ходе предварительного следствия не была установлена фактическая скорость движения автомобиля его подзащитной, поэтому вывод о том, что она двигалась со скоростью не соответствующей дорожной обстановке, не основан на материалах дела. 

По этим же основаниям защитник не соглашается с выводами, приведенным в заключениях судебных автотехнических экспертиз № 388 от 31 мая 2023 года и №204 от 21 мая 2024 года, и, указывая на их противоречивость, обращает внимание, что в ходе их производства экспертами использованы разные исходные данные, причинная связь между несоответствием действий водителя ФИО1 Правилам дорожного движения и возникновением происшествия экспертным путем не установлена. Показания свидетеля О. в части наличия на месте ДТП зигзагообразных следов, принятые во внимание при проведении автотехнических экспертиз, противоречат данным протокола осмотра места происшествия от 9 мая 2023 года и фототаблице к нему.

Просит учесть, что в заключении судебной автотехнической экспертизы № 204 от 21 мая 2024 года экспертом указано, что характер следов шин автомобиля в представленных на экспертизу материалах зафиксирован не в полной мере, что не позволило высказаться о механизме ДТП. В этой связи, вызывает сомнения достоверность показаний специалиста Ц. относительно характера следов автомобиля, при том, что для ответов на вопросы специалисту не были предоставлены показания ФИО1 о создании С. помех при движении автомобиля.

Обращает внимание, что поведение потерпевшего С. во время нахождения в автомобиле ФИО1 не получило должной оценки в ходе расследования, что существенно повлияло на выводы о виновности его подзащитной. В частности, при проведении судебных автотехнических экспертиз и судебно-медицинской экспертизы не учтено, что в отличие от супругов ФИО1 и Г., С. в автомобиле ремнем безопасности не пристегивался, влияние данного факта на характер и количество полученных потерпевшим телесных повреждений и, как следствие, степень тяжести вреда, причиненного его здоровью, не устанавливалось.

Полагает, что показания С. об обстоятельствах, предшествующих ДТП, не получили в приговоре должной оценки, при этом, сообщенные потерпевшим сведения об обстоятельствах потери ФИО1 управления транспортным средством и дальнейшем съезде в кювет не подтверждены исследованным доказательствам.

Указывает, что суд не дал надлежащей оценки доводам ФИО1 о том, что причиной ДТП явились действия пассажира С., который хватался за руль. Не соглашаясь с выводом суда о том, что в нарушение требований п. 2.7 ППД ФИО1 в момент ДТП находилась в состоянии наркотического опьянения, указывает, что положенные в обоснование данного вывода доказательства получены с нарушением закона и содержат существенные противоречия.

В частности, указание сотрудника Госавтоинспекции О. о направлении на освидетельствование ФИО1 в связи с наличием достаточных оснований полагать, что водитель находится в состоянии опьянения, не соответствовало фактическим обстоятельствам, поскольку данный сотрудник его подзащитную не видел ни на месте ДТП, ни в больнице.

Установленный следствием как лицо, проводившее освидетельствование, - врач-хирург К. подготовку в соответствии с организационно-распорядительными документами Минздрава РФ не проходил, документы, подтверждающие наличие у него такого права, в материалах дела не представлены.

Факт принадлежности исследованной биологической пробы именно ФИО1 объективного подтверждения не нашел. В частности, в исследованном специалистом М. образце не обнаружены морфин, трамадол и иные вещества, введенные его подзащитной после ДТП по медицинским показаниям. Проверка контрольной биологической пробы, якобы полученной от ФИО1, в целях подтверждения наличия в ней наркотических средств, не проводилась. Проведенная ДНК-экспертиза биологической пробы факт ее происхождения от ФИО1 также не подтвердила.

Обращает внимание, что ни один из медицинских работников, оказывающих помощь ФИО1 после ДТП, не выявил у нее признаков опьянения, перечисленных в приказе Минздрава РФ № 933н от 18 декабря 2015 года.

Исходя из совокупности доводов, приведенных в его жалобе, просит уголовное преследование ФИО1 по п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ прекратить на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. 

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Поляков Р.И. считает постановленный приговор соответствующим требования ст. 7 УПК РФ. В обоснование этого указывает, что фактические обстоятельства совершенного ФИО1 преступления судом установлены правильно и в приговоре изложены полно. Все исследованные в судебном заседании доказательства получили надлежащую оценку в приговоре, действия осужденной судом квалифицированы верно, оснований для оправдания ФИО1 либо прекращения ее уголовного преследования не имеется. Просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Непомнящего А.В. – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и поступивших возражений, выслушав участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вина ФИО1 в том, что, управляя автомобилем «Лексус», государственный регистрационный знак №..., она допустила нарушение пунктов 1.3, 1.5 и 10.1 Правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего С., подтверждается следующими доказательствами.

Потерпевший С. показал, что 9 мая 2023 года он находился в компании малознакомых ему мужчин, у которых возник конфликт с перемещавшимися на автомобиле «Лексус» женщиной и мужчиной. Он в этом конфликте не участвовал, а, напротив, пытался всех успокоить. После того, как конфликтная ситуация была разрешена, он с разрешения хозяев сел на заднее пассажирское сиденье автомобиля «Лексус», которым управляла женщина по имени Екатерина (ФИО1), и попросил довезти его до п. 

. Помимо него в автомобиле на переднем пассажирском сидении находился супруг женщины по имени Г. (Г.). Во время поездки в автомобиле он спокойно разговаривал с Г., в управление транспортного средства не вмешивался, никому не угрожал, до ручного (стояночного) тормоза не дотрагивался. В какой-то момент, без вмешательства с его стороны, автомобиль начало бросать из стороны в сторону, затем он выехал на встречную полосу и съехал в кювет. После того, как автомобиль оказался в кювете, он почувствовал сильную боль в области бедра от сильного удара. В результате указанного дорожно-транспортного происшествия он получил телесное повреждение в виде 

<

.......>, повлекшее тяжкий вред его здоровью.

Свидетели З., Т. и Е. показали, что 9 мая 2023 года вместе с С. катались на автомобиле марки «Тойота», принадлежащем Ф., который также был с ними, но спал. Во время поездки между ними - с одной стороны и перемещавшимися на автомобиле «Лексус» ФИО1 и Г.- с другой, произошел конфликт, вызванный тем, что управлявшая автомобилем ФИО1 допустила неосторожное вождение, создав аварийную ситуацию.

После того, как конфликт был урегулирован, они все вместе решили проехать во двор дома 

<

адрес> и выпить пиво в знак примирения. Они сели в свой автомобиль, а С. с согласия ФИО1 сел на заднее сиденье автомобиля «Лексус». Этим автомобилем управляла ФИО1, а ее супруг расположился на переднем пассажирском сидении. Они на своем автомобиле уехали вперед и стали ожидать приезда автомобиля «Лексус» в районе дома 

<

адрес>, однако не дождались и поехали навстречу. Не доезжая до автозаправочной станции, они обнаружили, что автомобиль «Лексус» находится в кювете на правой стороне дороги по ходу их движения. ФИО1 была зажата на водительском сидении, Г. находился у автомобиля, С. был здесь же и жаловался на боль в ногах.

Они стали оказывать пострадавшим посильную помощь, пытались вытащить ФИО1 с водительского места. Спустя некоторое время подъехали машины скорой помощи и МЧС, взломали водительскую дверь и достали ФИО1 Затем супругов ФИО1 и Г. и С. отвезли в больницу. 

Свидетель О. – инспектор дорожно-патрульной службы ОГИБДД Отд МВД России по Ягоднинскому району показал, что 9 мая 2023 года около 05.10 часов он прибыл на место дорожно-транспортного происшествия на 1503 км + 250 м ФАД Р-504 «Якутск-Магадан», где увидел в кювете, расположенном за левой обочиной по направлению движения г. Магадан - п. 

, автомобиль марки «Лексус» GX 470. В ходе визуального осмотра автомобиля было установлено наличие механических повреждений. На момент приезда в салоне автомобиля никого не было, сотрудники МЧС и скорой помощи уже отсутствовали. 

В ходе осмотра места происшествия установлено, что участок автодороги, где произошло ДТП, является кривой в плане (подъем), с асфальтовым покрытием и расположен в черте п. 

. Дорожное покрытие на момент ДТП сухое, без следов наледи. Также им были обнаружены следы съезда автомобиля «Лексус», которые начинались с крайней левой полосы движения (по ходу движения г. Магадан - п. 

), предназначенной для движения встречных транспортных средств, зигзагообразной формы, с дальнейшим съездом автомобиля «Лексус» и имели общую длину 65 метров от остановки транспортного средства в кювете. Каких-либо следов торможения автомобиля «Лексус» как от начала съезда с крайней левой полосы до окончательной остановки перпендикулярно проезжей части в кювете в сторону реки 

, так и непосредственно на самом полотне проезжей части до момента съезда автомобиля с проезжей части в кювет зафиксировано не было. На дорожном полотне левой половины проезжей части и левой обочины обнаружены следы движения автомобиля «Лексус» зигзагообразной траектории. В ходе дальнейшей проверки установлено, что автомобилем «Лексус» управляла ФИО1, также в салоне автомобиля в качестве пассажиров находились Г. и С.

В ходе проверки показаний на месте 20 февраля 2024 года свидетель О. показал, что общая длина траектории движения зигзагообразной формы движения автомобиля «Лексус» до момента съезда в кювет составила 90 метров, наибольшая ширина дуги зигзагообразной траектории движения составляла три метра и располагалась на левой полосе движения и левой обочине по ходу движения г. Магадан - п. 

. Следов торможения данного транспортного средства на дорожном полотне и обочине не имелось (т. 2 л.д. 98-104).

Свидетель П. показал, что, являясь старшим экспертом криминалистического ЭКЦ УМВД России по Магаданской области, 9 мая 2023 года в составе следственно-оперативной группы выезжал на место дорожно-транспортного происшествия, которое произошло на выезде из п. 

 в сторону г. Магадана. К моменту их приезда участников ДТП на месте уже не было, находился только автомобиль марки «Лексус» с механическими повреждениями и деформацией. Следы торможения на дорожном полотне отсутствовали, однако имелись следы движения зигзагообразной формы с дальнейшим съездом с дорожного полотна на обочину и с обочины по гравийному склону до момента столкновения с грунтовой насыпью (т. 2 л.д. 19-22).

Свидетели И. и Н. – сотрудники МЧС России по Магаданской области показали, что 9 мая 2024 года в 03.55 часа они прибыли на место ДТП, где в кювете справа от проезжей части по ходу движения п. 

 - г. Магадан увидели автомобиль «Лексус» с механическими повреждениями и деформацией. Спустившись к автомобилю, они обнаружили троих пострадавших – двух молодых мужчин и женщину, которую зажало между водительским сиденьем и передней приборной панелью автомобиля. При помощи гидравлических ножниц они вскрыли переднюю левую водительскую дверь автомобиля «Лексус» и срезали стойку данной двери, после чего извлекли из салона женщину и отнесли на носилках в машину скорой помощи. На месте ДТП были следы съезда автомобиля «Лексус» в кювет, при этом, следов торможения на дорожном полотне и по ходу движения по кювету не видели. 

Кроме показаний потерпевшего и свидетелей, вина ФИО1 подтверждается письменными доказательствами:

- протоколом осмотра места происшествия с фототаблицей и схемой от 9 мая 2023 года, согласно которым ДТП произошло на 1503 км + 250 м ФАД Р-504 Якутск –Магадан. Автомобиль «Лексус», государственный регистрационный знак №..., с механическими повреждениями обнаружен в кювете. На момент осмотра следы торможения на дорожном полотне отсутствуют, установлены следы движения зигзагообразной формы с дальнейшим съездом с дорожного полотна на обочину и с обочины по гравийному склону до момента столкновения с грунтовой насыпью, расстояние между началом съезда с дорожного полотна до транспортного средства 65 метров (т. 1 л.д. 77-84, 85); 

- заключениями эксперта № 338 от 31 мая 2023 года и № 204 от 21 мая 2024 года, согласно выводам которых для обеспечения безопасности дорожного движения водителю автомобиля «Лексус GX 470» ФИО1 следовало руководствоваться требованиями абз. 1 п. 10.1 Правил дорожного движения. В действиях данного водителя, создавшего опасную аварийную ситуацию, приведшую к дорожно-транспортному происшествию, усматриваются несоответствия требованиям абз. 1 п. 10.1 Правил дорожного движения РФ (т. 2 л.д. 165-167, т. 3 л.д. 120-125);

- сообщением ФКУ ДСД «Дальний Восток» в г. Магадане от 29 января 2024 года № ДВ-19/30, согласно которому до проведения капитального ремонта на участке км 1503+250 автомобильной дороги Р-504 «Колыма» Якутск-Магадан продольный уклон составлял – 5 градусов;

- сообщением ФГБУ «Колымское УГМС» от 25 мая 2023 года № 320.04/402, согласно которому 08 и 09 мая 2023 года в поселке 

 осадков и атмосферных явлений не наблюдалось, среднесуточная температура воздуха составляла 4,3 и 4,4 градусов соответственно;

- заключением эксперта № 825/ж от 26 июня 2023 года, согласно выводам которого у С. при обращении за медицинской помощью 9 мая 2023 года имелись повреждения в виде 

<

.......>, который квалифицируется как причинивший тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть (т. 2 л.д. 178-182). 

Как следует из содержания приговора, в ходе судебного заседания были исследованы показания осужденной ФИО1 и ее супруга - Г., которые утверждали, что потерпевший С., являясь человеком крупного телосложения (рост около 190 см., вес свыше 100кг.), без разрешения сел в их автомобиль, во время поездки вел себя агрессивно, потребовал остановиться и высадить его, а когда ФИО1 не выполнила это требование, стал вмешиваться в управление, хватался за руль, включил ручной тормоз, что и привело к съезду автомобиля с дорожного полотна и столкновению с препятствием.

При этом суд обоснованно пришел к выводу, что данные утверждения опровергаются совокупностью иных доказательств.

Так, потерпевший С. последовательно утверждал, что у него не было никакого конфликта с ФИО1 и ее супругом, во время поездки он не просил остановиться, не пытался помешать управлению и не включал ручной тормоз. У него не было никакого интереса в том, чтобы ФИО1 остановилась и высадила его ночью за пределами поселка. Он также опроверг утверждения осужденной и ее супруга относительно того, что его внешние данные давали им основания предполагать возможность агрессивных действий с его стороны, пояснив при этом, что имеет среднее телосложение (рост 173 см. и вес около 80 кг.).

Оценив показания С. в совместно с показаниями свидетелей З., Т. и Е., которые указали, что первоначально возникший у них конфликт с супругами ФИО1 и Г. был полностью улажен, никто из них, в том числе и С., не испытывал неприязни к этим лицам, напротив, после происшедшего ДТП они предпринимали активные действия по оказанию помощи ФИО1 и ее супругу, исследовав протокол осмотра места происшествия от 9 мая 2023 года, заключения экспертиз № 338 от 31 мая 2023 года и №204 от 21 мая 2024 года, показания находившихся на месте происшествия сотрудников полиции О. и П., которые в своей совокупности опровергли утверждения осужденной и ее супруга о том, что причиной выезда автомобиля за пределы дорожного полотна явилось блокирование колес в связи с включением ручного тормоза, суд обоснованно отверг, как несостоятельную, версию стороны защиты о причинах дорожно-транспортного происшествия. 

Заключения автотехнических экспертиз, а также показания специалиста Ц. не противоречат друг другу, данные доказательства были получены и исследованы в судебном заседании с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, приведенные в них сведения о технических причинах происшедшего ДТП подтверждают выводы суда о том, что его причиной явилось несоблюдение водителем ФИО1 ряда положений Правил дорожного движения.

Заключение судебно-медицинской экспертизы № 825/ж от 26 июня 2023 года о характере и тяжести телесных повреждений, причиненных потерпевшему С., не вызывает сомнения в том, что причиной их образования явилось дорожно-транспортное происшествие, совершенное по вине водителя ФИО1 Ссылка жалобы на то, что пассажир С. не был пристегнут ремнем безопасности на вывод о виновности осужденной не влияет.

Также неосновательным является утверждение жалобы о том, что в приговоре не указано, в чем конкретно выразилось несоблюдение ФИО1 требований Правил дорожного движения. 

Вопреки этому утверждению суд в приговоре признал установленным, что осужденная не учла загруженность автомобиля в виде трех человек, дорожные условия вышеуказанного участка автодороги в виде закрытого поворота и продольного уклона дорожного полотна составлявшего – 5 градусов, не выбрала скорость, обеспечивающую ей возможность постоянного контроля за движением транспортного средства при возникновении опасности для движения, потеряла контроль за движением управляемого ею транспортного средства, допустила его выезд на полосу движения, предназначенного для движения встречных транспортных средств, а затем неконтролируемый съезд с полотна проезжей части в кювет и последующее столкновение автомобиля с земляной насыпью.

Поскольку из содержания приговора следует, что суд первой инстанции полностью согласился с предъявленным ФИО1 обвинением, факт совпадения приведенного в приговоре изложения обстоятельств преступления с содержанием обвинительного заключения не может расцениваться в качестве свидетельства нарушения судом требований закона о самостоятельном составлении приговора.

Утверждения жалобы адвоката о том, что приведенные в приговоре показания ряда свидетелей не соответствует фактическому содержанию их показаний, данных в судебном заседании, протоколом судебного заседания не подтверждается. Показания свидетелей, содержащие значимую по делу информацию, в приговоре приведены объективно и достаточно полно, их изложение совпадает с протоколом судебного заседания. Замечаний на сам протокол стороной защиты подано не было.

Таким образом, тщательно исследовав доказательства с точки зрения относимости, допустимости и достоверности суд первой инстанции обоснованно признал, что их совокупность является достаточной для того, для вывода о том, что вследствие допущенного водителем ФИО1 преступного легкомыслия, выразившегося в нарушении пунктов 1.3, 1.5, 10.1 Правил дорожного движения, приведшего к дорожно-транспортному происшествию, был причинен тяжкий вред здоровью потерпевшего С.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводом приговора о доказанности вины водителя ФИО1 в нарушении ею требований пункта 2.7 Правил дорожного движения, а именно - управления транспортным средством в состоянии опьянения.

Как предусмотрено пунктом 2 Примечания к статье 264 УК РФ для целей настоящей статьи лицом, находящимся в состоянии опьянения признается лицо, управляющее транспортным средством при наличии в его организме наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов либо новых потенциально опасных психоактивных веществ.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 10.1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 9 декабря 2008 года № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных ч.ч. 2, 4 и 6 ст. 264 и ст. 264.1 УК РФ, факт наличия в организме лица, управляющего транспортным средством, наркотических средств или психотропных веществ должен быть установлен по результатам медицинского освидетельствования на состояние опьянения - по результатам химико-токсикологических исследований при медицинском освидетельствовании на состояние опьянения, проведенных в соответствии с правилами, утвержденными Правительством Российской Федерации, и в порядке, установленном Министерством здравоохранения Российской Федерации, либо по результатам судебной экспертизы, проведенной в порядке, предусмотренном УПК РФ.

Порядок проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического) утвержден приказом Минздрава России от 18 декабря 2015 года № 933н (далее – Порядок).

Суд первой инстанции признал установленным, что водитель ФИО1, управляя автомобилем «Лексус Джи Икс 470», государственный регистрационный знак №..., совершила дорожно-транспортное происшествие, находясь в состоянии опьянения, вызванного употреблением лекарственного препарата «

<

.......>», входящего в Список психотропных веществ, оборот которых в Российской Федерации ограничен и в отношении которых допускается исключение некоторых мер контроля в соответствии с законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации (список III), а также под воздействием наркотического средства АВ-PINACA N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-пентил-1Н-индазол-3-карбоксамид, которое входит в Список наркотических средств и психотропных веществ, запрещенных к обороту в Российской Федерации (Список I).

Как указал суд, факт нахождения ФИО1 в состоянии опьянения под воздействием указанных средств подтвержден актом освидетельствования № 030 от 30 мая 2023 года (т.1 л.д.148).

Доводы стороны защиты о том, что ФИО1 не употребляла наркотические и психотропные вещества, а направленный на химико-токсикологическое исследование в 

<

учреждение здравоохранения № 2> биологический образец не принадлежит и само медицинское освидетельствование проведено с грубыми нарушениями соответствующих нормативных актов, судом отвергнуты, как не нашедшие своего подтверждения в ходе рассмотрения дела.

В подтверждение своего вывода в этой части суд сослался на показания свидетелей К., Л., Б., Ж., У., специалиста М., указав при этом, что показания данных лиц опровергают возможность подмены биологических образцов, полученных у ФИО1 на этапах отбора, хранения, транспортировки, химико-токсикологического исследования. 

Однако обоснованность суждения о том, что на этапе отбора биологических образцов были строго соблюдены требования, установленные специальным нормативным актом - Порядком проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического) утвержденным приказом Минздрава России от 18 декабря 2015 года № 933н (далее – Порядок), вызывает сомнение.

Согласно материалам уголовного дела медицинское освидетельствование ФИО1 на состояние опьянения, по результатам которого составлен акт № 030 от 30 мая 2023 года, проведено в 

<

учреждение здравоохранения № 1> врачом травматологом К. (т. 1 л.д. 148).

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля врач К. пояснил, что ночью 9 мая 2023 года при поступлении в больницу водителя ФИО1 после ДТП с ее участием он дал указание кому-то из находящихся на смене медицинских сотрудников осуществить у нее отбор биологических образцов (мочи). Однако кому конкретно он не помнит, кто в последствии представил ему две пробирки с биологическими образцами также не помнит, а только опечатал их для последующей отправки на химико-токсикологическое исследование в 

<

учреждение здравоохранения № 2>. 

В тоже время, допрошенные в качестве свидетелей все медицинские сотрудники, находившиеся на смене ночью 9 мая 2023 года (Д., Х., Р. и Ч.), утверждали, что никто из них не производил отбор биологических образцов (мочи) у ФИО1 после ее поступления в 

<

учреждение здравоохранения № 1>.

Между тем, Правила проведения химико-токсикологических исследований при медицинском освидетельствовании, являющиеся приложением к приказу Минздрава России от 18 декабря 2015 года № 933н, устанавливают строго определенную процедуру отбора биологического объекта (мочи) с целью исключения возможности ее фальсификации. 

Не установление конкретного лица, которое могло подтвердить получение биологического объекта именно от ФИО1, дает основание признать обоснованными доводы жалобы адвоката, в которых он ставит под сомнение сам этот факт и, как всякое не устраненное сомнение, оно должно быть истолковано в пользу подсудимой. 

Кроме того, согласно медицинским документам, а также показаниям фельдшера скорой помощи А водителю ФИО1, еще на месте ДТП, а также непосредственно после доставления в больницу (в 04.00, 04.50 и 05.20 часов) по медицинским показаниям вводились препараты: трамадол, морфин и ТТС «Фентанил» (т. 3 л.д. 130-137). 

Как следует из копии журнала регистрации отбора биологических объектов 

<

учреждение здравоохранения № 1> биологическая проба отобрана у ФИО1 9 мая 2023 года в 06.00 часов (т. 3 л.д. 155-157).

По информации и.о. главного врача 

<

учреждение здравоохранения № 2> В. период выведения веществ трамадола, морфина и ТТС «Фентанил» из организма человека составляет 48-72 часов (т. 3 л.д. 151).

При этом, из справки о результатах химико-токсикологического исследований следует, что такие вещества как трамадол, морфин и ТТС «Фентанил» в биологическом образце, являвшемся предметом исследования не обнаружены (т. 1 л.д. 149).

Допрошенный в судебном заседании в качестве специалиста заведующий химико-токсикологической лабораторией 

<

учреждение здравоохранения № 2> М., проводивший данное исследование, показал, что с учетом периода времени прошедшего с момента введения ФИО1 медицинских препаратов (трамадол, морфин и ТТС «Фентанил») и до момента отобрания у нее биологических образцов, указанные вещества, в случае их действительного нахождения в образце, с большой долей вероятности должны быть обнаружены в ходе исследования (протокол с/з, т. 5 л.д. 159 обратная сторона). 

Суд апелляционной инстанции учитывает, что пояснения специалиста М. в этой части носят вероятностный характер, которые он обусловил рядом обстоятельств, связанных с физическим состоянием ФИО1 после ДТП. Однако, при отсутствии иных доказательств, дающих основание истолковать эти вероятностные суждения в подтверждение позиции обвинения, суд первой инстанции, действуя вопреки требованиям ч.3 ст. 14 УПК РФ, расценил их именно таким образом. 

Необходимо также учесть то, что как следует заключения судебно-биологической экспертизы № 441 от 7 августа 2023 года в контрольной пробе биологического образца, полученного 9 мая 2023 года, не обнаружены кровь и эпителиальные клетки ДНК, которые давали бы основание признать, что образец произошел от ФИО1 (т. 3 л.д. 7-9).

При указанных обстоятельствах, а также принимая во внимание требования ч. 3 ст. 14 УПК РФ, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии неустранимых сомнений в принадлежности осужденной ФИО1 биологического образца, являвшегося объектом химико-токсикологического исследования, по результатам которого обнаружены вещества, ограниченные и запрещенные в свободном гражданском обороте, включенные в Списки I и III.

Таким образом, исходя из наличия неустранимых сомнений в принадлежности биологической пробы с обнаруженным в ней лекарственным препаратом и наркотическим средством осужденной ФИО1, следует признать, что нахождение последней в момент ДТП в состоянии наркотического опьянения не нашло достаточного подтверждения. 

Поэтому указание о допущенном ФИО1 нарушении требований пункта 2.7 Правил дорожного движения подлежит исключению из описательно-мотивировочной части приговора, а действия осужденной следует переквалифицировать на ч.1 ст. 264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим транспортным средством, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

При назначении ФИО1 наказания суд апелляционной инстанции в соответствии со ст.ст. 6, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории небольшой тяжести, сведения, характеризующие ее личность, факт наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, а также то, как сможет повлиять наказание на исправление осужденной и условия жизни ее семьи.

Поскольку ФИО1 признана виновной в совершении впервые преступления небольшой тяжести, при отсутствии отягчающих ее вину обстоятельств, то наказание в виде лишения свободы в силу требований ч.1 ст. 56 УК РФ ей назначено быть не может. Иные предусмотренные санкцией ч.1 ст. 264 УК РФ наказания в виде ограничения свободы и принудительных работ в отношении не также применены быть не могут. В силу положений ч.5 ст. 50 УК РФ ей также не может быть назначено наказание в виде исправительных работ.

Согласно разъяснениям постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015года №58 «О практике назначения судами Российской Федерации» уголовного наказания», содержащимся в пункте 27, в том случае, когда осужденному в силу положений, установленных законом, не может быть назначен ни один из предусмотренных соответствующей статьей Особенной части УК РФ вид наказания, ему следует назначить более мягкое наказание, чем предусмотрено санкцией соответствующей статьи без ссылки на ст. 64 УК РФ.

С учетом этого суд апелляционной инстанции полагает необходимым назначить ФИО1 наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на определенный срок, поскольку именно такое наказание позволит обеспечить восстановление нарушенных ею законных интересов общества и государства, а также послужит ее исправлению и предупреждению совершения новых преступлений.

Применение данного вида наказания не противоречит разъяснениям, содержащимся в п. 65 приведенного постановления Пленума, поскольку эти разъяснения устанавливают запрет на ухудшение положения осужденного судом апелляционной инстанции путем назначения реального наказания, если реальное наказание не было назначено приговором суда первой инстанции, а сам приговор не обжалован прокурором или потерпевшим по основанию чрезмерной мягкости.

Между тем, как следует из содержания приговора суда первой инстанции от 28 декабря 2024 года, ФИО1 было назначено реальное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 (два) года. 

То обстоятельство, что приговором данное наказание было назначено в качестве дополнительного, в силу положений ч.2 ст. 45 УК РФ, в данном случае не исключает возможность назначения его судом апелляционной инстанции в качестве основного наказания.

Принятое судом первой инстанции решение об удовлетворении гражданского иска потерпевшего С. о взыскании с осужденной в качестве компенсации морального вреда 500000 рублей надлежащим образом обосновано ссылками на нормы права и фактические обстоятельства, установленные по делу, оно соответствует требованиям соразмерности и справедливости. 

Каких-либо иных обстоятельств, могущих служить основанием для отмены или изменения постановленного по делу судебного решения, судом апелляционной инстанции не установлено 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.16, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

постановил 

приговор Ягоднинского районного суда Магаданской области от 28 декабря 2024 года в отношении ФИО1 изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание о нарушении ФИО1 пункта 2.7 Правил дорожного движения. 

Переквалифицировать действия ФИО1 с п «а» ч.2 ст. 264 УК РФ на ч.1 ст. 264 УК РФ, по которой назначить ей наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 (два) года.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Непомнящего А.В.- без удовлетворения.

Состоявшиеся по делу судебные решения могут быть обжалованы в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в силу итогового решения, путем подачи жалобы в Девятый кассационный суд общей юрисдикции, через суд первой инстанции - Ягоднинский районный суд Магаданской области. При этом осужденная вправе ходатайствовать об участии при рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

В случае пропуска шестимесячного срока стороны вправе ходатайствовать перед судом первой инстанции о его восстановлении в порядке, предусмотренном ч. 5 ст. 401.3 УПК РФ, либо подать жалобу непосредственно в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном статьями 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Судья