постановление

по делу об административном правонарушении

7 октября 2020 года город Иркутск

Судья Иркутского гарнизонного военного суда Лукашевич Алексей Тимофеевич, при секретарях судебного заседания Секериной М.А., Жуковой Е.А., с участием лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, ФИО1 и защитника Ильичевой И.Б., предоставившей удостоверение адвоката от 29 января 2018 года № и ордер от 2 октября 2020 года №, выданный коллегией адвокатов Республики Бурятия, в помещении Иркутского гарнизонного военного суда, расположенного по адресу: 

<

...>, рассмотрев дело № 5-29/2020 об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ в отношении военнослужащего войсковой части 

<

...> ФИО1, 

<

...>, лицо не подвергнуто административному наказанию, 

установил:

ФИО2 при отсутствии в его действиях уголовно наказуемого деяния, 9 июня 2020 года в 23 часа 20 минут в районе строения 1, квартала 257, по улице Декабристов в городе Ангарске Иркутской области, в нарушение п. 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Совета Министров Правительства РФ от 23 октября 1993 года № 1090 (далее – ПДД РФ), запрещающего водителю управлять транспортным средством (далее – ТС) в состоянии опьянения, управлял ТС – автомобилем марки «Субару Форестер», государственный регистрационный знак 

<

...> (далее - автомобиль марки «Субару Форестер» г.р.з. № находясь в состоянии алкогольного опьянения.

В ходе рассмотрения дела ФИО2 вину в совершении вышеуказанного деяния не признал и пояснил, что в вечернее время 9 июня 2020 года в гаражной зоне, он с друзьями употреблял спиртные напитки, затем ФИО2 со своим знакомым Г. поехали в минимаркет, расположенный на автозаправке (далее – АЗС). Автомобилем управлял Г.., ФИО2 находился на месте пассажира рядом с водителем. В 23 часа 20 минут, когда они подъехали к АЗС и остановили автомобиль, он взял у Г. ключи от данного автомобиля себе, после чего к ним подошли сотрудники полиции. В это время, когда он находился возле передней пассажирской двери автомобиля и двигался по направлению к АЗС, сотрудники полиции предложили ему пройти в автомобиль дорожно-патрульной службы (далее – ДПС), на что он согласился. Далее ФИО2 указал, что с протоколом об административном правонарушении, а также другими процессуальными документами, составленными в отношении него, согласился ошибочно, поскольку сотрудниками полиции к нему был применен незаконный метод воздействия – спецсредство (наручники) которым его пристегнули в машине ДПС к ремню безопасности и физически ограничили передвижение, в результате чего ФИО2 был приведен в шоковое состояние, морально полностью дезориентирован, что подтолкнуло его, не вникая в содержание и суть, полностью согласиться со всеми составленными в отношении него процессуальными документами и лично добровольно их подписал. При этом ФИО2 утверждал, что копия протокола об административном правонарушении ему не была выдана. 

Защитник Ильичева полагала необходимым производство по делу об административном правонарушении прекратить, в связи с отсутствием состава административного правонарушения, поскольку ФИО2 не управлял указанным ТС. В момент, когда на ФИО2 обратили внимание сотрудники полиции, автомобиль стоял на обочине, а он находился возле пассажирской двери автомобиля. Доказательства того, что ТС двигалось под управлением ФИО2, видеозапись штатного регистратора автомобиля ДПС с моментом остановки ТС под управлением ФИО2, представлены не были. Кроме того, видео-фиксация процессуальных действий проводилась на личный мобильный телефон, что является недопустимым, поскольку видеофиксация должна производиться техническими средствами, сертифицированными для этих целей и прошедшими метрологическую поверку. Также ФИО2 не разъяснили его права и с помощью какого технического средства будет осуществляться видеозапись процессуальных действий. Помимо этого, сотрудником ДПС была нарушена процедура и порядок освидетельствования на состояние алкогольного опьянения: мундштук инспектор ДПС распечатал сам, хотя обязан был передать его в запечатанном виде водителю.

Кроме того, защитник полагает, что сотрудник ДПС П. незаконно находился на месте правонарушения, вменяемого ФИО2, поскольку в данном районе должен был осуществлять дежурство другой экипаж полиции. Каких-либо подтверждающих документов: служебного задания и расстановки проведения рейдового профилактического мероприятия по пресечению нарушений ПДД, в том числе связанных с управлением ТС в состоянии опьянения, на основании которых указанное должностное лицо с 19 часов 9 июня 2020 года до 7 часов 10 июня 2020 года находилось и осуществляло суточное дежурство на участке иного дежурного экипажа представлено не было. Также защитник указала, что инспектор ДПС П. не представился ФИО2, не предъявил служебного удостоверения, не разъяснил его права, основания и мотивы задержания, в результате чего допустил нарушения Федерального закона от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» (далее - Закон о полиции). При этом защитник пояснила, что при указанных обстоятельствах составления протокола об административном правонарушении в отношении ФИО2, последний был лишен возможности воспользоваться правом на юридическую помощь.

Выслушав объяснения ФИО2 и его защитника, показания свидетелей П., П., Ч. и Р., а также А., исследовав протокол об административном правонарушении, просмотрев представленную видеозапись и другие доказательства дела, и дав им оценку, судья приходит к выводу о виновности ФИО2 в совершении указанного административного правонарушения.

Из протокола от 9 июня 2020 года 38 МС 122110 следует, что водитель ФИО2 в связи с наличием явного признака алкогольного опьянения – запах алкоголя изо рта, 9 июня 2020 года в 23 часа 20 минут в районе строения 1, квартала 257, по улице Декабристов в городе Ангарске Иркутской области был отстранен инспектором ДПС П. от управления автомобилем марки «Субару Форестер» г.р.з. №.

ФИО2 удостоверил своей подписью в данном протоколе факт отстранения его от управления ТС в указанных месте и времени.

Из расписки разъяснения лицу, в отношении которого возбуждено производство по делу об административном правонарушении, его прав (далее – расписка) следует, что 9 июня 2020 года инспектор ДПС П. разъяснил ФИО2 положения ст. 51 Конституции РФ и ст. 25.1 КоАП РФ.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 июня 2019 года № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 КоАП РФ», определение факта нахождения лица в состоянии опьянения при управлении ТС осуществляется посредством его освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и (или) медицинского освидетельствования на состояние опьянения, проводимых в установленном порядке. Освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и оформление его результатов осуществляются уполномоченным должностным лицом. При этом состояние опьянения определяется наличием абсолютного этилового спирта в концентрации, превышающей возможную суммарную погрешность измерений (в которую входит, в частности, погрешность технического средства измерения), а именно 0,16 мг на один литр выдыхаемого воздуха. Доказательством наличия у водителя состояния опьянения является составленный уполномоченным должностным лицом в установленном законом порядке акт медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

В силу ч. 1.1 ст. 27.12 КоАП РФ лицо, которое управляет ТС соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, подлежит освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения в соответствии с частью 6 данной статьи.

Согласно ч. 6 ст. 27.12 КоАП РФ освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и оформление его результатов осуществляются в порядке, установленном Правительством РФ.

В соответствии с п. 3 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов и правил определения наличия наркотических средств или психотропных веществ в организме человека при проведении медицинского освидетельствования на состояние опьянения лица, которое управляет ТС, утвержденных Постановлением Правительства Ф от 26 июня 2008 года № 475 (далее – Правила), достаточными основаниями полагать, что водитель ТС находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: запах алкоголя изо рта; неустойчивость позы; нарушение речи; резкое изменение окраски кожных покровов лица; поведение, не соответствующее обстановке.

Также из расписки от 9 июня 2020 года следует, что инспектор ДПС П. разъяснил ФИО2 порядок проведения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения с помощью технического средства измерения концентрации паров этанола в выдыхаемом воздухе – алкотектор «Юпитер», заводской № 000117, имеющего целостность клейма.

Копией свидетельства о поверке от 9 октября 2019 года № 279-1189, выданной ФБУ «Государственный региональный центр стандартизации, метрологии и испытаний в Иркутской области» подтверждается пригодность к применению анализатора концентрации паров этанола в выдыхаемом воздухе алкотектор «Юпитер», заводской № 000117, на период до 8 октября 2020 года.

Согласно акту освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от 10 июня 2020 года 38 ВТ 153943, основанием полагать, что водитель ФИО2 находился в состоянии алкогольного опьянения, явилось наличие признака опьянения – запаха алкоголя изо рта, выявленного у него сотрудником ДПС П..

Из вышеуказанного акта и приложенного к нему бумажного носителя с показаниями технического средства измерения – алкотектор «Юпитер», заводской № 000117, удостоверенных подписями инспектора ДПС П. и водителя ФИО2, на момент освидетельствования, в 00 часов 7 минут 10 июня 2020 года, проведенного в районе строения 1, квартала 257, по улице Декабристов в городе Ангарске Иркутской области, концентрация абсолютного этилового спирта в выдыхаемом воздухе у ФИО2 составила 0,425 мг/л, что превышает возможную суммарную погрешность измерений равную 0,16 мг/л, в связи с чем, у водителя ФИО2 было установлено состояние алкогольного опьянения.

Освидетельствование ФИО2 на состояние алкогольного опьянения было проведено в порядке, установленном указанными выше Правилами.

При этом, водитель ФИО2 каких-либо замечаний в ходе данного процессуального действия не высказывал, о нарушении порядка его проведения не заявлял, своими личными подписями в акте и на бумажном носителе с записью результатов исследования с показаниями прибора алкотектора удостоверил свое согласие с порядком и его результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, в качестве водителя, управлявшего автомобилем марки «Субару Форестер», г.р.з. № в 23 часа 20 минут в районе строения 1, квартала 257, по улице Декабристов в городе Ангарске Иркутской области.

Согласно карточке водителя, 22 августа 2018 года ФИО2 выдано водительское удостоверение категории 

<

...>.

Из протокола об административном правонарушении от 10 июня 2020 года 38 РП 011170, составленного должностным лицом, уполномоченным составлять протоколы об административных правонарушениях, инспектором ДПС П. в соответствии с требованиями ст. 28.2 КоАП РФ и участием ФИО2, (лица, в отношении которого ведется производство по делу), права, предусмотренные ст. 25.1 КоАП РФ и положения ст. 51 Конституции РФ ФИО2 были разъяснены, что подтверждается подписью в соответствующей графе протокола об административном правонарушении.

Также из протокола следует, что 9 июня 2020 года в 23 часа 20 минут в районе строения 1, квартала 257, по улице Декабристов в городе Ангарске Иркутской области ФИО2, в нарушение п. 2.7 ПДД РФ, в отсутствие уголовно наказуемого деяния, управлял автомобилем - марки «Субару Форестер», г.р.з. №, находясь в состоянии алкогольного опьянения. Освидетельствование проводилось на месте задержания водителя ФИО2 с применением технического средства – алкотектора «Юпитер», заводской № 000117, результат составил 0,425 мг/л.

Своими подписями в протоколе ФИО2 удостоверил, что с данным протоколом он ознакомлен, копию его получил, замечаний по содержанию протокола не имеет.

Из надлежащим образом заверенной светокопии постановления об административном правонарушении от 9 июня 2020 года № 18810038200000321030 следует, что в 23 часа 20 минут 9 июня 2020 года в районе строения 1, квартала 257, по улице Декабристов в городе Ангарске Иркутской области, водитель ФИО2, в нарушение п. 2.1.1 ПДД РФ, управлял автомобилем - марки «Субару Форестер» г.р.з. №, не имея при себе документов на право управления транспортными средствами, в результате чего совершил правонарушение, предусмотренное ч. 2 ст. 12.3 КоАП РФ, за что был подвергнут инспектором ДПС П-вым наказанию в виде административного штрафа.

Своей подписью в данном протоколе ФИО2 удостоверил сведения о том, что в указанных месте и времени, он действительно управлял данным транспортным средством, допущенное им правонарушение не оспаривает, от уплаты штрафа не отказывается. 

Свидетель – инспектор ДПС ОГИБДД УМВД России по Ангарскому городскому округу П., предупрежденный об административной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, в суде пояснил, что 9 июня 2020 года, работая в составе экипажа ДПС, находясь на маршруте патрулирования, в 23 часа 20 минут в районе строения 1, квартала 257, по улице Декабристов в городе Ангарске Иркутской области, он увидел как из остановившегося автомобиля марки «Субару Форестер» г.р.з. №, с места водителя вышел гражданин, у которого он попросил документы для проверки.

Так как у управлявшего автомобилем водителя ФИО2 имелся признак алкоголя опьянения – запах алкоголя изо рта, он был приглашен в патрульный автомобиль ДПС для составления административного материала с использованием видеофиксации на мобильный телефон и ему было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения на месте, с помощью технического средства измерения – алкотектор «Юпитер», заводской № 000117, на что ФИО2 ответил согласием, при этом не отрицал, что до своего задержания он управлял автомобилем марки «Субару Форестер», г.р.з. №, в состоянии алкогольного опьянения.

В результате освидетельствования у ФИО2 было установлено состояние алкогольного опьянения, с чем последний согласился, о чем написал в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

В соответствии с чч. 2 и 6 ст. 25.7 КоАП РФ в случаях, предусмотренных гл. 27 и ст. 28.1.1 названного Кодекса, обязательно присутствие понятых или применение видеозаписи, о чем делается отметка в соответствующем протоколе.

При оформлении вышеуказанных процессуальных документов велась видеозапись, что отражено в протоколах и акте, а видеозапись приобщена к материалам дела об административном правонарушении. 

Согласно абз. 5 п. 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 июня 2019 года № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 КоАП РФ», при оценке видеозаписи на предмет ее достоверности и допустимости необходимо учитывать ее непрерывность, полноту (обеспечивающую в том числе визуальную идентификацию объектов и участников проводимых процессуальных действий, аудиофиксацию речи) и последовательность, а также соотносимость с местом и временем совершения административного правонарушения, отраженными в иных собранных по делу доказательствах.

Из видеозаписи на СD-R диске, приложенному к протоколу об административном правонарушении от 10 июня 2020 года 38 РП 011170, видно как ФИО2 в связи с наличием у него признака алкогольного опьянения – запах алкоголя изо рта, установленным порядком был отстранен инспектором ДПС П. от управления автомобилем марки «Субару Форестер», г.р.з. №. 

Помимо этого, видно, как инспектор ДПС П. разъяснил водителю ФИО2 положения ст. 51 Конституции РФ и ст. 25.1 КоАП РФ, порядок прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения с помощью технического средства измерения – анализатора концентрации паров этанола в выдыхаемом воздухе, алкотектор «Юпитер», заводской № 000117 годного к применению, имеющего целостность клейма. 

Также из видеозаписи следует, что водитель ФИО2 положительно освидетельствован на состояние алкогольного опьянения, на которое дал согласие, собственноручно и в присутствии сотрудника полиции подписал акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения 38 ВТ 153943, согласившись с тем, что у него установлено состояние алкогольного опьянения (показания прибора 0,425 мг/л).

Из видеозаписи усматривается как инспектор ДПС П. в присутствии водителя ФИО2 составил соответствующие процессуальные документы, содержание которых приведено выше, при этом каких-либо замечаний в ходе их составления ФИО2 не делал, не отрицал, что автомобилем марки «Субару Форестер», г.р.з. №, до своего задержания управлял лично, перед тем как подписать процессуальные документы, внимательно их изучил.

Свидетель – инспектор ДПС ОГИБДД УМВД России по Ангарскому городскому округу Ч., предупрежденный об административной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, в суде дал показания аналогичные, показаниям свидетеля П., при этом пояснил, что ФИО2 при составлении протокола об административном правонарушении не отрицал факт управления автомобилем марки «Субару Форестер» г.р.з. № 9 июня 2020 года около 23 часов в районе в районе строения 1, квартала 257, по улице Декабристов в городе Ангарске Иркутской области.

Свидетель – инспектор ДПС ОГИБДД УМВД России по Ангарскому городскому округу П., предупрежденный об административной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, в суде пояснил, что 9 июня 2020 года, осуществляя патрулирование территории около 23 часов в районе строения 1, квартала 257, по улице Декабристов города Ангарска Иркутской области, он обратил внимание, что недалеко от экипажа ДПС остановился автомобиль марки «Субару Форестер», после чего к водителю данного ТС подошли сотрудники ДПС П. и Ч., а он подошел ко второму гражданину, находящемуся возле данного автомобиля. После проверки данных этого гражданина и общения с ним, П. выяснил, что последний к управлению автомобилем марки «Субару Форестер» отношения не имеет. Далее П. пояснил, что поскольку он был старшим смены экипажей ДПС, то утром 10 июня 2020 года проверил составленные в отношении ФИО2 материалы об административном правонарушении, по которым вопросов у него не возникло.

Свидетель – инспектор ДПС ОГИБДД УМВД России по Ангарскому городскому округу Р., предупрежденный об административной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, в суде пояснил, что инспекторы ДПС ФИО3 и Ч. 9 июня 2020 года составили административный материал в отношении ФИО2, который не отрицал факт управления автомобилем марки «Субару Форестер», при этом второй гражданин, находящийся возле этого автомобиля к его управлению отношения не имел.

Допрошенный в качестве свидетеля А. – бывший военнослужащий войсковой части 

<

...>, где он с ФИО2 ранее проходил военную службу, в суде пояснил, что в начале июня 2020 года он, ФИО2, Г. и другие его знакомые в вечернее время находились в гаражном кооперативе в городе Ангарске Иркутской области, где употребляли спиртные напитки. Около 23 часов Г. и ФИО2 решили на автомобиле марки «Субару Форестер» поехать в магазин, при этом за руль данного автомобиля сел Г., а ФИО2 находился на пассажирском месте. Через непродолжительное время ему по телефону от знакомого стало известно, что ФИО2 и Г. задержали сотрудники ДПС. Поскольку автомобиль «Субару Форестер» принадлежал его знакомой, он позвонил последней, которая прибыла на место, где были задержаны ФИО2 и Г. и забрала данный автомобиль. Далее А. пояснил, что момент задержания ФИО2 сотрудниками ДПС не видел, от Г. узнал, что в отношении ФИО2 оформили документы за управление автомобилем в состоянии алкогольного обвинения.

Материалы дела об административном правонарушении не содержат сведений о судимости ФИО2 за совершение преступления, предусмотренного чч. 2, 4 или 6 HYPERLINK "consultantplus://offline/ref=EA458F66ECD98817738EE5C2F7050B3DCA775FAF8EA03C774B1A3BFE874B4469974623F7798E7C826D4DJ"ст. 264 УК РФ и ст. 264.1 УК РФ, а также о том, что водитель ФИО2 является лицом, подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения или за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

В ходе рассмотрения административного дела не было установлено фактов, вызывающих сомнение в достоверности вышеуказанных и исследованных судьей доказательств.

Помимо этого, каких-либо замечаний по поводу указанных выше протоколов и акта ФИО2 не сделал. 

Не содержится таких замечаний и на видеозаписи на СD-R диске. 

В протоколе об отстранении от управления транспортным средством, протоколе об административном правонарушении, акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения все сведения, необходимые для правильного разрешения дела, отражены.

Протоколы процессуальных действий составлены согласно процедуре их оформления, установленной КоАП РФ, и с применением видеозаписи, достоверность и объективность их содержания сомнений не вызывает.

Поэтому судья кладет в основу решения по делу приведенные выше протокол об административном правонарушении от 10 июня 2020 года 38РП 011170 и протокол об отстранении от управления транспортным средством от 9 июня 2020 года 38 МС 122110, акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от 10 июня 2020 года 38ВТ 153943 и бумажный носитель с показаниями технического средства измерения – алкотектора «Юпитер», заводской № 000117, постановление об административном правонарушении от 9 июня 2020 года № 18810038200000321030, видеозапись на СD-R диске, показания свидетелей П., Ч., П., Р., которые расценивает как лишенные признаков оговора, соответствующие друг другу и самой обстановке, в которой водитель ФИО2 совершил описанное выше нарушение ПДД РФ.

Таким образом, факт управления ФИО2, ТС – автомобилем марки «Субару Форестер» г.р.з. № в состоянии алкогольного опьянения объективно подтвержден совокупностью собранных по делу вышеназванных доказательств, которые получены с соблюдением процессуальных требований КоАП РФ, последовательны, непротиворечивы, достоверны относительно события правонарушения.

Поскольку ФИО2 в момент, относящийся к событию административного правонарушения, управлял ТС в состоянии алкогольного опьянения, данные его действия образуют объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ административным правонарушением признается управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния.

Согласно примечанию к данной норме употребление веществ, вызывающих алкогольное или наркотическое опьянение, либо психотропных или иных вызывающих опьянение веществ запрещается. Административная ответственность, предусмотренная настоящей статьей и ч. 3 ст. 12.27 КоАП РФ, наступает в случае установленного факта употребления вызывающих алкогольное опьянение веществ, который определяется наличием абсолютного этилового спирта в концентрации, превышающей возможную суммарную погрешность измерений, а именно 0,16 миллиграмма на один литр выдыхаемого воздуха, или наличием абсолютного этилового спирта в концентрации 0,3 и более грамма на один литр крови, либо в случае наличия наркотических средств или психотропных веществ в организме человека.

В силу абз. 1 п. 2.7 ПДД РФ водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения.

Изложенные выше доказательства, несмотря на непризнание ФИО2 своей вины и на приведенные им в суде доводы о необоснованности и незаконности привлечения его к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, дают суду все основания заключить вывод о его виновности в управлении автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, который не вызывает сомнений в своей правильности.

Доводы ФИО2 об обратном объективно ничем не подтверждаются, а напротив, опровергаются имеющимися доказательствами, проверенными и рассмотренными в суде материалами дела, а потому являются несостоятельными. Давая такую оценку, исхожу из следующего.

Принципиальным обстоятельством, подлежащим установлению по настоящему делу, является вопрос об управлении водителем ФИО4 в состоянии алкогольного опьянения, что вменяется ФИО2 в соответствующем протоколе. Вопреки голословным утверждениям последнего о том, что он не управлял ТС, виновность ФИО2 в нарушении требований п. 2.7 ПДД РФ и, следовательно, в совершении вышеназванного правонарушения, помимо сведений, содержащихся в составленных в отношении него протоколах, объективно подтверждается актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от 10 июня 2020 года 38 ВТ 153943, составленным сотрудником ДПС П. по результатам надлежаще проведенных исследований. 

Оснований ставить под сомнение сведения, содержащиеся в этом акте, с учетом также содержания других имеющихся в деле доказательств, у судьи не имеется.

Согласно ч. 3 ст. 1.5 КоАП РФ лицо, привлекаемое к административной ответственности, не обязано доказывать свою невиновность.

Действительно, Конституционный Суд РФ неоднократно указывал, что распределение бремени доказывания не освобождает уполномоченные органы, включая суд, при рассмотрении и разрешении дел об административных правонарушениях в области дорожного движения от соблюдения требований ст. ст. 24.1 («Задачи производства по делам об административных правонарушениях»), 26.1 («Обстоятельства подлежащие выяснению по делу об административном правонарушении»), 26.11 («Оценка доказательств») КоАП РФ и других статей КоАП РФ, направленных на обеспечение всестороннего, полного, объективного и своевременного выяснения всех обстоятельств, и справедливого разрешения дел об административных правонарушениях (Определения Конституционного Суда РФ от 7 декабря 2010 года № 1621-О-О, от 22 марта 2011 года № 391-О-О и от 21 июня 2011 года № 774-О-О).

Такое приведенное правовое регулирование соответствует сохраняющей свою силу правовой позиции Конституционного Суда РФ, согласно которой Конституция РФ закрепляет в ст. 49 презумпцию невиновности применительно к сфере уголовной ответственности.

Вместе с тем, в процессе правового регулирования других видов юридической ответственности суд, учитывая особенности соответствующих отношений и их субъектов, требования неотвратимости ответственности, интересы защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и свобод других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (ч. 2 ст. 15, ч. 3 ст. 55 Конституции РФ), вправе решить вопрос о распределении бремени доказывания вины иным образом, освобождая органы государственной власти от доказывания вины при обеспечении возможности для самих субъектов правонарушения подтверждать свою невиновность (Постановления Конституционного Суда РФ от 27 апреля 2001 года № 7-П и от 24 июня 2009 года № 11-П).

Такая возможность, направленная на обеспечение всестороннего, полного, объективного и своевременного выяснения всех обстоятельств по делу, в суде ФИО2 и его защитнику была предоставлена, чем они в полной мере воспользовались.

Таким образом, на основании совокупности исследованных доказательств судья приходит к выводу, что виновность ФИО2 в совершении административного правонарушения установлена и доказана, а его действия, не содержащие уголовно наказуемого деяния, квалифицирует по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, как управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения.

На данный вывод не влияют утверждения защитника Ильичевой о том, что при задержании ФИО2 инспектором ДПС П., были допущены нарушения Закона о полиции, а именно: П. ФИО2 не представился, не предъявил служебного удостоверения, не разъяснил его права, основания и мотивы задержания, а также утверждения ФИО2 о применении к нему незаконного метода воздействия, ограничившего его передвижение, приведшее шоковое состояние, дезориентировавшее морально, в результате чего он согласился со всеми составленными в отношении него процессуальными документами и подписал их, поскольку данные выводы не опровергают объективно установленный факт управления ФИО2 автомобилем в состоянии алкогольного опьянения.

Кроме того, при несогласии с вменяемым правонарушением ФИО2 имел право и полную возможность отказаться от подписания данных документов, отстаивать свою позицию, а также обжаловать неправомерные действия сотрудников полиции, чего им сделано не было, а заявил об указанных обстоятельствах ФИО2 лишь в судебном заседании. 

Указанные действия сотрудников полиции ФИО2 вправе был обжаловать в установленном порядке и добиваться их правовой оценки в рамках иного судебного дела, возможности к чему он не лишен в настоящее время.

Заявление защитника Ильичевой о том, что сотрудник ДПС П. незаконно находился на месте правонарушения, вменяемого ФИО2, судья признает несостоятельным, поскольку согласно ст. 12 Закон о полиции, полиция обязана предотвращать и пресекать административные правонарушения, выявлять обстоятельства, способствующие их совершению, и в пределах своих прав принимать меры к устранению указанных обстоятельств.

В силу п. 8 ст. 13 Закона о полиции в пределах своих функциональных обязанностей сотрудники полиции вправе составлять протоколы об административных правонарушениях, осуществлять административное задержание, применять другие меры, предусмотренные законодательством об административных правонарушениях.

По общему правилу, установленному в ст. 27 Закона о полиции, сотрудник полиции выполняет обязанности и пользуется правами полиции в пределах своей компетенции в соответствии с занимаемой должностью. В качестве исключения из этого правила в ч. 2 названной статьи закреплено положение, что, независимо от замещаемой должности, места нахождения и времени суток, сотрудник полиции в случае выявления административного правонарушения обязан принять меры по пресечению административного правонарушения, задержанию лиц, подозреваемых в его совершении.

Приведенные положения Закона о полиции при оформлении процессуальных документов в отношении ФИО2 и при пресечении совершения им административного проступка нарушены не были, все процессуальные документы были составлены уполномоченным лицом.

Доводы ФИО2, что он якобы не управлял ТС в указанных месте и времени, опровергаются содержанием протокола об административном правонарушении от 10 июня 2020 года 38 РП 011170 и протокола об отстранении от управления автомобилем от 10 июня 2020 года 38 МС 122110, акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от 9 июня 2020 года 38 ВТ 153943 и приложенного к нему бумажного носителя с показаниями технического средства измерения – алкотектора «Юпитер», постановления об административном правонарушении № 18810038200000321030, видеозаписью на СD-R диске показаниями свидетелей П., Ч., П., Р., что именно ФИО2 управлял в указанных месте и времени названным ТС. 

ФИО2 присутствовал при составлении вышеуказанных процессуальных документов и не был лишен возможности внести в протоколы и акт свои замечания, в том числе о том, что он не управлял ТС, однако данным правом он не воспользовался.

Что же касается показаний свидетеля А., о том, что первоначально за руль автомобиля марки «Субару Форестер» на территории гаражного кооператива сел Г., а ФИО2 находился в этом автомобиле на пассажирском месте, то к ним следует отнестись критически, поскольку данный свидетель не был очевидцем задержания ФИО2 сотрудниками ДПС, а общавшийся с Г. инспектор ДПС П. установил факт не причастности Г. к управлению данным автомобилем, о чем сам Г. заявил при общении с этим сотрудником ДПС, об обратном же он (Г.) А. не сообщал. 

Следует отметить, что видеофиксация процесса управления водителем ФИО2 автомобилем и его задержания с признаками алкогольного опьянения не является обязательной.

В соответствии со ст. 25.7 КоАП РФ, материалы, полученные при совершении процессуальных действий с применением видеозаписи, прилагаются к соответствующему протоколу либо акту освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Из материалов дела следует, что материалы видеозаписи, полученные при совершении процессуальных действий: освидетельствование на состояние опьянения, направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения с применением видеозаписи, приложены к протоколу о направлении на медицинское освидетельствование.

Тот факт, что данная видеозапись произведена инспектором ДПС на личный сотовый телефон, не свидетельствует о ее недопустимости, поскольку КоАП РФ не содержит требования об обязательной видеофиксации процессуальных действий только на стационарные технические средства, закрепленные за экипажем сотрудников ДПС. Представленная запись отвечает критериям относимости и допустимости доказательств по делу. Кроме того, ФИО2 не оспаривает, что отраженные на видеозаписи процессуальные действия произведены именно в отношении него.

КоАП РФ не содержит каких-либо специальных требований к приборам, используемым для видеофиксации процессуальных действий.

Также следует учитывать, что при проведении освидетельствования мундштук используется для соблюдения правил гигиены и не влияет на результат освидетельствования. 

В случае сомнений в достоверности показаний технического средства измерения, административное законодательство предусматривает специальные правовые последствия, а именно - предоставляет лицу право не согласиться с результатами освидетельствования и пройти медицинское освидетельствование на предмет установления состояния опьянения, либо его отсутствия. Вместе с тем, в акте освидетельствования ФИО2 собственноручно указал, что согласен с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, какие-либо замечания к процедуре освидетельствования не заявил. Объективных данных, указывающих на отсутствие у ФИО2 возможности изложить в процессуальных документах свои возражения относительно порядка проведения освидетельствования на состояние опьянения, материалы дела не содержат и к жалобе не представлено.

Мундштук был вставлен новый. ФИО2 не изъявлял желания поменять мундштук, посмотреть клеймо и свидетельство о поверке, а также пройти медицинское освидетельствование. 

Кроме того, все копии протоколов и акта были вручены ФИО2, о чем свидетельствуют его собственноручные подписи в них, факт вручения копий названных документов ФИО2 в суде подтвердил свидетель – инспектор ДПС П..

Доводы защитника Ильичевой о том, что ФИО2 был лишен возможности воспользоваться юридической помощью при составлении в отношении него административных материалов, нельзя признать состоятельными.

Часть 1 ст. 48 Конституция РФ гарантирует каждому право на получение квалифицированной юридической помощи.

Правила получения (оказания) юридической помощи в производстве по делам об административных правонарушениях установлены, помимо прочего, ч. 1 ст. 25.1 и ч. 4 ст. 25.5 КоАП РФ. Из них следует, что лицо, в отношении которого ведется производство по делу, вправе пользоваться юридической помощью защитника, и что защитник допускается к участию в таком производстве с момента возбуждения дела об административном правонарушении. Дело же, согласно ч. 4 ст. 28.1 КоАП РФ, считается возбужденным, в частности, с момента составления протокола об административном правонарушении.

Таким образом, из ч. 1 ст. 25.1, ч. 5 ст. 25.5 КоАП РФ в их буквальном смысле и в смысловой взаимосвязи с правилами, установленными ч. 4 ст. 28.1 и ч. 1 ст. 29.9 КоАП РФ, следует, что лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, вправе пользоваться юридической помощью защитника с момента возбуждения этого дела.

Поскольку административные правонарушения в области дорожного движения носят массовый характер и в силу конкретных обстоятельств таких дел, непредоставление адвоката непосредственно на этапе привлечения к административной ответственности (то есть составления протокола и вынесения постановления по делу об административном правонарушении) не нарушает конституционные права граждан, поскольку в указанных случаях граждане не лишены возможности обратиться к помощи адвоката для защиты своих прав в суде.

Протокол об административном правонарушении составлен в присутствии ФИО2, с соблюдением требований, предусмотренных ст. 28.2 КоАП РФ, уполномоченным на то должностным лицом, и содержит все необходимые сведения для рассмотрения дела, в том числе в нем полно описано событие вмененного ему административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, имеются сведения о разъяснении ФИО2 его прав, предусмотренных ст. 25.1 КоАП РФ, а также положения ст. 51 Конституции РФ.

При составлении протокола об административном правонарушении ФИО2 не оспаривал обстоятельств вмененного ему административного правонарушения, каких-либо замечаний или возражений не сделал. 

Обстоятельств, смягчающих административную ответственность ФИО2, не установлено.

Вместе с тем, согласно ч. 3 ст. 4.3 КоАП РФ, наряду с перечисленными обстоятельствами, отягчающими административную ответственность, в названной статье КоАП РФ, суд может предусмотреть иные обстоятельства, отягчающие административную ответственность за совершение отдельных административных правонарушений, а также особенности учета обстоятельств, отягчающих административную ответственность, при назначении административного наказания за совершение отдельных административных правонарушений.

Из сообщения командира войсковой части 

<

...> от 28 августа 2020 года № и служебной характеристики, следует, что ФИО2 проходит военную службы по контракту в должности 

<

...>

При этом судья принимает во внимание действия ФИО2, который каждый раз последовательно скрывал свою принадлежность к 

<

...> (со слов ФИО2 с целью избежания ответственности), что подтверждено протоколами составленными инспектором ДПС и приходит к выводу, что в связи с этими действиями срок привлечения ФИО2 к административной ответственности, предусмотренный ст. 4.5 КоАП РФ пропущен не был. 

Так, согласно ст. 1 Федерального закона от 3 июля 2016 года № 226-ФЗ «О войсках национальной гвардии Российской Федерации» (далее – Федеральный закон № 226-ФЗ), войска национальной гвардии Российской Федерации являются государственной военной организацией, предназначенной для обеспечения государственной и общественной безопасности, защиты прав и свобод человека и гражданина.

Кроме того, согласно пп. 3 ч. 1 ст. 9 Федерального закона № 226-ФЗ, а также пп. 11 п. 9 Положения о Федеральной службе войск национальной гвардии РФ, утвержденного Указом Президента РФ от 30 сентября 2016 года № 510, сотрудник Росгвардии, наделен полномочиями пресекать административные правонарушения и противоправные действия. 

Вместе с тем, ФИО2 являясь сотрудником 

<

...> сам допустил совершение административное правонарушение, чем нанес ущерб репутации и авторитету государственной военной организации.

Наряду с этим судья учитывает, что ФИО2, первоначально 9 июня 2020 года был подвергнут административному наказанию за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.3 КоАП РФ, имеющего единый с ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ родовой объект посягательства - общественные отношения в области обеспечения безопасности дорожного движения, в течение срока, установленного ст. 4.6 КоАП РФ, то есть совершил административное правонарушение, которое до настоящего времени им не исполнено.

Поэтому данные установленные в суде обстоятельства, судья признает отягчающими, административную ответственность ФИО2. 

Как следует из п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 октября 2006 года № 18 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», при назначении наказания за правонарушения, предусмотренные ст. ст. 12.8 и 12.26 КоАП РФ, надлежит учитывать, что оно не может быть отнесено к малозначительным, а виновные в их совершении лица - освобождены от административной ответственности, поскольку управление водителем, находящимся в состоянии опьянения, транспортным средством, являющимся источником повышенной опасности, существенно нарушает охраняемые общественные правоотношения независимо от роли правонарушителя, размера вреда, наступления последствий и их тяжести.

На основании изложенного, в соответствии с положениями ст. ст. 3.1, 3.8, чч. 1 и 2 ст. 4.1 КоАП РФ, учитывая конкретные обстоятельства дела, характер совершенного ФИО2 административного правонарушения, объектом которого является безопасность дорожного движения, а также данные о личности ФИО2, судья не находит оснований для назначения ему минимального наказания в виде лишения права управления транспортными средствами, предусмотренного санкцией ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Руководствуясь ст.ст. 29.9, 29.10 и 29.11 КоАП РФ, судья, -

постановил:

ФИО1 признать виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 (тридцать тысяч) рублей с лишением права управления транспортными средствами сроком на 1 (один) год 8 (восемь) месяцев.

Разъяснить ФИО1, что сумма административного штрафа должна быть внесена либо перечислена им по реквизитам УФК по Иркутской области (ГУ МВД России по Иркутской области): р/с 

<

***>; БИК 042520001; ИНН 

<

***>; КПП 380801001; ОКТМО 25703000; КБК 18811601121010001140; УИН 18810438202140008924 не позднее шестидесяти дней со дня вступления постановления в законную силу.

Разъяснить ФИО1, что в течение трех рабочих дней со дня вступления в законную силу настоящего постановления ему надлежит сдать водительское удостоверение в подразделение Госавтоинспекции, исполняющее вид административного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами – в отдел государственной инспекции безопасности дорожного движения Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Ангарскому городскому округу, а в случае утраты данного документа в тот же срок заявить об этом в указанный орган.

В случае уклонения от сдачи водительского удостоверения срок лишения специального права прерывается.

Постановление может быть обжаловано путем подачи жалобы судье, которым вынесено постановление, либо непосредственно во 2-й Восточный окружной военный суд, в течение десяти суток со дня вручения или получения копии постановления.

Судья А.Т. Лукашевич