Производство № 2-4124/2020

УИД 28RS0004-01-2020-004626-20

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 сентября 2020 года г. Благовещенск

Благовещенский городской суд Амурской области в составе: 

председательствующего судьи Кастрюкова Д.В.,

при секретаре Облавцкой Д.В.,

с участием прокурора Потаповой Е.В., представителей истца Управления Роспотребнадзора по Амурской области – ФИО1 и ФИО2, по доверенностям, представителя ответчика ГАУЗ АО «АОДКБ» – ФИО3, по доверенности, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Управление Роспотребнадзора по Амурской области, в интересах несовершеннолетнего ФИО4, в лице законного представителя ФИО5, к государственному автономному учреждению здравоохранения Амурской области "Амурская областная детская клиническая больница" о взыскании денежной компенсации морального вреда, причинённого повреждением здоровья в результате оказания медицинской помощи,

УСТАНОВИЛ:

Управление Роспотребнадзора по Амурской области, в защиту прав несовершеннолетнего Бочарова В..К., в лице его законного представителя ФИО5, обратилось в суд с настоящим иском к ГАУЗ АО «АОДКБ» указав в обоснование следующее.

Несовершеннолетний ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г. рождения, проходил лечение у ответчика ГАУЗ АО «АОДКБ» в период 11.02.2015 – 11.02.2015 (выписка из истории болезни № 727/2), поступил в приемное отделение № 2 с диагнозом: шейная лимфоаденопатия. Осмотрен дежурным врачом, обследование и лечение не проводилось. От госпитализации отказались. 

Затем проходил лечение в период с 13.02.2015 – 13.02.2015 (выписка из истории болезни № 751/2), поступил в приемное отделение №2, осмотрен хирургом, лор-врачом. Диагноз: неспецифический лимфаденит неуточненный. В связи с катаральными проявлениями рекомендована госпитализация по выздоровлению. 

Также в период с 02.03.2015 – 13.04.2015 (выписка из истории болезни № 5119), когда поступил в гематологическое отделение с диагнозом: подчелюстной лимфаденит. Лабораторное исследование на *** (далее – ***): ИФА от 02.03.2015, 11.03.2015, 19.03.2015г.г. – отрицательно. Проведены манипуляции в ГАУЗ АО «АОКБ»: отбор проб биологического материала для проведения лабораторного исследования, ПХТ, операция 03.03.2020 – ***, осмотрен лор-врачом. 

Затем в период с 19.04.2015 – 20.05.2015 (выписка из истории болезни № 9068): поступил в гематологическое отделение с диагнозом: ***. Лабораторное обследование на ***: ИФА от 20.04.2015г. – отрицательно. Проведенные манипуляции в ГАУЗ АО «АОДКБ»: отбор проб биологического материала для проведения лабораторного исследования, ПХТ, сопроводительная и симптоматическая терапия, осмотрен хирургом-стоматологом, удаление зуба 08.05.2015. 

После этого в период с 21.05.2015 – 11.06.2015 (выписка из истории болезни № 11365): поступил в гематологическое отделение. Лабораторное исследование на ***: ИФА 25.05.2015 – отрицательно. Проведенные манипуляции в ГАУЗ АО «АОДКБ»: отбор проб биологического материала для проведения лабораторного исследования. Лечение не проводилось. 

Также в период с 13.07.2015 – 21.07.2015 (выписка из истории болезни № 15603) поступил в гематологическое отделение. Лабораторное обследование на ***: ИФА 14.07.2015 – отрицательно. Проведенные манипуляции в ГАУЗ АО «АОДКБ»: отбор проб биологического материала для проведения лабораторного исследования. Лечение не проводилось. 

И в период с 13.11.2015 – 25.11.2015 (выписка из истории болезни № 25120): поступил в гематологическое отделение. Лабораторное обследование на ***: ИФА от 16.11.2015 – положительный CORE=10,24 NS=6,52150537634409, от 20.11.2015 ПЦР исследования HCV-1.5х10^2МЕ/мл. Проведенные манипуляции в ГАУЗ АО «АОДКБ»: отбор проб биологического материала для проведения лабораторного исследования. Лечение не проводилось. 24.11.2015г. осмотрен инфекционистом, Ds: хронический ***.

В период вероятного заражения *** с мая 2015 г. ФИО4 находился на стационарном лечении в ГАУЗ АО «АОДКБ», где одновременно с ним находились и получали одноименные медицинские манипуляции 27 детей с ранее установленным диагнозом хронический ***. В ГАУЗ АО «АОДКБ» зарегистрированы множественные случаи заболевания *** среди детей, получавших лечение в гематологическом отделении в разные годы.

С целью исключения гипотезы заражения немедицинскими манипуляциями проведены обследования сыворотки крови контактных лиц по домашнему очагу. Обследование контактных лиц в семье отрицательные. 

С целью анализа эпидемиологической связи между случаями инфицирования ***, в том числе установления места заражения, Управлением Роспотребнадзора по Амурской области организовано углубленное исследование образцов крови заболевших молекулярно-биологическими методами на базе ФБУН Центрального научно-исследовательского института эпидемиологии Референс-центра по мониторингу за вирусными гепатитами, г. Москва. Проведенный филогенетический анализ показал, что 97,4% случаев инфицирования детей, получавших лечение в гематологическом отделении ГАУЗ АО «АОДКБ», в том числе и случай заражения ФИО4 являются эпидемиологически связанными, поскольку образуют монофилетический кластер с высокой степенью достоверности (т.е. выделенные геномы вируса у данной группы имеют достоверные «сходства», «родство» между собой). Данный факт свидетельствует, о заражении детей через цепочку случаев заражения, т.е. от одного к другому при парентеральных манипуляциях. Согласно анамнестическим данным, всех детей, в том числе ФИО4 объединяет место получения медицинской помощи - гематологическое отделение ГАУЗ АО «АОДКБ», следовательно, данную медицинскую организацию следует признать местом заражения *** детей, в том числе ФИО4 Данный случай заболевания *** следует считать связанным с оказанием в ГАУЗ АО «АОДКБ» медицинской помощи ненадлежащего качества; причина заражения – проведение медицинских манипуляций с нарушением требований действующего законодательства.

Указанные выше обстоятельства подтверждаются актом эпидемиологического расследования № 55 от 08.11.2019, заключением эксперта №334.

Инфицирование ФИО4 гепатитом С в ГАУЗ АО «АОДКБ» нанесло тяжкий вред его здоровью, причиняя физические и нравственные страдания: на протяжении 4-х лет вынужден выносить психологические испытания и терпеть физическую боль, постоянно сильно кричит и плачет от различных манипуляций. При виде иглы его окутывает панический страх, причиняя дополнительные страдания. Каждый раз при очередном обследовании он переживает и испытывает психоэмоциональное потрясение. Всего этого ребенок не испытывал бы, если бы его не заразили ***. Также на протяжении 4-х лет ему приходится принимать дополнительные лекарственные препараты для поддержания функций печени, внушая, что это нужно, чтобы его печень сохранилась как можно дольше. ФИО4 приходится вести другой образ жизни, избегая риска повредить себя. Он переживает, что кто-нибудь из ребят узнает, о том, что он болен *** и отвернется от него, или начнет обзывать, или брезговать им, он избегает контактов.

Размер компенсации морального вреда оценивается истцом в сумме 15 000 000 рублей, которую следует взыскать ФИО4 в лице законного представителя ФИО5 с ответчика.

В суде представители Управления Роспотребнадзора по Амурской области ФИО1 и ФИО2 на требованиях и доводах искового заявления настаивали.

Представитель Управления Роспотребнадзора по Амурской области ФИО1 пояснила, что Управлением Роспотребнадзора по Амурской области проведено эпидемиологическое расследование, в рамках которого были оценены условия, которые связывают заражение ребенка и оказание ему медицинской помощи ответчиком. Установлено нарушение п. 8.4 Санитарных правил профилактики гепатита С. Имелся факт госпитализации в гематологическое отделение ГАУЗ АО «АОДКБ», ребенок поступил с отрицательным показателем на ***. Одновременно с ним в учреждении находились 27 детей с ранее установленным диагнозом - хронический ***, которые получали с ФИО4 одноименные медицинские манипуляции. Также было установлено, что в иных медицинских учреждениях, в которых имелись бы случаи заражения ***, ребенок не проходил лечение, гемотрансфузии ему не проводились. Также был изучен контактно-бытовой путь, родители имеют отрицательный результат на ***. Факт связи между детьми подтвержден филогенетическим типированием, эксперт делает вывод о связи всех детей, местом заражения является ГАУЗ АО «АОДКБ». На момент заражения ребенку было 4 года, на сегодняшний день ребенок еще не получал лечение, пока ему только 10 лет. Непонятно, каким образом поведет себя организм, т.к. основное заболевание - онкологическое. Следует взыскать разумную сумму компенсации морального вреда соразмерно понесенным моральным страданиям.

Представитель ответчика ГАУЗ АО «АОДКБ» ФИО3 возражала против удовлетворения исковых требований, указав, что до сегодняшнего дня стороной истца не доказано наличие причинно-следственной связи между заражением ребенка и оказанием медицинской помощи сотрудниками ГАУЗ АО «АОДКБ». Акт эпидемиологического расследования составлен со значительными нарушениями, кроме того, экспертное заключение практически полностью дублирует этот акт. Оснований для взыскания компенсации морального вреда не имеется. В случае, если суд придет к выводу о необходимости удовлетворения исковых требований, их размер следует признать завышенным, необходимо учитывать принцип разумности и справедливости. 

В судебное заседание не явились несовершеннолетний истец ФИО4, его законный представитель ФИО5, представители третьих лиц: Министерства здравоохранения Амурской области, Управления Росздравнадзора по Амурской области, Территориального фонда обязательного медицинского страхования в Амурской области, Министерства имущественных отношений Амурской области, Министерства здравоохранения Амурской области, АО «Страховая компания «Согаз-Мед», ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Амурской области», третьи лица ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 ФИО11, ФИО12, представитель органа опеки и попечительства - управления образования администрации г. Благовещенска. О времени и месте судебного заседания извещались неоднократно надлежащим образом, о причинах неявки не сообщили, доказательств уважительности причин неявки не представили.

Представители Управления Росздравнадзора по Амурской области, ТФОМС Амурской области ходатайствуют о рассмотрении дела без своего участия.

Представители органа опеки и попечительства - управления образования администрации г. Благовещенска ходатайствуют о рассмотрении дела без своего участия, с вынесением решения с учетов интересов несовершеннолетнего ФИО4

Представители третьего лица ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Амурской области» просили рассмотреть дело в отсутствие представителей Учреждения.

Руководствуясь ч.ч. 3, 5 ст. 167 ГПК РФ, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц по имеющимся в деле доказательствам.

Представитель третьего лица Управления Росздравнадзора по Амурской области представил в адрес суда письменный отзыв на исковое заявление, из существа которого следует, что в случае установления судом наличия причинно-следственной связи между деяниями (действием или бездействием) ГАУЗ АО «АОДКБ» и наступившими последствиями в виде причинения вреда здоровью ФИО4 материальный и моральный вред, причиненный истцам, подлежит возмещению в полном объеме.

Представитель третьего лица ТФОМС Амурской области письменным отзывом на иск сообщил, что профилактика инфицированных заболеваний и осуществление государственного санитарно-эпидемиологического надзора за вирусными гепатитами не входят в компетенцию территориальных фондов обязательного медицинского страхования. 

Из письменного отзыва ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Амурской области» следует, что совокупность указанных в исковом заявлении обстоятельств и приложенные к исковому заявлению доказательства свидетельствуют о том, что в результате нарушения ответчиком санитарно-эпидемиологических требований ФИО4 оказана некачественная медицинская помощь, повлекшего его заражение ***. Сведения о заболевании *** ФИО4 выявлены только в рамках проводимого Управлением Роспотребнадзора по Амурской области эпидемиологического расследования, в ходе которого установлены множественные случаи заболевания *** у детей, получавших лечение в ГАУЗ «АОДКБ», в том числе и у ФИО4

Согласно письменному отзыву АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» в их компетенцию входит осуществление контроля качества оказания медицинских услуг. По состоянию на 18.08.2020 г. обращений от ФИО4, в лице законного представителя ФИО5, не поступало, экспертиза качества медицинской помощи не проводилась. Недостатки, допущенные при оказании медицинской помощи, любые отступления от нормальных показателей, критериев правильности лечения и его результатов приобретают весомый резонанс, значимость, как для каждого гражданина, так и для общества. Разрешение вопроса о компенсации морального вреда в заявленной сумме оставляют на усмотрение суда.

Заслушав доводы лиц, участвующих в деле, заключение прокурора Потаповой Е.В., полагавшей исковые требования подлежащими удовлетворению с учетом требований разумности и справедливости, изучив представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Статьей 25 Всеобщей декларации прав человека и ст. 12 Международного пакта об экономических, социальных и культурных нравах, а также ст. 2 Протокола N 1 от 20 марта 1952 года к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод признается право каждого человека на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Согласно Конституции Российской Федерации к числу конституционно защищаемых ценностей относится здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством (ч. 2 ст. 7, ч. 2 с т. 17, ст. 41 Конституции РФ).

В силу ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации») под здоровьем понимается состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Согласно п. п. 3, 4 ст. 2 названного Федерального закона медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг, а медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное закопченное значение.

Статьей 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предусмотрено, что основными принципами охраны здоровья являются соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий, приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи, приоритет охраны здоровья детей, ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья, доступность и качество медицинской помощи.

Качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (п. 21 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Пунктом 9 ч. 5 ст. 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации» предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи (ч. 2 ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, следует, что право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Согласно ст. 151 ГК РФ при причинении лицу морального вреда, то есть физических или нравственных страданий, действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст. 150 ГК РФ к нематериальным благам относятся, в частности, жизнь и здоровье человека.

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная исемейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности), либо нарушающими имущественные права гражданина.Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Нарушение установленных в соответствии с законом порядка и стандарта оказания медицинской помощи, проведения диагностики, лечения, выполнения послеоперационных процедур является нарушением требований к качеству медицинской помощи, нарушением прав в сфере охраны здоровья, что может рассматриваться как основание для компенсации потерпевшему морального вреда.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.

Согласно п.п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридическою лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» по общему правилу, установленному статьей 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по возмещению вреда, в том числе по компенсации морального вреда, являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Исходя из изложенного, в случае нарушения прав гражданина в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи он вправе заявить требования о взыскании с соответствующей медицинской организации компенсации морального вреда.

Для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Как следует из содержания искового заявления Управления Роспотребнадзора по Амурской области, основанием обращения в суд с требованиями к ГАУЗ АО «АОДКБ» о компенсации причиненного морального вреда явилось ненадлежащее оказание медицинской помощи несовершеннолетнему ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р., приведшее к его инфицированию ***.

Согласно позиции истца, заражение произошло по вине ответчика в момент нахождения в ребенка в онкологическом отделении больницы в результате грубого нарушения санитарно-эпидемиологических правил, способствовавшего заражению при проведении парентеральных вмешательств.

Ответчиком по делу оспаривается как противоправность действий сотрудников больницы, так и наличие причинно-следственной связи между данными действиями (бездействием) и заражением ФИО4 хроническим *** в период нахождения на стационарном лечении в онкологическом отделении ГАУЗ АО «АОДКБ».

Согласно свидетельству о рождении серии ***, выданному отделом ЗАГС по Октябрьскому району управления ЗАГС Амурской области, ФИО4 родился ДД.ММ.ГГГГ года. Матерью ребенка является ФИО5

Как следует из содержания имеющихся в деле медицинских документов (выписок из истории болезни) впервые несовершеннолетний ФИО4 в ГАУЗ АО «АОДКБ» госпитализирован в период 11.02.2015 – 11.02.2015 (выписка из истории болезни № 727/2), поступил в приемное отделение № 2 с диагнозом: ***. Осмотрен дежурным врачом, обследование и лечение не проводилось. От госпитализации отказались. 

Затем поступал в период с 13.02.2015 – 13.02.2015 (выписка из истории болезни № 751/2) в приемное отделение №2, осмотрен хирургом, лор-врачом. Диагноз: ФИО13. В связи с катаральными проявлениями рекомендована госпитализация по выздоровлению. 

В период с 02.03.2015 – 13.04.2015 (выписка из истории болезни № 5119) поступил в гематологическое отделение с диагнозом: Подчелюстной лимфаденит. Лабораторное исследование на ***: ИФА от 02.03.2015, 11.03.2015, 19.03.2015г.г. – отрицательно. Проведены манипуляции в ГАУЗ АО «АОКБ»: отбор проб биологического материала для проведения лабораторного исследования, ПХТ, операция 03.03.2020 – ***, осмотрен лор-врачом. 

В период с 19.04.2015 – 20.05.2015 (выписка из истории болезни № 9068) поступил в гематологическое отделение с диагнозом: ЛимфомаХоджкина. Лабораторное обследование на ***: ИФА от 20.04.2015г. – отрицательно. Проведенные манипуляции в ГАУЗ АО «АОДКБ»: отбор проб биологического материала для проведения лабораторного исследования, ПХТ, сопроводительная и симптоматическая терапия, осмотрен хирургом-стоматологом, удаление зуба 08.05.2015. 

В период с 21.05.2015 – 11.06.2015 (выписка из истории болезни № 11365) поступил в гематологическое отделение. Лабораторное исследование на ***: ИФА 25.05.2015 – отрицательно. Проведенные манипуляции в ГАУЗ АО «АОДКБ»: отбор проб биологического материала для проведения лабораторного исследования. Лечение не проводилось. 

В период с 13.07.2015 – 21.07.2015 (выписка из истории болезни № 15603) поступил в гематологическое отделение. Лабораторное обследование на ***: ИФА 14.07.2015 – отрицательно. Проведенные манипуляции в ГАУЗ АО «АОДКБ»: отбор проб биологического материала для проведения лабораторного исследования. Лечение не проводилось. 

В период с 13.11.2015 – 25.11.2015 (выписка из истории болезни № 25120) поступил в гематологическое отделение. Лабораторное обследование на ***: ИФА от 16.11.2015 – положительный CORE=10,24 NS=6,52150537634409, от 20.11.2015 ПЦР исследования HCV-1.5х10^2МЕ/мл. Проведенные манипуляции в ГАУЗ АО «АОДКБ»: отбор проб биологического материала для проведения лабораторного исследования. Лечение не проводилось. 24.11.2015г. осмотрен инфекционистом, Ds: хронический ***.

Как видно из акта от 08.11.2019 года №55 эпидемиологического расследования очага инфекционной (паразитарной) болезни с установлением причинно-следственной связи Управления Роспотребнадзора по Амурской области, среди пациентов ГАУЗ АО «АОДКБ» и контактных в период с 2000 по 2018 годы наличие маркеров *** установлено у 169 детей. Из них у 167 маркеры *** были выявлены после госпитализации и оказания медицинской помощи в гематологическом (онкогематологическом) отделении, 2 - в хирургическом отделении ГАУЗ АО «АОДКБ».

В списке пострадавших детей с выявленными маркерами *** и установленным диагнозом ***, получавших лечение в ГАУЗ АО «АОДКБ», значится ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (№ 91 в Приложении №1 к акту эпид. расследования №55 от 08.11.2019г).

В ходе эпидемиологического расследования использованы данные актов эпидемиологических расследований № 18 от 13.06.2018 года, № 54 от 07.11.2018 года, № 64 от 26.12.2018 года, результата анализа, проведённого ФБУН ЦНИИ Эпидемиологии Роспотребнадзора, эпидемиологической связи между случаями инфицирования вирусом гепатита Сс помощью молекулярно-биологических методов. Проведен ретроспективный анализ медицинской и иной документации ГАУЗ АО «АОДКБ» и других медицинских организаций за период с 1997 по 2018 годы, по результатам которого определены ориентировочные временные границы эпидемиологического очага в ГАУЗ АО «АОДКБ»: с 2000 года по 2018 годы.

Основной эпизод эпидемиологического процесса с последовательной передачей *** реализовывался в период с 2000 по 2018 годы в гематологическом (онкогематологическом) отделении ГАУЗ АО «АОДКБ», когда при оказании медицинской помощи инфицированы 164 ребенка с преимущественно установленным 3а генотипом.

Суд учитывает, что эти обстоятельства убедительно подтверждаются результатом анализа, проведённого ФБУН ЦНИИ Эпидемиологии Роспотребнадзора, эпидемиологической связи между случаями инфицирования вирусом гепатита Сс помощью молекулярно-биологических методов, который содержит подробное описание молекулярно-биологических методов исследования и применяемых реагентов.

Установлено, что дети при первичном обращении в гематологическое (онкогематологическое) отделение ГАУЗ АО «АОДКБ» госпитализировались без клинических и лабораторных признаков ***. В период 2000 - 2018 годы у 167 детей, имевших предыдущие госпитализации в гематологическое (онкогематологическое) отделение, у 2-х - в хирургическое отделение ГАУЗ АО «АОДКБ» имелись отрицательные результаты лабораторного обследования на *** при обращении, в дальнейшем выявлялись положительные маркеры ***.

Все пострадавшие до выявления маркеров *** получали стационарное лечение в ГАУЗ АО «АОДКБ» в разные периоды времени с 1997 по 2018 годы. У всех пострадавших детей с выявленными маркёрами *** ориентировочные сроки заражения совпадали с периодами их госпитализации в условиях наличия источников *** в ГАУЗ АО «АОДКБ».

Всем пострадавшим (100%) в ГАУЗ АО «АОДКБ» до выявления маркёров *** проводились парентеральные манипуляции, в том числе и одинаковые (однотипные), сопровождающиеся нарушением целостности кожных покровов с использованием медицинского инструментария.

Анализ медицинских документов показал о постоянном наличии больных *** среди пациентов гематологического (онкогематологического) отделения, что формировало риски инфицирования пациентов отделения гепатитом С в условиях нарушений требований эпидемиологической безопасности при оказании медицинской помощи и несоблюдения санитарно-противоэпидемического режима в отделении.

Ретроспективно установлен в ГАУЗ АО «АОДКБ» хронический очаг с множественными случаями заболеваний *** среди пациентов, получавших одноименные медицинские манипуляции и имевших предшествующий отрицательный результат при обследовании на маркеры ***, что в соответствии с п. 8.4. СП 3.1.3112-13 позволяет признать, что данные случаи заболевания были связаны с оказанием медицинской помощи даже при отсутствии установленного источника инфекции.

Одним из наиболее вероятных факторов передачи *** в ГАУЗ АО «АОДКБ» явились: медицинский инструментарий и расходные материалы, контаминированные кровью больных *** детей: повторно используемые одноразовые заглушки для катетеров и медицинские лотки. Кроме того, факторами передачи могли быть руки медицинских работников, контаминированные кровью пациентов, инфицированных ***, в т.ч. в перчатках, если они повторно использовались у нескольких детей без смены или без перчаток, т.к. отсутствовала адекватная гигиена рук антисептиками, а также вероятно контаминированный *** физиологический раствор или гепаринизированный раствор во флаконах и другой медицинский инструментарий и расходные материалы.

По результатам проведенного эпидемиологического расследования в деятельности ГАУЗ АО «АОДКБ» выявлены нарушения санитарно-эпидемиологических правил (СП 3.13.3112-13 «Профилактика вирусного гепатита С», СП 3.1/3.2.3.3146-13 «Общие требования по профилактике инфекционных и паразитарных болезней», СанПиН 2.1.3.2630-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к организациям, осуществляющим медицинскую деятельность»), которые привели к формированию хронического очага с множественными случаями заболевания *** в ГАУЗ АО «АОДКБ»: нарушение порядка выявления заболеваний ***; нарушение порядка учета, регистрации и передачи электронных извещений о заболеваниях ***; нарушение порядка учета, регистрации и передачи экстренных извещений о случаях инфекций, связанных с оказанием медицинской помощи; нарушение порядка организации и проведения госпитальным эпидемиологом внутренних расследований заболеваний ***; нарушение требований к мероприятиям в отношении лиц, бывших в контакте с заболевшими ***; нарушений требований по предупреждению инфицирования вирусом гепатита С при оказании медицинской помощи (проведение парентеральных медицинских манипуляций пациентам с *** и не инфицированным пациентам в одном процедурном кабинете; использование нестерильных перчаток; отсутствие адекватной гигиены рук антисептиками, несоблюдение правил гигиенической обработки рук при проведении медицинских манипуляций; использование нестерильных заглушек от катетера; не соблюдение правил дезинфекции изделий медицинского назначения, а также требований к сбору, обеззараживанию, временному хранению и транспортированию медицинских отходов); нарушение требований к обеспеченности дезинфекционными, антисептическими средствами и изделиями медицинского назначения.

Согласно ч. 1 ст. 42 Федерального закона от 30.03.1999 N52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения" санитарно-эпидемиологические экспертизы, расследования, обследования, исследования, испытания и иные виды оценок соблюдения санитарно-эпидемиологических и гигиенических требований могут проводиться должностными лицами, осуществляющими федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, юридическими лицами, индивидуальными предпринимателями, аккредитованными в соответствии с законодательством Российской Федерации об аккредитации в национальной системе аккредитации, и экспертами, аттестованными в установленном Правительством Российской Федерации порядке.

Порядок организации и проведения санитарно-эпидемиологических экспертиз, обследований, исследований, испытаний и токсикологических, гигиенических и иных видов оценок утвержден Приказом Роспотребнадзора от 19.07.2007 N224.

Форма акта эпидемиологического расследования очага инфекционной (паразитарной) болезни с установлением причинно-следственной связи" утверждена постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 21.10.2010 N133.

Согласно п. 13 Положения о федеральном государственном санитарно- эпидемиологическом надзоре, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 05.06.2013 N476, при осуществлении государственного надзора уполномоченные должностные лица органов государственного надзора могут проводить санитарно-эпидемиологические экспертизы, расследования, обследования, исследования, испытания и иные виды оценок соблюдения санитарно-эпидемиологических и Гигиенических требований, а также привлекать к участию в их проведении экспертов и экспертные организации, аккредитованные в установленном порядке.

Из данных нормативных актов следует, что право проведения санитарно-эпидемиологических экспертиз, расследований, обследований, исследований предоставлено должностным лицам, осуществляющим федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор. Примерный перечень таких лиц определен в п. 5, 8 Положения о федеральном государственном санитарно-эпидемиологическом надзоре и включает в себя руководителей территориальных органов Федеральной службы - главных государственных санитарных врачей по субъектам Российской Федерации, руководителей их структурных подразделений и их заместителей, специалистов.

Акт Управления Роспотребнадзора по Амурской области от 08.11.2019 года №55 эпидемиологического расследования очага инфекционной (паразитарной) болезни с установлением причинно-следственной связи утвержден главным государственным санитарным врачом Амурской области. Необходимость дополнительного утверждения и подписания акта иными лицами Управления Роспотребнадзора по Амурской области законодательно не предусмотрена.

Названный акт является относимым и допустимым доказательством, по правилам ст. 59, 60 ГПК РФ, в силу ст. 55, 56, 67 ГПК РФ подлежит принятию судом и должен быть положен в основу настоящего решения.

Выявленные нарушения требований к технологии выполнения медицинских услуг и несоблюдение требований к дезинфекции при осуществлении медицинской деятельности явились основными причинами перекрестной передачи *** в гематологическом отделении ГАУЗ АО «АОДКБ».

Причинно-следственная связь между оказанием медицинской помощи в ГАУЗ АО «АОДКБ» и инфицированием *** 169 пациентов, в число которых вошел ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, согласно результатам проведенного эпидемиологического расследования была установлена.

В рамках эпидемиологического расследования причин, факторов и условий возникновения заболеваний *** в отношении ГАУЗ АО «АОДКБ» была проведена проверка, в ходе которой был установлен ряд нарушений учреждением и его сотрудниками санитарно-эпидемиологических требований, в том числе, при выполнении медицинских манипуляций и соблюдению санитарных требований (отсутствие адекватной гигиены рук антисептиком, несоблюдение правил гигиенической обработки рук при проведении медицинских манипуляций, использование нестерильных заглушек от катетера, не соблюдение правил дезинфекции изделий медицинского назначения, а также требований к сбору, хранению и транспортированию медицинских отходов). По факту выявленных нарушений административные взыскания получили ответственные должностные лица и юридическое лицо (ГАУЗ АО «АОДКБ»), что подтверждается постановлениями по делу об административном правонарушении №398 от 23.11.2018 года, №467 от 25.12.2018 года, №№37, 39, 40, 41, 42 43 от 23.01.2019 года, №130 от 28.02.2019 года, №№ 131, 132, 133, 134 от 01.03.2019 года, №219 от 10.04.2019 года.

Доказательств того, что указанные ранее постановления стороной ответчика были оспорены, либо были призваны незаконными, в материалах дела не имеется.

По факту нарушения санитарно-эпидемиологических правил, что повлекло по неосторожности массовое заболевание на территории Амурской области *** несовершеннолетних, возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 236 УК РФ.

ФИО4 по уголовному делу признан потерпевшим.

Согласно заключению комиссии экспертов КГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» министерства здравоохранения Хабаровского края № 334, составленному по результатам проведенной комиссионной судебно-медицинской экспертизы в рамках уголовного дела, экспертная комиссия не исключила наличия причинно-следственной зависимости между выявленными нарушениями оказания медицинской помощи в ГАУЗ АО «АОДКБ» и инфицированием ВГФИО4 Выявленные нарушения в части многократного использования стерильных изделий одноразового использования, приготовления и использования многодозовых флаконов лекарственных средств, в том числе для промывания, устройств сосудистого доступа, наряду с отсутствием гигиены рук медицинского персонала явились основными причинами перекрестной передачи *** в гематологическом (онкогематологическом) отделении. На основании данных, полученных при эпидемиологическом расследовании, с учетом конкретных обстоятельств и хронологии возникновения инфекционного заболевания у пациента, экспертная комиссия не исключает наличия причинно-следственной зависимости между выявленными нарушениями оказания медицинской помощи в ГАУЗ АО «АОДКБ» и инфицированием ВГФИО4 при условиях, указанных в п. 12 акта № 55 эпидемиологического расследования очага инфекционной (паразитарной) болезни с установлением причинно-следственной связи от 08 ноября 2019 года. Возникновение *** в результате проведения медицинских манипуляций, с учетом длительности и динамики данной патологии, следует квалифицировать с соответствии пп. 7, 7.1 Приказа МЗ и СР РФ № 194н от 24.04.2008 года "Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека" как средней тяжести вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья продолжительностью свыше трех недель (более 21 дня).

Доводы стороны ответчика о возможном инфицировании ФИО4 *** при проведении парентеральных медицинских манипуляций, сопровождаемых нарушением целостности кожного покрова и слизистых оболочек, в других медицинских учреждениях носят вероятностный характер и своего подтверждения в ходе судебного разбирательства не нашли.

Суд принимает во внимание, что до выявления заболевания в 16.11.2015 года гематогенные и парентеральные манипуляции в других медицинских и лечебно-профилактических организациях несовершеннолетнему не проводились.

Возможность инфицирования ФИО4 от матери перинатально, исключается, поскольку исследование крови ФИО5 (мать), крови на маркеры *** дало отрицательный результат. Более того, до выявления заболевания ребенок поступал на стационарное лечение в ГБУЗ АО «АОДКБ» с отрицательными маркерами ***, в связи с чем, вертикальный путь передачи от матери не возможен.

Парентеральные манипуляции, сопровождающиеся нарушением целостности кожных покровов с использованием медицинского инструментария, в виде забора крови для медицинских исследований проводились ФИО4 только в периоды его госпитализации в онкологическое отделение ГАУЗ АО «АОДКБ». Обратного материалы дела не содержат. В данном отделении во временных границах с 2000 по 2018 годы, приходившихся на периоды пребывания в нем несовершеннолетнего истца, имел место хронический очаг с множественными случаями заболеваний *** среди пациентов, получавших одноименные медицинские манипуляции. Согласно материалам дела дети, которые были заражены в больнице, установлены. ФИО4 входит в их число. Его заражение было выявлено в ноябре 2015 года, в рамках проведения эпидемиологического расследования. Доводы ответчика об иных возможных путях передачи инфекции *** ФИО4 в ходе судебного разбирательства не подтвердились.

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ч. 1 ст. 57 ГПК РФ доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

Исходя из принципа состязательности сторон, закрепленного в ст. 12 ГПК РФ, а также положений ст.ст. 56, 57 ГПК РФ, лицо, не реализовавшее свои процессуальные права на представление доказательств, несет риск неблагоприятных последствий не совершения им соответствующих процессуальных действий.

В ходе судебного разбирательства ответчику было разъяснено бремя доказывания и предложено представить доказательства отсутствия вины в причинении вреда здоровью ФИО4, выразившегося в инфицировании его ***.

Вместе с тем, таких доказательств ответчиком в силу ст. 56 ГПК РФ не представлено.

Доводы стороны ответчика об отсутствии причинно-следственной связи между действиями (бездействием) сотрудников ГАУЗ АО «АОДКБ» в период нахождения ФИО4 в онкологическом отделении больницы и заражением его *** опровергаются собранными по делу доказательствами. Более того, ответчиком в ходе судебного разбирательства не представлено достаточно достоверных доказательств, свидетельствующих о соблюдении СП 3.1.3112-13 «Профилактика вирусного гепатита С», СП 3.1/3.2.3.3146-13 «Общие требования по профилактике инфекционных и паразитарных болезней», СанПиН 2.1.3.2630-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к организациям, осуществляющим медицинскую деятельность», в том числе и в части направления уведомления о выявленном инфекционном заболевании, и необходимости факта расследования выявления причин наличия данного заболевания.

Ходатайств о назначении по делу судебно-медицинской экспертизы стороны не заявляли.

Вопреки доводам ответчика суд не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность результатов эпидемиологического расследования, установившего эпидемиологическую связь между случаями инфицирования вирусом гепатита С детей, которым оказывалась помощь в ГАУЗ АО «АОДКБ», к числу которых относится ФИО4, а также выводов комиссионной судебно-медицинской экспертизы КГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» министерства здравоохранения Хабаровского края, не исключившей причинно-следственной связи между выявленными нарушениями оказания медицинской помощи в ГАУЗ АО «АОДКБ» и инфицированием ФИО4 ***, принимая данные доказательства при рассмотрении настоящего дела как письменные доказательства в соответствии с положениями ст.55 ГПК РФ.

Несогласие стороны ответчика с проведенными исследованиями и сделанными выводами не является основанием для признания представленных суду доказательств ненадлежащими и недопустимыми. Из материалов дела не усматривается, что они были получены с нарушением требований закона, никаких сомнений в допустимости и достоверности не вызывают. Также следует отметить, что оспаривая акт № 55, представитель ответчика ссылается на нарушение порядка проведения внеплановых проверок, в то время как из представленных доказательств усматривается, что в отношении ФИО4 не направлялось экстренное уведомление в соответствии с вышеназванными нормами и правилами, что повлекло невозможность организации проверки.

Разрешая заявленные требования, суд приходит к выводу, что совокупность исследованных по делу доказательств в соответствии с положениями ст. ст.67, 56, 12 ГПК РФ достаточна для признания вины ГАУЗ АО «АОДКБ» в причинении вреда здоровью несовершеннолетнему ФИО4 в результате некачественного оказания медицинской помощи, повлекшей его заражение тяжелым инфекционным заболеванием - ***, с учетом установленных грубых нарушений санитарно-эпидемиологического законодательства в гематологическом отделении ГАУЗ АО «АОДКБ» в период стационарного лечения несовершеннолетнего, способствующих его заражению при проведении парентеральных вмешательств.

Кроме того, судом также учитывается и то, что согласно пункту 2 статьи 1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Таким образом, бремя доказывания отсутствия вины в причинении вреда возлагается на причинителя вреда.

Между тем стороной ответчика в нарушение ст. 56 ГПК РФ доказательств, причинения вреда по вине другого лица суду не представлено, как не представлено и соответствующих доказательств в подтверждение доводов о возможном заражении тяжелым вирусным заболеванием в ином учреждении. Доводы ответчика в части наличия другого источника заражения носят предположительный характер, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

Также судом учитывается, что причинение вреда, в деликтных гражданско-правовых отношениях вина может выступать как в форме умысла, так и в форме неосторожности, в том числе простой неосторожности, характеризующейся тем, что лицо, причинившее вред, проявляло некоторую осмотрительность и внимательность, однако недостаточную для того, чтобы избежать причинение вреда. При этом наличие в данном случае вины в форме неосторожности ответчиками по существу не оспаривается, что следует из признания факта нарушений имевших место при проведении внеплановой проверки и привлечения к административной ответственности должностных лиц и юридического лица.

Таким образом, суд приходит к выводу, что ГАУЗ АО «АОДКБ», как учреждение здравоохранения, не обеспечило надлежащее оказание медицинских услуг, что привело к негативным последствиям в виде причинения вреда здоровью несовершеннолетнего ФИО4, в связи с чем, на ответчика должна быть возложена обязанность по компенсации причиненного ему морального вреда по основаниям, предусмотренным ст.ст. 151, 1101 ГК РФ.

Статьей 1101 ГК РФ установлено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема, причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»),

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда РФ, суд, определяя размер подлежащего компенсации морального вреда по основаниям, предусмотренным в статье 1100 ГК РФ, в совокупности оценивает конкретные обстоятельства дела, соотнося их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности (Определение от 15 июля 2004 года N 276-О).

По делу установлено, что по вине ответчика несовершеннолетний ФИО4, имея иное заболевание, был заражен тяжелым инфекционным заболеванием, требующим длительного медикаментозного и терапевтического лечения, которое дает побочные эффекты и требует соблюдения ограничений в повседневной жизни, что причинило средней тяжести вред здоровью истца. В результате на него были наложены ограничения, и он вынужден был соблюдать определенный режим при осуществлении личных взаимоотношений и в обществе, предпринимать профилактические меры в связи с возможностью заражения окружающих людей. Всё это причиняло несовершеннолетнему нравственные страдания, он испытывал страх за свою жизнь и здоровье, сильно переживал, нервничал, испытывал чувство дискомфорта, обиды, как от самого факта заражения, так и от наложенных в связи с этим ограничений. Исходя из того, что жизнь и здоровье относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной, принимая во внимание установленные обстоятельства, характер и степень причиненных несовершеннолетнему нравственных страданий, их объема и глубины, его индивидуальные особенности, требования закона о разумности и справедливости, суд считает необходимым определить и взыскать истцу (в лице законного представителя ФИО5, т.е. в объеме заявленного) компенсацию причиненного несовершеннолетнему ФИО4 морального вреда, подлежащего возмещению за счет ответчика, в размере 750 000 рублей.

При определении размера компенсации морального вреда судом помимо прочего учтено, что в настоящее время вирус гепатита С в организме ребенка имеется, а также статус ответчика как бюджетного учреждения. Кроме того, судом также учитывается и то, что определённые ограничения истцу были показаны, в том числе и в связи с имевшимися основным заболеванием ***, по поводу которой он был госпитализирован. Также судом учитывается и то, что компенсация морального вреда не может подменять под собой понятия материального ущерба в виде необходимости дальнейшего лечения ребенка, а также приобретения дорогостоящих медицинских препаратов для дальнейшего лечения несовершеннолетнего.

В удовлетворении требования о компенсации морального вреда в большем размере истцу следует отказать.

Компенсация морального вреда в указанном выше размере подлежит взысканию с ответчика в пользу несовершеннолетнего в лице его матери ФИО5, имеющей статус законного представителя несовершеннолетнего.

Рассматривая вопрос о возможности взыскания истцу в соответствии с п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей», п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 17 от 28 июня 2012 года при удовлетворении требований, установленных законом, с исполнителя мед.услуг штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя независимо от того, заявлялось ли такое требование, суд приходит к следующему.

Согласно части 2 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Граждане имеют право на получение платных медицинских услуг, предоставляемых по их желанию при оказании медицинской помощи, и платных немедицинских услуг (бытовых, сервисных, транспортных и иных услуг), предоставляемых дополнительно при оказании медицинской помощи (часть 1 статьи 84 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Платные медицинские услуги оказываются пациентам за счет личных средств граждан, средств работодателей и иных средств на основании договоров, в том числе договоров добровольного медицинского страхования (часть 2 статьи 84 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Платные медицинские услуги могут оказываться в полном объеме стандарта медицинской помощи либо по просьбе пациента в виде осуществления отдельных консультаций или медицинских вмешательств, в том числе в объеме, превышающем объем выполняемого стандарта медицинской помощи (часть 4 статьи 84 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

К отношениям, связанным с оказанием платных медицинских услуг, применяются положения Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года N2300-1 "О защите прав потребителей" (часть 8 статьи 84 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, следует, что медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно. Наряду с этим Федеральным законом "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" закреплено право граждан на получение платных медицинских услуг, предоставляемых по их желанию, при оказании медицинской помощи. К отношениям по предоставлению гражданам платных медицинских услуг применяется законодательство о защите прав потребителей.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 4 октября 2012 г. N1006 утверждены Правила предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг.

Согласно пункту 2 названных правил платные медицинские услуги - это медицинские услуги, предоставляемые на возмездной основе за счет личных средств граждан, средств юридических лиц и иных средств на основании договоров, в том числе договоров добровольного медицинского страхования; потребитель - это физическое лицо, имеющее намерение получить либо получающее платные медицинские услуги лично в соответствии с договором. Потребитель, получающий платные медицинские услуги, является пациентом, на которого распространяется действие Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".

Как следует из преамбулы Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N2300-1 "О защите прав потребителей", этот закон регулирует отношения, возникающие между потребителем и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Названный закон определяет исполнителя услуг как организацию независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуального предпринимателя, выполняющего работы или оказывающего услуги потребителям по возмездному договору.

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

Пунктом 6 статьи 13 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N2300-1 "О защите прав потребителей" предусмотрено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Исходя из изложенного, положения Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N2300-1 "О защите прав потребителей", устанавливающие, в том числе в пункте 6 статьи 13 ответственность исполнителя услуг за нарушение прав потребителя в виде штрафа в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, подлежат применению к отношениям в сфере охраны здоровья граждан при оказании гражданину платных медицинских услуг. При этом основанием для взыскания в пользу потребителя штрафа является отказ исполнителя, в данном случае исполнителя платных медицинских услуг, в добровольном порядке удовлетворить названные в Законе Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N2300-1 "О защите прав потребителей" требования потребителя этих услуг.

Аналогичная позиция изложена в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 15.07.2019 N44-КГ19-7.

Как следует из представленных в дело материалов, медицинские услуги несовершеннолетнему истцу предоставлялись в рамках территориальной программы ОМС; сторонами не оспаривалось, что медицинская помощь ответчиком оказывалась бесплатно в рамках системы обязательного медицинского страхования.

Таким образом, оснований для применения к спорным правоотношениям Закона РФ «О защите прав потребителей» и тем самым взыскания штрафа за отказ от добровольного удовлетворения требований потребителя не имеется.

На основании ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, пп. 3 п. 1 ст. 333.19 НК РФ с ответчика в доход местного бюджета муниципального образования г. Благовещенска подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей, от уплаты которой сторона истца была освобождена.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковое заявление удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Амурской области «Амурская областная детская клиническая больница» в пользу несовершеннолетнего ФИО4, в лице законного представителя ФИО5, денежную компенсацию морального вреда, причинённого повреждением здоровья в результате оказания медицинской помощи ненадлежащего качества, в сумме 750000 рублей 00 копеек.

В удовлетворении требований о взыскании денежной компенсации морального вреда в большем размере – отказать.

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Амурской области «Амурская областная детская клиническая больница» в доход местного бюджета госпошлину, от уплаты которой сторона истца была освобождена, в сумме 300 рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Благовещенский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий судья Д.В. Кастрюков

Решение в окончательной форме составлено 28.09.2020 года