66RS0006-01-2025-002712-33

Мотивированное 

решение

 составлено 23 декабря 2025 года

Дело № 2-3557/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 декабря 2025 года Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Рудковской А.М.,

при секретаре судебного заседания Фарукшиной Е.И.,

с участием представителя истца, представителем третьего лица ФИО1 – ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4 о признании права собственности, исключении имущества из наследственной массы,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО4 о признании права собственности, исключении имущества из наследственной массы, указав, что ФИО4 является наследником, принявшим наследство после смерти М.П.В., умершего 28.09.2024, поскольку иные наследники первой очереди от принятия наследства отказались. В свою очередь, истец и наследодатель М.П.В. состояли в зарегистрированном браке с 20.06.2003 по 13.02.2018 (свидетельство 

<

 № > от 02.04.2018 г.). В период брака, 15.06.2006 супругами была приобретена в общую долевую собственность квартира 

<

 № > по адресу: 

<

 адрес >, общей площадью 77 кв.м; доли определены: 1/3 - за М.П.В., 2/3 – за Мартинович (ныне Карповой) Т.В. Покупка финансировалась личными накоплениями истца от продажи её квартиры в размере 918480 руб., кредитными денежными средствами в размере 1800000 руб. (кредитный договор с АО «Газпромбанк» 

<

 № > от 15.06.2006).

После расторжения брака обязательства по уплате оставшейся суммы кредита (730 000 руб. основного долга + проценты) М.П.В. не исполнял, добровольно снялся с регистрационного учёта из спорной квартиры. Все платежи по ипотеке с марта 2018 по сентябрь 2020 (досрочное закрытие) осуществляла истец из личных средств, что подтверждается приложенными материалами дела.

28.09.2024 М.П.В. умер. Нотариус ФИО5 открыла наследственное дело 

<

 № >. В наследственную массу, в том числе, нотариус включил 1/3 доли в спорной квартире, посчитав её собственностью наследодателя.

Истец полагает, что после расторжения брака и полного единоличного погашения ипотечного кредита за счёт личных средств она приобрела право собственности на спорную 1/3 доли на основании п. 1 ст. 10, ст. 34, 38 СК РФ, ст. 209, 218, 1102 ГК РФ и судебной практики (Постановление Пленума ВС РФ от 29.05.2012 № 9).

С учетом изложенного, истец просит суд признать за ФИО3 право собственности на 1/3 долю квартиры общей площадью 77 кв.м, кадастровый 

<

 № >, расположенной по адресу: 

<

 адрес >. Исключить указанную 1/3 долю квартиры из наследственной массы по наследственному делу 

<

 № >, открывшемуся после смерти М.П.В., умершего 28.09.2024. Указать, что решение суд является основанием для Управления Росреестра по Свердловской области внести соответствующие изменения в ЕГРН.

Определением суда от 09.09.2025 к участию в дело, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены иные наследники, отказавшиеся от наследства в пользу ФИО4 - ФИО1, ФИО6, ФИО7

Определением суда от 24.10.2025 к участию в дело, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены кредиторы наследодателя - ПАО «Уральский банк реконструкции и развития», ПАО «Сбербанк России», АО Банк Синара, АО «Газэнергобанк».

Истец в судебное заседание не явился, извещался надлежащим образом, обеспечил явку своего представителя, который на исковых требованиях настаивал, просил их удовлетворить, подробно свою позицию изложил в тексте искового заявления, а также в письменных возражениях на отзыв третьего лица (Т. 2 л.д. 61-67).

Ответчик в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело без своего участия (Т. 2 л.д. 184). В ходе судебного заседания 02.12.2025 исковые требования признал в полном объеме, поскольку на протяжении всего времени и до настоящего времени проживает с истцом, и знает, каким образом вносились деньги за квартиру. Те денежные средства, которые переводил М.П.В. в польку истца являлись алиментными обязательствами. Иногда денежные средства переводились на его счет. Каких-либо претензий относительно своей доли М.П.В. не высказывал, в квартире проживать не намеревался, добровольно снявшись с регистрации после развода (Т. 2 л.д. 179).

Представитель третьего лица ФИО1 против удовлетворения иска возражала, суду пояснила, что М.П.В. при жизни от своей доли не отказывался, более того ежемесячно перечислял ФИО3 денежные средства для погашения ежемесячных платежей по ипотеке. Полагает, что удовлетворение иска нарушит права кредиторов, поскольку наследственной массы будет недостаточно для удовлетворения их требований, которые уже заявлены в рамках наследственного дела. Более того, указала, что истец пропустила срок исковой давности для обращения в суд с указанным требованием. Свою позицию подробно изложила в письменном отзыве (Т. 1 л.д. 166-168).

Третьи лица ФИО6, ФИО7 в судебное заседание не явились, извещались надлежащим образом, ходатайств, заявлений не представили, об отложении дела, либо о рассмотрении в их отсутствие не просили.

Третье лицо, нотариус ФИО8 в судебное заседание не явилась, просила рассмотреть дело без своего участия, направила материалы наследственного дела после смерти М.П.В.

Представитель третьего лица ПАО «УБРиР» в судебное заседание не явился, направил письменный отзыв и выписки по счетам, просил рассмотреть дело без своего участия, возражений против удовлетворения требований не высказал (Т. 1 л.д. 236).

Представители ПАО Сбербанк, АО Банк Синара, АО «Газпромбанк» в судебное заседание не явился, извещались надлежащим образом, направили запрашиваемые выписки по счетам (Т. 1 л.д. 230-231, Т. 2 л.д. 20-60), возражений, относительно удовлетворения исковых требований не представили.

Исследовав материалы гражданского дела, оценив все представленные доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество.

В соответствии со ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

В соответствии с п. 3 ст. 39 Семейного кодекса Российской Федерации при разделе общего имущества учитываются интересы добросовестного супруга, в том числе размер долга, фактически погашенного каждым из супругов после расторжения брака.

По смыслу ст. 245, 313 Гражданского кодекса Российской Федерации солидарный должник, исполнивший общее обязательство за обоих, вправе требовать соучастие другого должника в возврате уплаченного. Если возвращение невозможно - надлежащей защитой служит переход права собственности на соразмерную долю имущества.

Согласно п. 17 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 05.11.1998 N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака" при разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, суд в соответствии с п. 2 ст. 39 СК РФ может в отдельных случаях отступить от начала равенства долей супругов, учитывая интересы несовершеннолетних детей и (или) заслуживающие внимания интересы одного из супругов. Под заслуживающими внимания интересами одного из супругов следует, в частности, понимать не только случаи, когда супруг без уважительных причин не получал доходов либо расходовал общее имущество супругов в ущерб интересам семьи, но и случаи, когда один из супругов по состоянию здоровья или по иным не зависящим от него обстоятельствам лишен возможности получать доход от трудовой деятельности. Суд обязан привести в решении мотивы отступления от начала равенства долей супругов в их общем имуществе.

Согласно ст. 249 Гражданского кодекса Российской Федерации каждый участник долевой собственности обязан соразмерно со своей долей участвовать в уплате налогов, сборов и иных обязательных платежей по общему имуществу, а также в расходах и издержках по его содержанию и сохранению.

В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно материалам дела истец ФИО3 и наследодатель М.П.В. состояли в зарегистрированном браке с 20.05.2003 по 13.02.2018 (Т. 1 л.д. 128 оборот).

В период брака, 15.06.2006 супругами приобретена в общую долевую собственность квартира 

<

 № > по адресу: 

<

 адрес >, общей площадью 77 кв.м. Доли определены следующим образом: 1/3 - за М.П.В., 2/3 – за Мартинович (ныне Карповой) Т.В. (Т. 1 л.д. 30-31, 71-72).

Указанное жилое помещение было приобретено, в том числе, с привлечение кредитных денежных средств в размере 1800000 руб.

Кредитный договор 

<

 № > от 15.06.2006 на покупку недвижимости был заключен с АО «Газпромбанк», истец и наследодатель выступали созаемщиками (Т. 1 л.д. 32-36). Для отражения операций по кредитному обязательству на имя М.П.В. был открыт лицевой счет 

<

 № >.

Истец указывает, что после расторжения брака (13.02.2018) обязательства по уплате оставшейся суммы кредита (730 000 руб. основного долга + проценты) М.П.В. не исполнял (сумма оставшегося долга на момент расторжения брака ни кем из участников не оспаривалась).

С марта 2018 по сентябрь 2020 (досрочное закрытие) осуществляла истец из личных средств, что подтверждается: приходными кассовыми ордерами 

<

 № > от 01.09.2020 на 258 091,41 руб.; платёжными поручениями от 16.04.2020, 25.05.2020, 16.06.2020, 21.07.2020, 28.07.2020 на общую сумму 84 000 руб.; справкой Газпромбанка от 18.09.2020 о сумме остатка 258 789,70 руб.; справкой того же банка от 22.09.2020 о полном исполнении обязательств (Т. 1 л.д. 41-49).

После расторжения брака стороны официально раздел совместно нажитого имущества не производили. Своей долей квартиры (1/3) М.П.В. фактически не пользовался, с 2018 проживал по иным адресм (данный факт ни кто из участвующих в деле лиц не оспаривал), тем самым не нарушал права истца. В 2021 снялся с регистрационного учета.

Доводы истца по данному факту подтверждены адресной справкой, согласно которой с 23.12.2021 по день смерти М.П.В. был зарегистрирован по месту жительства, по адресу: 

<

 адрес > (Т. 1 л.д. 132-133). В то время, как истец и ответчик зарегистрированы и проживают там с 26.09.2006 по настоящее время (Т. 1 л.д. 130-131, 133).

Из выписки по лицевому счету 

<

 № > за период с марта 2018 по август 2025, открытого на имя собственников, представленной ООО «ЕРЦ» на запрос суда, следует, что коммунальные платежи вносились регулярно, М.П.В. отдельного лицевого счета для оплаты коммунальных услуг не имел (Т. 1 л.д. 134-135).

ФИО3, вопреки доводам представителя третьего лица ФИО1 о финансовой несостоятельности ФИО3, представила сведения о доходах за 2018-2019 года, согласно которым доход истца в 2018 году составил 2011231, 16 руб., в 2019 году 2089421, 53 руб. (Т. 2 л.д 68-69).

В 2020 году ФИО3 также получала доход, согласно выписке по карте АО «ТБанк» (лицевой счет 

<

 № >) в размере 1034617, 43 руб. (Т. 2 л.д. 62-133).

Кредитное обязательство по договору с АО «Газпромбанк» от 15.06.2006 

<

 № > погашено ФИО9 21.09.2020 (Т. 1 л.д. 41).

Таким образом, факт того, что в отношении ФИО3 04.12.2020 Арбитражным судом Свердловской области было принято заявление о признании её несостоятельной (банкротом) не свидетельствует о том, что до сентября 2020 года она не имела дохода и средств, для погашения имеющихся обязательств.

Пунктом 7 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что к требованиям супругов о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут, применяется трехлетний срок исковой давности.

В соответствии со статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 Кодекса.

В силу статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.11.1998 N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака", течение трехлетнего срока исковой давности для требований о разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, брак которых расторгнут (пункт 7 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации), следует исчислять не со времени прекращения брака (дня государственной регистрации расторжения брака в книге регистрации актов гражданского состояния при расторжении брака в органах записи актов гражданского состояния, а при расторжении брака в суде - дня вступления в законную силу решения), а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статьей 199 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Пунктом 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" установлено, что исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре (пункт 2 статьи 199 ГК РФ), соответствующее заявление, сделанное третьим лицом, по общему правилу не является основанием для применения судом исковой давности. Вместе с тем заявление о пропуске срока исковой давности может быть сделано третьим лицом, если в случае удовлетворения иска к ответчику возможно предъявление ответчиком к третьему лицу регрессного требования или требования о возмещении убытков.

Таким образом, срок исковой давности по требованиям о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут, исчисляется с момента, когда бывшему супругу стало известно о нарушении своего права на общее имущество, а не с момента возникновения иных обстоятельств (регистрация права собственности на имущество за одним из супругов в период брака, прекращение брака, неиспользование спорного имущества и т.п.).

В пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, у связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.) не влияет на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что срок исковой давности по заявленным ФИО3 требованиям не истек, поскольку её право на причитающуюся долю в квартире стало нарушатся после открытия наследства – смерти М.П.В. Более того, заявление о применении указанного срока сделано лицом, не имеющим на то процессуальных оснований.

Доводы представителя третьего лица о том, что М.П.В. не отказывался от своей доли в праве общей долевой собственности на спорный объект недвижимости, осуществлял переводы ФИО3 с целью оплаты ежемесячных платежей, не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела.

Действительно ФИО3 и М.П.В. вели диалоги по финансовым вопросам в мессенджере Ватсап, из которых видно, что ФИО3 интересуется каким образом нужно перечислять ежемесячные платежи, и просит М.П.В. регулярно переводить денежные средства в конкретные даты, ссылаясь на кредитные обязательства.

Представитель ФИО3 в ходе судебного заседания пояснил, что ФИО3 и М.П.В. договорились на ежемесячную сумму алиментных обязательств, которые ФИО3 по своему усмотрению направляла на погашение имеющегося кредита. М.П.В. в свою очередь об этом знал и не заявлял о нецелевом использовании указанных денежных средств.

Данные доводы подтверждены представленной в материалы дела копией искового заявления о расторжении браке, где указано, что стороны пришли к соглашению по проживанию и содержанию несовершеннолетнего ФИО4, несовершеннолетний остался проживать с матерью, отец выплачивает алименты в размере 30000 руб. ежемесячно (Т. 2 л.д. 146).

Также истцом представлены скриншоты из личного кабинета ФИО3 в АО «ТБанк» за период с апреля 2020 по декабрь 2020 года, где в назначении своих платежей, в пользу истца М.П.В. указывал «алименты 1ч, или 1-2ч, или 2ч».

Суд полагает необходимым обратить внимание, что указанные сумы поступали на счет истца в том числе и после погашения задолженности по кредитному договору 

<

 № > от 15.06.2006, что подтверждает их целевое назначение.

Сведений о поступлении ФИО3 от М.П.В. иных денежных средств (с другим назначением платежа) материалы дела не содержат. Таким образом суд обоснованно принимает позицию истца, о том, что те денежные средства, которые переводит М.П.В. являлись алиментными обязательствами, поэтому их нельзя учитывать, как вклад в погашение задолженности по кредитному обяхательству со стороны М.П.В.

Согласно имеющимся материалам дела остаток основного долга по ипотеке на дату развода (13.02.2018) составлял 730 408,13 руб.

На покупку недвижимости, стороны потратили 2637000 руб. Доля М.П.В. 879000 руб.

Истец указала, что денежные средства на первоначальный взнос при покупке спорной недвижимости были получены от продажи её личной квартиры. Данное обстоятельство также не подверглось спору.

Как установлено в ходе судебного разбирательства, после расторжения брака, ФИО3 единолично, за счет собственных денежных средств исполняла кредитные обязательства до дня его досрочного погашения, сумма выплат, с учетом представленной выписки, составила 981430, 73 руб. (с 21.02.2018 по 22.09.2020).

Таким образом, на приобретение спорной недвижимости, за вычетом равной доли в совместно выплаченных денежных средств, ФИО3 потратила личные денежные средства в размере 1818430, 73 руб.

Таким образом суд, руководствуясь положениями статей 1112, 196, 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, 34, 36, 38 Семейного кодекса Российской Федерации, приходит к выводу, что указанное в иске имущество не могло являться объектом наследственных прав, поскольку на момент открытия наследства не принадлежало наследодателю на праве собственности либо ином праве, предусматривающем переход к наследникам, поскольку ипотечное обязательство после прекращения режима совместной собственности было погашено целиком и исключительно за счёт ФИО3, а наследодатель экономически не понёс имущественных потерь, однако сохранил титул собственника 1/3 доли, что образовало для него неосновательное обогащение, в перспективе перешедшее к его наследнику (ст. 1104 ГК РФ).

Указанные обстоятельства подтвердил ответчик, признав исковые требования в полном объеме.

В связи с указанным, суд признает спорную 1/3 долю в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: 

<

 адрес >, кадастровый 

<

 № > личной собственностью ФИО3 и исключает указанную долю из наследственной массы после смерти М.П.В., признав право собственности на 1/3 долю в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: 

<

 адрес >, кадастровый 

<

 № >, личной собственностью ФИО3

Отношения, возникающие в связи с осуществлением государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, подлежащих в соответствии с законодательством Российской Федерации государственной регистрации, государственного кадастрового учета недвижимого имущества, подлежащего такому учету, а также ведением ЕГРН, регулируются Федеральным законом от 13.07.2015 года N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости".

Согласно частям 3, 4 статьи 1 Федерального закона от 13.07.2015 года N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" государственная регистрация прав на недвижимое имущество - юридический акт признания и подтверждения возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на недвижимое имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества (далее - государственная регистрация прав). Государственная регистрация прав осуществляется посредством внесения в Единый государственный реестр недвижимости записи о праве на недвижимое имущество, сведения о котором внесены в Единый государственный реестр недвижимости.

В силу части 5 статьи 1 Федерального закона от 13.07.2015 года N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" государственная регистрация права в Едином государственном реестре недвижимости является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное в Едином государственном реестре недвижимости право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 2 Федерального закона "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" (далее - Закон о регистрации) государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним - это юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с ГК РФ. Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке. Поскольку при таком оспаривании суд разрешает спор о гражданских правах на недвижимое имущество, соответствующие требования рассматриваются в порядке искового производства.

В вязи с указанным зарегистрированное право собственности на 1/3 долю в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: 

<

 адрес >, кадастровый 

<

 № > за М.П.В. подлежит прекращению, в силу ч. 1 ст. 235 Гражданского кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 12, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО3 к ФИО4 о признании права собственности, исключении имущества из наследственной массы - удовлетворить.

Исключить из состава наследства, оставшегося после смерти М.П.В., 

<

 дд.мм.гггг > года рождения, умершего 28.09.2024 в г.Екатеринбурге, наследственное имущество в виде:

- 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, по адресу: 

<

 адрес >, кадастровый 

<

 № >.

Признать за ФИО3 (

<

 дд.мм.гггг > года рождения, уроженка 

<

 данные изъяты >, СНИЛС 

<

***>) право собственности на 1/3 доли в праве общей долевой собственности по адресу: 

<

 адрес >, кадастровый 

<

 № >, зарегистрированную за М.П.В..

Решение является основанием для Управления Росреестра по Свердловской области внести соответствующие изменения в ЕГРН.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд с подачей апелляционной жалобы через Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.

Судья А.М. Рудковская