Дело № 1-14/2017

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Печора Республика Коми 03 августа 2017 года 

Печорский городской суд Республики Коми в составе: председательствующего судьи Лузан О.П., при секретаре Трофимовой Е.Е., с участием государственного обвинителя – помощника Печорского межрайонного прокурора Ершова А.В., защитников адвокатов Шитова Е.Н., Шимлых В.Н., подсудимого ФИО1, потерпевшей Д. рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении: 

ФИО1, **.**.** года рождения, уроженца **********, гражданина РФ, с неполным средним образованием, холостого, детей на иждивении не имеющего, военнообязанного, состоящего на воинском учете в ОВК по г.Печора и Печорскому району, ветеран боевых действий, работающего бригадиром ЧУ «****», проживающего: **********,ранее судимого:

**.**.** Печорским городским судом по ст.ст. 213 ч. 1, п. «а», 115 ч. 2 п. «а», 162 ч. 1 УК РФ, на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ к **** годам **** месяцам лишения свободы (с учетом постановления Удорского районного суда от **.**.**.) освобожден условно-досрочно **.**.** на неотбытый срок **** год **** месяцев **** дней, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 111 ч. 4 УК РФ, 

УСТАНОВИЛ:

Подсудимый ФИО1 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего. 

Преступление совершено при следующих обстоятельствах: **.**.** в период времени с **** часов **** минут до **** часов **** минут ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения, на подъездной площадке перед входом в торговый комплекс «****», расположенный по адресу: **********, где также в состоянии алкогольного опьянения находился Я. действуя умышленно, в ходе конфликта на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, имея преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, осознавая общественную опасность и противоправный характер своих действий, а также то обстоятельство, что своими действиями может причинить тяжкий вред здоровью Я. и, непременно, желая этого, при отсутствии реальных оснований опасаться за свою жизнь и здоровье, нанес не менее **** ударов руками по различным частям тела, в том числе в жизненно-важные части тела Я. – область его лица и головы, причинив последнему повреждения, от которых Я. через непродолжительное время скончался на месте происшествия. В результате преступных действий ФИО1 потерпевшему Я. были причинены следующие телесные повреждения: закрытая черепно-мозговая травма с травматическими внутрижелудочковыми кровоизлияниями, одиночный перелом нижней челюсти справа, ушибленные раны лица, рваная рана слизистой полости рта в проекции перелома нижней челюсти, кровоподтеки лица и головы, двусторонние субконъюнктивальные кровоизлияния, ссадина области правого угла нижней челюсти, кровоизлияние в мягкие ткани лица и головы в проекции вышеописанных кровоподтеков и ран, которые по признаку опасности для жизни относятся к причинившим тяжкий вред здоровью; ссадина с кровоподтеком в области левого надплечья, кровоподтеки передней поверхности правого и левого плеч, тыльной поверхности правой кисти, ссадины тыльной поверхности средней фаланги 2 пальца левой кисти, поясничной области спины справа, которые относятся к не повлекшим за собой вред здоровью. Непосредственной причиной смерти Я. явилось – закрытая черепно-мозговая травма с травматическими внутрижелудочковыми кровоизлияниями и развитием отека головного мозга. Между закрытой черепно-мозговой травмой и наступлением смерти имеется прямая причинно-следственная связь.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину в совершенном преступлении признал частично, показал, что **.**.** приехал к магазину «****», где поздравил своего знакомого П. с днем рождения и оттуда пошел пешком в речную часть города домой. По пути, зная, что празднуется день ВДВ, решил зайти в клуб «****», хотел поздравить знакомых. Зашел в клуб, сел к бару, к нему подошел М., поговорили. Затем зажегся свет, все покинули заведение, он задержался, потому что ждал, когда ему соберут с собой контейнер. Когда вышел, увидел, что на расстоянии 20-30 метров до забора кого-то избивают, и еще происходит конфликт у дороги. Он подошел к конфликтующим, у одного из них был в руках какой-то предмет, избивали М.. Подсудимый решил помочь, нагнулся к М., чтобы оградить его от ударов и в этот момент ему нанесли удар сбоку, подсудимый отвлекся и тогда потерпевший Я. нанес ему также удар сбоку. Подсудимый уложил Я. на землю и удерживал его на земле, держал за горло. Затем подсудимого ударил З., тогда подсудимый отпустил Я. и переключился на З., пока подсудимый снимал и вешал куртку, последний отбежал. Подсудимый снова увидел, что М. избивают, подошел к нему, поднял, свои действия сопровождал словами «зачем все это делаете? Затем подошел к Г. с просьбой, чтобы прекратили конфликт. В этот момент Я. ударил М. сбоку, М. был оглушен и повалился к земле. Подсудимый отошел с Г. в сторону, стояли, разговаривали, в этот момент подбежал Я., обозвал и хотел нанести удар, подсудимый уклонился, затем еще было две таких попытки. Я. был агрессивно настроен, был выпивший. Затем стали подходить остальные и кто-то сказал, что пусть идут вдвоем разговаривают. После этого подсудимый и Я. пошли в сторону магазина «****», когда зашли за куст, Я. стал наносить подсудимому удары в лицо и по телу, подсудимый сразу нанес серию ударов в ответ (**** в область лица) Все происходило мгновенно, подсудимый опасался, чтобы компания потерпевшего не шла за ними. От ударов у Я. на переносице лопнула кожа, шла кровь, он упал, и изо рта пошла кровь. Последний удар он нанес, когда Я. был в наклоненном положении. Подсудимый перевернул его лицом вниз, чтобы тот не захлебнулся и пошел обратно к клубу. Там он стал искать свой телефон, услышал крики девушки, что нужно вызывать скорую помощь. Тогда подсудимый пошел к потерпевшему, тот был жив, хрипел, лежал не на том месте, где он его оставил. Затем подъехала скорая помощь, увезла Я., а подсудимого домой увез З.. Позже подсудимый узнал, что Я. умер, подсудимый собрал вещи и пошел в полицию. Также подсудимый пояснил, что не в полной мере описывал действия Я., поскольку в зале находится мама погибшего. О Г. следователю говорил, но его не стали искать.

Из показаний подсудимого, данных им на предварительном следствии и оглашенных в судебном заседании в порядке ст. 276 УПК РФ следует, что **.**.** отмечал день рождение друга, выпивал спиртное, по дороге домой решил зайти в клуб «****». В клубе у барной стойки находилось двое мужчин, он поговорил с одним из них, заказал для него песню по случаю праздника ВДВ, подождал контейнер с едой и вышел из клуба. На площадке у клуба он увидел конфликтную ситуацию с участием двух мужчин из клуба и 3-4 других мужчин. При этом, тот мужчина, который служил в ВДВ лежал на земле и ему наносили удары, где находился второй мужчина он не видел. Подсудимый решил помочь мужчине-десантнику, подошел к нему и стал пытаться оттащить в сторону, в этот момент кто-то нанес ему несколько ударов по телу, затем в ходе борьбы он схватил кого-то за шею и удерживал на земле, в этот момент его пнули ногой и он отпустил мужчину. Затем он снова пошел в сторону десантника, когда разнимал драку, почувствовал, что погибший ударил его по лицу, и стал отходить. После этого подсудимый стал разговаривать с одним из товарищей погибшего, во время беседы погибший подбегал сзади, пытался ударить и высказывал нецензурные оскорбления. Подсудимый решил с погибшим вдвоем выяснить отношения, и они отошли на площадку к центру «****», за ними никто не пошел, на площадке никого не было. Пока они шли, мужчина спрашивал «кто он и куда лезет?», выйдя на площадку мужчина ударил подсудимого рукой, на что подсудимый нанес ему несколько ударов кулаками по лицу. От ударов мужчина упал на землю, на лице у него было много крови, подсудимый перевернул его лицом вниз, чтобы он не захлебнулся. Во время драки погибший пытался ударить подсудимого, махал руками, ничего не говорил, каких-либо предметов в руках не было. Все произошло быстро, подсудимый вернулся на площадку перед клубом, затем услышал, как кто-то сказал, что мужчина умирает, подсудимый вернулся к нему, снова его перевернул вниз. Телефон подсудимого пропал, поэтому вызвать скорую он не смог, кто-то из присутствующих вызвал врачей, позже подсудимому сообщили, что погибший скончался. Тогда подсудимый собрал вещи, и сам пошел в полицию (л.д.****). В целом показания подсудимый в судебном заседании не оспаривал, уточнил, что идти разбираться было обоюдным решением, а также то, что была одна серия ударов, от которых погибший наклонился и упал.

Потерпевшая Д. суду и на следствии показала, что Я. приходится ей сыном, проживал вместе с ней. В ********** у сына остались дети, с **.**.** он приехал в Печору устраиваться на работу. Сын был здоровым, ранее привлекался к уголовной ответственности. **.**.** она находилась на работе, днем сын ушел гулять, ночью она звонила ему, по голосу поняла, что он находится в состоянии алкогольного опьянения, он пояснил, что находится в гостях. **.**.** ей сообщили о смерти сына, сказали о драке в клубе. По характеру был вспыльчивый, в состоянии опьянения вел себя спокойно. Со слов ей известно, что в тот вечер он был с Л., Г., в клубе была драка, потом подсудимый отозвал сына в сторону поговорить. Охарактеризовала сына с положительной стороны.

Свидетель Т. суду показала, что **.**.** отдыхала в клубе «****», после закрытия она с подругой вышли на улицу, там было много народу, стояли, ругались. В конфликте участвовало человек пятнадцать. Начинались драки, всех разнимали. Подруга пошла искать такси на дорогу, оттуда свидетель услышала ее крик, она пошла в сторону подруги и увидела, что парень лежит в крови, хрипел, нос был разбит. Рядом стоял З., ждали скорую помощь. Кто нанес парню удары она не слышала и не видела.

Из оглашенных в порядке ст. 281 ч. 3 УПК РФ показаний свидетеля Т. следует, что **.**.** около **** часов со своей подругой Ж. приехали в ночной клуб «****», расположенный в ********** употребляли пиво. Около **** часов **.**.** стали выходить из клуба, на подъездной площадке перед входом в клуб заметили конфликт между мужчинами, сколько мужчин участвовало в конфликте, не помнит. В стороне от клуба на подъездной площадке перед входом в торговый комплекс на бетонных плитах лежал молодой мужчина, лицом вниз, при этом хрипел, в чем одет, не помнит, сбоку заметила, что у него был разбит нос и на лице была кровь, рядом с ним находилось двое мужчин, один был выше другого, в чем одеты, не помнит. Когда свидетель подошла, ей сообщили, что скорую уже вызвали, но так как скорой еще не было, Т. с телефона подруги позвонила сама в скорую, по приезду скорой помощи, они поместили данного мужчину в автомашину, как поняла свидетель, он уже скончался, более пояснить ничего не может (том ****). Свидетель в судебном заседании уточнила, что около пострадавшего находился только З., когда она подошла, в остальном показания не оспаривала.

Свидетель Ж. суду показала, что ночью **.**.** приехала в клуб «****», находилась в клубе до закрытия. Видела на улице драку, в конфликте участвовало несколько человек, дрались между собой мужчины, наносили удары друг другу и руками и ногами, битой светлого цвета. Также свидетель видела как в сторону ТЦ «****» уходили двое мужчин, шли спокойно, драться не начинали. За ними пошел третий парень с битой. Перед этим подъезжала машина, из нее вышел парень в красной рубашке, подошел к дерущимся и сказал, что разбираться нужно один на один, тогда они пошли разбираться в кусты. Был ли среди них подсудимый сказать не может. Она пошла по дороге, чтобы взять машину и увидела, что лежит человек, около головы у него была кровь, он хрипел. Рядом с ним находилась Т. и З..

Из оглашенных в порядке ст. 281 ч. 3 УПК РФ показаний свидетеля Ж. следует, что около **** часов **.**.** совместно с подругой Т. приехали в ночной клуб «****», расположенный в **********, когда пришли в ночной клуб там происходила драка между мужчинами, потом мужчин разняли. Около **** часов **.**.** стали выходить из клуба, когда выходили, на подъездной площадке к указанному заведению был конфликт между мужчинами, была драка. У одного мужчины был предмет похожий на биту черного цвета. Потом подъехала автомашина черного цвета типа джипа, из нее вышло двое мужчин, подошли к группе конфликтующих и сказали, что так не делается, надо один на один, разошлись немного по сторонам, несколько мужчин из указанной группы отошли по дорожке в сторону входа торгового комплекса «****». На подъездной площадке перед торговым комплексом свидетель заметила молодого мужчину в темном пиджаке и темных брюках, рядом с ним находился другой мужчина, данные мужчины стояли около третьего, который лежал на бетонной плите лицом вниз. Лежащий был одет в темные спортивные штаны и в футболку, подошла к нему, у него на лице была кровь, рядом с ним находилась лужа крови, он был без сознания. Молодой мужчина в костюме сказал, что скорую помощь уже вызвали, свидетель ему не поверила, позвонила со своего телефона в скорую помощь, где сообщили, что скорая уже выехала. Позже узнала, что мужчина скончался. Более ничего пояснить не может (том ****). Свидетель в целом данные показания в судебном заседании подтвердила.

Свидетель К. суду показал, что **.**.** находился с Ч. у себя дома, к ним присоединился М., у последнего был тубус с кием биллиардным. Они отмечали праздник, позже Ч. ушел, около трех ночи М. стал собираться домой и свидетель решил его проводить. Они вызвали такси, по дороге М. предложил зайти в клуб. Тубус сдали в гардеробе, в заведении было мало народу, они расположились за барной стойкой. К ним подсел мужчина в камуфлированных штанах, это был подсудимый. Около **** утра объявили, что заведение закрыто. Все стояли на улице, подъехало такси, в это время вышла группа людей и стали интересоваться машиной. М. ответил, что мы не спешим, и что они могут взять эту машину. Одни из группы возмутился, был агрессивно настроен, повалил М. на землю, несколько человек стали наносить ему удары, свидетель вступился за М., но ему тоже стали наносить удары по лицу и голове, пытались повалить его на землю, хватались за одежду, он пытался отползти в сторону, но молодые люди шли на него и пытались наносить удары. Свидетель видел, что М. на земле и его бьют не менее трех человек. Свидетеля оттеснили к проезжей части, он увидел третьего человека, который ударил его по голове тубусом, затем последовало более десяти ударов. Свидетель пятился назад и уже находился по центру обочины дороги между клубом и торговым центром. Спустя две минуты он услышал звуки удара с того места, где последний раз видел М. и понял, что тубусом избивают М.. Тогда свидетель оббежал кусты, добежал до стоянки и увидел, что М. лежит на земле. Затем побежал к нему по тропинке, М. уже стоял с голым торсом, на спине у него были многочисленные ссадины, рядом с М. стоял подсудимый. Последний что-то объяснял молодым людям, которые избивали М., для себя свидетель предположил, что подсудимый повлиял на то, что М. перестали избивать. Молодые люди агрессии не проявляли ни к свидетелю, ни к М.. У М. была разбита голова, у свидетеля сильно болела рука, имелась опухоль. Свидетель стал подробно рассматривать людей, которые совершили нападение, чтобы впоследствии их опознать. В это время М. с подсудимым разговаривали. В какой-то момент свидетель увидел, как молодой человек неожиданно нанес удар М. в область правого глаза. Подсудимый стал что-то говорить нанесшему удар, потом они пошли по тропинке в район торгового комплекса, свидетель понял, что они пошли выяснять отношения. Подсудимый отсутствовал недолго, когда вернулся назад вытирал руки травой, на вопросы молодых людей говорил, что Я. остался там, показав головой на стоянку напротив «****». Один из молодых людей пошел в том направлении, вернулся и сказал, не все хорошо с ним. В этот момент подсудимый изменился в лице, стал нервничать, попросил позвонить в скорую помощь, на подсудимом следов крови не было. Когда прибыли сотрудники скорой помощи свидетель подходил на то место, где лежал потерпевший, видел его лицо в крови. Затем они с М. уехали домой. По дороге М. сказал, что именно подсудимый вмешался в конфликт и предотвратил его дальнейшее избиение, и что после полученного от Я. удара в глаз, подсудимый поинтересовался, что тот делает, на что Я. выразился матерным словом в адрес подсудимого. Свидетель не может пояснить, принимал ли участие в нанесении ему ударов потерпевший. Когда Я. разговаривал с М., у Я. было небольшое кровотечение с носа, а когда он его видел после прибытия скорой, то у него нос был раздутый и под глазами опухоль. 

Свидетель З. суду показал, что знаком с подсудимым и потерпевшим. **.**.** он приехал в ночной клуб, уехал около **** часов утра. Когда вернулся, видел драку на входе перед крыльцом, наносили удары свидетелю К., при этом подсудимый держал Я., чтобы тот не лез в драку. Свидетель ударил ногой в плечо подсудимому, чтобы тот отпустил Я., потом стали разговаривать, выяснили, что знакомы. Подсудимый хотел разнять драку между потерпевшим и парнями. Свидетель предложил отвезти Я. домой, видимых телесных повреждений у него не видел. 10-15 минут никто не дрался. Все стояли и разговаривали, потом он услышал женский крик из кустов со стороны «****». Свидетель пошел туда, увидел, что подсудимый сидит на плите, Я. лежит лицом вниз и вокруг кровь, рядом стоит Ж.. З. вызвал скорую помощь, потерпевшего не трогали, он только хрипел. Потом подошла Т. и какой-то парень. 

Свидетель С. на следствии показал, что утром **.**.** он приехал в ночной клуб «****», где ему сообщили, что в клубе была драка. Затем он позвонил Ф., который управляет клубом, но пообщаться с ним не успел, поскольку поехал с сотрудниками полиции в отдел (л.д. ****).

Свидетель М. суду показал, что **.**.** находился в гостях у К., позднее заехали в клуб «****», где общались у барной стойки. Также свидетель встретил там подсудимого, которого ранее не знал, с ним обменялся общими фразами. Когда клуб стал закрываться, он с К. вышли на улицу, подошли к такси, оттуда их выдернула компания молодых людей, придрались к словам и стали бить, в том числе, тубусом, который был у свидетеля. М. пинали, он лежал на земле, к нему пытался подойти К.. Затем свидетеля перестали избивать, подсудимый поднял его и они стали разговаривать, в этот момент свидетелю слева нанесли удар. Затем он увидел как подсудимый с молодым человеком, который нанес ему удар, ушли в сторону магазина «****», свидетель стал искать кий и кроссовок, затем увидел как из леска выходил подсудимый и вытирал руки травой, он был спокойный. После этого подсудимый попросил телефон, вызвал скорую помощь с телефона К.. Вмешательство подсудимого в драку имело значение, поскольку свидетель опасался в данной ситуации за свои жизнь и здоровье.

Эксперт Ю. суду показал, что проводил две экспертизы в рамках уголовного дела по обвинению ФИО1. Все поставленные вопросы эксперту были понятны, находились в пределах его компетенции. В период с **.**.** по **.**.** Ю. находился в командировке в качестве врача-стажера. С учетом того что исследование по трупу заканчивал **.**.**, а аккредитацию прошел уже **.**.**, то следовательно, его экспертное заключение имеет юридическую силу без подписи руководителя. Подсчет травматических воздействий производился с учетом минимального количества телесных повреждений на трупе, всего на трупе было обнаружено **** телесных повреждений. Обнаруженные повреждения в области носа и челюсти входят в совокупность травмы в виде ЗЧМТ и их нет необходимости квалифицировать отдельно каждое. Самым тяжким телесным повреждением, которое обнаружил эксперт была ЗЧМТ с внутрижелудочковыми кровоизлияниями, в связи с чем и сделал вывод, что причиной смерти является данная травма, которая может образоваться от ударных воздействий в область головы, а в данном случае все травматические воздействия произошли в область лица. Общий механизм образования травмы это ударные воздействия твердым тупым предметом, не исключаются воздействия частями тела постороннего человека. В заключении отражено, что ЗЧМТ могла возникнуть от ударов руками и ногами, вместе с тем, такое возможно и в случае воздействия только руками. Кроме того, с большей долей вероятности эксперт заявил, что при применении биты либо кия должны были образоваться переломы лицевого скелета, ушибленные раны в данном случае образовались от ударных воздействий частей тела человека, а не от постороннего предмета. К выводу, о том что потерпевший был обращен передней поверхностью туловища и лицом к нападающему, возможно в положении лежа на спине, эксперт пришел принимая во внимание преимущественную локализацию телесных повреждений. С учетом обнаруженных у Я. травм проведение каких-либо медицинских мероприятий не помогло бы. После получения описанной в заключении травмы Я. мог передвигаться ползком на расстояние 2-3 метра.

Специалист Р. суду показал, что имеет стаж работы **** лет, при проведении экспертиз стажером необходимо на заключении наличие подписи куратора, в тоже время правильность заключения может отражать рецензия. После окончания стажировки, эксперту выдается удостоверение и издается приказ о допуске самостоятельно работать. Для травмы, обнаруженной у Я. характерно наличие травматических повреждений мягких тканей как головы, так и кожной системы и вещества головного мозга. Тупая травма головы с кровоизлияниями в мягкие ткани и в подкорку головного мозга может возникнуть от воздействия тупым твердым предметом, кулаком или ногой, одетой в обувь. В данном случае, исходя из повреждений, нельзя разграничить от воздействий рук или ног это произошло. ЗЧМТ возможно причинить только руками в случае поставленной силы удара либо неоднократного воздействия кулаком. Наступление ЗЧМТ в результате повреждений носа и челюсти невозможно, специалист согласился с позицией эксперта, что телесные повреждения в области носа и челюсти необходимо принимать во внимание в совокупности со всеми остальными повреждениями. Также специалист не оспаривал выводы эксперта в части положения потерпевшего, при нанесении ему ударов, в том числе и лежа. В целом специалист указал, что заключение написано верно, с выводами эксперта он согласен.

Свидетель Ш.,Н. суду показал, что на месте происшествия прибыл в составе оперативно-следственной группы, где было конкретно совершено преступление ответить не может. По окончанию осмотра трупа перешли к осмотру места происшествия, труп увезла машина ритуальных услуг. Напротив входа в ТЦ «****» были обнаружены обильные следы крови, исследование в дальнейшем на назначалось. Также был обнаружен кроссовок, принадлежность его не устанавливали. Проверка показаний на месте не проводилась, поскольку не было в этом необходимости. После допроса ФИО1 от защитника поступило уточнение, однако, в протоколе все было записано следователем дословно, а уточнения защитника-это не фраза ФИО1.

Свидетель Г. суду показал, что Я. был его другом, в августе **** года они ходили в клуб. Там была суматоха, драка, разговаривали нецензурной бранью. Подсудимый был самый адекватный, разнимал, пытался уладить конфликт, был самый трезвый, ему никто не угрожал. Охранники клуба стояли, ничего не предпринимали, полиции во время драки не было. В ходе конфликта Я. разбирался с Ц., все было нормально. Дальше с «вдвэшниками» ругались и дрались, один раз подсудимого ударил Б., потом Я. пошел с Мифтахутдиновым разговаривать, вдвоем пошли, когда шли то обяъсняли что-то на руках друг другу. Потом послышались крики, все пошли в их сторону и увидели, что Я. лежит на спине, что-то с носом было. Женщина вызвала скорую, свидетель предлагал поднять Я. и увезти в больницу.

Вина подсудимого также подтверждается исследованными в судебном заседании письменными материалами:

- сообщениями фельдшера скорой помощи от **.**.**, согласно которым зафиксирована смерть Я. и бригада скорой помощи просит наряд полиции (том ****);

- копией карты вызова скорой помощи к Я. от **.**.**, согласно которой бригада прибыла на место в **** час **** мин, обнаружила на асфальте лежащего мужчину (том ****);

- протоколом осмотра подъездной площадки, прилегающей со стороны проезжей части к дому ********** и трупа мужчины с фототаблицей от **.**.** (том ****);

- протоколом осмотра трупа Я. от **.**.**, в ходе которого изымаются образцы крови (том ****);

- заключением эксперта №.../-16 от **.**.**, согласно которому смерть Я. наступила от закрытой черепно-мозговой травмы с травматическими внутрижелудочковыми кровоизлияниями и развитием отека головного мозга (том ****);

- заключением эксперта №.../-16 от **.**.**, согласно которому у ФИО1 обнаружены кровоподтеки и ссадины (том ****);

- протоколом осмотра кроссовок серого цвета, трех ватных дисков с веществом бурого цвета, обнаруженных и изъятых в ходе осмотра места происшествия **.**.** с фототаблицей от **.**.** (том ****

- протоколом явки с повинной ФИО1, согласно которому он наносил телесные повреждения и человек умер, вину признал в содеянном раскаялся (том ****).

Анализируя исследованные в судебном заседании доказательства в совокупности, суд находит доказанной вину ФИО1, в инкриминируемом ему деянии, квалификацию его действий, предложенную стороной обвинения, верной. 

Оценивая показания подсудимого в суде, суд отмечает, что ФИО1 не отрицает своей причастности к причинению погибшему смерти, свои действия объясняет возникшим конфликтом, высказанными оскорблениями со стороны потерпевшего и избиением свидетелей К. и М., подсудимый утверждает, что нанес несколько ударов в ответ на нанесенные ему потерпевшим удары, и исходя из обстановки (агрессивно настроенная компания молодых людей вместе с потерпевшим), предыдущего избиения свидетелей, подсудимый полагает, что действовал обороняясь, защищал как свою жизнь, так и жизнь К. с М..

К данным доводам подсудимого суд относится критически, находит их обусловленными стремлением ФИО1 оправдать свои действия, смягчить меру ответственности.

Оценивая показания подсудимого, данные им на предварительном следствии и в судебном

заседании, суд приходит в выводу о том, что показания, данные подсудимым на предварительном следствии в части описания отдельных моментов случившегося, не противоречат исследованным доказательствам, в связи с чем при постановлении приговора принимаются лишь в той мере, в которой они согласуются с иными доказательствами.

Так, показаниями свидетелей К. и М. установлено, что действительно у клуба имел место конфликт и последующая драка, подсудимый пытался что-то объяснить молодым людям, избивавшим М. и они прекратили. 

Также в судебном заседании свидетелем К. отмечено, что молодые люди после избиения агрессии не проявляли, и впоследствии состоялся разговор между подсудимым и М. в присутствии Я.. Во время указанного разговора М. погибший нанес удар, и высказал оскорбления в адрес подсудимого, после чего подсудимый и погибший ушли в сторону торгового комплекса выяснять отношения.

Находясь в лесном массиве, погибший ударил подсудимого рукой, на что последний нанес ему несколько ударов кулаками по лицу, от ударов погибший упал, предметов у погибшего не было, угроз не высказывал, именно таким образом отражает случившееся подсудимый на предварительном следствии.

Таким образом, версия стороны защиты о том, что подсудимый как в ходе конфликта так и наедине с погибшим действовал в состоянии необходимой обороны не нашла своего подтверждения. Так, сам подсудимый неоднократно указывая, что опасался за свою жизнь приводит в качестве довода в основном высказанные нецензурные оскорбления со стороны погибшего как повод к конфликту, как повод для выяснения отношений. В судебном заседании установлено, что активным участником конфликта ФИО1 не являлся, он лишь предпринимал меры к его погашению, со слов Г. угроз ему никто не высказывал. Во время конфликта исходя из показаний К., М., Г., З. действий, угрожающих жизни ФИО1 со стороны иных лиц предпринято не было, лишь З. (в момент когда подсудимый держал Я., З. ударил подсудимого в плечо) и мужчиной по имени Б. (только об одном ударе говорит Г.) были нанесены по одному удару подсудимому. Обстановка, при которой происходил конфликт не вызывала у присутствующих опасений. Так, свидетель Т. показала, что не было сильной драки, больше кричали друг на друга. 

Относительно избиения К. и М. суд отмечает, что фактически конфликт закончился, и только во время разговора М. и подсудимого, погибший нанес свидетелю удар и произнес в адрес подсудимого нецензурные выражения, что, по мнению суда, и явилось поводом для выяснения отношений между погибшим и подсудимым. В этот момент М. был не один, погибший не продолжал наносить ему удары, не высказывал угроз, не имел при себе каких-либо предметов, следовательно, оснований у ФИО2 предпринимать какие-либо активные действия, в частности, наносить удары, удалившись от посторонних, в отношении погибшего не имелось. 

Также отсутствовали основания у ФИО1 наносить телесные повреждения погибшему и в лесном массиве поскольку ни им, ни допрошенными в судебном заседании свидетелями не указано, что в тот момент, когда подсудимый и погибший уходили в лесной массив, последним высказывались какие-либо угрозы в адрес подсудимого, предпринимались какие–либо активные действия, направленные на причинение телесных повреждений. Напротив, как следует из показаний подсудимого погибший лишь спрашивал «кто он и куда лезет?», а свидетель Г., допрошенный по инициативе стороны защиты, показал, что они шли и объясняли что-то на руках друг другу. Свидетель Ж. также отметила, что двое в кусты шли спокойно. После удаления в лесной массив от погибшего также не последовало тех действий, которые бы поставили под угрозу жизнь и здоровье подсудимого, не относит к таковым суд и нанесение погибшим одного удара, после которого подсудимый нанес несколько ударов кулаками по лицу погибшего. Последующее поведение погибшего также на дает оснований применять действия характеризующиеся необходимой обороной, поскольку он лишь машет руками и пытается ударить подсудимого, последний же напротив, после того как от ударов погибший склонился к земле продолжает наносить удары кулаками по лицу. 

Согласно заключения эксперта травматические воздействия погибшему были причинены с достаточной дли их образования силой. Из показаний эксперта Ю., следует, что с учетом преимущественной локализации телесных повреждений погибший в момент ударов был обращен передней поверхностью туловища лицом к нападающему, возможно в положении лежа. С данным выводом эксперта согласился и эксперт Р., допрошенный судом в качестве специалиста по инициативе стороны защиты.

В данном случае показания свидетелей, самого подсудимого (на предварительном следствии) и заключение эксперта, дают суду основания прийти к выводу, что действия ФИО1, которые нанес серию ударов с достаточной силой в ответ на один удар, носили целенаправленный характер. Обстановка, при которой происходило причинение телесных повреждений, отсутствие у пострадавшего каких-либо предметов, его неудачные попытки нанести удары подсудимому, лишь домыслы подсудимого о возможном последующем его избиении компанией погибшего (при наличии договоренности о том, что, как следует из показаний Г., последний успокаивает свою компанию, а ФИО1 - свою) свидетельствуют об отсутствии у ФИО1 опасаться за свою жизнь непосредственно во время причинения телесных повреждений погибшему. 

Поведение подсудимого непосредственно после причинения телесных повреждений, как показали свидетели К. и М.: выходил их леса спокойный, вытирал руки травой и на вопросы говорил, что Я. остался там, показав головой на стоянку, также позволяет суду прийти к выводу об отсутствии какой-либо опасности в будущем со стороны компании Я., а соответственно и о реальной опасности для жизни и здоровья подсудимого.

Таким образом, судом установлено, что свои действия подсудимый совершил в условиях отсутствия объективной и реальной угрозы его жизни и здоровью, они были обусловлены конфликтом с пострадавшим, в ходе которого, лишь предполагая противоправные действия с его стороны он нанес удары в лицо погибшему. Высказанные оскорбления погибшим в адрес подсудимого, также не являются основанием для предпринятых подсудимым действиям.

В подтверждение своих доводов о правомерности действий ФИО1 сторона защиты ссылается на наличие угрозы жизни К. и М., однако все последующие действия подсудимого были предприняты в тот момент, когда отсутствовали весомые к тому какие-либо основания опасаться за их жизнь и здоровье.

Таким образом, у суда отсутствуют причины согласиться с позицией защитников подсудимого, полагавших необходимым прекратить уголовное преследование в связи с наличием в действиях подсудимого необходимой обороны.

Изменение местоположения погибшего (из лесного массива на бетонные плиты) не свидетельствует о том, что при иных обстоятельствах ему были причинены телесные повреждения, чем установлено в описательной части приговора, поскольку учитывая характер и выраженность повреждений, экспертом не исключается совершение Я. активных самостоятельных действий, в том числе и передвижений, после причинения ему телесных повреждений в течение непродолжительного промежутка времени.

Не установлено в судебном заседании также и причинение телесных повреждений погибшему каким-либо предметом отличным от частей тела, в частности, битой или кием, Так, свидетели К., М., Т. и Г. в судебном заседании указали, что подсудимый и погибший уходили в лесной массив вдвоем, свидетели не указывали на наличие каких-либо предметов как у погибшего, так и у подсудимого. Из заключения эксперта также усматривается, что повреждения возникли от ударных воздействий частей тела человека; эксперт в судебном заседании уточнил, что если бы на теле трупа Я. были обнаружены повреждения, которые отобразили бы характеристики от воздействий иных предметов, то в выводах он бы указал минимальное количество их свойств.

Показания допрошенных в судебном заседании свидетелей суд признает достоверными и правдивыми, поскольку оснований для оговора ими подсудимого в судебном заседании не установлено, не указывает на таковые и сам подсудимый.

На фоне частичного признания подсудимым вины, указанные выше и иные исследованные судом доказательства согласуются между собой, дополняют друг друга, не имеют юридически значимых противоречий, получены с соблюдением процессуального закона, что позволяет их в своей совокупности признать допустимыми, достоверными и достаточными для вывода о совершении ФИО1 преступления при обстоятельствах, изложенных в описательной части приговора.

Иные доводы стороны защиты о недоказанности вины подсудимого в инкриминируемом ему деянии, судом признаются несостоятельными, поскольку они не мотивированы.

Кроме того, суд отмечает, что содержание явки с повинной полностью согласуется с исследованными материалами дела (заключениями эксперта, протоколом осмотра места происшествия) и показаниями подсудимого на предварительном следствии.

Интенсивность нанесения ударов в жизненно-важный орган свидетельствует о наличии умысла подсудимого на причинение Я. повреждений опасных для жизни. 

Иные доказательства, в совокупности с выводами судебно-медицинского эксперта, также исключают возможность получения Я. смертельно-опасных травм при иных обстоятельствах. Так, экспертом установлено, что образование черепно-мозговой травмы, в том числе отдельных телесных повреждений, вошедших в ее состав в результате падения на плоскость с высоты собственного роста с предшествующим ускорением или без такового, а также при соударении с каким-либо предметом, учитывая множественность и локализацию обнаруженных телесных повреждений в области лица, исключается.

Множественный и существенный характер обнаруженных телесных повреждений, их локализация свидетельствуют об умышленном нанесении ФИО1 ударов по лицу потерпевшего.

Тяжесть телесных повреждений, их характер, механизм образования определены заключением судебно-медицинского эксперта, чьи выводы позволили определить и количество ударов нанесенных пострадавшему, их существенную силу, причинно-следственную связь с наступлением смерти.

Таким образом, в судебном заседании достоверно установлено, что действия подсудимого, направленные на причинение телесных повреждений Я. носили умышленный характер, в ходе судебного следствия была установлена причинно – следственная связь между действиями подсудимого и наступившими последствиями в виде смерти потерпевшего.

В силу изложенного суд квалифицирует данные действия ФИО1 по ст. 111 ч. 4 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Довод стороны защиты о необходимости признания протокола осмотра трупа недопустимым доказательством не принимается судом по следующим основаниям. Порядок производства осмотра трупа регламентируется ст. 178 УПК РФ, положения которой органами следствия нарушены не были. Так, при осмотре трупа принимал участие врач-стажер Ю., а также понятые, которым до начала осмотра были разъяснены их права, обязанности и ответственность, о чем имеются их подписи. При осмотре трупа осуществлялось наблюдение, производилось измерение и фиксация результатов осмотра трупа в протоколе следственного действия, были отражены отличительные признаки каждого изъятого объекта, которые были упакованы, опечатаны и протоколирование следственного действия завершено. Данное следственное действие проводилось старшим следователем следственного отдела по г. Печора следственного управления следственного комитета РФ по РК Ш., в рамках его полномочий и в рамках расследования уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч.4 ст. 111 УК РФ, которое было принято им к своему производству. Таким образом, каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона при производстве осмотра трупа, влекущих признание данного следственного действия недопустимым доказательством, судом не установлено.

Также, по мнению суда, необоснованным является и довод защиты о признании протокола осмотра места происшествия недопустимым доказательством. Так, согласно ст. 176 УПК РФ основной целью данного следственного действия является: обнаружение следов преступления, выяснение других обстоятельств, имеющих значение для дела. При проведении осмотра места происшествия уполномоченным на то лицом – следователем Ш. в присутствии эксперта криминалиста и врача-стажера осмотрена подъездная площадка, прилегающая со стороны проезжей части к ********** **********. В протоколе отражены место совершения преступления - место общественно опасного деяния: проход к торговому комплексу, пешеходная дорожка, насаждения кустарников и деревьев и подъездная площадка. В ходе осмотра изъяты следы вещества бурого цвета и кроссовок, к протоколу осмотра прилагается фототаблица на 6 листах. Дополнительно протокол осмотра места происшествия содержат сведения о трупе, его описание, а также указание о последующем его направлении в Бюро СМЭ. В протоколе зафиксирован период времени, в течении которого производился осмотр места происшествия с **** час **** мин до **** час **** мин, что соответствует данным карты вызова скорой помощи, которая прибыла на вызов в **** час **** мин, констатировала агональное состояние Я., смерть в присутствии СП и вернулась на станцию **** час **** мин. Таким образом, в протоколе описаны все действия следователя, а также все обнаруженные предметы при осмотре; перечислены и описаны все предметы изъятые при осмотре; указано в какое время и при каком освещении производился осмотр, какие технические средства были применены (цифровой фотоаппарат) и какие получены результаты, куда направлен труп, что позволяет суду прийти к выводу об отсутствии процессуальных нарушений со стороны органов следствия и об отказе стороне защиты в удовлетворении ходатайства о признании протокола осмотра места происшествия недопустимым. Также суд отмечает, что мнение стороны защиты об обязательном участии понятых при производстве осмотра места происшествия не основано на законе. Так, согласно ст. 170 УПК РФ только определенный перечень следственных действий, к которым не относится осмотр места происшествия, проводится с участием не менее двух понятых.

Довод защиты о непроведении экспертизы в части определения принадлежности пятен крови, кроссовка, дополнительного осмотра местности, проверки показаний на месте, допроса дополнительных свидетелей, не предоставлении видеозаписей не оценивается, поскольку судом дается оценка исследованным доказательствам, а не причинам отсутствия какого-либо из них.

Не находит суд и оснований для признания заключений эксперта по трупу и живым лицам недопустимыми доказательствами. Так, экспертные исследования проведены на основании постановлений следователя о назначении медицинских судебных экспертиз, с которыми подсудимый и его защитник были ознакомлены, при этом замечаний либо указаний не высказали. Экспертизы проведены государственным судебно-медицинским экспертом, который по решению экзаменационной комиссии при ФГБОУ ВО «****» МЗ РФ от **.**.** был допущен к осуществлению медицинской или фармацевтической деятельности по специальности «судебно-медицинская экспертиза» и ему присвоена квалификация «врач - судебно-медицинский эксперт», о чем выдан диплом. При этом на момент проведения экспертиз Ю. являлся штатным сотрудником ГБУЗ РК «Бюро судебно-медицинских экспертиз» согласно приказа о приеме на работу (трудовой договор от **.**.** №...) и направлен в командировку в Печорское отделение на основании приказа от **.**.** №...-КО Ю. с целью производства судебно-медицинских экспертиз трупов и потерпевших Печорским отделением СМЭ на период отсутствия заведующего О. с **.**.** по **.**.**. Таким образом, экспертизы в рамках предварительного следствия проведены уполномоченным на то лицом (п. 8 Приказа ФИО3 от 12.05.2010 года «Об утверждении Порядка организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях РФ» и ст. 12 ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» от **.**.**, ст. 195 УПК РФ). Заключение содержат сведения о разъяснении прав и обязанностей эксперта, предусмотренных ст. 57 УПК РФ и ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ. 

Согласно ответа начальника ГБУЗ РК «Бюро судебно-медицинской экспертизы» обязанность контроля качества работы Ю. была возложена на Е., о чем имеется приказ от **.**.** №...-ф, который проверял заключения эксперта и в случае необходимости вносил корректировки. У суда отсутствуют основания для признания данного ответа недопустимым доказательством, поскольку он дан уполномоченным на то лицом и сведения, содержащиеся в нем, подтверждены документально.

Выводы эксперта в заключениях достаточно ясные, при изучении заключений имеется возможность уяснить их смысл, они являются полными, поскольку в них присутствуют ответы на все поставленные перед экспертом вопросы, учтены обстоятельства, имеющие значение для разрешения поставленных вопросов. Судом не установлено наличие невозможности уяснить смысл и значение терминологии, используемой экспертом, методики исследования, смысла и значения признаков, выявленных при изучении объекта, критериев выявленных признаков. Суд отмечает, что с выводами эксперта в полном объеме (по Я. и ФИО1) согласился и специалист Р., допрошенный в суде по инициативе стороны защиты.

Кроме того, суд отмечает, что согласно ст. 29 УПК РФ внесение частных постановлений является правом суда, а не обязанностью, и при рассмотрении данного уголовного дела суд не находит оснований для вынесения данных процессуальных решений.

Назначая наказание подсудимому, суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, тяжесть совершенного подсудимым преступления, которое относится к категории особо тяжких, личность подсудимого, который на момент совершения преступлений имел неснятую и непогашенную в установленном законом порядке судимость, характеризуется по месту жительства посредственно, по месту работы – положительно, по месту отбывания наказания – удовлетворительно, не привлекался к административной ответственности, на учете у нарколога и психиатра не состоит, холост.

Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого, является рецидив преступлений, в силу ст. 63 ч.1.1 УК РФ алкогольное опьянение с учетом характера и обстоятельств совершенного преступления, а также личности виновного суд не признает отягчающим обстоятельством.

Обстоятельствами, смягчающими вину подсудимого, являются явка с повинной, частичное признание вины, противоправность поведения потерпевшего, оказание иной помощи непосредственно после совершения преступления, участие в выполнении задач в условиях вооруженного конфликта на территории Чеченской республики.

Учитывая все обстоятельства, категорию и характер совершенного преступления, наличие смягчающих и отягчающего ответственность обстоятельств, характеризующие ФИО1 данные, мнение потерпевшей, суд считает, что исправление ФИО1, предупреждение совершения им новых преступлений и восстановление социальной справедливости будут обеспечены исключительно при реальном лишении его свободы.

Основания для применения ст. ст. 15 ч. 6, 64, 73 УК РФ и назначения дополнительного вида наказания отсутствуют. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.307, 308, 309 УПК РФ, суд 

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 111 ч. 4 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на **** лет **** месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения в отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу не изменять, содержать его под стражей. Срок наказания исчислять с **.**.**. Зачесть в срок отбытия наказания время содержания ФИО1 под стражей с **.**.** по **.**.**. 

Вещественные доказательства: 

-кроссовок серого цвета, три ватных диска с веществом бурого цвета – уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Коми через Печорский городской суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным в тот же срок с момента получения копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе в 10-дневный срок, с момента получения копии приговора, либо в 10-дневный срок с момента получения апелляционного представления, ходатайствовать об его участии при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, а также вправе в письменном виде заявлять о своем желании иметь защитника при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, поручить осуществление своей защиты избранному защитнику либо ходатайствовать о назначении защитника. 

Председательствующий: судья О.П. Лузан