УИД 68RS0003-01-2024-000893-54

Дело № 33-371/2026 (2-484/2025)

Судья Елохова М.В.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

4 марта 2026 года город Тамбов

Судебная коллегия по гражданским делам Тамбовского областного суда в составе:

председательствующего судьи Юдиной И.С.,

судей Дюльдиной А.И., Александровой Н.А.,

при ведении протокола помощником судьи Лудашовой Е.О.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО3, ФИО3, ФИО4 к ООО «РСХБ-Страхование жизни» о взыскании страхового возмещения, штрафа, компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ООО «РСХБ-Страхование жизни» на решение Советского районного суда г. Тамбова от 27 октября 2025 года,

Заслушав доклад судьи Дюльдиной А.И., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО «РСХБ-Страхование жизни» о взыскании дополнительного инвестиционного дохода 1 (ДИД1) и дополнительного инвестиционного дохода 2 (ДИД2) по договору инвестиционного страхования жизни «Новый уровень. Сила Китая» *** от *** в размере 512500 руб., дополнительного инвестиционного дохода 1 (ДИД1) и дополнительного инвестиционного дохода 2 (ДИД2) по договору инвестиционного страхования жизни «Новый уровень. Сила Китая» *** от *** в размере 3330375 руб., штрафа, предусмотренного Законом «О защите прав потребителей» в размере 50 % от присужденной суммы, компенсации морального вреда в размере 200000 руб. (требования в окончательной форме т. 2 л.д. 55-58).

В обоснование требований указала, что между ООО «РСХБ-Страхование жизни» (страховщик) и ФИО2 *** года рождения (застрахованное лицо) был заключен договор инвестиционного страхования жизни «Новый уровень. Сила Китая» *** от *** (договор страхования ***), а также от *** *** (договор страхования ***).

*** ФИО2 умер.

Согласно условиям договоров страхования в случае смерти застрахованного лица выгодоприобретателями признаются наследники застрахованного лица.

Истец является дочерью застрахованного лица и его наследницей. После наступления страхового риска «смерть застрахованного лица по любой причине» она обратилась к ответчику с заявлением о получении страховых выплат по договорам, и ООО «РСХБ-Страхование жизни» была осуществлена выплата в размере ? от страховых сумм, предусмотренных договором страхования – 500 руб. по пункту «дожитие застрахованного лица до 10.04.2022» и 20000 руб. по пункту «смерть застрахованного лица по любой причине» в размере 5125 руб. по договору *** и по договору *** за аналогичные риски в размере 3500 руб. и 130000 руб. соответственно.

При этом договором *** предусмотрена выплата дополнительных инвестиционных доходов, которые страховщик обязан был рассчитать и выплатить в составе страховой выплаты по рискам «дожитие» и «смерть по любой причине», однако страховщиком такие доходы не выплачены. Размер подлежащих к выплате доходов составляет (ДИД1) 70000 руб. и (ДИД2) 1980000 руб., всего 2050000 руб., таким образом в пользу истца подлежит взысканию ? часть указанной суммы – 512500 руб.

Договором *** *** ДИД 1 и ДИД 2 составляют 13321500 руб., таким образом в пользу истца подлежит взысканию ? часть указанной суммы – 3330375 руб.

Принимая во внимание, что ответчиком ущемлены права истца как потребителя на своевременное получение дополнительного инвестиционного дохода, полагает, что ответчик должен компенсировать моральный вред.

В ходе рассмотрения дела в качестве третьих лиц, заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, вступили иные наследники умершего ФИО2 – ФИО3, ФИО3 и ФИО4 (т.1 л.д. 247).

Ссылаясь на аналогичные обстоятельства, ФИО3, ФИО3 и ФИО4, с учетом изменения исковых требований, просят суд взыскать с ООО «РСХБ-Страхование жизни» дополнительные инвестиционные доходы по договору *** в размере 512500 руб., по договору *** в размере 3330375 руб., штраф и компенсацию морального вреда в размере 200000 руб. в пользу каждого. (т.2 л.д. 50-63).

Протокольным определением суда первой инстанции от 27 июня 2024 года судом к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено АО «Россельхозбанк» (т.2 л.д.17 об.).

Решением Советского районного суда г. Тамбова от 27 октября 2025 года исковые требования ФИО1, ФИО3, ФИО3 и ФИО4 о взыскании страхового возмещения, штрафа удовлетворены.

Взысканы в пользу каждого из истцов с ООО «РСХБ-Страхование жизни» суммы дополнительного инвестиционного дохода *** и дополнительного инвестиционного дохода *** по договору инвестиционного страхования и по договору инвестиционного страхования жизни «Новый уровень. Сила Китая» *** от *** в размере 512500 руб., по договору инвестиционного страхования жизни «Новый уровень. Сила Китая» *** от *** в размере 3330375 руб., штраф в размере 1921437 руб., компенсация морального вреда в размере 20000 руб.

В удовлетворении требований истцов о взыскании компенсации морального вреда в большем размере отказано.

В апелляционной жалобе с учетом дополнений ответчик ООО «РСХБ-Страхование жизни» просит решение отменить, в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме. Жалоба мотивирована тем, что договор страхования жизни заключен в соответствии со всеми требованиями законодательства и страхователь извещен о том, что такой договор не является банковским вкладом. Между страховщиком и страхователем было достигнуто соглашение о размере страховых сумм по всем страховым рискам, что подтверждается собственноручной подписью заявителя в заявлении, страхователь не обращался за расторжением договора страхования в период охлаждения. Договором не предусмотрен возврат страховой премии, а также не предусмотрена выплата выкупной суммы в случае его досрочного расторжения, дополнительный инвестиционный доход по договору страхования не начислен по причине международных санкций. Договором страхования получение дополнительного инвестиционного дохода не гарантировано. При стабилизации макроэкономической ситуации и снятии ограничений обязательства по всем периодам страхования по выплате ДИД 1 и ДИД2 будут исполнены в полном объеме в соответствии с условиями договора страхования, и представление при этом дополнительных документов со стороны заявителя в адрес Общества не требуется.

Автор жалобы обращает внимание на то обстоятельство, что судом первой инстанции сделана ссылка на Указание Банка России от 15 января 2024 года № 6671-У «О внесении изменений в Указание Банка России от 5 октября 2021года № 5968-У «О минимальных (стандартных) требованиях к условиям и порядку осуществления добровольного страхования жизни с условием периодических страховых выплат (ренты, аннуитетов) и (или) с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика, к объему и содержанию предоставляемой информации о договоре добровольного страхования жизни с условием периодических страховых выплат (ренты, аннуитетов) и (или) с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика, а также о форме, способах и порядке предоставления указанной информации», согласно которым страховые компании не могут отказывать клиентам в выплате дохода по договорам инвестиционного страхования жизни, ссылаясь на санкционную блокировку платежей иностранных контрагентов, и ссылается на Указание Банка России от 05.10.2021 № 5968-У, которое вступило в действие 25 марта 2022 года, тогда как договор был заключен ***. На период заключения договора действовало Указание Банка России от 11 января 2019 г. № 5055-У, которое изложенных судом выводов не содержит. Таким образом, суд первой инстанции сделал выводы, основываясь на нормативно-правовом акте, который не подлежал применению в данном деле, что является самостоятельным основанием для отмены судебного акта.

В письменных возражениях на жалобу истцы указывают на то, что жалоба фактически повторяет доводы возражений по существу исковых требований, которым судом была дана надлежащая оценка, в связи с чем просят решение суда оставить без изменения.

Третье лицо, заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО4, представитель третьего лица АО «Россельхозбанк» после перерыва в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, об уважительных причинах неявки суду не сообщили и ходатайств об отложении дела не заявили, в связи с чем судебная коллегия, в соответствии с частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, признала возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Ранее в судебном заседании представитель третьего лица АО «Россельхозбанк» по доверенности ФИО5 доводы апелляционной жалобы поддержала, просила решение суда первой инстанции отменить.

Заслушав истца ФИО1, третьих лиц, заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО3, ФИО3, возражавших против доводов апелляционной жалобы, представителя ответчика ООО «РСХБ-Страхование жизни» по доверенности ФИО6, принимавшего участие в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, проверив материалы дела и рассмотрев его в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены постановленного судом решения (часть 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу пунктов 1, 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

В статье 943 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования). Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре.

Законодательством о защите прав потребителей установлены специальные требования к заключению договоров, направленные на формирование у потребителя правильного и более полного представления о приобретаемых (заказываемых) товарах, работах, услугах, позволяющего потребителю сделать их осознанный выбор, а также на выявление действительного волеизъявления потребителя при заключении договоров, и особенно при заключении договоров на оказание финансовых услуг.

Подпунктом 3 пункта 1 статьи 32.9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 г. N 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» (далее Закон об организации страхового дела) закреплено, что в Российской Федерации осуществляется такой вид страхования как страхование жизни с условием периодических страховых выплат (ренты, аннуитетов) и (или) с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика.

Статьёй 3 Закона об организации страхового дела предусмотрено, что правила страхования (за исключением правил страхования, принимаемых в рамках международных систем страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, к которым присоединилась Российская Федерация) должны содержать исчерпывающий перечень сведений и документов, необходимых для заключения договоров страхования, оценки страховых рисков, определения размера убытков или ущерба, и, кроме того, сроки и порядок принятия решения об осуществлении страховой выплаты, а для договоров страхования жизни также порядок расчета выкупной суммы и начисления инвестиционного дохода, если договор предусматривает участие страхователя или иного лица, в пользу которого заключен договор страхования жизни, в инвестиционном доходе страховщика.

Банк России вправе определять в своих нормативных актах минимальные (стандартные) требования к условиям и порядку осуществления отдельных видов добровольного страхования.

В соответствии с пунктом 6 статьи 10 Закона об организации страхового дела при осуществлении страхования жизни страховщик в дополнение к страховой сумме может выплачивать часть инвестиционного дохода страхователю или иному лицу, в пользу которого заключен договор страхования жизни.

Размер инвестиционного дохода, подлежащего распределению между договорами страхования жизни, предусматривающими участие страхователей или иных лиц, в пользу которых заключен договор страхования жизни, в инвестиционном доходе страховщика, определяется страховщиком. Порядок расчета указанного дохода и методика его распределения между договорами страхования жизни устанавливаются объединением страховщиков. Страхователь или иное лицо, в пользу которого заключен договор страхования жизни, вправе обратиться к страховщику за разъяснением порядка расчета причитающегося ему инвестиционного дохода.

В силу приведенных законоположений страхователи не могут оказывать влияния на размер инвестиционного дохода, что не исключает обязанности страховщика по надлежащему исполнению обязательств перед страхователем по добровольному договору личного страхования с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика (статья 309 ГК РФ) и инвестированию страховых резервов на условиях диверсификации, ликвидности, возвратности и доходности (статья 26 Закона об организации страхового дела).

Поскольку ответчиком является профессиональный участник финансового рынка страховых услуг, то во взаимоотношениях с потребителем по договору личного страхования, предприниматель обязан соблюдать как нормы закона о личном страховании, так и Закона о защите прав потребителей.

Обязанность доказать надлежащее выполнение данных требований по общему правилу возлагается на исполнителя (продавца, изготовителя).

Материалами дела подтверждается и установлено судом, что между ООО «РСХБ-Страхование жизни» и ФИО2 были заключены договоры инвестиционного страхования жизни «Новый уровень. Сила Китая» *** от *** *** от ***(т.1 л.д. 10-13, л.д. 75-97).

Согласно условиям договора инвестиционного страхования жизни Новый уровень. Сила Китая *** от *** (пункт 4.1) по страховым рискам «дожитие застрахованного лица до 10.04.2022», а также до 10.07.2022, 10.10.2022, 10.01.2023, 10.04.2023, 10.07.2023, 10.10.2023, 10.01.2024 страхования сумма составляла 500 рублей, «дожитие до окончания срока страхования» - 20 000 рублей, «смерть застрахованного лица по любой причине» - 20000 рублей; «смерть застрахованного лица от несчастного случая» 2400000 рублей.

Размер страховой премии, уплаченной ФИО2, составил 2 000000 рублей, (платежное поручение *** от ***, т.1 л.д. 19).

Условиями договора страхования предусмотрена выплата дополнительного инвестиционного дохода 1 и Дополнительного инвестиционного дохода 2.

Согласно п. 10.1. договора страхования Дополнительный инвестиционный доход 1 выплачивается ежеквартально, в случае его начисления, в составе страховой выплаты при наступлении страхового случая «Дожитие». В силу п. 10.2. Договора страхования Дополнительный инвестиционный доход может быть выплачен однократно, в случае его начисления, в составе страховой выплаты при наступлении страхового случая по рискам «Дожитие», «Смерть по любой причине».

Согласно п. 7 Приложения *** к Договору страхования (т.1 л.д. 16) Дополнительный инвестиционный доход 1 определяется в соответствии с Приложением к Договору и рассчитывается по следующей формуле (с округлением до целого числа единиц в валюте договора): ДД1=П*ИК, где ДД1 — Дополнительный инвестиционный доход 1 (выражается в валюте договора). П — Страховая премия по Договору страхования (выражается в валюте договора); ИК — Инвестиционный купон (выражается в процентах).

Согласно п. 7 Приложения *** в случае если Дополнительный инвестиционный доход 2 не был начислен в течение срока действия договора страхования до даты наступления страхового случая по риску «Смерть по любой причине», то при осуществлении страховой выплаты по риску «Смерть по любой причине» в дополнение к страховой сумме подлежит выплате Дополнительный инвестиционный доход 2, рассчитанный в зависимости от значений котировок активов, входящих в инвестиционную корзину.

Дополнительный инвестиционный доход 2 определяется по формуле:

ДД2 = (П-СВС), где П — страховая премия по договору, СВС — сумма страховой выплаты по риску «Смерть по любой причине», полагающаяся к выплате, но не осуществленная по состоянию на дату начисления ДД2.

Согласно условиям Договора инвестиционного страхования жизни «Новый уровень. Сила Китая» *** от *** (пункт 4.1) по страховым рискам «дожитие застрахованного лица до 29.03.2022» и до 29.06.2022, 29.09.2022, 29.12.2022, 29.03.2023, 29.06.2023, 29.09.2023, 29.12.2023 страхования сумма составляла 3250 рублей; «дожитие до окончания срока страхования»- 130 000 рублей, «смерть застрахованного лица по любой причине» - 130000 рублей; «смерть застрахованного лица от несчастного случая» 15600 рублей.

Размер страховой премии, уплаченной ФИО2, составил 13000000 рублей, (платежное поручение *** от ***).

Кроме того, условиями договора предусмотрена выплата дополнительного инвестиционного дохода 1 и Дополнительного инвестиционного дохода 2. Согласно п. 10.1. договора Дополнительный инвестиционный доход 1 выплачивается ежеквартально, в случае его начисления, в составе страховой выплаты при наступлении страхового случая «Дожитие». В силу п. 10.2. Договора страхования Дополнительный инвестиционный доход может быть выплачен однократно, в случае его начисления, в составе страховой выплаты при наступлении страхового случая по рискам «Дожитие», «Смерть по любой причине».

Согласно п. 7 Приложения *** к Договору страхования дополнительный инвестиционный доход 1 определяется в соответствии с Приложением к Договору и рассчитывается по следующей формуле (с округлением до целого числа единиц в валюте договора): ДД1=П*ИК, где ДД1 — Дополнительный инвестиционный доход 1 (выражается в валюте договора). П — Страховая премия по Договору страхования (выражается в валюте договора); ИК — Инвестиционный купон (выражается в процентах).

Согласно п. 7 Приложения *** в случае если Дополнительный инвестиционный доход 2 не был начислен в течение срока действия договора страхования до даты наступления страхового случая по риску «Смерть по любой причине», то при осуществлении страховой выплаты по риску «Смерть по любой причине» в дополнение к страховой сумме подлежит выплате Дополнительный инвестиционный доход 2, рассчитанный в зависимости от значений котировок активов, входящих в инвестиционную корзину.

Дополнительный инвестиционный доход 2 определяется по формуле:

ДД2 = (П-СВС). где П — страховая премия по договору: СВС — сумма страховой выплаты по риску «Смерть по любой причине», полагающаяся к выплате, но не осуществленная по состоянию на дату начисления ДД2.

Согласно п. 8 Договоров страхования в случае смерти застрахованного лица выгодоприобретателями признаются наследники застрахованного лица.

*** ФИО2 умер.

По сведениям, представленным нотариусом г. Тамбова ФИО7, наследниками после смерти ФИО2 являются дочь ФИО4, сын ФИО3, дочь ФИО1 и супруга ФИО3 (т.1 л.д. 71). Наследственное имущество состоит, в том числе из прав на страховые выплаты в ООО «РСХБ-Страхование жизни» по указанным договорам страхования.

После обращения наследника ФИО1 ответчиком был составлен страховой акт, в котором указано, что ДИД2 определить, начислить и выплатить на текущий момент не представляется возможным в связи с введенными санкциями, в результате которых были приостановлены выплаты по операциям между Euroclear и НРД. При снятии ограничений, возобновления расчетов по сделкам, обязательства по начислению и выплате ДИД при его начислении будут исполнены (т.1 л.д. 213 об.).

По тем же основаниям ответчиком было отказано в удовлетворении претензии истца (т.1 л.д. 219).

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции, с учетом положений статей 1, 934, пункта 3 статьи 428 Гражданского кодекса Российской Федерации, Закона РФ от 27 ноября 1992 г. N 4015-I «Об организации страхового дела в Российской Федерации», разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 22 ноября 2016 г. N 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 14 марта 2014 г. N 16 «О свободе договора и ее пределах», правильно определенных и установленных обстоятельств, имеющих значение для дела, доказательств, оцененных в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о том, что страховщик по договорам инвестиционного страхования обязан возвращать ранее уплаченные ему страховые премии, даже если это не предусмотрено договором, а страховая выплата по договору инвестиционного страхования жизни не может быть меньше оплаченной страховщику страховой премии, а с учетом позиции Банка России, отсутствие в договоре сторон прямого условия о возврате 100% уплаченной страховой премии правового значения не имеет в силу императивного регулирования правоотношений страхователя и страховщика в данной части, обязывающего страховщика в полном объеме возвращать внесенные страхователем денежные средства по истечении срока действия договора.

Судом первой инстанции верно отмечено, что приложение к договору содержит указание на наличие гарантированного дохода без привязки к инвестиционной составляющей, и при этом порядком начисления дополнительного инвестиционного дохода предусмотрено условие о размере такого дохода, поставленного в зависимость от возможности получения котировок входящих в инвестиционную корзину активов или иных случаев, влекущих невозможность произвести расчет дополнительного дохода, то есть условия, влияющие на отношения между страховщиком и страхователем от действий третьих лиц.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что в данном случае на потребителя фактически было возложено бремя предпринимательских рисков, связанных с факторами, которые могут повлиять на факт и срок исполнения страховщиком обязательства по выплате дополнительного инвестиционного дохода при том, что потребитель, являясь более слабой стороной в отношениях с хозяйствующим субъектом, как правило, не имеет возможности влиять на содержание договора при его заключении.

Согласно пояснениям истцов ФИО2, заключая указанные договоры, полагал, что он заключает договор банковского вклада, по которому после внесения страховой премии, будет получать регулярный доход в течение периода времени, пока переданные им денежные средства находятся у ответчика.

Доводы ответчика о том, что ФИО2 не мог не осознавать, что заключает договор с инвестиционной составляющей, и должен был осознавать отсутствие гарантии получения дохода в связи с сопутствующими рисками, подлежат отклонению.

Требования о признании договоров недействительными истцами не предъявлялись.

Статьёй 3 Закона об организации страхового дела предусмотрено, что правила страхования (за исключением правил страхования, принимаемых в рамках международных систем страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, к которым присоединилась Российская Федерация) должны содержать исчерпывающий перечень сведений и документов, необходимых для заключения договоров страхования, оценки страховых рисков, определения размера убытков или ущерба, и, кроме того, сроки и порядок принятия решения об осуществлении страховой выплаты, а для договоров страхования жизни также порядок расчета выкупной суммы и начисления инвестиционного дохода, если договор предусматривает участие страхователя или иного лица, в пользу которого заключен договор страхования жизни, в инвестиционном доходе страховщика.

Банк России вправе определять в своих нормативных актах минимальные (стандартные) требования к условиям и порядку осуществления отдельных видов добровольного страхования.

Согласно информационному письму Банка России от 13 января 2021 г. N ИН-01-59/2 «Об отдельных вопросах, связанных с реализацией страховых продуктов с инвестиционной составляющей», в связи с тем, что договоры страхования жизни с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика, предусматривающие условие о единовременной уплате страховой премии, либо выплаты по которым в соответствии с их условиями зависят от значений финансовых активов, предназначенных для квалифицированных инвесторов (далее - страховой продукт с инвестиционной составляющей), содержат высокие инвестиционные риски и являются сложными для понимания широкого круга физических лиц, не обладающих специальными знаниями в области финансов, Банк России в целях обеспечения защиты прав и законных интересов страхователей-физических лиц рекомендует страховым организациям воздерживаться от прямого и опосредованного (через посредников) предложения таким физическим лицам страховых продуктов с инвестиционной составляющей.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации № 14-КГ24-5-К1 от 7 мая 2024 года при рассмотрении дела такой категории необходима судебная оценка тому, являются ли сложными для понимания широкого круга физических лиц, не обладающих специальными знаниями в области финансов, условия договора.

В жалобе ответчик сослался на то обстоятельство, что полностью описал схему приобретения инвестиционного актива с предоставлением документов, подтверждающих факт его приобретения. В подтверждение таких доводов представлены сведения департамента ценных бумаг о продуктах повышения доходности без защиты инвестированного капитала, классификация ***, сведения о базовых активах – акциях ***. Предоставлена информация об эмитенте – Голдман Сакс Интернешэнл, рейтинге эмитента, о статусе прямых несубсидированных, безусловных и необеспеченных обязательств эмитента, по программе проспект эмиссии серии Р, в форме зарегистрированных облигаций с депозитарий *** Люксембург. Описаны значительные риски для инвесторов, описаны волатильность, кредитное плечо, совмещение видов инвестиций, экономические условия и кредитоспособность компании «Голдман Сакс» и т.п. (т.2 л.д. 111-117).

В ходе рассмотрения дела установлено, что ФИО2 *** года рождения, являлся пенсионером, ***, ***.

С учетом изложенного возможность ФИО2 как потребителя влиять на содержание договоров при их заключении с учетом его возраста, отсутствия специальных познаний в области финансов, не опровергнута ответчиком и при наличии формы уведомления граждан при предложении продукта страхования жизни, подписанной ФИО2, из которой следует, что ФИО2 осознает последствия результатов инвестиционной деятельности (т.1 л.д. 120).

Доводы ответчика об отсутствии объективной возможности исполнить решение суда опровергаются представленными в материалы дела аудиторским заключением независимого аудитора ООО «РСХБ-Страхование жизни» (т. 2 л.д. 152-196).

Кроме того, судебная коллегия принимает во внимание, что пунктом 4 статьи 13 Закона о защите прав потребителей определено, что изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом.

Следовательно, по настоящему спору на ответчике лежит бремя доказывания факта и размера дополнительного инвестиционного дохода (в том числе отрицательного или нулевого) от инвестиционной деятельности страховщика, на которую страхователь в силу закона влиять не может, показателя инвестиционного дохода базового актива, размера расходов страховщика на приобретение и продажу базового актива применительно к рассматриваемому договору страхования.

В Основных направлениях развития финансового рынка Российской Федерации на 2022 год и период 2023 и 2024 годов, разработанных Банком России, задекларировано, что обеспечение защиты потребителей финансовых услуг и инвесторов является одним из важнейших направлений деятельности Банка России.

Сама по себе ссылка на введение экономических санкций в отношении национального депозитария не подразумевает безусловного наличия причинно-следственной связи между введенными ограничениями и невозможностью либо объективной задержкой исполнения обязательства, и (или) отсутствия дохода по инвестиционному активу размещения страховых резервов.

Доказательства наличия непреодолимых обстоятельств, подтверждающих невозможности выплатить истцам денежные средства, оставляющие инвестиционный доход, в ходе рассмотрения дела не представлены.

Рассчитанный судом размер дополнительного инвестиционного дохода ответчиком не опровергнут.

Ссылка на Указания Банка России от 15 января 2024 года вопреки доводам жалобы не свидетельствует о нарушении судом первой инстанции норм материального права, влекущем отмену такого решения.

Доводы о том, что к данным правоотношениям не подлежат применению нормы Закона о защите прав потребителей основаны на неверном толковании норм права.

Подпунктом «а» п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что правами, предоставленными потребителю Законом и изданными в соответствии с ним иными правовыми актами, а также правами стороны в обязательстве в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации пользуется не только гражданин, который имеет намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий товары (работы, услуги), но и гражданин, который использует приобретенные (заказанные) вследствие таких отношений товары (работы, услуги) на законном основании (наследник, а также лицо, которому вещь была отчуждена впоследствии, и т.п.).

Таким образом, по смыслу Закона «О защите прав потребителей», в результате заключения договора страхования, банковского счёта, гражданин, заказавший и оплативший соответствующую финансовую услугу, и его наследники являются потребителями финансовой услуги, а на возникшие правоотношения распространяется Закон «О защите прав потребителей».

Поскольку неправильного применения норм материального права, а также нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено, то основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 328 – 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Советского районного суда г. Тамбова от 27 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ООО «РСХБ-Страхование жизни» – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено 19 марта 2026 года.