Решение

 в окончательной форме изготовлено 08 ноября 2024 года

УИД: 66RS0014-01-2023-001405-06

Дело № 2-18/2024 (2-1177/2023)

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Алапаевск 25 октября 2024 года

Алапаевский городской суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Подкорытовой Е.Д., при секретаре судебного заседания Куткиной А.В.,

с участием помощника Алапаевского городского прокурора ФИО6,

представителя истца ФИО3 в лице адвоката ФИО12, действующей на основании ордера № 000534 от 20.12.2023,

представителя ответчика ФИО4 в лице ФИО13, действующего на основании доверенности № 1 от 23.11.2023, выданной сроком на три года без права передоверия полномочий другим лицам,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 1 500 000,00 руб.

Истец ФИО3 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного заседания была извещена надлежащим образом, как следует из текста телефонограммы, просила о рассмотрении дела в свое отсутствие, с участием представителя адвоката ФИО12, на удовлетворении исковых требований настаивала по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель истца ФИО3 ФИО12 в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивала по доводам, изложенным в исковом заявлении, указав в обоснование исковых требований на то, что 10.09.2022 около 23 час. 00 мин. в пос. Махнево Алапаевского района, ответчик ФИО4, управляя автомобилем Хенде Крета, 

<

данные изъяты>, при движении задним ходом по территории ГБУЗ СО «Махневская районная больница», расположенного в 

<

...>, допустил наезд на истца ФИО3 Первая медицинская помощь ей была оказана работниками ГБУЗ СО «Алапаевская ССМП», на месте ей поставили обезболивающий укол, а затем она была доставлена сначала в пос. Бубчиково, где ей так же поставили обезболивающий укол, а затем на другой машине скорой помощи увезли в приемный покой ГАУЗ СО «Алапаевская городская больница». В приемном покое в ГАУЗ СО «Алапаевская городская больница» ФИО3 наложили гипс на голеностопный сустав левой ноги, сделали рентген, она была осмотрена хирургом, который выставил диагноз 

<

данные изъяты>. В период с 11.09.2022 по 19.09.2022 ФИО3 находилась на стационарном лечении в отделении травматологии ГАУЗ СО «Алапаевская городская больница» с диагнозом «закрытый перелом шейки левой бедренной кости со смещением», ей было назначено консервативное лечение. ФИО3 девять дней пролежала без движений, у нее начала неметь спина, на пятый день появились боли 

<

данные изъяты>. В связи с тем, что оперативное лечение в условиях ГАУЗ СО «Алапаевская городская больница» было невозможно из-за сложности перелома, ей посоветовали найти другое медицинское учреждение для дальнейшего лечения. 19.09.2022 ФИО3 была переведена для дальнейшего лечения в ГАУЗ СО «Центр специализированных видов медицинской помощи «Уральский институт травматологии и ортопедии им.В.Д.Чаклина», но ее на лечение не приняли, объяснив тем, что сильный отек левой ноги, предложили пройти дополнительное обследование. После 19.09.2022 ФИО3 наблюдалась у сосудистого хирурга в ГАУЗ СО «Свердловская областная клиническая больница № 1», где сосудистый хирург назначил лечение, пока она не прошла курс лечения, он не допускал ее до операции на ноге. Через полтора месяца отек начал спадать, начало восстанавливаться кровообращение в левой ноге, и ФИО3 была допущена до операции. Все время с 19.09.2022 по 17.11.2022 она вынуждена была лежать в одном положении, от чего были сильные боли в левой ноге, она не могла спокойно спать. Из-за длительного положения на спине у ФИО3 стали появляться боли в грудном и шейном отделе позвоночника, были постоянные слабость и головокружение, состояние нехватки воздуха. Все гигиенические процедуры проводила ее дочь: подавала судно, обтирала влажным полотенцем, переодевала, кормила, поила, ставила обезболивающие уколы. В период с 17.11.2022 по 25.11.2022 ФИО3 находилась на стационарном лечении в ортопедическом отделении в ГАУЗ СО «Центр специализированных видов медицинской помощи «Уральский институт травматологии и ортопедии им.В.Д.Чаклина» с диагнозом 

<

данные изъяты>. В период лечения ей была сделана операция 

<

данные изъяты>. Сопутствующим заболеванием в выписке из истории болезни указан 

<

данные изъяты>, который является последствием полученной в ДТП травмы. Со второго дня после операции истице было рекомендовано вставать на ноги. С помощью специального приспособления она вставала и, опираясь на ходунки, начинала понемногу ходить. Сидеть ей было нельзя, лежать можно было только на спине в течение одного месяца. В конце декабря ей разрешили присаживаться. После ДТП ФИО3 впервые нормально помылась только в январе 2023. Отек левой ноги долго не спадал, она принимала кроворазжижающие препараты и препараты, улучшающие кровообращение в сосудах. В феврале 2023 отек уменьшился, но отечность до сих пор осталась 

<

данные изъяты>. На сегодняшний день ФИО3 хромает, т.к. левая нога стала длиннее правой на два сантиметра, со слов лечащего врача из-за длительного положения на спине. На сегодняшний день ей нельзя носить больше трех килограммов, нельзя прыгать и бегать, садиться на низкие сиденья с острым углом сгибания в тазобедренном суставе, необходимо носить компрессионные чулки на обе ноги, она не может носить обувь на каблуках, прежнюю обувь она не может носить также из-за отечности левой ноги, ей пришлось покупать обувь на размер больше, подниматься по лестнице ФИО3 может только поднимая правую ногу на следующую ступеньку, а левую приставляя к правой. Круг деятельности ФИО3 стал ограничен: ей тяжело ходить на большие расстояния, длительно стоять на ногах, работать в наклон. По настоящее время ФИО3 наблюдается у флеболога в ООО «Медицинский Центр «Шанс» по последствиям травмы с диагнозом 

<

данные изъяты>. Заключением судебно-медицинского эксперта ФИО8 от 27.02.2023 установлено, что ей причинен тяжкий вред здоровью. Полагает, что действиями ответчика ФИО3 причинен моральный вред, размер которого она определила в указанной сумме.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания был извещен надлежащим образом, как следует из поступившего в суд заявления, просил о рассмотрении дела в свое отсутствие, с участием представителя ФИО13 Ранее в судебных заседаниях и письменном отзыве, ФИО4 исковые требования ФИО3 не признал, указав на то, что с 2021 по сегодняшний день работает 

<

данные изъяты>, имеет средний доход в размере 20 177,70 руб., с заработной платы удерживаются алименты на содержание несовершеннолетнего 

<

данные изъяты> в размере 25% от дохода. Судебным приставом-исполнителем Алапаевского РОСП ГУФССП России по Свердловской области вынесено постановление о наложении ареста на принадлежащие ему транспортные средства, а также на счет, на который приходит заработная плата, в 100% размере. На сегодняшний день он остается полностью без дохода. Готов возместить истцу моральный вред с учетом понесенных затрат на лечение после травмы. 

Представитель ответчика ФИО4 ФИО13 в судебном заседании исковые требования ФИО3 не признал по доводам, указанным в письменном отзыве, ссылаясь на то, что требования истца о возмещении морального вреда в размере 1 500 000,00 руб. не состоятельными, так как отсутствуют подтверждающие документы о понесенных затратах, данная сумма является завышенной, полагал возможным определить сумму компенсации морального вреда в размере не более 300 000,00 руб.

Представители привлеченных к участию в деле в качестве третьих лиц ГАУЗ СО «Алапаевская городская больница», ГАУЗ СО «Центр специализированных видов медицинской помощи «Уральский институт травматологии и ортопедии им.В.Д.Чаклина», ГАУЗ СО «Свердловская областная клиническая больница № 1», ООО «Медицинский Центр «Шанс», ООО ММЦ «Здоровье плюс», ГБУЗ СО «Махневская районная больница», Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания были извещены надлежащим образом, просили о рассмотрении дела в свое отсутствие, решить вопрос о размере компенсации морального вреда на усмотрение суда с учетом имеющихся в деле документов.

Допрошенная в качестве свидетеля в судебном заседании 25.01.2024 ФИО9 суду пояснила, что ФИО3 приходится ей матерью. В день ДТП она с супругом находилась в пос. Махнево, приехали туда копать картошку, ДТП случилось неожиданно. В субботу ФИО3 транспортировали в больницу, в больнице она чувствовала себя плохо, отношение в больнице было плохое, было много людей, у нее была серьезная травма, были ужасные боли, скакало давление, она была бледная, просила постоянно поставить обезболивающее, от боли у нее повышалось давление, были шоковые ощущения, от которых она страдала. ФИО3 постоянно лежала в одном положении, не могла ни повернуться, ни встать. Она все время находилась в больнице с матерью, подносила утки, спала на кушетке. Позже ФИО3 транспортировали в г. Екатеринбург на операцию, но там ее не приняли, она осталась лежать в коридоре на носилках. Три месяца ФИО3 находилась у нее дома, лежала на диване без помощи, ей постоянно кололи обезболивающие, она сама в это время была в положении, подходил срок для родов. 18 числа отвезла ее в больницу, а сама уехала на роды. В больнице у матери появились пролежни, она не могла переворачиваться, нога болталась, было постоянное головокружение, от этого мать нервничала. После ДТП ФИО3 стала плохо слышать, нога до сих пор болит, одна нога стала короче другой на 2 см, отекшая, она не может сама надевать сапоги. Ходили на прием к врачу-флебологу, сказали, что у нее все клапаны сломаны, она так и будет ходить, посоветовали ходить на процедуры. Была сделана операция 

<

данные изъяты>. После операции ей стало лучше, ее заставляли вставать, купили ей ходунки. На сегодняшний день ФИО3 не может вести обычный образ жизни, который был до ДТП, не может надеть обувь, 

<

данные изъяты>, не может поднимать тяжелое, медленно поднимается по лестнице, медленно ходит, до сих пор трясутся руки, тремор в руках. Она боится передвигаться на общественном транспорте, если переморозить ногу, то могут быть последствия в виде гангрены. Физические нагрузки так же ограничены, в обуви другие стельки. На момент ДТП она не работала, но планировала выкопать картошку и устроиться в больницу, ее там ждали. До этого ДТП болезней нижних конечностей у матери не было. В дальнейшем оперативные вмешательства не нужны, но необходимо лечение. За все время ФИО4 ни разу не позвонил, не приехал.

Допрошенный в качестве свидетеля в судебном заседании 08.02.2024 ФИО10 суду пояснил, что проживает с ФИО3 в одном доме с 1988. Известно, что осенью 2022 ФИО3 попала в ДТП, ее всю переломало, но в то же время, оправившись после ДТП, она активно работала на земельном участке перед домом, все этому удивлялись, гуляла с коляской. Складывалось такое впечатление, что травмы у нее и не было. Ни разу ее не было видно ни с костылем, ни с палочкой.

С учетом надлежащего извещения истца ФИО3, ответчика ФИО4, третьих лиц ГАУЗ СО «Алапаевская городская больница», ГАУЗ СО «Центр специализированных видов медицинской помощи «Уральский институт травматологии и ортопедии им. В.Д.Чаклина», ГАУЗ СО «Свердловская областная клиническая больница № 1», ООО «Медицинский Центр «Шанс», ООО ММЦ «Здоровье плюс», ГБУЗ СО «Махневская районная больница», Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области, отсутствия от них ходатайств, препятствующих рассмотрению дела, суд в соответствии со ст. 167 ГПК РФ решил рассмотреть дело при состоявшейся явке.

Заслушав представителя истца, представителя ответчика, заключение Алапаевского городского прокурора, полагавшего, что требования истца подлежат удовлетворению с учетом разумности и справедливости, изучив материалы настоящего гражданского дела, материалы уголовного дела, суд приходит к следующим выводам.

10.09.2022, в период времени с 21 час. 00 мин. до 22 час. 12 мин. в пос. Махнево Алапаевского района Свердловской области, ФИО4, управляя технически исправным автомобилем «Хендэ Крета», 

<

данные изъяты>, принадлежащим ему на праве собственности, двигался по прилегающей огороженной территории ГБУЗ СО «Махневская районная больница», расположенной в 

<

...>, в зоне действия дорожного знака 3.2 «Движение запрещено» ПДД РФ, запрещающего движение всех транспортных средств. ФИО4 при движении задним ходом в условиях ограниченной видимости, в темное время суток, не убедился должным образом в безопасности своего маневра и не прибегнул при этом к помощи других лиц, тем самым лишив себя возможности своевременно обнаружить пешеходов, в результате чего допустил наезд на ФИО3 В результате нарушения ФИО4 указанных требований ПДД РФ пешеходу ФИО3 причинено повреждение в виде перелома шейки левой бедренной кости со смещением отломков, которое по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности квалифицируется как причинившее тяжкий вред здоровью.

Вступившим в законную силу приговором Алапаевского городского суда Свердловской области от 11.01.2024 ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, и ему назначить наказание в виде ограничения свободы на срок 1 год 6 месяцев с дополнительным наказанием в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 1 год (уголовное дело №1-18/2024 л.д.183-194 Том 1, л.д.14-22 Том 2). 

В соответствии со ст. ст. 2, 17 Конституции Российской Федерации, человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения

Жизнь, здоровье являются личными неимущественными благами гражданина, данными ему от рождения.

Согласно п. п. 1, 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1079 Гражданского Кодекса Российской Федерации вред гражданину, причиненный источником повышенной опасности, возмещается его владельцем, независимо от вины последнего.

В соответствии со ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п. п. 2, 3 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.)

Исходя из данной правовой нормы, законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления, либо в силу иного законного основания.

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности (п. 2).

В силу п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Следовательно, для возложения на лицо обязанности по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, необходимо установление его юридического и фактического владения источником повышенной опасности, на основании представленных суду доказательств, виды которых перечислены в статье 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В числе способов защиты прав, установленных ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусмотрены возмещение убытков и компенсация морального вреда. 

В соответствии со ст. 61 ч. 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признается общеизвестным и не подлежащим доказыванию то обстоятельство, что сам по себе факт причинения телесных повреждений влечет для потерпевшего физические и нравственные страдания, то есть моральный вред. 

Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в ст. 41 Конституции Российской Федерации, согласно которой право на охрану здоровья отнесено к числу основных прав человека. При этом возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим.

Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Пунктом 2 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и в тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 (ст. ст. 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, изложенным в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага (п. 2 названного постановления Пленума).

Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. п. 25, 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. 

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований (п. 25).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26).

Из изложенного следует, что право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав гражданина или посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.

Для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», разъяснено, что учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В соответствии с позицией Конституционного Суда Российской Федерации, который отметил, что закрепленное в абз. 2 п. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации исключение из общего порядка определения размера возмещения вреда, возникновению которого способствовала грубая неосторожность потерпевшего, предусматривающее, что при причинении вреда жизни и здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается, а также содержащееся в абзаце втором статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации положение о недопустимости отказа в компенсации морального вреда в случае, если вред причинен источником повышенной опасности жизни и здоровью гражданина, в том числе при отсутствии вины причинителя вреда, является мерой защиты признаваемых в Российской Федерации прав и свобод человека, в частности, права на жизнь, (ч. 1 ст. 20 Конституции Российской Федерации), права на охрану здоровья (ч. 1 ст. 20 Конституции Российской Федерации), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

Так как факт причинения вреда здоровью ФИО3 источником повышенной опасности, владельцем которого в момент ДТП являлся ФИО4, доказан, то есть ответчиком совершены действия, посягающие на личные неимущественные права истца, право на жизнь, здоровье, в результате причинения телесных повреждений истец испытывала и испытывает в настоящее время физические и нравственные страдания, суд считает требования истца о компенсации морального вреда законными и обоснованными, в связи с чем возложить обязанность на ФИО4 возместить вред, причиненный ФИО3

По ходатайству стороны истца для обоснования степени причиненного вреда здоровью, утраты профессиональной трудоспособности, 12.02.2024 судом была назначена очная судебно-медицинская экспертиза в ГАУЗ СО «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

Согласно выводов ГАУЗ СО «Бюро судебно-медицинской экспертизы», изложенных в заключении (экспертиза по материалам дела) № 126-СО от 22.10.2024, проведенной в период с 08.04.2024 по 22.10.2024, как следует из представленных медицинских документов, у ФИО3 при обращении за медицинской помощью 10.09.2022 и в последующие дни был обнаружен 

<

данные изъяты>.

Из искового заявления следует, что ФИО3 10.09.2022 «почувствовала удар в правую часть спины, потом.. .оказалась на земле». С учетом изложенного, а также локализации и характера повреждения, наиболее вероятным механизмом образования перелома шейки левой бедренной кости ФИО3 послужило непрямое ударное воздействие в результате падения на плоскость с приданием ускорения выступающими частями движущегося транспортного средства в период времени, указанный в обстоятельствах дела - 10.09.2022.

Указанный 

<

данные изъяты>, в соответствии с п. 6.11.5 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда причиненного здоровью человека (утв. приказом Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 № 194н) оценивается по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи, и по этому признаку согласно п 4а) Правил определения и степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (утв. Постановлением Правительства РФ от 17 августа 2007 № 522) расценивается как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью.

Согласно данным осмотров врачей и инструментальных методов исследования, у ФИО3 были обнаружены такие заболевания и состояния, как 

<

данные изъяты>

При этом эксперты пояснили, что при лечении перелома шейки левой бедренной кости ФИО3 применялось наложение деротационной (препятствующей вращению конечности) гипсовой повязки, однако, в связи с нарушением процессов репарации костной ткани, о чем свидетельствует наличие псевдоартроза (ложного сустава) спустя несколько недель после травмы, потребовалось оперативное лечение перелома в виде эндопротезирования тазобедренного сустава. Причинами нарушения репаративных процессов бедренной кости послужило нарушение кровоснабжения (метаболических процессов) в левой нижней конечности.

К факторам, влияющим на восстановление тканей ФИО3, можно отнести наличие гипертонической болезни (согласно представленным медицинским данным), которая является хронически протекающим патологическим процессом в сосудистой стенке, что приводит к нарушению кровообращения в органах и тканях, и не относится к посттравматическим изменениям.

Кроме того, при изучении представленных рентгенограмм, выполненном в рамках проведения данной экспертизы, у ФИО3 в костной ткани вокруг импланта после проведения эндопротезирования выявлены признаки остеопороза, который является хроническим прогрессирующим системным метаболическим заболеванием скелета, характеризующийся снижением плотности костной ткани. При проведении рентгенографии костей таза 17.11.2022 выявлен коксартроз справа. Указанные изменения также свидетельствуют о наличии нарушения обменных процессов в костной ткани, влияющих на сращение отломков перелома.

Дисциркуляторная энцефалопатия 2 стадии (хроническая ишемия головного мозга 2 стадии) гипертонического, атеросклеротического генеза, со стато-координаторными, когнитивными нарушениями, эссенциальным тремором правой верхней конечности, астено-невротическим синдромом, кисты обеих почек, ангиомиолипома правой почки у ФИО3 являются длительно протекающими (хроническими) заболеваниями, обусловленными нетравматической природой происхождения и не относятся к следствиям травмы.

Варикозное расширение вен нижних конечностей у ФИО3, согласно представленным медицинским данным, впервые отмечено при осмотре сердечно-сосудистым хирургом 20.09.2022. Указанное патологическое состояние развивается медленно - годами (десятилетиями), также относится к хронически протекающим процессам и не является следствием травмы.

Травма левой нижней конечности у ФИО3, наряду с другими факторами (наличие фоновых заболеваний и состояний, протекающих с патоморфологическими изменениями в сосудистой стенке (гипертоническая болезнь, варикозное расширение вен нижних конечностей), ожирение, снижение двигательной активности) могла создавать условия для развития илеофеморального тромбоза (посттромботической болезни) слева и лимфостаза на уровне левой голени, но сама по себе, единственной причиной этих болезненных состояний не являлась.

Указанные выше заболевания и состояния могли протекать у ФИО3 до травмы в компенсированной форме. В то же время, травматическое воздействие (в том числе и при дорожно-транспортном происшествии), могло способствовать ухудшению течения сердечно-сосудистых заболеваний, в том числе дисциркуляторной энцефалопатии (хронической ишемии головного мозга 2 стадии) со стато-координаторными, когнитивными нарушениями, эссенциальным тремором правой верхней конечности, астено-невротическим синдромом.

Согласно п. 24 раздела III Медицинских критериев определения степени тяжести вреда причинного здоровью человека (приложение к Приказу МЗ и CP РФ от 24.04.2008 № 194н) - «Ухудшение состояния здоровья человека, вызванное характером и тяжесть травмы, отравления, заболевания, поздними сроками начала лечения, его возрастом, сопутствующей патологией и др. причинами, не рассматривается как причинение вреда здоровью».

Как отмечено экспертами, ФИО3 была оказана следующая медицинская помощь в связи 

<

данные изъяты>. Лечение 

<

данные изъяты> ФИО3 проведено в полном объеме. Последующее ведение пациентки, объем и условия проведения лечения (амбулаторно или стационарно) определяет лечащий врач. После проведения оперативного вмешательства в области левого тазобедренного сустава ФИО3 необходимо соблюдать рекомендации лечащего врача, указанные при выписке из ГАУЗ СО «ЦСВМП «УИТО им.В.Д. Чаклина», а также динамическое наблюдение у врачей клинических специальностей в связи с фоновой и сопутствующей патологией (

<

данные изъяты>), которые и определяют дальнейшие лечебные мероприятия.

В ответе на вопрос 4 указано, что с достоверностью определить прогноз состояния здоровья ФИО3 (ухудшение состояния, отсутствие изменений в состоянии, улучшение состояния) в связи с 

<

данные изъяты> не представляется возможным. Известно, что операция 

<

данные изъяты> считается наиболее эффективным методом лечения поздних стадий заболеваний и последствий 

<

данные изъяты>, однако 7-15% пациентов остаются не удовлетворены результатами.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

В соответствии с положениями ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации экспертное заключение является одним из видов доказательств по делу, оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования. В то же время, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта должен учитывать и иные добытые по делу доказательства и дать им надлежащую оценку. Экспертные заключения оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Суд, оценив в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение судебно-медицинской экспертизы № 126-СО, расценивает выводы СМЭ как достоверные, так они надлежаще мотивированы и обоснованы, а также подтверждаются другими доказательствами по делу. Поэтому суд считает возможным положить выводы СМЭ в основу решения.

Заключение судебных экспертов в полном объеме отвечает требованиям ст. ст.55, 59-60 ГПК РФ, поскольку содержит подробное описание исследования материалов дела и медицинских документов, сделанные в результате исследования выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы. Выводы экспертов согласуются с фактическими обстоятельствами дела и представленными доказательствами. Оснований не доверять выводам указанной экспертизы у суда не имеется, эксперты имеют необходимую квалификацию, предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения и не заинтересованы в исходе дела, их выводы мотивированы, логически и нормативно обоснованы, не содержат каких-либо противоречий. Доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение их выводы, суду не представлено. Предметом экспертных исследований были полностью материалы дела, и все имеющиеся медицинские документы ФИО3 Заключение экспертизы содержит исчерпывающие ответы на все поставленные судом вопросы, эти ответы не содержат каких-либо неясностей, двоякого толкования не допускают, в связи с чем, оснований для критической оценки экспертного заключения нет.

Обсудив требование о компенсации морального вреда, суд в соответствии с ч. 1 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признает общеизвестным и не подлежащим доказыванию то обстоятельство, что сам по себе факт повреждения здоровья причиняет потерпевшему моральный вред, выражающийся в его физических и нравственных страданиях.

Исходя из установленных обстоятельств, суд считает, что ФИО3, в связи с травмами, полученными в результате ДТП, которые подтверждены медицинскими документами, претерпела моральный вред, выразившийся в физических и нравственных страданиях. 

При этом физические страдания ФИО3 были связаны с ее болевыми ощущениями и последствиями в виде расстройства здоровья, наступившими в результате полученных травм, длительным лечением, которое продолжается по настоящее время.

Нравственные страдания связаны с тем, что она перенесла сильное нервное потрясение в момент ДТП, переживала по поводу болевых ощущений в местах повреждений, медицинских вмешательств, длительно проходила лечение, в настоящее время хромает, не может носить туфли на каблуках, поднимать тяжелые предметы, прыгать, бегать, ходить на большие расстояния, длительно стоять, работать в наклон, по настоящее время наблюдается у врача-флеболога. Кроме того, из заключения СМЭ следует, что с достоверностью определить прогноз состояния здоровья ФИО3 в связи с 

<

данные изъяты> с последующим его оперативным лечением не представляется возможным.

Руководствуясь принципом справедливости и разумных пределов, учитывая характеризующие личность причинителя вреда обстоятельства, его материальное положение, суд считает определить размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ФИО4 пользу ФИО3 в размере 800 000,00 руб.

Определением Алапаевского городского суда Свердловской области от 12.02.2024 по ходатайству истца ФИО3 по делу назначено проведение судебно-медицинской экспертизы, проведение которой поручено ГАУЗ СО «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

Расходы по оплате проведения судебно-медицинской экспертизы возложены на истца ФИО3, последней на депозитный счет Управления Судебного департамента в Свердловской области перечислены денежные средства в размере 23 510,00 руб.

Экспертное заключение № 126-СО от 22.10.2024 принято судом в качестве доказательства, подтверждающего факт причинения вреда здоровью ФИО3, последствия травмы, полученной в результате ДТП, положено в основу настоящего решения.

Таким образом, в пользу ФИО3 с ФИО4 следует взыскать возмещение расходов на проведение экспертизы в сумме 23 510,00 руб.

Кроме того, так как истец при подаче иска в силу пп. 4 п. 2 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации была освобожден от уплаты государственной пошлины за требование о компенсации морального вреда, причиненного в результате ДТП, последняя в соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежит взысканию с ответчика ФИО4 в доход местного бюджета в размере 300,00 руб.

С учетом изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 

<

данные изъяты> к ФИО4 

<

данные изъяты> о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, удовлетворить частично. 

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в сумме 800 000,00 руб., возмещение расходов на проведение экспертизы в сумме 23 510,00 руб.

В остальной части исковых требований ФИО3 отказать.

Взыскать с ФИО4 в доход местного бюджета МО г.Алапаевск государственную пошлину в размере 300,00 руб.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение одного месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Алапаевский городской суд.

Судья Е.Д. Подкорытова