Дело № 2-1-423/2023

64RS0010-01-2023-000364-93

Решение

Именем Российской Федерации

14 сентября 2023 года город Вольск

Вольский районный суд Саратовской области в составе: 

председательствующего судьи Кичатой О.Н.,

при помощнике судьи Визгаловой А.Д., 

с участием прокурора Губецкова В.Н.,

истца ФИО1, его представителя ФИО2, представителя ответчика и третьих лиц С. Е.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации о компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО1 обратился в Вольский районный суд Саратовской области с исковым заявлением к Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации (далее – ФСИН России) о возмещении морального вреда, указав, что приговором Вольского районного суда Саратовской области от ДД.ММ.ГГГГ он был осужден по ч. 3 ст. 30 – п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, ч. 1 ст. 228 УК РФ к 7 (семи) годам 7 (семи) месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима. Освободился по отбытии наказания ДД.ММ.ГГГГ. Мера пресечения в виде заключения под стражу ему была изменена после оглашения приговора, и до вступления приговора в законную силу он был помещен в ФКУ СИЗО-2 г. Вольска Саратовской области. После вступления приговора в законную силу истец был направлен для отбытия наказания в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Саратовской области, расположенной в городе 

<

адрес>. По прибытии в места лишения свободы он был обследован врачами и каких-либо болезней у него выявлено не было, но ввиду того, что у него имелось заболевание 

<

данные изъяты>, он был направлен в ДД.ММ.ГГГГ года в ОТБ-1 УФСИН России по Саратовской области. В ДД.ММ.ГГГГ после года нахождения в ОТБ-1 УФСИН России по Саратовской области ввиду ухудшения здоровья он был обследован, установлен диагноз 

<

данные изъяты>, а после тщательного обследования его здоровья в ОТБ-1 УФСИН России по Саратовской области поставлен диагноз 

<

данные изъяты>. Во время нахождения истца в ОТБ-1 УФСИН России по Саратовской области он содержался совместно с осужденными, больными 

<

данные изъяты> ввиду чего произошло его заражение, так как в соответствии с Порядком организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы, не производилась дезинфекция помещений и мягкого инвентаря. После обнаружения у ФИО1 болезни ему было предложено профилактическое лечение, от которого он не отказался. В ДД.ММ.ГГГГ года для дальнейшего лечения он был направлен в ФКУ ЛИУ-3 УФСИН России по Саратовской области. ДД.ММ.ГГГГ истцу присвоена третья группа инвалидности бессрочно.

Считает, что администрацией ОТБ-1 УФСИН России по Саратовской области были допущены нарушения положений Порядка организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу, утвержденного Приказом Минздравсоцразвития РФ № 640, Минюста РФ № 190 от 17 октября 2005 года в отношении него, он не был отгорожен от осужденных больных 

<

данные изъяты>.

Истец полагает, что в случае, если ФСИН России по Саратовской области не обеспечивает осужденным безопасные условия содержания, то нарушается право на надлежащие условия содержания, умаляет достоинство осужденных в таких условиях. Вследствие такого противоправного бездействия, несоблюдения санитарных норм, неудовлетворительной организации производства профилактических работ, отсутствия контроля за выполнением правил по охране здоровья ухудшается здоровье осужденных.

Истец считает, что полученная им инвалидность наступила в результате халатности должностных лиц ответчика, причиной которой являются грубые нарушения приказов Минздрава РФ.

По мнению истца, получение инвалидности третьей группы в результате заражения диссеминированным туберкулезом легких само по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, как его, так и его родственников и членов семьи, что является так же тяжелейшим событием в его жизни. Семья истца переживала за него, каждый месяц направляла ему лекарственные средства, которые так же стоили больших денег. 

В настоящее время истец не может вернуться к прежнему образу жизни, когда он жил без болезни и инвалидности, не может найти нормальную работу, заниматься спортом, посещать без опаски общественные места, постоянно опасается за свою жизнь и здоровье, так как боится, что его здоровье может ухудшиться еще больше. От этого он испытывает сильные моральные страдания.

Поскольку получение болезни и инвалидности стала сильнейшим психологическим ударом для истца, причинила нравственные и моральные страдания, погубило все дальнейшие планы на жизнь, ФИО1 просит суд взыскать с ответчика в свою пользу в счет компенсации морального вреда 2 000 000 руб.

Истец ФИО1 и его представитель в судебном заседании заявленные исковые требования поддержали, дали суду объяснения аналогичные вышеизложенным, в ходе прошедших судебных заседаний истец также пояснил, что заражение его 

<

данные изъяты> стало возможным также по причине того, что в период нахождения в ФКЛПУ ОТБ-1 УФСИН России по Саратовской области со стороны сотрудников ответчика был допущен его контакт с осужденными больными 

<

данные изъяты> Г. и Х. в связи с чем по указанию врача, пребывая в местах лишения свободы он принимал лекарственное средство 

<

данные изъяты>. При этом ранее до его осуждения приговором суда от ДД.ММ.ГГГГ, он, отбывая наказание в местах лишения свободы, контактировал с лицами, больными 

<

данные изъяты>, однако не заразился. 

Представитель ответчика ФСИН России и третьих лиц УФСИН России по Саратовской области, ФКУ ОТБ-1 УФСИН России по Саратовской области, ФКУ ЛИУ-3 УФСИН России по Саратовской области, ФКУЗ МСЧ-64 ФСИН России ФИО3 в судебном заседании заявленные исковые требования не признала по доводам, изложенным в письменных возражениях на иск, пояснив, что истец имел заболевание 

<

данные изъяты>, а также перенесенное заболевание 

<

данные изъяты> еще до прибытия в места лишения свободы, что является отягчающим фактором риска заболевания 

<

данные изъяты>. Кроме того, стороной истца не представлено доказательств, что заражение произошло именно в период отбывания ФИО1 наказания в ФКУ ОТБ-1 УФСИН России по Саратовской области, в связи с чем вина ответчика в заражении истца отсутствует, оснований для взыскания компенсации морального вреда не имеется.

Представитель третьего лица Министерства финансов РФ в лице УФК по Саратовской области в судебное заседание не явился, о дате и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Руководствуясь положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ), суд посчитал возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав объяснения сторон, их представителей, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования не подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему.

Каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53 Конституции Российской Федерации).

В соответствии с частью 6 статьи 12 Уголовно-исполнительного кодекса РФ осужденные имеют право на охрану здоровья, включая получение первичной медико-санитарной и специализированной медицинской помощи в амбулаторно-поликлинических или стационарных условиях в зависимости от медицинского заключения.

Лечебно-профилактическая и санитарно-профилактическая помощь осужденным к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений и законодательством Российской Федерации (статья 101 Уголовно-исполнительного кодекса РФ).

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Согласно статье 26 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» лица, задержанные, заключенные под стражу, отбывающие наказание в виде ограничения свободы, ареста, лишения свободы либо административного ареста, имеют право на оказание медицинской помощи, в том числе в необходимых случаях в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Согласно статье 2 указанного Федерального закона медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг.

В соответствии с пунктами 2, 3 и 9 части 5 статьи 19 данного Федерального закона пациент имеет право на профилактику, диагностику, лечение, медицинскую реабилитацию в медицинских организация в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям, на получение консультаций врачей-специалистов, а также на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации.

В соответствии со статьей 10 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» качество медицинской помощи обеспечивается применением порядков оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи.

В части 3 статьи 98 указанного Федерального закона установлено, что вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 151 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ), если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Из разъяснений, данных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», следует, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина. 

Моральный вред, в частности, может заключаться в страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (пункт 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33). 

Согласно статье 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению; вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Таким образом, для наступления ответственности по статье 1069 ГК РФ необходимо установить наличие следующих обстоятельств: факт причинения нравственных или физических страданий незаконным действием (бездействием) государственного органа, наступление вреда, наличие причинно-следственной связи между противоправностью действия (бездействия) государственного органа или должностного лица и наступлением вреда в виде нравственных или физических страданий.

При этом в соответствии со статьей 56 ГПК РФ доказательства отсутствия вины должен представить ответчик, а потерпевший в свою очередь представляет доказательства, подтверждающие факт причинения вреда, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В соответствии со статьей 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно статье 1071 ГК РФ в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Как установлено судом и следует из материалов дела, приговором Вольского районного суда Саратовской области от ДД.ММ.ГГГГ был осужден по ч. 3 ст. 30 – п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, ч. 1 ст. 228 УК РФ к лишению свободы с отбыванием наказания в колонии строго режима.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 прибыл в СИЗО-2 УФСИН России по Саратовской области. При осмотре сотрудниками филиала «Медицинская часть № 13» ФКУЗ МСЧ-64 ФСИН России был установлен диагноз: 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 прибыл из ФКУ ИК-7 УФСИН России по Саратовской области в ФКЛПУ ОТБ-1 УФСИН России по Саратовской области.

По данным медицинской документации ДД.ММ.ГГГГ при проведении рентгенологического исследования были выявлены признаки специфического процесса 

<

данные изъяты> истца. На основании установленного диагноза осужденный ФИО1 находился на обследовании и лечении в 

<

данные изъяты> отделении № филиала 

<

данные изъяты> ФКУЗ МСЧ-64 ФСИН России с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: 

<

данные изъяты>

С ДД.ММ.ГГГГ осужденный ФИО1 находился на лечении в ФКУ ЛИУ-3 УФСИН России по Саратовской области. За период нахождения в учреждении был установлен диагноз: 

<

данные изъяты> (ФВК от ДД.ММ.ГГГГ).

Неоднократно, а именно с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находился на обследовании и лечении в филиале «Больница» ФКУЗ МСЧ-64 ФСИН России с диагнозом: 

<

данные изъяты>

В связи с установленным диагнозом ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлена третья группа инвалидности бессрочно.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 убыл в ФКУ ИК-7 УФСИН России для дальнейшего отбытия наказания, освободился по отбытии наказания ДД.ММ.ГГГГ.

Судом также установлено, что с ДД.ММ.ГГГГ года по настоящее время ФИО1 специфического лечения по поводу 

<

данные изъяты> 

<

адрес> не получал, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на прием не являлся. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обращался за консультацией в 

<

данные изъяты>, данных за 

<

данные изъяты> не выявлено.

По мнению истца, его заражение 

<

данные изъяты> в период нахождения в ФКЛПУ ОТБ-1 УФСИН России по Саратовской области стало возможным по причине допущенных сотрудниками учреждения нарушений требований действующего законодательства, поскольку он не был отгорожен от осужденных больных 

<

данные изъяты>, а дезинфекция помещений не проводилась.

В соответствии с частью 1 статьи 24 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» оказание медицинской помощи и обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия в местах содержания под стражей организуются в соответствии с законодательством в сфере охраны здоровья. Администрация указанных мест обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых.

Согласно статье 33 указанного Федерального закона при размещении подозреваемых и обвиняемых, а также осужденных в камере отдельно от других подозреваемых и обвиняемых содержатся больные инфекционными заболеваниями или нуждающиеся в особом медицинском уходе и наблюдении.

В соответствии с п.п. 133, 134, 138, 141 Порядка организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу, утвержденного приказом Министерством здравоохранения и социального развития Российской Федерации № 640, Министерства юстиции Российской Федерации № 190 от 17 октября 2005 года, действовавшего в спорный период, прием подозреваемых, обвиняемых и осужденных в больницу из Учреждений, включающий комплекс мероприятий: лечебно-профилактических, специального учета, режимно-охранных и других мероприятий, осуществляется в установленном порядке. Прием больных в больницу осуществляет оперативный дежурный по Учреждению в присутствии дежурного врача. При приеме поступающего больного указанные выше ответственные лица проверяют наличие необходимой медицинской и иной документации. Дежурный врач принимает всю медицинскую документацию и перед осмотром больного изучает ее. Все поступающие в стационар в обязательном порядке проходят санитарную обработку, переодеваются в больничную одежду и обеспечиваются необходимым бельем.

Дежурный врач, изучив сопроводительную документацию, производит тщательный телесный осмотр и исследование психического и соматического состояния больного, оценивает наличие у него медицинских показаний для госпитализации в больницу, устанавливает предварительный диагноз заболевания.

После установления предварительного диагноза болезни врач делает необходимые лечебные назначения и направляет больного в соответствующее отделение.

Больные с особо опасными инфекциями или с подозрением на них изолируются на месте с проведением необходимого комплекса противоэпидемических мероприятий. Больные с подтвержденным диагнозом особо опасной инфекции переводятся в специализированный стационар.

Согласно п. 131 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 03 ноября 2005 года № 205, действовавших в спорный период, в лечебно-профилактических учреждениях осужденные, больные инфекционными заболеваниями, содержатся раздельно по видам инфекций и отдельно от больных, проходящих лечение по поводу неинфекционных заболеваний.

Пунктом 324 данных Правил предусмотрено, что группы риска по заболеванию туберкулезом формируются для проведения дополнительных диагностических мероприятий (включает клинический минимум исследований на туберкулез) из лиц, имеющих отягощающие факторы, к которым относятся, в том числе, пневмония, заболевание ВИЧ-инфекцией. 

Так, в ФКЛПУ ОТБ-1 УФИН России по Саратовской области предусмотрено раздельное содержание осужденных от больных с туберкулезом и больных другими заболеваниями. Туберкулезное и инфекционное отделения изолированы друг от друга. 

После поступления в ФКЛПУ ОТБ-1 УФИН России по Саратовской области истец был осмотрен врачом и с учетом установленного диагноза размещен в инфекционном отделении.

За период с ДД.ММ.ГГГГ год вспышек инфекционных заболеваний внутрибольничных инфекций зарегистрировано не было.

Доводы истца о том, что в период нахождения в ФКЛПУ ОТБ-1 УФСИН России по Саратовской области со стороны сотрудников ответчика был допущен его контакт с осужденными больными 

<

данные изъяты> Г. и Х. своего объективного подтверждения не нашли.

Действительно, исходя из списков осужденных «отряд № 1» по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 содержался в одном отряде с осужденным Х. 

Однако, согласно справке ФГУЗ МСЧ-64 ФСИН России осужденный Х. в периоды с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ поступал в ФКЛПУ ОТБ-1 УФСИН России по Саратовской области для прохождения лечения, каждых раз был осмотрен дежурным врачом, в условиях стационара ему проводилось комплексное обследование, по результатам которого данные за 

<

данные изъяты> отсутствовали.

Согласно объяснениям истца, он регулярно общался с осужденным Г. когда в учреждении устраивали концерты самодеятельности. 

Осужденный Г. находился на стационарном лечении в филиале «

<

данные изъяты> больница» ФКУЗ МСЧ-64 ФСИН с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом 

<

данные изъяты>, получал стационарное лечение в 

<

данные изъяты> легочном отделении № в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. В указанный период являлся бациллярным больным (опасным для окружающих), постоянно выделял 

<

данные изъяты>, поэтому находился в изолированном отделении для бациллярных больных. Передвижение по территории ОТБ-1 для различных исследований осуществлял в сопровождении сотрудников больницы.

По сведениям ГУ ОПФ по Саратовской области ФИО1 осуществляя трудовую деятельность в ФКЛПУ ОТБ-1 УФСИН России по Саратовской области в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Согласно объяснениям истца он работал в библиотеке.

Как установлено судом, в ФКЛПУ ОТБ-1 УФСИН России по Саратовской области организовано пять кружков, в том числе «Художественная самодеятельность» и «Литературный» (библиотека), посещение которых возможно только осужденными, не имеющими заболеваний, представляющих опасность для окружающих. Однако, посещение кружков осужденными, находящимися в 

<

данные изъяты> отделениях, запрещено. Литература для таких осужденных хранится в отделениях ТЛО, перемещение литературы из вышеуказанных отделений не допускается. 

Библиотека расположена на втором этаже нежилого помещения, имеющего три входа (в библиотеку, в столовую и в отдел воспитательной работы). Вывод осужденных в столовую и библиотеку производится согласно утвержденному графику и под контролем администрации учреждения. Пересечение осужденных с разными формами заболеваний и содержащихся в разных отделениях не представляется возможным ввиду локализации осужденных.

Более того, ФКЛПУ ОТБ-1 УФСИН России по Саратовской области является режимным учреждением, в котором самостоятельное передвижение спецконтингента не допускается.

Допустимых и достоверных доказательств обратного истцом в нарушение положений статьи 56 ГПК РФ суду представлено не было.

Учитывая изложенное, доводы истца о контакте с больными 

<

данные изъяты> во время его пребывания в ФКЛПУ ОТБ-1 УФСИН России по Саратовской области, в том числе в период осуществления им трудовой деятельности в данном учреждении, признаются судом несостоятельными. 

Необоснованным является и довод истца о непроведении дезинфекции помещений учреждения, поскольку в силу положений статьи 36 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» проведение уборки в камерах является обязанностью подозреваемых и обвиняемых. 

График проведения дезинфекционной обработки предусмотрены распорядком дня для различных категорий осужденных, утвержденным приказом ФКЛПУ ОТБ-1 УФИН России по Саратовской области в соответствующий период отбывания истцом наказания в данном учреждении. 

Истцом не отрицалось, что обработка помещений, в которых он содержался, осуществлялась самими осужденными. При этом каких-либо жалоб на отсутствие дезинфицирующих средств либо уборочного инвентаря от ФИО1 не поступало.

Согласно представленным в материалы дела справкам по результатам проверки санитарно-противоэпидемического обеспечения в ФКЛПУ ОТБ-1 УФСИН России по Саратовской области от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ установлено удовлетворительное общее санитарное состояние учреждения (в том числе, карантинное, соматическое и 

<

данные изъяты>). 

По данным журнала учета предложений, заявлений и жалоб подозреваемых, обвиняемых, осужденных и лиц, содержащихся под стражей за 2015 год, представленным ФКЛПУ ОТБ-1 УФСИН России по Саратовской области, от осужденного ФИО1 в канцелярию учреждения никаких жалоб не поступало, в 2016 году от ФИО1 в канцелярию поступили на регистрацию и были направлены по принадлежности семь документов, в 2017 году – три документа, в 2019 году – один документ. За 2017, 2019 годы осужденный ФИО1 с жалобами или обращениями на условия содержания в ФКЛПУ ОТБ-1 УФСИН России по Саратовской области не обращался. 

Из данных истцом в судебном заседании объяснений следует, что все поданные им жалобы и заявления были связаны с обжалованием вынесенного в отношении него приговора суда.

В целях установления юридически значимых обстоятельств, а именно, определения соответствия оказанной в период нахождения ФИО1 в ОТБ-1 медицинской помощи, а также наличия причинно-следственной связи между заболеванием истца 

<

данные изъяты> в ДД.ММ.ГГГГ году и действиями работников ФСИН России, по ходатайству истца по делу была назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам государственного учреждения здравоохранения «Бюро судебно-медицинских экспертиз Министерства здравоохранения и социальной поддержки Саратовской области».

Так, согласно заключению судебной медицинской экспертизы № от 30 июня 2023 года по прибытии ФИО1 в ДД.ММ.ГГГГ года в учреждения ФСИН медицинскими сотрудниками ФСИН сразу был установлен диагноз: 

<

данные изъяты>. В ДД.ММ.ГГГГ у осужденного был выявлен 

<

данные изъяты>. Дата подачи извещения на больного с впервые в жизни установленным диагнозом 

<

данные изъяты> - ДД.ММ.ГГГГ. По представленной множественной документации, в том числе медицинской карты стационарного больного, распечаток компьютерных томограмм, дефектов в оказании специализированной фтизиатрической медицинской помощи не установлено. Пациент получал в полном объеме необходимые лечебные процедуры в целях профилактики, диагностики и лечения 

<

данные изъяты>. Оказание медицинской помощи соответствует Порядку оказания медицинской помощи больным 

<

данные изъяты>, утвержденному Приказом Министерства здравоохранения РФ от 15 ноября 2012 года № 932н. Источник заражения возбудителем 

<

данные изъяты> ФИО1 установить невозможно, так как 

<

данные изъяты> вместе с другими вторичными заболеваниями, которые были у пациента в момент поступления во ФСИН, является частой ко-инфекцией. При поступлении во ФСИН у ФИО1 уже был диагностирован 

<

данные изъяты>. ФИО1 до отбывания наказания мог быть инфицирован 

<

данные изъяты>, а затем инфицирование перешло в болезнь. При 

<

данные изъяты> риск развития 

<

данные изъяты> у человека составляет 10% в год, то есть 

<

данные изъяты> является частым вторичным заболеванием при 

<

данные изъяты> и развивается, несмотря на профилактические мероприятия. ФИО1 излечился от 

<

данные изъяты>, о чем свидетельствует его снятие с диспансерного наблюдения фтизиатрической службой в ДД.ММ.ГГГГ. Инфицирование микобактериями 

<

данные изъяты> ФИО1 могло произойти до поступления в систему ФСИН России.

Заключение экспертов соответствует положениям статьи 86 ГПК РФ, выводы экспертов не вызывают сомнений в правильности. Оснований не доверять указанному экспертному заключению у суда не имеется. Оно имеет исследовательскую и мотивировочную части, выводы экспертов носят однозначный характер, последовательны и согласуются с иными собранными по делу доказательствами. При проведении экспертизы эксперты предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Экспертами даны аргументированные ответы на поставленные вопросы, в заключении полно и всесторонне описан ход и результаты исследования, которые не допускают неоднозначного толкования, в связи с чем принимается судом в качестве допустимого доказательства.

Исследовав и оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности по правилам статей 55, 67, 71 ГПК РФ, учитывая вышеизложенные положения закона, заключение судебной медицинской экспертизы, суд приходит к выводу о недоказанности истцом факта заболевания 

<

данные изъяты> вследствие ненадлежащих условий содержания в ФКЛПУ ОТБ-1 УФСИН России по Саратовской области.

При этом суд также учитывает, что претензий к качеству оказанной ему медицинской помощи в ФКЛПУ ОТБ-1 УФСИН России по Саратовской области, в том числе после установления ему диагноза 

<

данные изъяты>, у истца не имеется, ФИО1 не отрицал, что в связи с имеющимися у него на момент поступления в учреждение заболеваниями он периодически проходил медицинские обследования, а в случае выявления у кого-либо из осужденных опасного для окружающих заболевания 

<

данные изъяты>, остальным осужденным выдавали препарат 

<

данные изъяты> После установления истцу диагноза 

<

данные изъяты> он также получал необходимое лечение, что, учитывая выводы заключения судебно-медицинской экспертизы, свидетельствует о принятии ответчиком исчерпывающих мер, направленных на оказание надлежащей медицинской помощи ФИО1 

Сам факт выявления у истца заболевания 

<

данные изъяты> во время отбывания наказания в местах лишения свободы не может служить бесспорным доказательством того, что исправительное учреждение является причинителем вреда, и того, что заболевание возникло у истца вследствие его ненадлежащего содержания в исправительном учреждении.

Более того, согласно объяснениям истца, ранее до его осуждения приговором суда от ДД.ММ.ГГГГ, он, отбывая наказание в местах лишения свободы, контактировал с лицами, больными 

<

данные изъяты>.

Принимая во внимание заключение судебной медицинской экспертизы, согласно которому источник заражения возбудителем 

<

данные изъяты> ФИО1 установить невозможно, так как 

<

данные изъяты> вместе с другими вторичными заболеваниями, которые были у пациента в момент поступления во ФСИН, является частой ко-инфекцией, а также вывод о том, что инфицирование микобактериями 

<

данные изъяты> ФИО1 могло произойти до поступления в систему ФСИН, суд не усматривает причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившими неблагоприятными последствиями для истца - наличием заболевании.

При таких обстоятельствах правовых оснований для возложения на ответчика обязанности по компенсации истцу морального вреда не имеется.

В соответствии со статьей 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 ГПК РФ. 

В силу абзаца 2 статьи 94 ГПК РФ к судебным издержкам относятся суммы, подлежащие выплате экспертам.

Частью 3 статьи 95 ГПК РФ установлено, что эксперты получают вознаграждение за выполненную ими по поручению суда работу, если эта работа не входит в круг их служебных обязанностей в качестве работников государственного учреждения. 

Определением суда от 08 июня 2023 года по ходатайству истца по делу была назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено экспертам государственного учреждения здравоохранения «Бюро судебно-медицинских экспертиз Министерства здравоохранения и социальной поддержки Саратовской области». При этом с учетом материального положения ФИО1 был освобожден от несения расходов по оплате услуг эксперта, оплата расходов по проведению судебной экспертизы была возложена на Управление Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации в Саратовской области за счет средств федерального бюджета.

Вместе с заключением судебно-медицинской экспертизы в суд было направлено ходатайство экспертного учреждения о возмещении понесенных расходов в связи с проведением судебной экспертизы. 

В соответствии со счетом-фактурой и актом выполненных работ от 26 июля 2023 года стоимость проведенной экспертизы по делу составила 44 200 руб., которые в силу вышеуказанных обстоятельств подлежат взысканию с Управления Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации в Саратовской области.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации о компенсации морального вреда отказать.

Взыскать с Управления Судебного департамента в Саратовской области (ИНН №) расходы по проведению судебной экспертизы в размере 44 200 (сорок четыре тысячи двести) рублей в пользу государственного учреждения здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Министерства здравоохранения Саратовской области (410071, 

<

...> здание № 177, строение 1, ИНН №, КПП №, расчетный счет №, корр./счет № в отделении Саратов // УФК по Саратовской области г. Саратов, получатель Министерство финансов Саратовской области «ГУЗ БСМЭ МЗ СО» 039.03.045.2»).

Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Вольский районный суд Саратовской области.

Председательствующий О.Н. Кичатая

мотивированное решение изготовлено 21 сентября 2023 года