Дело № 2-2143/2019

54RS0001-01-2019-002905-20

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

03 июня 2019 года г. Новосибирск

Дзержинский районный суд города Новосибирска в составе:

председательствующего судьи Катющик И.Ю.,

при секретаре Шварц Я.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ПАО «Авиационная холдинговая компания «Сухой» о взыскании морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, 

у с т а н о в и л:

ФИО3 обратился в суд с иском к ПАО «Авиационная холдинговая компания «Сухой» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием на производстве в размере 1000000 рублей, указав в обоснование своих требований, что в декабре 1995 года Дзержинским центром госсанэпиднадзора было проведено расследование случая профессионального заболевания ФИО3, работающего токарем на предприятии ответчика. В результате расследования ДД.ММ.ГГГГ составлен и утвержден акт, устанавливающий у истца профессиональные заболевания:

...

...

В пункте 12 данного акта установлена причина заболевания истца: «...

Актом не установлено наличие вины истца, указано, что ответственными лицами не выполнялись должностные обязанности (п. 13.1). Более того в акте о случае профессионального заболевания определен, что причинами заболевания также являются несоблюдение режимов труда работников, длительное воздействие вибрации и шума, превышающих предельные нормы, непостоянное применение СИЗ.

Таким образом, по мнению истца, между профессиональным заболеванием и негативным воздействием на организм вредных производственных факторов во время работы у ответчика токарем имеется причинно-следственная связь.

В результате наступления профессионального заболевания органами МСЭ истцу установлено 20% утраты профессиональной трудоспособности бессрочно по причине – профессиональное заболевание.

В судебном заседании ФИО3 требования поддержал, доводы, изложенные в исковом заявлении, подтвердил, дополнительно пояснил, что при обработке деталей присутствовала непрерывная вибрация в течение всего рабочего времени, перчаток предусмотрено не было, изделия полировались голыми руками. Приобретенная вибрационная болезнь сначала проявлялась онемением пальцев, дрожанием, покалываением, затем руки стали слабеть, а симптомы болезни только усиливались. Он испытал и продолжает испытывать боли в руках, головные боли, слабость, упадок сил. Из-за ежедневного воздействия шума он стал плохо слышать, с каждым годом слух ухудшается. В настоящее время он не может выполнять никакую работу руками. Заболевания прогрессируют, становится только хуже. В связи с этими обстоятельствами он постоянно переживает за состояние своего здоровья, никакие лекарства не восстанавливают его здоровье, а только поддерживают его.

Представитель истца ФИО1, действующий на основании доверенности, в судебном заседании заявленные требования просил удовлетворить в полном объеме. 

В судебном заседании представитель ответчика ПАО «Авиационная холдинговая компания «Сухой» ФИО2, действующий на сновании доверенности, заявленные требования не признал в полном объеме, просил отказать в их удовлетворении по доводам, изложенным в письменных возражениях, суть которых сводится к тому, что истцу было известно о наличии вредных факторов производства, его желание работать там было добровольным. Истцу предоставлялись средства индивидуальной защиты, выплачивалась доплата за работу во вредных условиях. Истец не нуждается в постороннем уходе, заявленный размер компенсации морального вреда явно завышен.

Прокурор Лопатина М.С. дала заключение о том, что иск о компенсации морального вреда подлежит удовлетворению, так как в ходе рассмотрения дела было установлено, что истец получил профессиональное заболевание, о чем был составлен акт, который не был обжалован ответчиком. Вместе с тем, полагала необходимым снизить сумму, подлежащую взысканию с ответчика до 150000 рублей.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в рассмотрении дела, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу части 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации, каждый работник имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В соответствии со статьей 212 Трудового кодекса Российской Федерации, обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Статьей 22 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрена обязанность работодателя возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Из положений статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Пунктом 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ ... «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» предусмотрено, что суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В соответствии с абзацем 2 части 3 статьи 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ ... утверждено Положение о расследовании и учете профессиональных заболеваний, согласно пункту 30 которого, акт о случае профессионального заболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве.

Из копии трудовой книжки следует, что ФИО3 был принят на работу на Новосибирский авиационный завод им. В.П.Чкалова (ныне ПАО «Авиационная холдинговая компания «Сухой») ДД.ММ.ГГГГ на должность ученика токаря, далее переводился на основании переводных записей и приказов: ДД.ММ.ГГГГ переведен токарем 1 разряда; ДД.ММ.ГГГГ присвоен 2 разряд токаря; ДД.ММ.ГГГГ уволен в связи с призывом в Советскую Армию; ДД.ММ.ГГГГ токарем 3 разряда; ДД.ММ.ГГГГ присвоен 4 разряда токаря; ДД.ММ.ГГГГ присвоен 5 разряда токаря в цехе ...; ДД.ММ.ГГГГ переведен токарем 5 разряда в цех 25 в связи с введением новых тарифных условий оплаты труда;ДД.ММ.ГГГГ присвоен 6 разряд токаря в цехе 25; ДД.ММ.ГГГГ уволен по собственному желанию в связи с достижением пенсионного возраста (л.д.25-31). 

Из акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что истцу был установлен диагноз: 1. Вибрационная болезнь 1 степени. Синдром вегетативно-сенсорной полинейропатии верхних конечностей с приступами ангиоспазмов»; 2. Кохлеарный неврит. Тугоухость 1 степени (л.д.9-13). Как указано в акте, причиной профессионального заболевания послужило длительное многократное воздействие на организм человека вредных производственных факторов. В пункте 19 акта указано об отсутствии вины работника в профессиональном заболевании.

Из справки МСЭ-2006 ... от ДД.ММ.ГГГГ, выданной ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по ...» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации, следует, что ФИО3 установлено ...% степени утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием бессрочно (л.д. 23-24). 

По установленному ФИО3 диагнозу ФКУ «ГБ МСЭ по ...» Минтруда России Бюро МСЭ ... составлена Программа реабилитации (л.д.15-16).

Таким образом, в период работы у ответчика у истца возникло профессиональное заболевание, находящееся в причинно-следственной связи с воздействием вредных производственных факторов в процессе выполнения последним трудовых обязанностей.

Как следует из заключения врачебной комиссии ... от ДД.ММ.ГГГГ и заключения врачебной комиссии ... от ДД.ММ.ГГГГ, диагноз профессионального заболевания подтвержден, поставлен заключительный клинический диагноз: ... (л.д. 17-20). 

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 находился на лечении в МУЗ «Городская клиническая больница ...», в ходе которого также был подтвержден диагноз профессионального заболевания (л.д. 21-22). 

Акт о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ в установленном законом порядке ответчиком не оспорен.

Утверждение представителя ответчика о том, что истцу было известно о наличии вредных факторов производства и его желание работать на вредном производстве было добровольным, ответчиком своевременно и в полном объеме исполнялись обязанности по обеспечению безопасных условий труда, не является основанием для освобождения работодателя от ответственности за причиненный моральный вред, поскольку доказательств того, что работодатель создал истцу безопасные условия труда, которые ограничивали воздействие на него вредных производственных факторов, либо при которых уровень их воздействия не превышал установленных нормативов, суду не представлены.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно части 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как указано в разъяснениях, содержащихся в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации ... от ДД.ММ.ГГГГ «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», размер компенсации зависит от характера и объема, причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации ... от ДД.ММ.ГГГГ «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. 

При этом суд отмечает, что в ходе рассмотрения дела, нашел подтверждение тот факт, что истец получил профессиональное заболевание в период работы у ответчика, следовательно, то обстоятельство, что фондом социального страхования истцу предоставляются социальные гарантии, предусмотренные государством, не может освободить ответчика от выплаты истцу компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание, что от воздействия вредных производственных факторов истцом на предприятии ответчика получено два профессиональных заболевания: вибрационная болезнь 1 степени. Синдром вегетативно-сенсорной полинейропатии верхних конечностей с приступами ангиоспазмов и кохлеарный неврит, тугоухость 1 степени, что установлено вышеуказанным актом. Профессиональные заболевания получены истцом в результате грубых нарушений со стороны работодателя, невыполнения работодателем требований охраны труда, санитарных норм и правил, несоблюдения работодателем режима труда работников, непостоянным применением средств защиты, что также подтверждается вышеназванным актом расследования профессиональных заболеваний.

При этом, доказательств принятия мер к соблюдению требований охраны труда и устранению вредного воздействия производственных факторов на работников ответчиком в порядке ст. 56 ГПК РФ суду не представлено.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства и принимая во внимание, что установлен факт причинения вреда здоровью истца профессиональным заболеванием с утратой профессиональной трудоспособности в размере 20% бессрочно, который наступил вследствие воздействия на организм вредных производственных факторов во время работы на предприятии ответчика, который не обеспечил истцу безопасные условия труда, учитывая длительность трудовых отношений с ответчиком и, как следствие, длительность воздействия на организм неблагоприятных производственных факторов, тяжесть причиненного истцу вреда в виде возникновения у него названных выше заболеваний, повлекшими необходимость его лечения, претерпевание истцом до настоящего времени боли, беспокойства за свое здоровье, характер и степень физических и нравственных страданий, индивидуальные особенности истца, его возраст, суд с учетом требований разумности и справедливости приходит к убеждению, что с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 150000 рублей. 

На основании статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей, от уплаты которой истец освобождена на основании статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ,

р е ш и л:

Исковые требования ФИО3 к ПАО «Авиационная холдинговая компания «Сухой» о возмещении морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, удовлетворить частично.

Взыскать с ПАО «Авиационная холдинговая компания «Сухой» в пользу ФИО3 в счет возмещения морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, 150000 (сто пятьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с ПАО «Авиационная холдинговая компания «Сухой» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей. 

Мотивированное решение составлено 07 июня 2019 года. 

Решение суда может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме через Дзержинский районный суд г. Новосибирска.

Судья: (подпись) И.Ю.Катющик 

Верно.

Судья: И.Ю.Катющик