Председательствующий в 1 инстанции: ФИО1 №33-256/2026

№ 2а-3864/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

22 января 2026 года г. Донецк

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Донецкой Народной Республики в составе:

председательствующего судьи Дорошенко В.Г.,

судей: Зарицкой О.А., Шамратова Т.Х.,

при секретаре Трубачеве А.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2, ФИО3 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Донецкой Народной Республике о признании решения незаконным и его отмене, возложении обязанности совершить определённые действия

по апелляционной жалобе ФИО2, ФИО3

на решение Горняцкого суда г. Макеевки Донецкой Народной Республики от 29 октября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Дорошенко В.Г., изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, судебная коллегия,

установила:

ФИО2 и ФИО3 обратились в суд с административным иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Донецкой Народной Республике (далее - ОСФР по ДНР), в котором просили признать незаконным и отменить решение ОСФР по ДНР № от ДД.ММ.ГГГГ. Возложить на ОСФР по ДНР обязанность выдать ФИО3 государственный сертификат на материнский (семейный) капитал.

Исковые требования мотивированы тем, что ФИО2 является опекуном ФИО3, родившейся ДД.ММ.ГГГГ года в г. Макеевке, имеющей статус ребенка, оставшегося без попечения родителей в связи с лишением ее матери ФИО4 родительских прав.

Сведения об отце в свидетельстве о рождении ФИО3 внесены со слов матери.

18 июня 2025 года ФИО2, действуя в интересах подопечной, обратилась к ответчику с заявлением о выдаче государственного сертификата на материнский (семейный) капитал.

Решением ОСФР по ДНР от 18 июня 2025 года ФИО3 отказано в выдаче государственного сертификата на основании п. 1 ч. 6 ст. 5 Федерального закона от 29 декабря 2006 года № 256-ФЗ «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей» в связи с отсутствием права, поскольку ребенок не является гражданином Российской Федерации по рождению.

Истцы считает данное решение незаконным, поскольку в соответствии со статьей 14 Федерального конституционного закона от 4 октября 2022 года № 5-ФКЗ «О принятии в Российскую Федерацию Донецкой Народной Республики и образовании в составе Российской Федерации нового субъекта – Донецкой Народной Республики» жителям Донецкой Народной Республики, приобретшим гражданство Российской Федерации гарантированы равные социальные права, независимо от их прежнего гражданского статуса.

Решением Горняцкого суда г. Макеевки Донецкой Народной Республики от 29 октября 2025 года в удовлетворении исковых требований ФИО2, ФИО3 отказано.

В апелляционной жалобе ФИО2, ФИО3 просят отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований, в связи с неправильным определением судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела, нарушением норм материального права. Указывают на то, что судом не учтены положения Федерального закона от 25 декабря 2023 года № 634-ФЗ «О внесении изменений в статью 3 Федерального закона «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей», которым установлены исключения из общего правила для жителей регионов, вошедших в состав Российской Федерации в октябре 2022 года.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции стороны не явились, о времени и месте рассмотрения дела уведомлены надлежащим образом, судебные извещения получены истцами и уполномоченным представителем ответчика.

При указанных обстоятельствах, учитывая положения ч. 3 ст. 167 ГПК Российской Федерации, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся сторон.

Определением Верховного Суда Донецкой Народной Республики от 29 декабря 2025 года, суд перешел к рассмотрению дела в порядке гражданского судопроизводства.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции по доводам, изложенным в апелляционной жалобе (ч. 1 ст. 3271 ГПК РФ), судебная коллегия считает, что решение суда подлежит отмене, с принятием по делу нового решения об удовлетворении исковых требований, по следующим основаниям.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, решением исполнительного комитета Макеевского городского совета от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО2 назначена опекуном ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в связи с тем, что мать несовершеннолетних – ФИО4 осуждена и отбывала наказание в местах лишения свободы (л.д. 88).

ФИО4 являлась единственным родителем, сведения об отце детей внесены в свидетельство о рождении со слов матери, согласно ст. 135 Семейного кодекса Украины.

Решением Советского районного суда г. Макеевки Донецкой области от 6 декабря 2011 года ФИО4 лишена родительских прав в отношении несовершеннолетних ФИО5 и ФИО3 (л.д. 37-39).

Согласно решению исполнительного комитета Макеевского городского совета от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО3 установлен статус ребенка, лишенного родительской опеки (л.д. 92-93).

Решением Горняцкого районного суда г. Макеевки от 24 декабря 2024 года ФИО4 признана безвестно отсутствующей с 1 октября 2019 года (л.д. 94-97).

5 июня 2024 года ФИО3 документирована паспортом гражданина Российской Федерации (л.д. 74).

18 июня 2025 года истец ФИО3 обратилась к ответчику с заявлением о выдаче государственного сертификата на материнский (семейный) капитал (л.д. 71).

Решением ОСФР по ДНР от 18 июня 2025 года ФИО3 отказано в выдаче государственного сертификата на основании п. 1 ч. 6 ст. 5 Федерального закона от 29 декабря 2006 года № 256-ФЗ «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей» в связи с отсутствием права, поскольку ребенок не является гражданином Российской Федерации по рождению (л.д. 100).

Разрешая заявленный спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из отсутствия права, предусмотренного статьей 3 Федерального закона от 29 декабря 2006 года № 256-ФЗ «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей» у матери истца ФИО3 - ФИО4, не являющейся гражданкой Российской Федерации, и, следовательно, невозможности перехода такого права к ее детям.

Судебная коллегия не соглашается с выводами суда первой инстанции по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 39 Конституции РФ в Российской Федерации каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом.

Дополнительные меры государственной поддержки семей, имеющих детей, в целях создания условий, обеспечивающих этим семьям достойную жизнь, предоставляются в соответствии с Федеральным законом от 29 декабря 2006 года № 256-ФЗ «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей» (далее - Федеральный закон № 256-ФЗ).

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 3 Федерального закона № 256-ФЗ право на дополнительные меры государственной поддержки возникает при рождении (усыновлении) ребенка (детей), приобретшего (приобретших) гражданство Российской Федерации по рождению, у следующих лиц, имеющих гражданство Российской Федерации на день рождения ребенка, независимо от их места жительства: женщин, родивших (усыновивших) второго ребенка начиная с 1 января 2007 года; женщин, родивших (усыновивших) третьего ребенка или последующих детей начиная с 1 января 2007 года, если ранее они не воспользовались правом на дополнительные меры государственной поддержки; мужчин, являющихся единственными усыновителями второго, третьего ребенка или последующих детей, ранее не воспользовавшихся правом на дополнительные меры государственной поддержки, если решение суда об усыновлении вступило в законную силу начиная с 1 января 2007 года; женщин, родивших (усыновивших) первого ребенка начиная с 1 января 2020 года; мужчин, являющихся единственными усыновителями первого ребенка, ранее не воспользовавшихся правом на дополнительные меры государственной поддержки, если решение суда об усыновлении вступило в законную силу начиная с 1 января 2020 года; мужчин, воспитывающих второго, третьего ребенка или последующих детей, рожденных начиная с 1 января 2007 года, и являющихся их отцами (усыновителями), в случае смерти женщины, не имевшей гражданства Российской Федерации, родившей указанных детей, либо объявления ее умершей; мужчин, воспитывающих первого ребенка, рожденного начиная с 1 января 2020 года, и являющихся отцами (усыновителями) указанного ребенка, в случае смерти женщины, не имевшей гражданства Российской Федерации, родившей указанного ребенка, либо объявления ее умершей.

В соответствии с ч. 3 ст. 3 Федерального закона № 256-ФЗ право женщин, указанных в части 1 настоящей статьи, на дополнительные меры государственной поддержки прекращается и возникает у отца (усыновителя) ребенка независимо от наличия гражданства Российской Федерации или статуса лица без гражданства в случаях смерти женщины, объявления ее умершей, лишения родительских прав в отношении ребенка, в связи с рождением которого возникло право на дополнительные меры государственной поддержки, совершения в отношении своего ребенка (детей) умышленного преступления, относящегося к преступлениям против личности и повлекшего за собой лишение родительских прав или ограничение родительских прав в отношении ребенка (детей), оставления ребенка, в связи с рождением которого возникло право на дополнительные меры государственной поддержки, в родильном доме (отделении) или иной медицинской организации, наличия письменного согласия матери на усыновление ребенка, в связи с рождением которого возникло право на дополнительные меры государственной поддержки (за исключением согласия на его усыновление отчимом), а также в случае отмены усыновления ребенка, в связи с усыновлением которого возникло право на дополнительные меры государственной поддержки. Право на дополнительные меры государственной поддержки у указанного лица не возникает, если оно является отчимом в отношении предыдущего ребенка, очередность рождения (усыновления) которого была учтена при возникновении права на дополнительные меры государственной поддержки, а также если ребенок, в связи с рождением (усыновлением) которого возникло право на дополнительные меры государственной поддержки, признан в порядке, предусмотренном Семейным кодексом Российской Федерации, после смерти матери (усыновительницы) оставшимся без попечения родителей.

Частью 4 статьи 3 Федерального закона № 256-ФЗ случаях установлено, что если отец (усыновитель) ребенка, у которого в соответствии с частью 3 настоящей статьи возникло право на дополнительные меры государственной поддержки, или мужчина, являющийся единственным усыновителем ребенка, умер, объявлен умершим, лишен родительских прав в отношении ребенка, в связи с рождением которого возникло право на дополнительные меры государственной поддержки, оставил ребенка, в связи с рождением которого возникло право на дополнительные меры государственной поддержки, в родильном доме (отделении) или иной медицинской организации, дал письменное согласие на усыновление ребенка, в связи с рождением которого возникло право на дополнительные меры государственной поддержки (за исключением согласия на его усыновление мачехой), совершил в отношении своего ребенка (детей) умышленное преступление, относящееся к преступлениям против личности и повлекшее за собой лишение родительских прав или ограничение родительских прав в отношении ребенка (детей), либо если в отношении указанных лиц отменено усыновление ребенка, в связи с усыновлением которого возникло право на дополнительные меры государственной поддержки, их право на дополнительные меры государственной поддержки прекращается и возникает у ребенка (детей в равных долях), не достигшего совершеннолетия, и (или) у совершеннолетнего ребенка (детей в равных долях), обучающегося по очной форме обучения в образовательной организации (за исключением организации дополнительного образования) до окончания такого обучения, но не дольше чем до достижения им возраста 23 лет.

Согласно части 5 статьи 3 Федерального закона № 256-ФЗ право на дополнительные меры государственной поддержки возникает у ребенка (детей в равных долях), указанного в части 4 настоящей статьи, в случае, если женщина, право которой на дополнительные меры государственной поддержки прекратилось по основаниям, указанным в части 3 настоящей статьи, являлась единственным родителем (усыновителем) ребенка, в связи с рождением (усыновлением) которого возникло право на дополнительные меры государственной поддержки, либо в случае, если у отца (усыновителя) ребенка (детей) не возникло право на дополнительные меры государственной поддержки по основаниям, указанным в части 3 настоящей статьи.

Таким образом, право несовершеннолетнего ребенка на вышеуказанные меры государственной поддержки является производным от права женщины (матери) и может быть реализовано в случае, когда право женщины на указанные меры прекратилось по основаниям, предусмотренным законом (в связи со смертью, объявлением умершей, лишением родительских прав и в других ситуациях отсутствия материнского попечения).

Право на получение сертификата на материнский (семейный) капитал является переходящим правом, поскольку изначально оно возникает у женщины, родившей второго ребенка после 1 января 2007 года, если по каким-либо причинам женщина это право утрачивает, то оно переходит к отцу детей (ч. 3 ст. 3 Федерального закона № 256-ФЗ). Если по каким-либо причинам отец детей это право утрачивает, то оно переходит к детям (части 4 и 5 статьи 3 Федерального закона № 256-ФЗ).

Согласно ч. 6 ст. 5 Федерального закона № 256-ФЗ основаниями для отказа в удовлетворении заявления о выдаче сертификата являются: отсутствие права на дополнительные меры государственной поддержки в соответствии с данным Федеральным законом; прекращение права на дополнительные меры государственной поддержки по основаниям, установленным частями 3, 4 и 6 статьи 3 Федерального закона; представление недостоверных сведений, в том числе сведений об очередности рождения (усыновления) и (или) о гражданстве ребенка, в связи с рождением (усыновлением) которого возникает право на дополнительные меры государственной поддержки; прекращение права на дополнительные меры государственной поддержки в связи с использованием средств материнского (семейного) капитала в полном объеме.

Данный перечень является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

Из материалов дела следует, что основанием для решения об отказе ФИО3 в выдаче сертификата на материнский (семейный) капитал, принятого ответчиком ДД.ММ.ГГГГ №, послужило отсутствие у ребенка гражданства Российской Федерации по рождению.

Между тем, выводы суда первой инстанции об отказе в удовлетворении исковых требований, постановлены без учета особенностей, установленных Федеральным законом от 25 декабря 2023 года № 634-ФЗ «О внесении изменений в статью 3 Федерального закона «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей», которым определены исключения из общего правила для жителей новых регионов, а именно действие положений абзаца первого части 1 и части 2 статьи 3 Федерального закона № 256-ФЗ не распространяется на граждан Российской Федерации, не имевших гражданства Российской Федерации и постоянно проживавших на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики, Запорожской области и Херсонской области на день рождения (усыновления) ребенка (детей) по состоянию на день принятия в Российскую Федерацию указанных республик и областей и образования в составе Российской Федерации новых субъектов - Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики, Запорожской области и Херсонской области и имеющих право на дополнительные меры государственной поддержки.

На дату обращения в ОСФР по ДНР с заявлением о выдаче государственного сертификата на материнский (семейный) капитал, ФИО3 являлась гражданкой Российской Федерации.

С учетом изложенного, судебная коллегия считает, что суд первой инстанции подошел к разрешению вопроса о наличии у несовершеннолетней ФИО3, лишенной родительской опеки права на дополнительные меры социальной поддержки формально, без надлежащего исследования и проверки доказательств, без учета фактических обстоятельств дела.

Согласно Конституции Российской Федерации, в Российской Федерации гарантируется государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (часть 2 статьи 7); материнство и детство, семьи находятся под защитой государства (часть 1 статьи 38); каждому гарантируется социальное обеспечение, в том числе для воспитания детей (часть 1 статья 39). Конкретные меры социальной поддержки семьи и детей, имеющие как основной, так и дополнительный характер, в соответствии со статьей 39 Конституции Российской Федерации устанавливаются федеральными законами и законами субъектов Российской Федерации.

Конституция Российской Федерации, провозглашая Российскую Федерацию социальным государством (статья 7), под защитой которого находятся семья, материнство и детство (часть 1 статьи 38), гарантирует каждому социальное обеспечение для воспитания детей и предоставляет законодателю право определить виды такого обеспечения, его размеры, условия и порядок предоставления (части 1, 2 статьи 39).

К числу основных мер социальной защиты граждан, имеющих детей, относится выплата государственных пособий в связи с рождением и воспитанием детей. Единая система таких пособий установлена Федеральным законом от 19 мая 1995 года № 81-ФЗ «О государственных пособиях гражданам, имеющим детей».

В дополнение к основным мерам социальной защиты федеральный законодатель для создания условий, обеспечивающих семьям с детьми достойную жизнь, в Федеральном законе № 256-ФЗ предусмотрел для таких семей возможность получения государственной поддержки в форме предоставления материнского (семейного) капитала, средства которого могут направляться на улучшение жилищных условий семьи, получение образования, а также повышение уровня пенсионного обеспечения.

Из преамбулы и статьи 1 Федерального закона № 256-ФЗ следует, что целью данного нормативного правового акта является создание в Российской Федерации надлежащих условий, обеспечивающих достойную жизнь семьям, имеющим детей, во исполнение Конституции Российской Федерации, общепризнанных принципов и норм международного права, в частности части 3 статьи 27 «Конвенции о правах ребенка».

Судебная коллегия учитывает, что лишенная родительских прав мать ФИО3 – ФИО4 признана безвестно отсутствующей, что исключает возможность приобретения ею гражданства Российской Федерации и возникновения в будущем у истца ФИО3 права на дополнительные меры государственной поддержки, в соответствие с частью 5 статьи 3 Федерального Закона № 256-ФЗ.

Между тем, право несовершеннолетней ФИО3 на получение мер социальной поддержки не может быть ограничено или прекращено в отсутствие законных на то оснований, а отказ в выдаче сертификата на материнский (семейный) капитал по формальным основаниям ущемляет законные права и интересы несовершеннолетнего ребенка, в связи с чем вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания незаконным решения ОСФР по ДНР об отказе в выдаче ФИО3 государственного сертификата на материнский (семейный) капитал является незаконным и противоречит фактическим обстоятельствам дела и вышеприведенным нормам закона.

Общеправовой принцип справедливости исключает формальный подход и предполагает учет особенностей жизненной ситуации, в которой находиться гражданин, что позволяет обеспечить справедливое соотношение прав и законных интересов такого гражданина с правами и законными интересами государственного органа.

Таким образом, судебная коллегия, проанализировав обстоятельства дела и вышеприведенные нормы законодательства, приходит к выводу о незаконности действий пенсионного органа об отказе в предоставлении ФИО3 дополнительных мер государственной поддержки, при наличии у несовершеннолетней ФИО3 в силу части 5 статьи 3 Федерального Закона № 256-ФЗ права на получение сертификата на материнский (семейный) капитал, поскольку ФИО3 является вторым ребенком, родившимся после 1 января 2007 года, мать которого (будучи единственным родителем), лишена родительских прав.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции подлежит отмене на основании п. 1, 4 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ, в связи с неправильным применением норм материального права и определением обстоятельств, имеющих значение для дела, с принятием нового решения об удовлетворении исковых требований ФИО2, ФИО3 о признании незаконным и отменить решения пенсионного органа и возложении на ответчика обязанности выдать ФИО3, в лице законного представителя – ФИО2, государственный сертификат на материнский (семейный) капитал.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 327-330 ГПК Российской Федерации, судебная коллегия,

определила:

решение Горняцкого суда г. Макеевки Донецкой Народной Республики от 29 октября 2025 года отменить, принять по делу новое решение, которым исковые требования ФИО2, ФИО3 удовлетворить.

Признать незаконным и отменить решение Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Донецкой Народной Республике № от ДД.ММ.ГГГГ.

Возложить на Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Донецкой Народной Республике обязанность выдать ФИО3, в лице законного представителя – ФИО2, государственный сертификат на материнский (семейный) капитал.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия. Кассационная жалоба, представление, могут быть поданы во Второй кассационный суд общей юрисдикции в срок, не превышающий трех месяцев, со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 23 января 2026 года.

Председательствующий судья:

Судьи