РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

8 мая 2018 года г. Уссурийск

Уссурийский гарнизонный военный суд в составе: 

председательствующего – Аникиной О.Г., 

при секретаре – Пилипенко Т.В., 

с участием представителя истца ФИО2, представителя третьего лица на стороне истца, не заявляющего самостоятельных требований относительного предмета спора – начальника филиала № 1 Федерального казённого учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Приморскому краю» ФИО3, ответчика ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению представителя командира войсковой части № ФИО2 о взыскании с военнослужащего той же части 

<

данные изъяты> ФИО4 причиненного материального ущерба на сумму 257105 рублей 41 копейка, 

установил:

Представитель командира войсковой части № Палагеша, действующий на основании надлежаще оформленной доверенности, обратился в суд с исковым заявлением, в котором просит взыскать с 

<

данные изъяты> ФИО4 в счет возмещения причиненного им воинской части материального ущерба 257105 рублей 41 копейку. 

В судебном заседании Палагеша, подтвердив основания и требования рассматриваемого судом иска, пояснил, что выявленная в марте 2017 года недостача имущества – прибора ночного видения №, а также ряда узлов и агрегатов на № (строевой № заводской №), прибора ночного видения № на № (строевой № заводской №), трубки холодной пристрелки № на № (строевой № заводской №), произошла ввиду халатного исполнения служебных обязанностей 

<

данные изъяты> войсковой части № ФИО4, которому указанное имущество было передано в подотчет.

Представитель третьего лица ФИО3 исковые требования поддержал.

Ответчик заявленные исковые требования не признал, и пояснил, что при принятии в 2013 году дел и должности вышеуказанное имущество под отчет для хранения, перевозки, выдачи, пользования и других целей ему не передавалось. Он принял две единицы №: со строевым № (заводской №) и со строевым № (заводской №). Именно эти единицы техники им эксплуатировались, на них выписывались путевые листы, получалось топливо, и других № он не принимал. В 2015 году в финансовом органе ему предложили расписаться за принятую технику в накладной, что им и было сделано. Поскольку в накладной были проставлены только строевые № и №, сомнений у него не возникло. Эта же техника была представлена им в марте 2017 года проводившим проверку членам комиссии в той же комплектности, как и в момент принятия. Однако в ходе проверки выяснилось, что под строевым № в финансовом органе числится на учете № с заводским номером №, которая еще до принятия им в 2013 году дел и должности была разукомплектована и установлена в воинской части в виде памятника, а № с заводским номером №, которую он фактически принял за строевым номером №, на бюджетном учёте не состояла вовсе. 

Что касается № с заводским номером №, то, как далее пояснил ФИО4, на момент проверки эта машина в части полностью отсутствовала и установленный на ней прибор ночного видения не мог быть закреплен за ним, так как вместе с БМП не проходил по учёту ни в бронетанковой службе части, ни в финансовом органе, а трубка холодной пристрелки № на № со строевым номером № и заводским номером № отсутствовала при принятии им в 2013 году дел и должности, что зафиксировано в ведомости некомплекта. 

Исследовав материалы дела, выслушав объяснения сторон, суд полагает, что иск представителя командира войсковой части № не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Исчерпывающий перечень обстоятельств, при которых военнослужащие несут материальную ответственность в полном размере ущерба установлен ст.5 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих», в соответствии с которой такая ответственность наступает в случаях, когда ущерб причинен военнослужащим, которому имущество было передано под отчет для хранения, перевозки, выдачи, пользования и других целей, либо военнослужащим, добровольно приведшим себя в состояние опьянения; действиями (бездействием) военнослужащего, содержащими признаки состава преступления, предусмотренного уголовным законодательством Российской Федерации; в результате хищения, умышленных уничтожения, повреждения, порчи, незаконных расходования или использования имущества либо иных умышленных действий (бездействия) независимо от того, содержат ли они признаки состава преступления, предусмотренного уголовным законодательством Российской Федерации; умышленными действиями военнослужащих, повлекшими затраты на лечение в военно-медицинских учреждениях и учреждениях здравоохранения военнослужащих, пострадавших в результате этих действий.

Истцом, на которого в силу ст.56 ГПК РФ, возложена процессуальная обязанность доказывания обстоятельств, на которых он основывает свои исковые требования, не было представлено в суд достоверных доказательств, свидетельствующих о возникновении названных условий для привлечения ответчика к полной материальной ответственности.

Излагая своё толкование обстоятельств дела и проводя анализ установленных в результате проведенных группой 

<

данные изъяты> контрольно-аналитических мероприятий по специальным вопросам технического обеспечения войсковой части № (акт от ДД.ММ.ГГГГ) фактов, представитель истца делает вывод о том, что недостача вышеуказанного имущества образовалась по вине ФИО4, который, являясь должностным лицом, приняв под отчет это имущество, халатно отнесся к исполнению своих служебных обязанностей.

Между тем, указанные выводы представителя истца опровергаются как объяснениями самого ответчика, так и исследованными в судебном заседании доказательствами.

Согласно п.117 Руководства по учету вооружения, военной, специальной техники и иных материальных ценностей в Вооруженных Силах Российской Федерации, утвержденного приказом Министра обороны РФ от ДД.ММ.ГГГГ №дсп, материально-ответственные лица принимают материальные ценности для хранения (эксплуатации) под расписку в первичных учетных документах.

Как следует из копии рапорта ФИО4 от 19 ноября 2013 года, акта, утвержденного 25 апреля 2013 года командиром войсковой части №, ответчик при приеме в ноябре 2013 года дел и должности 

<

данные изъяты> войсковой части № на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ №, в отсутствие сдатчика принял бронетанковую технику, в том числе № строевой №, № строевой №, 

<

данные изъяты> строевой №. При этом, согласно ведомостям некомплекта 

<

данные изъяты> приборы № на № № и № отсутствовали. Отсутствовала на 

<

данные изъяты> строевой № и трубка холодной пристрелки 

<

данные изъяты>. Данный акт подписан начальником бронетанковой службы войсковой части № и лицом, принявшим имущество – ФИО4. 

Согласно накладной на внутреннее перемещение объектов основных средств № от ДД.ММ.ГГГГ, по данной накладной ФИО4 принял две единицы № со строевыми № и №. Указание на заводские номера машин накладная не содержит.

Документов, подтверждающих принятие ФИО4 под расписку для хранения (эксплуатации) более двух №, в суд не представлено, как не представлено и доказательств доукомплектования после 2013 года принятых им № и 

<

данные изъяты> № недостающими приборами.

В соответствии с выпиской из приказа, приказом командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО4 назначен начальником звуковещательной станции взвода управления начальника разведки. 

После этого, как пояснил в суде ответчик, ранее принятую им в 2013 году бронетанковую технику до проведения в марте 2017 года проверки другому материально-ответственному лицу он не передавал.

Как видно из копий актов списания материальных запасов за период с ноября 2015 года до мая 2017 года, расшифровок о расходе горючего и смазочных материалов, а также путевых листов, для эксплуатации № со строевыми № и № ФИО4 как материально-ответственным лицом регулярно получалось, а в дальнейшем установленным порядком списывалось топливо, проверка выдачи которого со склада в подразделение и фактическое расходование проверялось соответствующей комиссией.

Вместе с тем, согласно акту от 31 марта 2017 года и наряду № от ДД.ММ.ГГГГ, № с заводским № числилась по учету за войсковой частью № в автобронетанковой службе Восточного военного округа и в финансовом расчетном пункте № филиала № Федерального казенного учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по 

<

адрес>» (далее – ФРП №), однако на учете в воинской части не состояла, в 2012 году подлежала отправке в капитальный ремонт, с 2011-2012 года разукомплектована и установлена в воинской части в виде памятника. № с заводским № числилась по учету за войсковой частью № только в автобронетанковой службе Восточного военного округа, но в войсковой части № фактически отсутствовала и на учёте ни в части, ни в ФРП № не состояла. В бронетанковой службе воинской части найден формуляр данного образца, в котором отражена наработка машины до 2001 года.

В соответствии с п.26 Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утвержденного приказом Министерства финансов РФ от 29 июля 1998 года № 34н, для обеспечения достоверности данных бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности проводится инвентаризация имущества, в ходе которой проверяются и документально подтверждаются их наличие, состояние и оценка.

В силу п.2 Порядка проведения инвентаризации имущества и обязательств в Вооруженных Силах Российской Федерации, утвержденного приказом Министра обороны РФ от 16 октября 2010 года № 1365 (далее – Порядок), основными целями инвентаризации являются выявление фактического наличия имущества, сопоставление фактического наличия имущества с данными бюджетного учета и выявление отклонений.

Согласно показаниям свидетеля ФИО1 - 

<

данные изъяты> войсковой части №, инвентаризация имущества в воинской части проводится два раза в год.

Вместе с тем, инвентаризационные описи (сличительные ведомости) за период с 2013 года по март 2017 года с подписью лица, на ответственном хранении которого находились № с заводскими номерами № и №, несмотря на соответствующие запросы, в суд представлены не были.

Как следует из копии приказа командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ №, внесены изменения в учет вооружения и военной техники, закрепленной за материально-ответственным лицом ФИО4: № со строевого № на заводской номер №, № со строевого № на заводской номер №.

Свидетель ФИО1 показал, что количество принятых под отчет ФИО4 № соответствовало количеству эксплуатируемых им таких машин. При этом на последних недостачи выявлено не было, но в ходе проверки было установлено, что по бухгалтерскому учету за ответчиком числится БМП, установленная в части в виде памятника, а одна из эксплуатируемых им машин не проходила по данным учёта ни в воинской части, ни в 

<

данные изъяты> №, ни в автобронетанковой службе Восточного военного округа, и была поставлена на бюджетный учет лишь в сентябре 2017 года.

Указанные ФИО5 обстоятельства подтверждаются приказом командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № «Об оприходовании излишков, выявленных в ходе инвентаризации в войсковой части №», о постановке на бюджетный учет и закреплении за материально-ответственным лицом ФИО4 № с заводским №.

Осмотром формуляра № с заводским номером № установлено, что прибор ночного видения № с заводским номером №, недостача которого, согласно акту от 31 марта 2017 года, выявлена на указанной машине, в комплект поставки не входит. Изделие было укомплектовано прибором № с заводским № и сведений о замене прибора не имеется. 

Оценивая вышеуказанные обстоятельства, суд полагает, что стороной истца не представлено ни документов, подтверждающих передачу ФИО4 под отчет недостающего имущества, ни доказательств фактического нахождения этого имущества у него на ответственном хранении.

Тот факт, что в настоящее время ФИО4 занимается вопросами сдачи № с заводским номером № для проведения капитального ремонта, на указанный вывод суда, вопреки мнению представителя третьего лица, не влияет. Как пояснил ответчик, такая задача ему была поставлена командованием после проведенной в марте 2017 года проверки. 

Не представлено и доказательств, подтверждающих наличие иных установленных законом оснований для привлечения ФИО4 к материальной ответственности, в связи с чем суд полагает необходимым отказать в удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, военный суд

решил:

В удовлетворении искового заявления представителя командира войсковой части № ФИО2 о взыскании с военнослужащего той же части 

<

данные изъяты> ФИО4 причиненного материального ущерба на сумму 257105 рублей 41 копейка - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тихоокеанский флотский военный суд через Уссурийский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме, т.е. с 11 мая 2018 года.

Председательствующий