Дело № 2-293/2019 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации 

26 марта 2019 года г.Иваново

Советский районный суд г. Иваново

в составе председательствующего судьи Хрипуновой И.Ю.,

при секретаре Гогозиной М.В.

с участием истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Тандер» о признании производственной травмы несчастным случаем на производстве, взыскании компенсации морального вреда 

у с т а н о в и л :

ФИО1 обратилась в суд с иском к АО «Тандер» о признании производственной травмой несчастным случаем на производстве, и расследовать его. Требования обоснованы тем, что 04 июля 2018 года истица находилась на рабочем месте в магазине 

<

данные изъяты>.Ею при осмотре товара были обнаружены просроченные продукты питания, о чем она сообщила директору Б.Е.В., который в ответ на это толкнул ее, она ударилась о тележку. В результате удара образовалась гематома правого плеча и левого предплечья, которые были зафиксированы в травмпункте. Также директором было составлено заявление на ее психиатрическое освидетельствование. Из отдела полиции, куда истица обратилась по факту нанесения побоев, она была направлена к психиатру.Истица получила побои на рабочем месте в рабочее время, однако акт о расследовании несчастного случая на производстве составлен не был.Просит признать полученную травму 4.07.2018 года несчастным случаем на производстве и расследовать ее.

В ходе судебного разбирательства истица уточнила исковые требования, просит при признать полученную травму 4.07.2018 года несчастным случаем на производстве и взыскать компенсацию морального вреда в сумме 100000 руб., в остальной части доводы, изложенные в иске и уточнениях к нему поддержала, дополнительно пояснила, что ей была причинена также психологическая травма, поскольку нанес побои директор, а должны быть созданы безопасные условия на производстве.

Представитель ответчика АО «Тандер» возражала против исковых требований, пояснила суду, что истицей не представлено доказательств, подтверждающих наступление несчастного случая 4 июля 2018 года, связанного с производством, не представлено и доказательств того, что гематомы правого плеча и левого предплечья возникли именно 4 июля 2018 года в период ее нахождения на работе с 9 до 11 час, а не в иной день,а также наступление временной или стойкой утраты профессиональной трудоспособности. Лист нетрудоспособности в АО «Тандер» не наступал. В удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда просит отказать в связи с отсутствием доказательств наличия вины работодателя. 

Суд, выслушав стороны, исследовав материалы дела, приходит к следующему. 

В судебном заседании установлено, что истица работала в должности 

<

данные изъяты>.

Приказом №-У от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор с ФИО1 был прекращен по п. 8 ч.1 ст. 77 ТК РФ с ДД.ММ.ГГГГ 

4 июля 2018 года ФИО1 в период времени с 9 час. до 11 час. находилась на рабочем месте, с 11 час. до 18 час. –истица на работе отсутствовала, что подтверждается табелем учета рабочего времени, и актами об отсутствии на работе. 

В обоснование заявленных требований истица ссылается на то, что 4 июля 2018 года в рабочее время ей были причинены телесные повреждения. 

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона обязана представить доказательства, на которые она ссылается в обоснование своих требований и возражений.

ФИО1 не представлено бесспорных доказательств получения травмы на производстве и неправомерности действий работодателя по отказу в оформлении несчастного случая на производстве.

В справке ОБУЗ Ивановский областной госпиталь для ветеранов войн от 04.07.2018 года указано, что 4.07.2018 года в 16 час. 05 мин. ФИО3 была оказана помощь по поводу травмы.Диагноз: 

<

данные изъяты>. ( л.д. 7)

Доказательств того, что указанные повреждения получены именно в период нахождения на рабочем месте с 9 час. до 11 час. 4.07.2018 года, а не при иных обстоятельствах, истицей не представлено. Из пояснений представителя ответчика следует, что рабочий день истицы заканчивается в 18 час. Как следует из акта отсутствия на рабочем месте от 4.07.2018 г. после 11 час. до окончания рабочего дня истица на рабочем месте не находилась.

Показания ФИО1 относительно обстоятельств и времени причинения телесных повреждений, данные в ходе судебного разбирательства, а также изложенные в иных документах, приобщенных к материалам дела, являлись неконкретными и непоследовательными. 

В заявлении ФИО1 в адрес директора Ивановского филиала АО «Тандер» от 12.07.2018 года истица Н.В. указала : « уборщица Ф.Р.И. толкнула об тележку, потом подошел Б. и тоже толкнул о тележку».

В своих пояснениях, данных в судебном заседании 28.11.2018 года, ФИО1 указала, что если бы она не была направлена на психиатрическое освидетельствование, то травмы бы не было. Ушибы и гематомы правого плеча и предплечья образовались потому, что ее «связывали и скручивали», далее указывает « сначала меня стукнул Б., потом меня связали». В пояснениях, данные в судебном заседании 26 февраля 2019 года, истица пояснила : « Ф. толкнула о тележку, я ударилась спиной, директор тоже толкнул о тележку-ударилась рукой, плечом. Другие телесные повреждения образовались от действий сотрудников скорой помощи, которые связывали». 

Согласно п. 1 ст. 5 Федерального закона от 24.07.1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, заключенного со страхователем подлежат обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

В соответствии с п. 1 ст. 7 Закона право на получение обеспечения по страхованию возникает со дня наступления страхового случая.

Статьей 3 вышеназванного Закона конкретизировано, что страховой случай - подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию (абз. 9); несчастный случай на производстве - событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть (абз. 10).

В соответствии с статьей 227 Трудового Кодекса РФ расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.9 Постановления Пленума Верховного с уда Российской Федерации от 10 марта 2011 года №2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний « в силу положений статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ и статьи 227 ТК РФ несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Согласно ст. 229.1 ТК РФ следует, что несчастный случай, о котором не было своевременно сообщено работодателю или в результате которого нетрудоспособность у пострадавшего наступила не сразу, расследуется в порядке, установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, по заявлению пострадавшего или его доверенного лица в течение одного месяца со дня поступления указанного заявления.

Заявлений от ФИО1 о проведении расследования по факту несчастного случая на производстве не поступало. 

Доводы истицы о том, что ею данное заявление было направлено 12 июля 2018 года и было зарегистрировано за № 1063 г. в книге учета входящей корреспонденции, не нашли своего подтверждения. 

Заявление, на которое в своих пояснениях ссылается истица,составлено в адрес директора Ивановского филиала АО «Тандер» по поводу незаконных действий директора Б.Е.В. и других лиц, не содержит просьбы о проведении расследования нечастного случая на производстве.( л.д. 15)

Из ответа ОБУЗ «Ивановский областной госпиталь для ветеранов войн» от 04.07.2018 года следует, что листок временной нетрудоспособности ФИО1 не выдавался.

Согласно ч. 1 ст. 230 ТК РФ предусмотрено, что по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации.

По смыслу указанных положений акт о несчастном случае на производстве по установленной форме (форма Н 1) оформляется по несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве, и при этом, если такой случай повлек за собой определенный последствия (необходимость перевода пострадавшего на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших). Учету и регистрации в установленном порядке подлежит несчастный случай также лишь при соблюдении необходимых условий - квалификации в качестве несчастного случая на производстве и наступлении определенных последствий, указанных выше.

В данном случае не было установлено такое юридически значимое обстоятельство как потеря работником трудоспособности на срок не менее одного дня в результате несчастного случая. Доказательств, что ФИО1 была нетрудоспособна, не имеется.

При изложенных обстоятельствах оснований для оформления акта о несчастном случае на производстве не имелось.

Истицей заявлены исковые требования о взыскании компенсации морального вреда, причиненного действиями работодателя.

В соответствии со ст. 237 ТР РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. 

Исходя из разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 года «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» обязанность работодателя возместить работнику моральный вред наступает, если работнику причинены физические и ( или) нравственные страдания, работодателем совершены виновные неправомерные действия или бездействия и имеется причинная связь между неправомерными виновными действиями (бездействием) работодателя и физическими и (или) нравственными страданиями работника. 

Доказательств, подтверждающих вину АО «Тандер» в причинении морального вреда, истицей не представлено, факт причинения телесных повреждений и вина в этом ответчика не установлены.

Руководствуясь ст.ст.193-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

Р Е Ш И Л :

В иске ФИО1 к Акционерному обществу «Тандер» о признании производственной травмы несчастным случаем на производстве, взыскании компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Советский районный суд г. Иваново в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья : Хрипунова И.Ю.

Мотивированное решение изготовлено 1 апреля 2019 года