Дело № 2-273/2019 11 июня 2019 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Северодвинский городской суд Архангельской области в составе

председательствующего судьи Горишевской Е.А.,

при секретаре Черноковой Т.Ю., 

рассмотрел в открытом судебном заседании в городе Северодвинске гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 ..... к Дикой ..... ....., Кондратюку ....., ФИО7 ..... о признании недействительными заявления об отказе в принятии наследства, доверенности, договоров дарения и договора купли-продажи,

установил:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО6, ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры.

В обоснование требований указано, что в 1996 г. истцом на личные денежные средства приобретена трехкомнатная квартира, расположенная по адресу: г. Северодвинск, ....., в которой проживали родители истца ФИО4 и ФИО5 Указанное жилое помещение оформлено в собственность родителей. После смерти матери истца ФИО5 квартира должна была перейти ФИО4 на основании завещания. ФИО6, сестра истца, оформила опекунство над ФИО4 и совершала от имени отца все юридические действия. В августе 2016 г. ФИО6 продала квартиру ФИО3, который по настоящее время проживает в жилом помещении. На полученные от продажи квартиры денежные средства ФИО6 приобрела в собственность своей дочери ФИО7 жилое помещение, расположенное по адресу: г. Северодвинск, ул. ...... Истец просит признать договор купли-продажи кв. ..... в д. ..... в г. Северодвинске, заключенный между ФИО6 и ФИО3, недействительным, взыскать расходы по оплате государственной пошлины. 

Определением от 18 января 2019 г. к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО7, к производству суда принято изменение предмета исковых требований, в соответствии с которым истец просит суд признать недействительным заявление ФИО4 от 11 марта 2016 г. об отказе в принятии наследства; доверенность, выданную 11 марта 2016 г. ФИО4 на имя ФИО7; договор дарения, заключенный между ФИО4 в лице представителя ФИО7 и ФИО6 от 12 марта 2016 г.; договор дарения от 8 июня 2016 г., заключенный между ФИО6 и ФИО7; договор купли-продажи от 21 июля 2016 г., заключенный между ФИО7 и ФИО3

В судебном заседании истец ФИО8 и его представитель по доверенности ФИО9 заявленные требования поддержали в полном объеме. Указали, что материалы дела содержат сведения, указывающие на то, что ФИО4 в момент написания заявления об отказе от наследства и выдачи доверенности на имя ФИО7 в силу имеющегося у него заболевания и преклонного возраста не понимал в полной мере значение своих действий, не отдавал им отчет и не мог руководить ими. О данных обстоятельствах свидетельствует, в частности, обращение ФИО7 в психоневрологический диспансер в октябре 2016 г., где она указывала, что дедушка в последние 6 месяцев ведет себя странно, не узнает родственников и просит отпустить его домой. Истец отметил, что в 2016 г. часто навещал своего отца и нередко замечал в его поведении несвойственные ему поступки. Указал, что отец был замкнутым, не стремился к общению с окружающими, самостоятельно не мог себя обслуживать и нуждался в посторонней помощи. Представитель истца обратил внимание на то, что результаты проведенной по делу психиатрической экспертизы не содержат указание на имеющееся у истца заболевание головного мозга, в заключении не проанализирован факт обращения в октябре 2016 г. в психоневрологический диспансер.

Ответчики ФИО6, и ФИО7, ФИО3, извещенные о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание не явились.

Представитель ответчиков ФИО6 и ФИО7 – ФИО10 в судебном заседании с требованиями не согласилась, указав, что в момент совершения оспариваемых действий ФИО4 вполне отдавал отчет своим действиям, а имеющееся у него заболевание Паркинсона сказывалось исключительно на треморе руки, и никаким образом не влияло на его психическое состояние.

По определению суда судебное заседание проведено при имеющейся явке.

Заслушав пояснения, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, медицинские документы ФИО4, допросив свидетелей, суд приходит к следующему.

В силу ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе, отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии с п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества. В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В силу ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно ст. 154 данного Кодекса сделки могут быть двух- или многосторонними (договоры) и односторонними (п. 1). Односторонней считается сделка, для совершения которой в соответствии с законом, иными правовыми актами или соглашением сторон необходимо и достаточно выражения воли одной стороны (п. 2).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу ст. 153 ГК РФ при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

Из материалов дела следует, что 30 октября 2015 г. умерла ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которая приходилась матерью истцу ФИО8 и ответчику ФИО6 (л.д. 6, 28, 28 оборот, 109, 111).

После смерти ФИО5 нотариусом нотариального округа Город Северодвинск Архангельской области ФИО11 заведено наследственное дело № 56/2016.

При жизни ФИО5 оставила завещание, удостоверенное 10 февраля 2010 г. нотариусом ФИО12, которым наследодатель принадлежащую ей долю в праве общей долевой собственности на жилое помещение по адресу: г. Северодвинск, ..... завещала своему супругу ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, а в том случае, если он умрет ранее завещателя или одновременно с ним, не успеет принять наследство не примет его по другим причинам либо откажется от наследства – своей дочери ФИО6 (л.д. 30, оборот).

В соответствии с положениями ст. 1111 ГК РФ наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.

Согласно ч. 1 ст. 1157 ГК РФ наследник вправе отказаться от наследства в пользу других лиц (ст. 1158 ГК РФ) или без указания лиц, в пользу которых он отказывается от наследственного имущества.

Завещатель может указать в завещании другого наследника (подназначить наследника) на случай, если назначенный им в завещании наследник или наследник завещателя по закону умрет до открытия наследства, либо одновременно с завещателем, либо после открытия наследства, не успев его принять, либо не примет наследство по другим причинам или откажется от него, либо не будет иметь право наследовать или будет отстранен от наследования как недостойный (ч. 2 ст. 1121 ГК РФ).

Заявлением от 11 марта 2016 г. ФИО4 отказался от причитающейся ему доли наследственного имущества, в чем бы оно ни заключалось, по всем основаниям, предусмотренным действующим законодательством, после умершей 30 октября 2015 г. супруги ФИО5, в пользу дочери ФИО6 Заявление от имени ФИО4 в соответствии с ч. 3 ст. 1125 ГК РФ подписано рукоприкладчиком ФИО7 в связи с болезнью ФИО4 (нарушение двигательной функции рук) (л.д. 30).

1 июня 2016 г. нотариусом нотариального округа Город Северодвинск Архангельской области ФИО11 выдано свидетельство о праве на наследство по завещанию в отношении ? доли в праве общей долевой собственности на жилое помещение по адресу: ..... дочери умершей ФИО5 – ФИО6 (л.д. 31).

Статьей 185 ГК РФ установлено, что доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу для представительства перед третьими лицами. 

11 марта 2016 г. нотариусом нотариального округа Город Северодвинск Архангельской области ФИО13 удостоверена доверенность ФИО4, выданная ФИО7 с целью заключения от его имени договора дарения принадлежащей ему ? доли в праве общей долевой собственности на жилое помещение по адресу: ....., кв. 66 с его дочерью – ФИО6 (л.д. 57).

Согласно п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Во исполнение указанного поручения ФИО7, действуя от имени представляемого ФИО4, 12 марта 2016 г. заключила договор дарения с ФИО6 в отношении объекта недвижимости – ? доли в праве общей долевой собственности на жилое помещение по адресу: ..... (л.д. 59).

8 июня 2016 г. ФИО6 по договору дарения подарила ФИО7 квартиру, расположенную по адресу: ...... В п. 2 договора указано, что данная квартира принадлежит дарителю на основании договора дарения от 12 марта 2016 г. и свидетельства о праве на наследство по завещанию от 1 июня 2016 г. (л.д. 69).

В соответствии с п. 1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно п. 1 ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

21 декабря 2016 г. между ФИО7 и ФИО3 заключен договор купли-продажи недвижимого имущества – квартиры по адресу: г. Северодвинск, пр. ..... на основании которого право собственности на данное жилое помещение перешло к ФИО3 (л.д. 81-84).

Право собственности ФИО3 на спорное жилое помещение зарегистрировано в установленном законом порядке в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество (л.д. 101).

Согласно свидетельству о смерти ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер 30 ноября 2016 г. (л.д. 105).

Обращаясь в суд с настоящим исковым заявлением, истец ссылается на то обстоятельство, что в момент написания заявления об отказе от наследства по завещанию после смерти ФИО5, а также выдачи доверенности на имя ФИО7 для заключения сделки дарения с ФИО6, умерший ФИО4 в силу имеющегося у него заболевания, преклонного возраста не способен был понимать значение своих действий и руководить ими, вследствие чего указанные односторонние сделки являются недействительными, что влечет за собой недействительность последующих сделок дарения спорной квартиры, заключенной между ФИО7 и ФИО6 12 марта 2016 г., между ФИО6 и ФИО7 8 июня 2016 г. и купли-продажи, заключенной между ФИО7 и ФИО3 21 декабря 2016 г.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Статьей 167 ГК РФ установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу ч. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В силу закона такая сделка является оспоримой, в связи с чем лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям, указанным в п. 1 ст. 177 ГК РФ, согласно ст. 56 ГПК РФ обязано доказать наличие оснований для недействительности сделки.

В соответствии с абз. 3 п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 г. № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (ст. 177 ГК РФ).

Для разрешения вопроса о наличии либо отсутствии у ФИО4 психического расстройства на день обращения с заявлением об отказе от наследства по завещанию после смерти ФИО5, а также выдачи доверенности на имя ФИО7, возможности понимать значение своих действий и руководить ими в указанный день, а также его способности адекватно воспринимать существо оспариваемых действий определением суда от 8 февраля 2019 г. по делу назначена посмертная судебная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза.

Из заключения комиссии экспертов № 389 от 4 апреля 2019 г. следует, что во время подписания заявления от 11 марта 2016 г. об отказе в принятии наследства, доверенности на имя ФИО7 ФИО4 мог в полной мере понимать значение своих действий и руководить ими, так как в материалах гражданскою дела и медицинской документации не содержится данных о том, что ФИО4 при совершении указанных действий находился в состоянии, лишавшем его способности понимать их значение и руководить ими. Психологом-экспертом не выявлено признаков грубого когнитивного снижения, повышенной внушаемости, ведомости, выраженных расстройств эмоционально-волевой сферы и личности ФИО4 Мотивация составления юридически важных документов соотносилась с нормативными смыслообразующими реакциями, с объективными критериями и оценками, свидетельствовала о достаточном соподчинении мотивов, отсутствии мотивационных искажений на момент совершения юридически значимых событий.

Комиссия экспертов также установила, что первоначальные изменения в психо-эмоциональном состоянии подэкспертного отмечаются только с 26 сентября 2016 г. В момент совершения юридически-значимых действий у ФИО4 выявлялся следующий индивидуально-психологический портрет: отмечалось наличие умеренных по выраженности когнитивных нарушений, интеллектуальный статус находился в границах возрастной нормы, механизмы эмоционально-волевой сферы позволяли осуществлять целенаправленное последовательное и социально-координированное поведение, выраженных нарушений критических и прогностических способностей не обнаруживалось. У ФИО4 выявлялись потребность во взаимоотношениях с близким окружением, стремление к сохранению контактов, сохранность адекватных эмоциональных реакций. В материалах дела не представлено убедительных объективных данных, свидетельствовавших о заострении на момент подписания юридически важных документов и на период времени, непосредственно предшествующий их подписанию, каких-либо личностных черт ФИО4, что указывает на отсутствие дезадаптивных состояний, позволяет предполагать о наличии нормативного личностного портрета подэкспертного, которому не свойственно повышенная внушаемость, подчиняемость и ведомость.

Указанное заключение, вопреки мнению стороны истца, сомнений в правильности у суда не вызывает, эксперты, проводившие экспертизу, имеют специальное образование и стаж работы по специальности, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, кроме того, выводы экспертов последовательны, непротиворечивы, согласуются с иными доказательствами по делу.

Так, материалами дела подтверждается, что ФИО4 в момент совершения юридически значимых действий (март 2016 г.) под наблюдением врача-психиатра не состоял; в момент написания заявления об отказе от наследства и выдачи доверенности на имя ФИО7 личность ФИО4 устанавливалась нотариусом, которым проверялась его дееспособность. 

Допрошенные в судебном заседании свидетели (в том числе, не являющиеся родственниками умершего) последовательно указали на то, что ФИО4 вел обычный образ жизни, ухаживал за собой, был очень опрятным, вежливым и общительным, всегда узнавал окружающих, мог подробно рассказать о своей жизни. Отметили, что он стеснялся своего недуга в виде тремора рук, вызванного болезнью Паркинсона. О наличии каких-либо странностей в поведении ФИО4 в ходе рассмотрения дела показал только свидетель ФИО14, который при этом неверно указал адрес места жительства ФИО4, не смог точно вспомнить, с какого времени ФИО4 не проживал в спорной квартире. Все остальные свидетели указали, что в последний год жизни ФИО4 не были очевидцами его посещения внуком ФИО14 или сыном ФИО8

Указанные доказательства в своей совокупности не позволяют суду сделать вывод о том, что в момент написания заявления об отказе от наследства и выдачи доверенности 11 марта 2016 г. ФИО4 находился в состоянии, в котором он не мог отдавать отчет своими действиям и руководить ими.

Истцом не представлено допустимых и относимых доказательств с достоверностью подтверждающих наличие оснований для признания заявления об отказе от наследства по завещанию после смерти ФИО5 от 11 марта 2016 г., доверенности, выданной 11 марта 2016 г. на имя ФИО7, недействительными, следовательно, не имеется оснований для признания последующих сделок дарения от 12 марта 2016 г., от 1 июня 2016 г., а также сделки купли-продажи от 21 декабря 2016 г. недействительными.

В соответствии с п. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей, суммы, подлежащие выплате экспертам.

По общему правилу, предусмотренному ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 Кодекса.

В соответствии с положениями абз. 2 ч. 2 ст. 85 ГПК РФ эксперт или судебно-экспертное учреждение не вправе отказаться от проведения порученной им экспертизы в установленный судом срок, мотивируя это отказом стороны произвести оплату экспертизы до ее проведения. В случае отказа стороны от предварительной оплаты экспертизы эксперт или судебно-экспертное учреждение обязаны провести назначенную судом экспертизу и вместе с заявлением о возмещении понесенных расходов направить заключение эксперта в суд с документами, подтверждающими расходы на проведение экспертизы, для решения судом вопроса о возмещении этих расходов соответствующей стороной с учетом положений ч. 1 ст. 96 и ст. 98 настоящего Кодекса.

Согласно счету № 00000034 от 19 марта 2019 г. стоимость комплексной психолого-психиатрической экспертизы составила 37 949 руб. 

Учитывая, что в удовлетворении заявленных исковых требований ФИО8 отказано, принимая во внимание, что 13 февраля 2019 г. истцом на депозит Управления Судебного департамента в Архангельской области и Ненецком автономном округе внесена сумма 7 000 руб., с истца в пользу государственного бюджетного учреждения здравоохранения Архангельской области «Архангельская клиническая психиатрическая больница» подлежат взысканию расходы, связанные с проведением экспертизы, в сумме 30 949 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 ..... к Дикой ....., Кондратюку ....., ФИО7 ..... ..... о признании недействительными заявления об отказе в принятии наследства, доверенности, договоров дарения и договора купли-продажи отказать.

Взыскать с ФИО1 ..... в пользу государственного бюджетного учреждения здравоохранения Архангельской области «Архангельская клиническая психиатрическая больница» расходы по проведению экспертизы в сумме 30 949 (тридцать тысяч девятьсот сорок девять) руб.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Архангельский областной суд через Северодвинский городской суд Архангельской области в течение месяца с момента принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий Е.А. Горишевская

Мотивированное решение изготовлено 17 июня 2019 г.