Судья Федоренко В.Ю.

РЕШЕНИЕ

 № 7-123/2019

(дело № 5-48/2019)

29 ноября 2019 г. г. Ростов-на-Дону

Судья Южного окружного военного суда Костин Игорь Владимирович (

<

...>), при секретаре Потапенко А.С., с участием защитника Алексеева И.А., рассмотрев дело об административном правонарушении по жалобе военнослужащего войсковой части ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты>

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> подвергавшегося административному наказанию ДД.ММ.ГГГГ. по ст. № КоАП РФ, проживающего по адресу: 

<

адрес>,

на постановление судьи Пятигорского гарнизонного военного суда от 15 октября 2019 г. о назначении административного наказания за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ,

УСТАНОВИЛ:

Согласно судебному постановлению ДД.ММ.ГГГГ на № м автомобильной дороги 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> водитель Мишкович, в нарушение требований п. № Правил дорожного движения РФ, управлял транспортным средством в состоянии опьянения, чем совершил административное правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ. В связи с этим Мишковичу назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 руб. с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 8 месяцев.

В жалобе, поданной в порядке пересмотра, Мишкович просит судебное постановление ввиду незаконности и необоснованности отменить, производство по делу об административном правонарушении прекратить.

В обоснование автор жалобы, ссылаясь на нормы КоАП РФ и нормативные правовые акты, утверждает, что дело рассмотрено необъективно, выводы судьи не соответствуют имеющимся в деле доказательствам, которым надлежащая оценка не дана. Неустранимые сомнения в доказанности вины не истолкованы в его пользу. Административный материал составлен сотрудником полиции с нарушением действующего законодательства и необоснованно положен судьёй в основу выводов о его виновности. При назначении административного наказания не приняты во внимание его семейное и материальное положение, а также иные данные о личности и смягчающие административную ответственность обстоятельства.

В ходе пересмотра дела защитник Алексеев в качестве дополнительных доводов указал, что:

- наличие рукописных записей на бумажном носителе с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения свидетельствует о получении данных результатов ненадлежащим алкотестером;

- видеозапись производилась на техническое устройство, идентификационные данные которого в материалах дела отсутствуют, что ставит под сомнение её содержание;

- Мишковичу назначено чрезмерно строгое административное наказание.

Рассмотрев материалы дела об административном правонарушении и доводы жалобы, заслушав выступление защитника Алексеева, нахожу жалобу не подлежащей удовлетворению.

Вывод судьи в постановлении о признании в действиях Мишковича состава административного правонарушения соответствует фактическим обстоятельствам дела и основан на исследованных в судебном заседании доказательствах.

Факт совершения Мишковичем административного правонарушения при указанных обстоятельствах подтверждается протоколами об административном правонарушении, об отстранении от управления транспортным средством, о задержании транспортного средства, актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения с положительным результатом, свидетельствующим о наличии абсолютного этилового спирта в выдыхаемом воздухе в размере № мг/л, с которым согласился водитель Мишкович.

Приведённые доказательства получены с соблюдением требований закона, содержат необходимые для разрешения дела сведения.

Протоколы процессуальных действий составлены согласно процедуре их оформления, установленной КоАП РФ, и с применением видеозаписи, достоверность и объективность их содержания сомнений не вызывает.

Меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении применены к Мишковичу в соответствии с требованиями ст. 27.12 КоАП РФ.

Все собранные по делу доказательства получили полную и правильную оценку в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ. Оснований для переоценки этих доказательств не имеется.

Нормы материального и процессуального права при разрешении дела применены верно.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 июня 2019 г. № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», определение факта нахождения лица в состоянии опьянения при управлении транспортным средством осуществляется посредством его освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и (или) медицинского освидетельствования на состояние опьянения, проводимых в установленном порядке. Освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и оформление его результатов осуществляются уполномоченным должностным лицом. При этом состояние опьянения определяется наличием абсолютного этилового спирта в концентрации, превышающей возможную суммарную погрешность измерений (в которую входит, в частности, погрешность технического средства измерения), а именно № мг на один литр выдыхаемого воздуха. Доказательством наличия у водителя состояния опьянения является составленный уполномоченным должностным лицом в установленном законом порядке акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Как видно из протокола об административном правонарушении и акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, Мишкович каких-либо замечаний при проведении указанного освидетельствования не сделал, о нарушении порядка его проведения не заявил, факт нахождения в состоянии опьянения в момент управления транспортным средством не отрицал и, более того, собственноручно указал на употребление спиртных напитков перед тем, как сесть за руль транспортного средства (№).

Утверждение защитника Алексеева о том, что наличие рукописных записей на бумажном носителе с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения свидетельствует о получении данных результатов ненадлежащим алкотестером, не основано на законе.

Вопреки ошибочному мнению защитника Алексеева, оснований для признания недопустимыми доказательствами видеозаписи в связи с отсутствием в материалах дела идентификационных данных технического средства, на которое производилась видеосъёмка, а также составленных на её основании процессуальных документов не имеется.

В соответствии с абз. 2 п. 76 «Административного регламента исполнения Министерством внутренних дел Российской Федерации государственной функции по осуществлению федерального государственного надзора за соблюдением участниками дорожного движения требований законодательства Российской Федерации в области безопасности дорожного движения», утверждённого приказом МВД России от 23 августа 2017 г. № 664, при надзоре за дорожным движением допускается использование иных (помимо измерительных) технических средств фото-, звуко- и видеозаписи.

С учётом этого, каких-либо препятствий для производства видеосъёмки при оформлении административного материала, в том числе с помощью принадлежащего сотруднику полиции мобильного устройства, не состоящего на балансе органов внутренних дел и не относящегося к специальным измерительным приборам, не имелось.

Отсутствие в материалах дела идентификационных данных об этом техническом устройстве не влияет на допустимость и достоверность видеозаписи как доказательства по делу об административном правонарушении. При этом следует отметить, что в составленных процессуальных документах имеется запись сотрудника полиции о производстве видеосъёмки, а соответствующий диск с видеозаписью указан в качестве приложения в протоколе об административном правонарушении. С содержанием этих протоколов Мишкович был ознакомлен, о чём свидетельствуют собственноручно поставленные им подписи, однако каких-либо замечаний и заявлений последний не сделал. Также следует отметить, что содержание видеозаписи соотносится с местом и временем совершения Мишковичем вменённого административного правонарушения, отраженными в иных собранных по делу доказательствах.

При таких обстоятельствах доводы Мишковича о недостоверности показаний специального технического средства измерения, отсутствии у него состояния опьянения и составлении административного материала с нарушением действующего законодательства являются необоснованными и получили надлежащую оценку в обжалуемом постановлении.

С учётом изложенного, вывод судьи о нахождении Мишковича в состоянии опьянения сомнений не вызывает, а отрицание последним своей вины противоречит материалам дела, не заслуживает доверия и направлено на избежание административной ответственности.

Исходя из вышеприведённых фактических обстоятельств по делу, ссылку в жалобе на наличие неустранимых сомнений в доказанности вины Мишковича в совершении вменённого административного правонарушения, нельзя признать состоятельной.

Таким образом, совокупность положенных в основу судебного постановления доказательств свидетельствует о наличии в действиях Мишковича события и состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Вопреки доводам автора жалобы и защитника Алексеева, назначенное Мишковичу административное наказание соответствует тяжести содеянного, данным о личности виновного и определено с учётом обстоятельств, смягчающего и отягчающего административную ответственность, в пределах санкции ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ. Какие-либо иные сведения о семейном и материальном положении Мишковича, которые не были учтены судьёй, в материалах дела не содержатся и автором жалобы не представлены.

Нарушений, влекущих отмену или изменение судебного постановления, по делу не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 30.6 и 30.7 КоАП РФ, судья

РЕШИЛ:

Постановление судьи Пятигорского гарнизонного военного суда от 15 октября 2019 г. о назначении ФИО1 административного наказания за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, оставить без изменения, а жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Судья И.В. Костин