Дело № 2-606/2020

УИД 24RS0024-01-2019-004478-70

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

22 октября 2020 года г. Канск

Канский городской суд Красноярского края в составе: 

председательствующего судьи Блошкиной А.М., 

при секретаре Коробейниковой Ю.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, выступающей в своих интересах и в интересах несовершеннолетней ФИО4, к ФИО2 о возмещении ущерба, компенсации морального вреда, возмещении судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, выступающая в своих интересах и в интересах несовершеннолетней ФИО3, обратилась в суд с иском о возмещении ущерба, компенсации морального вреда, возмещении судебных расходов. Истец свои исковые требования мотивировала тем, что она и ее дочь ФИО4 являются собственниками квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>. В указанной квартире с октября 2012 г. по январь 2017 г., вплоть до выселения по решению суда от ДД.ММ.ГГГГ, проживала ФИО2 На основании указанного решения суда, в ходе исполнительских действий ответчик была выселена из жилого помещения, составлен акт о выселении и описи имущества от ДД.ММ.ГГГГ, указанным актом было зафиксировано, что в двух комнатах отсутствует ковролин, во всех комнатах отсутствует электроосвещение, вырваны розетки, срезан домофон и звонок, в ванной комнате отсутствует раковина и часть керамической плитки, в кухне отсутствует электроплита, раковина и часть линолеума, пластиковые окна на балконе по всему периметру имеют повреждения, имеются повреждения стен и потолков во всех комнатах. В судебном заседании по делу о выселении ответчик ФИО2 приобщала заключение о стоимости № от ДД.ММ.ГГГГ, из которого видно, что перечисленные повреждения в жилом помещении на тот момент отсутствовали. Согласно отчету № от ДД.ММ.ГГГГ стоимость материалов с учетом износа, необходимых для устранения последствий ущерба, причиненного ответчиком, составляет 115 000 рублей, а стоимость работ составляет 130 000 рублей. В связи с изложенным, истец ФИО1 просит взыскать с ответчика стоимость ущерба в размере 245 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, а также судебные расходы на оплату услуг оценщика а размере 10 000 рублей, по оплате юридических услуг в размере 5 000 рублей и расходы уплате государственной пошлины в размере 5 850 рублей, всего в размере 20 850 рублей.

Истец ФИО1, выступающая в своих интересах и в интересах несовершеннолетней ФИО3, в судебном заседании личного участия не принимала, будучи извещенными надлежащим образом.

Представитель истца ФИО1 – адвокат Ильков В.В. (на основании ордера) исковые требования в судебном заседании поддержал, суду пояснил, что полагает исковые требования подлежащими удовлетворению в полном объеме, факт причинения ущерба в заявленном истцом размере подтверждается материалами дела, представленным заключением оценщика, доводы истца также подтверждаются иными судебными актами, которыми в разный период времени разрешались споры между ФИО1 и ФИО2 в части спорного объекта недвижимости, доводы стороны ответчика относительно того, что движимое имущество (как то – водонагреватель, плита кухонная, сантехника и т.п.) приобреталось за счет ФИО2, в период её проживания в указанной квартире, в связи с чем у неё имелись основания забрать указанные вещи при выселении, представитель истца находил необоснованными, ссылаясь на то, что квартира приобреталась последним собственником (ФИО19 – мужем и отцом истцов и сыном ответчицы) до начала всех судебных споров по факту его смерти и последующего раздела наследственного имущества и долгов по нему, с учетом всей мебели и прочей обстановки, которая на тот момент там была, в связи с чем право собственности на все имущество, находящееся в квартире, с учетом определенного правового статуса сторон, по факту принадлежало истцам по делу.

Ответчик ФИО2 в ходе судебного разбирательства личного участия не принимала, извещалась о времени и месте его проведения надлежащим образом, ее представитель – ФИО5 (на основании доверенности) участия в судебном заседании также не принимал, будучи извещенным надлежащим образом, при этом, в ходе рассмотрения дела исковые требования не признавал, полагая, что фактические обстоятельства и суть взаимоотношений между сторонами спора и умершим ФИО19, являвшихся родственниками, обусловил тот факт, что обустройством указанной квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, занималась именно ФИО2, которая приобретала за свой счет мебель и иное имущество для обустройства квартиры после ремонта, который также был произведен за счет ответчицы, в связи с чем она, при её выселении из указанной квартиры по решению суда, обоснованно вывезла все те вещи, которые принадлежали ей, в обоснование чего стороной ответчика в материалы дела были представлены копии платежных документов, подтверждающих факт приобретения ФИО2 ряда вещей (водонагреватель, духовой шкаф, кухонная поверхность, электроплита).

Представитель третьего лица – ОСП по г. Канску и Канскому району в судебное заседание не явился, будучи извещенным о времени и месте его проведения надлежащим образом, просили рассмотреть дело в свое отсутствие.

Суд, с учетом мнения явившихся лиц, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса, в порядке ст. 167 ГПК РФ, учитывая также требования ч. 2.1 ст. 113 ГПК РФ, согласно которой органы государственной власти, органы местного самоуправления, иные органы и организации, являющиеся сторонами и другими участниками процесса, могут извещаться судом о времени и месте судебного заседания или совершения отдельных процессуальных действий лишь посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в указанный в части третьей данной статьи срок, если суд располагает доказательствами того, что указанные лица надлежащим образом извещены о времени и месте первого судебного заседания. Такие лица, получившие первое судебное извещение по рассматриваемому делу, самостоятельно предпринимают меры по получению дальнейшей информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи, и несут риск наступления неблагоприятных последствий в результате непринятия ими мер по получению информации о движении дела, если суд располагает сведениями о том, что данные лица надлежащим образом извещены о начавшемся процессе, за исключением случаев, когда меры по получению информации не могли быть приняты ими в силу чрезвычайных и непредотвратимых обстоятельств.

Таким образом, суд, учитывая позицию сторон по делу, принимая во внимание показания свидетелей ФИО12, ФИО17, ФИО18, полученные в ходе рассмотрения дела, исследовав материалы дела, полагает, что исковые требования обоснованны и подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 307 ГК РФ обязательства участников гражданских правоотношений возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем ГК РФ.

По правилам п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

На основании ст. 1082 ГК РФ, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (п. 2 ст. 15).

Пунктом 1 статьи 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

При этом, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п. 2 ст. 15 ГК РФ). По смыслу приведенных норм права для наступления ответственности необходимо наличие следующих условий: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда; причинно-следственная связь между противоправным поведением и наступлением вреда; вина причинителя вреда.

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.В соответствии со ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных ГПК РФ.

Как установлено в судебном заседании, на основании решения Канского городского суда от 06.02.2015 г. по гражданскому делу № 2-1/2015 г., с учетом апелляционного определения Красноярского краевого суда от 24.08.2015 г., ФИО1 (13/16 долей) и ФИО4 (3/16 доли) являются собственниками квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>. Решение суда от 06.02.2015 г. вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.

Решением Канского городского суда от 25.03.2016 г. по гражданскому делу № 2-895/2016 по иску ФИО1 об устранении препятствий в праве пользования, выселении, снятии с регистрационного учета к ФИО2, ответчик ФИО2 была выселена из жилого помещения по адресу: 

<

адрес>. Решение было оставлено без изменения определением суда апелляционной инстанции, и вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ В ходе исполнительских действий в рамках исполнительного производства №-ИП при исполнении указанного решения суда, ответчик ФИО2 была выселена из жилого помещения, о чем составлен акт о выселении и описи имущества от ДД.ММ.ГГГГ, также представленный в материалы дела. Указанным актом ДД.ММ.ГГГГ было зафиксировано, что в двух комнатах отсутствует ковролин, во всех комнатах отсутствует электроосвещение, вырваны розетки, срезан домофон и звонок, в ванной комнате отсутствует раковина и часть керамической плитки, в кухне отсутствует электроплита, раковина и часть линолеума, пластиковые окна на балконе по всему периметру имеют повреждения, имеются повреждения стен и потолков во всех комнатах; ключ от квартиры был передан в одном экземпляре. Акт был составлен в присутствии двух свидетелей (понятых) ФИО12 и ФИО17 и взыскателя ФИО1, должник ФИО2 при составлении акта не присутствовала, ключ от квартиры был передан судебному приставу-исполнителю представителем ФИО2 – ФИО6, который также участвовал при осмотре квартиры, однако, от подписи акта отказался.

ФИО1 обратилась к оценщику ФИО7, согласно отчету № от ДД.ММ.ГГГГ которой, в результате проведенных анализа и расчетов стоимости объекта оценки была определена стоимость объекта с использованием затратного подхода, согласно которому рыночная стоимость работ и материалов, необходимых для устранения последствий ущерба, причиненного квартире по адресу: 

<

адрес>, на дату оценки – ДД.ММ.ГГГГ, составляет 245 000 руб., в том числе: стоимость материалов (с учетом износа) – 115 000 руб., стоимость работ – 130 000 руб. (л.д.88-121).

Решением Канского городского суда от 30.09.2016 г. по гражданскому делу № 2-2207/2016 по иску ФИО2 к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения, согласно отчету об оценке рыночной стоимости квартиры по адресу: 

<

адрес>, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, изготовленному независимым оценщиком ФИО8 и составленному ДД.ММ.ГГГГ, стоимость квартиры по адресу: 

<

адрес>, составляет 3 000 000 рублей, согласно фототаблице на момент проведения осмотра и фотографирования, балкон был остеклен, ванная и туалет были оклеены кафелем, на окнах установлены стеклопакеты, имеется входная дверь. Также судом было установлено, что ФИО2 зная, что не является собственником квартиры, в отсутствие каких-либо обязательств, с ее слов, произвела ремонт в квартире по своей воле, в своих интересах, с целью пользования жилым помещением, однако, в ходе рассмотрения дела не представила допустимых и достоверных доказательств, свидетельствующих о получении согласия собственника квартиры на производство работ и улучшение жилого помещения с применением фактически использованных материалов, улучшения она производила в 2008-2012 годах, однако, осуществляя соответствующие затраты, ФИО2 должна была определить для себя объем своих прав на спорную квартиру, что ею не было сделано, в связи с чем в удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения судом было отказано. Решение вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ При рассмотрении гражданских дел № (решение от ДД.ММ.ГГГГ) и № (решение от ДД.ММ.ГГГГ) ФИО2 было приобщено заключение о стоимости № от ДД.ММ.ГГГГ, из которого видно, что обнаруженные судебным приставом ДД.ММ.ГГГГ в жилом помещении повреждения, на момент рассмотрения указанных дел, отсутствовали, из чего суд приходит к выводу, что зафиксированные при выселении ФИО2, повреждения, появились в период с апреля 2016 г. по ДД.ММ.ГГГГ, т.е. в период проживания ФИО2 в жилом помещении по адресу: 

<

адрес>, и ранее отсутствовали.

Допрошенные по ходатайству стороны истца в ходе судебного разбирательства свидетели ФИО16, ФИО17 пояснили, каждая в отдельности, что были приглашены ФИО1 для участия в качестве понятой при осмотре квартиры по адресу: 

<

адрес>, при входе в квартиру, увидели, что полы неровные, вздуты, на кухне не было плиты и мойки, нигде не было розеток, водопроводные трубы срезаны, в зале были механические повреждения стен, в санузле не было керамической плитки на стенах и раковины, в душевой кабине не было лейки душа, на всех окнах в квартире были повреждения, не было трубки домофона, в одной из комнат отсутствовали плинтуса, не было водонагревателя, в квартире стоял неприятный запах. При этом, свидетель ФИО17 также суду пояснила, что ранее, осенью 2012 г. ей доводилось посещать квартиру семьи истицы по указанному адресу, так как они были знакомы, там имел место только что сделанный ремонт, что было очевидно, квартира была обставлена техникой, мебелью, санузел (совмещенный) также был отремонтирован, в кафеле. Свидетель ФИО18, также опрошенная судом в ходе рассмотрения дела, по ходатайству стороны ответчика, суду пояснила, что в 2012 г. она часто бывала в квартире по адресу: 

<

адрес>, у ФИО2, которую давно знает. Невестка ФИО1 и ее дочь жили в это время в другой квартире в этом же подъезде, но обедать и ночевать ходили к ФИО2, так как в их квартире был ремонт. В 2014 г. Соболева переехала в 

<

адрес>, а Хмелева арендовала для себя иную квартиру, когда съезжала, то забрала водонагреватель, умывальник, ковролин, кухонный гарнитур с мойкой и плиту, происходило все это летом 2014 г., возможно, что-то ФИО2 забрала из квартиры еще в 2015 г., позже.

При определении размера ущерба, причиненного истцу, суд считает возможным принять в качестве доказательства, подтверждающего размер ущерба, отчет об оценке № от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку выводы эксперта основаны на представленных на экспертизу материалах, им сделан соответствующий анализ, заключение соответствует всем необходимым требованиям, является ясным, полным, объективным, мотивированным, не имеющим противоречий, содержит подробное описание проведенного исследования, выполнено специалистом с соответствующей квалификацией, оснований не доверять заключению у суда не имеется. Таким образом, представленный отчет об оценке № содержит подробное описание объекта оценки, фотографии следов повреждений, характеристику причиненных повреждений, перечень работ по устранению ущерба, сведения о стоимости работ и применяемых материалов, в том числе, указание на качество и объем, подробный расчет рыночной стоимости, учитывает при этом суд также и то обстоятельство, что стороной ответчика, сам по себе, указанный отчет в части сделанных выводов, расчета суммы ущерба, его составляющих, возражений не заявлял, вопрос о проведении судебной оценочной экспертизы в рамках указанного дела сторонами также не поднимался. 

Вместе с тем, суд находит заслуживающим внимание доводы ответчика в части того, что часть имущества приобреталось именно ФИО2, что давало ей основания забрать его при своем выселенииСогласно п. 2 ст. 303 ГК РФ владелец, как добросовестный, так и недобросовестный, вправе требовать от собственника возмещения произведенных им необходимых затрат на имущество с того времени, с которого собственнику причитаются доходы от имущества. При этом, добросовестный владелец вправе оставить за собой произведенные им улучшения, если они могут быть отделены без повреждения имущества. Если такое отделение улучшений невозможно, добросовестный владелец имеет право требовать возмещения произведенных на улучшение затрат, но не свыше размера увеличения стоимости имущества (п. 3 ст. 303 ГК РФ). Пункт первый ст. 10 ГК РФ не допускает осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В ходе рассмотрения дела, судом установлено, что в отношении спорной квартиры по адресу: 

<

адрес>, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ собственником выступала ФИО2; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – ФИО19; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – ФИО20; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – ФИО2; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – ФИО19, с ДД.ММ.ГГГГ (на основании судебного акта) – ФИО1 и ФИО21 

Из анализа ранее принятых решений, в частности, согласно выводов, сделанных в решении Канского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу № по иску ФИО1 об устранении препятствий в праве пользования, выселении, снятии с регистрационного учета к ФИО2, следует, что на момент рассмотрения дела – ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 в спорном жилом помещении (

<

адрес> по адресу: 

<

адрес> была зарегистрирована и проживала с 2001 г., что не оспаривалось стороной ответчика, при этом, суд отмечает, что факт перехода прав собственности на указанную квартиру между вышеперечисленными лицами не опровергает установленного обстоятельства в части фактического проживания ответчицы в указанной квартире в спорные периоды времени. 

При этом, суд приходит к выводу, что в период времени с 2007 г. по 2016 г. планировка и обстановка в указанной квартире не видоизменялись, в том числе, в части имеющихся предметов интерьера (кухонной плиты, водонагревателя и т.п.), о чем позволяет говорить сравнительный анализ представленных в материалы дела отчетов об оценки, имеющих отношение к указанной квартире (отчет №/И об определении рыночной стоимости квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, отчет 0279/08-К об оценке рыночной стоимости жилого помещения (для последующей передачи его в залог) от ДД.ММ.ГГГГ; заключение о стоимости № улучшений в квартире от ДД.ММ.ГГГГ) в части данных фотофиксации внутренней обстановки в квартире, и из которых следует, что внешний вид квартиры изнутри, в том числе, в части обстановки в кухне, санузле, явных, видимых визуально, изменений за указанный период с 2007 г. по 2016 г. не претерпел.

В обоснование своей позиции ответчиком ФИО2 в материалы дела были представлены данные (платежные документы, чеки и т.п.) по факту оплаты приобретенных: электроплиты Электролюкс – на сумму 29 289 руб. от ДД.ММ.ГГГГ, кухонной поверхности Аристон – на сумму 22 734 руб. от ДД.ММ.ГГГГ, духового шкафа Бош – на сумму 80 890 руб. от ДД.ММ.ГГГГ, водонагревателя (бойлера) Аристон – на сумму 4 300 руб. от ДД.ММ.ГГГГ 

Вместе с тем, суд полагает, что указанные документы подтверждают достоверно лишь факт того, что в указанные даты ФИО2 приобретала в свою собственность указанное имущество, однако не могут являться доказательством того что, именно они, в указанной стоимости, были изначально установлены в спорной квартире, а в последующем вывезены ответчиком из квартиры при выселении. 

В этой связи суд также не принимает во внимание и представленный стороной истца по делу в качестве доказательства обоснованности требований, ответ на адвокатский запрос, данный директором Агентства недвижимости «Канский жилищный центр» ФИО20, согласно которого при продаже указанной квартиры ДД.ММ.ГГГГ ФИО19, в продажную стоимость входило и все находящееся в ней имущество, за общую цену 3 000 000 руб., в том числе – водонагреватель «Аристон», фаянсовая раковина-тюльпан с пьедесталом, электрическая плита «Электролюкс», со встроенным духовым шкафом и мойку кухонную врезную из нержавеющей стали, покрытие двух комнат-спален ковролином.

Суд при этом отмечает, что указанные данные не соответствуют тем данным, которые указаны в отчете об оценке, который истцом приложен в обоснование материальной части исковых требований, - по отчету речь идет, в частности, о плите электрической (3-4 комфорочной), оцененной в сумме 8 205 руб., водонагревателе TERMEX, 80 л., стоимостью 14 720 руб.; кроме того, ссылка на электрическую плиту «Электролюкс» со встроенным духовым шкафом, упомянутая директором Агентства недвижимости «Канский жилищный центр» ФИО20, на момент продажи квартиры ДД.ММ.ГГГГ, также логически не взаимодействует с данными ответчика в части приобретения ею указанных объектов кухонного интерьера и техники, поскольку факт приобретения ФИО2 указанного имущества датируется датой, позже даты продажи ДД.ММ.ГГГГ – 2012 – 2013 г.г.

Вопреки доводам стороны истца, суд, из анализа содержания договора купли –продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО2 (продавец) и ФИО19 (покупатель) (дата регистрации права ДД.ММ.ГГГГ), равно как и из анализа Акта приема-передачи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, не может сделать достоверного и однозначного вывода о том, что квартира передавалась в собственность ФИО19 с учетом всего имущества, в ней находящегося, в том числе, исходя из наличия между сторонами сделки родственных отношений, предполагающих наличие между сыном и матерью согласованности в порядке фактического пользования и содержания указанной квартирой, предыдущих сделок между этими же сторонами в части передачи друг другу указанной квартиры на праве собственности, в иные периоды времени, а также того факта, что с 2001 г. именно ФИО2 фактичсеки проживала в указанной квартире, до факта её выселения, отмечая при этом, что показания свидетелей, опрошенных в ходе рассмотрения дела, данных выводов суда, по факту не опровергают. 

Таким образом, при разрешении требований истца в части возмещения ущерба, суд полагает возможным исходить из того, что при выселении у ФИО2 имелось право вывезти из квартиры, право пользования которой у неё прекратилось, того имущества, которое являлось её собственностью и могло быть ею вывезено, перемещено без существенного ущерба иному имуществу, в том числе, неотделимым улучшениям, имевшим место в спорной квартире. При этом, суд учитывает, что позиция стороны ответчика, не оспаривавших, в частности, факт демонтажа ковролина, розеток и т.п., исходит из того, что все вывезенное – имущество ответчика, сам факт наличия которого не оспаривался. 

Учитывая, что ни сторона истца, ни сторона ответчика в части имущества и ущерба, вызванного необходимостью восстановления прежнего состоянии квартиры, не представила доказательств, достоверно свидетельствующих о принадлежности именно ей (стороне) на праве собственности указанных объектов (в части имущества), суд полагает возможным при разрешении данной части требований, опираясь, как уже ранее было сказано, на данные, в том числе, фототаблиц, имеющихся в ранее составленных отчетах об оценке рыночной стоимости спорного объекта недвижимости, исходя из сделанного судом вывода о фактическом проживании и пользовании указанной квартирой с 2001 г. ФИО2, и соответственно, наличия в указанной квартире имущества, начиная с 2007 г. (как минимум), что позволяет его отнести к собственности ответчика, из суммы стоимости материалов, включенных в сумму исковых требований (таблица 8.4 Отчета об оценке № 8719), исключить стоимость: водонагревателя – 14 720 руб., мойки с основанием (умывальник «Ромашка» белый с подставкой) – 1 600 руб., смесителя для ванной – 1 600 руб., смесителя для кухни (накладной) – 1 380 руб., плиты электрической – 8 205 руб., а также кухонной мойки врезной – 1 576 руб. и тумбы под раковину (подстолье универсальное) – 1 227 руб., а всего на сумму 30 308 рублей. 

Кроме того, суд, анализируя данные отчета, не может согласиться с включением в стоимость причиненного ущерба стоимости двери входной – 15 045 руб., а также стоимости работ по её монтажу/демонтажу – 2 800 руб. (таблица 8.2 Отчета № 8719), поскольку в части повреждений, отнесенных к основаниям для её замены, указано на отсутствие 1 комплекта ключей от входной двери (таблица 6.1 Отчета № 8719), при этом, данный факт, по мнению суда, не является безоговорочным основанием для замены двери и включения её стоимости в сумму ущерба, в том числе, и по причине того, что в таком виде – с одним комплектом ключей, квартира была передана истцам по Акту от ДД.ММ.ГГГГ, и именно в таком состоянии находилась вплоть до проведения оценки – ДД.ММ.ГГГГ и в последующем.

Таким образом, признавая в остальном за истцами право на возмещение ущерба, причиненного квартире, согласно Отчету об оценке №, в том числе, с учетом выводов, сделаны по решению суда от 30.09.2016 г. по гражданскому делу № 2-2207/2016 по иску ФИО2 к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения, суд полагает необходимым вычесть из общей стоимости заявленного ущерба – 245 000 руб., оговоренные выше суммы, в связи с чем к взысканию с ответчика ФИО2 в пользу истцов в счет возмещения причиненного ущерба подлежит сумма 196 847 рублей (245 000 руб. – 30 308 руб. – 15 045 руб. – 2 800 руб. = 196 847 руб.).

Истцами также были заявлены требования о компенсации морального вреда в сумме 50 000 руб. по тем основаниям, что в результате причинения ущерба состоянию квартиры и необходимостью последующего ремонта, ФИО1 и ее несовершеннолетней дочери ФИО4 причинены нравственные страдания, кроме этого, у ФИО1 ухудшилось общее самочувствие, появилась бессонница и нервное напряжение. 

Разрешая заявленные исковые требования в части компенсации морального вреда, суд учитывает, что в соответствии со ст. ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, гражданин имеет право требовать возмещения морального вреда.

В п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Для применения такой меры ответственности, как компенсация морального вреда, юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья.

Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 1 от 26.01.2010 г. «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Из смысла указанных норм права следует, что для применения предусмотренной ими ответственности необходимо наличие состава правонарушения, который включает в себя наличие вреда и доказанность его размера, противоправность действий и вину причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между действиями ответчика и возникшими у истца неблагоприятными последствиями, чего в данном случае судом установлено не было. 

Кроме того, суд считает необходимым отметить, что действующим законодательством не предусмотрена возможность взыскания компенсации морального вреда при нарушении имущественных прав в связи с причинением повреждений квартиры, кроме того, достоверных доказательств того, что в результате умышленных действий ответчика был причинен вред здоровью истца, также не представлено, в связи с чем в указанной части исковые требования судом остаются без удовлетворения.

Согласно ч.1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Истцом представлены договор № 8719 от 20.05.2019 г. об оказании услуг по оценке, квитанция к приходному кассовому ордеру № 13 от 20.05.2019 г. на сумму 10 000 рублей, квитанции об уплате госпошлины при подаче иска в суд на суммы 300 рублей и 5 650 рублей, квитанция к приходному кассовому ордеру от 07.11.2019 г. по оплате услуг на сумму 5 000 рублей за составление искового заявления, всего истцами понесены расходы на сумму 20 950 руб.

Согласно правовой позиции Конституционного суда РФ, выраженной в Определении от 20.10.2005 г. № 355-0, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым – на реализацию требований ст. 17 (часть 3) Конституции РФ. Согласно положениям п.п. 1, 10 – 13, 28, 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», судебные расходы, состоящие из государственной пошлины, а также издержек, связанных с рассмотрением дела, представляют собой денежные затраты (потери), распределяемые в порядке, предусмотренном главой 7 ГПК РФ. По смыслу названных законоположений, принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу (например, решение суда первой инстанции, судебный акт суда апелляционной, кассационной, надзорной инстанции, которым завершено производство по делу на соответствующей стадии процесса). Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Исследовав обстоятельства по делу, учитывая сложность и характер спора, принимая во внимание, что решением исковые требования истцов удовлетворены частично, руководствуясь принципом разумности и соразмерности, с учетом всей совокупности обстоятельств, суд считает справедливым взыскать с ответчика по делу судебные расходы, которые были вынуждены понести истцы при рассмотрении дела в обоснование своих доводов, в следующем размере: за составление искового заявления 3 500 рублей; за проведенную оценку – 10 000 руб.

При этом, суд также учитывает, что судом требования истцов были удовлетворены в размере 196 847 руб., что пропорционально заявленных исковых требований составляет 80,34% (245 000 руб. заявленной цены иска - к сумме удовлетворенных требований – 196 847 руб.); и, разрешая требования о взыскании судебных расходов, суд исходит из того, что за истцами признается право на частичное удовлетворение требований в части понесенных судебных расходов в рамках рассматриваемого гражданского дела, поскольку, как указывалось выше, согласно ст. 98 ГПК РФ, судебные расходы присуждаются истцу пропорционально той части исковых требований, которые были удовлетворены (80,34%): 10 000 руб. х 80,34% = 8 034 руб. – за оплату услуг оценщика, 3 500 руб. х 80,34% = 2 811,90 руб. – за составление искового заявления). Также с ответчика в пользу истцов, в силу положений ст. 98 ГПК РФ, подлежит взысканию сумма госпошлины - 5 137 руб. (пропорционально сумме удовлетворенных исковых требований материального характера – 196 847 руб.).

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, выступающей в своих интересах и в интересах несовершеннолетней ФИО4, к ФИО2 о возмещении ущерба, компенсации морального вреда, возмещении судебных расходов - удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1, выступающей в своих интересах и в интересах несовершеннолетней ФИО4, в счет возмещения причиненного ущерба – 196 847 рублей, в счет понесенных судебных расходов по оплате услуг оценщика – 8 034 рубля, по оплате юридических услуг за составление искового заявления – 2 811,90 руб., в счет уплаченной суммы госпошлины – 5 137 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований - отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд через Канский городской суд в течение месяца с момента его изготовления в окончательной форме.

Судья Блошкина А.М.

Мотивированное решение изготовлено 29 октября 2020 года