Дело № (12-48/2025)

(в суде первой инстанции дело №)

РЕШЕНИЕ

по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении

22 января 2026 года г.Горно-Алтайск

Судья Верховного Суда Республики Алтай Панин А.А., рассмотрев жалобу ФИО1 на постановление судьи Усть-Коксинского районного суда Республики Алтай от 

<

дата>, вынесенное по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст.20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ), в отношении ФИО1,

установил:

постановлением судьи Усть-Коксинского районного суда Республики Алтай от 

<

дата> в отношении ФИО1 прекращено дело об административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст.20.2 КоАП РФ, на основании п.2 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ.

Решением судьи Верховного Суда Республики Алтай от 

<

дата> данное постановление отменено, дело возвращено на новое рассмотрение в Усть-Коксинский районный суд Республики Алтай.

Постановлением судьи Усть-Коксинского районного суда Республики Алтай от 28 ноября 2025 года ФИО1 признана виновной в административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст.20.2 КоАП РФ, ей назначен административный штраф в размере 10000 рублей (резолютивная часть решения объявлена 25 ноября 2025 года).

ФИО1 обратилась в Верховный Суд Республики Алтай с жалобой на вышеуказанное постановление, которое просит отменить с прекращением производства по делу, так как выводы суда содержат существенные противоречия и не подтверждены доказательствами, показания свидетелей оставлены без оценки, в то время как она не являлась организатором видеообращения. Считает, что в процессе судебного разбирательства были нарушены принципы презумпции невиновности, состязательности и равноправия сторон.

В судебном заседании ФИО1 поддержала доводы своей жалобы и просила отменить постановление.

Выслушав участников, проверив материалы дела и изучив доводы жалобы, прихожу к следующему.

В соответствии с ч.3 ст.30.6 КоАП РФ судья не связан доводами жалобы и проверяет дело в полном объеме.

В соответствии со ст.24.1 КоАП РФ задачами производства по делам об административных правонарушениях является всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствующих совершению административных правонарушений.

Согласно ст.26.1 КоАП РФ при разбирательстве по делу об административном правонарушении выяснению подлежат наличие события административного правонарушения, виновность лица в его совершении и иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Согласно ч.2 ст.20.2 КоАП РФ организация либо проведение публичного мероприятия без подачи в установленном порядке уведомления о проведении публичного мероприятия, за исключением случаев, предусмотренных ч.7 настоящей статьи (когда публичное мероприятие проведено в непосредственной близости от территории ядерной установки, радиационного источника или пункта хранения ядерных материалов и радиоактивных веществ с установленными законом последствиями), – влечет для граждан наложение административного штрафа в размере от двадцати тысяч до тридцати тысяч рублей, или обязательные работы на срок до пятидесяти часов, или административный арест на срок до десяти суток.

Частью 5 ст.20.2 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность в виде наложения административного штрафа в размере от десяти тысяч до двадцати тысяч рублей или обязательных работ на срок до сорока часов за нарушение участником публичного мероприятия установленного порядка проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования, за исключением случаев, предусмотренных частью 6 настоящей статьи (когда такие действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния и повлекли причинение вреда здоровью человека или имуществу, если эти действия).

Фактические обстоятельства дела следуют из обращения главы МО «Усть-Коксинский район» от 

<

дата> (л.д.1) и ответа данного должностного лица на запрос ОМВД (л.д.3), письменных объяснений свидетелей ФИО7 от 

<

дата> (л.д.14), ФИО6 от 

<

дата> (л.д.15), ФИО2 от 

<

дата> (л.д.22), ФИО9 от 

<

дата> (л.д.20), ФИО8 от 

<

дата> (л.д.21), ФИО10 от 

<

дата> (л.д.19), ФИО8 от 

<

дата> (л.д.17), ФИО3 от 

<

дата> (л.д.23), ФИО4 от 

<

дата> (л.д.24), ФИО5 от 

<

дата> (л.д.25), уведомления ФИО1 о составлении протокола по делу об административном правонарушении от 

<

дата> (л.д.26), акта осмотра видеозаписи митинга от 

<

дата> (л.д.7-8), акта осмотра интернет-ресурса 

<

данные изъяты> от 

<

дата> (л.д.9-12), самой видеозаписи на диске CD-RW (л.д.13), протокола об административном правонарушении от 

<

дата> (л.д.27).

Время правонарушения установлено из совокупности показаний свидетелей, указывающих на время в период с 11 до 13 часов 

<

дата>.

Также из обжалуемого постановления следует, что в судебном заседании 

<

дата> судьёй районного суда были дополнительно опрошены вышеуказанные свидетели ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, а также ФИО8 и должностное лицо, составившее протокол, – ФИО11

ФИО1 своей вины не признала, на досудебной стадии производства по делу отказалась от дачи объяснений и не явилась на составление протокола об административном правонарушении, при рассмотрении дела судьёй районного суда и жалобы подтвердила своё участие в рассматриваемом публичном мероприятии, но полностью отрицала свою причастность к его организации. При рассмотрении жалобы указала, что о времени и месте предстоящей записи видеообращения узнала из телефонного звонка неизвестной женщины. Ранее при рассмотрении жалобы ФИО1 указала: «Нашей единственной ошибкой было, что мы провели мероприятие (записали обращение) в месте общего пользования, если бы не это, вообще не было бы никаких вопросов к нам», – что также можно расценивать, как признание причастности к несанкционированному публичному мероприятию.

В силу положений ст.26.11 КоАП РФ судья оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности. Никакие доказательства не могут иметь заранее установленную силу.

Инспектор ИАЗ НпИАЗ ОМВД России по Усть-Коксинскому району ФИО11 указала об отсутствии процессуальных нарушений при производстве по настоящему делу.

Свидетель ФИО13 в судебном заседании районного суда пояснила, что она нарисовала плакаты для участия в митинге, назначенном на 

<

дата> в 

<

адрес>. 

<

дата> ей позвонила неизвестная женщина с предложением поучаствовать в мероприятии, на что она согласилась. Она знает лица участников мероприятия, но не знает их фамилии, о том, что данное мероприятие не было согласованно в установленном порядке, она не знала, за участие была оштрафована на 20000 рублей. При рассмотрении жалобы подтвердила свои досудебные показания о том, что до начала съёмки она с другими участниками обсудила очередность выступлений.

Свидетель ФИО7, допрошенная по ходатайству ФИО1 при рассмотрении протокола и жалобы, указала, что являлась участником группы в мессенджере «WhatsApp», где поддерживается сохранение двухуровневой системы местного самоуправления, и откуда ей стало известно о необходимости прийти на запись видеообращения. Уведомление о проведении данного публичного мероприятия на составлялось, так как времени для этого было недостаточно. Запомнила ФИО1 по татуировкам на руках, при ней она никого не звала на митинг. Указала судье районного суда, что в связи со спонтанностью митинга ФИО1 заслуживает снисхождения. При этом в досудебных показаниях ФИО14 указала, что прибыла к месту записи обращения последней, когда все участники уже находились там.

Свидетель ФИО8 в судебном заседании пояснил, что он совместно с другими участниками, в том числе ФИО1, через видеообращение в сети Интернет высказался за сохранение двухуровневой системы местного самоуправления. При этом к месту проведения митинга он прибыл первым. ФИО1 не выступала, плакатов не держала, участников не приглашала. Ему за участие в данном мероприятии было назначено наказание в виде предупреждения. В досудебных показаниях данный свидетель лишь подтвердил своё участие в данном публичном мероприятии, назвал адресатом видеообращения «народ Алтая» и отказался сообщать подробности.

Допрошенная по ходатайству ФИО1 ФИО9 опорочила свои досудебные показания, утверждая, что впервые попала в ситуацию, когда ее опрашивали сотрудники полиции, и сильно переживала, поэтому указала на незнакомую ей ФИО1 как на лицо, пригласившее её к участию в данном публичном мероприятии. Фамилию ФИО1 назвала после демонстрации должностным лицом кадра видеозаписи митинга, где над людьми были написаны их фамилии, так как та показалась ей наиболее похожей на женщину, которая пригласила их поучаствовать в митинге, она стояла с краю справа. При этом на досудебной стадии производства 

<

дата> ФИО15 поясняла, что около 11 часов 

<

дата> проходила мимо стелы «Усть-Кокса» в компании ФИО8 и ФИО10, с которыми пошла посмотреть ягоды, когда заметила там скопление людей, после чего к ним подошла ФИО1, спросила их взгляды на реформу системы местного самоуправления в республике и пригласила принять участие в митинге. Когда они подошли к стеле, находившийся там мужчина вручил им плакат и начал видеосъемку выступлений собравшихся.

Допрошенная по ходатайству ФИО1 судьёй районного суда и при рассмотрении жалобы свидетель ФИО8 указала, что не знает, что за женщина позвала их к участию в данном публичном мероприятии, а ранее данные письменные объяснения подписала, не читая. При этом ФИО8 в письменных объяснениях в целом подтвердила вышеуказанные письменные пояснения ФИО16, однако указала, что женщина, пригласившая их поучаствовать в митинге, ей не знакома, а при демонстрации видеозаписи митинга указала, что это была женщина, которая стоит крайней правой среди собравшихся (ФИО1).

Допрошенная по ходатайству ФИО1 судьёй районного суда и при рассмотрении жалобы свидетель ФИО10 также указала, что её к участию в публичном мероприятии пригласила неизвестная женщина, которой ФИО1 точно не является, поскольку она с ней знакома по давнему конфликту. В досудебных показаниях также поясняла, что эта неизвестная женщина просила подержать плакаты, пока будут снимать видео, а затем дала им с ФИО8 один из плакатов.

После оценки перечисленных доказательств судьёй районного суда из совокупности приведенных доказательств сделан вывод о доказанности вины ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.20.2 КоАП РФ.

На досудебной стадии производства первыми (

<

дата>) были опрошены ФИО18 (л.д.20) и ФИО17 (л.д.21). ФИО19 поясняла, что около 11 часов 

<

дата> проходила мимо стелы «Усть-Кокса» в компании ФИО8 и ФИО10, с которыми пошла посмотреть ягоды, когда заметила там скопление людей, после чего к ним подошла ФИО1, спросила их взгляды на реформу системы местного самоуправления в республике и пригласила принять участие в митинге. Когда они подошли к стеле, находившийся там мужчина вручил им плакат и начал видеосъемку выступлений собравшихся. ФИО21 в письменных объяснениях в целом подтвердила вышеуказанные пояснения ФИО20 однако указала, что женщина, пригласившая их поучаствовать в митинге, ей не знакома. При демонстрации видеозаписи митинга указала, что это была женщина, которая стоит крайней правой среди собравшихся (ФИО1).

На обсуждаемой видеозаписи, кадр из которой имеется в материалах дела, у стелы находятся 13 человек с плакатами, из которых 4 мужчин, а оставшиеся 9 женщин имеют весьма отличающуюся друг от друга внешность. На протяжении видео 3 человека (не ФИО1) выступают за сохранение двухуровневой системы организации местного самоуправления, в завершение присутствующие скандируют лозунги (ФИО1 молчит).

При данных обстоятельствах не усматриваю оснований для оговора ФИО1 со стороны ФИО23 и ФИО22 их досудебные показания последовательны и согласуются между собой. При этом судебные показания данных свидетелей направлены на освобождение ФИО1 от ответственности и по существу не объясняют оговора, на который ссылаются. Волнение перед лицом сотрудника полиции, подписывание объяснений без ознакомления с содержанием и кажущееся сходство ФИО1 с другой женщиной таковыми служить не могут, поскольку соответствующие процессуальные документы оформлены в соответствии с требованиями, предъявляемыми к ним КоАП РФ, помимо подписей содержат собственноручные записи свидетелей о верности содержания документов, а сами показания даны вскоре после описываемых событий.

Кроме временного промежутка, миновавшего с митинга, при оценке показаний свидетелей следует учитывать, что все допрошенные лица добровольно приняли участие в данном несанкционированном публичном мероприятии, где выступавшими выражалось единое мнение по вопросам общественно-политического характера, за чем последовала реакция главы района и правоохранительных органов. В такой ситуации логичным мотивом изменения показаний свидетелями является также стремление помочь единомышленнице и односельчанке уйти от ответственности.

Противоречия с показаниями свидетеля ФИО24 являются мнимыми, поскольку обстоятельства правонарушения указывают на то, что у публичного мероприятия имелись иные организаторы, а действия по расстановке участников публичного мероприятия и организации видеосъёмки требовали больших усилий, нежели только позвать ФИО25 с ФИО26 к месту видеосъёмки.

Пояснения ФИО28 том, что ФИО1 не приглашала участников, также не может служить доказательством её невиновности. ФИО27, по её собственным показаниям, прибыла на место проведения публичного мероприятия, когда все участники уже собрались для съёмки.

Иные свидетели, чьи показания были исследованы в судебном заседании, дали объяснения о самом публичном мероприятии, времени его проведения, выступавших и высказанных ими мнениях общественно-политического характера. Иные участники митинга указали, что были оповещены о нём накануне телефонными звонками от женщины, которая им не знакома либо личность которой они не хотят раскрывать. Признавая за ними право на подобную неискренность, отмечаю при этом, что она затрудняет установление всех обстоятельств произошедшего, поэтому исхожу из фактических обстоятельств, которые доказаны и не вызывают сомнений.

При этом заслуживает внимания следующее.

В силу п.1 ст.2 Федерального закона от 19 июня 2004 года №54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» (далее – Закон №54-ФЗ, Закон о публичных мероприятиях) публичным мероприятием признается открытая, мирная, доступная каждому, проводимая в форме собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования либо в различных сочетаниях этих форм акция, осуществляемая по инициативе граждан Российской Федерации, политических партий, других общественных и религиозных объединений, целью которой является свободное выражение и формирование мнений, выдвижение требований по различным вопросам политической, экономической, социальной и культурной жизни страны и вопросам внешней политики или информирование о своей деятельности при встрече депутата с избирателями.

Согласно указанной статье митинг – массовое присутствие граждан в определенном месте для публичного выражения общественного мнения по поводу актуальных проблем преимущественно общественно-политического характера (п.3).

Статьей 3 Закона о публичных мероприятиях установлено, что проведение публичного мероприятия основывается на принципах законности – соблюдении положений Конституции Российской Федерации, названного закона, иных законодательных актов Российской Федерации; а также добровольности участия в публичном мероприятии.

В рамках организации публичного мероприятия Федеральным законом №54-ФЗ предусмотрен ряд процедур, направленных на обеспечение мирного и безопасного характера публичного мероприятия, согласующегося с правами и интересами лиц, не принимающих в нем участия, и позволяющих избежать возможных нарушений общественного порядка и безопасности.

К таким процедурам относится уведомление о проведении публичного мероприятия – документ, посредством которого органу исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органу местного самоуправления в порядке, установленном Законом №54-ФЗ, сообщается информация о проведении публичного мероприятия в целях обеспечения при его проведении безопасности и правопорядка (п.7 ст.2). Порядок, содержание и сроки уведомления о проведении публичного мероприятия установлены ст.7 Закона №54-ФЗ.

Участниками публичного мероприятия признаются граждане, члены политических партий, члены и участники других общественных объединений и религиозных объединений, добровольно участвующие в нем (ч.1 ст.6 Закона №54-ФЗ).

К организации публичного мероприятия закон, в числе прочего, относит оповещение возможных участников публичного мероприятия, подачу уведомления о его проведении и иные действия, не противоречащие законодательству Российской Федерации, совершаемые в целях подготовки и проведения публичного мероприятия (п.п.1 и 4 ст.4 Закона №54-ФЗ).

Закон №54-ФЗ в целях обеспечения мирного, доступного и безопасного характера публичных мероприятий, проводимых в форме собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования, закрепляет права и обязанности организатора публичного мероприятия (ст.ст.5, 7, 9, 11), участников публичного мероприятия (ст.6), а также органов публичной власти и их должностных лиц (ст.ст.12-17). Данным положениям корреспондируют положения КоАП РФ, которыми предусмотрена административная ответственность за нарушение законодательства о собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях, в том числе ответственность за организацию либо проведение несанкционированного публичного мероприятия. При этом в силу общих положений КоАП РФ (ч.1 ст.2.1) ответственность может наступать только в случае совершения лицом противоправных, виновных действий (бездействия).

Согласно п.30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №28 от 26 июня 2018 года «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел и дел об административных правонарушениях, связанных с применением законодательства о публичных мероприятиях», объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.20.2 КоАП РФ, образует организация либо проведение публичного мероприятия без подачи в установленном порядке уведомления о его проведении (за исключением случаев проведения публичного мероприятия, уведомление о проведении которого не требуется). При этом, исходя из содержания п.3 ч.4 и ч.5 ст.5 Закона о публичных мероприятиях под подачей уведомления в установленном порядке следует понимать, в том числе определение места, времени, условий проведения публичного мероприятия в результате согласительных процедур.

За нарушение установленного порядка организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования ст.20.2 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность. В соответствии с п.2 ч.3 ст.6 Федерального закона №54-ФЗ во время проведения публичного мероприятия его участники обязаны, помимо прочего, соблюдать общественный порядок и регламент проведения публичного мероприятия.

Собранными по делу доказательствами установлены следующие фактические обстоятельства: ФИО1 

<

дата> в период с 11 до 13 часов в нарушение п.1 ст.7 Закона о публичных мероприятиях у стелы «Усть-Кокса» на 56-м километре автодороги «Талда – Тюнгур – Природный парк Белуха» в Усть-Коксинском районе Республики Алтай пригласила проходящих мимо ФИО9 и ФИО8 к участию в несанкционированном публичном мероприятии в виде митинга, а также приняла в нём непосредственное участие. О проведении данного публичного мероприятия органы власти не были уведомлены.

Рассматриваемое присутствие граждан в общественном месте сопровождалось публичным выражением мнений по актуальному вопросу общественно-политического характера. Материалы дела не содержат уведомления о проведении этого публичного мероприятия, предусмотренного ст.7 Закона №54-ФЗ, его отсутствие никем не оспаривается, а обстоятельства дела с очевидностью указывают на то, что мероприятие не являлось спонтанным, проведено в определенном месте с приготовленными заранее плакатами, сопровождалось видеозаписью для её последующего размещения в сети Интернет, выступавшие обращались к значительному числу жителей республики от имени значительного числа жителей республики.

ФИО1 на видеозаписи находится в составе участников мероприятия.

Исследованные доказательства подтверждают, что мероприятие, в котором приняла участие ФИО1, проводилось у стелы «Усть-Кокса» на 56-м километре автодороги «Талда – Тюнгур – Природный парк Белуха» в Усть-Коксинском районе Республики Алтай, то есть в общественном месте, имеющем очевидную значимость для жителей села, определения территориальной принадлежности собравшихся, и представления, от чьего имени они якобы выступают (население с.Усть-Кокса, по разным оценкам из общедоступных источников, составляет около 5000 человек). То есть мероприятие однозначно носило публичный характер, и имело своей целью выражение и формирование гражданами мнений, выдвижение требований по вопросам политической жизни страны и региона. Поскольку участники мероприятия действовали открыто, демонстрировали плакаты, подчеркивающие политический характер акции, проведенное мероприятие исходя из установленных фактических обстоятельств следует квалифицировать как митинг – массовое присутствие граждан в определенном месте для публичного выражения общественного мнения по поводу актуальных проблем преимущественно общественно-политического характера (п.3 ст.2 Федерального закона №54-ФЗ).

Согласно ст.31 Конституции РФ граждане Российской Федерации имеют право собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 18 мая 2012 года №12-П, государственная защита гарантируется только праву на проведение мирных публичных мероприятий, которое, тем не менее, может быть ограничено федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, гарантированное Конституцией Российской Федерации право граждан Российской Федерации собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование не является абсолютным и может быть ограничено федеральным законом.

В этих целях федеральный законодатель, реализуя предоставленные ему Конституцией Российской Федерации полномочия по регулированию и защите прав и свобод человека и гражданина, установил в Федеральном законе №54-ФЗ порядок организации и проведения таких публичных мероприятий.

В частности, ст.7 указанного Федерального закона установлен уведомительный порядок проведения публичного мероприятия. Возложение на организатора публичного мероприятия обязанности подать предварительное уведомление о проведении публичного мероприятия преследует цель заблаговременно довести до соответствующих органов публичной власти необходимую информацию о форме, месте (маршруте движения), времени начала и окончания публичного мероприятия, предполагаемом количестве его участников, способах (методах) обеспечения общественного порядка и организации медицинской помощи, а также об организаторах и лицах, уполномоченных выполнять распорядительные функции по организации и проведению публичного мероприятия.

В противном случае органы публичной власти, не имея адекватного представления о планируемом публичном мероприятии, его характере и масштабах, лишаются реальной возможности исполнить возложенную на них Конституцией РФ обязанность по соблюдению и защите прав и свобод человека и гражданина и принять необходимые меры, в том числе профилактические и организационные, направленные на обеспечение безопасных как для самих участников публичного мероприятия, так и для иных лиц условий проведения публичного мероприятия.

Именно поэтому КоАП РФ предусмотрена административная ответственность лиц, нарушивших установленный порядок организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования (ст.20.2 КоАП РФ).

Совокупностью собранных по делу доказательств установлено, что публичное мероприятие, в котором участвовала ФИО1, проводилось без подачи в установленном порядке уведомления.

Таким образом, установленные по делу фактические обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО1 участвовала в публичном мероприятии, проводимом без подачи в установленном порядке уведомления о его проведении. ФИО1, исходя из собственных пояснений о своей роли в мероприятии, содержания и источника оповещения о его проведении и времени оповещения, явно недостаточном для соблюдения требований ч.1 ст.7 Закона о публичных мероприятиях, была осведомлена о несанкционированном характере митинга, то есть, действуя с прямым умыслом, нарушила требования п.2 ч.3 ст.6 Федерального закона №54-ФЗ о соблюдении общественного порядка и регламента проведения публичного мероприятия.

ФИО1, принявшей участие в заведомо для нее несогласованном публичном мероприятии, безусловно, не был соблюден регламент его проведения, который подразумевает согласование мероприятия в установленном законом порядке. Кроме того, ФИО1 приняла участие в несогласованном мероприятии в общественном месте, доступном для посещения неограниченным кругом лиц, сопровождавшимся скандированием лозунгов, и при его проведении органы власти были лишены возможности обеспечить общественную безопасность, поэтому действия ФИО1 также повлекли нарушение установленного общественного порядка.

С учетом исследованных доказательств и положений ст.1.5 КоАП РФ прихожу к выводу, что материалы дела не содержат достаточных данных для признания ФИО1 организатором рассматриваемого публичного мероприятия. Как уже указывалось, к организации публичного мероприятия закон относит действия, совершаемые в целях подготовки и проведения публичного мероприятия. С учетом обстоятельств дела нет оснований полагать, что приглашение ФИО29 и ФИО30 к месту съёмки сыграло сколько-нибудь значимую роль в их участии в митинге, а также в том, что мероприятие состоялось. Их показания (включая показания ФИО31) о случайном пребывании в месте митинга заслуживают критической оценки: ни у одной из них на видео нет принадлежностей для сбора ягоды, они проживают в с.Усть-Кокса по разным адресам, принадлежат к разным поколениям, но едины во мнении относительно реформы местного самоуправления и втроём оказались на месте происшествия, приняли активное участие в митинге, держали плакаты и скандировали лозунги.

На основании изложенного, с указанной в протоколе об административном правонарушении и судебном постановлении квалификацией действий ФИО1 по ч.2 ст.20.2 КоАП РФ нельзя согласиться.

Как следует из положений ч.2 и ч.5 ст.20.2 КоАП РФ, данные правонарушения разграничиваются по субъектному составу лиц, их совершивших.

Тем самым, КоАП РФ дифференцируется административная ответственность нарушившего установленный порядок проведения публичного мероприятия лица в зависимости от того, является ли он его организатором или участником.

В соответствии со ст.5 Федерального закона №54-ФЗ уведомление о проведении публичного мероприятия, обязан подавать организатор публичного мероприятия, и не вправе проводить его, если уведомление о проведении публичного мероприятия не было подано в срок либо если с органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органом местного самоуправления не было согласовано изменение по их мотивированному предложению места и (или) времени проведения публичного мероприятия.

Анализ положений ст.20.2 КоАП РФ во взаимосвязи с приведенными положениями указанного Федерального закона позволяет сделать вывод о том, что норма ч.2 ст.20.2 КоАП РФ распространяется только на организаторов публичного мероприятия, нарушивших установленный в ч.5 ст.5 Федерального закона №54-ФЗ запрет на организацию или проведение публичного мероприятия без подачи уведомления в орган публичной власти.

В свою очередь, действия участников публичного мероприятия, не согласованного с органом власти, подлежат квалификации по ч.5 ст.20.2 КоАП РФ.

Оценив собранные доказательства в их совокупности по правилам ст.26.11 КоАП РФ, прихожу к выводу, что ФИО1 в составе группы граждан приняла участие в несогласованном публичном мероприятии в форме митинга, уведомление о проведении которого в орган исполнительной власти не подавалось. При этом ФИО1 организатором данного мероприятия не являлась, а также не являлась лицом, проводившим данное мероприятие, в связи с чем действия ФИО1 следует переквалифицировать с ч.2 ст.20.2 КоАП РФ на ч.5 ст.20.2 КоАП РФ, поскольку она, являясь участником публичного мероприятия, нарушила установленный порядок проведения митинга.

Переквалификация действий ФИО1 на ч.5 ст.20.2 КоАП РФ, имеющую единый родовой объект посягательства, и предусматривающую менее строгое наказание, не противоречит правовой позиции, изложенной в п.20 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 24 марта 2005 года №5.

Доводы жалобы по существу сводятся к переоценке установленных в ходе судебного разбирательства обстоятельств и доказательств, никак не опровергают наличие в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного ч.5 ст.20.2 КоАП РФ.

Установленные судьёй районного суда обстоятельства, смягчающие административную ответственность ФИО1, сомнений не вызывают и подлежат учету при назначении ей наказания. Как и судья районного суда, нахожу обоснованным применение к ФИО1 положений ч.2.2 и ч.2.3 ст.4.1 КоАП РФ.

Таким образом, учитывая характер совершенного ФИО1 административного правонарушения, личность виновной, её имущественное положение, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и отсутствие обстоятельств, её отягчающих, исходя из целей административного наказания, установленных ст.3.1 КоАП РФ, полагаю необходимым и достаточным назначить ФИО1 наказание в виде административного штрафа с применением правил ч.2.2 и ч.2.3 ст.4.1 КоАП РФ в минимальном размере.

Кроме того, обжалуемое постановление требует внесения в него изменения в силу требований ч.1 ст.29.11 КоАП РФ о том, что день изготовления постановления в полном объеме является днем его вынесения. Вопреки данной норме судья районного суда, объявив резолютивную часть постановления 

<

дата> и изготовив постановление в полном объеме 

<

дата>, не изменила в нём дату его вынесения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.30.7 КоАП РФ, судья

решил:

постановление судьи Усть-Коксинского районного суда Республики Алтай от 

<

дата>, вынесенное по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст.20.2 КоАП РФ, в отношении ФИО1, изменить, указав датой его вынесения вместо дня объявления резолютивной части 

<

дата> день его изготовления в полном объёме – 

<

дата>.

Действия ФИО1 переквалифицировать на ч.5 ст.20.2 КоАП РФ, признать её виновной в совершении данного правонарушения и назначить ей наказание в виде штрафа в размере 5000 (Пять тысяч) рублей.

В остальной части обжалованное постановление оставить без изменения, а жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Решение вступает в силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном гл.30 КоАП РФ.

Судья А.А. Панин