Дело № 2-405/2024

УИД 66RS0003-01-2023-006221-12

Мотивированное 

решение

 изготовлено 19.02.2024

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Екатеринбург 12февраля 2024 года

Кировский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Королевой Е.В., при помощнике судьи Чувашевой К.А., секретаре судебного заседания Капустиной Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о взыскании убытков, признании сделки недействительной,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском кФИО2, ФИО3 о взыскании убытков, признании сделки недействительной.

В обоснование исковых требований указал, что 29.11.1999 было учреждено ЗАО «Уралавтострой», основным видом деятельности которого являлась аренда и управление собственным или арендованным недвижимым имуществом. 

06.08.2001 ФИО2 и ФИО4 приобрели акции ЗАО «Уралавтострой» в совокупном размере 100 %, доля каждого составляла 50 %, что отражено в выписке из реестра акционеров от 20.06.2003. 

На балансе ЗАО «Уралавтострой» находилось административно-производственное здание, расположенное по адресу: ***, земельный участок под зданием арендовался у администрации г.Екатеринбурга. 

10.02.2020 администрация г. Екатеринбург обратилась в Арбитражный суд Свердловской области с требованиями о признании ЗАО «Уралавтострой» банкротом и о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 3 799795,79 руб. 

30.06.2020 Арбитражный суд Свердловской области по делу № А60-6250/2020 ввел в отношении ЗАО «Уралавтострой» процедуру наблюдения, требования администрации г.Екатеринбурга признаны обоснованными и задолженность включена в реестр кредиторов. 

30.11.2020 Арбитражный суд Свердловской области прекратил производство по делу № А60-6250/2020 в связи с добровольным удовлетворением требований администрации г.Екатеринбург должником в полном объеме. 

Денежные средства, которые были внесены в счет оплаты задолженности в размере 3799 795,79 руб., были переданы ФИО1. 

ФИО2 обратился к истцу с просьбой о помощи в возникшей финансовой проблеме, в связи с чем, между ФИО2 и ФИО1 была достигнута договоренность. Согласно договоренности, истец переводит денежные средства в размере 60000 долларов США на счет ФИО5, который производит оплату задолженности ЗАО «Уралавтострой» перед администрацией г. Екатеринбурга в размере 3799 795,79 руб., а ответчик ФИО2 возместит указанные денежные средства в виде имущественных прав на здание, находящееся в собственности ЗАО «Уралавтострой».

После достигнутой договоренности истец перевел тремя платежами денежные средства в размере 60 000 долларов США: квитанция от 14.10.2020 на сумму 500 долларов США, квитанция от 16.10.2020 на сумму 6500 долларов США и 39500 долларов США, квитанция от 20.11.2020 на сумму 13500 долларов США.

ФИО5 оплатил задолженность ЗАО «Уралавтострой» денежными средствами, которые поступили от истца, что подтверждается квитанциями: от 21.10.2020 на сумму 800000 руб., от 26.10.2020 на сумму 800000 руб., от 28.10.2020 на сумму 600000 руб., от29.10.2020 на сумму 799795,79 руб., от 05.11.2020 на сумму 1248397,41 руб. 

Таким образом, ФИО1 в полном объеме погасил задолженность ЗАО «Уралавтострой», возникшую перед администрацией г. Екатеринбурга. 

05.11.2020 ФИО2 подал в Арбитражный суд Свердловской области ходатайство о прекращении производства по делу № А60-6250/2020 ввиду погашения задолженности в полном объеме, которое впоследствии было удовлетворено. 

В настоящий момент ФИО2 отказался от исполнения взятой на себя обязанности в виде наделения истца правом собственности на имущество общества, денежные средства в размере 60 000 долларов США также не были возвращены истцу. 

Кроме того, истцу стало известно, что здание, находившееся в собственности ЗАО «Уралавтострой», было продано ФИО3 по договору купли-продажи недвижимого имущества от 27.12.2019 № 4, то есть в момент достижения договоренности между ФИО1 и ФИО2 ЗАО «Уралавтострой» уже не обладало имуществом, правами на которое ФИО2 обещал рассчитаться с истцом. 

Таким образом, ФИО2, действуя недобросовестно, заверил истца об обстоятельствах, которые в действительности не существовали. Основным условием перечисления денежных средств было последующее предоставление ФИО1 доли в праве собственности на административно-производственное здание, расположенное по адресу: ***. Истец ни на момент перечисления денежных средств, ни в период последующих переговоров с ФИО2 в 2021-2022 годах не знал о договоре купли-продажи недвижимого имущества от 27.12.2019 № 4, не был осведомлен о фактическом отсутствии у ЗАО «Уралавтострой» какого-либо имущества.

30.01.2020 в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись о недостоверных данных в отношении ЗАО «Уралавтострой».

31.03.2021 ЗАО «Уралавтострой» ликвидировано, внесена запись о прекращении деятельности и исключении из Единого государственного реестра юридических лиц, о чем каких-либо уведомлений в адрес истца не направлялось, в течение всех переговоров сообщалось о возможности передачи имущества ЗАО «Уралавтострой» в счет оплаты задолженности перед истцом. В частности, из писем ФИО2 в октябре 2021 года следует, что ЗАО «Уралавтострой» является действующей организацией, имеет в собственности недвижимое имущество, а ФИО2 как генеральный директор общества готов предоставить его в собственность истцу (выделить долю в праве собственности). 

На момент обращения в суд с указанным иском ФИО2 не возместил понесенные истцом затраты, причинил истцу недобросовестными действиями убытки в виде реального ущерба в размере 60 000 долларов США, что в соответствии с курсом валют по состоянию на 12.10.2023 составляет 5998848 руб.

Недобросовестные действия со стороны ФИО2 выражаются во введении ФИО1 в заблуждение относительно деятельности ЗАО «Уралавтострой» и наличия возможности предоставить возврат вложенных истцом денежных средств путем предоставления доли в праве собственности на недвижимое имущество.

11.12.2021 ФИО2 сообщил, что вклад ФИО1 в ЗАО «Уралавтострой» путем погашения задолженности составил 5000 000 руб., что составляет примерно 13,89 % от площади строения, но с учетом доли вложения в погашение задолженности указывалось не предоставление доли в размере 27 %, что составляет 258,58 кв.м. нежилого помещения. 

По состоянию на 11.12.2021 ЗАО «Уралавтострой» было уже ликвидировано, предлагаемое ФИО2 недвижимое имущество находилось в собственности ФИО3, исполнить указанные в письмах договоренности ФИО2 не имел возможности, то есть каким-либо образом получить возврат или возмещение затрат на погашение задолженности истец не имел возможности, а ФИО2 не имел намерений осуществить возврат денежных средств либо передачу имущественных прав истцу. 

В результате оплаты задолженности со стороны истца прекращено дело о банкротстве ЗАО «Уралавтострой», ФИО2 не привлекли к субсидиарной ответственности, сохранено спорное недвижимое имущество, собственником которого на данный момент является ФИО3, ФИО2 является выгодоприобретателем действий истца по погашению задолженности ЗАО «Уралавтострой», в связи с чем, обязан возместить убытки.

Действия ответчиков подпадают под установленные законодательством Российской Федерации признаки недобросовестного поведения и злоупотребления правом. 

У истца отсутствовали основания не доверять отцу ФИО2, в связи с чем, денежные средства были переведены в отсутствие подписанных сторонами документов. Имеется причинно-следственная связь между предоставлением недостоверных сведений истцу ФИО2 и причинением истцу ущерба в размере 60 000 долларов США. 

08.09.2023истец направил ответчикам претензию, в которой потребовал возмещения реального ущерба, которая оставлена без удовлетворения.

Кроме того, по мнению истца, договор купли-продажи недвижимого имущества от 27.12.2019 № 4 является недействительной сделкой.

27.12.2019 между ЗАО «Уралавтострой» в лице генерального директора Б.С.ЮБ. и ФИО3 был заключен договор купли-продажи здания, расположенного по адресу: ***, за 246 000 руб. 

Ответчики ФИО2 и ФИО3 давно знакомы между собой, между ними сложились фактические брачные отношения. 

Запись о смене собственника на вышеуказанное здание произведена в Едином государственном реестре недвижимости 04.03.2020. 

При этом, 25.09.2020 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление администрации г. Екатеринбурга о признании договора купли-продажи, заключенного между ЗАО «Уралавтострой» и ФИО3, административно-производственного здания, расположенного по адресу: ***, недействительным и применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества в конкурсную массу. 

Задолженность ЗАО «Уралавтострой» ответчиками не погашалась, без внесения денежных средств истцом ЗАО «Уралавтострой» было бы признано банкротом, так как отсутствовали денежные средства для погашения задолженности, а спорное недвижимое имущество было бы реализовано с целью удовлетворения требования кредиторов. 

Следовательно, административно-производственное здание было незаконно выведено из состава имущества общества по вышеуказанной сделке, так как ФИО2 стремился сохранить его и избежать его реализации в процедуре банкротства. Учитывая изложенное, истец полагает, что договор купли-продажи от 27.12.2019 является ничтожной сделкой.

Кроме того, по мнению истца, договор купли-продажи от 27.12.2019 является ничтожным ввиду нарушения требований закона и нарушающим права третьих лиц на основании ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В данном случае договор купли-продажи от 27.12.2019 № 4 затрагивает права и законные интересы акционеров ЗАО «Уралавтострой», кредиторов и инвесторов общества, то есть третьих лиц, в связи с чем отвечает критериям ничтожной сделки. 

Истец, оплачивая задолженность ЗАО «Уралавтострой», фактически осуществлял инвестицию и рассчитывал на получение имущественных прав в обществе, на реализацию законных интересов и осуществление деятельности. Учитывая характер и обстоятельства совершения сделки, действия ответчиков являются недобросовестным поведением, направленным на причинение ущерба правам и законным интересам иным лицам.

Действия ответчиков по заключению договора купли-продажи от 27.12.2019 № 4 отвечают признакам недобросовестного поведения, влекут за собой нарушение прав и законных интересов истца, которое выражается в том, что истец лишен возможности в настоящее время получить возврат или возмещение уплаченных им средств по задолженности ЗАО «Уралавтострой», так как ЗАО «Уралавтострой» ликвидирован. 

Денежные средства по договору не были перечислены в пользу ликвидированного юридического лица в условиях наличия признаков неплатежеспособности. Сделка не была направлена на осуществление производственной деятельности должника, не обеспечивала производственный процесс либо получение прибыли ЗАО «Уралавтострой». 

В результате совершения данной сделки был значительно уменьшен размер имущественных активов юридического лица. 

Отчуждение имущества в отсутствие какого-либо правового основания при наличии столь крупного размера кредиторской задолженности очевидно создали условия для причинения вреда другому учредителю, кредиторам, инвесторам, в частности, истцу. 

Сделка была совершена в период наличия признаков несостоятельности (банкротства) ЗАО «Уралавтострой».

Кроме того, по мнению истца, договор купли-продажи от 27.12.2019 № 4 является ничтожным ввиду его мнимости. 

На момент совершения сделки ЗАО «Уралавтострой» имел значительную задолженность перед кредитором – администрацией г. Екатеринбурга. Регистрация перехода права собственности была произведена после подачи администрацией г. Екатеринбурга заявления о признании ЗАО «Уралавтострой» банкротом. Таким образом, ФИО2 вывел из состава имущества общества здание с целью его фактического сохранения и избегания его реализации, что указывает на мнимость сделки. 

На мнимость сделки также указывает и то, что фактически ФИО3 оплата по договору купли-продажи не была произведена. ФИО2, будучи исполнительным органом юридического лица, не предпринял попыток по получению оплаты по договору, что является нетипичным поведением для обычного добросовестного участника гражданского оборота, который в подобной ситуации предпринял бы меры, направленные на надлежащее исполнение обязательства со стороны контрагента. 

Данные обстоятельства свидетельствуют о наличии между ФИО3 и ФИО2 длительных доверительных взаимоотношений, которые нашли свое проявление в разных сферах деятельности, указывают на общность экономических интересов и фактическую аффилированность данных лиц. 

Данной сделкой напрямую нарушены права истца, поскольку возник ущерб ввиду неправомерной продажи здания, поскольку истец не получил никакого финансового возмещения понесенных затрат.

Кроме того, как следует из искового заявления, в производстве Арбитражного суда Свердловской области находится дело № А60-66498/2022 по исковому заявлению ФИО4 к ФИО2 и ФИО3 о признании договора купли-продажи недвижимого имущества от 27.12.2019 № 4 недействительным. 

На основании изложенного, истец просит взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 денежные средства в размере 60 000 долларов США, в рублях по официальному курсу Центрального Банка России на дату вынесения решения, что на 12.10.2023 составляет 5 998 848 руб.; признать недействительной сделку - договор купли-продажи недвижимого имущества от 27.12.2019 № 4, заключенный между ЗАО «Уралавтострой» и ФИО3, применив последствия недействительности сделки в виде признания за ФИО2 и ФИО4 права собственности по 1/2 доли в праве общей долевой собственности на нежилое здание, кадастровый номер 66:41:0702034:325, расположенное по адресу: ***

В судебном заседании представитель истца – ФИО6, действующая на основании доверенности от 16.09.2023, исковые требования поддержала в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении, настаивала на их удовлетворении в полном объеме. В дополнениях к исковому заявлению представитель истца пояснила, что довод о том, что ФИО5 погасил указанную задолженность, действуя от своего имени, своими денежными средствами, ошибочный и не подтверждается материалами дела. В производстве Арбитражного суда Свердловской области находится дело №А60-66498/2022 по исковому заявлению ФИО4 к ФИО2 и ФИО3 о признании сделки недействительной. ФИО1 не является лицом, участвующим в деле №А60- 66498/2022, следовательно, настоящий спор не является спором между теми же сторонами, то есть требование о признании договора недействительным не подлежит оставлению без рассмотрения по настоящему делу. Истец, подавая настоящее исковое заявление, действует в защиту своих прав и законных интересов, договор от 27.12.2019 №4 нарушает права и законные интересы истца, как выгодоприобретателя. Нарушение прав истца выражается в том, что он лишен возможности в настоящее время получить возврат или возмещение уплаченных им средств по задолженности ЗАО «Уралавтострой», так как ЗАО «Уралавтосрой» ликвидирован. Производство не подлежит прекращению в связи с наличием нарушений прав и законных интересов истца.

Представитель ответчика ФИО2 – ФИО7, действующий на основании доверенности от 24.01.2023,в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований в полном объеме по доводам представленных письменных возражений. В обоснование возражений указал, что отсутствуют основания для взыскания убытков в размере 60000 долларов США с ФИО2 в пользу ФИО1 Исходя из представленных документов следует, что ФИО1 не представляет доказательств причинения ему убытков, в том числе причинения убытков ФИО8 ФИО5 оплатил задолженность в пользу третьих лиц за ЗАО «Уралавтострой», в результате чего к нему перешли права кредитора администрации г. Екатеринбурга. ФИО5, оплачивая задолженность за ЗАО «Уралавтострой», действовал от своего имени и в своих интересах, в дальнейшем требования к ЗАО «Уралавтострой» не предъявлял, в том числе исковых, против исключения ЗАО «Уралавтострой» из Единого государственного реестра юридических лиц не настаивал, заявление в уполномоченный орган не подавал. Кроме того, ФИО1 не доказал нарушение своих прав и законных интересов, а также у него отсутствуют полномочия на подписание и подачу иска от имени ФИО2 и ФИО4 Заявленные ФИО1 исковые требования являются не последовательными требованиями, а двумя самостоятельными требованиями, не связанными между собой по предмету и основанию. ФИО1 не приводит доказательств нарушения его прав и законных интересов в результате заключения между ЗАО «Уралавтострой» и ФИО3 договора купли-продажи недвижимого имущества от 27.12.2019 № 4, в том числе, с учетом того, что ФИО1 не являлся акционером ЗАО «Уралавтострой» и не является стороной указанного договора. Аналогичное требование заявила ФИО4 в Арбитражный суд Свердловской области как бывший акционер ЗАО «Уралавтострой». Определением Арбитражного суда Свердловской области от 13.01.2023 по делу № А60- 66498/2022 исковое заявление принято, возбуждено производство по делу. В настоящее время исковое заявление ФИО4 находится в процессе его рассмотрения по существу Арбитражным судом Свердловской области. Таким образом, имеются основания для оставления второго требования ФИО1 без рассмотрения.

Представитель ответчика ФИО3 – ФИО9, действующая на основании доверенности от 23.01.2023, в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований в полном объеме по доводам представленных письменных возражений. В обоснование возражений указала, что ФИО3 не вступала в переговоры или договорные отношения с истцом. Истцом в нарушение требований ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлены доказательства причинения убытков. Требования истца о признании недействительной сделки - договора купли-продажи недвижимого имущества от 27.12.2019 № 4 не направлены на защиту прав истца. При этом, истец не представил доказательств наличия у него права на защиту каких-либо прав и предъявления требований в интересах ответчика ФИО2 и третьего лица ФИО4 Истец не представил обоснований защиты своих законных интересов передачей прав на недвижимое имущество одному из ответчиков и одному из третьих лиц. На основании изложенного, просила в удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании убытков отказать, в части исковых требований о признании сделки недействительной производство по делу прекратить на основании ст. 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации как заявленное в интересах третьих лиц в отсутствие соответствующих прав. 

Третье лицо ФИО5, представитель третьего лица – Королев Е.В., действующий на основании доверенности от 13.11.2023, в судебном заседании полагали, что исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению. Указали, что подтверждают обстоятельства, изложенные в исковом заявлении в части оплаты задолженности ЗАО «Уралавтострой» перед администрацией г. Екатеринбурга. Денежные средства были переведены третьему лицу ФИО1 для дальнейшей оплаты задолженности ЗАО «Уралавтострой». Об этом между ФИО5 с одной стороны и ФИО2 и ФИО1 с другой была достигнута договоренность при следующих обстоятельствах. Осенью 2019 года между ФИО5 и ФИО2 был подписан договор доверительного управления административно-производственным зданием, расположенным по адресу: *** (в настоящее время – ***, стр. 43), принадлежащим ЗАО «Уралавтострой». Акционерами данного общества являлись Б.С.ЮВ. и его супруга ФИО4, каждый владел 50 % акций. ФИО5 стало известно об обращении администрации г. Екатеринбурга в Арбитражный суд Свердловской области с иском о взыскании задолженности с ЗАО «Уралавтострой» на сумму около 4 000 000 руб. ФИО2 заверил ФИО5, что решит этот вопрос. В феврале 2020 года администрация г. Екатеринбурга обратилась в Арбитражный суд Свердловской области с иском, в котором просила признать ЗАО «Уралавтострой» банкротом и включить в реестр требований кредиторов задолженности в размере 3799795,79 руб. В сентябре 2020 года к ФИО5 обратился ФИО2 с просьбой помочь получить денежный перевод от его сына - ФИО1, который проживал в США, штат Техас, и перевести эти деньги администрации г. Екатеринбурга в счет погашения задолженности ЗАО «Уралавтострой». ФИО2 пояснил ФИО5, что сам он не может получить деньги от сына, так как в отношении него возбуждено несколько исполнительных производств, все его счета в банках арестованы, и в случае поступления на них денежных средств, они будут перечислены взыскателям по исполнительным листам. Поскольку между ФИО5 и ФИО2 сложились хорошие рабочие отношения, он согласился ему помочь. По договоренности с ФИО2, Б.Д.СБ. должен был перевести ФИО5 на расчетный счет денежные средства, а ФИО5 со своего счета произвести оплату задолженности ЗАО «Уралавтострой» перед администрацией г. Екатеринбурга в размере 5 048 193,2 руб., из которых 3 799 795,79 руб. - сумма основного долга и 1 248 397,41 руб. – пени, штрафы. ФИО5 позвонил ФИО1 в США, обсудил с ним достигнутое с Б.С.ЮГ. соглашение. ФИО1 подтвердил, что действительно договорился с отцом о переводе 60 000 долларов США с той целью, что ФИО5 произведет за счет них оплату задолженности ЗАО «Уралавтострой» перед администрацией г. Екатеринбурга. Насколько известно третьему лицу, в дальнейшем ФИО2 обещал ФИО1 за погашение данной задолженности общества долю в здании в размере, которая бы соответствовала денежному вложению ФИО1 В октябре 2020 ФИО1 перевел ФИО5 тремя платежами 60000 долларов США. В период с 21.10.2020 по 05.11.2020 ФИО5 со своего расчетного счета, открытого в ПАО «Сбербанк», шестью платежами перевел 5 048 193,2 руб. на расчетный счет администрации г. Екатеринбурга в счет погашения задолженности за ЗАО «Уралавтострой». 30.11.2020 Арбитражный суд Свердловской области прекратил производство по делу в связи с добровольным удовлетворением требований администрации г. Екатеринбурга должником в полном объеме. 31.03.2021 предприятие ЗАО «Уралавтострой» было ликвидировано. В дальнейшем деятельность предприятия осуществлялась через ИП ФИО3, фактически предприятием управлял ФИО2

Представитель третьего лица ФИО4 –ФИО10, действующий на основании доверенностей от 25.07.2022 и от 23.11.2022, в судебном заседании полагал, что исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению. Пояснил, что сделка по продаже здания совершена в период признания организации банкротом с целью выведения имущества из активов ЗАО «Уралавтострой», цена продаваемого имущества была существенно занижена. Указанные обстоятельства указывают на мнимость сделки. Денежные средства были переведены ФИО5, поскольку счета ФИО2 были арестованы.

Заслушав лиц, явившихся в судебное заседание, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. 

В силу ст. 150 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд рассматривает дело по имеющимся в деле доказательствам.

Согласно п. 1 ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или иными такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в частности, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

В силу п. 3 ст. 154 Гражданского кодекса Российской Федерации для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В силу п. 1 ст. 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Согласно п. п. 1, 4 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора; стороны свободны в заключении договора, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

Судом установлено, что 06.08.2001 ФИО2 и ФИО4 приобрели акции ЗАО «Уралавтострой» в совокупном размере 100 %, доля каждого составила 50 %, что отражено в выписке из реестра акционеров от 20.06.2003.

Согласно протокола собрания учредителей ЗАО «Уралавтострой» от 01.09.2001 № 7 ФИО2 назначен единоличным исполнительным органом (генеральным директором) ЗАО «Уралавтострой». 

Согласно повторному свидетельству о государственной регистрации права от 23.09.2002, ЗАО «Уралавтострой» с 19.01.2000 являлось собственником отдельно-стоящего строения с пристроями по адресу: *** (в настоящее время, согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости - административно-производственное здание по адресу: ***).

Земельный участок под зданием арендовался у администрации г.Екатеринбурга.

27.12.2019 между ЗАО «Уралавтострой» в лице генерального директора Б.С.ЮБ. и ФИО3 был заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, расположенного по адресу: ***, стоимость административно-производственного здания составила 246 000 руб.

10.02.2020 администрация г. Екатеринбург обратилась в Арбитражный суд Свердловской области с требованиями о признании ЗАО «Уралавтострой» банкротом и о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 3 799795,79 руб. 

30.06.2020 Арбитражный суд Свердловской области по делу № А60-6250/2020 признал требования администрации г. Екатеринбурга обоснованными, ввел в отношении ЗАО «Уралавтострой» процедуру наблюдения, требования администрации г.Екатеринбург включены в реестр кредиторов в размере 3799795,79 руб.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 10.09.2020 процедура наблюдения в отношении ЗАО «Уралавтострой» прекращена, ЗАО «Уралавтострой» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство.

Из представленных в материалы дела квитанций следует и не оспаривается сторонами, что ФИО1 перевел ФИО5 тремя платежами денежные средства в размере 60 000 долларов США: 14.10.2020 в размере 500 долларов США, 16.10.2020 в размере 6500 долларов США и в размере 39500 долларов США, 20.11.2020 в размере 13500долларов США.

Судом установлено и не оспаривается сторонами, что ФИО5 внесены денежные средства в счет оплаты задолженности ЗАО «Уралавтострой» перед администрацией г. Екатеринбурга, что подтверждается квитанциями: от 21.10.2020 на сумму 800000 руб., от 26.10.2020 на сумму 800000 руб., от 28.10.2020 на сумму 600000 руб., от29.10.2020 на сумму 799795,79 руб., от05.11.2020 на сумму 1248397,41 руб.

05.11.2020 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление Б.С.ЮБ. о прекращении производства по делу в связи с удовлетворением всех требований единственного кредитора, включенных в реестр требований кредиторов. 

30.11.2020 Арбитражный суд Свердловской области прекратил производство по делу № А60-6250/2020 в связи с добровольным удовлетворением требований администрации г.Екатеринбурга должником в полном объеме.

Как следует из искового заявления, между ФИО2 и ФИО1 была достигнута договоренность, согласно которой истец переводит денежные средства в размере 60000 долларов США на счет ФИО5, который производит оплату задолженности ЗАО «Уралавтострой» перед администрацией г. Екатеринбург в размере 3799 795,79 руб., а ответчик ФИО2 возмещает указанные денежные средства в виде имущественных прав на здание, находящееся в собственности ЗАО «Уралавтострой». В настоящий момент ФИО2 отказался от исполнения взятой на себя обязанности в виде наделения истца правом собственности на имущество общества.

Договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена документами посредством почтовой, телеграфной, телетайпной, телефонной, электронной или иной связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору (п. 2 ст.434 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения: сделки юридических лиц между собой и с гражданами; сделки граждан между собой на сумму, превышающую десять тысяч рублей, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки (п.п. 1 и 2 п. 1 ст. 161 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 1, 2 ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Обращаясь в суд с иском о взыскании убытков в виде реального ущерба, истец ссылается на п. 1 ст. 431.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой сторона, которая при заключении договора либо до или после его заключения дала другой стороне недостоверные заверения об обстоятельствах, имеющих значение для заключения договора, его исполнения или прекращения, обязана возместить другой стороне по ее требованию убытки, причиненные недостоверностью таких сведений. 

Вместе с тем, судом установлено, что какой-либо письменный договор, закрепляющий действительное волеизъявление сторон, а также достигнутые междуБаранцевымД.С. и ФИО2 договоренности,не заключался, данный факт признает и самистец. Следовательно, в отсутствие заключенного договора не обоснованы ссылки истца на ст. 431.2 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

На основании ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Основаниями для удовлетворения требования о взыскании убытков является совокупность условий: факт их причинения, документально подтвержденный размер убытков и наличие причинно-следственной связи между понесенными убытками и нарушением.

В силу ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от ответственности, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По делам о возмещении убытков потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт причинения вреда в результате неправомерных действий ответчика, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вместе с тем, в обоснование заявленных исковых требований о взыскании убытков истцом не представлено доказательств, подтверждающих наличие причинно-следственной связи между понесенными убытками и действиями ФИО2 В результате произведенных ФИО1 в пользу ФИО5 перечислений наступили соответствующие правовые последствия, а именно денежные средства переданы в пользование ФИО5, а ФИО5 денежные средства внесены в счет оплаты задолженности ЗАО «Уралавтострой» перед администрацией г. Екатеринбурга. К.Н.СБ. оплатил задолженность в пользу третьих лиц за ЗАО «Уралавтострой», в результате чего к нему перешли права кредитора администрации г. Екатеринбурга. Кроме того, суд принимает во внимание, что в материалы дела представлен договор беспроцентного займа от 10.10.2020, заключенный между ФИО11 и ФИО5, согласно которому займодавец передает заемщику сумму беспроцентного займа в размере 60000 долларов США, а заемщик обязуется вернуть сумму займа в обусловленный договором срок; сумма займа будет передаваться частями на расчетный счет заемщика; возврат суммы займа заемщиком может происходить по частям (в рассрочку), но не позднее 24 месяцев с момента получения первой части суммы займа. На момент рассмотрения дела договор беспроцентного займа от 10.10.2020 никем не оспорен, недействительным не признан. 

31.03.2021 ЗАО «Уралавтострой» исключено из Единого государственного реестра юридических лиц в связи с наличием сведений, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Руководствуясь приведенными выше нормами права, приняв во внимание фактические обстоятельства дела, оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации на предмет их относимости, допустимости, достоверности и взаимной связи, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для взыскания сФИО2 в пользуФИО1 убытков в размере 60000 долларов США.

Разрешая заявленные исковые требования о признании договора купли-продажи недвижимого имущества от 27.12.2019 № 4 недействительной сделкой и применении последствий недействительности (ничтожности) сделки, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Исходя из принципа диспозитивности гражданского судопроизводства, заинтересованное лицо по своему усмотрению выбирает формы и способы защиты своих прав, не запрещенные законом. В силу положений ч. 1 ст. 3 и ч. 1 ст. 4 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации условием реализации этих прав является указание в исковом заявлении на то, в чем заключается нарушение либо угроза нарушения прав, свобод или законных интересов истца.

Статья 1 (п. 1) Гражданского кодекса Российской Федерации к числу основных начал гражданского законодательства относит, в частности, необходимость беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты, а ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает такой способ защиты гражданских прав, как признание оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В соответствии со ст. ст. 166, 167 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

С учетом указанных правовых норм, истец, предъявляя по настоящему делу требование о признании недействительной сделки, должен подтвердить достаточными и достоверными доказательствами, в том числе, то обстоятельство, что он является лицом, заинтересованным в признании спорного договора недействительным, и что в результате признания спорного договора недействительным будут непосредственно восстановлены нарушенные этим договором права и законные интересы самого истца.

Согласно п. 3 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу абз. 1 п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (п. 2 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Согласно п. 1 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. В силу п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Как следует из п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, поэтому такая сделка признается недействительной на основании ст. ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из смысла приведенной нормы, мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. Сделки, которые являются мнимыми, совершаются лишь для того, чтобы создать ложное представление об их заключении у третьих лиц, тогда как в действительности стороны не намерены ничего изменять в своем правовом положении.

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, инедействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае (невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда (полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия (недействительности сделки не предусмотрены законом.

Как следует из искового заявления, ФИО1 в обоснование исковых требований о признании договора купли-продажи недвижимого имущества недействительным, указал на достигнутые между ним и ФИО2 договоренности о наделении долей в праве общей долевой собственности на здание, на то, что является кредитором и инвестором ЗАО «Уралавтострой». Вместе с тем, ФИО1 не являлся акционером ЗАО «Уралавтострой» и не является стороной указанного договора. В отсутствие надлежащих доказательств действительного волеизъявления сторон, а также достигнутых междуБаранцевымД.С. и ФИО2 договоренностей,суд приходит к выводу, что истцом не доказано, в чем заключается нарушение либо угроза нарушения его прав, свобод или законных интересов оспариваемой сделкой, а также каким образом в результате признания спорного договора недействительным будут непосредственно восстановлены нарушенные этим договором права и законные интересы самого истца. Документы, подтверждающие факт возникновения между истцом и ФИО2 каких-либо конкретных взаимных обязательств в отношении административно-производственного здания, в том числе факт передачи денежных средств непосредственно ФИО2 в счет оплаты доли в административно-производственном здании, суду не представлены. Представленная в материалы дела переписка по телефону между ФИО11 и ФИО2 не является допустимым и достаточным доказательством, подтверждающим факт возникновения между истцом и ФИО2 каких-либо конкретных взаимных обязательств. Таким образом, суд не находит оснований для удовлетворения требований истца о признании сделки недействительной по приведенным в исковом заявлении различным основаниям и, как следствие, применений последствий недействительности сделки.

Кроме того, в производстве Арбитражного суда Свердловской области находится дело № А60-66498/2022 по исковому заявлению бывшего акционера ЗАО «Уралавтострой» - ФИО4 к ФИО2 и ФИО3 о признании договора купли-продажи недвижимого имущества от 27.12.2019 № 4 недействительным.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что требования истцао взыскании убытков, признании сделки недействительной не нашли своего подтверждения, в связи с чем, в удовлетворении исковых требований надлежит отказать в полном объеме.

Разрешая исковые требования о признании сделки недействительной суд, вопреки доводам ответчиков, не усмотрел оснований для оставления данных требований без рассмотрения либо прекращения производства по делу в данной части, поскольку исковое заявление предъявлено в защиту прав и законных интересов не другого лица, а непосредственно истца, полагающего, что оспариваемой сделкой нарушены его права, а в производстве Арбитражного суда Свердловской области имеется возбужденное ранее дело № А60-66498/2022, но по спору между иными сторонами – ФИО4 и Б.С.ЮГ., ФИО3 о признании сделки недействительной, ФИО1 не является лицом, участвующим в деле № А60-66498/2022. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

Р Е Ш И Л:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о взыскании убытков, признании сделки недействительной, отказать. 

Решение может быть обжаловано лицами, участвующими в деле, в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Кировский районный суд г. Екатеринбурга в течение месяца с момента изготовления решения суда в окончательной форме. 

Судья Е.В. Королева