Приговор

Именем Российской Федерации

19 марта 2021 г. г. Пятигорск

Пятигорский гарнизонный военный суд в составе:

председательствующего – Федоренко В.Ю., при секретарях судебного заседания Бадамяне К.Г. и Баграмяне А.Ю., с участием государственного обвинителя – помощника военного прокурора Черкесского гарнизона старшего лейтенанта юстиции ФИО19, подсудимого ФИО20, его защитников Севостьяновой Н.А. и Турчиной Н.В., подсудимого ФИО21, его защитников Блажко В.В. и Мирошниченко А.В., рассмотрел в открытом судебном заседании в присутствии личного состава материалы уголовного дела в отношении военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты> 

ФИО20, 

<

данные изъяты> 

и бывшего военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты> 

ФИО21, 

<

данные изъяты>

обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ.

Судебным следствием военный суд

установил:

ФИО20 c июля 2015 г. проходил военную службу в войсковой части №, дислоцированной в 

<

адрес> Карачаево-Черкесской Республики (далее - КЧР), в должности командира взвода подвоза горючего, а с 2015 г. кроме того исполнял обязанности начальника склада горючего и смазочных материалов (далее - ГСМ), то есть являлся должностным и материально ответственным лицом.

При этом в обязанности ФИО20, выполнявшего административно-хозяйственные и организационно-распорядительные функции, входили обеспечение сохранности, ведение учета, движения, выдачи вверенных ему материальных средств, в том числе дизельного топлива.

ФИО21 в период с 2013 г. по сентябрь 2019 г. также проходил военную службу в войсковой части № в должности заместителя командира автомобильного взвода (подвоза горючего) и непосредственно подчинялся по службе ФИО20.

В период с ноября по декабрь 2017 г. ФИО20 и ФИО21, желая обогатиться, действуя группой лиц по предварительному сговору, совершили растрату вверенного им по службе имущества – дизельного топлива «Зимнее». 

Так, в ноябре 2017 г. ФИО20 и ФИО21, действуя с вышеуказанной целью, совершили хищение вверенного ФИО20 по службе дизельного топлива «Зимнее» в размере 5 971 кг., находящегося на складе ГСМ войсковой части № при следующих обстоятельствах. 15 ноября 2017 г., действуя в рамках ранее достигнутого сговора, ФИО20 и ФИО21, дали указание подчиненному им старшему водителю-заправщику ФИО1 заправить на складе ГСМ автомобиль 

<

данные изъяты> с государственным регистрационным номером № дизельным топливом «Зимнее», что последний выполнил, а на следующий день, 16 ноября 2017 г. ФИО1, продолжая выполнять указания подсудимых, следуя в сопровождении ФИО21, вывез на вышеуказанном автомобиле дизельное топливо «Зимнее» в размере 5 971 кг. из войсковой части №, и слил в резервуар, находящийся по адресу: КЧР, 

<

адрес>

Кроме того, в декабре 2017 г. ФИО20 и ФИО21, действуя с вышеуказанной целью, снова похитили вверенное ФИО20 дизельное топливо «Зимнее» в размере 5 959 кг., находящееся на складе ГСМ войсковой части №, и 6 декабря 2017 г. дали указание подчиненному им старшему водителю-заправщику ФИО2 заправить на складе ГСМ автомобиль 

<

данные изъяты> с государственным регистрационным номером № дизельным топливом «Зимнее», что последним выполнено, а на следующий день, 7 декабря 2017 г. ФИО2, продолжая действовать по указанию подсудимых, следуя в сопровождении ФИО21, вывез на вышеуказанном автомобиле дизельное топливо «Зимнее» в размере 5 959 кг. из войсковой части №, и слил в резервуар, расположенный по адресу: КЧР, 

<

адрес>

Похищенным при вышеуказанных обстоятельствах топливом ФИО20 и ФИО21 распорядились по своему усмотрению, причинив ущерб государству в лице Министерства обороны Российской Федерации на общую сумму 406 095 руб. 40 коп. 

В суде подсудимый ФИО20 от дачи показаний отказался, воспользовавшись ст. 51 Конституции РФ, а подсудимый ФИО21 свою вину в совершении инкриминируемых ему деяний не признал, указав при этом, что по его мнению, невозможно осуществить беспрепятственный вывоз топлива с территории воинской части.

Несмотря на непризнание подсудимыми своей вины, их виновность подтверждается совокупностью следующих доказательств, исследованных в судебном заседании с участием сторон.

Так, допрошенный в суде свидетель ФИО1 в суде показал, что 15 ноября 2017 г. по указанию ФИО20 и ФИО21 полностью заправил топливозаправщик 

<

данные изъяты> с государственным регистрационным номером № дизельным топливом «Зимнее» в объеме 5 719 кг., которое 16 ноября 2017 г. вывез за территорию воинской части, и в сопровождении ФИО21 слил в резервуар, находящийся по адресу: КЧР, 

<

адрес>, о чем впоследствии доложил ФИО20.

Свидетель ФИО2 показал, что 6 декабря 2017 г. по указанию ФИО20 и ФИО21 полностью заправил на складе ГСМ топливозаправщик 

<

данные изъяты> с государственным регистрационным номером № дизельным топливом «Зимнее» в объеме 5 959 кг., которое на следующий день, 7 декабря 2017 г., вывез из воинской части и в сопровождении ФИО21 слил в резервуар, расположенный по адресу: КЧР, 

<

адрес>, о чем впоследствии доложил ФИО20.

Из протоколов проверок показаний на месте, а также очных ставок с участием ФИО2 и ФИО1 видно, что данные лица подтвердили вышеизложенные показания.

Сведениями о детализации телефонных переговоров подтверждаются как факты переговоров между ФИО20, ФИО21, ФИО2 и ФИО1, так и показания свидетелей ФИО2 и ФИО1 о вывозе ими топлива 16 ноября и 7 декабря 2017 г. из войсковой части № в ст. Зеленчукскую.

Из ведомости измерений количества горючего и смазочных материалов при снятии остатков на складе горючего войсковой части №, акта снятия остатков на 19 октября 2018 г., выписки из приказа командира войсковой части № от 20 ноября 2018 г. № 2793, а также книг учета недостач и книг учета наличия и движения категорийных материальных ценностей службы ГСМ войсковой части №, в том числе усматривается, что в войсковой части № 19 октября 2018 г. обнаружена недостача различных видов топлива, в том числе дизельного топлива «Зимнее» общей массой 66 335 кг.

Допрошенные в ходе судебного разбирательства в качестве свидетелей ФИО3 и ФИО4 (офицеры войсковой части №), подтвердили факт обнаружения недостачи, имеющейся в войсковой части №.

В соответствии со сведениями из 7 отделения финансово-расчетного пункта Федерального казенного учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны РФ по Ставропольскому краю», стоимость дизельного топлива «Зимнее» по состоянию на 16 ноября и 7 декабря 2017 г. составляла за 1 кг. – 33 руб. 89 коп. и 34 руб. 19 коп. соответственно.

Допрошенная в суде в качестве свидетеля сотрудник финансово-расчетного пункта ФИО5 подтвердила вышеуказанные сведения, а также показала, что стоимость различных видов топлива, числящегося за войсковой частью №, изменяется в зависимости от убытия и поступления указанного топлива по различным ценам на баланс воинской части. 

Путевыми листами № 4989/17 и № 5389/17 подтверждаются факты убытия из войсковой части № 16 ноября 2017 г. автомобиля 

<

данные изъяты> с государственным регистрационным номером №, и 7 декабря 2017 г. автомобиля 

<

данные изъяты> с государственным регистрационным номером №, соответственно.

Согласно заключению специалиста ФИО6 (начальника службы горючего и смазочных материалов войсковой части №) общая стоимость вывезенного дизельного топлива «Зимнее» по состоянию на 16 ноября 2017 г. составила 202 357 руб. 19 коп., а на 7 декабря 2017 г. – 203 738 руб. 21 коп., а всего 406 095 руб. 40 коп. 

Согласно Руководству по войсковому (корабельному) хозяйству в Вооруженных Силах Российской Федерации, в обязанности начальника склада ГСМ, в том числе входит обеспечение сохранности, ведение учета, движения, выдачи вверенных ему материальных средств. 

Приказом командира войсковой части № от 22 сентября 2015 г. № 2093 подтверждается факт возложения на ФИО20 с сентября 2015 г. временного исполнения обязанностей начальника склада ГСМ войсковой части №.

Из чеков-ордеров от 17 марта 2021 г. видно, что подсудимые ФИО20 и ФИО21 перечислили на счет Министерства обороны Российской Федерации денежные средства в общей сумме 406 095 руб. 40 коп. в счет возмещения ущерба, причиненного преступлением.

Оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд считает установленным, что виновность ФИО20 и ФИО21 в совершении инкриминируемого им преступления нашла свое подтверждение в судебном заседании.

В основу приговора суд кладет показания свидетелей ФИО2, ФИО1, ФИО5, специалиста ФИО6, которые в том числе подтверждаются протоколами следственных действий, а также иными письменными доказательствами, являются непротиворечивыми, логичными и убедительными, взаимно дополняют друг друга и сомнений в достоверности у суда не вызывают.

Сторона защиты в суде настаивала на невиновности подсудимых ФИО20 и ФИО21. На основании изложенного и с учетом собственной оценки исследованных доказательств защитой заявлено о необходимости оправдания подсудимых. 

В обоснование указанного заявления сторона защиты сослалась на те обстоятельства, что свидетели ФИО2 и ФИО1 не являются специалистами в области топлива, в связи с чем они не могли определить ни вид, ни объем вывозимого топлива, хищение которого вменяется подсудимым, а кроме того в части иных обстоятельств дела давали ложные, по мнению защиты, показания, поэтому заключение специалиста ФИО6 является недопустимым доказательством по делу. Кроме того, подсудимый ФИО21 показал, что в указанный дни не сопровождал ФИО2 и ФИО1.

Вместе с тем указанное утверждение стороны защиты суд считает несостоятельным, поскольку допрошенные в суде ФИО2 и ФИО1 последовательно утверждали о том, что по указаниям ФИО20 и ФИО21 лично осуществляли наполнение вверенных им топливозаправщиков именно дизельным топливом «Зимнее» из соответствующих резервуаров на складе ГСМ полностью, т.е. по откалиброванную горловину, при этом на въезде в ст. Зеленчукскую их встречал ФИО21, который и указывал им на место, куда необходимо слить топливо. При этом сведения о детализации телефонных переговоров, содержащие в том числе сведения о местах нахождения абонентов во время соединений, не противоречат показаниям этих свидетелей. Одновременно суд считает, что заключение специалиста ФИО6, данное им не только на основании показаний данных свидетелей, а также на основании сведений о плотности и стоимости топлива, в совокупности с иными доказательствами, является обоснованным и допустимым, а обратное утверждение стороны защиты расценивает как основанное только на отрицании установленных в суде фактических обстоятельств.

Также сторона защиты сослалась на показания допрошенных в суде в качестве свидетелей военнослужащих войсковой части №: ФИО4 (начальника службы ГСМ), а также ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16 и ФИО17 о том, что им не известно о фактах хищений топлива в войсковой части №. При этом ряд указанных свидетелей показали о том, что в периоды исполнения ими обязанностей дежурных по контрольно-пропускному пункту и парку воинской части они добросовестно исполняли возложенные на них обязанности и не могли допустить фактов необоснованного вывоза топлива, а свидетель ФИО16 также показал, что являлся старшим машины и при нем не имел место необоснованный слив топлива 7 декабря 2017 г.

Вместе с тем, оценивая вышеприведенные доводы защиты, суд полагает необходимым отметить, что указание свидетелей на их неосведомленность о каком-либо событии, не свидетельствует о том, что таковое событие не происходило, а факт вывоза топлива 7 декабря 2017 г. подтверждается как показаниями свидетеля ФИО2, так и согласующимся с ними документами – путевым листом и соответствующей выпиской из приказа об осуществлении выезда закрепленного за ним транспортного средства, при этом из данного приказа видно, что старшим назначен не ФИО16, а ФИО4. 

Кроме того сторона защиты в обоснование утверждения о невиновности подсудимого ФИО21 указала, что отсутствуют доказательства совершения преступления группой лиц по предварительному сговору, в связи с чем вменение такого признака является несостоятельным.

Вместе с тем указанный довод стороны защиты также основан только на отрицании установленных в ходе предварительного следствия и подтвержденных в суде приведенных выше обстоятельств, связанных с отдачей ФИО20 и ФИО21 указаний подчиненным военнослужащим ФИО2 и ФИО1 на вывоз топлива, при этом ФИО21 осуществлял сопровождение похищенного топлива, а о результатах сливов осуществлялись доклады ФИО20, о чем также показывали свидетели обвинения, в связи с чем данное утверждение стороны защиты является несостоятельным.

Одновременно суд не дает оценку иным документам и показаниям свидетелей в части, касающейся иных деяний, совершение которых не вменяется подсудимым, в связи с их беспредметностью.

Вышеперечисленные доказательства стороны обвинения как полностью, так и в деталях, согласуются между собой и не вызывают сомнений в своей достоверности, не содержат противоречий, являются последовательными и взаимодополняющими, в связи с чем суд считает их правдивыми, объективно отражающими описанные события, и поэтому кладет их в основу приговора, а заявление стороны защиты о невиновности ФИО20 и ФИО21, расценивает как надуманное и недостоверное, сделанное с целью избежать подсудимыми ответственности за содеянное, поскольку эти утверждения состоят в противоречии с вышеприведенными доказательствами обвинения.

Таким образом, проверив согласующиеся в деталях и в целом представленные доказательства, суд находит доказанными факты совершения ФИО20 и ФИО21 инкриминируемых им деяний. 

При этом при юридической квалификации совершенных ФИО21 и ФИО20 деяний, с учетом требований ст. 252 УПК РФ, суд приходит к следующим выводам.

В судебном заседании государственный обвинитель в соответствии с ч. 8 ст. 246 УПК РФ изменил обвинение в сторону смягчения путем исключения из предъявленного ФИО20 и ФИО21 обвинения эпизодов совершения ими хищений топлива 28 сентября 2017 г., 25 октября 2017 г., 23 января 2018 г., 3, 4 и 6 июля 2018 г., 24 августа 2018 г. и 7 сентября 2018 г. на общую сумму 1 257 266 руб. 71 коп., совершения подсудимыми действий с использованием служебного положения, организованной группой и в особо крупном размере, как ненашедших своего подтверждения в суде, в связи с чем переквалифицировал вменяемое подсудимыми деяние на ч. 2 ст. 160 УК РФ, т.е. на растрату, совершенную группой лиц по предварительному сговору. В обоснование заявленного ходатайства государственный обвинитель сослался на то обстоятельство, что согласно материалам дела, в том числе постановления следователя по особо важным делам второго военного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Южному военному округу о прекращении уголовного дела от 23 октября 2019 г., дизельное топливо «Летнее», недостача которого выявлена в войсковой части 01485 в октябре 2018 г. и хищение которого в том числе вменялось подсудимым, было бездокументально передано в иную воинскую часть Министерства обороны Российской Федерации иными лицами.

В соответствии с ч. 7 и 8 ст. 246 УПК РФ полный или частичный отказ государственного обвинителя от обвинения в ходе судебного разбирательства, а также изменение им обвинения в сторону смягчения, предопределяют принятие судом решения в соответствии с позицией государственного обвинителя, так как уголовно-процессуальный закон исходит из того, что уголовное судопроизводство осуществляется на основе принципа состязательности и равноправия сторон, а формулирование обвинения и его поддержание перед судом обеспечиваются обвинителем.

Данное изменение обвинения государственным обвинителем произведено в порядке реализации его процессуальных полномочий, предоставленных ст. 246 УПК РФ, при этом положение ФИО20 и ФИО21 не ухудшается.

Против указанного ходатайства сторона защиты не возражала. 

В связи с изложенным, суд соглашается с позицией государственного обвинителя, и, руководствуясь ст. 246 УПК РФ, исключает из обвинения ФИО20 и ФИО21 эпизоды совершения ими хищений топлива 28 сентября 2017 г., 25 октября 2017 г., 23 января 2018 г., 3, 4 и 6 июля 2018 г., 24 августа 2018 г. и 7 сентября 2018 г. на общую сумму 1 257 266 руб. 71 коп., совершение подсудимыми действий с использованием служебного положения, организованной группой и в особо крупном размере.

Таким образом, поскольку судом установлены изложенные в описательной части приговора фактические обстоятельства, то суд, давая юридическую квалификацию, расценивает содеянное ФИО20 и ФИО21 как растрату, совершенную группой лиц по предварительному сговору, и квалифицирует по ч. 2 ст. 160 УК РФ.

При назначении наказания суд, учитывая характер и степень общественной опасности совершенного преступления, принципы справедливости и соразмерности ответственности, личности ФИО20 и ФИО21, влияние назначаемого наказания на их исправление и на условия жизни их семей, приходит к выводу о назначении подсудимым основного наказания в виде лишения свободы, поскольку иное наказание не достигнет своей цели и исправления ФИО20 и ФИО21, а также не усматривает оснований для изменения категории совершенного ими преступления на менее тяжкую в порядке ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Вместе с тем, обстоятельствами, смягчающими наказание, суд признает наличие у ФИО21 малолетних детей, а также добровольное возмещение ФИО20 и ФИО21 имущественного ущерба, причиненного в результате преступления, в связи с чем, при назначении наказания суд руководствуется положениями ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Также суд принимает во внимание, что подсудимые по месту службы и жительства характеризуются положительно, имеют поощрения от командования, ФИО21 к уголовной ответственности ранее не привлекался и ни в чем предосудительном замечен не был, а ФИО20 является ветераном боевых действий и имеет ведомственные награды, в том числе за участие в контртеррористических операциях на территории Северо-Кавказского региона Российской Федерации.

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенного ФИО20 и ФИО21 преступления, принимая во внимание данные о личности виновных, наличие смягчающих обстоятельств и отсутствие отягчающих обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление подсудимых, на условия жизни их семей, в том числе оказание ФИО21 помощи отцу - инвалиду, их состояние здоровья, суд не назначает подсудимым дополнительное наказание в виде ограничения свободы, предусмотренное санкцией ч. 2 ст. 160 УК РФ, а также приходит к выводу о возможности исправления подсудимых без реального отбывания наказания и считает допустимым применение положений ст. 73 УК РФ, с возложением на ФИО20 и ФИО21 обязанностей не допускать нарушений общественного порядка, за которые возможно назначение административных наказаний, а также не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных.

При этом суд не усматривает оснований для отмены либо изменения избранной в отношении ФИО20 и ФИО21 меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Министерством обороны Российской Федерации к подсудимым в солидарном порядке предъявлен гражданский иск о взыскании ущерба, причиненного преступлением, в сумме 1 663 362 руб. 11 коп., который представитель потерпевшего Министерства обороны Российской Федерации – ФИО18 в своем письменном заявлении поддержал.

Подсудимые ФИО20 и ФИО21 просили в удовлетворении иска отказать, поскольку от части обвинения государственный обвинитель отказался, а оставшаяся сумма ущерба в размере 406 095 руб. 40 коп. была ими добровольно возмещена.

Как видно из материалов дела, государственным обвинителем поддержано обвинение на сумму 406 095 руб. 40 коп., которая в добровольном порядке полностью возмещена ФИО20 и ФИО21, при этом от обвинения подсудимых в хищении имущества на сумму 1 257 266 руб. 71 коп. государственный обвинитель отказался в сторону смягчения, как от не нашедшего своего подтверждения в суде.

В связи с вышеизложенным суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска полностью.

При разрешении вопроса о судьбе имущества ФИО20 и ФИО21, на которое наложен арест, суд, в соответствии со ст. 115 УПК РФ, полагает необходимым его отменить. 

Разрешая же судьбу вещественных доказательств суд руководствуется положениями ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 307-309 УПК РФ, суд

приговорил:

ФИО20 признать виновным в растрате, то есть в хищении чужого имущества, вверенного виновному, совершенном группой лиц по предварительному сговору, то есть в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 160 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 2 (два) года и 3 (три) месяца.

ФИО21 признать виновным в растрате, то есть в хищении чужого имущества, вверенного виновному, совершенном группой лиц по предварительному сговору, то есть в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 160 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 2 (два) года.

В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное ФИО20 наказание в виде лишения свободы сроком на 2 (два) года и 3 (три) месяца считать условным, с испытательным сроком продолжительностью в 1 (один) год, в течение которого осужденный должен своим поведением доказать свое исправление.

В соответствии с ч. 5 ст. 73 УК РФ возложить на условно осужденного ФИО20 обязанность в течение испытательного срока не допускать грубых дисциплинарных проступков и нарушений общественного порядка, за которые возможно назначение административных наказаний, не менять в период службы место постоянного жительства без уведомления командования, а в случае увольнения с военной службы – не менять место постоянного жительства и работы без уведомления уголовно-исполнительной инспекции, осуществляющей контроль за его поведением.

В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное ФИО21 наказание в виде лишения свободы сроком на 2 (два) года считать условным, с испытательным сроком продолжительностью в 1 (один) год, в течение которого осужденный должен своим поведением доказать свое исправление.

В соответствии с ч. 5 ст. 73 УК РФ возложить на условно осужденного ФИО21 обязанность в течение испытательного срока не допускать нарушений общественного порядка, за которые возможно назначение административных наказаний, не менять место постоянного жительства и работы без уведомления уголовно-исполнительной инспекции, осуществляющей контроль за его поведением.

До вступления приговора в законную силу меры пресечения осужденным ФИО20 и ФИО21 – в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, оставить без изменения.

В удовлетворении гражданского иска Министерства обороны Российской Федерации к ФИО20 и ФИО21 о возмещении ущерба, причиненного преступлением, отказать. 

По вступлению приговора в законную силу вещественные доказательства по делу: 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Арест, наложенный на имущество, принадлежащее осужденному ФИО20 – 

<

данные изъяты> отменить.

Арест, наложенный на имущество, принадлежащее осужденному ФИО21, 

<

данные изъяты> – отменить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Южного окружного военного суда, через Пятигорский гарнизонный военный суд, в течение 10 суток со дня его постановления.

В случае направления уголовного дела в судебную коллегию по уголовным делам Южного окружного военного суда для рассмотрения в апелляционном порядке осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в заседании суда апелляционной инстанции, поручить осуществление своей защиты избранным ими защитникам, отказаться от защитников либо ходатайствовать перед судом апелляционной инстанции о назначении им защитников.

Председательствующий В.Ю. Федоренко