Дело № 2–258/2019 УИД: 66RS0060-01-2019-000311-10

Решение

 изготовлено в окончательной форме 10.07.2019 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

05 июля 2019 года п.г.т. Шаля Свердловской области

Шалинский районный суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Ярославцева В.Е., 

при изготовлении протокола помощником судьи Чикуновой Е.С.,

с участием: старшего помощника прокурора Шалинского района Свердловской области Евстегнеева А.Н.,

представителя истца З.Л.Г. – адвоката П.,

ответчика К.А.Ю. и его представителей по доверенности – адвокатов З. и З.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску З.Л.Г. к К.А.Ю. о возмещении морального вреда, причиненного преступлением

у с т а н о в и л 

З.Л.Г. обратилась в суд с иском к К.А.Ю., мотивируя тем, что ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 14 до 16 часов в лесном массиве в делянке № 

<

адрес> К.А.Ю. и Б.С.Г. производили заготовку древесины. При этом К.А.Ю., используя бензопилу «Husqvarna», производил валку деревьев, а Б.С.Г. оказывал ему подсобную помощь.

В ходе заготовки древесины, К.А.Ю. спилил стволы трех стоящих рядом друг с другом деревьев, которые, сцепившись ветвями, остались в вертикальном положении, опираясь друг на друга. Тогда К.А.Ю., не имея умысла на причинение смерти, не предвидя возможности наступления общественно-опасных последствий от своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, не убедившись в том, что Б.С.Г. отошел на безопасное расстояние от места валки деревьев, произвел дополнительный надпил на стволе одного из указанных деревьев, на которое опирались два других зависших дерева.

При падении спиленного дерева, ствол одного из зависших деревьев упал на Б.С.Г., причинив ему телесные повреждения 

<

данные изъяты>, расценивающиеся по признаку опасности для жизни, как причинившие тяжкий вред здоровью человека, от которых смерть Б.С.Г. наступила через непродолжительное время на месте происшествия.

Приговором Шалинского районного суда Свердловской области от 19.03.2019 ответчик признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 Уголовного кодекса Российской Федерации и ему назначено наказание. Приговор вступил в законную силу после рассмотрения жалобы З.Л.Г. судебной коллегией по уголовным делам Свердловского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ. 

Как видно из обвинения – неосторожное преступление совершено в виде преступной небрежности, то есть в форме наиболее общественно опасного вида преступной небрежности. Умерший Б.С.Г., ДД.ММ.ГГГГ г.р., приходился ей родным братом. 

<

данные изъяты> Гибелью брата ей причинен моральный вред, который заключается в нравственных переживаниях со дня получения сведений о его гибели и до настоящего времени. При малейшем расстройстве она начинает нервничать, плакать, не в состоянии сдерживать свои переживания. Материальной помощи, вызванной гибелью брата, она не получала и не получает. Считает, что ответчик должен нести перед ней ответственность за гибель брата, поскольку его смерть наступила по вине ответчика в виде преступной небрежности.

Также, непосредственно после смерти брата, К.А.Ю. раздел его, снял с него крест и, с целью скрыть преступление, и избежать ответственности, завернул тело в мешок и спрятал его в лесу. Когда она начала поиск брата, то подходила к нему и интересовалась у него о том – где брат. Он, не желая отвечать за содеянное, не принеся извинений, спокойно ответил, что не знает, где он. Явка с повинной К.А.Ю., не является таковой, а написана под давлением неопровержимых доказательств, собранных в уголовном деле. Поведение ответчика после совершенного преступления говорит о его безразличии к смерти человека, об отсутствии у него чувства сострадания,, наличие уверенности в безнаказанности. Он не раскаялся, ни разу её не позвонил, не извинился. Ей тяжело осознавать потерю брата, она без слез не может присутствовать на кладбище, что причиняет ей нравственные страдания и боль. 

Просит взыскать с ответчика К.А.Ю. в возмещение причиненного преступлением морального вреда - 3 000 000 рублей.

В судебное заседание истица З.Л.Г. – надлежаще извещенная не явилась, её интересы по доверенности осуществляет адвокат П., который доводы, изложенные в иске, поддержал полностью, просил взыскать указанную в иске компенсацию морального вреда с К.А.Ю., так как его действиями доверителю З.Л.Г. принесены невыносимые страдания, её здоровье резко ухудшилось, она каждый день вспоминает брата и плачет, приходя к нему на кладбище, постоянно нервничает.

Старший помощник прокурора Е. считает, что исковые требования подлежат удовлетворению с учетом разумности и справедливости.

Представители ответчика – по доверенности адвокаты З. и З.В. в судебном заседании иск признали в части, так как, по их мнению, заявленные истицей требования немотивированно завышены без учета материального и социального состояния ответчика. Преступление, за которое осужден К.А.Ю. является неосторожным, не умышленным. Это трагедия, они не отрицают, но их доверитель не хотел этого, поэтому после всего свершившегося с Б.С.Г., он просто испугался. Это психическая травма ему на всю жизнь, жить человеку с этим тяжело. Считают, что разумной является компенсация в 100 000 рублей.

Выслушав представителя истицы, представителей ответчика, исследовав материалы дела, суд пришел к следующему.

Как следует из разъяснений п. 2 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 № 1 иски о возмещении вреда, причиненного увечьем, иным повреждением здоровья или в результате смерти кормильца, в том числе иски о компенсации морального вреда, могут быть предъявлены гражданином как по общему правилу территориальной подсудности - по месту жительства ответчика (по месту нахождения организации), так и в суд по месту своего жительства или месту причинения вреда (статьи 28 и 29 ГПК РФ).

Статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ч. 1 ст. 1079 настоящего Кодекса - юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

В соответствии с ч. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. 

Ответственность, предусмотренная статьями 15 и 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает при совокупности условий, включающей наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда и его вину, подтвержденность размера причиненного вреда, а также причинно-следственная связь между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями.

Исходя из указанной нормы закона, а также норм главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующей правоотношения, возникающие из причинения вреда, для возложения гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, необходимо доказать не только факт причинения вреда, но и факт противоправных действий ответчика, его вину (субъективное отношение к случившемуся) (с учетом положений ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вина не подлежит учету) и причинную связь между неправомерными действиями ответчика и причинения вреда.

Согласно разъяснениям в п. 32 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1, учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. 

Как следует из п. 1 разъяснений Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Пункт 2 названного Постановления разъясняет, что в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя.

Противоправность действий могла выразиться в нарушении техники безопасности при осуществлении прямой производственной (лесозаготовительной) деятельности К.А.Ю., в силу выполняемой работы (вальщиком) или занимаемой должности, обязанным соблюдать эти правила.

Суд исходит из того, что вина ответчика в совершении противоправных деяний в отношении Б.С.Г. доказана и подтверждена вступившим в законную силу приговором суда после рассмотрения жалобы З.Л.Г. судебной коллегией по уголовным делам Свердловского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.9-11), что имеет преюдициальное значение и не требует иного толкования.

Согласно данному приговору - иск к виновному лицу в рамках уголовного судопроизводства не заявлялся и не рассматривался.

В силу прямого толкования ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации – при причинении вреда жизни и здоровью гражданина, отказ в возмещении вреда не допускается.

При решении вопроса о взыскании с К.А.Ю. денежной компенсации за причиненный моральный вред истице, суд исходит из следующего.

Согласно п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 этого Кодекса.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации денежная компенсация морального вреда взыскивается в случае, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания).

В п. 1 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Пунктом 2 этой статьи установлено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Представленными доказательствами установлено, что З.Л.Г. действиями ответчика К.А.Ю. причинены нравственные страдания. Что касается причинения истице физических страданий, то медицинских документов, подтверждающих данные факты, З.Л.Г. и её представителем суду не представлено. 

Таким образом, действиями ответчика К.А.Ю. истице З.Л.Г. причинен моральный вред (нравственные страдания), а значит, имеются основания для взыскания с ответчика в пользу последней компенсации за причиненный ей моральный вред.

Суд, кроме того учитывает, что приговором суда от 18.06.2019 К.А.Ю. также осужден по ч. 3 ст. 260 Уголовного кодекса Российской Федерации. Данным приговором постановлено: запретить осужденному заниматься лесозаготовительной деятельностью на срок 2 года, а также взыскать с К.А.Ю. в счет возмещения ущерба от преступления в доход государства в лице Государственного казенного учреждения 

<

адрес> «Шалинское лесничество» 556 236 рублей (л.д.26-27). Дополнительно суд принимает во внимание, что ответчик имеет на иждивении несовершеннолетнего сына, поэтому при определении размеров, подлежащего взысканию компенсации морального вреда, суд исходил из степени нравственных страданий З.Л.Г., фактических обстоятельств их причинения, их последствий для неё, как потерпевшей, имущественного, социального и семейного положения ответчика, а также учитывая степень разумности и справедливости, суд пришел к выводу, что исковые требования завышены, а в пользу З.Л.Г. подлежит взысканию с ответчика за причиненный моральный вред, принимая во внимание требования ст. ст. 151, 1099 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации денежная компенсация в размере 250 000 рублей.

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального Кодекса Российской Федерации взысканию с ответчика в доход государственного бюджета подлежат судебные расходы по делу: государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден при подаче иска в силу закона.

Руководствуясь ст.ст. 103, 194, 197, 198, 199, 321 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

Иск З.Л.Г. к К.А.Ю. о возмещении морального вреда, причиненного преступлением, удовлетворить в части.

Взыскать с К.А.Ю. в пользу З.Л.Г. компенсацию морального вреда в размере 250 000 (двести пятьдесят тысяч) рублей.

В остальной части исковое заявление оставить без удовлетворения.

Взыскать с К.А.Ю. в местный бюджет государственную пошлину в размере 300 рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Свердловский областной через Шалинский районный суд в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Председательствующий судья В.Е. Ярославцев