Копия.

Дело № 2-30/2024г.

26RS0005-01-2023-000796-12

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

с. Дивное 19 января 2024 года.

Апанасенковский районный суд Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Омарова Х.С.,

при секретаре Лапуновой Е.В.,

с участием:

представителя ответчика ГБСУСОН «Дивенский ДИ «Дубки» - ФИО1,

представителей ответчика – Министерства труда и социальной защиты населения Ставропольского края – ФИО2, ФИО3, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по исковому заявлению ФИО4 к Государственному стационарному учреждению социального обслуживания населения «Дивенский дом-интернат для престарелых и инвалидов «Дубки», Министерству труда и социальной защиты населения Ставропольского края о восстановлении на работе, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратилась в суд с иском к государственному бюджетному стационарному учреждению социального обслуживания населения «Дивенский дом-интернат для престарелых и инвалидов «Дубки», Министерству труда и социальной защиты населения 

<

адрес> о восстановлении в должности директора государственного бюджетного стационарного учреждения социального обслуживания населения «Дивенский дом-интернат для престарелых и инвалидов «Дубки», взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, указывая в обоснование заявленных требований на следующее.

Она, ФИО4, ранее состояла в трудовых отношениях с Министерством труда и социальной защиты населения 

<

адрес>, работая в должности директора государственного бюджетного стационарного учреждения социального обслуживания населения «Дивенский дом - интернат для престарелых и инвалидов «Дубки» 

<

адрес> на основании бессрочного трудового договора № от 

<

дата>.

<

дата> под принуждением и угрозами тотальными проверками контрольно - ревизионным отделом в феврале 2024 года, во время ухудшения состояния здоровья, ею было написано заявление об увольнении по собственному желанию с должности директора ГБСУСОН «Дивенский дом - интернат для престарелых и инвалидов «Дубки», в это день она попала в больницу, где находилась до 

<

дата>.

В заявлении работодателю об увольнении по собственному желанию она не указала дату увольнения и причину. С работодателем дата её увольнения не согласовывалась.

<

дата>, она - мать несовершеннолетнего ребенка, предпенсионер (возраст 52 года время выхода на пенсию 57 лет как матери родившей и воспитавшей троих детей) по принуждению была уволена из государственного стационарного учреждения социального обслуживания населения «Дивенский дом - интернат престарелых и инвалидов «Дубки», где проработала руководителем с 

<

дата> по 

<

дата>.

<

дата> трудовой договор с ней был расторгнут, издан приказ о её увольнении и произведен расчет заработной платы.

На неё оказывалось психологическое давление, выраженное в форме угроз о тотальной проверке в феврале месяце 2024 года и дальнейшее способствование привлечению к ответственности со стороны руководителя и сотрудников Министерства труда и социальной защиты населения Ставропольского края.

Находясь в состоянии сильного душевного волнения, она подписала заявление об увольнении с должности директора по собственному желанию. Через некоторое время, после нормализации состояния здоровья в условиях стационара ФИО5, проанализировав сложившуюся ситуацию, ею было написано заявление об отзыве заявления об увольнении по собственному желанию и она решила противодействовать оппонентам, вынудившим её написать заявление об увольнении, в рамках правового поля.

<

дата> она была ознакомлена с приказом об увольнении, специалист отдела кадров заставил её, воспользовавшись состоянием здоровья, указать, что с приказом её ознакомили 

<

дата>.

<

дата> она написала заявление в Министерство труда и социальной защиты населения Ставропольского края об отзыве заявления об увольнении, поскольку оно было написано под принуждением и в период ухудшения состояния здоровья, у неё на иждивении находится несовершеннолетний ребенок, она не имеет другого места работы и не имеет средств к существованию, в должности директора работала более 13 лет и не имела никаких нареканий по долгу своей работы.

Полагала, что Министерством труда и социальной защиты населения Ставропольского края были нарушены нормы регламентирующие порядок увольнения руководителя учреждения. 

Истец ФИО4 и её представитель Снапкова О.А., надлежаще извещенные о времени и месте судебного заседания, в суд не явились, представили заявление (ходатайство) об отложении судебного заседания на более поздний срок, по причине нетрудоспособности представителя.

Суд, с учетом мнения представителей ответчиков, в соответствии со ст. 167 ГПК РФ, счел возможным рассмотреть дело в отсутствие истца и его представителя.

Ранее в судебном заседании истец ФИО4 и её представитель адвокат Снапкова О.А., исковые требования поддержали, просили их удовлетворить в полном объеме, представив пояснения аналогичные содержанию иска, дополнив, что заявление об увольнении по собственному желанию было написано под принуждением, на истца оказывалось давление, как со стороны сотрудников министерства, так и со стороны заместителя директора государственного стационарного учреждения социального обслуживания населения «Дивенский дом - интернат престарелых и инвалидов «Дубки», ФИО1, который так же был назначен на должность без согласования с ней и под давлением руководства министерства. ФИО1 не соответствовал по уровню профессиональных стандартов на замещение соответствующей должности и это также могло значительно сказаться на размере её премирования в 4 квартале 2023 года. В телефонном режиме, до издания приказа об её увольнении, она созванивалась с сотрудниками министерства и говорила о том, что намерена отозвать свое заявление. Она, ФИО4, является матерью несовершеннолетнего ребенка, которой предстоит сдавать ЕГЭ в учебном учреждении, сын находится на СВО, в связи с увольнением она осталась без средств существования, что в совокупности сильно сказалось на её здоровье и благосостоянии, в связи с чем она претерпела значительные моральные страдания.

Представитель ответчика государственного бюджетного стационарного учреждения социального обслуживания населения «Дивенский дом-интернат для престарелых и инвалидов «Дубки», ФИО1 в судебном заседании заявленные ФИО4 исковые требования не признал, просил в их удовлетворении отказать в полном объеме, пояснив, что никакого давления, принуждения на истца, способствовавших написанию заявления об увольнении по собственному желанию на истца не оказывалось, указанные доводы являются надуманными и не соответствуют действительности. При приеме его на работу в должности заместителя директора, он прошел все необходимые согласования в министерстве, имеет необходимое образование, стаж и опыт работы на руководящих должностях, прошел соответствующую профессиональную подготовку.

По обстоятельствам ознакомления и вручения ФИО4 копии приказа об увольнении, дополнил, что 

<

дата> она не находилась на своем рабочем месте в связи с заболеванием, в связи с чем специалист отдела кадров в телефонном режиме согласовала с ней место и время возможности встречи и передачи соответствующих документов, в связи с чем полагает, что фактическое ознакомление и подписание ознакомления с приказом было не 

<

дата>, а позднее.

Представители ответчика Министерства труда и социальной защиты населения Ставропольского края ФИО3 и ФИО2 в судебном заседании заявленные ФИО4 исковые требования не признали, просили в их удовлетворении отказать в полном объеме, полагая, что истец не представила суду каких-либо допустимых доказательств нарушения её трудовых прав при увольнении с должности директора государственного бюджетного стационарного учреждения социального обслуживания населения «Дивенский дом-интернат для престарелых и инвалидов «Дубки», не представила доказательств оказания на неё давления (принуждения) для написания заявления об увольнении, оказания влияния на её материальные выплаты принятие на должность заместителем директора учреждения ФИО1

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО8 - консультант отдела кадрового обеспечения Министерства труда и социальной защиты населения Ставропольского края, в судебном заседании показала, что 

<

дата> ФИО4 собственноручно при ней написала заявление об увольнении с должности директора государственного бюджетного стационарного учреждения социального обслуживания населения «Дивенский дом-интернат для престарелых и инвалидов «Дубки», при этом она находилась в спокойном, адекватном состоянии. При написании заявления, она предложила ФИО4 согласовать свое заявление у руководства, но получила отказ. Так же она просила уточнить в заявлении, с какой даты она просит её уволить, на что ФИО4 так же не указала данную дату.

Свидетель ФИО13 в судебном заседании показал, что ранее он осуществлял трудовую деятельность в Министерстве труда и социальной защиты населения 

<

адрес>. Истца ФИО4 знает длительное время в силу служебной деятельности.

<

дата> ему стало известно о том, что ФИО4 написала заявление об увольнении с должности директора государственного бюджетного стационарного учреждения социального обслуживания населения «Дивенский дом-интернат для престарелых и инвалидов «Дубки», по собственному желанию, в связи с чем был удивлен данным решением. Они встретились с ней в этот же день, и он пытался уговорить ее забрать свое заявление. В последующем, в том числе и 

<

дата> он неоднократно пытался уговорить ФИО4 отозвать свое заявление об увольнении. Ему не известно каких-либо обстоятельств оказания давления, принуждения по отношению к истцу на увольнение из учреждения. Каких-либо нареканий, глобальных замечаний со стороны Министерства к ней не было. 

Свидетель ФИО6 – заместитель министра Министерства труда и социальной защиты населения 

<

адрес>, в судебном заседании показала, что длительное время знает истца в силу трудовых отношений. От сотрудников министерства ей стало известно о том, что ФИО4 написала заявление об увольнении с должности директора государственного бюджетного стационарного учреждения социального обслуживания населения «Дивенский дом-интернат для престарелых и инвалидов «Дубки», по собственному желанию. Никакого давления, принуждения по этому поводу на неё не оказывалось, отношения были рабочие деловые. По поводу доводов истца о принуждении принять на работу на должность заместителя директора учреждения ФИО1, пояснила, что кадровыми вопросами она не занимается, об ФИО1 ей стало известно, только после того как он начал проходить согласование. Никаких угроз с её стороны и со стороны иных сотрудников в адрес ФИО4 не имелось.

Свидетель ФИО7 – ведущий специалист отдела аудита и контроля за использованием межбюджетных трансферов Министерства труда и социальной защиты населения 

<

адрес>, в судебном заседании показала, что истца знает длительное время по совместной трудовой деятельности. В сентябре 2023 она совместно с иными сотрудниками Министерства, проводили плановую проверку деятельности государственного бюджетного стационарного учреждения социального обслуживания населения «Дивенский дом-интернат для престарелых и инвалидов «Дубки». Проведение проверки было запланировано в конце 2022 года, о чем имеется общедоступная информация. О проведении проверки и членах рабочей группы учреждение было уведомлено заблаговременно. При проведении проверки в учреждении также присутствовала и ФИО4, при этом никто из проверяющих, в том числе и она, ей не грубили, не угрожали, вели себя корректно. Каких-либо существенных нарушений по итогам проведенной проверки, влекущих привлечение к дисциплинарной или иной ответственности, выявлено не было. Все нарушения были отражены в соответствующем акте. Доводы об угрозах с её стороны ФИО4 о предстоящих «тотальных проверках», категорически отвергла.

Выслушав истца ФИО4 и её представителя Снапкову О.А., просивших удовлетворить исковые требования в полном объеме, представителей ответчиков ФИО1, ФИО2 ФИО3, возражавших в удовлетворении требований истца, допросив свидетелей, заключение прокурора Михайловой А.М., полагавшей, что исковые требования ФИО4 не подлежат удовлетворению, поскольку нарушений процедуры увольнения не имеется, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с ч. 1 ст. 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд обязан разрешать гражданские дела на основании Конституции Российской Федерации, международных договоров Российской Федерации, федеральных конституционных законов, федеральных законов, нормативных правовых актов Президента Российской Федерации, нормативных правовых актов Правительства Российской Федерации, нормативных правовых актов федеральных органов государственной власти, конституций (уставов), законов, иных нормативных правовых актов органов государственной власти субъектов Российской Федерации, нормативных правовых актов органов местного самоуправления.

Возникшие правоотношения регулируются Трудовым Кодексом Российской Федерации, федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно положениям статей 59, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне их надлежит доказывать, принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

К письменным доказательствам согласно ч. 1 ст. 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации относятся содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела, акты, договоры, справки, деловая корреспонденция, иные документы и материалы, выполненные в форме цифровой, графической записи, в том числе полученные посредством факсимильной, электронной или другой связи либо иным позволяющим установить достоверность документа способом.

Письменные доказательства представляются в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии. Подлинные документы представляются, в частности, тогда, когда дело невозможно разрешить без подлинных документов (ч. 2 ст. 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

В силу ст. 11 Трудового кодекса Российской Федерации трудовым законодательством и иными актами, содержащими нормы трудового права, регулируются трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения.

Все работодатели (физические лица и юридические лица, независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности) в трудовых отношениях и иных непосредственно связанных с ними отношениях с работниками обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Согласно ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами. 

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что на основании трудового договора № от 

<

дата> и приказа №-Л от 

<

дата> ФИО4 была принята на работу в государственное бюджетное стационарное учреждение социального обслуживания населения «Дивенский дом-интернат для престарелых и инвалидов «Дубки» на должность директора, с 

<

дата> на неопределенный срок, с должностным окладом согласно штатному расписанию.

<

дата> ФИО4 подано работодателю заявление об увольнении по собственному желанию, в котором она просил уволить её по собственному желанию, без указания конкретной даты увольнения.

Приказом (распоряжением) №-л от 

<

дата> «О прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении)» ФИО4 уволена 

<

дата> в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации на основании личного заявления работника (по инициативе работника). С указанным приказом ФИО4 была ознакомлена, о чем имеется подпись работника.

<

дата> ФИО4 было направлено уведомление за № о необходимости явиться за трудовой книжкой или дать письменное согласие на отправление по почте.

Суду также было представлено заявление ФИО4 от 

<

дата> об отзыве заявления от 

<

дата> об увольнении по собственному желанию, направленное в адрес работодателя. 

<

дата> работодателем в адрес истца был направлен ответ на указанное заявление, в котором было указано о невозможности удовлетворения заявления об отзыве заявления на увольнение по собственному желанию, в связи с не поступлением в течение 14 календарных дней, в период с 17 по 

<

дата> письменной информации о желании отозвать свое заявление.

Изложенные обстоятельства подтверждаются материалами дела и ничем не опровергнуты.

Разрешая спор о правомерности увольнения истца, суд полагает, что доводы истца о нарушении его трудовых прав нашли свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда (абзацы первый - третий статьи 2 Трудового кодекса Российской Федерации).

Течение сроков, с которыми Трудовой кодекса Российской Федерации связывает возникновение трудовых прав и обязанностей, начинается с календарной даты, которой определено начало возникновения указанных прав и обязанностей. Течение сроков, с которыми Трудовой кодекс Российской Федерации связывает прекращение трудовых прав и обязанностей, начинается на следующий день после календарной даты, которой определено окончание трудовых отношений (части первая и вторая статьи 14 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 3 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть прекращен по инициативе работника (статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью первой статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее, чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

Согласно статьи 280 Трудового кодекса Российской Федерации руководитель организации имеет право досрочно расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя (собственника имущества организации, его представителя) в письменной форме не позднее чем за один месяц.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор, может быть, расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (часть вторая статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части четвертой статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации до истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключение трудового договора.

В подпункте «а» пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

дата> № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Таким образом, единственным основанием для расторжения трудового договора в соответствии со ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации является инициатива работника, выраженная в письменной форме и не измененная до окончания срока предупреждения работодателя о намерении работника прекратить трудовые отношения. При этом законом на работодателя возложена обязанность оформить расторжение трудового договора в последний день работы работника, выдать работнику трудовую книжку, другие документы, связанные с работой, по письменному заявлению работника и произвести с ним окончательный расчет.

В части 6 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае, если по истечении срока предупреждения об увольнении работодатель в последний день работы работника не выполнил свою обязанность по оформлению расторжения трудового договора и работник не настаивает на увольнении, то действие трудового договора продолжается.

В том случае, если в день расторжения трудового договора работодатель не выполнил свою обязанность по оформлению расторжения трудового договора в связи с отсутствием работника на работе, в соответствии с частью 6 статьи 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации он обязан направить работнику уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на отправление ее по почте.

В статье 80 Трудового кодекса Российской Федерации не конкретизировано, когда заканчивается течение срока предупреждения работником работодателя о его намерении уволиться в том случае, если в последний день работы работник по каким-либо причинам отсутствовал на работе. В связи с этим, для определения момента, с которым закон связывает прекращение течения срока, когда работник может отозвать свое заявление об увольнении по его инициативе следует руководствоваться нормами статьи 14 Трудового кодекса Российской Федерации об исчислении сроков, в соответствии с которой течение сроков, с которыми настоящий Кодекс связывает возникновение трудовых прав и обязанностей, начинается с календарной даты, которой определено начало возникновения указанных прав и обязанностей.

Течение сроков, с которыми настоящий Кодекс связывает прекращение трудовых прав и обязанностей, начинается на следующий день после календарной даты, которой определено окончание трудовых отношений.

Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что федеральный законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, который предусматривает, в том числе возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее, чем за две недели, если иной срок не установлен Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право, отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключение трудового договора). Работник не может быть лишен права отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию и в случае если работник и работодатель договорились о расторжении трудового договора по инициативе работника до истечения установленного срока предупреждения. При этом работник вправе отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию до истечения календарного дня, определенного сторонами как окончание трудового отношения.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности, эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

При принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению (часть 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

По данному делу юридически значимыми подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований и их обоснования, возражений представителей ответчиков относительно иска, и регулирующих спорные отношения норм Трудового кодекса Российской Федерации являются обстоятельства, указывающие на наличие волеизъявления работника, на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию, а также наличие доказательств, подтверждающих надлежащую подачу заявления об отзыве заявления об увольнении по собственному желанию.

Оценивая представленные суду документы, в том числе заявление работника об отзыве заявления на увольнение по собственному желанию, суд приходит к выводу об отсутствии у истца намерения на расторжение трудового договора с ответчиком. Заявление подано истцом работодателю до истечения срока установленного ст. 280 Трудового кодекса Российской Федерации, дата увольнения до истечения месячного срока сторонами не согласовывалась.

Таким образом, с учетом, установленных по делу обстоятельств и на основании оценки собранных доказательств, суд полагает установленным, что у ответчика не имелось оснований для увольнения истца по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, так как истец надлежащим образом уведомил работодателя о намерении продолжить трудовые отношения путем отзыва заявления об увольнении до истечения срока предупреждения об увольнении установленного в силу норм трудового законодательства по 

<

дата> включительно. Истец ФИО4, являясь руководителем учреждения, в установленный ст. 280 Трудового кодекса Российской Федерации месячный срок, воспользовавшись своим правом, направила работодателю заявление об отзыве заявления об увольнении по собственному желанию, что стороной ответчика не оспаривалось, однако данное заявление ответчиком во внимание принято не было. 

Доводы представителей ответчика о том, что заявление ФИО4 об отзыве заявления об увольнении по собственному желанию не могло быть учтено работодателем, так как оно было направлено им после издания приказа об увольнении, получения полного расчета и трудовой книжки, а также что истец, отправляя заявление уже обладал информацией об издании приказа об его увольнении, при этом истец имел объективную возможность подать заявление лично работодателю, а так же, что с истцом устно согласовывалась дата увольнения, суд полагает необоснованными, поскольку не могут свидетельствовать о несоблюдении истцом положений ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации, предоставляющей работнику право в любой момент до истечения срока предупреждения отозвать заявление об увольнении, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора. Более того, приказ (распоряжение) об увольнении ФИО4 был издан в период её нетрудоспособности (нахождения на больничном с 

<

дата> по 

<

дата>), о чем работодатель не мог не знать. Кроме того, суд не принимает доводы представителей ответчиков о том, что ФИО4 была ознакомлена с приказом (распоряжением) о своем увольнении в день его издания, о чем собственноручно расписалась, так как данный приказ, в силу отдаленности местонахождения Министерства и учреждения, не мог быть получен в тот же день, что не оспаривалось и самими представителями ответчиков, ФИО4 на рабочем месте отсутствовала в связи с нахождением на лечении, уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой было издано 

<

дата>, и нарочно, сотрудником отдела кадров государственного бюджетного стационарного учреждения социального обслуживания населения «Дивенский дом-интернат для престарелых и инвалидов «Дубки», в неустановленный день с приказом было предоставлено ФИО4 для ознакомления.

Вместе с тем, суд находит несостоятельными доводы истца и его представителя, о том, что заявление ФИО4 было написано вынужденно (под принуждением), в связи с оказанным на неё давлением со стороны руководства и сотрудников Министерства труда и социальной защиты населения 

<

адрес> и заместителя директора государственного стационарного учреждения социального обслуживания населения «Дивенский дом-интернат для престарелых и инвалидов «Дубки», так как, данные обстоятельства не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела исходя из показаний данных свидетелями, как со стороны истца, так и со стороны ответчиков. Свидетельские показания согласуются между собой и не противоречат материалам дела. Оснований оговаривать свидетелями истца, судом не установлено.

Так же суд не может принять во внимание и доводы истца о том, что принятие на работу на должность заместителя директора государственного бюджетного стационарного учреждения социального обслуживания населения «Дивенский дом-интернат для престарелых и инвалидов «Дубки», ФИО1, могло негативно сказаться на её заработной плате (ежеквартальной премиальной выплате), в связи с его несоответствием занимаемой должности, так как указанная выплата должна была быть выплачена по итогам работы за IV квартал 2023 года, а ФИО1, принятый на должность 

<

дата>, до окончания квартала прошел соответствующее обучение с получением 

<

дата> диплома о профессиональной переподготовке. Кроме того, с учетом порядка выплаты ежеквартальной премии, исходя из обстоятельств наличия в учреждении иных сотрудников не соответствующих профессиональным стандартам, принятие на должность заместителя директора ФИО1, никоим образом не сказалось бы на размере выплат истца.

Согласно ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Таким образом, исходя из установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что требования истца о восстановлении на работе в государственном бюджетном стационарном учреждения социального обслуживания населения «Дивенский дом-интернат для престарелых и инвалидов «Дубки», в должности директора являются обоснованными и подлежат удовлетворению

Также суд с учетом требований ст. ст. 234, 394 Трудового кодекса Российской Федерации приходит к выводу о взыскании с государственного бюджетного стационарного учреждения социального обслуживания населения «Дивенский дом-интернат для престарелых и инвалидов «Дубки», в пользу истца среднего заработка за время вынужденного прогула за период с 

<

дата> по 

<

дата> в размере 142121 рублей 76 копеек, с учетом нахождения истца на листе нетрудоспособности с 

<

дата> по 

<

дата>, из расчета 48 рабочих дней х 2960,87 рублей (среднедневной заработок).

Учитывая то, что действиями ответчика трудовые права истца были нарушены, то суд в соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, находит обоснованными требования истца о взыскании с ответчика – работодателя - Министерства труда и социальной защиты населения 

<

адрес>, в пользу истца компенсации морального вреда, размер которой определяет в 20000 рублей, учитывая характер и степень нарушения трудовых прав истца, степень нравственных страданий с учетом фактических обстоятельств дела и индивидуальных особенностей истца (нахождении на иждивении несовершеннолетнего ребенка, длительность трудовых отношений, лишение возможности трудиться и получать доход, негативного влияния на состояние здоровья истца), требований разумности и справедливости.

В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. К судебным расходам, на основании части 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации относится государственная пошлина и издержки, связанные с рассмотрением дела. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Если истец был освобожден от уплаты государственной пошлины, она взыскивается с ответчика в соответствующий бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований исходя из той суммы, которую должен был уплатить истец, если бы он не был освобожден от уплаты государственной пошлины (часть 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подпункт 8 пункта 1 статьи 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации).

Принимая во внимание, что истец ФИО4 в силу природы заявленных исковых требований освобождена от уплаты государственной пошлины, с ответчиков подлежит взысканию в доход государства сумма государственной пошлины, пропорционально удовлетворённым исковым требованиям: с государственного бюджетного стационарного учреждения социального обслуживания населения «Дивенский дом-интернат для престарелых и инвалидов «Дубки», в размере 4042,43 рублей, с Министерства труда и социальной защиты населения Ставропольского края, в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО4 к Государственному стационарному учреждению социального обслуживания населения «Дивенский дом-интернат для престарелых и инвалидов «Дубки», Министерству труда и социальной защиты населения 

<

адрес> о восстановлении на работе, взыскании заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда удовлетворить в части.

Восстановить ФИО4, 

<

дата> года рождения, уроженку 

<

адрес>, паспорт гражданина Российской Федерации №, в должности директора Государственного стационарного учреждения социального обслуживания населения «Дивенский дом-интернат для престарелых и инвалидов «Дубки».

Взыскать с Государственного стационарного учреждения социального обслуживания населения «Дивенский дом-интернат для престарелых и инвалидов «Дубки», ИНН №, в пользу ФИО4, 

<

дата> года рождения, уроженки 

<

адрес>, паспорт гражданина Российской Федерации №, средний заработок за время вынужденного прогула за период с 

<

дата> по 

<

дата> в размере 142121 рублей 76 копеек.

Взыскать с Министерства труда и социальной защиты населения Ставропольского края, №, в пользу ФИО4, 

<

дата> года рождения, уроженки 

<

адрес>, паспорт гражданина Российской Федерации №, компенсацию морального вреда в размере 20000 рублей.

Взыскать с Государственного стационарного учреждения социального обслуживания населения «Дивенский дом-интернат для престарелых и инвалидов «Дубки», государственную пошлину в доход бюджета Апанасенковского муниципального округа Ставропольского края, в размере 4042 рублей 43 копеек.

Взыскать с Министерства труда и социальной защиты населения Ставропольского края, №, государственную пошлину в доход бюджета Апанасенковского муниципального округа Ставропольского края, в размере 300 рублей.

В остальной части заявленных ФИО4 к Государственному стационарному учреждению социального обслуживания населения «Дивенский дом-интернат для престарелых и инвалидов «Дубки», Министерству Труда и социальной защиты населения Ставропольского края исковых требованиях о компенсации морального вреда в размере 80000 рублей отказать.

Решение суда в части восстановления ФИО4 в должности директора Государственного стационарного учреждения социального обслуживания населения «Дивенский дом-интернат для престарелых и инвалидов «Дубки», в силу абз. 3 ст. 211 ГПК РФ подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд в течение месяца со дня вынесения мотивированного решения через Апанасенковский районный суд Ставропольского края.

Мотивированное решение изготовлено 26.01.2024. 

Председательствующий судья Х.С. Омаров 

Решение вступило в законную силу «__»___________ 2024 года.

Копия верна.

Председательствующий судья Х.С. Омаров