Дело № 2-487/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

14 мая 2018 года г. Волхов

Волховский городской суд Ленинградской области в составе:

председательствующего судьи Кузнецовой Л. А.

с участием прокурора Цховребовой А. П.

при секретаре Калининой А. В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании утратившей право пользования жилым помещением и выселении без предоставления другого жилого помещения и по встречному иску ФИО2 к ФИО1 о признании недействительным договора дарения квартиры в части, признании недействительным свидетельства о праве собственности и восстановлении права собственности на долю квартиры,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в Волховский городской суд Ленинградской области с иском к ФИО3 о признании утратившей право пользования жилым помещением.

В обоснование требований истец указал, что на основании договора дарения квартиры от 09 января 2003 года, он является собственником жилого помещения - квартиры, расположенного по адресу: ******, государственная регистрация права собственности которого произведена за № ****** от 07.02.2003г.

На момент передачи истцу в собственность вышеуказанного объекта недвижимого имущества, с 05 апреля 2002 года в квартире была зарегистрирована ответчик ФИО2, которая членом семьи истца не является и общего хозяйства с истцом не ведет. Ранее, она являлась членом семьи прежнего собственника ФИО4.

Согласно справке о регистрации по месту жительства, выданной 30 января 2018 года Волховским территориальным управлением АО «Единый информационно-расчетный центр Ленинградской области», ответчик зарегистрирована в жилом помещении как «посторонний», то есть не имеющая с истцом как с собственником квартиры родственных отношений.

Вышеуказанным договором дарения квартиры, не было установлено права дарителя (ФИО2) на постоянное проживание и пользование принадлежащим истцу жилым помещением.

Таким образом, ответчик ФИО2 не является членом семьи истца, общего и совместного хозяйства с истцом не ведет. Ее регистрация и проживание в принадлежащем истцу жилом помещении создает ограничения для реализации своих субъективных прав собственника, которые предоставлены истцу законом.

С учетом изложенного, регистрация и проживание ответчика в спорном жилом помещении ограничивает право собственности истца в отношении принадлежащего ему жилого помещения (п. 1 ст. 209 ГК РФ, п. 1 ст. 30 ЖК РФ), в связи с чем, истец находит, что имеются правовые основания для признания ответчика утратившей право пользования спорным жилым помещения и выселении из него, без предоставления другого жилого помещения.

ФИО2, возражая против исковых требований ФИО1 обратилась в суд со встречным исковым заявлением и с учетом уточненных в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) требований, просила:

признать договор дарения квартиры от 09 января 2003 года заключенный между ФИО2 и ФИО1 - в части 1/2 доли в общедолевой собственности – недействительным;

признать недействительным свидетельство о праве собственности от 07.02.2003 года, выданное Единым государственным реестром прав на недвижимое имущество и сделок с ним Учреждением юстиции - Ленинградской областной регистрационной палатой, 47 - АА № ******, на 1/2 долю на недвижимое имущество - квартиру, расположенную по адресу: ******;

восстановить право собственности ФИО2 на 1/2 долю в праве общедолевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: ******.

Ответчик в обоснование требований указала, что на основании договора дарения квартиры от 09.01.2003 года, заключенного между ней, её мужем ФИО4 и ФИО1 (внуком ФИО4), ответчик и её муж безвозмездно передали в дар ФИО1, а он принял в дар квартиру, расположенную по адресу: ******.

ФИО4, скончался 20 октября 2003 года.

Указанная квартира принадлежала ответчику и её мужу на праве общедолевой собственности (по 1/2 за каждым) на основании Договора обмена жилого помещения, принадлежащего на праве частной собственности на право найма жилого помещения, находящегося в муниципальной собственности от 13.03.2002 года, право общедолевой собственности по которому зарегистрировано в Волховском городском территориальном отделении Учреждения юстиции 19.03.2002 г.

В настоящее время право собственности на спорную 1/2 долю принадлежит ФИО1

Собственник жилого помещения обязан поддерживать данное помещение в надлежащем состоянии, не допуская бесхозяйственного обращения с ним, соблюдать права и законные интересы соседей, правила пользования жилыми помещениями, а также правила содержания общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме.

В соответствии с п. 7 Договора ФИО1 осуществляет за свой счет ремонт эксплуатацию указанной квартиры в соответствии с правилами и нормами, действующими в Российской Федерации для государственного и муниципального жилищного фонда.

Однако с момента заключения договора дарения и перехода права собственности к истцу, ФИО5 - ни разу не выполнял взятых на себя обязательств по содержанию и эксплуатации жилого помещения. Кроме этого, истец на спорной жилой площади никогда не проживал и не появлялся.

После совершения сделки дарения и до настоящего времени ответчик продолжает оплачивать коммунальные услуги и полностью несет бремя содержания жилого помещения.

Инициатором заключения договора дарения была невестка мужа ответчика, мать ФИО1 По настоянию своего супруга, ответчик согласилась оформить дарственную, не понимая всех последствий совершаемых ею действий и не предполагала, что при жизни лишается единственного места жительства, а с учетом того, что нотариус, ФИО6 не объяснила все условия и последствия заключаемого договора ответчик не подозревала, что её смогут в любой момент просто выкинуть на улицу из её же квартиры.

Также после смерти мужа финансовое положение ответчика изменилось не в лучшую сторону и за последние 10 лет состояние здоровья ответчика сильно ухудшилось, ответчик получила ограничение в трудовой деятельности, что подтверждается выпиской из медицинской карты от 05.03.2018 года.

Согласно ст. 577 ГК РФ даритель вправе отказаться от исполнения договора, если после заключения договора имущественное или семейное положение либо состояние здоровья дарителя изменилось настолько, что исполнение договора в новых условиях приведет к существенному снижению уровня его жизни.

Согласно п. 3 ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В установленном законом порядке экземпляр договора дарения квартиры находящийся у ответчика зарегистрирован не был и оформление права собственности на истца происходило без личного участия ответчика и её мужа.

В настоящее время спорная квартира является единственным местом жительства ответчика и какого-либо иного имущества, принадлежащего ответчику на праве собственности, у неё нет.

Если бы при заключении договора ответчику были разъяснены последствия совершения такой сделки, ответчик никогда бы не согласилась на заключение договора дарения.

В связи с тем, что при заключении договора дарения ответчик была введена в заблуждение и после его заключения произошло существенное изменение обстоятельств, из которых ответчик исходила при заключении договора, указанный договор дарения не может быть признан законным (л.д. 52-54, 94-96).

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен (л.д. 114).

Представитель истца ФИО7, действующий на основании доверенности от 26.02.2018 (л.д. 31-32), в судебном заседании требования истца поддержал, встречные исковые требования не признал, представил возражения на встречное исковое заявление, просил применить срок исковой давности к требованиям ответчика (л.д. 91-93).

Ответчик ФИО2 и представитель ответчика ФИО8, действующая на основании доверенности от 13.03.2018 (л.д. 33-34), в судебном заседании требования истца не признали, встречные уточненные требования поддержали. Ответчик представила в суд заявление о восстановлении срока исковой давности, указав в обоснование заявления, что в соответствии с п. 2 ст. 181 ГК РФ, исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Мать ФИО1 постоянно настаивала на сделке договора дарения, убедительно уверяя, что ответчик и её супруг ФИО4 будут проживать на данной жилплощади по адресу: ******, до окончания жизни. Эти обязательства оказались обманом. Нотариус не объяснила всех последствий такой сделки, поэтому ответчик до настоящего времени проживает в спорной квартире и была уверена, что её никто не потревожит.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

В соответствии со статьей 205 ГК РФ, в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите.

Ответчику стало известно о нарушении её права после получения письменного извещения от 12 февраля 2018 года.

Ответчик полагает, что пропустила срок исковой давности по уважительной причине, в следствии обмана матери ФИО1, а также в результате своего неустойчивого апатичного состояния, вызванного смертью близких ей людей. 11 декабря 2000 года у ответчика на руках умирла мать ФИО9, 25 июня 2001 года на глазах погибла дочь ФИО10. 22 января 2002 года погибла племянница, которая проживала вместе с ответчиком. 

С учетом изложенного, ответчик просила признать причины пропуска срока исковой давности уважительными и восстановить срок исковой давности.

Третье лицо нотариус Волховского нотариального округа Ленинградской области ФИО6 и представители третьих лиц Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ленинградской области и Управления по вопросам миграции ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены. ходатайствовали о рассмотрении дела в их отсутствии (л.д. 113, 115-119).

Суд, выслушав мнение представителя истца ФИО7, ответчика ФИО2, представителя ответчика ФИО8, участвующего в деле прокурора Цховребовой А. П., полагал возможным рассмотреть дело в отсутствии не явившихся участников процесса, извещенных о времени и месте судебного заседания.

Суд, исследовав материалы дела, выслушав представителя истца ФИО7, ответчика ФИО2, представителя ответчика ФИО8, принимая во внимание пояснения третьего лица нотариуса ФИО6, данные в судебном заседании 18 апреля 2018 года (л.д. 110 (оборот) – 111), пояснения свидетеляОзеровой В. М., допрошенной в судебном заседании 18 апреля 2018 года (л.д. 111 (оборот)), заключение участвующего в деле прокурора Цховребовой А. П., полагавшей иск ФИО1 подлежащим удовлетворению, приходит к следующему.

Установлено, что на основании договора дарения квартиры от 09 января 2003 года, заключенного между ФИО2, ФИО4 (дарителями) и ФИО1 (одаряемым), удостоверенного нотариусом Волховского нотариального округа Ленинградской области ФИО6 и зарегистрировано в реестре за № ******, ФИО1 является собственником квартиры, расположенной по адресу: ******. Договор дарения квартиры подписан сторонами. Так же установлено, что 09 января 2003 года сторонами составлен передаточный акт, в соответствии с которым ФИО2 и ФИО4 передали ФИО1, а ФИО1 принял квартиру, расположенную по указанному адресу (л.д. 11-17).

Установлено, что право собственности ФИО1 зарегистрировано, о чем в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 07 февраля 2003 года сделана запись регистрации № ****** (л.д. 10, 18-20).

Из справки о регистрации формы №9 от 30.01.2018, выданной АО «ЕИРЦ ЛО», усматривается, что в квартире по адресу: ****** зарегистрирована ФИО2 по месту жительства постоянно – с 05.04.2002 (л.д. 21). 

В силу ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) собственнику принадлежит право владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник праве по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность других лиц, передавать им, оставаясь собственником права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии со ст. 30 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее ЖК РФ) собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим Кодексом. Собственник жилого помещения вправе предоставить во владение и (или) в пользование, принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение гражданину на основании договора найма, договора безвозмездного пользования или на ином законном основании.

В соответствии со ст. 31 Жилищного кодекса РФ к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены собственником в качестве членов своей семьи. 

В соответствии со ст. 35 Жилищного кодекса РФ в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими федеральными законами, договором, или на основании решения суда, данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение.

В силу ч. 2 ст. 292 ГК РФ переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением бывшим собственником и членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.

Согласно п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одариваемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Договор дарения является односторонней безвозмездной сделкой, что исключает возможность наличия встречных обязательств.

В соответствии со ст. 425 ГК РФ договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

В силу п. 1 ст. 164, п. 3 ст. 574 ГК РФ договор дарения квартиры подлежит государственной регистрации.

Согласно п. 7 ст. 16 Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» от 21.07.1997 г. N 122-ФЗ, сделка считается зарегистрированной, а правовые последствия - наступившими со дня внесения записи о сделке или праве в Единый государственный реестр прав.

Приняв квартиру в дар, ФИО1 исполнил условия договора.

В соответствии с п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственника на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора дарения.

В соответствии со ст. 178 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. При наличии условий, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные (пп. 2 п. 2 ст. 178 ГК РФ).

Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

Заблуждение относительно последующего поведения одаряемого по отношению к дарителю не предусмотрено законом в качестве основания для признания договора недействительным по ст. ст. 170, 178 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По смыслу указанной нормы права, сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны сформировалась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду.

В соответствии с ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Третье лицо нотариус Волховского нотариального округа Ленинградской области ФИО6, в судебном заседании 18 апреля 2018 года пояснила, что ответчик ФИО2 при заключении спорного договора дарения осознавала, что она заключает именно договор дарения и ей были разъяснены последствия заключения данного договора

Оценив собранные по делу доказательства, суд приходит к выводу об отсутствии доказательств того, что ответчик ФИО2 заблуждалась относительно правовой природы дарения. При этом, не приведено доводов и доказательств, свидетельствующих о том, что 09 января 2003 года ФИО2, подписывая договор дарения ? доли квартиры, в действительности имела намерение совершить какую-либо иную сделку.

Судом установлено, что договор дарения квартиры, предусматривает все существенные условия, которые ясно устанавливают природу сделки и определяют ее предмет. Из текста договора однозначно следует, что ФИО4 и ФИО2 подарили ФИО1 принадлежащую им на праве собственности квартиру, а ФИО1 квартиру в дар принял. Договор удостоверен самостоятельно личной подписью сторон. Кроме того, составлен ясно и доступно, не допускает иного толкования существа сделки.

Судом также принимается во внимание, что ФИО2 будучи грамотной и дееспособной, передавая ? долю квартиры в дар внуку ФИО4 – ФИО1, понимала и не могла не понимать, что ФИО1 станет единственным собственником жилого помещения, и к нему также перейдут права и обязанности собственника.

Ответчиком ФИО2 не представлено доказательств преднамеренного создания ФИО1 не соответствующего действительности представления о характере сделки, ее условиях, предмете, других обстоятельствах, влияющих на решение ФИО2 подарить 1/2 долю спорной квартиры.

Таким образом, суд приходит к выводу, что ответчик ФИО2 распорядилась своим имуществом по своему усмотрению, договор дарения от 09 января 2003 года отражал волю ФИО2 в момент его подписания, при котором ответчик должна была оценить соответствие существа своих действий своим намерениям и возможным последствиям.

В силу п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (п. 2 ст. 179 ГК РФ).

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд, установив фактические обстоятельства, оценив в совокупности представленные доказательства, руководствуясь ст. ст. 166, 167, 179 ГК РФ, ст. ст. 56, 59, 60, 67 ГПК РФ, приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО2 о признании договора дарения 1/2 доли квартиры от 09 января 2003 года недействительным, поскольку ответчиком не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что действительная воля ФИО2 при заключении договора дарения не соответствовала ее волеизъявлению, а одаряемый ФИО1 совершил обман в отношении ответчика с целью заключения оспариваемой сделки.

В соответствии с п. 7 Договора дарения квартиры от 09 января 2003 года ФИО1 осуществляет за свой счет ремонт эксплуатацию указанной квартиры в соответствии с правилами и нормами, действующими в Российской Федерации для государственного и муниципального жилищного фонда.

Довод ответчика ФИО2 о том, что в связи с неисполнением истцом ФИО1 обязанностей по содержанию имущества после заключения договора дарения квартиры является основанием для признания сделки недействительной, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку неисполнение ФИО1 обязательств, предусмотренных п. 7 договора дарения, на которое ссылается ответчик, может лишь свидетельствовать о ненадлежащем исполнении обязательств как собственника жилья перед государственными органами и управляющими домом организациями, и не свидетельствует о существенном нарушении договора дарения в отношении ответчика.

Кроме этого, договор дарения исполнен 07 февраля 2003 года, после регистрации сделки в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

В соответствии со ст. 577 Гражданского кодекса РФ даритель вправе отказаться от исполнения договора, содержащего обещание передать в будущем одаряемому вещь или право либо освободить одаряемого от имущественной обязанности, если после заключения договора имущественное или семейное положение, либо состояние здоровья дарителя изменилось настолько, что исполнение договора в новых условиях приведет к существенному снижению уровня его жизни.

К спорным отношениям не может быть применена указанная норма права, поскольку оспариваемый договор дарения сторонами исполнен, за истцом ФИО1 право собственности на квартиры зарегистрировано в установленном законом порядке. Передача дара состоялась фактически в соответствии с п. 1 ст. 574 Гражданского кодекса РФ.

Заключая договор дарения, ответчик ФИО2 могла предполагать, что в дальнейшем она не будет работать, ее здоровье может ухудшиться. Таким образом, приведенные в обоснование исковых требований доводы не свидетельствуют о существенном изменении обстоятельств, имевших место на день заключения договора. Ссылки ответчика об оплате ею коммунальных платежей по указанной квартире, правового значения для разрешения спора не имеют.

Кроме того, наступление пенсионного возраста является обстоятельством, которое лицо могло предусмотреть.

Таким образом, достижение пенсионного возраста и наступление вследствие указанного обстоятельства нетрудоспособности было ожидаемым. Отчуждение ? доли спорного жилого помещения, принадлежащей ответчику ФИО2 на праве собственности, произошло по ее воле, доказательств обратному не представлено.

Из материалов дела следует, что после заключения договора дарения от 09 января 2003 года и его государственной регистрации право собственности на имя истца ранее принадлежащее ответчику право общей долевой собственности на 1/2 долю квартиры было прекращено в соответствии с ч. 1 ст. 235 ГК РФ, что также повлекло прекращение ее права пользования данным жилым помещением.

В соответствии с п. 1 ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 настоящего Кодекса.

Согласно п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии с п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно разъяснениям, данным в п. 12 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года N 43, в соответствии со ст. 205 Гражданского кодекса Российской Федерации в исключительных случаях суд может признать уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца - физического лица, если последним заявлено такое ходатайство и им представлены необходимые доказательства.

Представителем истца ФИО7 в судебном заседании заявлено о применении срока исковой давности к требованиям ответчика.

Суд, оценив представленные доказательства, приходит к выводу, что срок исковой давности следует исчислять, начиная с момента исполнения договора дарения квартиры. Договор между сторонами исполнен 07 февраля 2003 года, с указанной даты возникло право собственности у истца ФИО1 на спорное имущество. 

В силу части 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Учитывая, что ответчик ФИО2 лично подписывала договор дарения, на момент подписания договора была дееспособна и не страдала заболеваниями, препятствующими осознавать суть подписываемого договора и обстоятельств его заключения, то течение срока исковой давности следует исчислять с момент подписания спорного договора и его исполнения.

Таким образом, ответчик ФИО2 должна была знать о юридической судьбе спорной квартиры, имела возможность получить информацию из ЕГРН о данном имуществе.

Таким образом, доводы ФИО2 о том, что она лишь в феврале 2018 года узнала о нарушении её права, несостоятельны.

Настоящее исковое заявление было предъявлено в суд 12 марта 2018 года (л.д. 36-38), тогда как срок исковой давности по требованию о признании недействительном договора дарения от 09 января 2003 года истекал 09 января 2004 года. 

Оснований восстановления пропущенного срока исковой давности, предусмотренных статьей 205 Гражданского кодекса Российской Федерации, в ходе рассмотрения дела установлено не было.

Суд, установив фактические обстоятельства по делу, руководствуясь вышеуказанными нормами права, с учетом представленных доказательств, приходит к выводу о пропуске ответчиком ФИО2 срока исковой давности, о применении которого было заявлено представителем истца ФИО7 в судебном заседании, и который является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Судом установлено, что ФИО2 не является членом семьи истца.

Установлено, что договор дарения квартиры от 09 января 2003 года не предусматривает сохранение за ФИО2 права пользования жилым помещением по адресу: ******.

Суд приходит к выводу, что переход права собственности на квартиру, расположенную по адресу: ****** ФИО1 является основанием для прекращения права пользования спорным жилым помещением бывшим собственником данного жилого помещения ФИО2

С учетом изложенных обстоятельств, суд приходит к выводу, что ответчик не является членом семьи истца, каких-либо соглашений о пользовании спорным жилым помещением между истцом и ответчиком не заключалось, следовательно, ответчик утратил право пользования жилым помещением по адресу: ******. 

В соответствии с п. 31 Правил регистрации и снятии граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 17.07.1995г. № 713, снятие граждан с регистрационного учета по месту жительства производится органами регистрационного учета на основании вступившего в законную силу решения суда.

С учетом изложенного, решение суда является основанием для снятия ответчика с регистрационного учета по месту жительства в спорной квартире.

Суд, оценивая доказательства, в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, приходит к выводу, что исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению, а встречные исковые требования ФИО2 удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст. 194, 198 ГПК РФ, суд,

р е ш и л:

признать ФИО2, ****** года рождения, уроженку ******, утратившей право пользования жилым помещением по адресу: ****** и выселить её из указанного жилого помещения без предоставления другого жилого помещения. 

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО2 к ФИО1 о признании договора дарения квартиры от 09 января 2003 года, заключенного между ФИО2 и ФИО1 в части ? доли в праве общей долевой собственности недействительным, признании недействительным свидетельства о праве собственности от 07.02.2003 на ? долю квартиры и восстановлении права собственности ФИО2 на ? долю в праве общей долевой собственности на квартиру, отказать.

Отменить меры по обеспечению иска, снять арест с ? доли квартиры, расположенной по адресу: ******, наложенный определением суда от 16 марта 2018 года.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ленинградский областной суд через Волховский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: подпись Л. А. Кузнецова

Мотивированное решение составлено с учетом выходных дней 21 мая 2018 года. 

Судья: подпись Л. А. Кузнецова