Дело № 2-1313/2020

64RS0045-01-2020-000824-11

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 апреля 2020 года г. Саратов

Кировский районный суд г. Саратова в составе:

председательствующего судьи Бивол Е.А., 

при секретаре Гавриловой Т.С., 

с участием истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Главному управлению Министерства внутренних дел по Саратовской области (далее ГУ МВД по Саратовской области) о признании статуса ветерана боевых действий, 

установил:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском, в обосновании которого указал, что он проходил военную службу во внутренних войсках МВД РФ с 01 августа 1994 года по 26 февраля 2016 года. Приказом ГКВВ МВД РФ от 18 февраля 2016 года № 21 л/с он был уволен с военной службы в запас в воинском звании подполковник юстиции. 08 октября 2019 года истец обратился в Центр финансового обеспечения ГУ МВД РФ по Саратовской области с заявлением о выдаче ему удостоверения ветерана боевых действий. Решением начальника Центра финансового обеспечения ГУ МВД РФ по Саратовской области № 20/3123 от 24 октября 2019 года ФИО1 было отказано в оформлении и выдаче удостоверения ветерана боевых действий. С указанным решением ответчика истец не согласился в силу следующих причин. С 01 августа 1994 года по 31 декабря 2002 года он проходил службы в зоне вооруженного конфликта на территории Северо-Кавказского региона и выполнял задачи по ликвидации последствий Осетино-ингушского конфликта 1992 года, террористических актов, произведенных участниками незаконных вооруженных формирований, а также охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности на территории республики Северная Осетия-Алания, республики Ингушетия и прилегающих территориях, в том числе и в некоторых районах Чеченской республики. Более того, в соответствии с Указом Президента РФ от 04 февраля 1995 года № 93 « О введении чрезвычайного положения на части территории республики Северная Осетия-Алания и Ингушской республики» в период с 05 февраля 1995 по 05 апреля 1995 года на территориях Моздокского района, Правобережного района, Пригородного района и г. Владикавказа республики Северная Осетия, а также всей территории Ингушетии был введен режим чрезвычайного положения. В соответствии с Указом Президента РФ от 15 февраля 1995 года № 139 «О мерах по ликвидации последствий Осетино-ингушского конфликта октября- ноября 1992 года» режим чрезвычайного положения был отменен, однако истец продолжал выполнять задачи по нормализации обстановки на территориях указанных регионов. Посчитав свое право нарушенным, ФИО1 обратился в суд с настоящим иском, просит признать и незаконным и отменить решение начальника ЦФО ГУ МВД России по Саратовской области от 24 октября 2019 года, признать его ветераном боевых действий и выдать соответствующее удостоверение. 

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал, просил их удовлетворить в полном объеме, дали пояснения, аналогичные описательной части решения. 

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признал, просил отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме, поскольку истец проходил службу в республиках Северная Осетия-Алания и Ингушетия с 1994 года, тогда как указанные территории относились к зонам вооруженного конфликта только в период октябрь-ноябрь 1992 года.

Заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел.

В соответствии с принципом процессуального равноправия стороны пользуются равными процессуальными правами и несут равные процессуальные обязанности (ст. 38 ГПК РФ). Закон предоставляет истцу и ответчику равные процессуальные возможности по защите своих прав и охраняемых законом интересов в суде. Стороны независимо от того, являются ли они гражданами или организациями, наделяются равными процессуальными правами. Какие-либо юридические преимущества одной стороны перед другой в гражданском процессе исключаются.

В силу принципа состязательности стороны, другие участвующие в деле лица, если они желают добиться для себя либо для лиц, в защиту прав которых предъявлен иск, наиболее благоприятного решения, обязаны сообщить суду имеющие существенное значение для дела юридические факты, указать или представить суду доказательства, подтверждающие или опровергающие эти факты, а также совершить иные предусмотренные законом процессуальные действия, направленные на то, чтобы убедить суд в своей правоте.

В силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в ряде Постановлений, в том числе от 26 декабря 2002 года № и от 17 мая 2011 года № 8-П, военнослужащие, принявшие на себя бремя неукоснительно исполнять обязанности военной службы, что предполагает выполнение ими поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья, осуществляют конституционно значимые функции; этим предопределяется правовой статус военнослужащих, а также содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним.

Специальная система социальных гарантий (мер социальной поддержки), установленная для военнослужащих федеральным законодателем с учетом специфики военной службы, включая участие в боевых действиях, предусматривает предоставление тем из них, кто постоянно или временно выполняет задачи в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах, дополнительных социальных гарантий, которые также устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (пункт 1 статьи 25 Федерального закона «О статусе военнослужащих»).

Исходя из особой значимости военной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства, законодатель в Законе Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-I «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, Федеральной службе войск национальной гвардии Российской Федерации, и их семей» и в Федеральном законе от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» предусмотрел специальные правила пенсионного обеспечения военнослужащих, в том числе отнес к основаниям их пенсионного обеспечения прохождение военной и (или) приравненной к ней службы в течение установленной законом продолжительности - выслуги лет.

Правовые гарантии социальной защиты ветеранов в Российской Федерации, в том числе ветеранов боевых действий, предусмотрены Федеральным законом от 12 января 1995 года № 5-ФЗ «О ветеранах» (далее - Федеральный закон «О ветеранах»), который, как следует из его преамбулы, направлен на создание условий, обеспечивающих материальное и моральное благополучие ветеранов с учетом их заслуг перед обществом и государством.

Федеральный закон «О ветеранах» к ветеранам боевых действий относит военнослужащих, в том числе уволенных в запас (отставку), военнообязанных, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел, войск национальной гвардии и органов государственной безопасности, работников указанных органов, работников Министерства обороны СССР и работников Министерства обороны Российской Федерации, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, направленных в другие государства органами государственной власти СССР, органами государственной власти Российской Федерации и принимавших участие в боевых действиях при исполнении служебных обязанностей в этих государствах, а также принимавших участие в соответствии с решениями органов государственной власти Российской Федерации в боевых действиях на территории Российской Федерации (подпункт 1 пункта 1 статьи 3).

Для наделения лица статусом ветерана боевых действий необходимо два основных условия: во-первых, принадлежность к лицам, которые прямо поименованы в пункте 1 статьи 3 Федерального закона "О ветеранах", среди них лица рядового и начальствующего состава органов внутренних дел и, во-вторых, их непосредственное участие в соответствии с решениями органов государственной власти Российской Федерации в боевых действиях, которые определяются на основании Перечня государств, городов, территорий и периодов ведения боевых действий с участием граждан Российской Федерации. При наличии этих условий гражданин Российской Федерации приобретает право на получение статуса ветерана боевых действий, а следовательно, и право на получение предусмотренных законом мер социальной поддержки (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 6 декабря 2018 г. № 3107-О).

Перечень государств, городов, территорий и периодов ведения боевых действий с участием граждан Российской Федерации приводится в приложении к названному федеральному закону (пункт 3 статьи 3 Федерального закона «О ветеранах»).

Гражданам, уволенным из органов внутренних дел (внутренних войск) МВД России с правом на пенсию, удостоверения оформляются и выдаются через соответствующие пенсионные подразделения МВД России, осуществляющие их пенсионное обслуживание при наличии подтверждающих документов, поступающих из кадровых подразделений соответствующих органов внутренних дел и кадровых подразделений воинских формирований внутренних войск МВД России по соответствующим запросам пенсионных подразделений (подпункт 2.4 пункта 2 Инструкции о порядке выдачи удостоверений ветерана боевых действий).

Перечень подтверждающих документов, необходимых для выдачи удостоверения ветерана боевых действий, содержится в пункте 3 Инструкции о порядке выдачи удостоверений ветерана боевых действий.

Из приведенных нормативных положений следует, что наделение гражданина статусом ветерана боевых действий с выдачей соответствующего удостоверения является результатом совершения ряда действий, в том числе связанных с установлением уполномоченным органом на основании представленных документов права гражданина на приобретение этого статуса. Решение о выдаче гражданину удостоверения ветерана боевых действий, являющегося документом, подтверждающим право на предоставление мер социальной поддержки, принимается уполномоченными государством органами на основе полной и всесторонней оценки фактических обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение права на получение такого статуса, и в строгом соответствии с установленными требованиями.

Порядок установления факта выполнения военнослужащими задач в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах определен Постановлением Правительства Российской Федерации от 31 марта 1994 года № 280 «О порядке установления факта выполнения военнослужащими и иными лицами задач в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах и предоставления им дополнительных гарантий и компенсаций».

Согласно п. 1 постановления Правительства Российской Федерации от 31 марта 1994 года № 280 «О порядке установления факта выполнения военнослужащими и иными лицами задач в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах и при предоставлении им дополнительных гарантий и компенсаций», местности (в том числе за пределами Российской Федерации), отнесенные к зонам вооруженного конфликта определяются решениями Правительства Российской Федерации по представлению Министерства обороны Российской Федерации, Министерства внутренних дел Российской Федерации, Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, Федеральной пограничной службы - Главного командования Пограничных войск Российской Федерации, других министерств и ведомств, в которых законом предусмотрена военная служба.

Периоды выполнения военнослужащими и сотрудниками задач в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах оформляются приказами командиров воинских частей, начальников штабов, оперативных и иных групп.

На основании п. 5 Постановления Правительства Российской Федерации от 31 марта 1994 года № 280 Министерство обороны Российской Федерации, Министерство внутренних дел Российской Федерации, Министерство Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, Федеральная пограничная служба - Главное командование Пограничных войск Российской Федерации, другие министерства и ведомства, в которых законом предусмотрена военная служба, определяют перечни воинских частей, подразделений, штабов, оперативных и иных групп, привлекаемых для выполнения задач в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах.

Из содержания приведенных нормативных положений следует, что предоставление соответствующих дополнительных гарантий и компенсаций производится не всем военнослужащим и сотрудникам, проходившим службу на территориях, где введено чрезвычайное положение, либо в местности, которая отнесена к зоне вооруженного конфликта, а только тем из них, кто проходил службу в подразделениях, которые в установленном порядке компетентным должностным лицом были привлечены к выполнению задач на данных территориях.

В соответствии с пунктом 2 Инструкции о порядке выдачи удостоверений ветерана боевых действий в Вооруженных Силах Российской Федерации основанием для выдачи удостоверений военнослужащим является документально подтвержденный факт выполнения ими задач в условиях вооруженного конфликта в Чеченской Республике и на прилегающих территориях, отнесенных к зоне вооруженного конфликта, устанавливаемый в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 31 марта 1994 года № 280 «О порядке установления факта выполнения военнослужащими и иными лицами задач в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах и предоставления им дополнительных гарантий и компенсаций», либо факт выполнения ими задач в ходе контртеррористических операций на территории Северо-Кавказского региона, устанавливаемый в соответствии с пунктом 1 постановления Правительства Российской Федерации от 9 февраля 2004 года № 65 «О дополнительных гарантиях и компенсациях военнослужащим и сотрудникам федеральных органов исполнительной власти, участвующим в контртеррористических операциях и обеспечивающим правопорядок и общественную безопасность на территории Северо-Кавказского региона Российской Федерации».

Данная инструкция о порядке выдачи удостоверений ветерана боевых действий в Вооруженных Силах Российской Федерации утратила силу 26 апреля 2010 г. В настоящее время действует Порядок выдачи удостоверений ветерана боевых действий в Министерстве обороны Российской Федерации, утвержденный приказом Министра обороны Российской Федерации от 29 сентября 2017 года № 595, также предусматривающий представление соответствующих документов, необходимых для получения удостоверения ветерана боевых действий.

Поскольку ФИО1 проходил службу в республике Северная Осетия - Алания (город Моздок), юридически значимым обстоятельством также является установление факта отнесения указанной территории к зоне вооруженного конфликта в установленном законом порядке.

В судебном заседании установлено, что истец проходил военную службу во внутренних войсках МВД РФ с 01 августа 1994 года по 26 февраля 2016 года (л.д. 79). Приказом ГКВВ МВД РФ от 18 февраля 2016 года № 21 л/с он был уволен с военной службы в запас в воинском звании подполковник юстиции, что подтверждается послужным списком (л.д. 13-24). 

08 октября 2019 года истец обратился в Центр финансового обеспечения ГУ МВД РФ по Саратовской области с заявлением о выдаче ему удостоверения ветерана боевых действий (л.д.75). Решением начальника Центра финансового обеспечения ГУ МВД РФ по Саратовской области № 20/3123 от 24 октября 2019 года ФИО1 было отказано в оформлении и выдаче удостоверения ветерана боевых действий (л.д. 11). В частности, ответчиком было указано на тот факт, что территории республик Северная Осетия-Алания и Ингушетия относились к зонам вооруженных конфликтов лишь в октябре-ноябре 1992 года, тогда как ФИО1 начал там службу с 1994 года. Утверждения истца о том, что он также выполнял задачи в условиях вооруженного конфликта на территории Чеченской республики, необходимо подкрепить выписками из приказов начальников и т.п. 

С указанным решением ответчика истец не согласился по следующим основаниям. С 01 августа 1994 года по 31 декабря 2002 года он проходил службы в зоне вооруженного конфликта на территории Северо-Кавказского региона и выполнял задачи по ликвидации последствий Осетино-ингушского конфликта 1992 года, террористических актов, произведенных участниками незаконных вооруженных формирований, а также охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности на территории республики Северная Осетия-Алания, республики Ингушетия и прилегающих территориях, в том числе и в некоторых районах Чеченской республики. Более того, в соответствии с Указом Президента РФ от 04 февраля 1995 года № 93 « О введении чрезвычайного положения на части территории республики Северная Осетия-Алания и Ингушской республики» в период с 05 февраля 1995 по 05 апреля 1995 года на территориях Моздокского района, Правобережного района, Пригородного района и г. Владикавказа республики Северная Осетия, а также всей территории Ингушетии был введен режим чрезвычайного положения.

Кроме того, истцом было представлено вступившее в законную силу решение Владикавказского гарнизонного военного суда от 10 мая 2001 года, согласно которому постановлено жалоба группы лиц, в том числе и истца, на действия начальника Северо-Кавказского военного института ВВ МВД РФ, была удовлетворена. На него была возложена обязанность издать приказы, определяющие периоды фактического выполнения задач в условиях вооруженного конфликта с 01 февраля 1995 года по 30 сентября 1998 года, произвести перерасчет выслуги лет для назначения пенсии из расчета 1 месяц привлечения к выполнению задач за три месяца военной службы, выплатить военнослужащим соответствующие денежные средства (л.д. 25-27). Указанное решение ответчиком было исполнено, о чем свидетельствует выписка из приказа № 314 от 12 августа 2004 года (л.д. 28-30). 

Из содержания вышеприведенных нормативных актов следует, что непосредственное участие военнослужащих в боевых действиях, может быть подтверждено только определенными средствами доказывания, к которым отнесены приказы соответствующих командиров (начальников) воинских частей, штабов, оперативных и иных групп, подтверждающие периоды выполнения задач указанными лицами, документы о полученных в связи с этим ранений, контузии или увечье, либо реализованный наградной материал.

Таким образом, непосредственное участие сотрудников и военнослужащих в выполнении задач в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах при рассмотрении спора судом может быть подтверждено только определенными средствами доказывания. При этом дополнительные гарантии и компенсации, предусмотренные Законом Российской Федерации от 21 января 1993 г. № 4328-1, предоставляются только за время фактического выполнения задач на территории, где введено чрезвычайное положение, либо местности, которая отнесена к зоне вооруженного конфликта.

Само по себе нахождение военнослужащего или сотрудника органов внутренних дел в период прохождения службы на территории, на которой объявлено чрезвычайное положение или отнесенной к зоне вооруженного конфликта, не означает фактического участия этих лиц в выполнении соответствующих задач. Фактическое участие военнослужащего или сотрудника органов внутренних дел, проходивших службу на территории, где введено чрезвычайное положение, либо местности, которая отнесена к зоне вооруженного конфликта, должно быть доказано по делу в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 56 и ст. 60 ГПК РФ. Истцом таких доказательств суду не представлено. 

Из содержания приведенных нормативных актов следует, что непосредственное участие военнослужащих в боевых действиях, может быть подтверждено только определенными средствами доказывания, к которым отнесены приказы соответствующих командиров (начальников) воинских частей, штабов, оперативных и иных групп, подтверждающие периоды выполнения задач указанными лицами, документы о полученных в связи с этим ранений, контузии или увечье, либо реализованный наградной материал.

Таким образом, истцу следовало было доказать в силу ст. ст. 12, 56 ГПК РФ обстоятельство его непосредственного участия в боевых действиях - на основании приказов, издаваемых командирами воинских частей, начальниками органов и подразделений федеральных органов исполнительной власти, чего им сделано не было.

В соответствии с п. 2 ст. 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, то есть представлены сторонами. Разрешая гражданско-правовой спор в условиях конституционных принципов состязательности и равноправия сторон и связанного с ними принципа диспозитивности, осуществляя правосудие как свою исключительную функцию (ч. 1 ст. 118 Конституции РФ), суд не может принимать на себя выполнение процессуальных функций сторон.

В соответствии с ч. 2 ст. 13 ГПК РФ вступившие в законную силу судебные постановления являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Согласно ч. 2 ст. 61 данного кодекса обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Ссылка истца на решение Владикавказского гарнизонного военного суда от 10 мая 2001 года является неверной, поскольку предмет и основания рассмотренного ранее иска и искового заявления, рассматриваемого в настоящем деле, различны по характеру, целям и правоотношениям сторон, что отражается на распределении бремени доказывания. Указанное судебное решение не имеет для данного спора преюдициального значения, поскольку им разрешен спор о другом предмете и по другим основаниям.

Согласно п. 1 Постановления Правительства РФ № 280 от 31 марта 1994 года «О порядке установления факта выполнения военнослужащими и иными лицами задач в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах и предоставления им дополнительных гарантий и компенсаций» следует, что местности (в том числе за пределами Российской Федерации), отнесенные к зонам вооруженного конфликта, определяются решениями Правительства РФ по представлению Министерства обороны РФ, Министерства внутренних дел РФ, Министерства РФ по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, Федеральной пограничной службы - Главного командования Пограничных войск РФ, других министерств и ведомств, в которых законом предусмотрена военная служба.

В соответствии с Постановлением Правительства РФ от 26 декабря 2001 года № 896 «О зонах вооруженных конфликтов» выполнение задач военнослужащими и сотрудниками органов внутренних дел на территории Республики Северная Осетия-Алания и Республики Ингушетия в октябре - ноябре 1992 г., а также выполнение задач военнослужащими и лицами рядового и начальствующего состава, курсантами и слушателями учебных заведений МВД РФ на всей территории Чеченской Республики в период с декабря 1994 г. по декабрь 1996 г. отнесено к выполнению задач при вооруженных конфликтах.

В соответствии с п. 1 Постановления Правительства РФ от 26 декабря 2001 года № 896 «О зонах вооруженных конфликтов» территория Республики Осетия признавалась зоной вооруженного конфликта с октября по ноябрь 1992 года.

Таким образом, решений об отнесении территории Северной Осетии в период с 1992 года к зоне вооруженного конфликта в установленном порядке принято не было.

То обстоятельство, что истец в период с 1994-1999 годы находился на территории, на которой проводились боевые действия, выполнял задачи по ликвидации последствий Осетино-Ингушского конфликта на территории Республики Северная Осетия, само по себе не может служить основанием для признания факта его участия в боевых действиях.

При этом суд учитывает, что в соответствии с Постановлением Правительства РФ от 11 декабря 1995 г. № 1210 «Об определении зоны вооруженного конфликта в Чеченской Республике» к зоне, на которую распространялось действие Закона Российской Федерации «О дополнительных гарантиях и компенсациях военнослужащим, проходящим военную службу на территориях государств Закавказья, Прибалтики и Республики Таджикистан, а также выполняющим задачи в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах», была отнесена лишь территория Чеченской Республики.

Предоставленное п. 2 этого же Постановления силовым ведомствам право относить совместными решениями к зоне вооруженного конфликта отдельные местности, прилегающие к территории Чеченской Республики, осталось нереализованным.

В соответствии с п. 2 ст. 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, то есть представлены сторонами. Разрешая гражданско-правовой спор в условиях конституционных принципов состязательности и равноправия сторон и связанного с ними принципа диспозитивности, осуществляя правосудие как свою исключительную функцию (ч. 1 ст. 118 Конституции РФ), суд не может принимать на себя выполнение процессуальных функций сторон.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что требования истца о признании незаконными действий ответчика и установлении статуса ветерана боевых действий удовлетворению не подлежат, поскольку доказательств непосредственного его участия в боевых действиях на территории Чеченской республики суду представлено не было. Территория республик Северная Осетия и Ингушетия к зонам вооруженного конфликта относилась лишь в октябре-ноябре 1992 года.

Поскольку в ходе судебного разбирательства, неправомерность действий ответчика в отношении истца подтверждена не была, в удовлетворении требований о выдаче удостоверения ветерана боевых действий надлежит отказать.

Вместе с тем, суд отмечает, что ФИО1 имеет статус ветераны военной службы, а, следовательно, обладает правом на меры социальной поддержки, предусмотренные ст. 22 Федерального закона от 12 января 1995 года № 5-ФЗ «О ветеранах». Одновременно с этим в п. 3 ст. 13 этого же федерального закона установлено требование, согласно которому при наличии у ветерана права на получение одной и той же формы социальной поддержки по нескольким основаниям социальная поддержка предоставляется по одному основанию по выбору ветерана, за исключением случаев, предусмотренных законодательством.

Руководствуясь статьями 56, 67, 194-198 ГПК РФ, суд 

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Главному управлению Министерства внутренних дел по Саратовской области о признании статуса ветерана боевых действий отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Саратовский областной суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Кировский районный суд г. Саратова.

Судья: