Дело № 2-411/2021

УИД 70RS0002-01-2021-000061-80

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 июля 2021 года Ленинский районный суд г. Томска в составе:

председательствующего судьи Родичевой Т.П., 

помощника судьи Ряковского Н.А., при секретаре Ильиной И.Н.,

с участием истца по первоначальному иску, ответчика по встречному иску ФИО1, представителя ФИО2, представителя ответчика по первоначальному иску, истца по встречному иску ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО4 о признании строения самовольной постройкой, сносе самовольной постройки, встречному исковому заявлению ФИО4 к ФИО1 об устранении реестровой ошибки, исключении сведений из ЕГРН, установлении границы земельного участка,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО4, в котором в окончательной редакции заявленных требований, с учетом отказа от иска в части, просит признать самовольной постройкой одноэтажное строение (баню, включающую котельную), расположенную на земельному участке по адресу: 

<

адрес обезличен>; обязать ответчика снести самовольную постройку – одноэтажное строение (баню, включающую котельную), расположенную на земельном участке по адресу: 

<

адрес обезличен>; взыскать с ответчика в свою пользу расходы на проведение экспертизы пожарной безопасности в размере 4000,00 руб.; расходы по уплате государственной пошлины в размере 600,00 руб.

В обоснование заявленных требований указано, что ФИО1 принадлежит земельный участок, площадью 984 кв.м., с кадастровым номером 

<

номер обезличен>, расположенный по адресу: 

<

адрес обезличен>. ФИО4 принадлежит соседний земельный участок, площадью 852 кв.м., с кадастровым номером 

<

номер обезличен>, расположенный по адресу: 

<

адрес обезличен>. Руководствуясь сведениями публичной кадастровой карты Томской области, ФИО1 полагает, что на ее земельном участке ФИО4 возведены строения: ограждение земельного участка (забор), одноэтажное строение (баня, включающая котельную), которые являются самовольными постройками и подлежат сносу. Самовольные постройки ограничивают права ФИО1 по владению, пользованию и распоряжению земельным участком. Баня (включающая котельную) примыкает вплотную к стене гаража ФИО1, что противоречит требованиям противопожарной безопасности, создает угрозу жизни и здоровью. ФИО4, сместив забор на своем земельном участке, самовольно захватил часть земельного участка ФИО1, при этом до смещения забора гараж ФИО1 находился на безопасном расстоянии от забора и построек соседей, что соответствовало градостроительном законодательству. Решить возникшие противоречия во внесудебном порядке не представилось возможным. 

ФИО4 обратился со встречным иском к ФИО1, в котором просит признать реестровой ошибкой и исключить из ЕГРН имеющиеся сведения в описании местоположения смежной границы земельных участков с кадастровым номером 

<

номер обезличен> по адресу: 

<

адрес обезличен>, и с кадастровым номером 

<

номер обезличен> по адресу: 

<

адрес обезличен>; исправить реестровую ошибку в описании местоположения смежной границы земельных участков с кадастровым номером 

<

номер обезличен> по адресу: 

<

адрес обезличен>, и с кадастровым номером 

<

номер обезличен> по адресу: 

<

адрес обезличен>, путем установления смежной границы между земельным участком с кадастровым номером 

<

номер обезличен> по адресу: 

<

адрес обезличен>, и земельным участком с кадастровым номером 

<

номер обезличен> по адресу: 

<

адрес обезличен>, и внесения в ЕГРН сведений о местоположении смежной границы по координатам характерных точек в системе координат, принятой для ведения ЕГРН (МСК-70): н1 – Х355625,82;У 4325579,96; н2 – Х355618,92;У 4325600,91; н3– Х355614,90;У 4325611,06, определенных в соответствии с заключением комиссии экспертов АНО «Томский центр экспертиз» № 4779-3309/21.

В обоснование встречных исковых требований указано, что доводы первоначального искового заявления о том, что на территории принадлежащего истцу земельного участка ответчиком возведены строения (забор и баня), которые являются самовольными постройками, опровергаются заключением судебной экспертизы. ФИО1 пользуется земельным участком ответчика площадью 15 кв.м., строение принадлежащее ФИО4 площадью 2 кв.м. по сведениям ЕГРН находится в границах земельного участка ФИО1 Смежная граница между земельными участками всегда проходила непосредственно по стене постройки на участке 

<

номер обезличен> и постройки на участке 

<

номер обезличен>, в связи с чем, неверно утверждать о захвате ФИО4 земельного участка ФИО1 Смежная граница (забор) установлен в 1997 году, возведение строений было согласовано собственниками смежных земельных участков. Собственником земельного участка по адресу: 

<

адрес обезличен>, не были осуществлены необходимые отступы от границы земельного участка, как при строительстве гаража (сарая), так и при строительстве жилого дома. Также ФИО1 не были осуществлены необходимые отступы от границ земельного участка при возведении фундамента на земельном участке 

<

номер обезличен>. Таким образом, доводы истца по первоначальному иску о нахождении забора и бани ответчика ФИО4 на земельном участке истца, самовольном захвате ответчиком земельного участка истца не подтверждены материалами дела. При разрешении исковых требований следует учитывать, что котельная не функционирует, жилой дом ответчика отапливается на электрической системе отопления, баня является объектом капитального строительства, построена из кирпича на фундаменте, строительство бани произведено в 1996 году. При удовлетворении исковых требований о сносе самовольной постройки будут нарушены принципы справедливости, соразмерности и разумности способа защиты допущенному нарушению. С учетом обращения истца в суд, убежденной позицией о нахождении забора и бани ответчика на земельном участке истца, нежеланием идти на контакт в согласовании смежной границы, ответчик полагает возможным вариантом исправления выявленной реестровой ошибки.

Истец по первоначальному иску, ответчик по встречному иску ФИО1 в судебном заседании первоначальное исковое заявление поддержала в полном объеме, настаивала на его удовлетворении, возражала против встречного искового заявления. Полагала, что с учетом расположения на земельном участке ответчика бани, имеется угроза пожара, возражала против установления противопожарной стены, как то предлагают эксперты. Факт наличия реестровой ошибки не оспаривала.

Представитель истца по первоначальному иску, ответчика по встречному иску ФИО1 – ФИО2, действующий на основании доверенности от 16.04.2021 сроком на 10 лет, позицию своего доверителя поддержал. Дополнительно пояснил, что баня ответчика создает угрозу пожара для истца. Согласно документам, баня является строящимся объектом, поэтому возможно ее перемещении вглубь территории земельного участка ответчика. Также существует опасность схода снега и воды с крыши бани на участок истца. Данное обстоятельство препятствует проведению реконструкции в доме истца. В случае отказа в требовании о сносе, следует обеспечить безопасность для истца. Полагал, что существует угроза нарушения прав истца даже с учетом выявления реестровой ошибки. Факт наличия реестровой ошибки не оспаривал.

Представитель ответчика по первоначальному иску, истца по встречному иску ФИО4 – ФИО3, действующая на основании доверенности от 08.02.2021 сроком на 5 лет, в судебном заседании возражала против первоначального искового заявления, настаивала на встречном исковом заявлении. Дополнительно пояснила, что опасения истца относительно пожара ничем не обоснованы. Пожар в котельной ФИО4 происходил задолго до того, как истец приобрела земельный участок. После пожара котел ответчиком не используется, при необходимости, его возможно демонтировать. При рассмотрении дела установлено наличие реестровой ошибки. Баня находится на границе земельного участка ФИО4, возводилась без отступа от соседнего участка с согласия собственника смежного участка Г. ФИО4 готов установить противопожарную стену, как то предлагает эксперт. 

Ответчик по первоначальному иску, истец по встречному иску ФИО4 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом.

Определив на основании ст. 167 ГПК РФ рассмотреть дело при данной явке, заслушав пояснения сторон, исследовав материалы дела, допросив экспертов, свидетелей, суд приходит к следующему.

Разрешая требования встречного иска суд исходит из следующего.

Статьей 11 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено право судебной защиты нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов. Защита гражданских прав осуществляется перечисленными в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации способами.

Согласно части 3 статьи 61 Федерального закона от 13 июля 2015 г. N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" воспроизведенная в Едином государственном реестре недвижимости ошибка, содержащаяся в межевом плане, техническом плане, карте-плане территории или акте обследования, возникшая вследствие ошибки, допущенной лицом, выполнившим кадастровые работы, или ошибка, содержащаяся в документах, направленных или представленных в орган регистрации прав иными лицами и (или) органами в порядке информационного взаимодействия, а также в ином порядке, установленном настоящим Федеральным законом (далее - реестровая ошибка), подлежит исправлению по решению государственного регистратора прав в течение пяти рабочих дней со дня получения документов, в том числе в порядке информационного взаимодействия, свидетельствующих о наличии реестровых ошибок и содержащих необходимые для их исправления сведения, либо на основании вступившего в законную силу решения суда об исправлении реестровой ошибки. Исправление реестровой ошибки осуществляется в случае, если такое исправление не влечет за собой прекращение, возникновение, переход зарегистрированного права на объект недвижимости.

В соответствии с частью 4 указанной статьи реестровая ошибка в сведениях подлежит исправлению на основании вступившего в законную силу решения суда об исправлении реестровой ошибки в случаях, если существуют основания полагать, что исправление реестровой ошибки может причинить вред или нарушить законные интересы правообладателей или третьих лиц, которые полагались на соответствующие записи, содержащиеся в Едином государственном реестре недвижимости.

В статье 14 Федерального закона от 13 июля 2015 г. N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" установлены основания для осуществления государственного кадастрового учета и (или) государственной регистрации прав (часть 2).

Такими документами-основаниями, предусмотренными названной выше статьей, помимо межевого плана, в частности, являются технический план или акт обследования, подготовленные в результате проведения кадастровых работ в установленном федеральным законом порядке, утвержденная в установленном федеральным законом порядке карта-план территории, подготовленная в результате выполнения комплексных кадастровых работ (пункт 7 части 2 названной выше статьи).

Кроме перечисленных выше документов такими документами-основаниями согласно пункту 5 части 2 этой же статьи также являются вступившие в законную силу судебные акты.

Таким образом, исправление реестровой ошибки производится, в том числе, по решению суда, а в предусмотренных законом случаях только по решению суда. При этом межевой план применительно к статьям 14, 61 Федерального закона от 13 июля 2015 г. N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости", не является исключительным средством доказывания по делам об исправлении реестровых ошибок.

Как разъяснено в пунктах 1 и 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении", решение является актом правосудия, окончательно разрешающим дело.

Исходя из приведенных выше положений статьи 61 Федерального закона от 13 июля 2015 г. N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" реестровая ошибка подлежит исправлению.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", иски об установлении границ земельного участка относятся к искам о правах на недвижимое имущество.

Иск об установлении границ земельного участка является самостоятельным способом защиты, направленным на устранение неопределенности в вопросе нахождения границы земельного участка и разрешении спора о принадлежности той или иной части земельного участка. При этом решение суда, которым установлены границы земельного участка, является основанием для изменения сведений о данном земельном участке в государственный кадастр недвижимости.

Поскольку в рамках заявленного требования об установлении границ земельного участка, подлежит установлению смежная граница между земельными участками, надлежащим ответчиком по такому иску является смежный землепользователь (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 13.04.2021 N 15-КГ21-1-К1).

В судебном заседании установлено, не оспаривалось сторонами, что земельный участок, площадью984 кв.м., с кадастровым номером 

<

номер обезличен>, расположенный по адресу: 

<

адрес обезличен> с 06.07.2020 принадлежит ФИО1, а ФИО4 с 14.04.1993 принадлежит соседний земельный участок, площадью 852 кв.м., с кадастровым номером 

<

номер обезличен>, расположенный по адресу: 

<

адрес обезличен>.

Указанные выше земельные участки являются смежными. Фактическая смежная граница между спорными земельными участками проходит на местности по стенам нежилых построек: гаража со стороны земельного участка ФИО1 и хозяйственной постройкой (баня с котельной) со стороны земельного участка ФИО4, а так же по металлическому ограждению.

По ходатайству представителя ответчика по первоначальному иску определением суда от 

<

дата обезличена> была назначена судебная комплексная строительно-техническая и землеустроительная экспертиза, в рамках которой перед экспертами были поставлены, в том числе, вопросы о наличии или отсутствии реестровой ошибки в местоположении земельных участков сторон.

Согласно заключению комиссии экспертов №4779-3309/21 от 23.04.2021, проведенной АНО «Томский центр экспертиз» фактическое местоположение границ земельного участка, кадастровый номер 

<

номер обезличен>, расположенного по адресу: 

<

адрес обезличен>, принадлежащего на праве собственности ФИО1 не соответствует сведениям правоустанавливающих документов и документов об образовании данного земельного участка. Граница по сведениям ЕГРН земельного участка с кадастровым номером 

<

номер обезличен> не соответствует фактическим границам данного земельного участка. Несоответствие выражается в изменении конфигурации границ и площади земельного участка (площадь земельного участка по правоустанавливающим документам – 983,5 кв.м, по факту – 1040 кв.м.). 

Фактическое местоположение границ земельного участка, кадастровый номер 

<

номер обезличен> расположенного по адресу: 

<

адрес обезличен> не соответствует сведениям правоустанавливающих документов и документов об образовании данного земельного участка. Граница по сведениям ЕГРН земельного участка с кадастровым номером 

<

номер обезличен> не соответствует фактическим границам данного земельного участка. Несоответствие выражается в изменении конфигурации границ и площади земельного участка. Границы земельного участка кадастровый номер 

<

номер обезличен>, расположенного по адресу: 

<

адрес обезличен> были утверждены постановлением №351-3 от 14.04.1993, площадь данного земельного участка в соответствии с правоустанавливающими документами, документами об образовании земельного участка составляет 611 кв.м, уточненная используемая площадь (согласно кадастрового паспорта земельного участка от 21.11.2008) – 852 кв.м., фактическая площадь данного земельного участка в настоящее время – 873 кв.м.

Эксперт отмечает, что в соответствии с графической частью правоустанавливающего документа на земельный участок с кадастровым номером 

<

номер обезличен> смежная граница между вышеуказанными земельными участками проходила непосредственно по стене навеса (строения на участке с кадастровым номером 

<

номер обезличен>) и строящегося объекта (строения на участке 

<

номер обезличен>).

Фактическая смежная граница между земельными участками с кадастровыми номерами 

<

номер обезличен> и 

<

номер обезличен> проходит на местности по стенам нежилых построек, по металлическому ограждению (забору). Существующее на местности ограждение расположено в границах по сведениям ЕГРН земельного участка с кадастровым номером 

<

номер обезличен> 

Установлены координаты характерных точек смежной границы: н1 – Х 355625,82; У 4325579,96; н2 – Х 355618,92; У 4325600,91; н3 – Х 355614,90; У 4325611,06.

Эксперт так же отметил, что в случае если с момента отвода участка и работ по межеванию до производства настоящей экспертизы местоположение строений по смежной границе оставалось неизменным, то координаты при проведения межевания (по данной части границы) были определены с ошибкой.

Допрошенная в ходе выездного судебного заседания эксперт Ж.И.В. данные выводы подтвердила.

По смыслу положений ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение судебной экспертизы является одним из самых важных видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования. Тем не менее, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта не может пренебрегать иными добытыми по делу доказательствами, в связи с чем законодателем в ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации закреплено правило о том, что ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а в положениях ч. 3 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации отмечено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается наряду с другими доказательствами.

При таком положении суд может отвергнуть заключение экспертизы в том случае, если это заключение явно находится в противоречии с остальными доказательствами по делу, которые бы каждое в отдельности и все они в своей совокупности бесспорно подтверждали бы наличие обстоятельств, не установленных экспертным заключением, противоречащих ему.

Таким образом, заключения судебной экспертизы оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Оценивая представленное в материалах дела заключение экспертов АНО "Томский центр экспертиз" от 23.04.2021 №4779-3309/21, суд находит его достоверным и допустимым доказательством по делу, соответствующим требованиям ст.86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 25 Федерального закона от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», поскольку выводы заключения являются достоверными, мотивированными и подтверждаются материалами дела, в заключении приведены методики исследования, квалификация специалистов подтверждена сертификатами соответствия. Кроме того, эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, о чем была отобрана подписка.

Вопреки положениям ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, доказательств, опровергающих выводы экспертов, не представлено, заключение экспертов под сомнение сторонами не ставилось.

Допрошенная в судебном заседании свидетель Г.Г.Е. показала, что гдето с 1990 года сначала её (свидетеля) дочь, а затем она были собственниками земельного участка, с кадастровым номером 

<

номер обезличен>, примерно в 1995 году её (свидетеля) муж и их сосед ФИО4 на меже между их участками совместно возводили кирпичную стену, которая в настоящее время находится на том же месте. ФИО4 со своей стороны построил баню, а они построили навес и гараж. С того времени баня А-вых не перестраивалась и не переносилась. Забор по меже изначально был деревянный, затем ФИО4 поменял его на металлический, но стоит он на том же месте и что деревянный.

Свидетель П.Н.Ф. показала, что проживает по 

<

адрес обезличен> в г. Томске с 1977 года. Она была свидетелем того, как в начале девяностых годов её соседи Г. и А-вы возводили на меже между своими участками кирпичную стену, позже ФИО4 со своей стороны построил баню. Забор между участками стоял деревянный, затем ФИО4 его поменял на металлический, местоположение забора изменено не было, баня так же не перестраивалась и стоит на том же месте. 

Доказательств обратного материалы дела не содержат, ФИО1 приобрела данный земельный участок в 2020 году в тех границах, которые имеются на момент рассмотрения дела.

Пунктом 10 ст. 22 ФЗ от 13.07.2015 N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" определено, что при уточнении границ земельного участка их местоположение определяется исходя из сведений, содержащихся в документе, подтверждающем право на земельный участок, или при отсутствии такого документа исходя из сведений, содержащихся в документах, определявших местоположение границ земельного участка при его образовании. В случае отсутствия в документах сведений о местоположении границ земельного участка его границами считаются границы, существующие на местности пятнадцать лет и более и закрепленные с использованием природных объектов или объектов искусственного происхождения, позволяющих определить местоположение границ земельного участка.

Учитывая, что забор и кирпичная стена возведены на меже земельных участков сторон в начале девяностых годов, на протяжении всего времени не переносились, то есть существуют на местности более 15 лет, в соответствии с графической частью правоустанавливающего документа (постановления Мэрии города Томска №166-з от 13.02.1997) на земельный участок с кадастровым номером 

<

номер обезличен> смежная граница с земельным участком с кадастровым номером 

<

номер обезличен> проходила непосредственно по стене навеса и строящегося объекта (бани), суд приходит к выводу о том, что координаты при проведения межевания по данной части границы были определены с ошибкой, при этом довод истца по первоначальному иску о нахождении части строения А-вых (бани) на земельном участке истца, поскольку так указано на публичной карте, подлежит отклонению.

Поскольку экспертами определены координаты имеющейся смежной границы по стене и установленному забору, то требование встречного иска о признании реестровой ошибкой, об исключении из Единого государственного реестра недвижимости сведения о местоположении смежной границы земельных участков, расположенных по адресам: 

<

адрес обезличен> кадастровый номер 

<

номер обезличен>, 

<

адрес обезличен> кадастровый номер 

<

номер обезличен> и установлении местоположение смежной границы земельных участков, расположенных по адресам: 

<

адрес обезличен> кадастровый номер 

<

номер обезличен>, 

<

адрес обезличен> кадастровый номер 

<

номер обезличен> по координатам характерных точек: н1 – Х 355625,82; У 4325579,96; н2 – Х 355618,92; У 4325600,91; н3 – Х 355614,90; У 4325611,06 (как то определили эксперты) подлежат удовлетворению.

Разрешая требования первоначального иска, суд исходит из следующего.

В соответствии со ст. ст. 10, 12 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Защита гражданских прав осуществляется путем: признания права; восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, иными способами, предусмотренными законом.

В силу п. 4 ст. 212 ГК РФ права всех собственников защищаются равным образом.

В силу пункта 1 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные или созданные без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если разрешенное использование земельного участка, требование о получении соответствующих согласований, разрешений и (или) указанные градостроительные и строительные нормы и правила установлены на дату начала возведения или создания самовольной постройки и являются действующими на дату выявления самовольной постройки.

Самовольная постройка подлежит сносу или приведению в соответствие с параметрами, установленными правилами землепользования и застройки, документацией по планировке территории, или обязательными требованиями к параметрам постройки, предусмотренными законом (далее - установленные требования), осуществившим ее лицом либо за его счет, а при отсутствии сведений о нем лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, на котором возведена или создана самовольная постройка, или лицом, которому такой земельный участок, находящийся в государственной или муниципальной собственности, предоставлен во временное владение и пользование, либо за счет соответствующего лица, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 3 указанной статьи, и случаев, если снос самовольной постройки или ее приведение в соответствие с установленными требованиями осуществляется в соответствии с законом органом местного самоуправления (абзац второй пункта 2 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Положениями приведенной нормы права закреплены признаки самовольной постройки, к числу которых относятся, в частности, возведение строения на земельном участке, не отведенном для этих целей в порядке, установленном законом; создание строения без получения на это необходимых разрешений; возведение постройки с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил.

Исходя из указанных положений закона и разъяснений Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", необходимо устанавливать юридически значимые обстоятельства, касающиеся наличия или отсутствия нарушений сохранением самовольной постройки прав и охраняемых законом интересов других лиц, соблюдения установленных градостроительных, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил и нормативов.

Наличие допущенных при возведении самовольной постройки нарушений градостроительных и строительных норм и правил является основанием для отказа в удовлетворении иска о признании права собственности на самовольную постройку либо основанием для удовлетворения требования о ее сносе при установлении существенности и неустранимости указанных нарушений.

Существенность нарушений градостроительных и строительных норм и правил устанавливается судами на основании совокупности доказательств применительно к особенностям конкретного дела.

К существенным нарушениям строительных норм и правил относятся, в том числе, такие неустранимые нарушения, которые могут повлечь уничтожение постройки, причинение вреда жизни, здоровью человека, повреждение или уничтожение имущества других лиц. При оценке значимости допущенных нарушений при возведении самовольных построек принимаются во внимание и положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации о недопустимости действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, или злоупотребление правом в других формах, а также соразмерность избранному способу защиты гражданских прав.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно отмечал, что указанная в статье 222 ГК Российской Федерации санкция применяется с учетом характера допущенных нарушений, а сама статья направлена на защиту прав граждан, а также на обеспечение баланса публичных и частных интересов и тем самым на реализацию статей 17 (часть 3) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации (определения от 29 января 2015 года N 101-О, от 24 марта 2015 года N 658-О, от 27 сентября 2016 года N 1748-О и др.).

При этом Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 28 марта 2017 года N 609-О указал, что положения статьи 222 ГК Российской Федерации, предусматривают необходимые правовые механизмы для защиты имущественных интересов лиц, которые при создании объектов недвижимости не выходили за рамки незначительных формальных нарушений, не влияющих на права третьих лиц и не создающих угрозу для жизни и здоровья граждан.

Согласно ч. 1 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Владение, пользование и распоряжение землей и другими природными ресурсами в той мере, в какой их оборот допускается законом (ст. 129), осуществляются их собственником свободно, если это не наносит ущерба окружающей среде и не нарушает прав и законных интересов других лиц. 

Пунктом 17 ст.51 ГрК РФ установлено, что выдача разрешения на строительство не требуется в случае строительства на земельном участке строений и сооружений вспомогательного использования, строительства гаража на земельном участке, предоставленном физическому лицу для целей, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, или строительства на земельном участке, предоставленном для ведения садоводства, дачного хозяйства; строительства, реконструкции объектов, не являющихся объектами капитального строительства (киосков, навесов и других).

Обращаясь с требованием о признании самовольными строениями бани (с котельной) и их сносе ФИО1, указала, что баня (включающая котельную) примыкает вплотную к стене гаража, что противоречит требованиям противопожарной безопасности, создает угрозу жизни и здоровью.

Стороны в судебном заседании не оспаривали, что баня (включая котельную) вплотную примыкает к кирпичной стене гаража (навеса) ФИО1

Согласно заключению комиссии экспертов №4779-3309/21 от 23.04.2021, проведенной АНО «Томский центр экспертиз» на земельном участке с кадастровым номером 

<

номер обезличен> расположено одноэтажное строение, включающее в себя баню, котельную и подсобное помещение, стены выполнены из силикатного кирпича, в котельной установлен твердотопливный котел заводского исполнения, из помещения котельной так же осуществляется топка печи-каменки, установленной в парной бани. Баня и котельная возведены на сборном ленточном фундаменте, является объектом капитального строительства. 

Эксперт делает вывод о том, что строение (баня, включающая котельную), расположенное на земельном участке, по адресу: 

<

адрес обезличен> нарушает требование норм и правил пожарной безопасности, так как противопожарное расстояние от исследуемого строения до жилого дома, расположенного на земельном участке с кадастровым номером 

<

номер обезличен> по адресу 

<

адрес обезличен> не соответствует требованиям п.4.13 таблице 1 СП 4.13130.2013, поскольку расстояние от стены хозяйственной постройки до веранды жилого помещения составляет 2,97 м. Однако выявленное нарушение является устранимым, для чего возможно выполнение стены постройки (бани, включающую котельную) противопожарной, отвечающей требованиям СП 2.13130.2020 к противопожарным стенам 1-го типа.

Таким образом, представленными в дело доказательствами установлено нарушение возведенной ответчиком ФИО4 баней (с котельной) требований пожарной безопасности в части несоблюдения нормативно установленного противопожарного расстояния от бани (с котельной) ответчика до жилого дома, расположенного на земельном участке истца по адресу:

<

адрес обезличен>.

При этом довод представителя ФИО3 о том, что котел в котельной ФИО4 не используется, правового значения не имеет, поскольку в котельной используется печь для топки бани.

Поскольку материалами дела достоверно подтверждено, что ФИО4 возвел хозяйственную постройку (баню с котельной) с нарушением требований пожарной безопасности, то, руководствуясь положениями ст. 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, закрепляющей понятие самовольной постройки, суд приходит к выводу о необходимости признания данного объекта самовольной постройкой. 

Исходя из конституционно-правовых принципов справедливости, разумности и соразмерности, избранный истцом способ защиты должен соответствовать характеру и степени допущенного нарушения его прав или законных интересов.

Поскольку снос объекта самовольного строительства является крайней мерой гражданско-правовой ответственности, а устранение последствий нарушений должно быть соразмерно самому нарушению, не создавать дисбаланса между публичным и частным интересом, приводящего к нарушению устойчивости хозяйственного оборота и причинению несоразмерных убытков, то несоблюдение противопожарного расстояния, как единственное основание для сноса спорной постройки, не может бесспорно свидетельствовать о невозможности сохранения самовольной постройки.

Согласно заключению судебной экспертизы возможно устранить допущенные ответчиком при строительстве объектов капитального строительства нарушений путем применения противопожарных преград - устройства противопожарной стены, отвечающей требованиям СП 2.13130.2012 к противопожарным стенам 1-го типа.

Приказом МЧС России от 12.03.2020 № 151 признан утратившим силу СП 2.13130.2012 с момента введения в действие свода правил СП 2.13130.2020 «Системы противопожарной защиты. Обеспечение огнестойкости объектов защиты», также предусматривающего требования к противопожарным стенам 1-го типа.

Разрешая требования о сносе хозяйственной постройки (бани с котельной), суд исходит из следующего.

Как установлено при рассмотрении дела разрешение на строительство указанного объекта не требовалось, баня (с котельной) располагается в границах земельного участка, принадлежащего ответчику.

Принимая во внимание, что нарушение прав истца подтверждается исключительно несоблюдением противопожарного расстояния от бани, расположенной на земельном участке по адресу:

<

адрес обезличен>, до жилого дома, расположенного на земельном участке по адресу:

<

адрес обезличен>, которое согласно заключению судебной экспертизы возможно устранить без сноса объекта строительства, хозяйственная постройка (баня с котельной) находится в границах земельного участка ФИО4, то суд с учетом наличия технической возможности восстановления нарушенного права без несоразмерного ущерба имуществу ответчика полагает, что отсутствуют предусмотренные законом основания для сноса бани (с котельной).

Вместе с тем, суд приходит к выводу о наличии оснований для устранения нарушения прав истца путем приведения ответчиком бани (с котельной) в соответствие с предусмотренными законом обязательными требованиями, а именно устранить нарушение нормативного требования по противопожарному расстоянию путем применения противопожарных преград, предусмотренных статьей 37 Федерального закона от 22.07.2008 №123-ФЗ «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности» в соответствии с выводами судебной экспертизы АНО "Томский центр экспертиз" №4779-3309/21 от 23.04.2021, а именно путем устройства противопожарной стены 1-го типа.

Доказательства возможности устранения данного нарушения иным способом, кроме указанного в заключении экспертов (путем устройства противопожарной стены), в материалах дела отсутствуют.

Довод представителя ответчика ФИО4 о том, что в настоящее время не предъявляются требования к противопожарным расстояниям между жилыми, общественными зданиями и вспомогательными зданиями, расположенными на соседнем земельном участке, основан на неверном толковании норм права.

Согласно ч. 2 ст. 206 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если указанные действия могут быть совершены только ответчиком, суд устанавливает в решении срок, в течение которого решение суда должно быть исполнено.

С учетом положений абз. 4 п. 4 ст. 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, ч. 2 ст. 206 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также характера самовольных построек, суд считает необходимым установить срок для исполнения решения - шесть месяцев с момента вступления решения суда в законную силу.

Разрешая ходатайство ФИО1 о взыскании с ответчика расходов на проведение экспертизы пожарной безопасности в размере 4000,00 руб.; расходы по уплате государственной пошлины в размере 600,00 руб. суд исходит из следующего. 

Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе суммы, подлежащие выплате экспертам; другие признанные судом необходимыми расходы (ст. 94 ГПК РФ). 

В соответствии с частью 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 3 п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек не подлежат применению при разрешении иска имущественного характера, не подлежащего оценке (например, о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения). 

Вместе с тем, при разрешении вопроса о распределении судебных расходов по такой категории дел необходимо исходить из объема (количества) исковых требований, которые были заявлены при рассмотрении дела по существу, какие были удовлетворены, а в каких отказано.

Принимая во внимание удовлетворение исковых требований ФИО1 к ФИО4, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 600,00 руб. (за удовлетворение двух требований неимущественного характера), уплата которой подтверждается чеком от 27.11.2020 на сумму 300,00 руб., чеком от 21.12.2020 на сумму 300,00 руб.

В силу п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Учитывая изложенное, суд не находит оснований для взыскания с ФИО4 расходов за подготовку заключения на технические решения по обеспечению пожарной безопасности, от 24.07.2020, подготовленную ООО «БАРС» в размере 4000 руб., поскольку заключение подготовлено в отношении жилого дома истца, в иске, в обосновании требований, ФИО1 на данное заключение не ссылается, а потому истцом ФИО1 не доказана связь между понесенными издержками за подготовку заключения и настоящим делом.

Поскольку требования встречного иска удовлетворены, то с ответчика ФИО1 в пользу истца ФИО4 так же подлежат расходы по уплате государственной пошлины в размере 600 руб., оплата которой подтверждается чек - ордером от 14.05.2021 на указанную сумму.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

исковое заявление ФИО1 к ФИО4 о признании строения самовольной постройкой, сносе самовольной постройки удовлетворить частично.

Признать хозяйственную постройку (баню с котельной), расположенную по адресу 

<

адрес обезличен> самовольной постройкой.

Возложить обязанность на ФИО4 привести самовольную постройку – баню с котельной, расположенную на земельном участке по адресу:

<

адрес обезличен>, в соответствие с предусмотренными законом обязательными требованиями, а именно устранить нарушение нормативного требования по противопожарному расстоянию путем применения противопожарной преграды – устройство противопожарной стены 1-го типа, установив срок для приведения самовольной постройки в соответствии с установленными требованиями шесть месяцев с момента вступления решения суда в законную силу.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 расходы по уплате государственной пошлины в размере 600,00 руб. 

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Встречное исковое заявление ФИО4 к ФИО1 об устранении реестровой ошибки, исключении сведений из ЕГРН, установлении границы земельного участка удовлетворить.

Признать реестровой ошибкой и исключить из Единого государственного реестра недвижимости сведения о местоположении смежной границы земельных участков, расположенных по адресам: 

<

адрес обезличен> кадастровый номер 

<

номер обезличен>, 

<

адрес обезличен> кадастровый номер 

<

номер обезличен>

Установить местоположение смежной границы земельных участков, расположенных по адресам: 

<

адрес обезличен> кадастровый номер 

<

номер обезличен>, 

<

адрес обезличен> кадастровый номер 

<

номер обезличен> по координатам характерных точек: н1 – Х355625,82;У 4325579,96; н2 – Х355618,92;У 4325600,91; н3– Х355614,90;У 4325611,06.

Решение суда является основанием для внесения сведений в Единый государственный реестр недвижимости.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО4 судебные расходы – оплата государственной пошлины в сумме 600 руб.

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд г. Томска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий: Т.П. Родичева

Мотивированный текст решения суда изготовлен 04 августа 2021 г.