РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 октября 2017 года г.Волгодонск 

Волгодонской районный суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи - Кантовой Т.В., 

при секретаре судебного заседания – Тамазян Р.Э.,

с участием:

представителя истца – ФИО1,

ответчика – ФИО2, 

с извещением лиц, участвующих в деле, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО2, о защите деловой репутации арбитражного управляющего, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО3 обратилась в суд с иском о взыскании с ФИО2 300000 рублей в счет компенсации морального вреда, причиненного ей в результате распространения сведений, порочащих её деловую репутацию как арбитражного управляющего. Истец просит также признать сведения, сообщенные ФИО2 в МСК СРО ПАУ «Содружество» не соответствующими действительности и порочащими её деловую репутацию арбитражного управляющего; обязать ответчика опровергнуть распространенные сведения тем же способом, которым они были распространены – путем направления соответствующего заявления в СРО; возместить ей судебные расходы по оплате государственной пошлины.

В обоснование заявленных требований ФИО3 указала, что является индивидуальным предпринимателем и арбитражным управляющим и членом Ассоциации «Межрегиональная Северо-Кавказская Саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих «Содружество». 17.07.2017 года ФИО2 обратилась в СРО с заявлением о проведении в отношении неё проверки, в связи с нарушением действующего законодательства. Указанные ответчиком сведения касаются её профессиональной предпринимательской деятельности, однако ничем не подтверждаются и порочат её деловую репутацию, нанося тем самым ущерб её взаимоотношениям с СРО, с клиентами. В связи с обращением ответчика, в отношении неё была проведена внеплановая проверка. Заявляет, что обращение ФИО2 в СРО нарушает её права и законные интересы в сфере предпринимательской деятельности, в том числе парализует её деятельность как арбитражного управляющего. Для неё наступили неблагоприятные последствия, она испытывает сильные переживания по поводу того, что распространенные ФИО2 сведения могут привести к разрыву её отношений с контрагентами и, как следствие, к ухудшению её финансового положения, благополучию всей семьи. В результате действий ответчика у неё сформировалось ложное чувство вины, повлекшее длительные нравственные страдания, компенсацию которых она оценивает в 300000 рублей. со ссылкой на ст.ст.151, 152, 1099-1101 ГК РФ просит удовлетворить вышеуказанные исковые требования.

В судебное заседание ФИО3 не явилась, о времени и месте судебного разбирательства уведомлена надлежащим образом, свое право на ведение дела реализовала посредством участия представителя – действующего на основании доверенности ФИО1 С учетом мнения участников процесса, дело рассмотрено в отсутствие истца, по правилам ст.167 ГПК РФ. 

Представитель истца, ФИО1, в судебном заседании –поддержал требования и доводы своего доверителя. Дополнительно пояснил, что факт распространения порочащих арбитражного управляющего ФИО3 сведений подтверждается обращением ответчика в СРО. При этом не оспаривал, что СРО является органом, контролирующим деятельность его членов - арбитражных управляющих. Пояснил, что истец является членом СРО с 2015 года. В своем обращении в СРО ответчик обвинил его доверителя в подделке документов для суда, в умышленном введении суда в заблуждение и прочих порочащих поступках, что не соответствует действительности. Размер компенсации морального вреда обосновал утратой доверия со стороны СРО к ФИО3 вследствие обращения ФИО2 В настоящее время СРО не распределяет дела его доверителю, что приводит к душевным страданиям и нравственным переживаниям истца. Настаивал на удовлетворении иска в полном объеме. 

ФИО2 в судебном заседании заявила о необоснованности исковых требований. Не отрицала факта своего обращения 17.07.2017 года в СРО с заявлением о проведении проверки в отношении её члена - арбитражного управляющего ФИО3, относительно деятельности ответчика в рамках арбитражного дела № А53-17839/2016. Пояснила, что она являлась представителем кредитора Ч. в рамках указанного дела о банкротстве Л., финансовым управляющим которого была назначена ФИО3 Вместе с тем, заявила, что её обращение является обращением в контролирующий орган и содержит лишь просьбу о проверке деятельности арбитражного управляющего с целью установления наличия либо отсутствия нарушений действующего законодательства. При этом утверждений, порочащих деловую репутацию ФИО3, данное обращение не содержит. Ей также не понятно, какие конкретно права и законные интересы ответчика она нарушила своим обращением к руководству организации, являющейся контролирующим органом. Полагает, что доводы истца о распространении порочащих деловую репутацию ФИО3 сведений не доказаны. Просила отказать в удовлетворении иска. 

Свидетель ФИО4 в ходе судебного разбирательства подтвердил доводы ответчика о том, что ФИО2 с мая 2017 года является его представителем в рамках дела, рассматриваемого Арбитражным судом Ростовской области о банкротстве Л. Ему известно, что конкурсным управляющим должника назначена ФИО3 Со слов самого Л. ему также известно, что ФИО3 является знакомой должника. Насколько близко знакомы Л. и ФИО3 он пояснить не может, поскольку ему это не известно. Об этом он рассказывал своему представителю – ФИО2 Личного участия в судебных заседаниях Арбитражного суда он участия не принимал, но со слов ФИО2 ему стало известно, что арбитражный управляющий ФИО3 предоставила суду выписки из ЕГРН, в которых отсутствуют сведения об обременениях принадлежащего Л. имущества, являющегося залогом (ипотекой) в его пользу. Пояснил также, что не поручал ФИО2 обращаться с какими-либо заявлениями в СРО.

Выслушав пояснения участников процесса, изучив письменные материалы дела, суд дал оценку представленным доказательствам по правилам ст.67 ГПК РФ и приходит к следующему.

Как закреплено в ст.29 Конституции РФ, каждому гарантируется свобода мысли и слова, а также свобода массовой информации.

Вместе с тем, ст.23 Конституции РФ установлено, что каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени.

В соответствии со ст.150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии со ст.152 ГК РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.

В соответствии с п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» по делам данной категории обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 ГК РФ значение для дела, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

В пункте 9 выше указанного Постановления разъяснено, что в силу пункта 1 статьи 152 ГК РФ обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО3 с 02.02.2016 года зарегистрирована в установленном законом порядке в качестве индивидуального предпринимателя, основным видом деятельности которой, согласно выписке из ЕГРИП, является консультирование по вопросам коммерческой деятельности и управления (л.д.11-13).

24.08.2015 года арбитражный управляющий ФИО3 была принята в члены Ассоциации «МСК СРО ПАУ «Содружество», номер в реестре Ассоциации № 371 (л.д.8).

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 07.04.2017 года по делу № А53-17839/16 в отношении Л. была введена процедура реализации имущества гражданина сроком до 27.09.2017 года. Член саморегулируемой организации Ассоциация «Межрегиональная Северо-Кавказская саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих «Содружество» ФИО3 утверждена финансовым управляющим Л. (л.д.44-47).

Исковые требования обоснованы тем, что 17.07.2017 года ФИО2 распространила порочащие деловую репутацию истца сведения путем обращения в Ассоциацию «МСК СРО ПАУ «Содружество» с заявлением следующего содержания:

- «…однако данный арбитражный управляющий достоверно зная, так как имелись соответствующие документы, умышленно внесла в конкурсную массу, подделав документы для суда, имущество которое обременено залогом (ипотекой), но в суд предоставила документы без обременения…»;

- «…То есть данная арбитражная управляющая умышленно ввела суд в заблуждение по факту принадлежности имущества должнику и, в связи с введением в заблуждение, получила судебный акт о внесении данного имущества в конкурсную массу должника…»;

- «При данных обстоятельствах или данная гражданка не компетентна в своей трудовой деятельности или умышленно занимается не совсем законными методами вывода имущества у должников…»;

- «Также прошу обратить внимание, что гр.ФИО3 состоит в родственных отношениях с должником Л. и представляет его интересы в суде не объективно, заинтересована не в выведении должника из стадии банкротства, а наоборот, так как предоставляются договора между родственниками о займах, которые она признает без дополнительных проверок по безденежности…». 

ФИО2 признала факт данного обращения в Ассоциацию «МСК СРО ПАУ «Содружество» с заявлением указанного содержания, вместе с тем, требования истца считает необоснованными.

Суд считает заслуживающими внимания доводы ответчика об отсутствии факта распространения сведений, порочащих деловую репутацию арбитражного управляющего ФИО3

В соответствии со ст.ст.21, 22 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ (ред. от 29.07.2017) "О несостоятельности (банкротстве)» саморегулируемая организация арбитражных управляющих обязана рассматривать жалобы на действия члена саморегулируемой организации, исполняющего обязанности арбитражного управляющего в деле о банкротстве и применять меры дисциплинарного воздействия, предусмотренные настоящим Федеральным законом и внутренними документами саморегулируемой организации, в отношении своих членов, в том числе исключение из членов саморегулируемой организации, соблюдать утвержденный в соответствии с настоящим Федеральным законом порядок применения мер дисциплинарного воздействия и порядок рассмотрения дел о нарушении членами саморегулируемой организации требований настоящего Федерального закона, других федеральных законов, иных нормативных правовых актов Российской Федерации, федеральных стандартов, стандартов и правил профессиональной деятельности. 

Положения п. п. 10 - 14 статьи 21 указанного Закона определяют порядок применения мер дисциплинарного воздействия в отношении членов СРО арбитражных управляющих. 

Общие нормы, регламентирующие применение мер дисциплинарного воздействия в отношении членов СРО, закреплены в ст. 10 Закона, согласно ч. 1 которой орган по рассмотрению дел о применении в отношении членов СРО мер дисциплинарного воздействия рассматривает жалобы на действия членов СРО и дела о нарушении ее членами требований стандартов и правил предпринимательской или профессиональной деятельности, условий членства в СРО.

В настоящее время действует ФЕДЕРАЛЬНЫЙ СТАНДАРТ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ САМОРЕГУЛИРУЕМЫХ ОРГАНИЗАЦИЙ АРБИТРАЖНЫХ УПРАВЛЯЮЩИХ "ПРАВИЛА ПРОВЕДЕНИЯ САМОРЕГУЛИРУЕМОЙ ОРГАНИЗАЦИЕЙ АРБИТРАЖНЫХ УПРАВЛЯЮЩИХ ПРОВЕРОК ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ЧЛЕНОВ САМОРЕГУЛИРУЕМОЙ ОРГАНИЗАЦИИ В ЧАСТИ СОБЛЮДЕНИЯ ТРЕБОВАНИЙ ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА "О НЕСОСТОЯТЕЛЬНОСТИ (БАНКРОТСТВЕ)", ДРУГИХ ФЕДЕРАЛЬНЫХ ЗАКОНОВ, ИНЫХ НОРМАТИВНЫХ ПРАВОВЫХ АКТОВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, ФЕДЕРАЛЬНЫХ СТАНДАРТОВ, СТАНДАРТОВ И ПРАВИЛ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ", утвержденный Приказом Минэкономразвития России от 03.07.2015 N 432, который определяет основания и порядок проведения СРО арбитражных управляющих проверки деятельности своих членов в качестве арбитражных управляющих, а также права и обязанности арбитражных управляющих при проведении СРО проверки их деятельности.

Согласно п.1.4 указанного Стандарта, проверка профессиональной деятельности осуществляется в форме плановых и внеплановых проверок и является основным методом контроля и анализа профессиональной деятельности членов саморегулируемой организации.

Основаниями для проведения внеплановой проверки являются:

- поступившие в адрес саморегулируемой организации жалобы (обращения) федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации или органов местного самоуправления, в которых указаны факты нарушения арбитражным управляющим требований Закона о банкротстве, других федеральных законов, иных нормативных правовых актов Российской Федерации, федеральных стандартов, стандартов и правил профессиональной деятельности;

- поступившие в адрес саморегулируемой организации оригиналы жалоб (обращений) или их копии из федерального органа исполнительной власти, уполномоченного Правительством Российской Федерации на осуществление функций по контролю (надзору) за деятельностью саморегулируемых организаций арбитражных управляющих (далее - орган по контролю (надзору));

- поступившие в адрес саморегулируемой организации оригиналы жалоб (обращений) на действия (бездействие) арбитражного управляющего, содержащие факты нарушения арбитражным управляющим требований Закона о банкротстве, других федеральных законов, иных нормативных правовых актов Российской Федерации, федеральных стандартов, стандартов и правил профессиональной деятельности саморегулируемой организации;

- обращение члена специализированного органа по контролю при выявлении фактов нарушений (п.3.1 Стандарта).

Согласно п.3.10 Стандарта, саморегулируемая организация в течение тридцати дней с даты поступления в саморегулируемую организацию оригинала жалобы (обращения) либо копии жалобы (обращения), поступившей из органа по контролю (надзору), направляет заявителю подписанный руководителем саморегулируемой организации ответ о результатах рассмотрения жалобы (обращения), содержащий обоснованные и аргументированные выводы со ссылками на нормы Закона о банкротстве, 

других федеральных законов, иных нормативных правовых актов Российской Федерации, федеральных стандартов, стандартов и правил профессиональной деятельности.

О распространении порочащих деловую репутацию сведений иным способом, истец не заявляет.

Суд считает необходимым также отметить, что при решении вопроса о том, носят ли оспариваемые истцом сведения порочащий характер, а также для оценки их восприятия с учетом того, что распространенная информация может быть доведена до сведения третьих лиц различными способами (образно, иносказательно, оскорбительно и т.д.), следует получить заключение специалиста.

Судом был вынесен на обсуждение сторон вопрос о необходимости получения подобного рода заключения, а именно о назначении лингвистической экспертизы. Однако представитель истца заявил об отсутствии необходимости получения его доверителем дополнительного доказательства своих доводов в виде заключения судебной лингвистической экспертизы. 

Ответчик также не просила о назначении судебной лингвистической экспертизы, указав на обязанность истца по доказыванию порочащего характера спорных сведений.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. 

Не смотря на то, что ответчик не предоставила суду допустимые доказательства соответствия действительности сведений, указанных в адресованном СРО заявлении от 17.07.2017 года, требования ФИО3 по мнению суда, являются необоснованными.

Оценка фактов, относящихся к делу о распространении той или иной информации, исходя из значимости в жизни общества права на свободу мысли, совести и религии предполагает необходимость при рассмотрении дела судом использования специальных знаний, что требует проведения экспертизы.

Руководствуясь принципом состязательности сторон, с учетом позиции истца, в лице его представителя ФИО1, суд не усматривает оснований для назначения судебной лингвистической экспертизы по своему усмотрению и возложению судебных расходов на федеральный бюджет (ч.2 ст.96 ГПК РФ).

С учетом положений статьи 10 Конвенции и статьи 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующих каждому право на свободу мысли и слова, а также позиций Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 ГК РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности (пункт 9 постановления Пленума от 24 февраля 2005 г. N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц").

Таким образом, истцом не предоставлены суду допустимые доказательства такому юридически значимому обстоятельству, как порочащему характеру распространенных 17.07.2017 года ФИО2 сведений, то есть тому, что спорная информация является утверждением о фактах, а не оценочным субъективным суждением, мнением и убеждением ответчика.

С учетом вышеуказанных законоположений, применительно к установленным судом обстоятельствам, суд считает несостоятельными доводы ФИО3 о причинении ей морального вреда ответчиком вследствие распространения порочащих её деловую репутацию сведений путем обращения 17.07.2017 года с заявлением в контролирующий профессиональную деятельность арбитражных управляющих орган, членом которого истец является, - в Ассоциацию «МСК СРО ПАУ «Содружество». 

Таким образом, нарушение ответчиком личных неимущественных прав ФИО3 либо иных прав, которыми наделен конкурсный управляющий, имеющий публично-правовой статус, не нашло своего подтверждения в судебном заседании, в связи с чем законные основания для возложения на ФИО2 мер гражданско-правовой ответственности и, соответственно, удовлетворения основного и производных исковых требований отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО3 к ФИО2, о защите деловой репутации арбитражного управляющего, компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Волгодонской районный суд Ростовской области в течение месяца со дня принятия судьей решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 30.10.2017 года.