Дело № 2-2790/2020

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

28 июля 2020 года

город Архангельск

Октябрьский районный суд г. Архангельска в составе:

председательствующего судьи Калашниковой А.В.,

при секретаре Тереховой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, действующего в интересах несовершеннолетней ФИО2, к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском в защиту интересов несовершеннолетней ФИО2 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов.

В обоснование требований указал, что 20.09.2019 по вине ответчика, допустившего нарушение Правил дорожного движения Российской Федерации, произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого его дочери причинены телесные повреждения. После дорожно-транспортного происшествия дочери потребовалось обратиться за медицинской помощью. После происшествия его дочь испытала боль, страдания, душевное волнение. Просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб. за причиненные физические и нравственные страдания, расходы на оплату услуг представителя в размере 5000 руб. 

В судебном заседании ФИО1 (отец несовершеннолетней) требования поддержал, указав, что после наезда на двух пешеходов, среди которых была его дочь, виновник аварии извинений не принес. Дочь была госпитализирована в больницу в состоянии средней тяжести. Выписана из больницы в удовлетворительном состоянии, но ее психическое состояние потребовало консультации психолога. До настоящего времени дочь боится одна переходить дорогу, имеет страх повторения аварии. После аварии у дочери ухудшилось зрение и появился нервный тик.

ФИО4 (мать несовершеннолетней) требования поддержала, указав на длительную боязнь машин у ребенка, необходимость обращения к врачу в связи с последствиями от дорожно-транспортного происшествия.

ФИО2 пояснила, что переходила дорогу по пешеходному переходу с подругой, когда их сбил автомобиль под управлением ФИО3 Она очень испугалась за себя и подругу, у которой при столкновении были выбиты зубы. После аварии боится переходить дорогу, просит сопроводить ее, поскольку боится повторения аварии. Травм у нее обнаружено не было, а подруга получила значительные повреждения здоровья.

Представитель истца ФИО5 указала, что, несмотря на отсутствие телесных повреждений у несовершеннолетней ФИО2, считает размер компенсации морального вреда разумным. Девочка до настоящего времени испытывает страх перед дорогами и автомобилями, что потребовало обращения с психологу. Доказательств причинно-следственной связи между ухудшением зрения и произошедшим событием не имеется.

Ответчик ФИО3 с иском не согласился в части размера заявленной к взысканию компенсации.

Представитель ответчика ФИО6 с требованиями не согласна в части определенной истцом суммы компенсации. Указала, что вину в дорожно-транспортном происшествии ответчик не оспаривает. После происшествия ФИО3 принес извинения семьям обоих девочек, более того, выплатил потерпевшей ФИО7, которой причинен тяжкий вред здоровью, денежную компенсацию в размере 50000 руб. От денежной компенсации в размере 15000 руб. семья ФИО2 отказалась, в связи с чем обратилась в суд. ФИО2 в момент аварии получила удар в область бедра, упала на правую ногу, обстоятельства травмы помнит, рассказывает, сознание не теряла, рвоты не было, повреждений внутренних органов нет, патологии по результатам рентгенологического исследования не имеет. Находилась на стационарном лечении с 20.09.2019 по 24.09.2019 (из которых два дня – выходные дни), в период которого прошла полное обследование, диагнозы не подтвердились, выписана с положительной динамикой. Доказательств наличия причинной связи между миопией и произошедшим событием не представлено, сведения о состоянии зрения до момента аварии медицинская карта ФИО2 не содержит. На приемы к врачу после аварии девочка приходила одна, без сопровождения. Направление в центр «Леда» выдано врачом по просьбе пациента. Из протоколов консультативного занятия специалиста центра «Леда» не следует, что у ФИО2 имеются последствия психологического характера именно в связи с причиненным ей вредом в результате аварии. Заявленный размер компенсации является несоразмерным последствиям причиненного вреда ФИО2, непосильным для пенсионера, на иждивении которого находится супруга, имеющая онкологическое заболевание. При определении размера компенсации просит учесть имущественное положение ответчика, характер повреждений, принесение извинений и неоднократное предложение возместить вред. Просит учесть, что в рамках административного и уголовного (в отношении другого потерпевшего) расследования было установлено отсутствие причинения какого-либо вреда здоровью ребенку истца. 

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с ч. 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ч. 1 ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина в результате действия источника повышенной опасности.

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» суду необходимо выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

В силу ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Судом установлено, что 20.09.2019 около 20 часов 10 минут напротив 

<

...> в г. Архангельске водитель ФИО3, управляя автомобилем, не уступил договору пешеходам ФИО7 и ФИО2, переходившим проезжую часть дороги по нерегулируемому пешеходному переходу, произошло дорожно-транспортное происшествие, в котором телесные повреждения получили пешеходы.

В рамках административного расследования была проведена судебно-медицинская экспертиза ФИО2 Согласно заключению эксперта ГБУЗ Архангельской области «БСМЭ» от 10.01.2020 № у ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, при госпитализации в стационар 20.09.2019 и дальнейшем стационарном наблюдении и лечении в период по 26.09.2019 обнаружены повреждения: 

<

данные изъяты>. Установленный ФИО2 при обследовании диагноз 

<

данные изъяты> объективными клинико-неврологическими, инструментальными данными не подтвержден, установлен только на основании субъективных данных, изложенных пострадавшей при медицинском обследовании, не может быть учтен при экспертной оценке тяжести вреда здоровью. 

Постановлением от 05.02.2020 № производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО3 прекращено в связи с тем, что в его действиях усматривается состав преступления, ответственность за которое предусмотрена ч. 1 ст. 264 УК РФ. Основанием для указанного вывода послужило заключение эксперта от 16.01.2020, составленное в отношении потерпевшей ФИО7, у которой обнаружены телесные повреждения, расценивающиеся как тяжкий вред здоровью. 

Вместе с тем, истец ссылается на то, что ФИО2 была доставлена в приемное отделение ГБУЗ «Архангельская областная детская клиническая больница им. П.Г. Выжлецова» 20.09.2019 в состоянии средней тяжести, находилась в больнице длительное время, после чего была выписана, наблюдалась у психолога в центре «Леда». До настоящего времени ребенок принимает препараты, выписанные ему врачами, его мучают воспоминания, девочка стала более восприимчива к переживаниям, боится машин, упало зрение.

Оценивая указанные доводы, суд принимает во внимание, что телесных повреждений, причинивших вред здоровью человека, у ФИО2 не выявлено, что подтверждается повторным экспертным исследованием и экспертным заключением от ДД.ММ.ГГГГ №. Указание в выписном эпикризе слов «при поступлении состояние средней тяжести» не свидетельствует о причинении вреда здоровью девочки в указанной форме.

Наличие кровоподтеков в области бедер не свидетельствует о наличии у несовершеннолетней телесных повреждений, которые могли бы быть расценены как вред здоровью средней тяжести. Предполагаемые диагнозы не подтверждены документально. Патологии ни по анализам, ни по рентгеноскопическим исследованиям не выявлено. Назначений лекарственных препаратов врачами стационара и лечащего врача после выписки девочки не производилось. Указанные доводы документально не подтверждены. ФИО2 находилась в стационаре с целью ее полного обследования с 20.09.2019 (20 часов) до 24.09.2019.

Из медицинской карты ФИО2 следует, что направление в центр «Леда» выдано по просьбе пациента, жалоб на психическое состояние на приеме врача не отражено. Ребенок посещал врача без сопровождения.

Результаты обследования офтальмологом 11.11.2019 и постановка им диагноза «миопия» не находятся в прямой причинно-следственной связи с произошедшим 20.09.2019 событием, доказательств обратного в деле не имеется, ходатайств о проведении судебной экспертизы от сторон не поступало.

Из представленных МБУ МО «Город Архангельск» «Городской центр экспертизы, мониторинга, психолого-педагогического и информационно-методического сопровождения «Леда» документов следует, что ФИО2 получала услуги психолого-педагогического сопровождения в октябре 2019 года. Из протоколов консультационных занятий 08.10.2019 и 28.10.2019 следует, что со специалистом обсуждалась ситуация, связанная с аварией. Обсуждались страхи девочки за подругу, получившую более тяжкие повреждения, поведение матерей, переживавших за своих детей, поведение одноклассников, обвиняющих девочек в аварии, переживания по поводу поведения иных людей.

После октября 2019 года за помощью к специалистам ФИО2 не обращалась.

Суд также принимает во внимание поведение ответчика, не отрицающего причинение им нравственных страданий ребенку, принятые им меры по принесению извинений семье девочки, предложение компенсировать вред семье М-вых, принятые им меры по компенсации вреда другому потерпевшему (с более тяжкими последствиями для здоровья) во внесудебном порядке.

С учетом конкретных установленных по делу обстоятельств, исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств, заключения эксперта, характера причиненных ребенку истца нравственных страданий, но вместе с тем с учетом отсутствия какого-либо вреда здоровью, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, отсутствия доказательств наличия прямой причинной связи между диагностированным ребенку заболеванием и последствиями дорожно-транспортного происшествия, с учетом отсутствия постановки какого-либо диагноза, связанного с аварией, принимая во внимание требования закона о разумности и справедливости размера компенсации вреда, суд приходит к выводу о том, что с ответчика в пользу истца, действующей в интересах несовершеннолетней, подлежит взысканию компенсация морального вреда в сумме 20000 руб. Учитывая состояние стресса, которое ФИО2 испытала в связи с дорожно-транспортным происшествием, суд приходит к выводу о том, что такой размер компенсации отвечает требованиями разумности и справедливости, не приведет к необоснованному обогащению за счет иного лица.

Согласно ч. 1 ст. 48 ГПК РФ граждане вправе вести дела в суде через своих представителей.

В силу положений ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

В п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что судебные издержки, понесенные третьими лицами, участвовавшими в деле на стороне, в пользу которых принят итоговый судебный акт по делу, могут быть возмещены этим лицам, исходя из того, что их фактическое процессуальное поведение способствовало принятию данного судебного акта. При этом возможность взыскания судебных издержек в пользу названных лиц не зависит от того, вступили они в процесс по своей инициативе либо привлечены к участию в деле по ходатайству стороны или по инициативе суда.

Как следует из материалов дела, 13.07.2020 ФИО1 уплачено адвокату 5000 руб. за изучение документов, консультацию и составление иска.

Как следует из материалов дела, представитель истца подготовил и направил исковое заявление в суд.

Исходя из смысла закона, условия договора определяются по усмотрению сторон (п. 4 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации). К числу таких условий относятся и те, которыми устанавливаются размер и порядок оплаты услуг представителя.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Часть 1 ст. 100 ГПК РФ предоставляет суду право уменьшить сумму, взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов по оплате услуг представителя лишь в том случае, если он признает эти расходы чрезмерными в силу конкретных обстоятельств дела, в частности, при представлении ответной стороной доказательств чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Представитель ответчика возражал относительно размера судебных расходов.

Согласно п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

В целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Учитывая возражения относительно размера судебных расходов, а также разумность понесенных истцом расходов и соразмерность их размера объему оказанной помощи, принимая во внимание, что стоимость работ не может быть поставлена в зависимость от результата исхода дела, а должна соответствовать реально выполненному объему услуг, оказанных по делу, учитывая объем оказанных доверителю услуг представителем (изучение документов, составление иска), расходы на оплату услуг представителя подлежат взысканию с ответчика в сумме 3000 руб., данный размер по настоящему делу следует признать разумным и подтвержденным соответствующими доказательствами.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1, действующего в интересах несовершеннолетней ФИО2, к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 в лице законного представителя ФИО1 20000 руб. в счет компенсации морального вреда.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 судебные расходы в сумме 3000 руб.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Архангельский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Архангельска.

Мотивированное решение изготовлено 03 августа 2020 года

Председательствующий А.В. Калашникова