УИД 61RS0050-01-2025-001295-40

Судья Выродова Е.О. дело № 33-448/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

23 января 2026 года г. Ростов-на-Дону

Судебная коллегия по гражданским делам Ростовского областного суда

в составе председательствующего Власовой А.С.,

судей Голованя Р.М., Владимирова Д.А.,

при секретаре судебного заседания Алексеевой И.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело №2-1041/2024 по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда, причиненных преступлением, по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Пролетарского районного суда Ростовской области от 26 ноября 2024 года.

Заслушав доклад судьи Голованя Р. М., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с вышеуказанным иском, сославшись на то, что приговором Воркутинского городского суда № 1-212/2021 от 20.12.2021 ФИО2 признана виновной в совершении 10 преступлений по ч.2 ст. 159 УК Российской Федерации, 13 преступлений по ч. 3 с. 159 УК Российской Федерации, 9 преступлений по ч. 4 ст. 159 УК Российской Федерации, и ей назначено наказание в виде лишения свободы на 12 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Апелляционным определением Верховного суда Республики Коми от 24.05.2022 приговор изменен, ФИО2 назначено наказание в виде 10 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Как указано в иске, в мае 2013 года осужденная ФИО2 уговорила истца взять на себя кредитные обязательства для развития бизнеса ответчика. Осужденная ФИО2 обещала погашать кредитные обязательства самостоятельно. По просьбе ФИО2 истец взяла кредиты в «Газпромбанке» на сумму 400000 руб., в банке «ВТБ» на сумму 500 000 руб. и в «Севергазбанке» на сумму 250 000 руб. В ноябре 2013 года ответчик тайно скрылась из города в неизвестном направлении, телефоны ее были отключены. Истец предпринимали попытки вернуть денежные средства через родственников ответчика, в частности сына ФИО8, который знал о местонахождении своей матери. Однако осужденная ФИО2 с истцом на связь не вышла, денежные средства не вернула и кредитные обязательства не погашала. Также ранее, с сентября по октябрь 2012 года, ответчик заняла у истца 100 000 руб. с целью приобретения товара. В период с сентября по ноябрь 2013 года истец занимала ответчику 100 000 руб. и 80 000 руб. Все денежные средства истец передавала ответчику из рук в руки, расписки последняя не писала, так как у них был доверительные дружеские отношения. В июне 2020 года ответчик задержана сотрудниками полиции в г.Санкт-Петербурге и доставлена в г. Воркута. На очной ставке ответчик подтвердила, что истец передавала ей указанные выше денежные средства и обязательства по погашению заемных денежных средств она не выполняла.

С учетом изложенного истец полагала, что ответчик должна возместить ей материальный ущерб в размере 280 000 руб., полученных из личных накоплений истца, и 2 014 170, 92 руб. заемных денежных средств в банках, включая выплаченные проценты по кредитам.

В связи с трудным материальным положением и наличием двух детей, один из которых являлся несовершеннолетним, а другой учился в высшем учебном заведении, истец обращалась в банки за предоставлением рассрочки по уплате кредитов, но истцом были получены отказы. Из-за того, что истец не могла оплачивать кредиты, ей поступали ежедневные угрозы со стороны банков с требованием погасить задолженность, с требованием продажи ее имущества. На протяжении долгого времени истец по вине ответчика подвергалась психологическому давлению со стороны банков, находилась постоянно в подавленном, стрессовом состоянии, в связи с чем ей был нанесен моральный вред.

На основании изложенного истец просил суд взыскать с ответчика материальный ущерб в размере 2 294 170 руб., компенсацию морального вреда, причиненного преступлением, – 500 000 руб.

Решением Пролетарского районного суда Ростовской области от 26.11.2024 исковые требования ФИО1 удовлетворены частично. Суд взыскал с ответчика в пользу истца материальный вред в размере 1 994 418, 73 руб. В остальной части исковые требования оставлены без удовлетворения.

В апелляционной жалобе ФИО2 просит решение отменить в части взыскания с нее материального вреда. В обоснование доводов жалобы заявитель указывает, что суд неправильно определил размер причиненного истцу материального вреда. Апеллянт полагает, что установленный приговором Воркутинского городского суда Республики Коми от 20.12.2021 ущерб от преступления в сумме 1 130 247, 81 руб. является верным и не мог быть пересмотрен в рамках гражданского судопроизводства.

Кроме того, апеллянт не соглашается с правильностью вывода суда о том, что истец не пропустил срок исковой давности. При этом апеллянт обращает внимание на то, что истец, являясь потерпевшей, гражданский иск в рамках уголовного дела не подавала, а в суд с настоящим иском обратилась только 26.03.2024.

ФИО1 поданы возражения, в которых она просит оставить без удовлетворения апелляционную жалобу ФИО2, полагая, что в жалобе отсутствуют доводы для отмены обжалуемого судебного решения. Также в возражениях ФИО1 указала, что она в силу юридической неграмотности не знала о праве заявить гражданский иск в рамках уголовного судопроизводства, однако подала такой иск в течение 3 лет с момента вступления приговора суда в законную силу, т.е. без пропуска срока давности.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции принимала участие ответчик ФИО2 (посредством ВКС), которая просила отменить решение суда в обжалуемой части согласно доводам апелляционной жалобы.

Дело рассмотрено в порядке ст.ст. 167, 327 ГПК Российской Федерации в отсутствие других не явившихся лиц, извещенных надлежащим образом о дате, времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы.

В данном случае решение суда обжалуется только в части взыскания с ответчика в пользу истца возмещения материального вреда в размере 1 994 418, 73 руб., как следствие, в остальной части решение суда не подлежит пересмотру в апелляционном порядке.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы в пределах, установленных ст. 327.1 ГПК Российской Федерации, возражения на апелляционную жалобу, выслушав апеллянта, судебная коллегия приходит к следующему.

Принимая решение по делу, нижестоящий суд посчитал доказанными обстоятельства причинения истцу преступными действиями ответчика материального вреда в сумме 1 994 418, 73 руб. При этом суд исходил из того, что факт совершения преступления подтвержден вступившим в законную силу приговором Воркутинского городского суда Республики Коми, с учетом изменений, внесенных апелляционным определением Верховного суда Республики Коми от 24.05.2022. Определяя размер причиненного вреда, суд учитывал наличие кредитных обязательств, возникших у истца по вине ответчика, в сумме 2 014 170, 92 руб., наличие у ответчика перед истцом заемных обязательств на сумму 150 000 руб., а также сумму возвращенных ответчиком истцу денежных средств, которая составила 169 752, 19 руб.

Заявленное ответчиком ходатайство о применении срока исковой давности нижестоящий суд отклонил, посчитав, что данный срок истцом не пропущен, учитывая, что в суд истец обратился 26.03.2024, а на период уголовного судопроизводства, т.е. до 24.05.2022, срок исковой давности был приостановлен в силу закона. В обжалуемой части судебная коллегия находит решение суда незаконным, поскольку исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (статья 195 ГК Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 этого кодекса.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (абзац 2 пункта 2 статьи 199 ГК Российской Федерации).

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК Российской Федерации).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что в соответствии со статьей 195 ГК Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица. Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК Российской Федерации).

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что пункт 1 статьи 200 ГК Российской Федерации сформулирован таким образом, что наделяет суд необходимыми полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 4 июля 2022 г. N 27-П, определения Конституционного Суда Российской Федерации от 28.02.2019 N 339-О, от 29.09.2022 N 2368-О и др.).

Из приведенных нормативных положений, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что, определяя исковую давность как срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено, гражданское законодательство закрепляет общий срок исковой давности, составляющий три года, исчисляемых - если законом не предусмотрено иное - со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, то есть право на иск по общему правилу возникает с момента, когда о нарушении такого права и о том, кто является надлежащим ответчиком, стало или должно было стать известно правомочному лицу. Именно с этого момента у данного лица возникает основание для обращения в суд за принудительным осуществлением (принудительной защитой) своего права и начинает течь срок исковой давности. При этом суд, разрешая вопрос о соблюдении истцом срока исковой давности (давностного срока), о применении которого заявлено ответчиком, определяет момент начала течения этого срока, если законом не предусмотрено иное, исходя из фактических обстоятельств дела.

При этом само по себе наличие (отсутствие) вступившего в законную силу обвинительного приговора, в том числе в деликтных правоотношениях, не является определяющим при исчислении срока исковой давности для защиты права лица, нарушенного в результате совершения преступления, поскольку суд, обладая необходимыми дискреционными полномочиями, в каждом конкретном деле устанавливает момент начала течения этого срока исходя из фактических обстоятельств, в том числе установленных вступившим в законную силу судебным постановлением (приговором) и имеющих преюдициальное значение.

Положения приведенных норм материального права о сроке исковой давности и о порядке его исчисления судом первой инстанций к спорным отношениям применены неправильно.

В обоснование вывода о пропуске истцом срока исковой давности суд первой инстанции не установил, когда истцу стало известно о нарушении права и о том, кто является надлежащим ответчиком по делу о возмещении причиненного ущерба.

Вместе с тем из материалов дела, в частности из приговора суда, следует, что ответчик, имея денежные обязательства перед истцом, скрылась из города 16.11.2013, а 30.11.2013 истец обратилась в полицию с заявлением о совершении преступления и привлечении ФИО2 к уголовной ответственности (лист 59 приговора, лист 7 апелляционного определения).

Соответственно, о наличии неисполненных денежных обязательств истцу было известно не позднее 30.11.2013, однако иск предъявлен только 26.03.2024.

В соответствии со статьей 44 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации гражданский иск в уголовном процессе может быть предъявлен после возбуждения уголовного дела и до окончания судебного следствия при разбирательстве данного уголовного дела в суде первой инстанции (пункт 2).

Срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права.

Положения Гражданского кодекса Российской Федерации в системной связи с положениями УПК Российской Федерации предусматривают возможность приостановления течения срока исковой давности в случае предъявления гражданского иска в уголовном процессе.

При этом приговор суда не содержит сведений о предъявлении истцом как потерпевшим гражданского иска в рамках уголовного судопроизводства и выводов об оставлении такого иска без рассмотрения.

Таким образом, соглашаясь с доводом апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что данный срок подлежал исчислению с момента, когда истцу стало известно об обстоятельствах, послуживших поводом для предъявления настоящего иска - не позднее 30.11.2013, а не со дня вступления в законную силу приговора по уголовному делу.

Исключительных обстоятельств, свидетельствующих об уважительности причин столь длительного пропуска срока исковой давности (более 7 лет), судебная коллегия не усматривает.

На основании изложенного решение суда первой инстанции подлежит отмене в части взыскания с ответчика в пользу истца возмещения материального вреда в размере 1 994 418, 73 руб. в связи с пропуском срока исковой давности. В отмененной части судебная коллегия принимает по делу новое решение, которым исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании материального ущерба оставляет без удовлетворения в полном объеме.

Учитывая, что в остальной части решение суда не обжалуется, то его проверка в апелляционном порядке не осуществляется.

Руководствуясь ст. ст. 328-330 ГПК Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Пролетарского районного суда Ростовской области от 26 ноября 2024 года отменить в части взыскания с ФИО2 в пользу ФИО1 возмещения материального вреда в размере 1 994 418, 73 руб.

В отмененной части принять по делу новое решение, которым исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании материального ущерба оставить без удовлетворения в полном объеме.

В остальной части решение Пролетарского районного суда Ростовской области от 26 ноября 2024 года оставить без изменения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 02.02.2026