№ 2-198/2021

24RS0037-01-2020-001751-12 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

02 марта 2021 года г. Назарово

Назаровский городской суд Красноярского края в составе:

председательствующего – судьи Кацевич Е.И.,

при ведении протокола секретарем Судаковой Н.А., помощником судьи Почепкиной М.В.,

с участием ст. помощника Назаровского межрайонного прокурора Бочаровой А.В.,

представителя истцов ФИО3, представителя ответчика ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5, ФИО6, ФИО7 к АО «ТЭК Мосэнерго» о взыскании компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО5, ФИО6, ФИО7 обратились в суд с иском к АО «ТЭК Мосэнерго» о взыскании компенсации морального вреда. В обоснование иска указали, что их сын и родной брат ФИО1, а также истец ФИО5, были приняты на работу в филиал «Мосэнергокапстрой» АО «ТЭК Мосэнерго» в качестве бетонщиков 4 разряда. Трудовая деятельность предполагала вахтовый метод работы, фактическим местом работы являлся монтажный участок, расположенный на строительной площадке Сахалинской ГРЭС-2 в с. Ильинское Томаринского района Сахалинской области. В период нахождения на объекте производства, а также в междусменный отдых они проживали в специально созданном работодателем общежитии №, находящемся на территории вахтового поселка строительной площадки Сахалинской ГРЭС-2. 

25 апреля 2019 г. приблизительно в 03 час. 20 мин. по местному времени в модульном общежитии № произошел пожар. Истец ФИО5 проснулся от крика работников, проживавших в этом общежитии, когда он встал с кровати, то повсюду был едкий и густой дым, вокруг ничего не было видно, он пытался наощупь найти кровать брата, чтобы разбудить его и эвакуироваться вместе с ним из комнаты, но обнаружить его в этой обстановке он не мог. Из помещения напротив начал бурно распространяться огонь, который заблокировал выход из их комнаты, он начал задыхаться и терять сознание, после чего ему пришлось разбить оконный проем и эвакуироваться через него, после чего пламя охватило их комнату. После эвакуации он пытался найти брата на территории в надежде, что он успел покинуть помещение раньше него, но его не обнаружил. В дальнейшем всех проживающих в данном общежитии собрали в рабочей столовой для переклички и после сверки обнаружилась нехватка трех работников, одним из которых был его брат ФИО1 По приезду сотрудников МЧС и следственных органов на место пожара было обнаружено тело его погибшего брата.

Истцы ФИО6 и ФИО7 о произошедшем пожаре узнали от истца ФИО5, который отправил им сообщение с неизвестного номера о том, что с ним случилась беда, и поспросил с ним связаться. Очень долгое время они не могли до него дозвониться и получить информацию об обстоятельствах произошедшего, поскольку на пожаре сгорели его вещи и телефон. Они до последнего верили, что их сын и брат ФИО1 остался жив, но когда узнали о его гибели, испытали душевную боль, отчаяние и беспомощность. Два месяца их семья ожидала возвращения останков ФИО1 для организации похорон, этот период времени стал самым мучительным испытанием для их семьи, они были лишены возможности осуществить захоронение их близкого человека по православным обычаям. 

Согласно медицинскому свидетельству о смерти серия № от 14 июля 2019 г. причиной смерти ФИО1 явилось действие окиси углерода, случайное отравление и воздействие другими газами и парообразными веществами в специальном учреждении для проживания.

Приговором Томаринского районного суда Сахалинской области от 21 июля 2020 г. бывший директор филиала АО «ТЭК Мосэнерго» - «Управление по строительству Сахалинской ГРЭС-2» ФИО8 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 219 УК РФ. Приговором суда установлено, что на момент пожара ФИО8 являлся лицом, ответственным за соблюдение выполнения требований пожарной безопасности в модульном общежитии № вахтового поселка, располагавшегося на строительной площадке Сахалинской ГРЭС-2. При этом, будучи лицом ответственным за пожарную безопасность, ФИО8 допустил совокупность нарушений требований пожарной безопасности, что состоит в прямой причинно-следственной связи с гибелью ФИО1 Таким образом, ответственность за гибель ФИО1 при обстоятельствах несчастного случая на производстве, подтвержденного Актом от 17 июля 2019 г. №, а также вступившим в законную силу приговором Томаринского районного суда Сахалинской области от 21 июля 2020 г., возлагается на АО «ТЭК Мосэнерго».

Истцы просят учесть значительный характер понесенных ими нравственных страданий, указав в исковых заявлениях следующее:

После того, как пришло осознание того, что его родной брат погиб, ФИО5 испытал тяжелейшее моральное потрясение, его преследовало чувство одиночества и невосполнимой утраты, так как с самого раннего детства и до его гибели они проживали одной дружной семьей, брат был для него поддержкой, мог решить любой вопрос и проблему, именно поэтому они выбрали даже одно место работы. В таком состоянии он находился вдалеке от дома, без вещей и мобильного телефона. Так как все сгорело в общежитии, в течение дня он не мог связаться ни с кем из своих близких родственников и сообщить о гибели ФИО1. При этом просит учесть, что понесенные им нравственные страдания выразились как потерей родного брата, так и обстоятельствами самого несчастного случая, участником которого он стал. События пожара представляли угрозу для его жизни и здоровья, он испытал ужасное чувство страха за свою жизнь и отчаяния. До настоящего времени его преследует чувство вины, что в день пожара он ничем не мог помочь своему погибшему брату.

Потеря сына для истца ФИО6 стала тяжелейшим событием в ее жизни, уже больше года ее ежедневно мучают мысли об ужасных обстоятельствах его смерти. С сыном у них были очень близкие отношения, он проживал с ней, помогал во всем по хозяйству, в том числе материально, очень заботился о ее здоровье, а теперь она этого лишена. Его гибель стала для нее невосполнимой утратой. Являясь православной христианкой, она была лишена возможности осуществить захоронение ее сына по православным обычаям, поскольку с момента его гибели и до возвращения домой прошло более двух месяцев.

У истца ФИО7 с младшим братом ФИО1 всегда были дружеские и доверительные отношения, самого рождения они проживали с ним одной дружной семьей, заботились друг о друге, а также о своей матери, вместе выполняли все хозяйственные заботы по дому, поэтому его гибель стала для него невосполнимой утратой и самым тяжелым событием в его жизни. На него, как одного из старших членов семьи, легла ответственность за возвращение домой останков брата из Сахалинской области. В тяжелейшем эмоциональном состоянии он вылетал в Южно-Сахалинск для оформления всех необходимых документов по возвращению его домой, в дальнейшем сопровождал его доставку до дома. Все эти обстоятельства причинили ему глубокие нравственные переживания и душевную боль, которые он испытывает по настоящее время.

На основании изложенного, истцы просят взыскать с АО «ТЭК Мосэнерго» в счет компенсации морального вреда в пользу ФИО5 500 000 руб., в пользу ФИО6 750 000 руб., в пользу ФИО7 500 000 руб., также в счет возмещения расходов по оплате юридических услуг по 15 000 руб. в пользу каждого.

Истцы ФИО5, ФИО6, ФИО7 в судебное заседание не явились, направили заявления о рассмотрении дела в их отсутствие, с участием представителя ФИО3

В судебном заседании представитель истцов ФИО3 заявленные исковые требования поддержал в полном объеме, подтвердив доводы, изложенные в исковых заявлениях, полагает, что заявленная сумма компенсации морального вреда соразмерна перенесенным истцами физическим и нравственным страданиям. 

Представитель ответчика АО «ТЭК Мосэнерго» ФИО4 в судебном заседании пояснил, что с исковыми требованиями, изложенными в исковых заявлениях, АО «ТЭК Мосэнерго» не согласно, считает их необоснованными, а размер морального вреда несоразмерен последствиям (нравственным страданиям). Заявляя требования о взыскании компенсации морального вреда истцы, в нарушение норм действующего законодательства, не обосновали, какие конкретно нравственные или физические страдания они понесли, а также не обосновали сумму требуемой компенсации. Доводы истцов о причинении нравственных и физических страданий не подтверждаются никакими доказательствами, в материалах дела отсутствуют документы (справки из лечебно-профилактических учреждений, выписки из истории болезни, заключения специалистов), свидетельствующие о причинении действиями ответчика морального вреда истцам. Таким образом, размер компенсации морального вреда носит оценочный характер. Суду следует не допустить неосновательного обогащения истцов и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение ответчика, следовательно, заявленная истцами сумма компенсации морального вреда не подлежит удовлетворению. Кроме того, в целях оказания материальной помощи погибшим и пострадавшим при пожаре АО «ТЭК Мосэнерго» выплатило единовременное пособие супруге погибшего в размере 1 340 532 руб., добровольно до обращения в суд оказал материальную помощь ФИО6 в размере 69 672,15 руб. (пособие на погребение, компенсация отпуска при увольнении, материальная помощь), добровольно до обращения в суд оказал материальную помощь пострадавшему при пожаре ФИО5 в размере 100 000 руб., а также оказал материальную помощь в качестве стоимости проезда ФИО7 в размере 31 252 руб. При этом согласно заключению судебно-медицинской экспертизы в мышечных тканях ФИО1 обнаружен этиловый спирт в концентрации 

<

данные изъяты>, данная концентрация этилового спирта соответствует 

<

данные изъяты> степени алкогольного опьянения, в случае отсутствия в организме этилового спирта погибший мог вести себя иначе. Расходы на представителя являются чрезмерными и не отвечают критериям разумности, при данных обстоятельствах считает разумным размер расходов по оплате услуг представителя не более 2 000 руб. В связи с чем просит в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме, а в случае, если суд не найдет оснований для отказа в удовлетворении исковых требований снизить размер компенсации морального вреда до разумных пределов, что по данной категории дел составляет 60 000 руб., в части расходов на оплату юридических услуг снизить до 2 000 руб.

Суд, выслушав стороны, заключение помощника прокурора, полагавшего исковые требования обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению исследовав материалы дела, приходит к следующим выводам.

Конституцией Российской Федерации каждому гарантировано право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ст.37).

В соответствии со ст. 21 ТК РФ работник, в том числе, имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором; на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Требования ст. 22 ТК РФ возлагают на работодателя обязанности, в том числе:

обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда;

возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

В силу ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Из разъяснений п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", следует, что ТК РФ не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда в случаях нарушения трудовых прав работников, и суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав.

На основании ч.1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с ч.1 ст.1068 ГК РФ, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Как следует из ч. 1 ст. 150 ГК РФ, к нематериальным благам относятся, в том числе, жизнь и здоровье, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона.

Статьей 1100 ГК РФ установлено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

На основании ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Из Устава Акционерного общества «Теплоэнергетическая компания Мосэнерго» следует, что Общество является юридическим лицом (п.2.2), имеет в собственности обособленное имущество, может от своего имени приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права, исполнять обязанности, быть истцом и ответчиком в суде. (т.1 л.д.190-200)

Как установлено в судебном заседании и подтверждается материалами дела, истец ФИО5 и ФИО1 с 10 июля 2017 г. осуществляли трудовую деятельность в АО «ТЭК Мосэнерго», с 01 ноября 2017 г. были переведены на работу бетонщиками 4 разряда в строительно-монтажном участке № 1 Филиала АО «ТЭК Мосэнерго» - «Мосэнергокапстрой». Режим труда - вахтовый метод работы. Место работы: монтажный участок, расположенный на строительной площадке Сахалинской ГРЭС-2 в с. Ильинское Томаринского района Сахалинской области. (т.1 л.д.227-234, т.2 л.д.55)

Как следует из утвержденного АО «ТЭК Мосэнерго» 17 июля 2019 г. акта № о несчастном случае на производстве (т.1 л.д.16-19), комиссией по расследованию установлено, что с ФИО1 произошел несчастный случай при следующих обстоятельствах: 25 апреля 2019 г. приблизительно в 03 час. 20 мин. в модульном общежитии № произошло возгорание, работникам пришлось эвакуироваться не только через основной и запасной эвакуационные выходы, но и через окна. Сотрудники пожарной части приступили к тушению пожара. В дальнейшем всех проживающих в данном общежитии собрали в рабочей столовой для переклички и после сверки обнаружилась нехватка ФИО1 После тушения пожара сотрудниками МЧС и следственных органов на месте пожара в районе комнаты № было обнаружено тело погибшего ФИО1

Согласно п. 8.2 Акта, причиной смерти ФИО1 явилось действие окиси углерода, случайное отравление и воздействие другими газами и парообразными веществами в специальном учреждении для проживания.

Из п.8.3 Акта следует, что согласно заключению судебно-медицинской экспертизы от 14.06.2019 в мышечных тканях ФИО1 обнаружен этиловый спирт в концентрации 

<

данные изъяты>, данная концентрация этилового спирта соответствует 

<

данные изъяты> степени алкогольного опьянения.

Акт № о несчастном случае на производстве подписан всеми членами комиссии по расследованию случая, работодателем - ответчиком не оспорен и не обжалован в установленном законом порядке.

Приговором Томаринского районного суда Сахалинской области от 21 июля 2020 г., вступившим в законную силу 23 сентября 2020 г., директор филиала АО «ТЭК Мосэнерго» - «Управление по строительству Сахалинской ГРЭС-2» ФИО8 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 219 УК РФ (нарушение требований пожарной безопасности, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, смерть более двух лиц) с назначением наказания в виде лишения свободы сроком на 2 года 6 месяцев, с применением ст.73 УК РФ, условно с испытательным сроком в 2 года. (т.1 л.д.151-163)

При рассмотрении уголовного дела судом было установлено, что в период с 01 декабря 2017 г. по 25 апреля 2019 г. ФИО8, являясь директором филиала АО «ТЭК Мосэнерго» - «Управление по строительству Сахалинской ГРЭС-2» с местом нахождения: 

<

...>, будучи обязанным знать, соблюдать и организовывать соблюдение требований пожарной безопасности, разрабатывать и осуществлять меры пожарной безопасности, поддерживать в исправном состоянии технические средства пожарной безопасности на объекте строительства, проявив преступную небрежность, не предвидя наступление общественно-опасных последствий своего бездействия в виде причинения смерти и тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни работникам, проживавшим в общежитии № вахтового поселка, располагавшегося на строительной площадке Сахалинской ГРЭС-2 в 6 км. севернее от с. Ильинское Томаринского района Сахалинской области, совершил нарушение требований пожарной безопасности на указанной строительной площадке. В результате совокупности нарушений, допущенных ФИО8, в том числе сотрудник ФИО1, не оповещенный своевременно о произошедшем пожаре, которому не была оказана помощь в эвакуации из горящего здания общежития №, как работниками, осуществляющими охрану объектов на строительной площадке Сахалинской ГРЭС-2, так и сотрудниками пожарной охраны, не смог принять мер по самостоятельной эвакуации из горящего здания. Вследствие указанного пожара, произошедшего в период не позднее, чем с 03 час. 24 мин. до 09 час. 55 мин 25 апреля 2019 г. в модульном общежитии № вахтового поселка, располагавшегося на строительной площадке Сахалинской ГРЭС-1 в 6 км. севернее от с. Ильинское Томаринского района Сахалинской области, наступила смерть трех лиц, проживавших в указанном общежитии, в том числе ФИО1, причиной смерти которого явилось отравление окисью углерода. При этом, последствия в виде смерти, в том числе ФИО1, по признаку опасности для жизни состоят в прямой причинно-следственной связи с совокупностью допущенных ФИО8 нарушений требований пожарной безопасности.

Кроме того, в ходе рассмотрения настоящего дела судом установлено и не оспаривалось стороной ответчика, 25 апреля 2019 г. при возникновении пожара в модульном общежитии № находился работник ФИО5 (л.д.147-150), который смог эвакуироваться из горящего помещения через оконный проем. При пожаре сгорели все его находящиеся в комнате общежития вещи, в том числе мобильный телефон. 

Истцы ФИО5, ФИО7 являются родными братья погибшего ФИО1 (т.1 л.д.11-13, 109-110), истец ФИО6 – матерью погибшего. (т.1 л.д.64).

Правилами внутреннего трудового распорядка АО «ТЭК Мосэнерго» установлено, что работодатель обеспечивает предоставление работникам следующих дополнительных гарантий, льгот, компенсаций и пособий:

- выплату единовременного пособия сверхустановленного законодательством в случае гибели работника на производстве на каждого его иждивенца в размере годового заработка погибшего (п.8.2).

В случае судебного разбирательства выплаченные суммы учитываются при возмещении ущерба, а также морального вреда;

- оказание семье умершего работника материальной помощи для возмещения расходов, связанны с погребением работника, но не более 50 000 руб. (п.8.3);

- оказание материальной помощи в размере 20 000 руб. на компенсацию затрат, связанных с похоронами близких родственников (супруг, дети, родители, родные братья и сестры), подтвержденных соответствующими документами. (п.8.4).

Материальная ответственность работодателя:

- работодатель обязуется возместить материальный ущерб, причиненный имуществу работника. (п.11.1.2);

- работодатель обязуется возместить моральный вред, причиненный работнику. (п.11.1.7)

В подтверждение факта оказания АО «ТЭК Мосэнерго» материальной помощи представителем ответчика представлены:

- приказ № к/л от 26 апреля 2019 г. и платежное поручение № от 26 апреля 2019 г. о выплате единовременного пособия супруге погибшего ФИО2 в размере 1 340 532 руб. (Том 2, л.д. 8 оборотная сторона, л.д. 9),

- расчетный листок за июль 2019 г. и платежное поручение № от 15 июля 2019 г. о выплате матери погибшего ФИО6 материальной помощи на общую сумму 69 672,15 руб., в том числе: пособие на погребение в размере 9 514,35 руб., компенсация отпуска при увольнении – 11 048,80 руб., материальная помощь – 50 000 руб. (Том 2, л.д. 13),

- приказ № к/л от 25 апреля 2019 г. о выплате единовременной материальной помощи пострадавшему ФИО5 в размере 100 000 руб. (Том 2, л.д. 14),

- приказ №-кл от 29 ноября 2019 г. и платежное поручение № от 29 ноября 2019 г. о выплате материальной помощи в размере 31 252 руб. брату погибшего ФИО7 в качестве компенсации стоимости проезда (Том 2, л.д. 16 оборотная сторона, л.д. 17).

Выплата ответчиком указанных сумм материальной помощи истцами в ходе судебного разбирательства не оспаривалась.

Из ответа представителя ответчика на судебный запрос следует, что материальная помощь ФИО5 на основании приказа от 25 апреля 2019 №-к/л была выплачена по решению работодателя в качестве моральной и материальной компенсации понесенного ущерба. (т.2 л.д.53) 

Анализ приведенных доказательств в совокупности свидетельствует о том, что в результате несчастного случая на производстве, в том числе в результате нарушения работодателем требований охраны труда и требований пожарной безопасности на рабочем месте работников, наступила смерть ФИО1, а ФИО5 сам стал участником данного события при пожаре, в связи со смертью сына и брата истцам бесспорно были причинены нравственные страдания и душевная боль. 

Таким образом, исковые требования о компенсации морального вреда к АО «ТЭК Мосэнерго», как работодателю, допустившего неправомерное бездействие, установленное вступившим в законную силу приговором суда, основаны на законе.

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает:

- фактические обстоятельства дела - несчастный случай на производстве произошел в результате нарушений работодателем требований пожарной безопасности и в области охраны труда, что в совокупности повлекло нарушение конституционного права ФИО5 и ФИО1 на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности, и как следствие, лишение жизни ФИО1, а также оказание работодателем в добровольном порядке материальной помощи матери погибшего и ФИО5, 

- характер и степень перенесенных истцами нравственных страданий, вызванных смертью сына и брата в результате несчастного случая, в частности, истцы перенесли нервный стресс и сильные душевные переживания в связи с потерей родного и близкого человека, смерть ФИО1 наступила неожиданно, семья лишилась моральной и материальной поддержки после ухода из жизни сына и брата, с которым были близкие и теплые отношения, истцы до сих пор переживают случившееся и горечь утраты, помимо этого, ФИО5, являясь участником произошедшего пожара, перенес страх за свою жизнь и отчаянность;

и, соблюдая принцип разумности и справедливости, суд полагает необходимым взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в пользу истцов в размере: ФИО6 - 320 000 руб., ФИО5 – 120 000 руб., ФИО7 – 100 000 руб.

На основании ч. 1 ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истцов ФИО5, ФИО7 подлежат взысканию расходы по оплате госпошлины в размере 300 руб.

В силу ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истцы просят взыскать с ответчика расходы по оплате юридических услуг в размере 15 000 руб. каждому, в обоснование чего представили договоры на оказание юридических услуг, заключенные с ФИО3, предметом которых являются: консультация, изучение и подбор документов по спору, составление искового заявления и иных документов при рассмотрении иска в суде, представительство в суде, а также квитанции об оплате данных услуг в размере 15 000 руб. С учетом требований разумности, соблюдая баланс интересов обеих сторон и соотношения судебных расходов с объемом защищаемого права, а также, учитывая конкретные обстоятельства дела, продолжительность рассмотрения дела, количество судебных заседаний, объем оказанных юридических услуг на досудебной стадии и в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции, суд полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу каждого истца в возмещение расходов по оплате юридических услуг по 10 000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО6, ФИО5, ФИО7 о компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с АО «ТЭК Мосэнерго» компенсацию морального вреда, причиненного несчастным случаем на производстве: в пользу ФИО6 – 320 000 рублей; в пользу ФИО5 – 120 000 рублей; в пользу ФИО7 – 100 000 рублей.

Взыскать с АО «ТЭК Мосэнерго» в пользу ФИО6, ФИО5, ФИО7 расходы по оплате юридических услуг в размере 10 000 рублей, каждому.

Взыскать с АО «ТЭК Мосэнерго» в пользу ФИО5, ФИО7 расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей, каждому.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд через Назаровский городской суд Красноярского края в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Е.И. Кацевич

Мотивированное решение составлено 10 марта 2021 года