Дело № 2-1993/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

17 декабря 2019 года город Орел

Советский районный суд г. Орла в составе:

председательствующего судьи Чуряева А.В.,

при секретаре Рохлиной А.А.,

рассмотрев в судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда. В обоснование заявленных требований указано, что в 2001 г. в отношении истца было возбуждено несколько уголовных дел: 13 февраля 2001 г. – по признакам преступления, предусмотренного пунктом «б» части 3 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ), 27 февраля 2001 г. – по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 198 УК РФ, 28 апреля 2001 г. – по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 330 УК РФ, 19 июня 2001 г. – по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 306 УК РФ. Впоследствии преступление, предусмотренное пунктом «б» части 3 статьи 160 УК РФ, переквалифицировано на преступление, предусмотренное пунктом «б» части 3 статьи 159 УК РФ, и все возбужденные в отношении истца уголовные дела объединены в одно производство.

Истец указывает, что в рамках возбужденных в отношении него уголовных дел в отношении него избиралась мера пресечения в виде подписки о невыезде, которая затем была заменена на заключение под стражу. 

Приговором Советского районного суда г. Орла от 12 февраля 2002 г. истец был признан виновным в совершении вмененных ему преступлений, но постановлением Президиума Орловского областного суда от 27 июня 2002 г. указанный приговор суда был отменен, уголовное дело направлено на дополнительное расследование, после чего вступившим в законную силу приговором Советского районного суда г. Орла от 6 мая 2004 г. истец был оправдан, а постановлением Советского районного суда г. Орла от 24 августа 2004 г. за истцом признано право на реабилитацию в связи с незаконным привлечением его к уголовной ответственности по пункту «б» части 3 статьи 159, части 1 статьи 198, части 1 статьи 306 и части 1 статьи 330 УК РФ.

Истец отмечает, что незаконное уголовное преследование в отношении него длилось более трех лет, в связи с чем его здоровье ухудшилось, он потерял уважение окружающих, утратил бизнес.

С учетом изложенного истец просит суд взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 742 000 рублей.

Определениями суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены прокуратура Орловской области и Управление МВД России по Орловской области. Кроме этого, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлекался бывший старший следователь следственного отдела Управления ФСНП России по Орловской области ФИО2, но впоследствии он исключен из числа лиц, участвующих в деле.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель по ордеру адвокат Редникина С.С. поддержали заявленные исковые требования по основаниям, изложенным в иске.

Представитель ответчика по доверенности ФИО3, представители третьих лиц прокуратуры Орловской области по доверенности ФИО4 и Управления МВД России по Орловской области по доверенности ФИО5 возражали против удовлетворения заявленных исковых требований, полагая, что заявленная ко взысканию сумма компенсации морального вреда необоснованно завышена. Просили учесть, что уголовное преследование в отношении истца по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 198 УК РФ, прекращено в связи с декриминализацией, то есть по нереабилитирующему основанию. Кроме этого, обратили внимание на то, что мера пресечения в виде заключения под стражу избиралась в отношении истца по предусмотренным законом основаниям.

Выслушав участников процесса, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 18 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

Согласно статье 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления.

Каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53 Конституции Российской Федерации).

Статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусмотрены способы защиты гражданских прав. 

Так, компенсация морального вреда является одним из способов защиты субъективных гражданских прав и законных интересов, представляет собой гарантированную государством материально-правовую меру, посредством которой осуществляется добровольное или принудительное восстановление нарушенных (оспариваемых) личных неимущественных благ и прав. 

В соответствии с пунктом 34 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ) в редакции, действующей по состоянию на 6 мая 2004 г. (далее упоминаемые положения УПК РФ будут приведены по состоянию именно на эту дату), под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда.

В силу части 1 статьи 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют, в частности, подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор, подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения, а также лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу (пункты 2, 3 части 2 статьи 133 УПК РФ).

Согласно части 2 статьи 136 УПК РФ иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Статьей 151 ГК РФ предусмотрено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 2 статьи 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае его причинения гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности. 

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (статья 1101 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степень физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. 

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимание обстоятельства, в том числе, продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. 

Статьей 1071 ГК РФ установлено, что в случаях, когда в соответствии с ГК РФ или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В ходе судебного разбирательства по делу установлено, что 27 февраля 2001 г. постановлением старшего следователя следственного отдела Управления ФСНП России по Орловской области в отношении истца было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 198 УК РФ.

28 апреля 2001 г. постановлением прокурора отдела по надзору за следствием, дознанием и оперативно-розыскной деятельностью прокуратуры Орловской области в отношении истца было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 330 УК РФ.

19 июня 2001 г. постановлением старшего следователя следственного отдела Управления ФСНП России по Орловской области в отношении истца было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 306 УК РФ.

Постановлением старшего следователя следственного отдела Управления ФСНП России по Орловской области от 20 июня 2001 г. указанные уголовные дела соединены в одно производство.

Кроме этого, 13 февраля 2001 г. в отношении истца было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного пунктом «б» части 2 статьи 160 УК РФ. Постановлением следователя следственного отдела при Советском РОВД г. Орла от 13 апреля 2001 г. данное уголовное дело было прекращено в связи с отсутствие в деянии истца состава преступления, но постановлением заместителя прокурора Советского района г. Орла от 18 июня 2001 г. данное постановление о прекращении уголовного дела отменено. Впоследствии постановлением старшего следователя следственного отдела Управления ФСНП России по Орловской области от 3 августа 2001 г. данное уголовное дело в отношении истца было вновь прекращено в части хищения денежных средств в размере 192 959 рублей в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. 

Постановлением старшего следователя следственного отдела Управления ФСНП России по Орловской области от 6 августа 2001 г. уголовное преследование истца по пункту «б» части 3 статьи 160 УК РФ прекращено в связи с отсутствием в его действиях состава данного преступления и продолжено его уголовное преследование по признакам преступления, предусмотренного пунктом «б» части 3 статьи 159 УК РФ.

Постановлением старшего следователя следственного отдела Управления ФСНП России по Орловской области от 8 августа 2001 г. соединены в одно производство возбужденные в отношении истца уголовные дела по признакам преступлений, предусмотренных пунктом «б» части 3 статьи 159, частью 1 статьи 198, частью 1 статьи 306 и частью 1 статьи 330 УК РФ.

Постановлением старшего следователя следственного отдела Управления ФСНП России по Орловской области от 8 августа 2001 г. истец привлечен в качестве обвиняемого по делу, ему предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных пунктом «б» части 3 статьи 159, частью 1 статьи 198, частью 1 статьи 306 и частью 1 статьи 330 УК РФ.

В этот же день, 8 августа 2001 г. постановлением старшего следователя следственного отдела Управления ФСНП России по Орловской области в отношении истца избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде.

Постановлением заместителя прокурора Орловской области от 22 октября 2001 г. избранная в отношении истца мера пресечения в виде подписки о невыезде изменена на содержание под стражей в следственном изоляторе г. Орла, о чем истцу под роспись объявлено 19 ноября 2001 г.

26 декабря 2001 г. заместителем прокурора Орловской области в отношении истца утверждено обвинительное заключение по его обвинению в совершении преступлений, предусмотренных пунктом «б» части 3 статьи 159, частью 1 статьи 198, частью 1 статьи 306 и частью 1 статьи 330 УК РФ, и 28 декабря 2001 г. уголовное дело направлено для рассмотрения в суд.Приговором Советского районного суда г. Орла от 12 февраля 2002 г. истец был признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных пунктом «б» части 3 статьи 159, частью 1 статьи 198, частью 1 статьи 306 и частью 1 статьи 330 УК РФ, и ему назначено наказание в виде трех лет трех месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Определением судебной коллегии по уголовным делам Орловского областного суда от 19 марта 2002 г. указанный приговор суда оставлен без изменения.

Однако постановлением президиума Орловского областного суда от 27 июня 2002 г. приговор суда от 12 февраля 2002 г. и определение судебной коллегии по уголовным делам Орловского областного суда от 19 марта 2002 г. отменены, уголовное дело в отношении истца направлено на новое расследование прокурору Орловской области, мера пресечения истцу изменена с содержания под стражей на подписку о невыезде с постоянного места жительства.

По результатам проведенных следственных мероприятий постановлением старшего следователя следственного отдела Управления ФСНП России по Орловской области от 6 ноября 2002 г. истец вновь был привлечен в качестве обвиняемого по уголовному делу и ему предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных пунктом «б» части 3 статьи 159, частью 1 статьи 198, частью 1 статьи 306 и частью 1 статьи 330 УК РФ.

9 декабря 2002 г. заместителем прокурора Орловской области в отношении истца было утверждено обвинительное заключение по его обвинению в совершении преступлений, предусмотренных пунктом «б» части 3 статьи 159, частью 1 статьи 198, частью 1 статьи 306 и частью 1 статьи 330 УК РФ, и 9 декабря 2002 г. уголовное дело вновь направлено для рассмотрения в суд.

Постановлением судьи Советского районного суда г. Орла от 26 марта 2003 г. уголовное дело по обвинению истца в совершении преступления, предусмотренного пунктом «б» части 3 статьи 159 УК РФ, прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения. 

Приговором Советского районного суда г. Орла от 6 мая 2004 г., оставленным без изменения кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Орловского областного суда от 13 июля 2004 г., истец оправдан по предъявленному ему обвинению в совершении преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 306 и частью 1 статьи 330 УК РФ, ввиду отсутствия в его деянии состава преступления.

В этот же день, 6 мая 2004 г. постановлением Советского районного суда г. Орла уголовное дело по обвинению истца в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 198 УК РФ, прекращено в связи с декриминализацией вмененного ему деяния.

Постановлением Советского районного суда г. Орла от 24 августа 2004 г. за истцом признано право на реабилитацию в связи с привлечением его к уголовной ответственности по пункту «б» части 3 статьи 159, части 1 статьи 198, части 1 статьи 306 и части 1 статьи 330 УК РФ.

Основываясь на изложенных обстоятельствах, истец предъявил в суд иск о взыскании в свою пользу компенсации морального вреда в порядке реабилитации.

Разрешая заявленные исковые требования, суд учитывает, что применительно к судебным стадиям уголовного судопроизводства к лицам, имеющим право на реабилитацию, соответственно относятся: подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения и (или) по иным реабилитирующим основаниям (абзац третий пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве»).

Истец заявляет требования о взыскании в его пользу компенсации морального вреда в порядке реабилитации, опираясь на следующие из указанных оснований: 

- вынесение в отношении него оправдательного приговора по части 1 статьи 306 и части 1 статьи 330 УК РФ;

- прекращение в отношении него уголовного преследования по пункту «б» части 3 статьи 159 и части 1 статьи 198 УК РФ в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения.

Соглашаясь с истцом в наличии у него права требовать компенсацию морального вреда в связи с принятием в отношении него оправдательного приговора суда, суд не в полной мере соглашается с наличием у него такого права в связи с заявленными случаями отказа государственного обвинителя от обвинения.

В силу части 7 статьи 246 УПК РФ государственный обвинитель отказывается от обвинения если в ходе судебного разбирательства он придет к убеждению, что представленные доказательства не подтверждают предъявленное подсудимому обвинение. В этом случае происходит прекращение уголовного дела или уголовного преследования полностью или в соответствующей его части по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 УПК РФ.

По смыслу данной правовой нормы прекращение уголовного дела в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения возможно лишь в связи с сформировавшимся у государственного обвинителя убеждением в том, что представленные доказательства не подтверждают предъявленное подсудимому обвинение. Именно в связи с этим законодатель предусматривает за подсудимым право на реабилитацию.

Указанные условия в настоящем споре в полной мере не соблюдены.

Так, из постановления судьи Советского районного суда г. Орла от 26 марта 2003 г. следует, что государственный обвинитель отказался от обвинения истца по пункту «б» части 3 статьи 159 УК РФ в связи с тем, что представленные доказательства не подтверждают предъявленное истцу по данной статье обвинение. По данному основанию истец приобретает право на реабилитацию.

Однако из постановления Советского районного суда г. Орла от 6 мая 2004 г. следует, что уголовное преследование в отношении истца по части 1 статьи 198 УК РФ прекращено в связи с принятием закона, устраняющего преступность деяния, а не в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения. В мотивировочной части этого постановления суда указано, что Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ в УК РФ внесены изменения в статью 198 УК РФ, согласно которым вмененные истцу деяния перестали считаться преступными. В связи с этим суд прекратил уголовное дело в отношении истца на основании пункта 2 части 1 статьи 24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием в его деянии состава преступления.

При этом из части 4 статьи 133 УПК РФ и пункта 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» следует, что право на реабилитацию не возникает в случае, когда примененные в отношении лица меры процессуального принуждения или постановленный обвинительный приговор отменены или изменены ввиду принятия закона, устраняющего преступность или наказуемость деяния, поскольку прекращение уголовного дела (освобождение от наказания) в указанном случае само по себе не является свидетельством незаконности или необоснованности уголовного преследования.

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 19 ноября 2013 г. № 24-П признал возможность предоставления права на реабилитацию при прекращении производства по уголовному делу по названному основанию лишь в случае установления судом незаконности процессуальной деятельности, предшествующей принятию закона, устраняющего преступность. 

В то же время из материалов уголовного дела не следует, что при прекращении уголовного дела по части 1 статьи 198 УК РФ судом было признано незаконным уголовное преследование истца по данной статье до произведенной законодателем декриминализации. Ссылку истца и его представителя на экспертное аудиторское заключение 

<

данные изъяты> от 9 октября 2002 г., в котором, по их мнению, установлено отсутствие у истца задолженности перед бюджетом по уплате обязательных платежей, суд считает несостоятельной, поскольку в судебном порядке оценка обоснованности данного заключения не давалась.

Следовательно, истец не имеет право на реабилитацию в связи с прекращением в отношении него уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 198 УК РФ.

Не влияет на этот вывод и наличие в материалах уголовного дела постановления Советского районного суда г. Орла от 24 августа 2004 г., в котором за истцом признано право на реабилитацию, в том числе за его уголовное преследование по части 1 статьи 198 УК РФ.

Из положений статьи 133 УПК РФ и пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» следует, что основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении его оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования), а не постановление суда о признании за лицом права на реабилитацию.

Исходя из этого, рассматривая требования о компенсации морального вреда, суд должен установить предусмотренные законом основания для этого, не ограничиваясь проверкой формального признания за истцом права на реабилитацию.

Довод истца и его представителя о преюдициальном значении постановления Советского районного суда г. Орла от 24 августа 2004 г. со ссылкой на часть 2 статьи 61 ГПК РФ суд также отклоняет.

Из части 2 статьи 61 ГПК РФ следует, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных ГПК РФ.

Однако в настоящем деле отсутствуют условия для применения указанного законоположения, поскольку Министерство финансов Российской, действующее от имени казны Российской Федерации, участником уголовного судопроизводства в отношении истца не являлось, в связи с чем данное ведомство вправе в настоящем деле опровергать обстоятельства, установленные постановлением Советского районного суда г. Орла от 24 августа 2004 г.

Таким образом, суд считает установленным право истца на компенсацию морального вреда в порядке реабилитации лишь в связи с постановленным в отношении него оправдательным приговором по части 1 статьи 306 и части 1 статьи 330 УК РФ, а также в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения по пункту «б» части 3 статьи 159 УК РФ.

При определении размера подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда, суд считает необходимым учесть, что уголовное преследование по делу, которое было впоследствии прекращено по реабилитирующим основаниям, в отношении истца осуществлялось с 13 февраля 2001 г. по 6 мая 2004 г., то есть более трех лет. За этот период времени в отношении истца избирались меры пресечения в виде заключения под стражу с фактическим исполнением с 19 ноября 2001 г. по 27 июня 2002 г., а также в виде подписки о невыезде в период с 8 августа 2001 г. до 19 ноября 2001 г. и с 27 июня 2002 г. по 6 мая 2004 г. Кроме этого, в период уголовного преследования с участием истца производились различные следственные действия, в том числе допросы, выемки, арест имущества.

При этом суд учитывает, что в силу положений статьи 96 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР, который действовал на дату избрания истцу меры пресечения, заключение под стражу могло быть избрано в отношении истца лишь в связи с его обвинением в совершении преступления, предусмотренного пунктом «б» части 3 статьи 159 УК РФ. Применение данной меры пресечения по части 1 статьи 198 УК РФ было невозможно, поскольку наказание за совершение этого преступления не превышало двух лет лишения свободы. Следовательно, испытанные истцом физические и нравственные страдания ввиду нахождения его под стражей относятся исключительно к обвинению его в совершении преступления, уголовное преследование по которому впоследствии было прекращено по реабилитирующему основанию.

С учетом изложенных обстоятельств, исходя из характера причиненных истцу в ходе незаконного уголовного преследования физических и нравственных страданий, ориентируясь на требования разумности и справедливости, суд считает заявленную истцом сумму компенсации морального вреда завышенной и полагает возможным взыскать в пользу истца сумму компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковое заявление ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично. 

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей. 

В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Орловский областной суд через Советский районный суд г. Орла в течение месяца со дня изготовления судом мотивированного текста решения.

Судья А.В. Чуряев

Решение в мотивированном виде изготовлено 24 декабря 2019 г.