Дело № 2-785/2023

Решение

именем Российской Федерации

гор. Беслан 10 июля 2023 года

Правобережный районный суд РСО-Алания в составе председательствующего судьи Доева Е.М., при секретаре судебного заседания Ушаковой В.В., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела по иску КантемИ. И.Т. к ФИО1 о компенсации морального вреда причиненного преступлением,

установил:

КантемИ. И.Т. обратилась в Правобережный районный суд РСО-Алания с иском к ФИО1 с требованиями о взыскании денежных средств в размере 5 000 000 рублей в качестве компенсации морального вреда, причиненного преступлением; денежные средства в размере 555 000 рублей в качестве возмещения суммы, оплаченной за услуги адвоката.

Исковые требования обоснованы тем, что 

<

дата> ФИО1 совершил убийство ФИО2 и ФИО2, которые приходились КантемИ. И.Т. сыновьями. В результате указанного преступления КантемИ. И.Т. причинён моральный вред, который выразился в том, что в связи с гибелью двоих сыновей она утратила веру в будущее, цель, смысл и интерес к жизни. Моральный вред оценивает в 5 000 000 рублей. До настоящего времени моральный вред не возмещён.

Истец КантемИ. И.Т. в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, в деле имеется ходатайство о рассмотрении в ее отсутствие, исковые требования поддерживает просит их удовлетворить.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явился, извещён по месту отбывания наказания, представил письменные возражения, согласно которых с требованиями истца не согласен, считает заявленные требования завышенными, истец не представила надлежащих доказательств перенесения ею физических и нравственных страданий. В удовлетворении иска просил отказать.

<

адрес> РСО-Алания в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, причину неявки суду не сообщил. 

На основании ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие лиц участвующих в деле, извещенных о дате времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Суд, исследовав материалы гражданского дела, приходит к следующему.

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Пунктом 2 ст. 1101 ГК РФ установлено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

На основании п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с п. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Как установлено судом, вступившим в законную силу приговором Верховного Суда РСО-Алания от 

<

дата> ФИО1 признан виновным по п. "а" ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Из указанного приговора следует, что 

<

дата> ФИО1, узнав о том, что в этот же день, примерно в 22 часа 15 минут, возле здания автосервиса, расположенного по 

<

адрес>, правобережный район РСО-Алания, его родной брат ФИО3 в состоянии алкогольного опьянения оскорбил ФИО2, из-за чего между ФИО2 и ФИО3 произошел конфликт, в ходе которого ФИО2 нанес ФИО3 удар кулаком в область лица и отобрал у него пистолет «Гроза РС-02» травматического действия, снаряженный 6 патронами калибра 9 мм., после чего произвел из него один выстрел, повредив стекло правой передней двери автомобиля ФИО3 и еще один выстрел вслед уезжавшему оттуда на своем автомобиле ФИО3, ФИО1, разозлившись на ФИО2, решил убить его из мести за применение им физического насилия к его брату.

Для этого ФИО1, взяв принадлежащее ему охотничье ружье с маркировочными обозначениями «9828617», с перезарядкой цевьем «ИЖ-81 (Ягуар)» 12-го калибра и 7 патронов калибра 12 мм, на своем автомобиле «Нива-Урбан» поехал к зданию указанного выше автосервиса, где его ожидал его брат ФИО3, при этом по мобильному телефону сообщив ФИО2 о произошедшем конфликте, и вызвав его к зданию этого автосервиса.

Примерно в 23 часа 00 минут, к находившимся у здания автосервиса братьям ФИО3 и ФИО1 подъехали ФИО2 на автомобиле «БМВ-745» и ФИО2 совместно с ФИО4 на автомобиле «БМВ-525», и после короткого разговора на повышенных тонах ФИО3 с ФИО2, ФИО1 из чувства неприязни, возникшей у него к братьям ФИО5 из-за избиения его брата, с целью причинения смерти ФИО2 и ФИО2 достал из своего автомобиля «Нива-Урбан», вышеуказанное охотничье ружье, и произвел из него один прицельный выстрел в грудь ФИО2, стоявшего возле своего автомобиля «БМВ-525» с пистолетом «Гроза РС-02», отобранным им ранее у ФИО3, а также один выстрел в грудь ФИО2

Когда от полученных ранений ФИО2 упал на землю, а ФИО2 из находившегося при нем пистолета с маркировочными обозначениями «1637106155» калибра 9 мм, переделанного из сигнального пистолета «МР-371» для стрельбы боевыми патронами «9x18» калибра 9 мм, снаряженного 8 такими патронами, для защиты своей жизни и здоровья произвел два выстрела в ФИО3 с причинением ему сквозного огнестрельного ранения мягких тканей правой подвздошной области и огнестрельного сквозного ранения мягких тканей верхней трети правого бедра, а также один выстрел в ФИО1 с причинением ему огнестрельного краевого перелома наружной лодыжки левой голени, ФИО1, желая довести до конца свое намерение лишить жизни ФИО2 и ФИО2, зарядил имевшееся у него охотничье ружье 4 патронами калибра 12 мм и произвел еще три прицельных выстрела в сидящего на коленях ФИО2, причинив ему в совокупности слепое проникающее дробовое ранение живота с повреждением брюшного отдела аорты, печени, желудка, поджелудочной железы, сальника, кишечника, мягких тканей области грудных и поясничных позвонков, от которых наступила смерть ФИО2 после доставления его в ГБУЗ «РКБСМП» М3 РСО-Алания, а также причинил ФИО2 другие слепые огнестрельные дробовые ранения лица с повреждениями костей лицевого скелета, мягких тканей лица, языка, верхней и средней трети задней наружной поверхности правого бедра с повреждениями мягких тканей, и произвел один выстрел в затылок лежащего на земле и не представляющего опасности ФИО2, причинив ему в совокупности слепое проникающее огнестрельное дробовое ранение головы в затылочной области справа, с повреждением вещества головного мозга, костей свода и основания черепа, слепое проникающее огнестрельное дробовое ранение грудной клетки справа, с повреждениями мягких тканей переднебоковой поверхности грудной клетки справа, 3,4,5 ребра справа между окологрудинной и среднеключичной линиями, межреберных мышц и кровеносных сосудов, сердечной сорочки, обоих желудочков и правого предсердия сердца, грудного отдела аорты, правого и левого легкого, кровеносных сосудов в области корней легких, пищевода, трахеи, мягких тканей в области тел 6,7 грудных позвонков, от которых ФИО2 скончался на месте происшествия, а также причинил ФИО2 другие слепые огнестрельные дробовые ранения правой переднебоковой поверхности грудной клетки, живота, правой кисти предплечья с переломом основной фаланги пятого пальца правой кисти, после чего ФИО1 на своем автомобиле «Нива-Урбан» уехал с места происшествия.

Вышеуказанным приговором суда за потерпевшими ФИО6, КантемИ. И.Т., ФИО7 признано право на удовлетворение их гражданских исков к осужденному ФИО1

Апелляционным определением Третьего апелляционного суда общей юрисдикции от 

<

дата> приговор Верховного Суда РСО-Алания от 

<

дата> в отношении ФИО1 оставлен без изменения.

Разрешая требования истца о возмещении морального вреда, суд учитывает разъяснения, изложенные в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 

<

дата> ........ «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывает требования разумности и справедливости и исходит из степени нравственных страданий, истца, и степени вины нарушителя.

Как следует из материалов дела, погибшие ФИО2 и ФИО2 приходились истцу сыновьями. Их гибель наступила в результате противоправных умышленных насильственных действий ответчика. В связи с изложенным суд признаёт обоснованными доводы истца о том, что в связи с гибелью сыновей она утратила веру в будущее, цель, смысл и интерес к жизни.

В представленных возражениях ФИО1 указывает, что истцом не предоставлено доказательств, позволяющие определить степень причинённых ему нравственных страданий, в результате утраты двух его детей. Считает заявленные требования существенно завышенными.

Между тем, из положений ст. 3 Всеобщей декларации прав человека и ст. 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах следует, что жизнь и здоровье относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, поэтому их защита должна быть приоритетной.

Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, так как является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в ст.ст. 20, 41 Конституции Российской Федерации.

С учетом этих обстоятельств возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим.

По смыслу действующего правового регулирования и разъяснений, содержащихся в п. 2 и п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

дата> ........ «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», а также в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

дата> ........ «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» следует, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований.

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, то факт причинения ему морального вреда предполагается, в связи с чем в данном случае подлежит установлению лишь размер компенсации морального вреда.

Компенсация морального вреда в связи со смертью потерпевшего может быть присуждена лицам, обратившимся за данной компенсацией, при условии установления факта причинения им морального вреда, а размер компенсации определяется судом исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени, понесенных ими физических или нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями этих лиц, и иных заслуживающих внимания обстоятельств дела. При этом, факт причинения морального вреда предполагается лишь в отношении потерпевшего в случаях причинения вреда его здоровью.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда, необходимо принимать во внимание то, что факт родственных отношений сам по себе не является достаточным основанием для удовлетворения требований о компенсации морального вреда в связи с гибелью потерпевшего, в связи с этим в каждом конкретном случае суду необходимо установить обстоятельства, свидетельствующие о том, что лица, обратившиеся за компенсацией морального вреда, действительно испытывают физические или нравственные страдания в связи со смертью потерпевшего, что предполагает, в том числе выяснение характера отношений (семейные, родственные, близкие, доверительные), сложившихся между погибшим и этими лицами, утрата которых привела бы к их нравственным и физическим страданиям, имело ли место совместное проживание с погибшим и ведение с ним общего хозяйства до наступления смерти последнего, обращение за медицинской и психологической помощью в медицинские органы вследствие причиненных им физических и нравственных страданий (морального вреда).

В постановлении Европейского Суда по правам человека от 

<

дата> по делу "Максимов (Maksimov) против России" указано, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Национальные суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен.

К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи.

В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (ст.ст. 151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, то суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон.

Как разъяснено в п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

дата> ........ «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу» установленные судом факты противоправного или аморального поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, также должны учитываться при определении размера компенсации морального вреда.

В обоснование перенесенных истцом нравственных и физических страданий, указано на утрату двоих детей, потери веры в будущее, цели, смысла и интереса к жизни.

Суд считает, что факт причинения КантемИ. И.Т. морального вреда в виде нравственных и физических страданий в связи со смертью (гибелью) двоих сыновей в результате преступления, является доказанным. Смерть двоих близких людей (сыновей) для КантемИ. И.Т. является невосполнимой утратой.

При этом суд отмечает, что гибель сыновей для матери КантемИ. И.Т. сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим его психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близких людей рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи.

При таких обстоятельствах, поскольку факт причинения КантемИ. И.Т. морального вреда, в связи со смертью (гибелью) сыновей в результате преступления установлен судом, при этом не установлено обстоятельств, для освобождения ответчика ФИО1 от ответственности, вследствие причинения вреда, суд полагает, что требования истца о денежной компенсации, причиненного ей морального вреда, в связи со смертью (гибелью) сыновей в результате преступления, являются законными и обоснованными.

Между тем, суд считает, что размер денежной компенсации морального вреда, заявленный КантемИ. И.Т. ко взысканию в размере 5 000 000 руб., при установленных судом обстоятельствах, исходя из вышеуказанных, предусмотренных как в законе, так и закрепленных в руководящих разъяснениях Пленумов Верховного суда РФ критериев, является чрезмерно и неоправданно завышенным.

Определяя размер, присуждаемой КантемИ. И.Т. в связи со смертью (гибелью) двоих сыновей в результате преступления - денежной компенсации морального вреда, суд, соответственно, исходит из вышеприведенных критериев определения его размера, оценивает действия причинителя вреда в совокупности и соотносит их с тяжестью причиненных КантемИ. И.Т. физических и нравственных страданий, а также индивидуальными особенностями ее личности, при этом также учитывает требования разумности, справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающих принципов, предполагающих установление судом баланса интересов сторон.

Суд принимает во внимание фактически обстоятельства, при которых наступила смерть Биченова АлС. И ФИО2 степень вины ФИО1, факт противоправности его поведения, что установлено вышеуказанным вступившим в законную силу приговором суда, а также тот факт, что КантемИ. И.Т. за медицинской или психологической помощью в медицинские органы вследствие причиненных ей физических и нравственных страданий (морального вреда) не обращалась.

С учетом всех установленных обстоятельств, требований разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения, суд считает, что в данном случае для компенсации причиненного КантемИ. И.Т. морального вреда достаточной денежной компенсацией будет является компенсация в размере 1 500 000 рублей.

Определенный судом размер денежной компенсации морального вреда, согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лиц, ответственных за возмещение вреда и соблюсти баланс интересов сторон.

При таком положении с ответчика ФИО1 в пользу истца КантемИ. И.Т. в счет компенсации морального вреда, причинного ей в связи со смертью сына в результате преступления надлежит взыскать денежные средства в размере 1 500 000 руб., а в удовлетворении оставшейся части исковых требований о компенсации морального вреда, причинного в связи со смертью сына в результате преступления, т.е. в большем размере - КантемИ. И.Т. - отказать.

Как установлено судом, для защиты своих прав потерпевшая КантемИ. И.Т. на стадии предварительного расследования уголовного дела заключила соглашение с адвокатом адвокатского кабинета «АМВРАЗ» Адвокатской палаты РСО-Алания Еналдиевой А. А..

Согласно материалам дела, КантемИ. И.Т. оплатила услуги представителя адвоката Еналдиевой А.А. в следующих размерах: по квитанции от 

<

дата> АВ ........ в размере 65 000 рублей, по квитанции от 

<

дата> АВ ........ в размере 40 000 рублей, по квитанции от 

<

дата> АВ ........ в размере 50 000 рублей, по квитанции от 

<

дата> АВ ........ в размере 50 000 рублей, по квитанции от 

<

дата> АВ ........ размере 50 000 рублей, по квитанции от 

<

дата> АВ ........ в размере 50 000 рублей, по квитанции от 

<

дата> АВ ........ в размере 50 000 рублей, по квитанции от 

<

дата> АВ ........ в размере 50 000 рублей, по квитанции от 

<

дата> АВ ........ в размере 50 000 рублей, по квитанции от 

<

дата> АВ ........ в размере - 30 000 рублей, по квитанции от 

<

дата> АВ ........ в размере 70 000 рублей, а всего 555 000 рублей.

В соответствии с п. 30 Постановления Пленума Верховного суда РФ от

<

дата> ........ «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» лицо, подавшее апелляционную, кассационную или надзорную жалобу, а также иные лица, фактически участвовавшие в рассмотрении дела на соответствующей стадии процесса, но не подававшие жалобу, имеют право на возмещение судебных издержек, понесенных в связи с рассмотрением жалобы, в случае, если по результатам рассмотрения дела принят итоговый судебный акт в их пользу.

Разрешая требования истца КантемИ. И.Т. о взыскании расходов на оплату услуг представителя, суд учитывает сложность дела, объём выполненной представителем работы, а также руководствуется принципом разумности.

С учётом изложенного расходы на оплату услуг представителя подлежат возмещению в размере 200 000 рублей. В части требований о взыскании с ФИО1 в пользу КантемИ. И.Т. денежных средств в размере 355 000 рублей в качестве возмещения суммы, оплаченной за услуги адвоката, надлежит отказать в связи с необоснованностью.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с ответчика ФИО1 в доход бюджета 

<

адрес> РСО-Алания подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-199, 233 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования КантемИ. И. ТемИ. к ФИО1 о компенсации морального вреда причиненного преступлением удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу КантемИ. И. ТемИ. денежные средства в размере 1 500 000 рублей в качестве компенсации морального вреда, причиненного преступлением; денежные средства в размере 200 000 рублей в качестве возмещения суммы, оплаченной за услуги адвоката.

В части требований о взыскании с ФИО1 в пользу КантемИ. И.Т. денежных средств в размере 3 500 000 рублей в качестве компенсации морального вреда, причиненного преступлением, и денежных средств в размере 355 000 рублей в качестве возмещения суммы, оплаченной за услуги адвоката, отказать в связи с необоснованностью.

Взыскать с ФИО1 в доход бюджета 

<

адрес> РСО-Алания государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам ВС по РСО-Алания в течение месяца через Правобережный районный суд РСО-Алания.

Судья Е.М. Доева