УИД: 33RS0003-01-2020-001261-52

Дело № 2-869/2020 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 июля 2020 года

Фрунзенский районный суд г. Владимира в составе:

председательствующего судьи Синягина Р.А.,

при секретаре Запрудновой Н.А.,

с участием истца ФИО1,

представителя истца ФИО2

представителя ответчика ФИО3,

прокурора Пантелеева И.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Владимире гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «ГРАНД-СЕРВИС» об отмене приказа о прекращении трудового договора, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, взыскании денежной компенсации за задержку заработной платы, взыскании денежной компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «ГРАНД-СЕРВИС», в обоснование которого указал, что с 01.02.2019 года работал в указанной организации в должности техника, в его обязанности входило обслуживание и ремонт холодильного оборудования. 22.04.2020 года он был уволен за прогул, с приказом об увольнении ознакомлен не был, получил его по почте 07.05.2020 года. Согласно приказу о привлечении к дисциплинарной ответственности период с 02.03.2020 по 11.03.2020 года и с 13.03.2020 года по 22.04.2020 года ему были учтены как прогулы, эти периоды исключены из расчета компенсации при увольнении. Свое увольнение истец считал незаконным, поскольку с 02.03.2020 по 11.03.2020 года не работа вынужденно, поскольку ему на электронную почту не поступали заявки на выполнение работ, а 14.03.2020 года он исполнял свои трудовые обязанности, что подтверждается документами по заявкам от 12 и 13 марта. 16.03.2020 года им было направлено заявление о предоставлении отпуска с 17.03.2020 года, к заявлению была приложена справка об инвалидности, вместе с тем, указанное заявление работодатель не принял к сведению. 

С учетом уточненных исковых требований истец просил суд отменить приказ № 9 от 22.04.2020 года «О прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении)»; восстановить его на работе в ООО «Гранд-Сервис» в должности техника, взыскать с ответчика в свою пользу средний заработок за все время вынужденного прогула с 02.03.2020 года по момент вынесения решения суда из расчета среднемесячного заработка в размере 48000 рублей; обязать выплатить истца причитающуюся ему заработную плату с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка РФ от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки, начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно; взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме 50000 рублей.

В судебном заседании истец и его представитель, исковые требования поддержали. В дополнение истец пояснил, что его работа носила разъездной характер, фактически проживая в г. ...... Владимирской области он по получаемым на электронную почту заданиям ездил по адресам обслуживаемых объектов по территории Владимирской области. 26.02.2020 года на общем собрании работников инженер С. пояснил, что тендер на обслуживание магазинов выиграла другая фирма, и с 01 марта их организация обслуживать объекты не будет, а также предложил подписать чистые листы, для оформления заявлений об увольнении по собственному желанию, что истец делать отказался. Также, в этот день истец сообщил С., что находится на больничном до 05.03.2020 года, в связи с оформлением инвалидности, но сможет продолжить исполнять свои трудовые обязанности, без предъявления листка нетрудоспособности работодателю. В период со 02.03.2020 года по 11.03.2020 года заявки на работы истцу не поступали. С 12.03.2020 года задания стали поступать, их истец выполнял, в том числе и получал от инженера необходимые детали. 16 марта 2020 года он направил электронной почтой в адрес работодателя заявление о предоставлении отпуска для оформления документов в Пенсионный фонд, с приложением справки об инвалидности, а также вручил оригинал заявления С.. На данное заявление работодатель официального ответа не прислал, а диспетчер организации З. посредством электронной переписки предложил ему написать заявление на отпуск в ноябре 2020 года. 26.03.2020 года на электронную почту истца поступило требование о представлении объяснений по причинам отсутствия на рабочем месте, а также служебные записки и акты об отсутствии работника, не содержащие даты и подписей, которые истец расценил, как не соответствующими действительности, о чем сообщил работодателю, и через непродолжительное время указанные документы ему были направлены с подписями лиц, их составивших. Последующая переписка истца с работодателем к взаимному разрешению возникших разногласий не привела. Просил исковые требования удовлетворить.

Представитель ответчика в судебном заседании полагал увольнение ФИО1 законным, а исковые требования необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Выслушав объяснения сторон, изучив материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования ФИО1 удовлетворению не подлежат, суд приходит к следующим выводам.

В силу положений пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ, трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях: однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей: прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Согласно части первой ст. 192 Трудового кодекса РФ, за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: 1) замечание; 2) выговор; 3) увольнение по соответствующим основаниям.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума ВС РФ № 2), при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Судом установлено, что ФИО1 с 01.02.2019 года был принят на работу в ООО «ГРАНД-СЕРВИС» на должность техника основного подразделения, что подтверждается трудовым договором № 23 от 01.02.2020 года и приказом о приеме на работу № 8 от 01.02.2019 года ( том 1, л.д. 43, 44-49).

Согласно п. 1.2 трудового договора работа имеет разъездной характер.

В силу раздела 6 Правил внутреннего трудового распорядка ООО «ГРАНД-СЕРВИС» от 16.10.2017 года (том 1 л.д. 53-64), рабочим местом для всех работников является адрес фактического местонахождения компании. Для сотрудников с разъездным характером работу трудовые обязанности выполняются на месте нахождения заказчика, согласно задания, выданного непосредственным руководителем или вышестоящим руководством компании (том 1 л.д. 57).

Судом установлено, что 02.03.2020 года, 03.03.2020 года, 04.03.2020 года, 05.03.2020 года, 06.03.2020 года, 10.03.2020 года, 11.03.2020 года, 13.03.2020 года, 18.03.2020 года, 19.03.2020 года, 20.03.2020 года, 23.03.2020 года, 24.03.2020 года, 25.03.2020 года в городе ...... генеральным директором ООО «ГРАНД-СЕРВИС» К. в присутствии заместителя директора Л. и инженера С. составлены акты об отсутствии работника – техника В. на рабочем месте в указанный период с 08.00 часов до 17.00 часов (том 1 л.д. 77-90).

При этом, как следует из буквального содержания вышеуказанных актов, они составлены «на рабочем месте ФИО1 в период его несогласованного отсутствия», с актами в момент их составления ФИО1 ознакомлен не был.

Как следует из объяснений истца, и не опровергнуто ответчиком, характер выполняемой истцом работы был обусловлен получением заданий от работников организации диспетчера З. и инженера С. по электронной почте, после чего истец выезжал по адресу объекта, где занимался ремонтом оборудования. Задания истец получал посредством электронной почты, которой пользовался при помощи компьютера или смартфона, при этом местом фактического проживания истца являлся адрес: ...... Данные обстоятельства стороной ответчика также не опровергнуты. 

Таким образом, суд приходит к выводу, что с учетом разъездного характера работы истца его рабочим местом адрес фактического местонахождения компании не являлся. 

С учетом изложенного, указание в вышеуказанных актах об отсутствии работника сведений о том, что они составлены на рабочем месте ФИО1 суд полагает не соответствующим фактическим обстоятельствам дела.

22 апреля 2020 года генеральным директором ООО «ГРАНД-СЕРВИС» был издан приказ № 1Д о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности и неоплате дней прогулов, согласно которому в связи с отсутствием ФИО1 с 02.03.20202 года по 11.03.2020 года, и с 13.03.2020 года по день вынесения приказа на рабочем месте и непредставления документов по причинам своего отсутствия до 28.03.2020 года, ФИО1 был привлечен к дисциплинарной ответственности в виде увольнения за прогул по пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ (том 1 л.д. 13).

В этот же день генеральным директором ООО «ГРАНД-СЕРВИС» был издан приказ № 9 о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) по основаниям, предусмотренным пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ (том 1 л.д. 11).

В основание вынесения вышеуказанного приказа положены служебная записка заместителя директора Л. от 25.03.2020 года, служебная записка от инженера ФИО4 от 11.03.2020 года, табели учета рабочего времени за март и апрель 2020 года, вышеуказанные акты отсутствия на рабочем месте, требование на предоставление работником пояснений по факту отсутствия на рабочем месте от 25.03.2020 года, служебная записка заместителя директора Л. от 16.04.2020 года, приказ № 1Д от 22.04.2020 года о привлечении к дисциплинарной ответственности. 

По смыслу положений ст. 192 Трудового кодекса РФ, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание за неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей при наличии его вины в этом. 

Как было установлено в судебном заседании, в период с 18.02.2020 года по 05.03.2020 года включительно ФИО1 имел листок нетрудоспособности на период освидетельствования в Бюро МСЭ (том 2 л.д. 8). 

Как следует из объяснений истца, о том, что у него имеется листок нетрудоспособности, и о дате его закрытия 05.03.2020 года он устно сообщал инженеру С. 26.02.2020 года на собрании работников. Данные доводы истца стороной ответчика не опровергнуты, в связи с чем какого-либо злоупотребления правом со стороны истца судом не усматривается.

Также установлено, что 05.03.2020 года ФИО1 была установлена инвалидность ...... группы с 26.02.2020 года сроком до 01.03.2021 года (том 1 л.д. 10).

Из объяснений истца следует, что в период со 02.03.2020 года по 11.03.2020 года заявки на выполнение работ от работодателя на электронную почту истца не поступали. Данные доводы истцом подтверждены скриншотами журнала входящей корреспонденции электронной почты истца, которые стороной ответчика не оспаривались (том 1 л.д. 164-166).

На этом основании, принимая во внимание буквальное содержание раздела 6 Правил внутреннего трудового распорядка ООО «ГРАНД-СЕРВИС», и отсутствие доказательств выдачи истцу соответствующих заданий на выполнение работ в период со 02.03.2020 года по 11.03.2020 года, суд полагает, что выводы работодателя об отсутствии ФИО1 в указанный период на рабочем месте являются произвольными. 

В силу части первой ст. 193 Трудового кодекса РФ, до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Стороной ответчика представлено требование работодателя, датированное 02.03.2020 года, о представлении объяснений по факту невыхода на работу 02.03.2020 года, которое направлено в адрес регистрации ФИО1, вместе с тем, как следует из отчета об отслеживании почтового отправления, указанное отправление было возвращено в связи с неверным адресом получателя, а не в связи с истечением срока хранения либо отказа адресата в получении (том 1 л.д. 240-242), в связи с чем требования части первой ст. 193 Трудового кодекса РФ суд не может признать исполненными работодателем.

Также, за период 02.03.2020 года по 25.03.2020 года истцу работодателем на электронную почту истца не направлялись требования о даче объяснений по вопросу его отсутствия на рабочем месте, тогда как по сложившимся трудовым отношениям взаимодействие между работодателем и работником осуществлялось путем обмена электронными письмами. Мотивированных объяснений данному факту стороной ответчика суду не представлено.

Как следует из представленных истцом скриншотов журнала входящей корреспонденции его электронной почты истца, которые стороной ответчика не оспорены и не опровергнуты, в период с 12.03.2020 года по 16.03.2020 года от работников организации З. и С. истцу поступали задания и замечания по выполненным работам (том 1 л.д. 164-165, 169-173), на которые истец отвечал также посредством электронной почты, в том числе решались рабочие вопросы, что опровергает выводы работодателя об отсутствии ФИО1 на рабочем месте в указанный период. 

Вместе с тем, согласно представленной ответчиком выписке из табеля учета рабочего времени за март 2020 года (том 1 л.д. 96), 13.03.2020 года и 16.03.2020 года проставлена кодировка «НН», то есть неявка по невыясненным причинам (до выяснения обстоятельств), что с учетом вышеизложенного также не соответствует фактическим обстоятельствам дела.

17.03.2020 года ФИО1 посредством электронной почты направил в адрес работодателя копию справки об установлении инвалидности и заявление, датированное 16.03.2020 года, о предоставлении отпуска для сбора документов в Пенсионный фонд с 17.03.2020 года по 15.04.2020 года.

Получение данных документов стороной ответчика не оспаривалось, вместе с тем, из пояснений представителя ответчика и материалов дела следует, что отпуск ФИО1 предоставлен не был, поскольку по установленному графику очередной отпуск работника должен был состояться в ноябре 2020 года.

Данные доводы стороны ответчика суд полагает необоснованными с учетом следующего. 

Из буквального содержания заявления ФИО1 следует, что он не просил предоставить ему очередной отпуск, а данное заявление было обусловлено личными причинами, в частности необходимостью сбора документов в Пенсионный фонд, к заявлению была приложена справка об инвалидности.

В силу положений части первой ст. 128 Трудового кодекса РФ, по семейным обстоятельствам и другим уважительным причинам работнику по его письменному заявлению может быть предоставлен отпуск без сохранения заработной платы, продолжительность которого определяется по соглашению между работником и работодателем.

Аналогичные положения содержатся в п. 7.3.4 Правил внутреннего трудового распорядка ООО «ГРАНД-СЕРВИС».

Согласно абзацу пятому части второй ст. 128 Трудового кодекса РФ, работодатель обязан на основании письменного заявления работника предоставить отпуск без сохранения заработной платы: работающим инвалидам - до 60 календарных дней в году.

Как следует из электронной переписки ФИО1 и З. 17.03.2020 года, истцу работодателем было предложено написать заявление на отпуск в ноябре 2020 года, о возможности предоставления отпуска без сохранения заработной платы в порядке ст. 128 Трудового кодекса РФ, работнику непосредственно 17.03.2020 года сообщено не было (том 1 л.д. 8).

17.03.2020 года работодателем в адрес ФИО1 было направлено требование о представлении объяснений по факту невыхода на работу со 02.03.2020 года, которое направлено в адрес регистрации ФИО1, вместе с тем, как следует из отчета об отслеживании почтового отправления, указанное отправление было возвращено за истечением срока хранения лишь 23.04.2020 года (том 1 л.д. 244-250), то есть после вынесения приказов о привлечении к дисциплинарной ответственности и о прекращении (расторжении) трудового договора, в связи с чем требования части первой ст. 193 Трудового кодекса РФ суд также не может признать исполненными работодателем.

Также, стороной ответчика в материалы дела представлено требование (без даты) о предоставлении ФИО1 объяснений по факту отсутствия на рабочем месте со 02 марта по 11 марта и с 13 марта по 25 марта 2020 года, в котором разъяснялось право на предоставление отпуска без заработной платы (том 1 л.д. 162-163). 

Вместе с тем, исходя из содержания указанного требования, данное требование составлено не ранее чем 25.03.2020 года, тогда как заявление на предоставление отпуска с 17.03.2020 года по 15.04.2020 года работником было представлено работодателю 17.03.2020 года.

Как следует из объяснений истца, данное требование им было получено 26.03.2020 года по электронной почте, что подтверждено материалами дела. Таким образом, официально работодатель сообщил работнику о том, что отпуск работнику по его заявлению предоставлен не был, лишь спустя семь рабочих дней со дня его обращения.

Как следует из содержания пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ, прогулом признается отсутствие отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

По смыслу закона, отсутствие на рабочем месте без уважительных причин в течение одного рабочего дня само по себе является нарушением трудовой дисциплины, за которое может быть наложено дисциплинарное взыскание, предусмотренное ст. 192 Трудового кодекса РФ.

В силу части третьей статьи 193 Трудового кодекса РФ, дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

При этом, днем обнаружения проступка, с которого начинается течение месячного срока, считается день, когда лицу, которому по работе (службе) подчинен работник, стало известно о совершении проступка, независимо от того, наделено ли оно правом наложения дисциплинарных взысканий.

Приказ № 1Д о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности был издан работодателем 22.04.2020 года, тогда как следует из представленных ответчиком документов, акты об отсутствии работника были составлены работодателем, в том числе, 02.03.2020 года, 03.03.2020 года, 04.03.2020 года, 05.03.2020 года, 06.03.2020 года, 10.03.2020 года, 11.03.2020 года, 13.03.2020 года, 18.03.2020 года, 19.03.2020 года, 20.03.2020 года.

Кроме того, из содержания вышеуказанного приказа следует, что ФИО1 период с 26.03.2020 года по 22.04.2020 года также вменен в качестве прогулов, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин, тогда как требование о предоставлении объяснений по данным фактам в порядке части первой ст. 193 Трудового кодекса РФ работнику не направлялось. 

Таким образом, в том числе учитывая, что какой-либо отпуск ФИО1 с 17.03.2020 года предоставлен не был, в этой части (период со 02.03. по 20.03.2020 года) приказ о привлечении работника к дисциплинарной ответственности был вынесен с нарушением срока, предусмотренного части третьей статьи 193 Трудового кодекса РФ, и без соблюдения порядка привлечения работника к дисциплинарной ответственности, установленного частью первой ст. 193 Трудового кодекса РФ, что, по мнению суда, влечет неправомерность вышеуказанного приказа в целом. 

Как было указано выше, в основу оспариваемого приказа № 9 от 22.04.2020 года о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) положены служебная записка заместителя директора Л. от 25.03.2020 года, служебная записка от инженера С. от 11.03.2020 года, табели учета рабочего времени за март и апрель 2020 года, акты отсутствия на рабочем месте, требование на предоставление работником пояснений по факту отсутствия на рабочем месте от 25.03.2020 года, служебная записка заместителя директора Л. от 16.04.2020 года, приказ № 1Д от 22.04.2020 года о привлечении к дисциплинарной ответственности. 

Служебная записка заместителя директора Л., датированная в приказе 25-м марта 2020 года, и служебная записка от инженера С., датированная в приказе 11-м марта 2020 года, по факту не содержат дат их составления (том 1 л.д. 75), что является нарушением требований п. 5.10 «ГОСТ Р 7.0.97-2016. Национальный стандарт Российской Федерации. Система стандартов по информации, библиотечному и издательскому делу. Организационно-распорядительная документация. Требования к оформлению документов», утв. Приказом Росстандарта от 08.12.2016 N 2004-ст, распространяющий свое действие на докладные записки о нарушении трудовой дисциплины (код 0286041 по «ОК 011-93. Общероссийский классификатор управленческой документации», утв. Постановлением Госстандарта России от 30.12.1993 N 299), что не позволяет сделать достоверный вывод о дате их составления, учитывая доводы истца о том, что данные документы ему были представлены работодателем 26.03.2020 года посредством электронной почты без подписей вышеуказанных должностных лиц (том 2 л.д. 8-9).

Кроме того, как следует из объяснений ФИО1, и не оспорено ответчиком, инженеру С. 26.02.2020 года истцом сообщалось о том, что у последнего имеется лист нетрудоспособности, открытый до 05.03.2020 года, следовательно, обстоятельства, изложенные в служебной записке указанного должностного лица, не могут быть признаны бесспорными.

Акты отсутствия на рабочем месте, составленные в период со 02.03.2020 года по 11.03.2020 года не могут быть признаны судом в качестве надлежащих доказательств по указанным выше основаниям (п. 1 и 2 решения), поскольку заданий на выполнение трудовых обязанностей работодателем в этот период в адрес работника не направлялось, а рабочим местом, с учетом разъездного характера работы, истца адрес фактического местонахождения компании не являлся. 

Приказ № 1Д от 22.04.2020 года о привлечении к дисциплинарной ответственности также не может быть признан судом правомерно изданным, с учетом выводов суда, указанных в п 6 решения. 

Вместе с тем, все вышеуказанные документы положены в основу приказа № 9 от 22.04.2020 года о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении), что влечет признание его незаконным в целом.

Таким образом, оценив представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу, что процедура привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности и его увольнения работодателем была проведена с нарушениями трудового законодательства. 

На основании вышеизложенного, суд не может признать законным приказ № 9 от 22.04.2020 года о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении), в связи с чем в этой части исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению, а работник восстановлению на работе.

В силу части второй ст. 394 Трудового кодекса РФ, орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном статьей 139 Трудового кодекса РФ. Особенности порядка исчисления средней заработной платы определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений. При взыскании среднего заработка в пользу работника, восстановленного на прежней работе, или в случае признания его увольнения незаконным выплаченное ему выходное пособие подлежит зачету.

Согласно расчету ответчика, среднедневной заработок ФИО1 за период с апреля 2019 года по апрель 2020 года составляет 1243 рубля 12 копеек (том 1 л.д. 99). 

Данный расчет стороной истца в установленном порядке не оспорен, и принимается судом как надлежащий.

С учетом изложенного суд полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца денежную сумму среднего заработка за время вынужденного прогула за период с 06 марта 2020 года (дата окончания больничного листа) по 11 марта 2020 года, с 13 марта 2020 года по день рассмотрения дела включительно. 12 марта 2020 года в расчет судом принят быть не может, поскольку согласно табелю учета рабочего времени данный рабочий день истцу учтен, и его оплата произведена при увольнении (том 1 л.д. 38, 98).

При этом в расчет судом принимаются рабочие дни (80 дней), таким образом расчет среднего заработка за время вынужденного прогула выглядит следующим образом: 1243,12 х 80 = 99449 рублей 60 копеек. Вышеуказанная сумма подлежит взысканию с ответчика.

В силу ст. 211 ГПК РФ, решение суда о восстановлении на работе и взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула подлежит немедленному исполнению.

Согласно части первой ст. 236 Трудового кодекса РФ, при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Расчет компенсации истцом суду не представлен, что не является основанием для отказа в удовлетворении указанных исковых требований.

При расчете указанной компенсации суд учитывает, что трудовым договором ( с учетом дополнительных соглашений) размер заработной платы истца составляет 25000 рублей, размер каких-либо доплат, надбавок и иных выплат стимулирующего характера договором не установлен, как и не установлен Правилами внутреннего трудового распорядка и Положением о премировании. Согласно указанным локальным актам, премия является не обязательной и выплачивается на усмотрение руководителя.

В силу п. 12.3.3. Правил внутреннего трудового распорядка выплата заработной платы производится два раза в месяц: 15 и 30 числа месяца, при совпадении выплаты с выходным или нерабочим праздничным днем – накануне этого дня. Размер выплат, производящихся в эти дни, Правилами не определен, как и не определен трудовым договором. 

На этом основании, при расчете компенсации в порядке части первой ст. 236 Трудового кодекса РФ, суд принимает размер заработной платы истца, определенной трудовым договором, а также сроки выплаты заработной платы, а также учитывает размер выходного пособия, выплаченного истцу за март 2020 года в сумме 1772,83 рубля (оплата за 12 марта 2020 года).

Исходя из изложенного расчет компенсации на дату рассмотрения дела выглядит следующим образом. 

12 500,00

16.03.2020

26.04.2020

6,00 %

12 500,00 * 42 * 1/150 * 6%

210,00 р.

12 500,00

27.04.2020

21.06.2020

5,50 %

12 500,00 * 56 * 1/150 * 5.5%

256,67 р.

12 500,00

22.06.2020

21.07.2020

4,50 %

12 500,00 * 30 * 1/150 * 4.5%

112,50 р.

10 727,17

31.03.2020

26.04.2020

6,00 %

10 727,17 * 27 * 1/150 * 6%

115,85 р.

10 727,17

27.04.2020

21.06.2020

5,50 %

10 727,17 * 56 * 1/150 * 5.5%

220,26 р.

10 727,17

22.06.2020

21.07.2020

4,50 %

10 727,17 * 30 * 1/150 * 4.5%

96,54 р.

12 500,00

16.04.2020

26.04.2020

6,00 %

12 500,00 * 11 * 1/150 * 6%

55,00 р.

12 500,00

27.04.2020

21.06.2020

5,50 %

12 500,00 * 56 * 1/150 * 5.5%

256,67 р.

12 500,00

22.06.2020

21.07.2020

4,50 %

12 500,00 * 30 * 1/150 * 4.5%

112,50 р.

12 500,00

01.05.2020

21.06.2020

5,50 %

12 500,00 * 52 * 1/150 * 5.5%

238,33 р.

12 500,00

22.06.2020

21.07.2020

4,50 %

12 500,00 * 30 * 1/150 * 4.5%

112,50 р.

12 500,00

16.06.2020

21.06.2020

5,50 %

12 500,00 * 6 * 1/150 * 5.5%

27,50 р.

12 500,00

22.06.2020

21.07.2020

4,50 %

12 500,00 * 30 * 1/150 * 4.5%

112,50 р.

12 500,00

01.07.2020

21.07.2020

4,50 %

12 500,00 * 21 * 1/150 * 4.5%

78,75 р.

12 500,00

16.07.2020

21.07.2020

4,50 %

12 500,00 * 6 * 1/150 * 4.5%

22,50 р.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию проценты (денежную компенсацию) за нарушение установленного срока выплаты заработной платы за период с 16 марта 2020 года по 21 июля 2020 года включительно в денежной сумме 2028 рублей 07 копеек.

В силу части девятой ст. 394 Трудового кодекса РФ, в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

Учитывая установленный факт нарушения порядка увольнения работника, суд также полагает вину ответчика в нарушении трудовых прав ФИО1 установленной, тем самым ответчик причинил ему нравственные страдания.

Определяя размер морального вреда, суд учитывает конкретные обстоятельства дела, объема и характер причиненных работнику нравственных или физических страданий, степень вины работодателя, а также требования разумности и справедливости, в связи с чем, считает исковые требования о взыскании компенсации морального вреда подлежащими удовлетворению частично, то есть в сумме 2000 рублей. Такой размер денежной компенсации причиненного истцу морального вреда суд полагает достаточным.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении заявленных ФИО1 исковых требований.

Заявление истца о принятии обеспечительных мер удовлетворению не подлежит, поскольку стороной истца не представлено надлежащих доказательств невозможности исполнения решения суда со стороны ответчика, а доводы, указанные стороной истца в обоснование заявления основаны на субъективных предположениях.

На основании ст. 103 ГПК РФ, пп. 1 п. 1 ст. 333.20 Налогового кодекса РФ, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 3529 рублей 55 копеек.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Приказ Общества с ограниченной ответственностью «Гранд-Сервис» № 9 от 22.04.2020 года о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) – отменить, как незаконный.

Восстановить ФИО1 на работе в Обществе с ограниченной ответственностью «Гранд-Сервис» в должности техника основного подразделения с 23 апреля 2020 года.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Гранд-Сервис» в пользу ФИО1 денежную сумму среднего заработка за время вынужденного прогула за период с 06 марта 2020 года по 11 марта 2020 года, с 13 марта 2020 года по 21 июля 2020 года включительно в размере 99449 (девяносто девять тысяч четыреста сорок девять) рублей 60 копеек.

Решение суда в части восстановления на работе и взыскания заработной платы подлежит немедленному исполнению.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Гранд-Сервис» в пользу ФИО1 проценты (денежную компенсацию) за нарушение установленного срока выплаты заработной платы за период с 16 марта 2020 года по 21 июля 2020 года включительно в денежной сумме 2028 (две тысячи двадцать восемь) рублей 07 копеек.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Гранд-Сервис» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в сумме 2000 (две тысячи) рублей.

В остальной части в удовлетворении исковых требований – отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Гранд-Сервис» в доход местного бюджета судебные расходы по оплате государственной пошлины в сумме 3529 (три тысячи пятьсот двадцать девять) рублей 55 копеек.

Составление мотивированного решения отложить на пять дней со дня окончания разбирательства дела, то есть до 28 июля 2020 года включительно.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня его составления в окончательной форме во Владимирской областной суд через Фрунзенский районный суд г. Владимира.

Председательствующий судья: Р.А. Синягин