Санкт-Петербургский городской суд

Рег. № 22-2577/19 

Дело № 1- 462/18 Судья Власкина О.Л. 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 11 сентября 2019 года 

Судья судебной коллегии по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда Проценко Г.Н.

с участием прокурора отдела прокуратуры Санкт-Петербурга Михайловой Е.Н.

адвоката Вольвачева С.А.

осужденного ФИО1 

потерпевшей М.К. 

при секретаре Кривенко В.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании 11 сентября 2019 года апелляционную жалобу осужденного ФИО1 и дополнение к ней на приговор Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга от 25 декабря 2018 года, которым 

ФИО1, родившийся 

<

дата> в 

<

...>, гражданин РФ, зарегистрированный в Санкт- Петербурге по адресу: 

<

адрес>, проживающий в Санкт- Петербурге по адресу: 

<

адрес>,с высшим образованием, 

<

...>, являющийся 

<

...>, имеющий 

<

...>, ранее не судимый, осужденный 25 декабря 2017 года мировым судьей судебного участка № 94 Санкт- Петербурга по ст. 119 ч.1 УК РФ к 80 часам обязательных работ,

осужден по п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на один год, с применением ст. 73 УК РФ, условно, с испытательным сроком один год, с обязанием не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего исправление осужденного.

Приговор мирового судьи судебного участка № 94 Санкт-Петербурга от 25.12.2017 года постановлено исполнять самостоятельно. 

Заслушав доклад судьи Проценко Г.Н., выступления осужденного ФИО1, адвоката Вольвачева С.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Михайловой Е.Н., полагавшей приговор суда изменить, суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО1 признан виновным и осужден за совершение кражи, то есть тайного хищения чужого имущества с причинением значительного ущерба гражданину, а именно : в период времени с 19 часов 00 минут до 23 часов 00 минут 02 апреля 2017 года, ФИО1, имея умысел на тайное хищение чужого имущества, из корыстных побуждений путем свободного доступа, находясь в 

<

адрес>, тайно похитил из комнаты М.К. телевизор «Самсунг», стоимостью 12 999 рублей, принадлежащий последней, после чего скрылся с места преступления, распорядившись похищенным имуществом по своему усмотрению, причинив своими действиями М.К. материальный ущерб на указанную сумму.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней осужденный ФИО1 просит отменить приговор суда и вынести в отношении него оправдательный приговор в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

В обоснование апелляционной жалобы осужденный ФИО1 указывает, что суд грубо нарушил уголовно-процессуальное и уголовное законодательство, в том числе, ст. 17, 47 УПК РФ. 

Полагает, что имеющееся в материалах дела (том 1 л.д. 9-12) постановление дознавателя М.Е. о квалификации его действий по ст. 158 ч. 2 пункт «в» УК РФ ничтожно и не имеет юридической силы. Указанное постановление вынесено неуполномоченным лицом, так как в деле отсутствуют процессуальные документы о поручении производства дознания М.Е. и о принятии уголовного дела к производству, как того требует ч. 2 ст. 156 УПК РФ. Принесенные дознавателем в судебное заседание упомянутые документы, необоснованно приобщенные судом по ходатайству дознавателя, при её допросе в качестве свидетеля, к рассматриваемым материалам дела, не придают юридическую силу упомянутому незаконному постановлению дознавателя о квалификации его действий. Уголовно-процессуальный закон не предусматривает восполнение судом таких нарушений норм законодательства в ходе предварительного расследования. 

Обращает внимание, что поскольку уголовное дело по признакам кражи не возбуждено, он считает, что все следственные и иные процессуальные действия и решения, проведенные с участием и в отношении него, ФИО1, являются недопустимыми доказательствами, и не могут быть положены в основу его обвинения, как проведенные вне рамок возбужденного уголовного дела. 

Считает, что судом не учтены положения пунктом 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29 "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое". Указывает, что телевизор из своей квартиры на съемную квартиру он взял на время, не с корыстной целью, а по просьбе 

<

...>, проживающей с ним до решения вопроса о разделе имущества. При этом он предполагал, что имеет на это право, и считал, что берет телевизор, приобретенный 

<

...> с потерпевшей. В его действиях отсутствовал умысел на хищение, поэтому в его действиях отсутствует состав преступления, по которому он был незаконно осужден.

Полагает, что по делу не установлена остаточная стоимость спорного телевизора. Противоречия в стоимости телевизора не устранены, судебно-товароведческая экспертиза стоимости телевизора как в ходе предварительного расследования, так и в суде первой инстанции не проводилась, несмотря на ходатайства защиты, чем была нарушена ст. 159 УПК РФ и право, как подсудимого на защиту. Выяснение реальной стоимости телевизора могло существенным образом поменять квалификацию по данному делу или вовсе исключить уголовную наказуемость.

В связи с тем, что осмотр места происшествия-квартиры принадлежащей осужденному на праве собственности, был проведен 3 апреля 2017 г. без его участия (том 1, л.д.72-74), как того требует ч.5 ст. 177 УПК РФ, чем была нарушена неприкосновенность жилища, гарантированная ст. 25 Конституции Российской Федерации, при вынесении приговора незаконно в качестве доказательства был признан протокол осмотра и изъятые при этом документы на телевизор, хотя в соответствии со статьями 7 и 75 УПК РФ, они должны были быть признаны судом недопустимыми доказательствами.

Обращает внимание, что дознавателем предоставлен не подлинник, а копия постановления, заверенная подписью дознавателя и печатью УМВД, в связи с чем считает, что постановление вынесено неуполномоченным лицом. 

Указывает, что судом было отказано в ходатайстве защитника об осмотре вещественного доказательства, однако осмотр был необходим, чтобы сопоставить номера на самом телевизоре с номерами на документах от телевизора, которые потерпевшая предоставила в ходе дознания. 

Обсудив доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней, выслушав участников процесса, проверив материалы дела, суд апелляционной инстанции находит приговор суда подлежащим изменению.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении кражи, то есть тайного хищения чужого имущества с причинением значительного ущерба гражданину, при обстоятельствах, указанных судом, суд апелляционной инстанции находит правильными, основанными на исследованных полно и всесторонне в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательствах, в частности : 

- показаниях потерпевшей М.К., подтвердившей, что 02 апреля 2017 года, придя домой, она не обнаружила принадлежащий ей телевизор «Самсунг УЕ 22Н5610» в корпусе белого цвета, который она приобрела 16.12.2014 года 

<

...> на личные денежные средства за 12 999 рублей. Данный телевизор использовался редко, был почти новым. О произошедшем она сообщила соседке К.А. Позже в присутствии Г.П. и Г.Т. она позвонила ФИО1 с претензиями по поводу взятого им телевизора, на что он ей сообщил, что забрал телевизор, поскольку ему были нужны деньги. На следующий день она обратилась в полицию с соответствующим заявлением, причиненный материальный ущерб для нее является значительным.

Потерпевшая М.К., будучи допрошенной в судебном заседании суда апелляционной инстанции, после ознакомления с результатами судебной товароведческой экспертизы, определившей, что рыночная стоимость телевизора составляет 8059 рублей 38 копеек, подтвердила, что ущерб для нее является значительным, поскольку она на момент совершения кражи телевизора не работала, находилась в отпуске по уходу за ребенком, имела на иждивении двоих детей. 

Кроме того показала, что телевизоры ФИО1 не мог перепутать, поскольку они отличались по форме и размеру и его показания о том, что он перепутал телевизоры, являются неправдивыми. 

- показаниях свидетеля К.А., допрошенной в судебном заседании, а также её показаниями, оглашенными в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ (том 1 л.д. 111-113), данными в ходе предварительного расследования, которая подтвердила в судебном заседании что 02 апреля 2017 года в вечернее время соседка М.К. находилась с 

<

...> у нее в гостях, М.К. позвонил сосед и сообщил, что увидел автомобиль ФИО1 и что у нее говорит в квартире свет. Придя домой, М.К. ей позвонила и сообщила, что ФИО1 похитил телевизор «Самуснг» в корпусе белого цвета, после чего она, К.А., спустилась к М.К. в квартиру, где в ее присутствии М.К. позвонила ФИО1, спросила, зачем он забрал телевизор, на что ФИО1 ответил, что забрал телевизор, поскольку ему были нужны деньги. 

- показаниях свидетеля Р.В., подтвердившего, что 03 апреля 2017 года он проводил проверку по факту хищения у М.К.. Он произвел осмотр места происшествия в присутствии двух понятых, в процессе которого ФИО1 добровольно выдал похищенный телевизор марки «Самсунг УЕ 22Н5610» белого цвета и пульт, о чем был составлен протокол. 

Вина ФИО1 также подтверждается письменными доказательствами по делу, которые были исследованы судом и получили надлежащую оценку в приговоре суда, в частности, протоколом принятия устного заявления о преступлении от М.К., протоколом осмотра 

<

адрес>, в ходе которого М.К. добровольно выдала кассовый чек и товарный чек на телевизор (т.1, л.д.72-73), протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого ФИО1 добровольно выдал телевизор «Самсунг», протоколами осмотра предметов с фототаблицей от 25 декабря 2017 года, согласно которому были осмотрены телевизор«Самсунг УЕ 22Н5610» и пульт управления телевизором, а также товарный чек и кассовый чек, выданные при покупке телевизора.

Суд всесторонне, полно и объективно исследовал все обстоятельства дела, в соответствии со ст. 88 ч.1 УПК РФ дал правильную оценку всем доказательствам с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в их совокупности - достаточности для вынесения обвинительного приговора, при этом суд указал, по каким основаниям он принял одни доказательства и отверг другие. Оснований сомневаться в данной судом оценке доказательств суд апелляционной инстанции не находит.

Доводы осужденного о том, что он не совершал кражи телевизора и телевизор взят им не с корыстной целью, а для 

<

...>, суд апелляционной инстанции считает несостоятельными. Данные доводы опровергаются вышеприведенными показаниями потерпевшей, свидетелей об обстоятельствах совершения кражи, не доверять которым оснований не имеется. 

Суд апелляционной инстанции считает, что судом верно установлен умысел ФИО1 на совершение тайного хищения чужого имущества, и его действия правильно квалифицированы по п.»в» ч.2 ст. 158 УК РФ, поскольку он с места преступления скрылся, и имел возможность распорядиться похищенным имуществом по своему усмотрению.

Не усматривает суд апелляционной инстанции и оснований для квалификации действий ФИО1 по ст. 330 УК РФ. ФИО1, воспользовавшись тем, что потерпевшая М.К. отсутствовала дома, и не могла наблюдать за его действиями, похитил телевизор, приобретенный потерпевшей уже после 

<

...>, распорядился им по собственному усмотрению, доведя свой умысел до конца. При этом, как следует из материалов дела, указанное имущество принадлежало потерпевшей М.К. и прав на изъятое у потерпевшей М.К. имущество осужденный ФИО1 или иные лица не имели.

При таком положении все версии ФИО1 являются необоснованными и выдвинуты им с целью защиты и уклонения от установленной законом ответственности за совершенное преступление.

Суд правильно признал, что показания потерпевшей и свидетелей достоверны и допустимы, подтверждены письменными доказательствами, сомнений не вызывают. Оснований для оговора ФИО1 с их стороны не имеется. 

Оснований полагать, что показания потерпевшей М.К. недостоверны, не имеется. Ее показания, в том числе о том, какой телевизор был похищен, являются непротиворечивыми и подтверждаются иными доказательствами по делу. 

Оснований для признания недопустимыми положенных в обоснование обвинительного приговора доказательств не имеется, поскольку данные доказательства были получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

В апелляционной жалобе ставится вопрос о том, что постановление дознавателя М.Е. о квалификации действий ФИО1 по ст. 158 ч. 2 пункт «в» УК РФ ничтожно и не имеет юридической силы, поскольку вынесено неуполномоченным лицом, так как в деле отсутствуют процессуальные документы о поручении производства дознания М.Е. и о принятии ею уголовного дела к производству.

Данные доводы были предметом рассмотрения суда первой инстанции и получили свою оценку в приговоре суда. 

Так, допрошенный дознаватель ОД УМВД России по Красногвардейскому району Санкт-Петербурга А.М. подтвердил, что им было возбуждено уголовное дело в отношении ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст. 330 УК РФ.

Допрошенная в судебном заседании суда первой инстанции, а также в суде апелляционной инстанции дознаватель ОД УМВД России по Красногвардейскому району Санкт-Петербурга М.Е. подтвердила, что на основании постановления начальника ОД Ф.Т. ею было принято уголовное дело в отношении ФИО1 к своему производству 19.12.2017 года, о чем вынесено постановление. 

Копии документов, которые судом были приобщены к материалам дела в суде первой инстанции по ходатайству государственного обвинителя, взяты ею из накопительного дела и заверены. 

При этом постановление старшего дознавателя ОД УМВД России по Красногвардейскому району Санкт- Петербурга А.М. о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст. 330 УК РФ от 14.12.2017 года имеет резолюцию начальника Отдела дознания с указанием дознавателю М.Е. принять дело к производству ( т.1 л.д.1)

В дальнейшем, 31 января 2018 года постановлением дознавателя ОД УМВД России по Красногвардейскому району Санкт-Петербурга М.Е. действия ФИО1 квалифицированы по п. «в» ч.2 ст. 158 УК РФ, как кража с причинением значительного ущерба, что, вопреки доводу апелляционной жалобы, не противоречит норманн уголовно-процессуального закона. С данным постановлением ознакомлены ФИО1 и его защитник Вольвачев С.А. (т.1 л.д. 9-12)

Постановлением заместителя прокурора Красногвардейского района Санкт-Петербурга ФИО2 31.01.2018 года уголовное дело в отношении ФИО1 передано в СУ при УМВД России по Красногвардейскому району Санкт-Петербурга. ( т. 1 л.д. 14).

При таком положении оснований считать, что уголовное дело в отношении ФИО1 дознавателем М.Е. не было принято к своему производству, не имеется. 

Оснований полагать, что следственные и процессуальные действия проведены вне рамок возбужденного уголовного дела, не имеется.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что все доказательства, полученные дознавателем М.Е., являются допустимыми доказательствами и фундаментальных нарушений уголовно-процессуального закона РФ не имеется. 

Вопреки доводу апелляционной жалобы, протокол осмотра места происшествия от 03 апреля 2017 года, в ходе которого осмотрена 

<

адрес>, где проживавшая на тот период времени в указанной квартире потерпевшая М.К. добровольно выдала кассовый чек и товарный чек на телевизор «Самсунг» ( т.1 л.д.72-73), соответствует требованиям ч.5 ст. 177 УПК РФ и не может быть признан недопустимым доказательством. 

Ходатайство об обозрении вещественного доказательства- телевизора «Самсунг» в судебном заседании было обоснованно оставлено без удовлетворения, поскольку в судебном заседании исследовались процессуальные документы, содержащие сведения об этих вещественных доказательствах, достаточные для вывода суда об их принадлежности к тем или иным обстоятельствам. Сам по себе осмотр этого вещественного доказательства в судебном заседании на правильное разрешение дела не влияет.

Суд апелляционной инстанции не усматривает существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора.

В приговоре обоснованно приведены лишь допустимые доказательства, а доводы апелляционной жалобы о недопустимости приведенных в приговоре доказательств, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции соглашается с доводами апелляционной жалобы о неправильном определении стоимости телевизора и полагает, что приговор суда подлежит изменению в связи с нарушениями уголовного и уголовно-процессуального законов.

В силу п.4 ч.1 ст. 73 УПК РФ характер и размер вреда, причиненного преступлением, подлежит обязательному доказыванию по уголовному делу. 

Согласно Примечанию 2 к ст. 158 УК РФ значительный ущерб гражданину определяется с учетом его имущественного положения, но не может составлять менее 5 000 рублей.

По смыслу закона при квалификации действий лица, совершившего кражу по признаку причинения гражданину значительного ущерба, суду следует учитывать имущественное положение потерпевшего, стоимость похищенного имущества и его значимость для потерпевшего, размер заработной платы, пенсии, наличие у потерпевшего иждивенцев, совокупный доход членов семьи, с которыми он ведет совместное хозяйство и другое.

Квалифицируя действия ФИО1 по признаку причинения значительного ущерба потерпевшей М.К., суд сослался на стоимость похищенного имущества -12999 рублей, определив ее исходя из представленных потерпевшей товарного чека и кассового чека, выданных при покупке телевизора, а также заявления потерпевшей о значительности для нее такого ущерба.

С учетом постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 № 29 в ред. от 16.05.2017 "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое", определяя размер похищенного имущества, следует исходить из его фактической стоимости на момент совершения преступления, а при отсутствии сведений о цене, стоимость похищенного имущества может быть установлена на основании заключения экспертов. При этом при определении наличия квалифицирующего признака, судом не исследовано имущественное положение потерпевшей, совокупный доход членов семьи, с которыми она ведет совместное хозяйство, и другие обстоятельства. 

Таким образом, в нарушение требований уголовного закона, изложенных в примечании к ст. 158 УК РФ и требований ст.ст. 307, 73 УПК РФ, суд фактически не исследовал размер вреда и имущественное положение потерпевшей. 

При таких обстоятельствах, судом апелляционной инстанции по ходатайству осужденного была назначена судебная товароведческая экспертиза для определения стоимости похищенного телевизора.

Согласно полученному заключению эксперта № 2041/11-1 от 05.08.2019, следует, что на дату преступления - 02.04.2017 года рыночная стоимость телевизора «Самсунг УЕ 22Н5610» с учетом эксплуатационного износа, составляет 8059 рублей 38 копеек. 

Заключение эксперта является мотивированными, достаточным образом аргументированными, научно обоснованными, отвечающими требованиям закона. Эксперт предупрежден об ответственности по ст. 307 УК РФ, о чем свидетельствуют его подпись в заключении. 

В судебном заседании суда апелляционной инстанции потерпевшая М.Е. подтвердила, что ущерб в размере 8059,38 рублей являлся на момент совершения кражи для нее значительным, поскольку совокупный доход составлял около 15000 рублей, на ее иждивении находились двое несовершеннолетних детей, она не работала, находилась в отпуске по уходу за ребенком, материальной помощи от бывшего мужа она не получала.

При таком положении суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что ущерб в размере 8059,38 рублей является для потерпевшей значительным ущербом, оснований не доверять ее показаниям о значительности причиненного ей ущерба не имеется, в связи с чем оснований для исключения указанного признака из обвинения ФИО1 не усматривается.

Исходя из вышеизложенного, обжалуемый приговор суда подлежит изменению в части установления стоимости телевизора и размера материального ущерба, причиненного потерпевшей М.К., составляющего 8059 рублей 38 копеек.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что каких-либо нарушений прав ФИО3 во время расследования и рассмотрения дела судом первой инстанции допущено не было, поскольку, как следует из представленных материалов, дело расследовано и рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, по делу допущено не было.

Наказание осужденному ФИО1 назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности, обстоятельствах, влияющих на наказание, и является справедливым.

Оснований к применению ч.6 ст. 15, ст. 64 УК РФ суд обоснованно не усмотрел, изложив мотивы принятого решения. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 389.13, 389.15, 389.17, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга от 25 декабря 2018 года в отношении ФИО1 – изменить:

Установить, что стоимость телевизора «Самсунг УЕ 22Н5610» и причиненный потерпевшей М.К. материальный ущерб составляет 8059 рублей 38 копеек. 

В остальном приговор суда оставить без изменения.

Апелляционную жалобу осужденного ФИО1 удовлетворить частично. 

Судья: