РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Сочи.

26.10.2017 г.

Центральный районный суд г.Сочи Краснодарского края в составе

председательствующего судьи Качур С.В., 

при секретаре судебного заседания Балашовой П.П.,

с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2,

представителей ответчика ФИО3 – ФИО4, ФИО5,

представителя ответчиков ВТБ24 (ПАО) и ООО "Долговой центр" ФИО6,

ответчика ФИО5, представляющего также в качестве законного представителя интересы ответчика ФИО7, 

рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО8, ФИО3, ФИО9, ПАО "МТС-Б.", ФИО10, ВТБ24 (ПАО), ООО "Долговой центр", ФИО5, ФИО7, ФИО11, ФИО3, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15 об истребовании недвижимого имущества из чужого незаконного владения,

установил:

Истец просит суд

признать право собственности на домовладение, расположенное по адресу: г.Сочи, Центральный район, 

<

адрес>, состоящее из земельного участка с кадастровым номером № и жилого дома с кадастровым номером №, за ФИО1;

истребовать земельный участок с кадастровым номером № и жилой дом с кадастровым номером №, расположенные по адресу: г.Сочи, Центральный район, 

<

адрес>, из незаконного владения и пользования ФИО3 и передать их во владение и пользование ФИО1;

выселить ФИО3, ФИО5, ФИО7, ФИО4, ФИО16, ФИО12, ФИО13, ФИО11 из жилого дома, расположенного по адресу: г.Сочи, Центральный район, 

<

адрес>, без предоставления другого жилого помещения;

снять с регистрационного учёта по месту постоянного проживания по адресу: г.Сочи, Центральный район, 

<

адрес>: ФИО3; ФИО5; ФИО7; ФИО4 и ФИО16;

снять с регистрационного учёта по месту временного проживания по адресу: г.Сочи, Центральный район, 

<

адрес>: ФИО11

В обоснование иска указывает, что ДД.ММ.ГГГГ истица заключила с ФИО8 договор купли-продажи земельного участка (кадастровый номер №) и жилого дома (кадастровый номер №), расположенных по адресу: г.Сочи, Центральный район, 

<

адрес>

ДД.ММ.ГГГГ переходы права собственности на указанные земельный участок и жилой дом от истицы к ФИО8 были зарегистрированы за номерами: № и № соответственно.

Однако, анализ всех обстоятельств, сопутствующих заключению этого договора, свидетельствует о том, что данная сделка является мнимой, поскольку ключи от входных дверей и помещений "домовладения" истица ФИО8 не передавала, мебель и другой инвентарь, принадлежащий истице, семье ФИО17 и ФИО18, которые проживали в то время в "домовладении" по письменному соглашению от 27.07.2017 оставались после заключения договора в "домовладении"; расходы на коммунальные услуги, содержание, ремонт и отделку "домовладения" продолжали нести "пользователи домовладением", что, помимо прочего, подтверждается счетами и квитанциями коммунальных служб.

Кроме того, выполняя требования п.1 ст.555 ГК РФ, согласно которого "...договор продажи недвижимости должен предусматривать цену этого имущества...", истица и ФИО8 оценили "домовладения" на сумму 990000 рублей.

Однако, как следует из отчёта №, составленного ООО "Сочинское агентство по финансовому оздоровлению и банкротству", рыночная стоимость "домовладения" на 25.01.2008 составляла 51884000 рублей, а ликвидационная стоимость, то есть цена, по которой "домовладение" может быть быстро реализовано 41943000 рублей.

Аналогичное исследование провело также ООО "Южная оценочная компания "Эксперт", которая определила рыночную стоимость "домовладения" на 31.01.2008 - 43141551 рублей, а ликвидационная - 34999571 рублей.

В соответствии с п.2 ст.1 ГК РФ "...Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе...".

Истица является дееспособным лицом, а потому факт отчуждения "домовладения" по цене в 40-50 раз дешевле рыночной стоимости позволяет сделать вывод о том, что истица не имела намерения получить за него от ФИО8 адекватного встречного предоставления.

Следовательно, условие о договорной цене "домовладения" носило для истицы и ФИО8 формальный характер.

Таким образом, изложенные обстоятельства позволяют сделать вывод о том, что при заключении договора купли-продажи "домовладения" от 28.12.2007 истица изначально не имела намерения передавать "домовладение" ФИО8, а ФИО8 не имел намерения принимать "домовладение" в свою собственность.

В соответствии с ч.1 ст.170 ГК РФ "...Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна...".

Согласно пунктам. 1, 2 ст.167 ГК РФ "...Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.. . При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.. .".

Следовательно, в силу перечисленных требований закона договор купли-продажи "домовладения" от ДД.ММ.ГГГГ является мнимой, ничтожной сделкой, не влекущей юридических последствий, а значит права и обязанности покупателя по этому договору к ФИО8 не перешли.

При таких обстоятельствах ФИО8 обязан вернуть "домовладение" истице, а истица обязана вернуть ФИО8 990000 рублей, полученные от ФИО8 за "продажу" "домовладения".

Однако в настоящее время "домовладение" выбыло из владения ФИО8 и находится в собственности и владении ФИО3, в котором в настоящий момент зарегистрированы и (или) проживают кроме ФИО3, ФИО5, ФИО7, ФИО4, ФИО16, ФИО11, ФИО3, ФИО12, ФИО13

Истица полагает, что "домовладение" находится во владении ФИО3 и в пользовании вышеперечисленных лиц незаконно и должно быть возвращено истице по следующим основаниям:

Анализ документов-оснований, по которым "домовладение" переходило от одного покупателя к другому, позволяет сделать вывод о том, что право собственности истицы на "домовладение" перешло к ФИО3 в результате заключения:

28.12.2007 договора купли-продажи домовладения между истицей и ФИО8;

07.03.2008 договора ипотеки между АКБ "Московский Банк Реконструкции и Развития" (в настоящее время ПАО "МТС-Банк"), далее "Банк МБРР" с одной стороны, и ФИО9 и солидарным заёмщиком ФИО10, с другой стороны, на сумму 16000000 рублей;

07.03.2008 договора купли-продажи домовладения между ФИО8 и ФИО9;

договора цессии, по которому право требования по кредитному договору перешло к ОАО "ВТБ-24";

26.01.2010 договора купли-продажи "домовладения между ФИО9 и ООО "Долговой центр", заключённого вследствие невозврата денежных средств "Банку МБРР" по договору ипотеки 07.03.2008 (вместе с пеней и процентами);

20.12.2012 договора купли-продажи "домовладения" между ООО "Долговой центр" и ФИО3 

Из содержания п.34 совестного постановления Пленума ВС РФ № 10 и Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" следует, что "... в случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам статей 301, 302 ГК РФ...". 

Как следует из п.15 информационного письма ВАС РФ от 28.04.1997 № 13, "...собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения и в том случае, когда основания передачи имущества новому владельцу не были оспорены собственником в судебном порядке...".

Между истицей и ФИО3 отсутствуют договорные отношения и, несмотря на недействительность сделки между истицей и ФИО8, к этой сделке нельзя применить последствия, предусмотренные п.2 ст.167 ГК РФ (реституция - возврат сторон в первоначальное положение), поскольку, как указано выше, спорное "домовладение" выбыло из владения ФИО8

Следовательно, для защиты прав истицы и возврата ей незаконно приобретённого ФИО3 у ООО "Долговой центр" "домовладения" следует руководствоваться правилами статьями 301, 302 ГК РФ.

В соответствии со ст.301 ГК РФ "...Собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения...".

Из содержания п.1 ст.302 ГК РФ следует, что, "... если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли...".

Таким образом, если предположить, что ФИО3 является добросовестным приобретателем "домовладения", то есть лицом, которое не знало и не могло знать о том, что приобретает спорное "домовладение" у ООО "Долговой центр", не имеющего право его отчуждать, то для восстановления своих прав на "домовладения" по правилам п.1 ст.302 ГК РФ истица должна доказать:

право собственности на "домовладение";

факт выбытия "домовладения" из владения истицы и (или) лица, которого оно находилось, помимо их воли.

Относительно ничтожности договора между истицей и ФИО8 от 28.12.2007 истец указывает, что как указано выше, данная сделка является мнимой. Однако переход права собственности по этой сделке зарегистрирован в ЕГРП, а потому в силу п.1 ст.2 ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" от 21.07.1997 № 122-ФЗ, действовавшего в этой части на дату заключения мнимого договора, а также п.5 ст.1 ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" от 13.07.2015 № 218-ФЗ, действующего в настоящее время, запись о государственной регистрации перехода права собственности на "домовладение" от истицы к ФИО8 являлось на тот момент единственным доказательством зарегистрированного права собственности на "домовладение" у ФИО8

В соответствии с п.1 ст.55 ГПК РФ "...доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела...".

Согласно пунктам 1, 2 ст.67 ГПК РФ "...Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.. . Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы...".

Таким образом, изложенный анализ правовых норм позволяет сделать вывод о том, что запись в ЕГРП носит не правоустанавливающий, а правоподтверждающий характер, который не имеет для суда заранее установленной силы.

Однако, как следует из вышеуказанных обстоятельств, запись в ЕГРП о переходе права собственности по договору купли-продажи "домовладения" от 28.12.2007 от истицы к ФИО8 подтверждает недостоверные сведения, поскольку в силу ст.168 ГК РФ этого перехода юридически не произошло.

Следовательно, запись в ЕГРП о переходе права собственности на "домовладение" от истицы к ФИО8 не может являться доказательством, подтверждающим это обстоятельство.

Данный вывод подтверждается разъяснениями Пленума ВС РФ, содержащимися в п.86 постановления "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" от 23.06. 2015 № 25, из которого следует, что стороны мнимой сделки "...могут также осуществить для вида ее формальное исполнение...осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п.1 ст.170 ГК РФ...".

Кроме того, отсутствие доказательственного значения у записи в ЕГРП при выбытии спорного имущества из владения собственника и (или) лица, во владении которого оно находилось, помимо их воли, подтверждается требованиями ч.2 ст.223 ГК РФ, из которых следует, что "...недвижимое имущество признается принадлежащим добросовестному приобретателю (п.1 ст.302) на праве собственности с момента такой регистрации, за исключением предусмотренных ст.302 настоящего Кодекса случаев, когда собственник вправе истребовать такое имущество от добросовестного приобретателя...".

При этом, разъясняя правовой смысл ст.302 ГК РФ, Пленум ВС РФ и Пленум ВАС РФ указали в п.38 постановления № 10/22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и. других вещных прав", что "... запись в ЕГРП о праве собственности отчуждателя не является бесспорным доказательством добросовестности приобретателя...".

Следовательно, при совершении мнимой сделки и при наличии оснований для истребования имущества от добросовестного приобретателя по правилам п.1 ст.302 ГК РФ запись в ЕГРП о праве собственности на недвижимое имущество не может являться доказательством, подтверждающим это обстоятельство, а значит право собственности на спорное "домовладение" должно быть признано за истицей.

Относительно ничтожности договора между ФИО8 и ФИО9 от 07.03.2008 истец указывает, что из содержания п.1 ст.209 ГК РФ следует, что только "...собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом...".

Как указано выше, в результате заключения мнимого договора с истицей ФИО8 не стал собственником "домовладения", а значит договор с ФИО9 был заключён в нарушение требований п.1 ст.209 ГК РФ неуправомоченным собственником.

В соответствии с п.1 ст.167, ст.168 ГК РФ в редакции на 07.03.2008 "...сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна...". "...Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения...".

В соответствии с п.6 ст.3 ФЗ "О внесении изменений в подразделы 4 и 5раздела I части первой и статью 1153 части третей гражданского кодекса Российской Федерации" от 07.05.2013 № 100-ФЗ "...нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) об основаниях и о последствиях недействительности сделок (статьи 166-176, 178-181) применяются к сделкам, совершенным после дня вступления в силу настоящего Федерального закона...".

Следовательно, договор ФИО8 с ФИО9 тоже не влечёт юридических последствий, а значит по нему право собственности на "домовладение" к ФИО9 не переходило, из чего следует вывод, что и в этом случае право собственности на домовладение" необходимо признать за истицей.

Если бы ФИО18 приобрёл право собственности на "домовладение" после заключения с истицей договора купли-продажи, то его сделка с ФИО19 является мнимой, исходя из следующего:

условие о цене "домовладения" 990000 рублей (п.1.4 договора) носило формальный характер, поскольку, как указано выше, рыночная стоимость "домовладения" составляла согласно мнениям специалистов в области оценки недвижимости от 43141551 до 51884000 рублей, а ликвидационная - от 34999571 до 41943000 рублей;

"домовладение", как и при заключении предыдущей сделки истицы с ФИО8, ФИО9 не передавалось;

документы и ключи от входных дверей и помещений "домовладения" остались после заключения договора у истицы, семьи ФИО20 и ФИО8, которые продолжали нести расходы по содержанию, ремонту и отделке "домовладения".

Таким образом, изложенные обстоятельства позволяют утверждать, что при заключении 07.03.2008 договора купли-продажи "домовладения" между ФИО8 и ФИО9 его стороны тоже не имели намерения создать этому договору правовые последствия, а потому данная сделка тоже является мнимой в соответствии с требованиями ч.1 ст.170 ГК РФ.

Следовательно, факт совершения ФИО8 и ФИО9 ничтожной сделки и (или) наличие оснований для истребования "домовладения" от ФИО3 в порядке п.1 ст.302 ГК РФ, о которых буде указано ниже, свидетельствует об отсутствии у записи в ЕГРП о переходе права собственности на "домовладение" к ФИО9 доказательственного значения, а значит при таких обстоятельствах право собственности на "домовладение" должно быть признано за истицей.

Относительно ничтожности договоров между ФИО9 и ООО "Долговой центр" от 26.01.2010 и между ООО "Долговой центр" и ФИО3 от 20.12.2012 истец указывает, что поскольку ФИО9 не являлась собственником "домовладения", то все последующие сделки тоже не имели юридических последствий в силу п.1 ст.167, ст.168 ГК РФ, так как все они были совершены неуправомоченным собственниками, то есть в нарушение требований п.1 ст.209 ГК РФ.

Таким образом, изложенный анализ перечисленных сделок позволяет сделать вывод о том, что право собственности на "домовладение" от истицы де-юре ни к кому не перешло, а значит право собственности на "домовладение" должно быть признано за истицей.

Из содержания п.39 постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ № 10/22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", следует, что "...по смыслу п.1 ст.302 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.... судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу...".

Как указано выше, между истицей, семьёй ФИО20 и ФИО8 25.12.2007 заключено соглашение о порядке пользования "домовладением", а потому при таких обстоятельствах наличие титула собственности на "домовладение" не имело ни для кого из них принципиального значения, поскольку все они являлись родственниками, между которыми сложились добрые и доверительные отношения.

С целью получения на выгодных условиях банковского кредита для ремонта, отделки и благоустройства "домовладения" 07.03.2008 ФИО9 и ФИО10 по просьбе ФИО20 заключили с "Банком МБРР" договор ипотеки 

<

***> от 07.03.2008 на сумму 16000000 рублей, во исполнение которого ФИО8 и ФИО9 заключили в тот же день, как указано выше, мнимый договор купли-продажи "домовладения" для последующей его передачи в залог "Банку МБРР".

Помимо обстоятельств, подтверждающих мнимость договора купли-продажи "домовладения" между ФИО8 и ФИО9, данное обстоятельство подтверждается:

п.1 договора ипотеки, из которого следует, что кредит предоставлялся "Банком МБРР" для ремонта, отделки и благоустройства "домовладения" с условием приобретения этого "домовладения" у ФИО8 за 990000 рублей с последующей передачей его "Банку МБРР" в залог стоимостью 16000000 рублей. Логика и здравый смысл кредитных обязательств, ставящих выдачу кредита в зависимость от приобретения заёмщиком имущества у третьих лиц по цене в 40-50 раз меньше его рыночной стоимости, для последующей передачи этого имущества в залог банку по цене в 16 раз меньше суммы выдаваемого кредита, свидетельствуют о том, что отчуждение имущества на таких кабальных условиях могло быть произведено собственником и (или) владельцем этого имущества только в интересах последних;

п.1 соглашения между ФИО8 и ФИО9 от 07.03.2017, из которого следует, что ФИО9 обязалась вернуть "домовладение" ФИО8 по цене, определенной в договоре купли-продажи "домовладения", но после возврата ФИО8 полученного ею кредита по договору 

<

***> от 07.03.2008;

пункты 3.1, 3.3, 4 соглашения между ФИО8 и ФИО9 от 07.03.2017, согласно которых ФИО9 обязалась: не отчуждать "домовладение" в период действия кредитного договора третьим лицам; не пользоваться им; не препятствовать проживанию в "домовладении" ФИО8 и его родственников и не осуществлять прописку (регистрацию) в "домовладении" третьих лиц, кроме ФИО8 и его родственников.

Кроме того, факт получения кредита в интересах "пользователей домовладения" для его ремонта и отделки, подтверждается приходными кассовыми ордерами: № от ДД.ММ.ГГГГ; № от ДД.ММ.ГГГГ; № от ДД.ММ.ГГГГ; № от ДД.ММ.ГГГГ; № от ДД.ММ.ГГГГ; № от ДД.ММ.ГГГГ; № от ДД.ММ.ГГГГ; № от ДД.ММ.ГГГГ; № от ДД.ММ.ГГГГ, из которых следует, что деньги для возврата кредита в размере ежемесячных аннуитетных платежей, предусмотренных п.ДД.ММ.ГГГГ кредитного договора в размере 170920 рублей, ФИО9 перечисляли: племянник ФИО20 - ФИО21 и ФИО22, действующая по поручению ФИО20

Таким образом, указанные обстоятельства подтверждают, что ФИО9 и ФИО10 выступила в отношениях с "Банком МБРР" созаёмщиками формально, то есть - в качестве номинальных субъектов кредитных отношений, финансирование которых осуществлял ФИО20

Однако после ареста ФИО20, состоявшегося ДД.ММ.ГГГГ, дальнейшее финансирование ФИО9 стало невозможным, в связи с чем она по требованию "Банка ВТБ-24" продала "домовладение" аффилированному с Б. лицу ООО "Долговой центр", прекратив тем самым кредитные обязательства по договору № ИРК-7-40708/СО.

Таким образом, если предположить, что ФИО3 является добросовестным приобретателем "домовладения", то факт его отчуждения ФИО9 в собственность ООО "Долговой центр" без согласия истицы и других лиц, пользующихся "домовладением", свидетельствует о том, что "домовладение" выбыло из владения истицы и "пользователей домовладения" помимо их воли.

Кроме того, факт выбытия "домовладения" помимо воли истицы и лиц, во владении которых оно находилось, подтверждается следующим.

ДД.ММ.ГГГГ, освободившись из мест лишения свободы, ФИО20 пытался добиться от руководства "Банка ВТБ-24" адекватных решений по возврату "домовладения" и погашению кредита, ссылаясь на форс-мажорные обстоятельства, лишившие его возможности выполнить кредитные обязательства ФИО9 в установленные договором сроки (арест ФИО20). При этом ФИО20 обосновывал свою позицию нарушением имущественных прав истицы, произошедшим вследствие неразумного отчуждения "домовладения" в собственность ООО "Долговой центр" по цене более чем в 2-3 раза ниже рыночной.

Однако вместо того, чтобы разрешить спорную ситуацию с учётом прав и законных интересов истицы, 20.12.2012 ООО "Долговой центр" заключило с ФИО3 договор купли-продажи "домовладения", после чего, уклоняясь от судебных разбирательств, в ходе которых могли выясниться все дефекты предыдущих сделок, 29.12.2012 ФИО3 незаконно в принудительном порядке выселила из домовладения" всех лиц, которые в нём проживали, используя для подтверждения законности самоуправных действий свидетельство о праве собственности на домовладение" и сотрудников полиции, которым в соответствии с ФЗ "О полиции" запрещено вмешиваться в гражданские и жилищные споры.

Таким образом, изложенные обстоятельства свидетельствуют о том, что "домовладение" выбыло из владения истицы и его пользователей помимо их воли, а значит, если предположить, что ФИО3 является добросовестным приобретателем, то при таких обстоятельствах она обязана вернуть его истице на основании п.1 ст.302 ГК РФ.

Вместе с тем истица считает, что ФИО3 не является добросовестным приобретателем "домовладения", поскольку она могла и должна была знать, что ООО "Долговой центр" не имело права его отчуждать, а значит ФИО3 обязана вернуть "домовладение" истице, в том числе на основании ст.301 ГК РФ.

Из содержания п.38 постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ № 10/22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" следует, что "...ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем. Собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества...". При этом под обстоятельствами, которые должны "...вызвать у приобретателя имущества сомнения в отношении права продавца на отчуждение спорного имущества..." в п.9 информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.11.2008 № 126 понимаются, помимо прочего, "...явно заниженная цена продаваемого имущества...".

Следовательно, для подтверждения исковых требований в этой части истица должна доказать недействительность договора купли-продажи "домовладения" между ООО "Долговой центр" и ФИО3 от 20.12.2012, не принимая во внимание обстоятельства, свидетельствующие о заключении этого договора неуправомоченным лицом, и (или) обстоятельства, обязывающие ФИО3 усомниться в праве ООО "Долговой центр" на отчуждение "домовладения".

Относительно недействительности договора купли-продажи "домовладения" от 20.12.2012 истец указывает, что в соответствии с п.1 ст.555 ГК РФ, "...договор продажи недвижимости должен предусматривать цену этого имущества. При отсутствии в договоре согласованного сторонами в письменной форме условия о цене недвижимости договор о ее продаже считается незаключенным...".

Из содержания п.5 ст.10 ГК РФ следует, что "…добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются...", из чего следует вывод, что при заключении договора купли-продажи "домовладения" ООО "Долговой центр" и ФИО3 действовали добросовестно, то есть предусмотрели разумную цену отчуждения "домовладения" по цене 9700000 рублей.

Однако, как указано выше, рыночная стоимость домовладения только на январь 2008 г. составляла от 43141551 до 51884000 рублей, а ликвидационная - от 34999571 до 41943000 рублей, что более чем в 4,5 раза меньше суммы 9700000 рублей.

Следовательно, при заключении договора купли-продажи "домовладения" 20.12.2012 ООО "Долговой центр" и ФИО3 действовали неразумно, а значит недобросовестно, в связи с чем условие о цене "домовладения" считается при таких обстоятельствах несогласованным, а договор - незаключённым и не влекущим юридических последствий, поскольку при его заключении стороны нарушили презумпцию добросовестности, которой должны руководствоваться все участники гражданского оборота.

Таким образом, из изложенного следует вывод, что договор купли-продажи домовладения" между ООО "Долговой центр" и ФИО3 является в силу п.5 ст.10, п.1 ст.555 ГК РФ незаключёнными, и в силу ст.168 ГК РФ - недействительным.

Обстоятельствами, обязывающие ФИО3 усомниться в праве ООО "Долговой центр" на отчуждение "домовладения" являются, как указано выше, договор купли-продажи "домовладения" между ООО "Долговой центр" и ФИО3 заключён на сумму более чем в 4,5 раза меньше его рыночной али ликвидационной стоимости, а значит по этой сделке ООО "Долговой центр" не получило адекватного встречного предоставления.

В п.9 информационного письма Президиума ВАС от 13.11.2008 № 126 указано, что, если имущество отчуждается по цене почти вдвое ниже рыночной, то "...ответчик по виндикационному иску должен был знать об отсутствии у липа, продавшего ему спорное имущество, права на его отчуждение... В данном случае ответчик, проявляя обычную степень осмотрительности, должен был предпринять дополнительные меры, заправленные на проверку юридической судьбы вещи. При этом суд указал: право сторон по своему усмотрению определять цену в договоре (статьи 421 и 424 ГК РФ) при таком подходе не ограничивается, поскольку выводы суда касаются добросовестности ответчика, а не соответствия сделки закону...".

Таким образом, факт явного занижения цены на "домовладение" по сделке между ООО "Долговой центр" и ФИО3 свидетельствует о том, что этой сделке сопутствовало обстоятельство, которое должно было вызвать, но не вызвало у ФИО3 сомнения в отношении права ООО "Долговой центр" на отчуждение "домовладения", а значит ФИО3 является недобросовестным приобретателем спорного "домовладения".

Заключая договор купли-продажи "домовладения" ФИО3 не только не осмотрела его на предмет выяснения условий для будущего проживания в "домовладении", что обычно делают покупатели жилой недвижимости перед тем как её приобрести, но и проигнорировала то обстоятельство, что в "домовладении" проживали бывшие собственники, которые не были согласны с правами ФИО3 на "домовладение" и которые не имели намерений его освобождать.

Данное обстоятельство подтверждается требованием ООО "Долговой центр" № 1485, полученным ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ, в котором ФИО8 сообщается о наличии у ООО "Долговой центр" права собственности на "домовладение" и о необходимости освободить "домовладение" от личного имущества ФИО8 (мебели, предметов интерьера и пр.).

Согласно п.1 ст.209 ГК РФ в содержание права собственности входит не только возможность распоряжаться имуществом, но и возможность владеть и пользоваться им.

При этом законодатель указал в п.1 ст.556 ГК РФ, что "...передача недвижимости продавцом и принятие ее покупателем осуществляются по подписываемому сторонами передаточному акту или иному документу о передаче...".

Однако, как указано выше, при заключении договора купли-продажи "домовладения" с ФИО3 ООО "Долговой центр" отчуждаемым "домовладением" не владело, а значит ООО "Долговой центр" взяло на себя обязательства по передаче "домовладения" ФИО3 по акту, которые изначально не могло, а значит не собиралось выполнять.

Аналогичное отношение к выполнению обязанностей по указанной сделке, но уже со стороны покупателя этой сделки, было и у ФИО3, которая при заключении договора с ООО "Долговой центра" знала о том, что продавец отчуждаемым объектом недвижимости не владеет, а значит ФИО3 тоже не могла и не собиралась выполнять требования п.1 ст.556 ГК РФ.

Вместе с тем из ст.309 ГК РФ следует, что "...обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов..." и, как следует из п.1 ст.10 ГК РФ "...недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).. ." не допускается.

Следовательно, заключая договор купли-продажи "домовладения" без намерений выполнять по нему предусмотренные законом обязанности, ФИО3 и ООО "Долговой центр" действовали недобросовестно.

Из разъяснений Конституционного Суда РФ, содержащихся в абз.8 п.3 Постановления Конституционного Суда РФ "По делу о проверке конституционности положения п.1 ст.302 ГК РФ в связи с жалобой гражданина А.Н. Дубовца" от 22.06.2017 № 16-П, следует, что "...добросовестным приобретателем.. . является приобретатель недвижимого имущества.. ., если только из установленных судом обстоятельств дела с очевидностью не следует, что это лицо знало об отсутствии у отчуждателя права распоряжаться данным имуществом...".

Из вышеизложенных обстоятельств с очевидностью следует, что ФИО3 знала об отсутствии у ООО "Долговой центр" отчуждаемого объекта, а значит она знала об отсутствии у данного общества возможности распорядиться "домовладением" с соблюдением требований п.1 ст.556 ГК РФ, то есть знала об отсутствии у ООО "Долговой центр" права распорядиться "домовладением" добросовестно.

Следовательно, ФИО3 является недобросовестным приобретателем, что, помимо изложенного, подтверждается позицией Президиума ВАС РФ, содержащейся в п.6 информационного письма "Обзора судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения" от 13.11.2008 № 126, в котором указано, что приобретатель объекта недвижимости не может являться добросовестным, если этот объект ему во владение не передавался.

Из постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела от 28.12.2012 и от 23.01.2013, вынесенных по результатам проверок, проведённых в порядке ст.144 УПК РФ по заявлениям ФИО3, следует, что ФИО3 приобрела "домовладение" в условиях конфликтной ситуации, возникшей из-за несогласия ФИО20 и других "пользователей домовладения" с правами ФИО3 на спорное "домовладение".

Истица полагает, что при таких обстоятельствах, когда продавец и покупатель не владели "домовладением" в натуре, а его владельцы не были согласны с лишением их прав на пользование "домовладением", ФИО3 должна была усомниться в наличии у ООО "Долговой центр" права собственности на "домовладения" и проверить законность предыдущих сделок.

Необходимость такого поведения у потенциального покупателя объекта недвижимости подтверждается разъяснениями Пленума ВС РФ "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" от 23.06.2015 № 25, содержащимися в п.1 постановления, из которого следует, что при оценке действий "...сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны...".

Аналогичная позиция содержится в абз.8 п.3 Постановления Конституционного Суда РФ "По делу о проверке конституционности положения п.1 ст.302 ГК РФ в связи с жалобой гражданина А.Н. Дубовца" от 22.06.2017 № 16-П, где указано, что "...добросовестным приобретателем.. . является приобретатель недвижимого имущества.. ., если только..., из установленных судом обстоятельств дела с очевидностью не следует, что это лицо.. ., исходя из конкретных обстоятельств дела, не проявило должной разумной осторожности и осмотрительности, при которых могло ч знать об отсутствии у отчуждателя такого права...".

Вышеизложенные обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО3 должна была проявить должную разумную осторожность и осмотрительность, при проявлении которых она могла узнать об отсутствии у ООО "Долговой центр" права на отчуждение домовладения" путём проверки оснований перехода права собственности на домовладение" от истицы к ООО "Долговой центр", поскольку именного такого поведения следовало ожидать от ФИО3, как от добросовестного покупателя, учитывающего права и законные интересы бывших собственников приобретаемого объекта недвижимости.

Однако ФИО3 этого не сделала, а значит она не может быть признана добросовестным приобретателем "домовладения".

В соответствии с п.1 ст.196 ГК РФ "... Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст.200 настоящего Кодекса...".

Согласно п.1 ст.200 ГК РФ "...Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права...".

Виндикационный иск - это иск невладеющего собственника к незаконно владеющему несобственнику об изъятии имущества в натуре. Виндикационным иском защищается право собственника в целом, то есть все правомочия собственника, поскольку он предъявляется в тех случаях, когда нарушены права владения, пользования и распоряжения одновременно.

По данным ЕРГН право истицы распоряжаться "домовладением" было прекращено в результате заключения 28.12.2007 договора с ФИО8

Однако, как указано выше, в результате этой сделки право собственности к ФИО8 по этой сделке не перешло, поскольку она являлась мнимой, и истица продолжала пользоваться "домовладением" как собственным, продолжая оплачивать коммунальные услуги.

Следовательно, права истицы договором купли-продажи "домовладения" от 28.12.2007 нарушены не были, так как данная сделка была для неё и ФИО8 формальной, а право собственности ФИО8 на "домовладение" номинальным.

Фактически нарушение права истицы на "домовладение" произошло после заключения ФИО9 договора купли-продажи "домовладения" от 26.01.2010, по которому право собственности на него по данным ЕГРН перешло к ООО "Долговой центр".

Но и после этого "домовладение" из владения и пользования истицы не выбыло, а потому она не знала и не могла знать, что этой сделкой ФИО9 нарушила её права, поскольку после данной сделки истица продолжала владеть и пользоваться домовладением" как своим собственным, неся при этом расходы на его содержание и оплату коммунальных услуг (вода, канализация, электроэнергия), что подтверждается квитанциями, оплаченными двоюродным братом истицы - ФИО23

Даже после принудительного выселения ФИО17 и других лиц, проживавших в домовладении", которое 29.12.2012 организовала ФИО3 с использованием сотрудников полиции, истица не узнала и не могла узнать о нарушении своих прав, поскольку на тот период времени истица в "домовладении" уже не проживала и никто её об этом обстоятельстве не уведомил.

Фактически, истица узнала о том, что её права на домовладение нарушены и о том, кто должен быть надлежащим ответчиком по данному делу только после получения выписки в ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ.

Следовательно, трёхлетний срок исковой давности по настоящему иску начал течь с ДД.ММ.ГГГГ.

При рассмотрении дела истец уточнила требования и просила суд 

признать право собственности на домовладение, расположенное по адресу: г.Сочи, Центральный район, 

<

адрес>, участок 132 А, состоящее из земельного участка с кадастровым номером № и жилого дома с кадастровым номером № за ФИО1,

истребовать земельный участок с кадастровым номером № и жилой дом с кадастровым номером № расположенные по адресу: г.Сочи, 

<

адрес> из незаконного владения и пользования ФИО3 и передать их во владение и пользование ФИО1,

выселить из жилого дома, расположенного по адресу: г.Сочи, Центральный район, 

<

адрес>, ФИО3, ФИО5, ФИО7, ФИО14, ФИО15, ФИО12, ФИО13, ФИО11 и иных наведённых лиц без предоставления другого жилого помещения,

снять с регистрационного учёта по месту постоянного проживания по адресу: г. Сочи, Центральный район, 

<

адрес>: ФИО3; ФИО5; ФИО7, ФИО14 и ФИО15,

снять с регистрационного учёта по месту временного проживания по адресу: г.Сочи, Центральный район, 

<

адрес>: ФИО11

В дальнейшем, при рассмотрении дела истец увеличила требования и дополнительно просила суд 

признать кредитный договор №, заключённый 20.12.2012 между Банком ВТБ-24 и ФИО3, недействительным,

признать обременение земельного участка по адресу: г. Сочи, Центральный район, 

<

адрес> ипотекой в силу закона, зарегистрированной 28.12.2012 в ЕГРН за номером №, отсутствующим,

признать обременение жилого дома по адресу: г.Сочи, Центральный район, 

<

адрес> ипотекой в силу закона, зарегистрированной 28.12.2012 в ЕГРН за номером №отсутствующим.

В обоснование увеличения требований указано, что из содержания выписки из ЕГРН от 02.06.2017 по спорному домовладению следует, что на основании договора купли-продажи домовладения от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ООО "Долговой центр" в ЕГРН зарегистрирована ипотека в пользу банка ВТБ-24 (ПАО), что подтверждено записями в реестре: № (земельный участок) и № (здание) от ДД.ММ.ГГГГ.

Из содержания п.1.4 указанного договора следует, что домовладение было приобретено ФИО3 у ООО "Долговой центр" за 9700000 рублей, из которых 6790000 рублей - собственные средства ФИО3, а 2910000 рублей - ипотечный кредит, представленный ФИО3 банком ВТБ-24 на основании кредитного договора № от ДД.ММ.ГГГГ (п.п. 1.1, 2.1.3 договора).

Исковые требования направлены на истребование домовладения из незаконного владения титульного собственника (ФИО3), и в случае удовлетворения настоящего иска обременение на данное домовладение в виде ипотеки будет нарушать право собственности истицы, поскольку наличие этого обременения не позволит ей распоряжаться им в своей золе и в своём интересе.

Вместе с тем в соответствии со ст.304 ГК РФ "... собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения...".

Как указано в исковом заявлении, право собственности к ООО "Долговой центр" от ФИО9 де-юре не перешло, поскольку в силу п.1 ст.167, ст.168 ГК РФ она являлась неуполномоченным собственником домовладения, то есть приобрела его в нарушение требований п.1 ст.209 ГК РФ у неуполномоченного собственника ФИО8 Следовательно, при таких обстоятельствах договор купли-продажи домовладения от 20.12.2012 между ООО "Долговой центр" и ФИО3 тоже заключен в нарушение п.1 ст.209 ГК РФ неуправомоченным собственником, а потому этот договор тоже является в силу п.1 ст.167, ст.168 ГК РФ ничтожным и не влекущим правовых последствий.

В соответствии с п.3 ст.329 ГК РФ в редакции на 03.12.2012 "...недействительность основного обязательства влечет недействительность обеспечивающего его обязательства, если иное не установлено законом.. .".

Иное для отношений залога законом не установлено, а значит недействительность договора купли-продажи домовладения от 20.12.2012 между ООО "Долговой центр" и ФИО3 влечёт недействительность кредитного договора № и условия о залоге домовладения, внесённого сторонами в основной договор купли-продажи домовладения в обеспечение обязательств продавца (ФИО3)

Кроме того, как указано в п.1 ст.6 ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)" от 16.07.1998 № 102-ФЗ "...ипотека может быть установлена на.. . имущество, которое принадлежит залогодателю на праве собственности или на праве хозяйственного ведения..."., 

Следовательно, кредитный договор № от 20.12.2012, заключённый ФИО3 с Банком ВТБ-24, и условия о залоге домовладения, внесённое ООО "Долговой центр" и ФИО3 в договор купли-продажи домовладения, являются ничтожными по самостоятельному основанию, предусмотренному п.1 ст.167, ст.168 ГК РФ и п.1 ст.6 ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)", поскольку ФИО3 де-юре не являлась собственником спорного домовладения.

В соответствии с п.52 совместного постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ № 10/22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", "...в случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующим...".

В случае признания за истицей права собственности на спорное домовладение и истребования его из незаконного владения ФИО3 записи в ЕГРН, подтверждающие обременения домовладения ипотекой в пользу Банка ВТБ-24, будут нарушать право собственности истицы, и это право нельзя будет защитить путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения.

Следовательно, при таких обстоятельствах оспаривание зарегистрированной ипотеки на домовладение может быть осуществлено только путем предъявления иска о признании данного обременения отсутствующим.

Ответчиком ФИО3 представлен отзыв на иск.

В обоснование возражений указано, что 28.12.2007 г. истец заключила с ФИО8 договор купли-продажи земельного а и жилого дома, расположенных по адресу: Краснодарский край, г.Сочи, Центральный район, 

<

адрес>А. Переход права собственности на данное домовладение от истца к ФИО8 были зарегистрированы. 

Истец вожделеет признать указанную сделку мнимой. Однако раннее в Центральном районном суде г.Сочи рассматривалось гражданское № 2-819/2013 по исковому заявлению ФИО1 к ФИО8 о взыскании денежных средств. Определением от 30.01.2013 г. судьей Центрального районного суда г.Сочи в обеспечение заявленного иска был наложен арест на домовладение.

Определением от 26.03.2013 г. судьей Центрального районного суда г.Сочи прекращено производство по данному гражданскому делу, утверждено мировое соглашение между ФИО1 и ФИО8, согласно которому стороны заключили указанное Мировое соглашение о том, что ФИО8 выплачивает ФИО1, средства по договору купли-продажи домовладения от 28.12.2007 г. в размере 990000 рублей. Определение вступило в законную силу. После чего ФИО3, являясь собственником домовладения, обратилась в Центральный районный суд г.Сочи с заявлением об отмене обеспечительных мер. 03.06.2013 г. определением судьи Центрального районного суда г.Сочи были отменены меры по обеспечению иска. Определение об отмене мер по обеспечению 03.06.2013 г. вступило в законную силу.

Более того, ФИО1, зная, что собственником домовладения является ФИО3 обратилась с заявлением о якобы факте мошеннических действий со стороны ФИО3 при заключении договора ипотечного кредита для приобретения домовладения. Постановлением дознавателя - инспектора ОИАЗ ОП (Центральный район) УВЛ по г.Сочи от 03.08.2013 г. было отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3 за отсутствием в ее действиях состава преступлений, предусмотренных ч.1 ст.159, ч.3 ст.327 УК РФ.

Из вышеизложенного следует, что истец ФИО1 в 2013 г. знала о том, что домовладение принадлежит на праве собственности ФИО3

В соответствии с ч.1 ст.196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст.200 настоящего Кодекса.

Согласно ч.1 ст.200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Таким образом, ФИО1, узнав о предполагаемом нарушении ее прав в 2013 г. и обратившись с исковым заявлением в суд лишь в 2017 г., пропустила срок исковой давности.

Доводы Истца о том, что она не знала о переходе прав на домовладение другим лицам и надлежащего ответчика, являются несостоятельными.

В 2012 г. ФИО3, увидев объявление о продаже домовладения, позвонила по указанному номеру телефона. В ходе телефонного разговора ей стало известно, что домовладение принадлежит ООО "Долговой центр". При встрече с сотрудниками указанного общества, ФИО3 были предоставлены для ознакомления правоустанавливающие документы на домовладение, из которых следовало, что собственником домовладения является ООО "Долговой центр", которое, в свою очередь, приобрело домовладение у ФИО9 в соответствии с договором купли-продажи от 26.01.2010 г. 

Кроме того, в соответствии с указанным договором купли-продажи ФИО9 гарантировала, что до заключения данного договора, объект недвижимости никому не продан, не подарен, не заложен, за исключением залога, зарегистрированного в пользу ЗАО ВТБ 24, который подлежит снятию после произведения расчетов по договору между сторонами в порядке, предусмотренном п.1.4 настоящего договора, при этом согласие ЗАО ВТБ 24 о снятии данного обременения было получено 22.01.2010 г., также в споре, под арестом или запрещением не состоит, рентой, арендой, займом или какими-либо иными обязательствами не обременено, и подтвердила, что в данном домовладении никто не зарегистрирован и не проживает. 

В соответствии с передаточным актом к указанному договору купли-продажи ФИО9 передала ООО "Долговой центр" домовладение, технический паспорт дома, домовую книгу, ключи от жилого дома, расчеты и книжки по уплате коммунальных платежей, квитанции об оплате налогов на имущество. При этом финансовых и имущественных претензий между ФИО9 и ООО "Долговой центр" не имелись. Также вставлена выписка из лицевого счета жилого помещения частного жилищного фонда от 19.01.2010 г., в соответствии с которой домовладение принадлежало ФИО9 с 2008 г., зарегистрированных по адресу: г.Сочи, 

<

адрес> - по состоянию на 19.01.2010 г. и в течение последних пяти лет с 19.01.2005 г. по 19.01.2010 г. не значится. 

Кроме того, в соответствии с п.3.2 договора купли-продажи от 26.01.2010 г. установлено, что настоящий договор содержит весь объем соглашений между ними в отношении домовладения, отменяет и делает недействительными все другие обязательства и предложения, которые могли быть приняты или сделаны сторонами, будь то в й или в письменной форме до подписания настоящего договора.

Далее ФИО3 было предложено осмотреть домовладение. По прибытию было установлено, что жилой дом был закрыт на ключ, который находился у сотрудника ООО "Долговой центр", и в нем никто не проживал. ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 совместно с супругом ФИО5 обратились с запросом в Управление Росреестра в Краснодарском крае о предоставлении сведений из ЕГРП на жилой дом и земельный участок по адресу: г.Сочи, 

<

адрес>

Согласно полученным выпискам от ДД.ММ.ГГГГ земельный участок и жилой дом по адресу: г.Сочи, 

<

адрес> А принадлежал на праве собственности ООО "Долговой центр", каких-либо обременений не зарегистрировано.

Далее, 20.12.2012 г. между ФИО3 и ООО "Долговой центр" был заключен договор купли-продажи недвижимости (домовладения) с использованием кредитных средств, полученных на основании кредитного договора № от 20.12.2012 г. в ЗАО Банк ВТБ 24. В соответствии с передаточным актом к договору купли-продажи от 20.12.2012 г. ООО "Долговой центр" (продавец) передало ФИО3 (покупатель) домовладение, техническую документацию по объекту недвижимости и ключи от жилого дома.

На основании заключенной сделки, ФИО3 было зарегистрировано право собственности на домовладение и получены свидетельства о государственной регистрации права на жилой дом и земельный участок от 28.12.2012 г.

Прибыв по адресу нахождения домовладения, к ФИО3 обратился проживающий по соседству гражданин, как стало известно позже ФИО20, который представился якобы охранником данного домовладения и стал препятствовать вселению собственника данного домовладения ФИО3 и членам ее семьи. После чего ФИО3 была вынуждена обратиться с заявлением в полицию для принятия необходимых мер предупреждения и пресечения противоправных действий со стороны ФИО20 и членов его семьи, которые впоследствии также пытались препятствовать вселению ФИО3 и членам ее семьи в домовладение. При этом, ФИО20, либо члены его семьи, а также родственники, в том числе ФИО1, ФИО18 и другие, не высказывали, что обладают какими-либо правами на домовладение, либо претендуют на него.

Кроме того, нельзя признать состоятельным довод истца о том, что в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от 2012 г., дознаватель указал о том, что ФИО20 препятствовал ФИО3 приобретению домовладения, и поэтому ей было известно, о том, что отчуждение ей домовладения является незаконным, так как под приобретением понимается владение, пользование и распоряжение и в тот момент ФИО3 уже являлась собственником домовладения.

ФИО3 является добросовестным приобретателем домовладения, так как сделка между ФИО3 и ООО "Долговой центр" является действительной, и при этом ФИО3 приняла все разумные меры для выяснения правомочий продавца на отчуждение имущества, наличии, либо отсутствии каких-либо обременений на домовладение, в связи с чем просит в иске отказать и применить последствия пропуска истцом срока исковой давности.

Ответчиком ПАО Банк ВТБ 24 представлен отзыв на иск, согласно которого ответчик просит в иске отказать, применить последствия пропуска исковой давности.

В обоснование возражений указывает, что 28.12.2007 г. ФИО1 заключила с ФИО8 договор купли-продажи хмельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: г.Сочи, Центральный район, 

<

адрес>.

Государственная регистрация договора купли-продажи от 28.12.2007 г. произведена 15.01.2008 г. Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю.

В соответствии с ч.1 ст.170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно ч.2 ст.170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна.

По смыслу положений ч.1 ст.170 ГК РФ, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок санного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В иске истец указывает на то, что выполняя требования п.1 ст.555 ГК РФ, истец и ФИО18 оценили домовладение на сумму 990000 рублей, однако данное условие о договорной цене Недвижимого имущества носило для истца и ФИО18 формальный характер, и изначально истец не имел намерения передавать недвижимое имущество ФИО8, а ФИО8 не имел намерения принимать спорное имущество в свою собственность. В связи с чем, по мнению истца данная сделка является мнимой, и в силу ч.1 ст.170 ГК РФ ничтожна.

При этом, в 2013 г. истица обращается в Центральный районный суд г.Сочи с иском к ФИО8 о взыскании денежных средств по договору купли-продажи от 28.12.2007 г.

Определением Центрального районного суда г.Сочи от 26.03.2013 г. производство по делу прекращено, поскольку стороны заключили мировое соглашение, согласно которому стороны договорились о том, что ФИО18 выплачивает истице денежные средства полученные по договору купли-продажи от 28.12.2007 г. в течении шести месяцев после вступления в законную силу определения об утверждении мирового в размере 990000 рублей.

Из всего вышеизложенного следует, что стороны имели намерение заключить сделку и, в данном случае, истица потребовала ее исполнения.

Общий срок исковой давности в соответствии с п.1 ст.196 ГК РФ составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст.200 названного кодекса.

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п.1 ст.200 ГК РФ).

Все вышеизложенное свидетельствует о том, срок исковой давности должен исчисляться с 2013 г.

В силу ч.2 ст.199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

07.03.2008 г. между АКБ "ФИО24 и Развития" (ОАО), в лице Дополнительного офиса "Сочинский" Краснодарского филиала АКБ "МБРР" (ОАО) и ФИО9, ФИО10 заключен кредитный договор 

<

***>.

В соответствии с условиями кредитного договора АКБ МБРР обязался предоставить заемщикам кредит в размере 16000000, 00 рублей для приобретения, ремонта, благоустройства и иные неотделимые улучшения объекта недвижимости.

В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору оформлена ипотека в силу закона, предметом ипотеки является объект недвижимости - жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: Краснодарский край, г.Сочи, 

<

адрес>

На основании договора купли-продажи закладной № от ДД.ММ.ГГГГ, права требования по закладной перешли к Банку ВТБ 24 (ЗАО) (в соответствии с решением общего собрания акционеров от 11.09.2014 г. (протокол от 12.09.2014 №) наименование Банка ВТБ 24 (ЗАО) изменено на Банк ВТБ 24 (ПАО)).

В связи с ненадлежащим исполнение обязательств по кредитному договору, заемщик ФИО9 обратилась с заявлением с просьбой о передачи недвижимого имущества Банку в счет погашения задолженности по кредитному договору.

26.01.2010 г. на основании договора купли-продажи спорное недвижимое имущество приобретено у ООО "Долговой центр".

20.12.2012 г. между ФИО3 и Банком заключен кредитный договор №. Обеспечением исполнения обязательств по кредитному договору является Залог (ипотека), предметом которой является объект недвижимости - жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: Краснодарский край, г.Сочи, Центральный район, 

<

адрес>

Договор купли-продажи объекта недвижимости с использованием кредитных средств от 20.12.2012 г. зарегистрирован в соответствии с требованиями гражданского законодательства в Управлении Федеральной регистрационной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю 27.12.2012 г.

Внутренними нормативными актами Банка четко определены требования предъявляемые к предмету ипотеки. Право собственности на предмет ипотеки должно отвечать следующим требованиям:

законности. Право собственности на Предмет ипотеки должно быть подтверждено документами, оформленными в соответствии с Законодательством, копии которых в обязательном порядке предоставляются в Банк;

отсутствие обременений права собственности на предмет ипотеки (залог, рента, наём и т.д.) на момент государственной регистрации залога (ипотеки) в пользу Банка,

отсутствие иных прав и претензий третьих лиц на Предмет ипотеки, способных в дальнейшем повлечь ограничение или обременение права собственности Заемщика и (или) права залога Банка.

На момент заключения договора купли-продажи с использованием кредитных средств право собственности на спорый объект недвижимости никем не оспаривалось, притязания третьих лиц отсутствовали, что подтверждалось выписками из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним от 02.12.2012 г. за №, №.

В соответствии с п.1 ст.2 ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним - это юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с ГК РФ. Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права.

Согласно п.2 ст.218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственник, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи,. мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии со ст.209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Заключая с заемщиком ФИО3 кредитный договор, Банк истребовал все необходимые документы, связанные с установлением собственника закладываемого недвижимого имущества, установил отсутствие обременений права собственности на предмет ипотеки, а также отсутствие иных прав и претензий третьих лиц.

Исходя из всего вышеизложенного считаю, что Банк ВТБ 24 (ПАО) является добросовестным залогодержателем, а ФИО3 добросовестным приобретателем, что подтверждается материалами дела.

В соответствии с ч.1 ст.302 ГК РФ добросовестным приобретателем признается тот, кто возмездно приобрел имущество у лица, которое не имело право его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать.

Из разъяснений, изложенных в п.39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10 Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 22 от 29.04.2010 следует, что по смыслу п.1 ст.302 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

В данном случае истребовать у добросовестного приобретателя спорное имущество возможно только в том случае, если будет доказано что она выбыла из владения собственника помимо его воли, либо была им утеряна.

Таким образом, Банк указывает, что у ФИО3 на момент заключения и исполнения договора купли-продажи объекта недвижимости с использованием кредитных средств от 20.12.2012 г. не имелось каких-либо объективных оснований полагать, что она не может покупать имущество у лиц, которые не обладают правом собственности на него, а ФИО1 может сохранять право собственности на приобретаемое недвижимое имущество либо имеет обоснованные притязания на данное имущество.

Следовательно, действительность договоров купли-продажи от 28.12.2007 и 20.12.2012 очевидна, и отсутствуют объективные основания для констатации их недействительности, кроме того, считает необходимым обратить внимание суда, что выбытие спорного имущества из владения ФИО25 произошло на основании ее волеизъявления, приобретая данное имущество у новых собственников ФИО3 не имела объективных предпосылок сомневаться в наличии у них титула на объекты недвижимости. Договор купли-продажи объекта недвижимости с использованием кредитных средств от 20.12.2012, исходя из его условий, в полном объеме исполнен сторонами, расчет произведен полностью, имущество передано во владение ФИО3

Также Банк дополнительно указывает, что в соответствии со ст.432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

На основании п.1 ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Как следует из п.1 ст.167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно п.1 ст.168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных п.2 ст.168 ГК РФ или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Согласно п.2 ст.168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если, из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно п.1 ст.819 ГК РФ, по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

В силу п.1 ст.810 ГК РФ заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Согласно ст.820 ГК РФ кредитный договор должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.

Заключенный кредитный договор соответствует нормам закона по форме и содержанию, стороны договорились о всех существенных условиях договора. Несоответствие кредитного договора закону не усматривается, истцом не представлено доводов и доказательств несоответствия на момент заключения кредитного договора каким-либо требованиям закона, регулирующим подобного рода сделки, или иным требованиям закона, что в силу ст.168 ГК РФ влекло бы его недействительность.

В судебном заседании представитель истца ссылался на обоснование требований иска.

Представители ответчика ФИО3 ссылалась на обоснование своих возражений.

Позиция ответчика ФИО3 поддержана ответчиком ФИО5, представляющего в качестве законного представителя также интересы несовершеннолетнего ответчика ФИО7

Представитель ответчиков ВТБ 24 (ПАО), ООО "Долговой центр" ссылался на обоснование своих возражений.

Прокурор в судебное заседание не явился, что не препятствует рассмотрению дела в его отсутствие по правилам ст.45 ГПК РФ.

Ответчик ОАО МТС-Банк просит в иске отказать, рассмотреть дело в его отсутствие, что допускается правилами ст.167 ГПК РФ.

Ответчик ФИО8 указал в судебном заседании, что требований истца обоснованы.

Ответчики ФИО3, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО3, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15 не явились, что не препятствует рассмотрению дела в их отсутствие по правилам ст.167 ГПК РФ.

Изучив доводы лиц, участвующих в деле, материалы дела, суд не находит иск подлежащим удовлетворению.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 заключила с ФИО8 договор купли-продажи хмельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: г.Сочи, 

<

адрес>

Государственная регистрация договора купли-продажи от 28.12.2007 г. произведена 15.01.2008 г. Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю.

07.03.2008 г. между АКБ "ФИО24 и Развития" (ОАО), в лице Дополнительного офиса "Сочинский" Краснодарского филиала АКБ "МБРР" (ОАО) и ФИО9, ФИО10 заключен кредитный договор №.

В соответствии с условиями кредитного договора АКБ МБРР обязался предоставить заемщикам кредит в размере 16000000 рублей для приобретения, ремонта, благоустройства и иные неотделимые улучшения объекта недвижимости.

В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору оформлена ипотека в силу закона, предметом ипотеки является объект недвижимости - жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: Краснодарский край, г.Сочи, 

<

адрес>

На основании договора купли-продажи закладной № от ДД.ММ.ГГГГ, права требования по закладной перешли к Банку ВТБ 24 (ЗАО) (в соответствии с решением общего собрания акционеров от ДД.ММ.ГГГГ (протокол от ДД.ММ.ГГГГ №) наименование Банка ВТБ 24 (ЗАО) изменено на Банк ВТБ 24 (ПАО)).

В связи с ненадлежащим исполнение обязательств по кредитному договору, заемщик ФИО9 обратилась с заявлением с просьбой о передачи недвижимого имущества Банку в счет погашения задолженности по кредитному договору.

26.01.2010 г. на основании договора купли-продажи спорное недвижимое имущество приобретено у ООО "Долговой центр".

20.12.2012 г. между ФИО3 и Банком заключен кредитный договор №. Обеспечением исполнения обязательств по кредитному договору является Залог (ипотека), предметом которой является объект недвижимости - жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: Краснодарский край, г.Сочи, Центральный район, 

<

адрес>

Договор купли-продажи объекта недвижимости с использованием кредитных средств от 20.12.2012 г. зарегистрирован в соответствии с требованиями гражданского законодательства в Управлении Федеральной регистрационной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю 27.12.2012 г.

На момент заключения договора купли-продажи с использованием кредитных средств право собственности на спорый объект недвижимости никем не оспаривалось, притязания третьих лиц отсутствовали, что подтверждалось выписками из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним от ДД.ММ.ГГГГ за №, №.

В соответствии с ч.1 ст.170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно ч.2 ст.170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна.

По смыслу положений ч.1 ст.170 ГК РФ, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок санного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В иске истец указывает на то, что выполняя требования п.1 ст.555 ГК РФ, истец и ФИО18 оценили домовладение на сумму 990000 рублей, однако данное условие о договорной цене Недвижимого имущества носило для истца и ФИО18 формальный характер, и изначально истец не имел намерения передавать недвижимое имущество ФИО8, а ФИО8 не имел намерения принимать спорное имущество в свою собственность. В связи с чем, по мнению истца данная сделка является мнимой, и в силу ч.1 ст.170 ГК РФ ничтожна.

При этом, в 2013 г. истица обращается в Центральный районный суд г.Сочи с иском к ФИО8 о взыскании денежных средств по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ.

Определением Центрального районного суда г.Сочи от 26.03.2013 г. производство по делу прекращено, поскольку стороны заключили мировое соглашение, согласно которому стороны договорились о том, что ФИО18 выплачивает истице денежные средства полученные по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ в течении шести месяцев после вступления в законную силу определения об утверждении мирового в размере 990000 рублей.

Из всего вышеизложенного следует, что стороны имели намерение заключить сделку и, в данном случае, истица потребовала ее исполнения.

Общий срок исковой давности в соответствии с п.1 ст.196 ГК РФ составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст.200 названного кодекса.

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п.1 ст.200 ГК РФ).

Все вышеизложенное свидетельствует о том, срок исковой давности должен исчисляться с 2013 г.

В силу ч.2 ст.199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Отказать в удовлетворении иска ФИО1 к ФИО8, ФИО3, ФИО9, ПАО "МТС-Банк", ФИО10, ВТБ24 (ПАО), ООО "Долговой центр", ФИО5, ФИО7, ФИО11, ФИО3, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15 об истребовании недвижимого имущества из чужого незаконного владения.

Отменить по настоящему делу меры по обеспечению иска, принятые определением Центрального районного суда г.Сочи от 28.07.2017 г.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Краснодарский краевой суд через Центральный районный суд г.Сочи в течение месяца со дня составления решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 31.10.2017 г.

Председательствующий