<

данные изъяты>

УИД 66RS0052-01-2018-000803-09

Гр. дело 2-696/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Сухой Лог 11 октября 2018 года

Сухоложский городской суд Свердловской области в составе 

председательствующего судьи Нестерова В.А.,

при секретаре Мельниковой О.В.,

с участием ответчика ФИО1, представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску общества с ограниченной ответственностью «ЭОС» к ФИО1 

<

данные изъяты> о взыскании задолженности по кредитному договору, 

УСТАНОВИЛ:

Истец ООО «ЭОС» обратился в суд с иском к ФИО1, первоначально просил взыскать с ответчика в свою пользу задолженность по кредитному договору 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> в сумме 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты> коп., взыскать расходы по уплате государственной пошлины в размере 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты> коп.

В обоснование иска указано, что 

<

данные изъяты> между ОАО «УБРиР», в дальнейшем переименованным в ПАО КБ «УБРиР», и ответчиком заключен договор о предоставлении кредита 

<

данные изъяты>, в соответствии с которым ответчику был предоставлен кредит в размере 

<

данные изъяты> руб. сроком на 

<

данные изъяты> месяцев под 

<

данные изъяты> годовых, с условием возврата путем уплаты ежемесячных платежей. 

Банк в соответствии со ст. 819 Гражданского кодекса Российской Федерации свои обязательства по выдаче кредита выполнил надлежащим образом и в полном объеме. В нарушение ст.309, 310, 819 Гражданского кодекса Российской Федерации, условий кредитного договора и графика платежей ответчик до настоящего момента надлежащим образом не исполняет взятые на себя обязательства по возврату кредита, что привело к образованию задолженности в размере 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты> коп., из которых задолженность по основному долгу – 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты> коп., проценты за кредит – 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты> коп. За ненадлежащее исполнение обязательств по выплате ежемесячных платежей условиями кредитного договора установлены санкции.

Пунктом 5.3 Кредитного договора предусмотрено право банка уступить права требования по договору.

<

данные изъяты> между ПАО «УБРиР» и ООО «ЭОС» заключен Договор уступки прав требования 

<

данные изъяты>, согласно которому право требования по кредитному договору 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> было уступлено ООО «ЭОС» в размере 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты> коп.

ООО «ЭОС» обратилось к мировому судье судебного участка №1 Сухоложского судебного района Свердловской области с заявлением о вынесении судебного приказа. 

<

данные изъяты> мировым судьей выдан судебный приказ на взыскание с ФИО1 суммы задолженности по кредитному договору в пользу ООО «ЭОС». Определением мирового судьи от 

<

данные изъяты> в связи с поступившим от ответчика заявлением судебный приказ от 

<

данные изъяты> отменен.

В силу пункта 1 статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности не течет с момента обращения за судебной защитой, в том числе со дня подачи заявления о вынесении судебного приказа либо обращения в третейский суд, если такое заявление было принято к производству.

Ответчик ФИО1 представила письменные возражения на исковые требования (л.д.51-53), в которых исковые требования не признала, полагала их незаконными и необоснованными. Указала, что считает необходимым для всестороннего и правильного рассмотрения дела предоставление истцом оригиналов всех приложенных к иску документов, поскольку ответчик вправе усомниться в их наличии. Ссылается на то, что ответчик не был извещен о переходе права требования к новому кредитору. На основании положений ст.196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации ответчик заявляет о пропуске истцом срока исковой давности по заявленным требованиям. Указывает, что из представленного графика платежей и расчёта задолженности следует, что последний платеж по кредитному договору заемщиком произведен 

<

данные изъяты>, следующий платеж 

<

данные изъяты> и все последующие не были погашены. Ссылаясь на разъяснения Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ о том, что срок исковой давности по искам о просроченных повременных платежах исчисляется по каждому просроченному платежу, ответчик полагает, что срок исковой давности подлежит исчислению с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты>, в связи с чем считает срок обращения с иском пропущенным истцом. Кроме того, полагает размер задолженности по неустойке в сумме 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты> коп. несоразмерным последствиям неисполнения обязательства, полагает подлежащим применению ст.333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

До рассмотрения дела по существу от истца поступило заявление об уточнении исковых требований (л.д.80, 86), согласно которому истец, воспользовавшись правом, предусмотренным ст.39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, уменьшил размер исковых требований, окончательно просит взыскать с ответчика задолженность по кредитному договору в размере 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты> коп., из которых 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты> коп. – проценты, 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты> коп. – просроченный основной долг. 

Определением суда измененные исковые требования приняты к производству.

Представитель истца в судебное заседание не явился, о времени и месте разбирательства был извещён надлежащим образом, согласно письменному ходатайству просил рассмотреть дело в своё отсутствие (л.д.80, 86). В представленном письменном отзыве на возражения ответчика на иск (л.д.57-60) представитель истца указал, что не согласен с доводом ответчика о необходимости предоставления истцом оригиналов документов, поскольку представлены их надлежащим образом заверенные копии. Указывает, что ответчик была надлежащим образом уведомлена о состоявшейся уступке прав требования. Также считает, что довод ответчика о том, что срок исковой давности пропущен истцом, не соответствует действительности, поскольку срок давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т.п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу. Срок уплаты этих частей, а также сумма ежемесячного платежа были определены договором. Кроме того, течение срока исковой давности было прервано 

<

данные изъяты>, когда ООО «ЭОС» обратилось к мировому судье судебного участка № 1 Сухоложского судебною района Свердловской области с заявлением о вынесении судебного приказа. Соответственно, по платежам с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты> срок исковой давности не истек. Сумма взыскания по данным платежам составляет 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты> коп., в соответствии с представленным расчётом.

Ответчик ФИО1 и её представитель ФИО2 в судебном заседании иск не признали, настаивали по доводам отзыва на пропуске истцом срока исковой давности. Факт заключения кредитного договора на указанных в иске условиях, получения займа, неисполнения обязанности по его возврату, а также сведения о внесенных фактически платежах, указанные в расчёте истца, не оспаривали.

Суд, руководствуясь ч.5 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определил рассмотреть гражданское дело в отсутствие представителя истца. 

Заслушав ответчика, его представителя, изучив представленные сторонами доказательства, материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заёмщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заёмщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на неё. В соответствии с п. 2 ст. 819 Гражданского кодекса Российской Федерации, к отношениям по кредитному договору применяются правила, предусмотренные нормами закона, регулирующими заемные правоотношения. 

Ответчиком не оспорены доводы истца о заключении 

<

данные изъяты> кредитного соглашения между ФИО1 и ОАО «УБРиР», позднее переименованным в ПАО КБ «УБРиР». Истцом в обоснование доводов иска представлены заявление ФИО1 на предоставление потребительского кредита в рамках программы кредитования «Кредит «Особенный» от 

<

данные изъяты>, содержащее индивидуальные условия потребительского кредита (л.д. 14-15), анкета заявителя (л.д.12-13), паспорт заемщика (л.д.10-11), кредитное соглашение №

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> (л.д.16-22), подписанные ответчиком. 

В соответствии с условиями соглашения о кредитовании сумма кредита составила 

<

данные изъяты> руб., проценты за пользование кредитом – 

<

данные изъяты> % годовых (полная стоимость кредита составила 

<

данные изъяты> % годовых, согласно расчёту о полной стоимости кредита (л.д.23)). Сумма займа подлежала возврату путем внесения ежемесячных платежей 

<

данные изъяты> числа каждого месяца, начиная с 

<

данные изъяты>, в размере 

<

данные изъяты> руб. (последний платеж 

<

данные изъяты> – в размере 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты> коп.). Соглашение вступает в действие с момента подписания и до полного исполнения заемщиком обязательств по соглашению.

Исполнение банком ПАО КБ «УБРиР» своих обязательств по предоставлению кредита заемщику также не оспорено ответчиком (л.д. 21).

Оценивая доводы ответчика о непредставлении суду оригиналов документов, подтверждающих доводы истца, суд учитывает следующее. 

Согласно ч.ч.5-7 ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при оценке документов или иных письменных доказательств суд обязан с учетом других доказательств убедиться в том, что такие документ или иное письменное доказательство исходят от органа, уполномоченного представлять данный вид доказательств, подписаны лицом, имеющим право скреплять документ подписью, содержат все другие неотъемлемые реквизиты данного вида доказательств. При оценке копии документа или иного письменного доказательства суд проверяет, не произошло ли при копировании изменение содержания копии документа по сравнению с его оригиналом, с помощью какого технического приема выполнено копирование, гарантирует ли копирование тождественность копии документа и его оригинала, каким образом сохранялась копия документа.

По смыслу ч.7 ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд не может считать доказанными обстоятельства, подтверждаемые только копией документа или иного письменного доказательства при наличии совокупности двух условий: 1) если утрачен и не передан суду оригинал документа, и 2) представленные каждой из спорящих сторон копии этого документа не тождественны между собой, и невозможно установить подлинное содержание оригинала документа с помощью других доказательств.

Представленные суду истцом в обоснование иска копии документов заверены представителем истца надлежащим образом. Ответчик копий указанных документов, отличающихся от представленных истцом не представил, подтверждаемые представленными документами обстоятельства фактически не оспаривал. 

С учётом изложенного, совокупность исследованных в судебном заседании доказательств свидетельствует о заключённости сторонами (банком и заемщиком) соглашения о кредитовании, а также об исполнении банком своего обязательства по выдаче кредита. Указанные обстоятельства не оспариваются ответчиком, в связи с чем на основании ч.2 ст.68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признаются судом установленными.

Из положений ст.ст. 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательств не допускается.

Неисполнение ответчиком обязательств по возврату суммы кредита в установленный договором срок подтверждается представленным истцом расчётом задолженности за период с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты> (л.д. 23-25), из которых следует, что ФИО1 в нарушение установленного в кредитном договоре графика платежей внесла в погашение обязательства только 2 платежа: 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты>, что также не оспаривалось ответчиком в судебном заседании и признаётся судом установленным.

Согласно договору уступки требования (цессии) 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, заключенному между ПАО КБ «УБРиР», являющимся правопреемником ОАО «УБРиР», и ООО «ЭОС», право требования задолженности по кредитному договору №

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> в размере 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты> коп. было уступлено ООО «ЭОС» (л.д. 26-28, 31-34).

Положения указанного договора цессии не противоречат положениям статей 383, 388, 389 Гражданского кодекса Российской федерации, содержащих обязательные установления к обязательствам об уступке требований.

В соответствии со ст. 384 Гражданского кодекса Российской Федерации право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (пункты 1, 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Действующее законодательство не исключает возможность передачи права требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, такая уступка права допускается, если соответствующее условие предусмотрено договором между кредитной организацией и потребителем и было согласовано сторонами при его заключении.

Пунктом 5.3 Кредитного соглашения сторон предусмотрено, что Банк имеет право передать право требования по исполнению обязательств по кредитному соглашению другим лицам с последующим уведомлением Заемщика об этом.

Ответчик ФИО1, не оспаривая по сути права банка на уступку требований к ней истцу, указывает на отсутствие доказательств её уведомления о состоявшейся уступке требований как основание для отказа в иске.

По смыслу п. 3 ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие доказательств уведомления должника о состоявшемся переходе права требования к другому лицу не освобождает должника от выполнения обязательств, а влечет для нового кредитора риск такого неблагоприятного последствия, как исполнение обязательства первоначальному кредитору. Таким образом, неуведомление должника о состоявшейся уступке права требования по договору цессии не влечет ничтожности сделки, поскольку в п. 3 ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации установлены иные последствия неисполнения этого условия.

Кроме того, истцом в опровержение доводов ответчика представлено адресованное ФИО1 уведомление о состоявшейся уступке права требования, и сведения об отправке упакованной корреспонденции (л.д.61-64), из которых следует, что корреспонденция направлялась по адресу заемщика, указанному в кредитном соглашении: 

<

данные изъяты>, в то время как ответчик указала на иной адрес проживания в настоящее время. В судебном заседании ответчик пояснила, что не уведомляла банк об изменении своего адреса регистрации и проживания, что является нарушением п.3.1.6 Кредитного соглашения. В связи с этим обязанность по уведомлению заемщика о состоявшейся уступке следует признать исполненной надлежащим образом. 

С учётом изложенных обстоятельств требования заявлены надлежащим истцом.

Оценивая доводы сторон относительно заявленного ответчиком пропуска срока исковой давности, суд приходит к следующему.

Согласно ст.199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности при условии, что одна из сторон заявила о применении исковой давности, является основанием для отказа в иске.

Согласно ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности устанавливается в 3 года.

В соответствии со ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации отсчет срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало о нарушении своего права.

В соответствии с п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса РФ об исковой давности» течение срока давности по иску, вытекающему из нарушения одной стороной договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Срок давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т.п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу.

Таким образом, с учётом предусмотренного кредитным соглашением условия о возврате кредита с уплатой процентов периодическими ежемесячными платежами срок исковой давности по требованию о взыскании задолженности подлежит исчислению отдельно по каждому платежу.

Истец указал на наличие перерыва в течении срока исковой давности в связи с обращением ООО «ЭОС» за выдачей судебного приказа, а также произвел расчёт задолженности по платежам согласно графику в кредитном соглашении, срок исковой давности по которым не истек с учётом получения судебного приказа (платежи с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты>). Согласно данному расчёту сумма взыскания по данным платежам составляет 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты> коп., из которых сумма основного долга – 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты> коп., проценты – 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты> коп. (л.д.57-60). 

Согласно п.17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 в силу пункта 1 статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности не течет с момента обращения за судебной защитой, в том числе со дня подачи заявления о вынесении судебного приказа, если такое заявление было принято к производству. Днем обращения в суд считается день, когда исковое заявление сдано в организацию почтовой связи либо подано непосредственно в суд, в том числе путем заполнения в установленном порядке формы, размещенной на официальном сайте суда в сети "Интернет".

Из разъяснений п.18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 следует, что по смыслу статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации начавшееся до предъявления иска течение срока исковой давности продолжается, в том числе, после отмены судебного приказа. В случае отмены судебного приказа, если неистекшая часть срока исковой давности составляет менее шести месяцев, она удлиняется до шести месяцев (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п.12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск.

Как следует из материалов дела, на основании заявления истца 

<

данные изъяты> мировым судьей судебного участка №1 Сухоложского судебного района Свердловской области был вынесен судебный приказ о взыскании с ФИО1 суммы задолженности по кредитному договору в пользу ООО «ЭОС». Определением мирового судьи от 

<

данные изъяты> судебный приказ отменен в связи с поступившими возражениями ответчика (л.д.36).

Истец обратился с иском согласно оттиску штампа почтовой связи 

<

данные изъяты> (л.д.48), то есть в пределах шестимесячного срока, исчисляемого с 

<

данные изъяты>.

В то же время суду не представлено истцом доказательств обращения за выдачей судебного приказа 

<

данные изъяты>. С учётом этого, суд считает срок исковой давности прервавшимся 

<

данные изъяты>, с момента вынесения судебного приказа, поскольку доказательств более раннего обращения за судебной защитой истцом не представлено.

Таким образом, суд приходит к выводу об истечении на момент обращения за судебной защитой срока исковой давности по платежам по 

<

данные изъяты> включительно, соответственно, с учётом установленных обстоятельств дела, с ответчика на основании ст.309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации и условий кредитного соглашения 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> в пользу ООО «ЭОС» подлежит взысканию задолженность по платежам за период с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты> в рассчитанном истцом размере, поскольку он соответствует условиям договора сторон и фактическим обстоятельствам его исполнения: в сумме 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты> коп., в том числе задолженность по основному долгу – 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты> коп., начисленные проценты – 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты> коп. Иного размера задолженности ответчиком не доказано.

Доводы ответчика об исчислении срока исковой давности с момента первого просроченного платежа и его истечении к моменту обращения в суд с иском основаны на неправильном толковании норм права и не могут быть приняты судом. Также суд отклоняет доводы ответчика о возможности снижения на основании ст.333 Гражданского кодекса Российской Федерации заявленных к взысканию процентов по неустойке, поскольку каких-либо штрафных санкций истцом к взысканию не заявлено, а возможность снижения срочных договорных процентов законом не предусмотрена. 

Таким образом, иск подлежит частичному удовлетворению.

На основании ч.1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы истца по уплате госпошлины пропорционально удовлетворенным требованиям в размере 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты> коп.

Истцу в связи с уменьшением размера исковых требований подлежит возврату излишне уплаченная государственная пошлина в сумме 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты> коп.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования общества с ограниченной ответственностью «ЭОС» к ФИО1 

<

данные изъяты> о взыскании задолженности по кредитному договору удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 

<

данные изъяты> в пользу общества с ограниченной ответственностью «ЭОС» задолженность по кредитному договору №

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> в сумме 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты> коп., в том числе задолженность по основному долгу – 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты> коп., проценты – 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты> коп.; судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты> коп., всего взыскать 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты> коп.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «ЭОС» излишне уплаченную государственную пошлину в сумме 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты> коп., разъяснив право в течение трех лет обратиться в налоговый орган по месту нахождения суда, в котором рассматривалось дело (МИФНС России №19 по Свердловской области), с заявлением о возврате государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца с момента изготовления в окончательном печатном виде с подачей апелляционной жалобы через Сухоложский городской суд.

Мотивированное решение изготовлено 16 октября 2018 года.

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Судья Сухоложского городского суда 

Свердловской области В.А. Нестеров