АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

14 марта 2025 года г. Симферополь

Верховный Суд Республики Крым в составе:

председательствующего судьи Редько Г.В.,

при секретаре Пискун О.В., 

с участием прокурора Туробовой А.С., 

обвиняемого ФИО1 и его защитника – адвоката Давлада О.С.

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу защитника обвиняемого ФИО1 - адвоката Гафарова Т.Р. на постановление Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым от 05 марта 2025 года, которым в отношении 

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> Республики Крым Украины, гражданина Российской Федерации, не женатого, имеющего полное среднее образование, официально не трудоустроенного, военнообязанного, зарегистрированного и проживающего по адресу: 

<

адрес>, ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 205.2, ч. 2 ст. 280 УК РФ,

продлен срок содержания под стражей на 03 месяца 00 суток, а всего до 05 месяцев 00 суток, то есть до ДД.ММ.ГГГГ.

Проверив представленные материалы, заслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

14 января 2025 года следственным отделом УФСБ России по Республике Крым и г. Севастополю возбуждены уголовные дела в отношении ФИО1 № по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 280 УК РФ, № по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 205.2 УК РФ.

В этот же день уголовные дела №№ и № соединены руководителем следственного органа - заместителем начальника следственного отдела УФСБ России по Республике Крым и г. Севастополю в одном производстве, соединенному уголовному делу присвоен №.

22 января 2025 года следственным отделом УФСБ России по Республике Крым и г. Севастополю в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 280 УК РФ.

В этот же день уголовные дела №№ и № соединены руководителем следственного органа - заместителем начальника следственного отдела УФСБ России по Республике Крым и г. Севастополю в одном производстве, соединенному уголовному делу присвоен №.

29 января 2025 года следственным отделом УФСБ России по Республике Крым и г. Севастополю возбуждено уголовное дело № в отношении ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст. 280 УК РФ.

29 января 2025 года следственным отделом УФСБ России по Республике Крым и г. Севастополю в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 205.2 УК РФ. В этот же день уголовные дела №№ №, № и № соединены руководителем следственного органа - заместителем начальника следственного отдела УФСБ России по Республике Крым и г. Севастополю в одном производстве, соединенному уголовному делу присвоен №.

26 февраля 2025 года следственным отделом УФСБ России по Республике Крым и городу Севастополю возбуждено уголовное дело № в отношении ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 280 УК РФ.

В этот же день уголовные дела №№ и № соединены руководителем следственного органа - заместителем начальника следственного отдела УФСБ России по Республике Крым и г. Севастополю в одном производстве, соединенному уголовному делу присвоен №. 

14 января 2025 года в 21 час 30 минут ФИО1 задержан в порядке, предусмотренном ст.ст. 91, 92 УПК РФ.

15 января 2025 года ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч.2 ст.205.2, ч.2 ст.280 УК РФ.

16 января 2025 года постановлением Киевского районного суда г.Симферополя Республики Крым в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на 02 месяца 00 суток, то есть до 14 марта 2025 года.

03 марта 2025 года руководителем следственного органа – заместителем начальником СО УФСБ России по Республике Крым и г. Севастополю срок предварительного следствия продлен на 03 месяца 00 суток, а всего до 05 месяцев 00 суток, то есть до 14 июня 2025 года.

Старший следователь – криминалист СО УФСБ России по Республике Крым и г. Севастополю ФИО5, с согласия руководителя следственного органа, обратился в суд с ходатайствами о продлении срока содержания под стражей ФИО1 на 03 месяца 00 суток, а всего до 05 месяцев 00 суток, то есть до 14 июня 2025 года. 

Постановлением Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым от 05 марта 2025 года обвиняемому ФИО1 продлен срок содержания под стражей на 03 месяца 00 суток, а всего до 05 месяцев 00 суток, то есть до 14 июня 2025 года.

В апелляционной жалобе защитник обвиняемого ФИО1 - адвокат Гафаров Т.Р. просит постановление суда отменить, как незаконное и необоснованное, избрать в отношении ФИО1 более мягкую меру пресечения в виде домашнего ареста по адресу 

<

адрес>.

Утверждает, что ни ходатайство следователя, ни постановление суда не содержит сведений о том, что ФИО1 имеет намерение скрыться от следствия либо суда.

Защитник обращает внимание, что ФИО1 на сегодняшний день вина в инкриминируемом ему преступлении признана в полном объеме, даны полные и исчерпывающие показания; он положительно характеризуется по месту проживания, а также по месту учебы активно участвует в жизни дома и двора; имеет проблемы со здоровьем, в частности заболевание почек.

Указывает, что на иждивении у ФИО1 находится отец ФИО2 инвалид третьей группы по зрению, имеющий дополнительные хронические заболевания; мать ФИО3, страдающая рядом хронических заболеваний.

Кроме того, апеллянт отмечает, что при консультации у психолога у него было диагностировано: истощаемость темпа психической активности; клинически выраженная тревога. Согласно заключению врача ему рекомендовано: консультация врача-психиатора/психотерапевта; консультация мед. Психолога (краткосрочная когнитивно-поведенческая психотерапия); контроль активности и отдыха

Апеллянт полагает, что доводы суда о наличии рисков, предусмотренных ст.97 УПК РФ, являются необоснованными.

Считает, что судом не учтено, что ФИО1 живет вместе с семьей, имеет крепкие социальные связи, что значительно снижает риск побега.

Утверждает, что судом не исследован вопрос относительно того, есть ли у обвиняемого родственники либо близкие лица за рубежом; каково было предыдущее поведение обвиняемого, при том, что ФИО1 ранее к уголовной ответственности не привлекался, при задержании сопротивления не оказывал, сбежать не пытался; есть ли иные факты, свидетельствующие о подготовке обвиняемым побега. Отмечает, что данных, свидетельствующих о подготовке обвиняемым побега не установлено.

Обращает внимание, что безосновательное вменение возможности скрыться от следствия и суда, а также продолжения преступной деятельности без подтверждения объективными доказательствами по делу является явным нарушением презумпции невиновности, предусмотренной ст. 14 УПК РФ и ст. 49 Конституции РФ, поскольку, указанными возможностями, как способностью совершать определенные действия, обладают все дееспособные лица. 

По мнению адвоката, никаких объективных данных в обоснование необходимости заключения под стражу обвиняемого органом следствия суду не представлено.

Выслушав мнение участников процесса, проверив представленные материалы и доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Частью 1 статьи 108 УПК Российской Федерации установлено, что заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения.

Согласно ч.2 ст.109 УПК РФ в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения, этот срок может быть продлен судьей районного суда до 6 месяцев.

Вопреки доводам апелляционной жалобы стороны защиты, принимая решение о продлении обвиняемому срока содержания под стражей, суд первой инстанции указанные требования уголовно-процессуального закона учел в полном объеме.

Из представленных материалов следует, что ходатайство следователя о продлении срока содержания под стражей в отношении обвиняемого возбуждены перед судом в рамках уголовного дела, внесено с согласия полномочного руководителя следственного органа, и оно отвечает положениям, предусмотренным ст. 109 УПК РФ.

Вопреки доводам апеллянта, в ходатайстве изложены мотивы и основания, в том числе те, которые ранее следователем не указывались, в силу которых возникла необходимость в продлении меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении обвиняемого ФИО1, а также причины, по которым невозможно применение к обвиняемому иной более мягкой меры пресечения, к ходатайству приложены материалы, подтверждающие изложенные в нем доводы.

Исходя из содержания обжалуемого постановления, вопреки доводам апелляционной жалобы, выводы суда первой инстанции о необходимости продления срока содержания под стражей в отношении обвиняемого ФИО1 надлежаще мотивированы, и не согласиться с данными выводами у суда апелляционной инстанции оснований не имеется

Разрешая ходатайство о продлении обвиняемому ФИО1 срока содержания под стражей, суд проверил соблюдение по делу норм уголовно-процессуального закона, наличие обоснованных подозрений его причастности к инкриминируемым ему преступлениям, и правильно пришел к выводу о необходимости продления обвиняемому срока содержания под стражей по мотивам указанным в постановлении.

Обоснованность подозрения ФИО1 в совершении инкриминируемых ему преступлений проверялась судом, как при избрании меры пресечения, так и при продлении срока содержания под стражей и подтверждается представленными материалами дела. 

Порядок предъявления обвинения обвиняемому соблюден. 

При этом суд, проверяя обоснованность подозрения, не входил в обсуждение вопросов, подлежащих разрешению при рассмотрении уголовного дела по существу.

В соответствии со ст. 110 УПК РФ, мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст. ст. 97, 98 УПК РФ.

Принимая решение о продлении срока содержания ФИО1 под стражей, суд мотивировал свои выводы о необходимости оставления ему именно этой меры пресечения, при этом руководствовался положениями ч. 1 ст. 97, ст. 99, ст. 109 УПК РФ.

В обоснование ходатайства о продлении срока содержания обвиняемого под стражей, следствие указало на необходимость выполнения ряда следственных и процессуальных действий, направленных на окончание расследования, что требует дополнительных временных затрат. Данные обстоятельства, были учтены судом при принятии решения, в связи с чем, суд признал обоснованным утверждение органа следствия о невозможности своевременного окончания расследования по объективным причинам. Фактов необоснованно длительного расследования уголовного дела судом на данной стадии не выявлено. При указанных обстоятельствах, установленный судом срок содержания под стражей обвиняемому является разумным, не выходит за рамки срока предварительного расследования и соответствует требованиям ст. 109 УПК РФ.

Исходя из этого утверждение адвоката о немотивированности ходатайства следователя и постановления суда, несостоятельны. 

Вопреки доводам стороны защиты, суд учел не только характер и степень общественной опасности инкриминируемых обвиняемому преступлений, но и данные о его личности, а также принял во внимание, что обстоятельства, послужившие основанием для избрания ему меры пресечения в виде заключения под стражу, не изменились и не отпали, поскольку каких-либо новых обстоятельств, которые могут повлиять на результаты рассмотрения ходатайства, суду первой и апелляционной инстанций не представлено, а как следствие, вопреки утверждениям стороны защиты в апелляционной жалобе, суд, проанализировав эти доводы защиты, правильно отметил, что обстоятельства, послужившие основанием для избрания в отношении обвиняемого ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу, до настоящего времени не изменились.

При этом суд выслушал и дал оценку доводам стороны защиты, и пришел к верному выводу о необходимости продления в отношении обвиняемого ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что ходатайство о продлении срока содержания под стражей в отношении обвиняемого ФИО1 является обоснованным, подлежит удовлетворению и, соответственно, оснований, предусмотренных ст.110 УПК РФ, для изменения или отмены меры пресечения в виде заключения под стражу, как об этом просит адвокат обвиняемого, не установил.

Все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения вопроса о продлении срока содержания обвиняемому под стражей, в полной мере учтены судом. 

Доводы адвоката о том, что судом не исследован вопрос относительно того, есть ли у обвиняемого родственники либо близкие лица за рубежом; каково было предыдущее поведение обвиняемого, при том, что ФИО1 ранее к уголовной ответственности не привлекался, при задержании сопротивления не оказывал, сбежать не пытался; есть ли иные факты, свидетельствующие о подготовке обвиняемым побега, отсутствие данных, свидетельствующих о подготовке обвиняемым побега, необоснованы, поскольку с учетом фактических данных о событии и характера преступлений, в совершении которых подозревается ФИО1, сложность уголовного дела, его личности, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии достаточных оснований полагать, что при применении иной, более мягкой меры пресечения, не связанной с заключением под стражу, о чем ходатайствовала сторона защиты, обвиняемый может скрыться от органов следствия и суда.

При этом при продлении меры пресечения судом первой инстанции учитывались не только фактические обстоятельства, предоставленные следователем, но также в совокупности требования статей 97,99,100,109,110 УПК РФ.

В тоже время судом апелляционной инстанции при проверке законности и обоснованности обжалуемого постановления суда о продлении срока содержания под стражей в отношении ФИО1, учитывается конституционно-правовой смысл положений ст. 108 УПК РФ, изложенный в п. 3.4 Постановления Конституционного Суда РФ от 22 марта 2005 г. № 4-П, и п. 2, 3 ч. 1 ст. 97 УПК РФ, в соответствии с которыми при разрешении вопроса, предусмотренного ст. 108 УПК РФ, наряду с учетом тяжести инкриминируемых обвиняемому преступлений, его личности, обоснованности подозрения в причастности к нему обвиняемого, поведению в период производства по уголовному делу, а также наказанию, которое может быть назначено в случае признания его виновным в совершении преступления, законодателем предписано исходить из категорий вероятностного характера («может» продолжать, «может» уничтожить и т.п.), свидетельствующих не о реально предпринятых обвиняемым действиях, а о подтвержденной представленными материалами самой возможности их совершения.

Такие материалы содержатся в материалах о продлении срока содержания под стражей в отношении ФИО1, и не опровергнуты стороной защиты.

При этом судебное заседание проведено с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон, участникам процесса было предоставлено право довести до суда обосновать своего мнения по вопросу отмены, изменения или продления меры пресечения в отношении обвиняемого. Сторонам была предоставлена равная возможность на предоставление доказательств, заявление ходатайств, отводов, участие в судебном заседании, право на защиту, по мнению суда апелляционной инстанции, обеспечено в полном объеме. 

Все данные, характеризующие личность ФИО1, в том числе изложенные его защитником в жалобе, были известны суду первой инстанции, однако с учетом совокупности с характером, инкриминируемых ему преступлений и фактическими обстоятельствами дела, необходимостью выполнения следственных и процессуальных действий, вопреки доводам адвоката, они не исключают риски совершения обвиняемым действий, указанных в ст. 97 УПК РФ. 

Кроме того, сведения о личности обвиняемого на данном этапе уголовного судопроизводства не являются достаточными основаниями, которые исключали бы реальную возможность совершения им действий, указанных в ст. 97 УПК РФ и давали бы возможность для беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства, по средствам применения в отношении обвиняемого иной, более мягкой, меры пресечения.

Доводы защитника о стойких социальных связях обвиняемого на территории Республики Крым, об его положительных характеристиках, состояние здоровья его близких родственниках, как оснований для изменения обвиняемому меры пресечения с содержания под стражей на иную более мягкую меру пресечения, несостоятельны, поскольку эти обстоятельства не являются безусловным подтверждением о том, что иная более мягкая мера пресечения обеспечит надлежащее поведение обвиняемого, баланс частных и публичных интересов, будет соответствовать интересам правосудия по своевременному расследованию уголовного дела.

При этом, вопреки доводам апеллянта, признание вины и подробные показания обвиняемого об обстоятельствах совершения преступлений, не являются определяющими при решении вопроса о мере пресечения. 

Данных о невозможности содержания обвиняемого в условиях следственного изолятора, в том числе и по медицинским показаниям, которые были получены в установленном законом порядке, предусмотренном Постановлением Правительства РФ от 14 января 2011 года №3 «О медицинском освидетельствовании подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений» судом апелляционной инстанции не установлено, защитой не представлено.

При этом состояние здоровья обвиняемого, на которое делает ссылку адвокат, указывая, что при консультации у психолога у обвиняемого было диагностировано: истощаемость темпа психической активности; клинически выраженная тревога. Согласно заключению врача ему рекомендовано: консультация врача-психиатора/психотерапевта; консультация мед.психолога (краткосрочная когнитивно-поведенческая психотерапия); контроль активности и отдыха, не является безусловным основанием для изменения содержания его под стражей на иную более мягкую меру пресечения, поскольку установленный обвиняемому диагноз не относится к перечню болезней, подтвержденных медицинским заключением врачебной комиссии в отношении ФИО11 как это предусмотрено Постановлением Правительства РФ от 14 января 2011 года N 3 "О медицинском освидетельствовании подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", о наличии или отсутствии заболеваний, включенных в " Перечень тяжелых заболеваний, препятствующих содержанию под стражей подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений" (утвержденный вышеуказанным Постановлением).

Медицинская документация в отношении обвиняемого не может подменять заключение.

Нарушений положений Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 19.12.2013 №41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», ст.ст.108, 109 УКП РФ, в том числе и презумпции невиновности, предусмотренной ст. 14 УПК РФ, ст. 49 Конституции РФ, судом первой инстанции допущено не было. 

Исходя из вышеизложенного, оснований для изменения меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1 на более мягкую, не имеется.

С учетом указанного, доводы апелляционной жалобы не нашли своего подтверждения, в связи с чем законных оснований для ее удовлетворения и отмены постановления суда не имеется, нарушений порядка рассмотрения вопроса по мере пресечения в отношении обвиняемого судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым от 05 марта 2025 года о продлении меры пресечения в виде содержания под стражей ФИО1 оставить без изменений, апелляционную жалобу его защитника - адвоката Гафарова Т.Р. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу данного судебного решения в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции, а для лица, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии судебного решения апелляционной инстанции. Судебное решение апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его вынесения. Обвиняемый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. 

Судья Г.В. Редько