БЕЛГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

УИД 31RS0016-01-2025-006403-72 33-513/2026

(№ 2-3914/2025)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Белгород 29 января 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Белгородского областного суда в составе:

председательствующего Стефановской Л.Н.,

судей Фокина А.Н. и Пашковой Е.О.,

при секретаре судебного заседания Сукач А.Н.,

с участием прокурора Кирилловой М.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 в интересах недееспособной ФИО2 к ФИО3 о взыскании денежных средств по договорам цессии

по апелляционной жалобе ФИО1 в интересах недееспособной ФИО2 на решение Октябрьского районного суда г. Белгорода от 21.10.2025.

Заслушав доклад судьи Фокина А.Н., объяснения представителей истца ФИО4 и ФИО5, представителя ответчика ФИО6, представителя третьего лица ФИО7, судебная коллегия

установила:

Решением Свердловского районного суда г. Белгорода от 29.04.2019 ФИО2, 

<

данные изъяты>, признана недееспособной.

Распоряжением Управления социальной защиты населения администрации города Белгорода от 15.12.2021 новым опекуном ФИО2 назначен ФИО1

ФИО1 в интересах недееспособной ФИО2 обратился в суд с иском, в котором просил взыскать с ФИО3 задолженность по оплате договора цессии от 28.02.2017 в размере 16580000 рублей, а также задолженность по оплате договора цессии от 30.04.2017 в размере 2811048,85 рублей.

В обоснование иска указал, что предметом договоров цессии были требования к ООО «Подстанция Белгород-2» о возврате займов, что факт заключения между ФИО2 и ФИО3 договора цессии от 28.02.2017 на сумму 16580000 рублей и договора цессии от 30.04.2017 на сумму 2811048,85 рублей подтвержден в судебных актах по делу №, что 06.06.2025 ответчику направлена претензия с требованием произвести оплату по договорам цессии за уступленные права, что обязанность по оплате данных сумм ответчик не исполнил.

В суде первой инстанции представитель ответчика с иском не согласился. Заявил о применении исковой давности. Указал на недобросовестное поведение истца.

Решением Октябрьского районного суда г. Белгорода от 21.10.2025 в удовлетворении иска отказано.

В апелляционной жалобе с дополнениями истец просит решение отменить и принять по делу новое решение, удовлетворив иск. Частично излагает доводы, приводимые в исковом заявлении. Считает, что судом неправильно применены правовые нормы, а выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Выражает несогласие с выводами суда о своем противоречивом поведении и об истечении срока исковой давности. Указывает, что определенность относительно заключения договоров цессии появилась лишь 21.11.2024, что срок исковой давности начал течь не ранее даты направления претензии, то есть не ранее 05.06.2025.

В отзыве и возражениях ответчик и третье лицо считают жалобу необоснованной.

В суде апелляционной инстанции представители истца жалобу поддержали.

Представитель ответчика и представитель третьего лица просили жалобу отклонить.

Прокурор дал заключение о необоснованности жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, будучи извещенными надлежащим образом, в судебное заседание не явились.

Проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия считает решение суда подлежащим оставлению без изменения, а жалобу не подлежащей удовлетворению.

Разрешая спор, суд первой инстанции установил, что 28.02.2017 и 30.04.2017 ИП ФИО2 в качестве цедента и ИП ФИО3 в качестве цессионария заключили с участием ООО «Подстанция Белгород-2» в качестве должника заключены два договора цессии.

По условия договора цессии от 28.02.2017 его предметом является уступка прав (требований) займодавца по договору займа №, цена уступаемых прав составляет 16580000 рублей.

По условия договора цессии от 28.02.2017 его предметом является уступка прав (требований) займодавца по договору займа №, цена уступаемых прав составляет 2811048,85 рублей.

Делая выводы о заключении договоров цессии и о предусмотренных ими условиях, суд исходил из процессуальных позиций сторон по настоящему делу и из судебных актов, состоявшихся ранее по другому гражданскому делу с участием тех лиц.

Так, вступившим решением Свердловского районного суда г. Белгорода от 30.07.2024 по делу №, оставленным без изменения апелляционным определением Белгородского областного суда от 21.11.2024, разрешен спор по искуФИО1 в интересах недееспособной ФИО2 к ООО «Подстанция Белгород-2» о взыскании задолженности по договорам займов № и №.

В вышеназванном деле суд первой инстанции, приняв во внимание поведение сторон, уклонившихся от представления договоров займа, исходя из недоказанности перечисления денежных средств на условиях возвратности или возмездности, а также встречного предоставления, посчитав, что как платежные поручения, так и договоры цессии не являются достаточным доказательством, подтверждающим реальное заключение между сторонами договоров займа с намерением их исполнить, в удовлетворении иска отказал.

В апелляционном определении от 21.11.2024 Белгородский областной суд с согласился выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения иска. Доводы апелляционной жалобы истца, в том числе о доказанности заключения договоров займов и о фальсификации договоров цессии, были отклонены. При этом суд апелляционной инстанции исходил из факта заключения между ИП ФИО2 и ИП ФИО3 договоров цессии от 28.02.2017 и договора цессии от 30.04.2017.

Определением Первого кассационного суда общей юрисдикции от 26.03.2025 решение Свердловского районного суда г. Белгорода от 30.07.2024 и апелляционное определение Белгородского областного суда от 21.11.2024 оставлены без изменения, кассационная жалоба ФИО1 - без удовлетворения.

Отказывая в удовлетворении иска ФИО1 в интересах недееспособной ФИО2 по настоящему делу, суд первой инстанции исходил из пропуска истцом срока исковой давности.

Судебная коллегия с данными выводом соглашается, поскольку он соответствует обстоятельствам дела, сделан в результате правильной оценки доказательств и не противоречит действующему законодательству.

В силу п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно п. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 ГК РФ.

Статьей 200 ГК РФ предусмотрено, что если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 1). По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения. По обязательствам, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, срок исковой давности начинает течь со дня предъявления кредитором требования об исполнении обязательства, а если должнику предоставляется срок для исполнения такого требования, исчисление срока исковой давности начинается по окончании срока, предоставляемого для исполнения такого требования. При этом срок исковой давности во всяком случае не может превышать десять лет со дня возникновения обязательства (п. 2).

Согласно ст. 314 ГК РФ, если обязательство предусматривает или позволяет определить день его исполнения либо период, в течение которого оно должно быть исполнено, обязательство подлежит исполнению в этот день или соответственно в любой момент в пределах такого периода (п. 1). В случаях, когда обязательство не предусматривает срок его исполнения и не содержит условия, позволяющие определить этот срок, обязательство должно быть исполнено в течение семи дней со дня предъявления кредитором требования о его исполнении, если обязанность исполнения в другой срок не предусмотрена законом, иными правовыми актами, условиями обязательства или не вытекает из обычаев либо существа обязательства (п. 2).

Как правильно указал суд первой инстанции, в соответствии с п. 4 ст. 454 ГК РФ положения параграфа 1 главы 30 ГК РФ о купле-продаже применяются к продаже имущественных прав, если иное не вытекает из содержания или характера этих прав.

В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 ГК РФ о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» разъяснено, что договор между цедентом и цессионарием, на основании которого производится уступка может являться договором, предусмотренным законом или иными правовыми актами, смешанным договором или договором, который не предусмотрен законом или иными правовыми актами. Например, уступка требования может производиться на основании предусмотренных ГК РФ договора продажи имущественного права (п. 4 ст. 454 ГК РФ) или договора дарения (п. 1 ст. 572 ГК РФ). В таком случае следует учитывать правила гражданского законодательства об отдельных видах договоров.

Согласно п. 1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии со ст. 486 ГК РФ покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено ГК РФ, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства (п. 1). Если договором купли-продажи не предусмотрена рассрочка оплаты товара, покупатель обязан уплатить продавцу цену переданного товара полностью (п. 2).

В силу п. 1 ст. 488 и п. 1 ст. 489 ГК РФ для того, чтобы считать товар проданным в кредит, то есть когда оплата осуществляется через время после его передачи покупателю, либо проданным в рассрочку, это должно быть предусмотрено договором купли-продажи.

По общему правилу, установленному п. 2 ст. 389.1 ГК РФ, требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное.

Договорами цессии между ИП ФИО2 и ИП ФИО3 от 28.02.2017 и от 30.04.2017 иной момент перехода уступаемых требований не предусмотрен.

При этом в них прямо указано, что цедент передает, а цессионарий принимает права (требования), принадлежащие цеденту и вытекающие из сделок с должником (п. 1.1); при подписании цедент передает цессионарию документы, удостоверяющие уступаемые по договору права, подтверждающие задолженность ООО «Подстанция Белгород-2» (п. 2.1).

Иной момент для оплаты переданных прав (требований), нежели это предусмотрено п. 1 ст. 486 ГК РФ, то есть непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, договорами не предусмотрен. Отсутствует в договорах цессии и условия о продаже прав (требований) в кредит или рассрочку.

В силу изложенного суд первой инстанции правильно посчитал, что уступаемые по договору цессии права были переданы ФИО3 в момент заключения (подписания) каждого из них, что в этой связи обязанность оплатить денежные средства за уступаемые права возникла у ответчика с 28.02.2017 и с 30.04.2017, вследствие чего с этих дат ФИО2 изначально должна была знать о нарушении права ввиду отсутствия оплаты со стороны цессионария.

Приняв во внимание разъяснения, данные в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», суд верно исходил из того, что ФИО1, являющемуся внуком ФИО2, признанной недееспособной судебным решением от 29.04.2019, и назначенному её опекуном 15.12.2021, о заключении подопечной 28.02.2017 и 30.04.2017 с ИП ФИО3 договоров цессии стало известно еще в феврале 2022 года, после получения на свое требование об уплате долга ответа от ООО «Подстанция Белгород-2» с приложением таковых.

Поскольку рассматриваемый иск был подан 25.06.2025, то есть более через 3 года после очевидной осведомленности ФИО1, как опекуна, о нарушении права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, суд обоснованно пришел к выводу о пропуске истцом срока исковой давности и отказал в удовлетворении иска.

Доводы апелляционной жалобы об обратном отклоняются.

Мнение ответчика, о том, что срок исковой давности следует исчислять не ранее, чем с момента направления претензии с требованием об уплате долга (не ранее 05.06.2025), ошибочно, поскольку противоречит положениям п. 1 ст. 196, ст. 200, п. 2 ст. 389.1, п. 4 ст. 454, ст. 486 ГК РФ.

Ссылки на появление у него определенности относительно заключения договоров цессии лишь 21.11.2024 неубедительны. Предъявление им по собственному усмотрению ранее иска к ООО «Подстанция Белгород-2» несмотря на осведомленность о заключении договоров цессии не влияет на течение срока исковой давности по требованиям, заявленным к ФИО3 При этом суд первой инстанции не без оснований обратил внимание на противоречивую процессуальную позицию истца при обращениях в суд.

Наличие в решении вывода о противоречивом поведении истца, который в данном случае не может являться единственным и самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска, не влечет отмену судебного акта, по существу являющегося правильным.

Приводимые в апелляционной жалобе доводы несостоятельны. Оснований для выхода за пределы доводов апелляционной жалобы, что в силу ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ не может быть произвольным, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь ст. 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

Решение Октябрьского районного суда г. Белгорода от 21.10.2025по делу по иску ФИО1 в интересах недееспособной ФИО2 (СНИЛС №) к ФИО3 (ИНН №) о взыскании денежных средств по договорам цессии оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 10.02.2026

Председательствующий

Судьи