Дело№2-363/17

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 июня 2017г. с. Октябрьское

Пригородный районный суд Республики Северная Осетия - Алания в составе: 

председательствующего судьи Магкаевой М.Д., 

при секретаре Битиевой И.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным и применении последствий недействительности сделки, 

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, в котором просит: признать договор дарения домовладения расположенного по адресу: 

<

адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ, между ФИО1 и ФИО2, недействительным; применить последствия недействительности сделки, и считать договор дарения домовладения расположенного по адресу: 

<

адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ, недействительной сделкой с момента ее совершения и не влекущей юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью; обязать ФГБУ «Управление Росреестра» в лице филиала по РСО-Алания внести в ЕГРП на недвижимое имущество и сделок с ним запись о прекращении права собственности ФИО2 на объект недвижимого имущества: жилой дом, площадью 

<

данные изъяты> кв.м, расположенный по адресу: 

<

адрес> В обоснование исковых требований указал, что ему на праве собственности принадлежало домовладение расположенное по адресу 

<

адрес>. Его право собственности на данное домовладение было зарегистрировано в ЕГРП с ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с договором на передачу и продажу квартир в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ. У него два сына, старший В. и младший В., которые оба длительное время живут и работают в Германии. В марте этого года, он решил сделать завещание на своего младшего сына и начал искать свои документы на домовладение, не находя их он обратился за выпиской из ЕГРП на свое домовладение. Получив выписку, ему стало известно, что на сегодняшний день он уже не является собственником домовладения, и что оно оформлено на его невестку, супругу старшего сына В. - ФИО2. Между тем, он никогда не имел намерений дарить свой дом жене сына. Через своих представителей он получил копию договора дарения, который был составлен ДД.ММ.ГГГГ. Подпись, учиненная в договоре, действительно похожа на его подпись, но как он мог оформить договор дарения, не помнит. Сопоставляя полученный им договор дарения с событиями ДД.ММ.ГГГГ, он вспомнил, что в тот период он в очередной раз сильно заболел бронхитом. Поскольку он длительное время работал на шахте, бронхит для него является профессиональным заболеванием, и протекает довольно тяжело. В связи с очередным заболеванием бронхита у него началась депрессия, и на фоне всего этого держалось высокое давление. В то время он начал принимать лекарства «кленбугерол софарма» и «грандаксин» которые, как потом выяснилось, вызывают спутанность сознания, вследствие чего он в должной мере не отдавал отчет своим действиям и судя но всему заключил этот договор дарения не отдавая отчет своим действиям и не имея истинного намерения и волеизъявления дарить дом семье сына, которые и не планируют возвращаться для постоянного проживания обратно в Осетию. То, что он в этот период был не в себе, подтверждают и родственники, которые его часто навещали и видели его в этот период. Кроме того, он всегда обещал оформить дом на младшего сына, который собирается вернуться в Осетию и будет жить с ним и ухаживать. Есть и еще одно обстоятельство, по которому он не планировал оформлять этот дом на семью старшего сына. До ДД.ММ.ГГГГ, этот дом, который возводился на его деньги, был оформлен на старшего сына, который, не сообщив ему ничего, продал его ингушской семье и уехал с семьей в 

<

данные изъяты> на постоянное жительство. Решением Пригородного районного суда от ДД.ММ.ГГГГ, договор дарения заключенный между ним и старшим сыном В. на дом, был признан недействительным. Но дом смог вернуть лишь после того как ингушская семья, которой сын продал его, получила компенсацию за дом и передала права на него в АМС 

<

адрес>. И тогда ему пришлось его выкупать у администрации района, фактически повторно заплатив за свой же дом. Именно в связи с этими обстоятельствами, он не при каких условиях добровольно не подарил бы свой дом семье старшего сына. Всё это время он был зарегистрирован в доме, живет в доме и оплачивает все коммунальные платежи. Таким образом, заключенный между ФИО1 и ФИО2 договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ является недействительной сделкой, поскольку в момент ее заключения он не мог руководить своими действиями.

Представитель истца ФИО3 в судебном заседании исковые требования ФИО1 поддержал и дал пояснения, аналогичные исковому заявлению. Просит признать договор дарения домовладения расположенного по адресу: 

<

адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ, между ФИО1 и ФИО2, недействительным; применить последствия недействительности сделки, и считать договор дарения домовладения расположенного по адресу: 

<

адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ, недействительной сделкой с момента ее совершения и не влекущей юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью; обязать ФГБУ «Управление Росреестра» в лице филиала по РСО-Алания внести в ЕГРП на недвижимое имущество и сделок с ним запись о прекращении права собственности ФИО2 на объект недвижимого имущества: жилой дом, площадью 

<

данные изъяты> кв.м, расположенный по адресу: 

<

адрес>

ФИО1, извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, о причинах неявки суду не сообщил. В предварительном судебном заседании ФИО1 исковые требования поддержал, просил их удовлетворить и пояснил, что никому никогда свой дом в 

<

адрес>, не дарил, тем более жене старшего сына В. – ФИО2, с которым он давно не общается. В ДД.ММ.ГГГГ он сильно заболел и думал, что умирает, был очень слаб и все время лежал. Тогда же приехала ФИО2 и стала ему колоть какие – то уколы. О том, что он якобы подписал какой – то договор он узнал в ДД.ММ.ГГГГ В ДД.ММ.ГГГГ он даже из дома выйти не мог и точно никуда не ездил для переоформления дома. Со старшим сыном у него плохие отношения и он никогда бы ему дом даже по завещанию не оставил. Всегда хотел дом после смерти оставить младшему сыну Х.В.П..

Представитель ответчика ФИО2 – адвокат Наниева Е.Б., назначенная судом в соответствии со статьей 50 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании иск не признала, пояснила, что мнение ответчика ей неизвестно, поэтому она не согласна с исковыми требованиями. Имеющиеся в деле доказательства не оспорила, не представила доказательств в обоснование своего возражения.

Представитель третьего лица Управления Росреестра по РСО – Алания, надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, о причинах неявки суду не сообщил.

В соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд рассматривает дело в отсутствие представителей ответчика и третьего лица.

Выслушав объяснения представителя истца, показания свидетелей, исследовав письменные материалы гражданского дела, суд находит исковые требования ФИО1 подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно части 2 статьи 8 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и защищаются равным образом частная, государственная, муниципальная и иные формы собственности.

Статья 35 Конституции РФ гарантирует охрану частной собственности законом и праве каждого иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами.

Как следует из статей 1, 2, 15 (часть 4), 17 (части 1 и 2), 19 (части 1 и 2), 45 (часть 1) и 46 Конституции Российской Федерации, названные права гарантируются в качестве основных и неотчуждаемых прав и свобод человека и гражданина и реализуются на основе общеправовых принципов юридического равенства, неприкосновенности собственности и свободы договора, предполагающих равенство, автономию воли и имущественную самостоятельность участников гражданско-правовых отношений, недопустимость произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимость беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты, которые провозглашаются и в числе основных начал гражданского законодательства.

Из материалов дела видно, что ФИО1 являлся собственником домовладения, расположенного по адресу: 

<

адрес> 

В силу пункта 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой либо перед третьим лицом.

Согласно статье 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции действовавшей в момент совершения сделки) сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей в момент совершения сделки) сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения.

Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, соответственно применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 167 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент заключения договора) сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Исходя из положений статей 167, 178, 179, 572 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридически значимыми обстоятельствами для вывода о состоявшемся договоре дарения является не только письменно оформленный документ, но и должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО2 был заключен договор дарения, согласно которого ФИО1 (даритель) подарил, а ФИО2 (одаряемая) приняла в дар домовладения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, принадлежащий дарителю на праве собственности, размером общей площади 

<

данные изъяты> кв.м. Согласно п. 9 договора дарения, настоящий договор вступает в силу, а одаряемый приобретает право собственности на отчуждаемый дом с момента государственной регистрации настоящего договора в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии. Согласно п.10 договора дарения, настоящий договор содержит весь объем соглашений между сторонами в отношении предмета договора, отменяет и делает недействительными все другие обязательства ими представленные, которые могли быть приняты или сделаны сторонами, будь то в устной или письменной форме до заключения настоящего договора. Договор дарения подписан истцом ФИО1 и ответчицей ФИО2 Договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ прошел государственную регистрацию в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по РСО - Алания, что подтверждается соответствующей отметкой на договоре дарения. 

Согласно выписке из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним, ответчица ФИО2 является правообладателем домовладения, расположенного по адресу: 

<

адрес> 

Свои доводы истец ФИО1 обосновывает тем, что намерения заключать договор дарения с ФИО2 не имел, дом дарить старшему сыну или его жене не собирался, о том, что дом оформлен на ФИО2 узнал только тогда, когда собирал документы для оформления завещания на младшего сына. Кроме того, его старший сын В. в ДД.ММ.ГГГГ уже пытался продать этот дом, и ему бы он его точно не подарил.

Истец ФИО1 считает, что в связи с заключением договора дарения спорного домовладения нарушены его права, поскольку намерений распорядиться принадлежащим ему имуществом у него не было, в доме он намерен был проживать, и не имел намерения отказываться от своей собственности при жизни. 

По мнению суда, данные доводы истца ФИО1 нашли свое подтверждение в судебном заседании.

В соответствии с требованиями ст.ст.56, 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом, доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. При этом согласно ст.ст.4, 45, 46, 47, 56, 57 ГПК РФ обязанность доказывания лежит на сторонах, третьих лицах, заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, на прокуроре, органах, организациях и гражданах, подавших заявление в защиту иных лиц.

Из завещания 

<

адрес>6 от ДД.ММ.ГГГГг. видно, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, проживающий в 

<

адрес>, завещает все свое имущество Х.В.П..

Решением Пригородного районного суда РСО – Алания от ДД.ММ.ГГГГ сделка договор купли – продажи полутораэтажного домовладения, расположенного в 

<

адрес>, заключенная между Х.В.П. и А.А.Х. признана недействительной, за А.А.Х. признано право собственности на указанное домовладение, договор дарения спорного домовладения заключенный между Х.В.П. и ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ признан недействительным. 

Из предоставленных копий счетов – фактур и квитанций на оплату коммунальных услуг, выданных на имя ФИО1 следует, что оплата коммунальных услуг производилась непосредственно истцом.

Таким образом, в ходе судебного заседания достоверно установлено, что после совершения оформления сделки дарения реальных распорядительных действий в отношении жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>, ответчицей ФИО2 совершено не было.

Указанное обстоятельство свидетельствует о том, что сделка дарения фактически носила формальный характер.

Истец как проживал в спорном доме и возделывал земельный участок, так и остался проживать в нем после сделки, владел и пользовался жилым домом, нес бремя его содержания, в то время как оспариваемым договором дарения таких условий не предусмотрено.

Спорный жилой дом является единственным жильем для истца. Из объяснений представителя истца и фактических обстоятельств, очевидно, что у него не было цели на безвозмездное отчуждение спорного жилого дома, безвозмездный отказ от права собственности на жилой дом, в котором он проживает, и земельный участок, который истец возделывает, в пользу ответчицы.

Кроме того, оспариваемый договор нотариально не удостоверен, следовательно, истцу вслух текст договора не прочитан, доказательств, прочтения истцу текста договора нет, то есть достоверно подтвердить, что истец понимал значение совершаемых действий, невозможно.

Выводы суда также подтверждаются показаниями свидетелей Х.Р.В. и С.К.Б., являющихся соседями ФИО1 о том, что у него два сына, старший В. и младший Х.В.П., оба длительное время живут с семьями и работают в Германии. ФИО1 на праве собственности принадлежит домовладение, расположенное по адресу: 

<

адрес>. В этом доме ФИО1 проживает с начала ДД.ММ.ГГГГ и другого жилья у него нет. ФИО2 они знают, это жена его старшего сына В.. С В. у истца не очень хорошие отношения. О том, что ФИО1 подарил дом ФИО2, им ничего неизвестно, поскольку ФИО1 всегда говорил, что свой дом он завещает младшему сыну Х.В.П.. 

Свидетель Х.А.Г. в судебном заседании пояснил, что ФИО1 его родственник. У него два сына В. и Х.В.П., оба живут в 

<

адрес>. В начале этого года ФИО1 решил оформить завещание на своего младшего сына Х.В.П., и тогда ему стало известно, что дом оформлен на его невестку, супругу старшего сына В. - ФИО2. Он об этом знает со слов самого ФИО1, сам его часто навещает, привозит старику лекарства и еду, помогает деньгами. К нотариусу они поехали вместе, а еще до этого он помогал ФИО1 в сборе документов на дом. Между тем, ФИО1 никогда не имел намерений дарить свой дом жене сына. Кроме того, в то время, когда якобы был оформлен договор дарения, ФИО1 болел, был очень ослаблен. Тогда же прилетела ФИО2 и ставила ему какие - то уколы. Когда он приехал навестить деда, то удивился, что уколы Эйрих ему ставила без назначения врача, по собственной инициативе. Видимо из–за этих уколов ФИО1 мало кого узнавал из навещавших его родственников, путался в разговоре, был не в себе. Насколько ему известно со слов ФИО1, он всегда хотел оформить дом на младшего сына Х.В.П., который собирается вернуться в Осетию. Всё это время (с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 зарегистрирован в своем доме, живет там и оплачивает все коммунальные платежи. 

При таких обстоятельствах доводы истца о заблуждении относительно природы сделки, договора дарения единственного имущества истца, с учетом конкретных обстоятельств совершения сделки, поведения сторон до и после сделки являются обоснованными, и суд считает доказанным факт того, что оспариваемый договор дарения является недействительным как совершенный под влиянием заблуждения.

Частью 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. При этом в силу положений ст.167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке. 

Признавая недействительным договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО1 и ФИО2 недействительным, суд полагает необходимым применить последствия недействительности указанной сделки, исключив из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним сведения о праве собственности на жилой дом, общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м. по адресу: 

<

адрес>, за ФИО2

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Иск ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки удовлетворить.

Признать договор дарения жилого дома, общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес> заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО2 недействительным. 

Применить последствия недействительности сделки, вернув стороны в первоначальное положение. 

Обязать Управление Росреестра по РСО-Алания внести изменения в ЕГРП аннулировав записи о регистрации прав собственности за ФИО2 на объект недвижимого имущества: жилой дом, площадью 

<

данные изъяты> кв.м, расположенный по адресу: 

<

адрес>, внесенную на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО2.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Северная Осетия – Алания в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья М.Д.Магкаева

Решение принято в окончательной форме ДД.ММ.ГГГГ