РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 ноября 2017 года г.Волгодонск

Волгодонской районный суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи - Кантовой Т.В.,

при секретаре судебного заседания – Тамазян Р.Э..

с участием:

представителя истца (ответчика по встречному иску - ООО «Максимум») – ФИО1, действующей на основании доверенности от 03.05.20017 года,

представителя ответчика (истца по первоначальному иску) – ФИО2, действующего на основании доверенности от 12.09.2017,

с извещением лиц, участвующих в деле, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Максимум» к ФИО3, третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора – ОАО КБ «Максимум» в лице конкурсного управляющего – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», о взыскании задолженности по кредитному договору, а также по встречному иску ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Максимум», открытому акционерному обществу коммерческий банк «Максимум», о признании недействительными договора об уступке права требования (цессии) и кредитного договора в части, применении последствий недействительности сделок,

установил:

ООО «Максимум» обратилось в суд с иском о взыскании с ФИО3 задолженности в размере 93 375,64 рублей по кредитному договору №, заключенному 26.06.2015 года между ОАО КБ «Максимум» и ответчиком, а также расходов по оплате государственной пошлины – 3 001 рубль. 

В обоснование заявленных требований истец указал, что на основании договора уступки прав (цессии) № от 16.11.2015 года к нему от ОАО КБ «Максимум» (далее – Банк) в полном объеме перешли права требования по кредитному договору, заключенному 26.06.2015 года между Банком и ФИО3 По условиям указанного кредитного договора ФИО3 был предоставлен кредит в сумме 152 000 рублей на срок до 25.12.2015 года, с условием уплаты процентов по ставке 28% годовых от остатка ссудной задолженности. По состоянию на 30.04.2017 года ответчиком не были оплачены 93 375,64 рублей, из которых: основной долг в сумме 53 051,33 рубля, проценты за пользование заемными денежными средствами – 22 426,07 рублей, неустойка по кредиту – 14 689,31 рублей, неустойка по процентам – 3 208,93 рублей. Со ссылкой на ст.ст.309, 310, 317, 323, 330, 809, 810, 819 ГК РФ ООО «Максимум» просит удовлетворить исковые требования в полном объеме.

ФИО3, в лице представителя по доверенности ФИО2, в свою очередь, обратился в суд со встречными исковыми требованиями к ООО «Максимум» и ОАО КБ «Максимум». ФИО3 заявил о ничтожности п.п. 1.13. кредитного договора, заключенного 26.06.2015 года с ОАО КБ «Максимум», поскольку в нарушение ч.1 ст.16 Закона о защите прав потребителей предусматривает право банка на передачу права требования по заключенному с клиентом договору в пользу третьих лиц. Кроме того, истец заявил, что данное условие кредитного договора не согласовано сторонами, поскольку он согласия на передачу права требования третьим лицам, не имеющим лицензию на право осуществления банковской деятельности, не давал, а буквальное толкование оспариваемого пункта кредитного договора указывает лишь на возможность передачи права требования третьему лицу. ФИО3 считал, что договор уступки права требования (цессия) № нарушает его права потребителя, так как ООО «Максимум» не является кредитной организацией и МФО. Со ссылкой на Закон о защите прав потребителей, Закон о банках и банковской деятельности, Закон о потребительском кредите (займе), а также ст.ст.431, 857 ГК РФ просил удовлетворить вышеуказанные исковые требования (л.д.65-69).

Определением суда от 23.11.2017 года встречный иск ФИО3 оставлен без рассмотрения, ввиду повторной неявки истца в судебное заседание, о чем вынесено соответствующее определение.

В судебном заседании представитель ООО «Максимум», действующая на основании доверенности ФИО1, поддержала исковые требования и доводы своего доверителя, изложенные в иске. Дополнительно пояснила, что надлежащее исполнение истцом обязанности по оплате договора цессии подтверждается платежным поручением № 001 от 16.11.2015 года и реестром к нему, копии которых представлены в материалы дела. Условиями договора цессии предусмотрено, что Банк утрачивает все права и обязанности по кредитному договору с ФИО3, а ООО «Максимум» приобретает права и обязанности, вступает в кредитные обязательства по кредитному договору в полном объеме. ООО «Максимум» своевременно известил ответчика о смене реквизитов для оплаты кредита, в связи с состоявшейся уступкой права требования, путем направления посредством почтовой связи в адрес ФИО3 соответствующего уведомления. Настаивала на удовлетворении исковых требований ООО «Максимум» в полном объеме. 

ФИО3, будучи надлежащим образом уведомленным о времени и месте рассмотрения дела (л.д. 56, 117), в судебное заседание не явился, о причинах неявки суду не сообщил. С учетом мнения участников процесса, дело рассмотрено отсутствие ответчика, по правилам ч.4 ст.167 ГПК РФ, с участием его представителя. 

Представитель ответчика, действующий на основании доверенности ФИО2, в судебном заседании заявил об отсутствии законных оснований для удовлетворения исковых требований ООО «Максимум», в связи с недействительностью договора цессии. Возражения мотивировал доводами, изложенными во встречном иске ФИО3 Дополнительно указал на отсутствие надлежащего извещения его доверителя о состоявшейся между ОАО КБ «Максимум» и ООО «Максимум» уступке права требования. Пояснил, что уведомление о смене реквизитов нельзя признать надлежащим извещением заемщика о состоявшейся уступке права требования, при отсутствии акта приема-передачи уступаемых прав. Такое уведомление, согласно материалам дела, в адрес ФИО3 не направлялось, поэтому ответчик не производил погашение кредита на законных основаниях. В этой связи, считает незаконными требования ООО «Максимум» о взыскании с ответчика неустойки. Пояснил также, что контр расчет задолженности ответчиком не составлялся. Просил отказать в удовлетворении исковых требований ООО «Максимум».

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора – конкурсный управляющий ОАО КБ «Максимум» - Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» в судебное заседание не явился, извещался по правилам ст.113 ГПК РФ. С учетом мнения участников процесса, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя третьего лица, в соответствии с ч.3 ст.167 ГПК РФ. 

Выслушав пояснения участников процесса, изучив письменные материалы дела, суд дал оценку представленным доказательствам по правилам ст.67 ГПК РФ и пришел к следующему.

В соответствии с п. 2 ст. 1 ГК РФ субъекты гражданского права приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своём интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно ч.2 ст.421 ГК РФ стороны могут заключить договор (в том числе и займа), как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иным правовым актом. При этом, согласно ч.1 ст.422 ГК РФ, договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения. 

В соответствии со ст.432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. 

Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Как следует из материалов дела и не оспаривается ответчиком 26.06.2015 года между ОАО КБ «Максимум» (Банк) и ФИО3 (далее – Заемщик) был заключен кредитный договор №, по условиям которого ответчику был предоставлен кредит в сумме 152000 рублей на срок по 25.12.2015 года, с уплатой процентов по ставке 28% годовых (далее – кредитный договор). Кредит предоставлен путем зачисления на текущий счет ФИО3 - №. В силу п.п. 1.6, 3.1 договора, погашение кредита и уплата процентов производится шестью ежемесячными платежами по 27441,98 рублей, последний платеж – 27468,74 рубля. При несвоевременном перечислении денежных средств в погашение кредита и/или процентов, заемщик уплачивает кредитору неустойку, рассчитываемую от суммы непогашенной в срок задолженности по кредиту и/или от суммы неуплаченных процентов по ставке 20% годовых за каждый день просрочки, начиная с даты, следующей за датой наступления исполнения обязательства, установленной договором, включая дату погашения просроченной задолженности (п.1.12 договора).

Доводы истца о том, что Банк надлежащим образом исполнил свои обязательства по указанному договору в части предоставления кредита в сумме 152000 рублей, ФИО3 не оспариваются.

16.11.2015 года между ОАО КБ «Максимум» и ООО «Максимум» был заключен договор об уступке права требования (цессия) №, в соответствии с которым Банк уступил, а ООО «Максимум» принял в полном объеме совокупность прав требования к заемщику ФИО3 по кредитному договору № от 26.06.2015 года, на условиях которые существовали к моменту перехода прав. 

Общая стоимость уступаемого требования составила 53905,96 рублей, в том числе сумма требования по основному долгу – 53051,33 рублей, начисленные на дату заключения договора цессии проценты – 854,63 рублей (п.3.1 договора).

В счет уступаемых прав, ООО «Максимум» выплатил ОАО КБ «Максимум» сумму, равную стоимости требований – 53905,96 рублей, что подтверждается копией платежного поручения № 001 от 16.11.2015 года и реестром к нему (л.д.19-20, 25).

Согласно ст.ст.382, 388 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Как неоднократно высказывался Верховный Суд РФ, по смыслу ст.382 ГК РФ права кредитора возникают у цессионария с момента заключения договора цессии (соглашения об уступке права требования).

Доводы представителя ответчика о недействительности договора цессии, в связи с ничтожностью п.1.13 кредитного договора, суд считает несостоятельными, поскольку в установленном законом порядке вышеуказанные договоры недействительными не признаны. 

Действительно, в соответствии с п.51 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.

Вместе с тем, п.1.13 кредитного договора предусматривает право кредитора осуществлять уступку прав (требований) по договору третьим лицам. При этом кредитный договор не содержит условия о запрете такой уступки третьим лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности (ст.12 Закона о потребительском кредите (займе)). Суд считает необходимым отметить, что требование возврата кредита, выданного физическому лицу по кредитному договору, не относится к числу требований, неразрывно связанных с личностью кредитора. Согласно ст.382 ГК РФ для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором, при этом в законодательстве Российской Федерации отсутствует норма, которая бы устанавливала необходимость получения согласия заемщика-гражданина на уступку кредитной организации требований, вытекающих из кредитного договора. При уступке требования по возврату кредита (в том числе и тогда, когда цессионарий не обладает статусом кредитной организации) условия кредитного договора, заключенного с гражданином, не изменяются, соответственно его положение при этом не ухудшается (статьи 384 и 386 ГК РФ), гарантии, предоставленные гражданину-заемщику законодательством о защите прав потребителей, сохраняются. Уступка требований, вытекающих из кредитного договора, заключенного между ОАО КБ «Максимум» и ФИО3, не нарушает нормативных положений о банковской тайне (статья 26 Закона о банках), так как в соответствии с частью 7 данной статьи цессионарий, его должностные лица и работники обязаны хранить ставшую им известной информацию, составляющую банковскую тайну, и эти лица несут установленную законом ответственность за ее разглашение (в том числе и в виде обязанности возместить заемщику причиненный разглашением банковской тайны). Аналогичная правовая позиция отражена в Информационном письме Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 N 146 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с применением к банкам административной ответственности за нарушение законодательства о защите прав потребителей при заключении кредитных договоров».

Доказательства нарушения каких-либо прав ФИО3 вследствие заключения 16.11.2015 года между ОАО КБ «Максимум» и ООО «Максимум» договора цессии, ответчик в нарушение ст.56 ГК РФ не предоставил.

Доказательства, подтверждающие своевременное выполнение заемщиком своих обязательств по кредитному договору № от 26.06.2015 года, суду также не предоставлены. Расчет задолженности, произведенный истцом, ФИО3 не опровергнут.

В силу ст.384 ГК РФ и п.п.1.1, 2.1 договора цессии от 16.11.2015 года, право первоначального кредитора перешло к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, в том числе: право на неуплаченные проценты и на штрафные санкции за несвоевременное исполнение обязательств.

С учетом указанных законоположений, применительно к установленным судом обстоятельствам, кредитором ФИО3 по договору № от 26.06.2015 года, в настоящее время является ООО «Максимум».

В соответствии со ст.ст.309-310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

Какие-либо доказательства отсутствия вины в нарушении обязательств по возврату долга по кредитному договору № от 26.06.2015 года ФИО3 суду не предоставил. 

При указанных обстоятельствах исковые требования ООО «Максимум» о взыскании с ответчика задолженности по кредитному договору № от 26.06.2015 года являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Так как расчет суммы основного долга и договорных процентов за пользование денежными средствами ответчиком не оспаривается, выполнен истцом в соответствии с условиями кредитного договора № от 26.06.2015 года, арифметических ошибок не содержит, взысканию с ФИО3 подлежит задолженность, которая по состоянию на 30.04.2017 года составила:

- основной долг - 53 051,33 рубля, 

- проценты за пользование заемными денежными средствами – 22 426,07 рублей,

Всего – 75477,4 рублей.

Разрешая исковые требования в части применения к ФИО3 мер гражданско-правовой ответственности в виде взыскания неустойки по кредиту – 14 689,31 рублей и неустойки по процентам – 3 208,93 рублей, суд не усматривает законных оснований для их удовлетворения. 

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

В силу ч.1 ст.385 ГК РФ уведомление должника о переходе права имеет для него силу независимо от того, первоначальным или новым кредитором оно направлено.

Должник вправе не исполнять обязательство новому кредитору до предоставления ему доказательств перехода права к этому кредитору, за исключением случаев, если уведомление о переходе права получено от первоначального кредитора.

Бремя доказывания факта направления (осуществления) сообщения и его доставки адресату лежит на лице, направившем сообщение (п.65 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Суд находит заслуживающими внимания доводы ответчика, в лице его представителя, о том, что он не был уведомлен надлежащим образом ни первоначальным кредитором, ни ООО «Максимум» о состоявшейся уступке права требования по кредитному договору. Из предоставленного истцом в материалы дела копии уведомления и описи вложения в почтовое отправление (л.д.21-22, 45-46) не представляется возможным определить обязательство, по которому состоялась уступка права требования (цессия), а также объем уступленных прав, что свидетельствует о ненадлежащем исполнении истцом обязанности, предусмотренной ст.385 ГК РФ.

При системном толковании указанных норм действующего законодательства, применительно к установленным судом обстоятельствам, отсутствие со стороны ФИО3 платежей в счет погашения долга по кредитному договору согласуется с ч.1 ст.385 ГК РФ, оснований для применения к ответчику мер гражданско-правовой ответственности в виде неустойки - нет.

Разрешая требование ООО «Максимум» о возмещении судебных расходов по оплате государственной пошлины, суд руководствуется положениями ст.ст.88, 94, 98 ГПК РФ и ст.333.19 Налогового кодекса РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск общества с ограниченной ответственностью «Максимум» к ФИО3, третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора – ОАО КБ «Максимум» в лице конкурсного управляющего – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», о взыскании задолженности по кредитному договору удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Максимум» задолженность по кредитному договору № от 26.06.2015 года: 

- основной долг - 53 051,33 рубля;

- проценты за пользование кредитом – 22426,07 рублей;

- государственную пошлину – 2464,32 рубля,

Всего – 77941,72 рубля.

В удовлетворении иска в остальной части – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Волгодонской районный суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 30.11.2017 года.