Дело № 2-1207/2018 

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

г. Кирово-Чепецк 21 мая 2018 года

Кирово-Чепецкий районный суд Кировской области в составе:

председательствующего судьи Щелчковой Н.А.,

при секретаре Шибановой Е.А.,

с участием заместителя Кирово-Чепецкого городского прокурора Хлебниковой Т.О., истца ФИО1, его представителя ФИО2, ответчика ФИО3, его представителя адвоката Соловьёвой О.Л. по ордеру №022599 от 10.05.2018, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного повреждением здоровья, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного повреждением здоровья, компенсации морального вреда.

В обосновании заявленных исковых требований указано, что 01 мая 2017 года между сторонами по делу произошел конфликт, в ходе которого ФИО3 набросился на истца, ударил кулаком в нижнюю челюсть слева, затем схватил за горло и начал сдавливать. От действий ответчика у истца образовались кровоподтеки на шее, кружилась голова, ощущалась сильная боль при глотании. Согласно заключению эксперта №114/104 от 29.05.2017 у ФИО1 обнаружены: закрытая тупая травма шеи, кровоподтеки и осаднения на боковых поверхностях шей, посттравматический фаринголарингит. Данные повреждения образовались в результате компрессионных (сдавливающих) травмирующих воздействий твердого тупого предмета (предметов) в области шеи, могли быть причинены при «сдавливании горла» рукой (пальцами руки). В период с 04.05.2017 по 26.05.2017 (23 дня) истец был нетрудоспособен, утраченный заработок за указанный период по месту работы составил 30 058,70 руб. Приговором мирового судьи судебного участка №17 Кирово-Чепецкого судебного района Кировской области от 29.01.2018 ФИО3 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 119 УК РФ с назначением наказания в виде 200 часов обязательных работ. 

После случившегося самочувствие истца ухудшилось, что проявлялось в подавленности, бессоннице, раздражительности, нервозности, светобоязни. Длительное время он был вынужден ходить с закрытым горлом, чтобы не было видно синяков. Вследствие неправомерных действий ФИО3 истец испытал физические и нравственные страдания, заключающиеся в претерпевании чувства физической боли, унижения, испуга за свою жизнь. Он испытывал чувство вины перед своими коллегами по работе, т.к. только начал свою трудовую деятельность на новом месте. По настоящее время испытывает боль при глотании и периодическое головокружение. Размер причиненного морального вреда оценивает в 200 000 руб. 

В судебном заседании истец ФИО1 вышеуказанные доводы поддержал, в дополнении пояснил, что в рамках рассмотрения уголовного дела о привлечении ФИО3 к уголовной ответственности по ч.1 ст.115 УК РФ по факту причинения истцу легкого вреда здоровью при вышеуказанных обстоятельствах, ему, истцу, в счет компенсации морального вреда был передан земельный участок, о чем с матерью ФИО4 был заключен договор купли-продажи от 28.03.2018. В результате уголовное дело было прекращено в связи с отказом от обвинения. Уточнив исковые требования, просит взыскать с ответчика ФИО3 утраченный заработок в размере 30 058,70 руб., компенсацию морального вреда за угрозу убийством в размере 200 000 руб.

Представитель истца ФИО2 доводы и уточненные исковые требования ФИО1 поддержала, в дополнении пояснила, что факт приобретения истцом земельного участка не связан с уголовным делом по обвинению ФИО4 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.119 УК РФ. При этом, ответчик собственником данного земельного участка не являлся. Мать ответчика предложила ФИО1 приобрести данный участок, чтобы прекратить уголовное дело, чтобы больше не видеться друг с другом. В полном объеме вина ФИО4 перед истцом не заглажена. Просит уточненные исковые требования удовлетворить. 

Ответчик ФИО3 и его представитель адвокат Соловьёва О.Л. с исковыми требованиями ФИО1 не согласны, в судебном заседании пояснили, что при взыскании утраченного заработка в заявленном размере необходимо учитывать, что истцу выплачено пособие по временной нетрудоспособности по месту работы в общем размере 29629,98 руб. Заявленная сумма компенсации морального вреда в размере 200 000 руб. необоснованна, после случившегося, начиная со 2 мая 2017 года и все последующие дни ФИО1 работал на своих земельных участках, физические навыки им были не утеряны, ни физической боли, ни моральной подавленности он не испытывал, что подтверждается показаниями свидетелей. Чувство вины перед коллегами по работе, лишь его личное субъективное мнение. В материалах дела отсутствуют какие либо медицинские документы, подтверждающие его обращение за медицинской помощью по настоящее время. Согласно заключению эксперта №114/104 от 29.05.2017 полученные ФИО1 повреждения расцениваются как причинившие легкий вред здоровью. Медицинских данных, подтверждающих диагноз «ЗЧМТ. СГМ. Ушибы лица и шейного отдела позвоночника, в представленных медицинских документах не имеется, поэтому в судебно-медицинском отношении данный диагноз является объективно необоснованным. ФИО1 прошел полный курс лечения, был выписан и приступил к труду.

Кроме того, требование о взыскании компенсации морального вреда удовлетворению не подлежит, т.к. в рамках рассмотрения мировым судьей уголовного дела в отношении ФИО4 по заявлению ФИО1 о возбуждении дела частного обвинения по ч.1 ст.115 УК РФ, в целях примирения и урегулирования всех споров морального и материального характера, ответчик предложил ФИО1 в качестве компенсации морального вреда за свои действия передать в собственность земельный участок. ФИО1 на его предложение согласился и представил суду заявление, написанное в присутствии его адвоката, в котором просил прекратить уголовное дело по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.115 УК РФ в связи с отказом от обвинения, где указал, что привлекать к ответственности ФИО4 не желает, претензий к нему не имеет. Постановлением от 28.03.2018 уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО4 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.115 УК РФ прекращено за отсутствием в деянии состава преступления. 29.03.2018 между ФИО1 и мамой ответчика ФИО5 был заключен договор купли-продажи земельного участка, который передан ФИО1 в счет компенсации морального вреда. Просят в удовлетворении исковых требований отказать.

Суд, выслушав пояснения участников процесса, показания свидетелей, заслушав заключение заместителя прокурора Хлебниковой Т.О., полагающей, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению с учетом требований разумности и справедливости, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Согласно статье 52 Конституции Российской Федерации права потерпевших от преступлений охраняются законом; государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

По общему правилу п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Статьей 1085 Гражданского кодекса РФ установлено, что при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел. При определении утраченного заработка (дохода) пенсия по инвалидности, назначенная потерпевшему в связи с увечьем или иным повреждением здоровья, а равно другие пенсии, пособия и иные подобные выплаты, назначенные как до, так и после причинения вреда здоровью, не принимаются во внимание и не влекут уменьшения размера возмещения вреда (не засчитываются в счет возмещения вреда).

Статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации относит компенсацию морального вреда к способам защиты гражданских прав.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно ст. 1101 Гражданского кодекса РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. 

В судебном заседании установлено, что 01 мая 2017 года около 13 час. 50 мин. ФИО3, находясь на садовом участке, расположенном по адресу: 

<

адрес> в ходе ссоры с ФИО1, возникшей на почве личных неприязненных отношений, нанес последнему один удар кулаком по лицу в область челюсти слева, после чего схватил ФИО1 правой рукой за шею и с силой стал сдавливать, отчего ФИО1 испытал физическую боль, стал задыхаться. При этом ФИО3 высказал в адрес ФИО1 угрозу убийством, сказав, что задушит его. В сложившейся ситуации у ФИО1 имелись объективные основания опасаться осуществления угрозы убийством.

Приговором мирового судьи судебного участка №17 Кирово-Чепецкого судебного района Кировской области от 29.01.2018, вступившим в законную силу 09.02.2018, ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 119 УК РФ при указанных выше обстоятельствах, и ему назначено наказание в виде 200 часов обязательных работ. Подсудимый ФИО3 в судебном заседании вину признал, в содеянном раскаялся, принес публичные извинения потерпевшему. 

В соответствии с п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 N 23 "О судебном решении" в силу части 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом.

Исходя из этого суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения.

Кроме того, 28.03.2018 мировым судьей судебного участка №16 Кирово-Чепецкого района было рассмотрено заявление ФИО1 по обвинению ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 115 УК РФ при следующих обстоятельствах: 01 мая 2017 года около 13 час. 30 мин. ФИО3, находясь на садовом участке, расположенном по адресу: 

<

адрес>, в ходе ссоры с ФИО1, возникшей на почве личных неприязненных отношений, с силой ударил ФИО1 в нижнюю челюсть слева, схватил его за шею рукой и начал с силой сдавливать горло, отчего ФИО1 испытал физическую боль. 

Согласно заключению эксперта №114 от 25.05.2017 у ФИО1 обнаружены повреждения (закрытая тупая травма шеи): кровоподтеки и осаднения на боковых поверхностях шеи, посттравматический фаринголарингит, полученные телесные повреждения расцениваются как причинившие легкий вред здоровью, т.к. вызвали кратковременное расстройство здоровья на срок не превышающий 21 день.

В судебном заседании из пояснений участников процесса и представленных материалов дела установлено, что в ходе рассмотрения вышеуказанного уголовного дела ФИО1 в счет компенсации морального вреда за причинение легкого вреда здоровью ФИО3, был передан земельный участок (смежный с земельным участком истца), принадлежащий матери ответчика – ФИО5, которая в день прекращения уголовного дела приняла на себя обязательство заключить с ФИО1 договор купли-продажи указанного земельного участка, что подтверждается соответствующим соглашением от 28.03.2018.

После получения данного соглашения, ФИО1 представил мировому судье заявление о прекращении производства по делу по обвинению ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 115 УК РФ в связи с отказом от обвинения.

Постановлением мирового судьи судебного участка №16 Кирово-Чепецкого судебного района Кировской области от 28.03.2018 прекращено уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО3 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст.115 ч.1 УК РФ в связи с отказом частного обвинителя от обвинения. 

29.03.2018 между продавцом ФИО5 и покупателем ФИО1 был заключен договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером ***, общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м.. 04.04.2018 произведена государственная регистрация права собственности ФИО1 на указанный земельный участок. 

Допрошенная ранее в судебном заседании в качестве свидетеля Р. показала, что является матерью ответчика. В период с 02.05.2017 по конец месяца ежедневно видела, как ФИО1 работал на своем земельном участке: корчевал яблони, капал землю, таскал ведра, ничего странного в его поведении не отмечала. Впоследствии ФИО1 обратился в суд по делу частного обвинения о привлечении ФИО3 к ответственности по ст. 115 УК РФ. В ходе рассмотрения дела было предложено отдать её, свидетеля, земельный участок в качестве компенсации морального вреда, взамен уголовное дело будет прекращено. На судебном заседании она присутствовала, ФИО1 написал расписку, что более претензий к ФИО4 не имеет. 29.03.2018 между ней и ФИО1 был заключен договор купли-продажи земельного участка, цена была указана в 10 000 руб., но денежные средства по договору не передавались.

Свидетель Н. показала, что ее земельный участок расположен рядом с участками Р. и ФИО1 Со слов Р. известно, что Р в качестве компенсации морального вреда, причиненного ее сыном ФИО1 01.05.2017 отдала ему свою землю. Начиная со 02 мая 2017г. ежедневно она, свидетель, видела ФИО1 на его земельном участке, полагала, что он в отпуске, о произошедшем конфликте не знала. Работал он активно: на мотоблоке, корчевал деревья, копал грядки, таскал большие ведра, не думала, что с ним что-то произошло.

Свидетель В. показал, что владеет земельным участком по соседству с участком ФИО1, видел как он 02.05.2017 работал физически, пахал землю. Знает, что Р отдала свой земельный участок №311 ФИО1 в счет компенсации морального вреда за пощечину ФИО1 нанесенную ее сыном.

Таким образом, суд приходит к выводу, что передав ФИО1 указанный земельный участок путем заключения договора купли-продажи, ФИО3 загладил причиненный истцу моральный вред в результате совершения преступления, предусмотренного ч.1 ст.115 УК РФ (причинение ФИО1 легкого вреда здоровью), что истцом в ходе рассмотрения дела не отрицалось. 

При этом, утраченный ФИО1 заработок за период временной нетрудоспособности в связи с полученным по вине ответчика повреждением здоровья по настоящее время не возмещен.

Согласно приказу ООО ПКФ «Полиспен» №*** от 21.02.2017, с 21.02.2017 ФИО1 принят на должность главного механика цеха по производству плит полистирольных вспененных, с ним заключен трудовой договор №*** от 21.02.2017.

Средний заработок ФИО1 за период, предшествующий преступлению согласно представленной справке о доходах по форме 2-НДФЛ, составлял 90 178,16 руб., соответственно среднедневной его доход – 1306,90 руб. из расчета (90 178,16 руб. / 69 дней за период с 21.02.2017 по 30.04.2017). 

В период с 04.05.2017 по 26.05.2017 (23 дня) ФИО1 был освобожден от выполнения трудовых обязанностей в связи с травмой, полученной в результате причиненного ответчиком преступления, ему были выданы листки временной нетрудоспособности, копии которых представлены в материалы дела, следовательно, в это период трудоспособность была им утрачена на 100%, поэтому размер утраченного истцом заработка составит 30058,70 руб. Указанный расчет стороной ответчика не опровергнут. 

Доводы ответчика и его представителя о том, что по месту работы истцу выплачено пособие по временной нетрудоспособности, размер которого необходимо учесть при определении размера утраченного истцом заработка, несостоятельны.

В силу ч. 2 ст. 1085 ГК РФ, пп. "а" п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", возмещение вреда имеет целью защиту имущественных интересов потерпевших, закон не допускает уменьшение его размера либо отказа в возмещении за счет пенсии, назначенной потерпевшему (в том числе и по инвалидности), пособий и иных выплат, которые назначены как до, так и после причинения вреда.

В силу ст. ст. 7 и 8 Федерального закона от 16.07.1999 года N 165-ФЗ "Об основах обязательного социального страхования" временная нетрудоспособность является страховым риском, а пособие по временной нетрудоспособности - одним из видов страхового обеспечения по обязательному социальному страхованию.

При наступлении временной нетрудоспособности гражданин полностью освобождается от работы и поэтому, в данном случае, утрата им трудоспособности на весь этот период предполагается.

Таким образом, не полученная истцом за период временной нетрудоспособности, возникшей вследствие причинения вреда его здоровью, заработная плата, исчисленная исходя из его среднемесячного заработка, является утраченным заработком, подлежащим возмещению вне зависимости от размера выплаченного работодателем пособия по временной нетрудоспособности.

Разрешая заявленные ФИО1 требования в части компенсации морального вреда, причиненного в результате противоправных действий ответчика ФИО3, связанных с угрозой убийством при вышеуказанных обстоятельствах, вина которого установлена вступившим в законную силу приговором мирового судьи судебного участка №17 Кирово-Чепецкого судебного района Кировской области от 29.01.2018, суд исходит из следующего.

Совершение в отношении лица преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ, умаляет широкий круг его личных неимущественных прав и других нематериальных благ, поэтому лицо, в отношении которого совершено такое преступное посягательство, во всех случаях испытывает нравственные страдания, в связи с чем, факт причинения ему морального вреда предполагается.

Таким образом, ФИО1 безусловно были причинены нравственные страдания в результате совершения в отношении него ответчиком преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ.

При этом, ФИО3 не представлено суду доказательств отсутствия своей вины в причинении ФИО1 нравственных страданий, наступивших в результате высказывания ответчиком угрозы убийством путем удушья.

Доводы о том, что после произошедшего конфликта, начиная со 02.05.2017 ФИО1 активно работал на своем земельном участке, что подтверждается показаниями свидетелей, несостоятельны, поскольку в настоящем деле требования о компенсации морального вреда основаны истцом на совершении ФИО3 в отношении него преступления, связанного с угрозой убийством, которую ФИО1 воспринимал реально, опасаясь за свою жизнь и здоровье. Причиненный истцу моральный вред выразился в нравственных страданиях, связанных со страхом за свою жизнь. 

Суд также принимает во внимание фактические обстоятельства произошедшего конфликта, роль в его развитии, как ответчика, так и самого истца, наступившие в результате этих действий последствия, не повлекшие причинение вреда здоровью, помимо этого, в результате противоправных действий со стороны ответчика ФИО3, он перенес болевые ощущения и стресс, а также нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях по поводу совершенных в отношении него действий.

При этом довод истца об ухудшении состояния его здоровья по вине ответчика своего подтверждения в ходе рассмотрения дела не нашел.

При указанных обстоятельствах, с учетом требований разумности и справедливости, а также характера физических и нравственных страданий, перенесенных истцом, степени вины ответчика и обстоятельств совершения им в отношении ФИО1 умышленного преступления, суд считает необходимым взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 3000 руб., что является соразмерной причиненным истцу физическим и нравственным страданиям. 

Оснований для взыскании компенсации морального вреда в большем размере не усматривает, поскольку определенный судом размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21, 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично. 

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 утраченный заработок в размере 30 058,7 руб., в счет компенсации морального вреда 3 000 руб.

В удовлетворении остальной части иска ФИО1 – отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в Кировский областной суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы через Кирово-Чепецкий районный суд.

Председательствующий: Н.А.Щелчкова

Мотивированное решение изготовлено 23 мая 2018 года